Out of the Night

Напряженная атмосфера в салоне нового служебного автомобиля Вернона Дурсля была бы для Гарри невыносима, если бы он не был полностью поглощен своими собственными мыслями. Все то время что Вернон прорывался через дорожное движение от вокзала Чаринг Кросс до Прайвет Драйв сжимая рулевое колесо с силой, от которой побелели пальцы, а губы Петуньи были сжаты в жесткую ровную полосу. Гарри, откинувшийся на просторное заднее сидение, ничего этого не замечал. Да и если бы заметил, то не испытал бы ни капли того страха что мучил его на протяжении всех предыдущих летних каникул при мыслях о гневе своего дяди. Гарри Поттер был объектом пророчества. Вдали от напряженных взглядов и ожиданий дружественных ему учеников он, наконец, начал понимать что это значит. От нижайшего сквиба до великого Альбуса Дамблдора, волшебники всего мира рассчитывали, что именно он спасет их от надвигающейся тьмы.

Мысли об этом еще не улеглись в голове, а эмоции не смогли пока справится с потрясениями, что ему приходилось испытывать на протяжении последних недель. Амбридж, пророчество, битва с Пожирателями Смерти, Сириус... Он испытывал сильнейшее ощущение, что он находится перед перепутьем своего жизненного пути, и принятое им в один из приближающихся дней решение изменит решительно все.

Как он с немалым удивлением понял, он был даже рад возвращению в дом Дурслей. Это было странное ощущение, одновременно хрупкое имощное, и ему было необходимо время вдали от давления волшебного мира, что бы понять для самого себя, что же он будет делать со всем узнанным за прошедший год. Это было первое лето в его жизни, когда Гарри желал одиночества.

Он знал, что эта жажда уединения удивит его друзей, но они не знают с чем ему пришлось иметь дело. Он не собирался ничего им рассказывать, по крайней мере, не в ближайшее время, даже если Дамблдор не упоминал, что бы он сохранил знание о пророчестве только для себя. Дамблдор. Гарри нахмурился. Большая часть его привязанности и верности к директору была уничтожена при открытии пророчества. Он всегда воспринимал мужчину с почтением но сам факт что он скрывал от Гарри столь важное знание касающееся его жизни явно показал что сам пожилой волшебник его отнюдь не уважал. И с точки зрения Гарри он не мог кого либо уважать кто воспринимает его как дитя что должно быть защищено для его же собственного благополучия (так по крайней мере утверждал Дамблдор) или как инструмент что будет использован во имя Большего Блага (что как думал Гарри было достаточно близко к правде).

Жизнь Гарри Поттера должна была стать еще более сложной чем в предыдущие года, и не важно что взрослые хотят что бы он делал, более он не намерен праздно позволять кому либо принимать решения за него. Машина заехала на подъездную дорожку к дому N4 и Гари впервые за все время что он провел с родственниками после отъезда с вокзала обратил внимание на их состояние. Петунья поспешила в дом, не сказав не слова. Гарри пронаблюдал за её суетливым бегом во внутрь и увидел мясистое лицо Дадли смотрящее через кухонное окно. Услышав звук открывшегося автомобильного багажника, он схватил пустую клетку Хедвиг с соседнего сиденья. Он выпустил сову на свободу еще до посадки в машину. Она вполне могла размять крылья и поохотится в полете к Прайвет Драйв.

Дядя Вернон застыл сзади багажника, руки скрещены на пухлой груди, маленькие глаза прищурены. Он явно не желал помогать его костлявому, ненормальному племяннику с его тяжеленным сундуком. Удерживал его от желания немедленно проследовать внутрь за женой страх того что за время его отсутствия новенькая машина каким либо образом может быть испачкана. Гари вздохнул, желая что бы единственные облегчающие чары что он знал, были достаточно сильны чтоб продержатся хотя бы немного подольше чем пару часов что заняла поездка с вокзала до дома Дурслей.

Пока он возился со своим сундуком он услышал как Вернон прочистил горло.

— Мальчишка — сказал дядя Вернон.

— Мне надо с тобой поговорить.

Гарри выдернул сундук из багажника и поставив его у ног обернулся к дяде. Для Вернона такое обращение было, можно сказать почти вежливым. После угроз членов Ордена Гари ожидал намного более худшего. Убедившись, что он находится вне досягаемости дядиных рук, он осторожно ответил:

­ -О чем? — Вернон смотрел на него довольно необычным взглядом. Он не был зол, скорее он выглядел напуганными... и кажется немного больным? Гари нервно переступил с ноги на ногу. Вернон еще несколько секунд смотрел на него, затем быстро осмотрелся что бы быть уверенным что ни кто из соседей ничего не услышит. Затем он сказал:

— Это не правильно парень. Все неправильно. Твой ... твой род ... Что дает право этим уродам шляться вокруг и угрожать достойным, честным, трудящимся в поте лица своего людям, таким как мы?

Гари пришлось напрячь всю свою выдержку, что бы не зафыркать когда Вернон описал себя как "достойного", но он был всерьез удивлен. Голос который использовал Вернон был не "самодовольным", это был его "деловой" образец вроде: я — сделал — важное — решение, тон который обычно использовался что бы выдавать Гарри новые задания по обиходу дома Дурслей в течении дня.

-Эээ..— Начал Гари не уверенный что вопрос его дяди вообще нуждается в ответе.

— Никакого! — Выпалил Вернон, видимо взбудораженный нерешительностью Гарри.

-Вот оно что, мальчишка. Нет у них никакого права что бы указывать как в моем же доме мне себя держать. Нет у них никаких причин виться вокруг меня, таким великим-и-могучим потому что они столь причудливые. Гарри уставился на дядю пытаясь понять как же с ним теперь управляться. Вернон видимо ожидал от него комментариев к своей тираде и может быть, согласия. Гарри же хотелось поскорее подняться в свою маленькую комнату и забыться сном от всех неприятностей. Поэтому надеясь что этого будет достаточно просто пару раз кивнул. Вернон шагнул ему навстречу, усы его были встопорщены, челюсти дрожали от какого то подавляемого чувства. Гарри отступил к багажнику с опаской глядя на дядю. Когда мужчина заговорил, голос его был спокоен и полон абсолютной убежденности.

-Я ненавижу тебя мальчишка — сказал он.

-Хотел бы я что бы ты был мертв. Ваш род недостоин мучить всех нас своим существованием. Но ты здесь. И был здесь почти пятнадцать лет. И с каждым новым днём я ненавижу тебя чуть-чуть сильнее. — В груди у Гарри сжалось. Он не понимал почему слова Вернона были столь болезненны после всего этого времени но это было так. Петунья смотрела через окно вместе с Дадли. Его единственная семья и для них фактически он более желанен мертвым чем стоящий на их чистой опрятной подъездной аллее.

-Я знаю, ты тоже нас ненавидишь, мальчишка.— Сказал Вернон.

И так оно и было.

Впервые он осознал что единственное что он чувствовал по отношению к Дурслям была чистая, беспримесная ненависть. Было непривычно, он подумал осознавать это. Несколько следующих фраз Вернона потонули в сиянии осознания. Когда он прекратил нуждаться — в какой то скрытой частичке своего сердца — в их признании, в их одобрении, их любви? Гарри не представлял, что он может испытывать подобный уровень ненависти к кому либо, за исключением может быть Беллатрикс Лейстриндж.

Слова Вернона доплыли до поверхности сознания Гарри и он сосредоточился на лице дяди.

— Итак, мальчишка,— сказал он — Почему ты не уйдешь?

— Что?— Гарри моргнул. Уйти? Куда он должен уйти? Вернон сделал еще один шаг ему навстречу и на сей раз Гарри не попятился.

— Мы ненавидим тебя. Ты ненавидишь нас. Ты больше не ребенок, да если бы и был я б тебя выпнул в приют. Вне зависимости от того что требовал тот старый урод с треснутым горошком вместо головы. Петунья говорит что мы не можем тебя выкинуть. Говорит что находясь здесь ты нас защищаешь. Я говорю. — Он наклонился, пока не оказался нос к носу с племянником. — Это дерьмо бычье. Я думаю, ты опасен и именно поэтому они выпихивают тебя к нам каждое лето. Я не собираюсь тебя выбрасывать на улицу, Мальчишка, потому что Пет и уроды мне не позволят. Но подобные обстоятельства это дорога с двух сторонним движением, не так ли? Почему ты просто не уйдешь? —

Казалось что весь воздух из легких высосали пылесосом. Гарри уставился прямо в пустоту за правым ухом Вернона. Что насчет Волдеморта, Пожирателей Смерти, его стражи из Ордена? Что насчет жертвы его матери и кровной защиты вокруг дома? Вернон был неправ. Они все будут в опасности если защита падет, а она падет если он уйдет. Гарри не мог просто уйти. Не мог?

Он посмотрел на лица Дадли и Петуньи в окне кухни и снова в водянистые глаза дяди. Это может подвергнуть опасности их всех. Но они ненавидели друг друга. Он сам будет в опасности но не намного больше чем в любой из предыдущих моментов его жизни. Орден будет в ярости. Он посмотрел на окружающие солнечные, превосходно обихоженные дома на Прайвет Драйв. Хозяйка дома за номером 9, Прайвет Драйв, поливала свои бегонии..., и не кому в Мире не было до него дела.

Гарри спросил:

— Я могу остаться еще на три, может быть четыре дня?— Его голос был на удивление спокоен. Он сам не мог поверить что собирается сделать это. — Примерно столько мне понадобится что бы все подготовить.

Лицо Вернона как будто раскололось в ужасающе огромной ухмылке. Он шлепнул Гарри по спине с такой силой что худощавому подростку пришлось сделать пару шагов вперед что бы устоять на ногах.

— Парень.— Радостно загремел он.

— Конечно ты можешь! Ты сделал верное решение, наилучшее для всех.— Гарри в потрясении смотрел как дядя наклоняется чтоб подобрать его сундук.

— Давай ка закинем это наверх. Три дня ты сказал? Самое большее четыре?

— Верно.— Подтвердил Гарри следуя за очень оживленным Верноном Дурслем в дом.

— Шедеврально!— Снова выпалил Вернон. Учитывая, как толст он был, по лестнице он поднимался практически вприпрыжку. — Парень, если ты покинешь нас к тому сроку что ты указал,— сказал он доставив тяжелый сундук в комнату — Я дам тебе пятьдесят фунтов что бы не видеть твоего ухода.

И Вернон прогромыхал вниз по лестнице прямиком в кухню. Откуда Гарри и услышал его ликующий клич к Тете Петуньи.

— Мальчишки не будет уже в четверг, Петунья любимая! В четверг! Я посмею сказать, что в пятницу мы уже и помнить не будем, что он был здесь!

Глава 2. Собирая вещи.

Позднее этим же вечером Гарри сидел на краю своей расшатанной кровати, уставившись в окно. Он уже приготовил воду и еду для Хедвиг но особых надежд на то что она вернется в ближайшую пару дней не питал. Он сказал ей не спешить в надежде, что гнев Вернона после инцидента на Чарринг Кросс успеет утихнуть до ее прибытия. Но откуда ему было знать, что этим летом он будет в таких отношениях со своим дядей? Хедвиг вернется во время, что бы доставить его письмо в Орден.

Сегодня был необычный день. Он согласился покинуть Дурслей и с каждым прошедшим часом он ощущал нарастающее чувство облегчения. Может быть, это и не лучшее решение, но он делает хоть что то. Рядом с ним на кровати лежат несколько листов пергамента, это список всего необходимого для уклонения от встреч с Орденом и возможности прожить на само обеспечении остаток лета. На самом деле он не думал что четырех дней хватит, что бы спланировать побег, но насколько Гарри понимал, Вернон просто взорвется если он захочет остаться хоть на немного дольше. Его дядя был все еще воодушевлен. Он провел все послеобеденное время, осматривая в подвале старый набор для упражнений, который будет перемещен в маленькую спальню "в то же мгновенье" как Гарри уйдет.

Гарри думал, что все было бы намного проще если бы он знал куда ему идти. Он не может пойти ни на Площадь Гриммо ни в Дырявый котел. Это слишком очевидно и он понятия не имеет, использует ли еще Орден старый дом Сириуса как штаб квартиру. Он даже обдумывал Визжащую Хижину но это было слишком близко к Дамблдору для его же душевного спокойствия. Гарри знал, что ему необходимо оставаться в волшебном мире. Как бы соблазнительно это ни было, но в мире маглов он был слишком уязвим. К тому же он намерен выжать все возможное из оставшихся недель лета для работы над заклинаниями. Единственный путь позволяющий остаться не засеченным Министерством, это оставаться в высоко насыщенной магией области, такой как Косой Переулок. Но как он сможет скрыться в суматошном, ярком, заполненном волшебниками Косом Переулке? Он будет кишеть членами Ордена как только они поймут что он исчез и Гарри не знал никаких чар гламура. Вздохнув, Гарри со щелчком погасил лампу рядом с кроватью. Хоть и было рано, но он чувствовал себя изможденным. Сегодня, он будет просто спать. Он во всем разберется завтра утром, когда не будет настолько сбит с толку.

Он проснулся поздно утром в понедельник чувствуя себя намного более весёлым, такого он не испытывал уже достаточно давно. Сейчас лето, у него еще есть недели что бы понять что делать с пророчеством и он покидает Прайвет Драйв в течении ближайших дней. За завтраком он съел последний из волшебных кексов сбереженных из Хогвартс экспресса, затем он засел с шариковой ручкой над листами пергамента для планирования побега.

Покинуть дом Дурслей без того, что бы его не застал кто ни будь из членов Ордена что будет на страже должно быть не так уж и трудно. У него была его мантия невидимка, а шанс, что в назначенный день будет назначен дежурить Шизоглаз, очень незначителен. Да и если так и будет, подумал Гарри, что здесь такого? Цель Ордена заключается в том, что бы держать Пожирателей Смерти вдали от дома, а не держать его запертым внутри. В конце концов, они даже не ожидают, что он пустится в бега. К тому же пока он не показывает намерения уйти в серьез, они могут просто допустить, что он просто вышел для прогулки по Литл Уиннингу или послан с заданием от Петуньи.

Но куда Гарри идти потом? Осознав пришедший к нему, ответ, он сначала не мог поверить, что это зародилось в его собственной голове. Столь безрассудно и глупо, что Орден никогда не догадается. Никогда они не додумаются искать своего Спасителя там. Он не мог остаться в Косом переулке, потому что они будут этого ожидать, но... что насчет Лютного переулка? Он содрогнулся от последних воспоминаний об этом месте. Все столь зловещие и в плащах с головы до пят даже летом. Старые ведьмы с тарелками человеческих ногтей и еще более сомнительными ингредиентами.

Гарри был уверен, это была ужасная идея. Определенно маловероятно, что Орден сможет его там найти, но будет намного хуже, если местные завсегдатаи будут осведомлены о его присутствии. А с другой стороны он будет свободен практиковать магию всё лето. Министерство никоим способом не будет способно отследить работу его палочки посреди такого скопления волшебников. И, подумал Гарри тревожно, в Лютном переулке наверняка полно книг по темной магии. Может быть это неплохая идея наконец узнать какого типа заклинания будут использовать против него его враги?

Гарри стал задумываться об этом с тех пор как Амбридж начала проводить так называемые классы Защиты от темных исскуств. Ведь это Министерство определяет что такое темная магия, не так ли? Раз Министерсво само решает что называть темной магией а что нет, Гарри решил что ему необходимо самому глянуть на эту темную магию. Он даже не знал что это такое вообще, эта темная магия. За исключением тяжких проклятий на подобии Непростительных, у него не было возможности добраться до этой информации ни в Хогвартсе, ни Косом переулке. Он даже не мог представить ужас на лице Гермионы или любого из Уизли если он их об этом спросит.

Прикусив нижнею губу, он дописал в список необходимых действий: "Поискать гостиницу в Лютном переулке" и "Изучить чары гламура."

Час спустя Гарри просмотрел свой список сверху вниз и вздохнул. Ему нужно попасть в Косой переулок уже сегодня, если он хочет что бы все записанное было выполнено. Ни один из его школьных учебников не содержал описания чар гламура. Насколько он понимал они были почти незаконны и только учащиеся сдающие ЖАБ изучали какие то простые, легко обнаружимые версии подобных чар. Если он желает укрыться в Лютном переулке ему необходимо в течении пары дней изучить намного более впечатляющие чары гламура. К тому же ему нужны новые мантии так как его школьные привлекут к нему не желательное внимание. Одеть же одежду магглов в переулке будет просто самоубийством. Гарри посмотрел на часы. Едва миновал полдень. Если он выйдет из дома сейчас он сможет посетить Косой переулок и вернутся до начала ночи.

Двадцать минут спустя нервничающая тетя Петунья отворила входную дверь под предлогом проверки своих роз, Гарри тихо проскользнул мимо нее в мантии невидимки, прошептав "спасибо". Под мантией на нем были старая бейсболка Дадли что бы прикрыть шрам и старый парусиновый рюкзак, с которым он ходил в начальную школу. Осторожничая он прошел восемь кварталов пешком прежде чем снял мантию и еще пять прежде чем достал палочку чтобы вызвать Ночного Рыцаря.

С оглушительным БАБАХ трех этажный автобус затормозил у обочины и вскоре Гарри был на пути в Косой переулок.

Косой переулок был переполнен. Гарри планировал снять мантию как только он прибудет, но после того как он увидел количество снующих по улицам соучеников пребывающих в состоянии пост Хогвартского блаженства он передумал. На каждую стайку шумных детей и подростков что он видел, приходилась подавленная группа взрослых разговаривающих приглушенным шепотом. Когда он проскальзывал мимо этих кучек, он улавливал отрывки разговоров.

"Вернулся...он вернулся...не выпускать детей после темноты... вы слышали?...Гарри Поттер...Министерство...не могут поверить!... Спаситель... Избранный.... "

У Гарри мурашки по коже бежали каждый раз, когда он слышал в голосах благоговение при упоминании этого слова. Избранный. Об одной только мысли об этом он себя чувствовал больным. Чего они столь много от него ожидают? Ему только пятнадцать! А они взрослые волшебники. Нелепо просто думать, что они все рассчитывают на него, когда он даже еще не окончил школу. За то время, которое ему понадобилось, чтобы добраться до Гринготся он успел заработать пронзительную головную боль. Он простонал, когда снова услышал, как упоминают его имя. На этот раз от девочки держащей за руку мать на подходе к Гринготсу.

— И, мама, — она продолжила — он просто лучший ловец в школе. Хотелось бы мне быть на Гриффиндоре. Он кажется по — настоящему милый.

— Конечно, дорогая — ее мать рассеяно пробормотала, направляя дочь к дверям.

— Как ты думаешь, почему он никогда не отвечает на мои письма? — спросила она. Гарри заметил, что девочка выглядит расстроенной.

— Я послала ему, по крайней мере пол дюжины. Я хочу спросить его прямо, но что если он оскорбится?

— Честно, Ребекка — Гарри услышал ответ матери. — Я сомневаюсь, что он кому — либо из фанатов отвечает на письма. Для этого ему нужны были бы просто стаи сов...

Это что такое было? Озадаченный Гарри потряс головой. Фанатские письма? Ему? Он предположил, что это имеет смысл. Он получил кучу писем в ответ на статью в Придире. Гарри нахмурился. Минуточку... Почему он не получал писем от фанатов за исключением когда о нем была написана статья в газете? Не то что бы ему понравилось бы быть затопленным совами но определенно люди не откажутся послать письмо "Мальчику-Что-Выжил" при возможности. Ребекка очевидно посылала. Еще один вопрос, в котором необходимо разобраться. Он подозревал в этом участие Дамблдора. Все таки это было бы очень неудобно, если совы бросали бы магическую почту возле дома Дурслей когда он был ребенком. Гарри зарычал в раздражении, заставив испуганно за озираться проходящего покупателя, в поисках источника звука. Вовлеченность Дамблдора в его жизнь на таком уровне неприемлема. В пятнадцать он определенно должен иметь доступ к своей собственной почте.

Гарри поднялся к дверям Григоттса и остановился напротив одного из гоблинов стражников. У него было ощущение что гоблины не очень радушно отнесутся к невидимой персоне разгуливающей по их банку, но всегда был шанс что в вестибюле может присутствовать Билл Уизли. Это могло бы пустит все его усилия на смарку.

— Ээээ...Привет, — сказал Гарри гоблину не снимая мантии. Гоблин невысоко подпрыгнул, но тут же вернулся к своей обычной неприветливой манере поведения.

— Чего тебе надобно?— он спросил у очевидно прозрачного воздуха напротив себя. Гоблин на другой стороне двойных дверей уставился на своего приятеля с явно видимым смятением.

— Ну,— прошептал Гарри. — Мне нужно пройти в банк но если я буду кем либо замечен то скорее всего это вызовет нежелательную суматоху. Есть ли возможность провести мои банковские операции, не снимая мантию невидимку?

Глаза гоблина сузились в подозрении.

— В зависимости от того кто ты?

Гарри пожал плечами под мантией. Ну и что, что гоблин будет знать? — Гарри Поттер.-

Глаза гоблина чуть — чуть расширились, затем он кивнул и потребовал — Покажите свою руку.

Гарри высунул несколько пальцев левой руки из под мантии. Гоблин наклонился к руке как бы собираясь изучить отпечатки пальцев Гарри, и тут же без каких либо предупреждений укусил указательный палец. Гарри взвизгнул, и отдернул руку обратно под мантию, неуклюже нащупывая палочку.

— Хватит верещать!— отрывисто бросил гоблин. — Я должен был убедится что ты Гарри Поттер, не так ли?

— Ты укусил меня!— Гарри управился с громкостью голоса, но некоторая визгливость в нем еще присутствовала. А укусы гоблинов вообще ядовиты?

Гоблин задрал нос.

— Я признаю, существуют более изощренные способы для установления вашей подлинности, мистер Поттер; но нищим выбирать не приходится.-

Гоблин достал из кармана своего жилета маленький стеклянный куб и заговорил в него. — У меня высокоуровневый клиент под невидимостью у переднего входа.

Куб ненадолго замерцал белым, и голос другого гоблина ответил. — Подтверждаю, Гриблак. Оператор тележки скоро прибудет.

— Ох,— сказал Гарри. Он обернул свой кровоточащий палец краем своей футболки. — Спасибо, Гриблак.

— Гордость Гринготтса в его надежности, мистер Поттер,— похвалился гоблин. — Все придверные стажи тренированы в опознании клиентов.

— Эрр..точно — сказал Гарри чей палец продолжал пульсировать.

Гриблак усмехнулся в направлении Гарри, показав при этом каждый заостренный зуб.

— Ваш вкус чудесно сочетается с хорошим каберне.

Прежде чем он успел решить унижен ли он этим заявление вышел встревожено выглядящий гоблин которого Гарри опознал как Грипхука. Он спросил — Кто это, Гриблак?

— Гарри Поттер.

Грипхук кивнул и сделал рукой подманивающие движение.

— Следуйте за мной мистер Поттер. Я предполагаю, вы желаете произвести извлечение?

Гарри вошел вслед за гоблином в мраморный холл Гринготтса и кивнул прежде чем осознал что гоблин его не видит и сказал — да, Грипхук.

Гоблин провел его к тележке, что доставляет посетителей Гринготса к их счетам, и Гарри подумал о том что бы задать вопрос. Он был здесь только единожды производя изъятие, но интересно какие еще услуги предоставляет банк.

— Здесь есть какая ни будь брошюра или нечто похожее где описываются предоставляемые банком услуги?— спросил Гарри когда они забрались в тележку. Теперь, когда они удалились от взоров других посетителей он смог снять мантию.

Из за намечающейся беседы, Грипхук выглядел раздраженным, но ответил:

— услуги Гринготтса остаются неизменны на протяжении трехсот сорока восьми лет. Нужды в брошюре здесь нет, мистер Поттер.

— Ох,— сказал Гарри. Тележка уже мчалась по У образному закруглению. — Что ж,— сказал он вспыльчиво — похоже, я нахожусь здесь не столь долго. Как вы думаете, вам удастся ввести меня в курс дела?

Гарри был неуверен что послужило источником этого скрежещущего звука, то ли тележка, то ли зубы Грипхука. — Гринготтс работает с каждым аспектом магического благосостояния,— сказал он. — Это включает в себя, но отнюдь ими не ограничивается такие услуги как: сберегательные счета, трастовые фонды, хранилища Старых Семей, фондовые опционы, проверка наследования, защита особых данных и артефактов, обмен валют и кровные записи.

Молодой волшебник обдумывал этот список пока они не остановились у его хранилища. Грипхук открыл дверь и он начал засыпать галеоны в кошель. Он спросил — что если я хочу знать, сколько у меня денег?

— Счета Поттеров приблизительно оценены в двадцать пять тысяч галеонов — сказал Грипхук. Заметив, что Гарри открывает рот чтобы задать новый вопрос, он добавил — это примерно девяносто тысяч британских фунтов.

Гарри улыбнулся. Это было больше, чем он предполагал. Этого не хватало на то чтобы он мог купить все, что захочет но пару будущих летних сезонов он сможет прожить в комфорте не беспокоясь о необходимости искать работу. Сейчас его занимал другой вопрос, — Окей, так что насчет кровных записей? Что это вообще значит?

— Это происходит вместе с проверкой наследования. Используются образцы крови волшебников, мы способны отследить наследие на шестнадцать поколений назад. Мы храним записи о наследии.

— Зачем?

Грипхук закатил глаза. — Чистокровные фамилии доверяют нашим записям больше чем тем что хранятся в Министерстве. Они приходят к нам время от времени, прежде чем придадут окончательную форму брачному контракту.

— Ох,— сказал Гарри. — Что если я тоже хочу...

— Мистер Поттер,— в расстройстве заявил Грипхук. — Пожалуйста занимайтесь вашим изъятием а затем возвращайтесь в тележку!

Гарри тоже был раздражен. — Ладно, но как вы можете ожидать от меня знания обо всех этих вещах?

-Изо всех услуг, что мы предлагаем единственное, что может для вас представлять интерес это подтверждение наследования. А я только управляющий тележки. Если вы желаете выполнить проверку на наследие, я договорюсь о приеме для вас, и подготовлю сову что бы уведомить вас о дне и времени встречи.

Гарри обдумал это. Какой вред может быть нанесен? Поттеры старый волшебный род, он может узнать, что ни будь интересное. — Спасибо, Грипхук,— сказал он, забравшись в тележку. — Я буду признателен за это.

Остаток дня в Косом переулке Гарри провел в маленьком, обветшалом магазинчике подержанных вещей. Не то что бы он ему так уж нравился просто это был наименее заполненный посетителями магазин в переулке. Магазин был забит всяческим барахлом и когда посетители прокладывали свой путь через кучи что бы добраться до более удаленных частей помещения им приходилось буквально переползать через мебель и сундуки. Это было практически невозможно быть узнанным в месте подобном этому. Потревожится ему пришлось только раз когда в магазин зашел Колин Криви чтобы взглянуть на выставленную попользованную камеру. Все те пятнадцать минут что Колин провел, пялясь на камеру, Гарри прятался за висевшем на вешалке заплесневелом пальто. Так же Гарри подобрал себе набор неброских черных мантий, плащ с капюшоном и провел остаток времени, перерывая ларь со старыми книгами в глубине магазина. Наконец он нашел потрепанный экземпляр "Чар для Чарователей", который предоставлял обширный набор как меняющих видимость, так и чар гламура для людей кто хочет "добиться кого то особенного." Прежде чем оплатить покупки Гарри решил по практиковать какие ни будь из чар просто, что бы убедится что старая женщина на кассе его не опознает. Он забрался в самый захламленный и никем не посещаемый уголок магазина за сломанными напольными часами и теперь стоял, рассматривая себя в потрескавшееся зеркало. Спустя полтора часа, ощущая себя полностью в здравом уме, он явил себя. Его волосы удлинились примерно на шесть дюймов и теперь свисали надо лбом и вокруг лица в диком беспорядке. Его нос приобрел изгиб схожий с орлиным клювом, а зеленые глаза, всегда бывшие его отличительной чертой превратились в грязно коричневые. Гарри пытался еще изменить и форму лица, но не преуспел в этом. Старая леди на кассе приняла деньги без всяких комментариев, Гарри решил, что он не привлечет особого внимания если задаст несколько вопросов.

— Я ищу гостиницу что бы остановится — он сказал. — Вы не знаете какое либо место неподалеку?

Старая женщина моргнула бледно голубыми глазами и ощерилась тремя оставшимися зубами. — Котел прямо вниз по улице в самом конце,— она прохрипела. — Единственное место в Косом с кроватью и чаёчком.

Гарри указал на свои покупки в рюкзаке. — У меня трения с владельцем так что мне там более не рады. Поэтому я ищу другую гостиницу.

Старуха бросила на него понимающий взгляд. — Две гостиницы в Лютном, — сказала она через секунду.

— Там есть Магна, богатейское место. Непростое...но богатейское. Даже не воображай что они позволят тебе у них смыть твою обидку. — Она захохотала. — Единственная другая гостиница это Шкаф Докси. Дальний конец Лютного переулка. Дешево. Не очень грязно. И все равно ... возможно не то что ты ищешь.

— Звучит привлекательно,— сказал Гарри. Почему старая женщина кажется столь развеселившейся? — Дорогу не укажите?

— Спускайся по Лютному переулку, парень,— сказала она продолжая сдавленно посмеиваться. — Продолжай идти пока не дойдешь до самого конца а там свернешь направо и вниз по Демоновой Тропке. У них вывеска с докси на ней. Такое ты не пропустишь.

Глава 3. Окончания и Начала.

В этот день Гарри не пытался отыскать Шкаф Докси. Он вернулся на Прайвет Драйв довольный, но измотанный и тут же завалился на постель. Он провел весь вторник, изучая "Чары для Чарователей." Заклинания он творить не мог, но запоминал слова и движения палочкой для всего что выглядело полезным. Гарри подозревал, что перечисленные в книге заклинания лежат за пределами норм нравственности, но это делало их для него еще более увлекательными. Не то что бы он планировал ухаживать за кем ни будь в ближайшее время, но он мог представить множество других путей использования этих заклинаний. В дополнение к основным чарам гламура книга содержала малые вариации компульсионных заклинаний "наставить вашу зазнобушку на нужную дорожку" и чары привлекательности "желанность и популярность без усилий". Он даже нашел там как "придать вашим глазам восхитительные огоньки", наверняка нечто подобное время от времени использует и Дамблдор.

Когда поздно после полудня прибыла сова из Гринготтса, Гарри охотно прервал свои исследования ради прочтения прибывшего письма.

Мр.Поттер,

Служба Гринготтса по Унаследованию и Кровным Записям одобрила Ваш запрос на проведение проверки на наследие. С удовольствием Вас уведомляем что проверка на наследие в целях сохранения приватности наших клиентов всегда проводится после окончания общепринятых часов работы. Прилагаемый портключ будет активирован в 9:00 вечера завтра ночью. Вы будете перемещены в Ваше хранилище, где представители банка встретятся с Вами для проведения проверки. После завершение освидетельствования Вы получите сертифицированную копию Ваших кровных записей. Стоимость этой услуги составляет 350 галеонов.

К Вашим Услугам,

Снагтутх

Глава Службы Унаследования.

Гарри был удивлен. Он почти забыл что просил Грипхука оформить запрос на встречу со Службой Унаследования, и уж чего точно он не мог предположить так это что услуга будет столь дорогостоящая. Кажется куча денег уйдет просто на удовлетворение его любопытства, сомнительно что он узнает что то ужасающе ценное про свою семью. И все таки использование услуги того стоило, хотя бы из за получаемого портключа. Гарри щастливо проаккампонимировал свои мысли мычанием. Больше не надо таится пробираясь по Косому переулку или беспокоится о Ночном Рыцаре. Гоблины портируют его прямо в Гринготтс. Так как у него уже все подготовлено к завтрашней ночи он сможет покинуть Прайвет Драйв раз и навсегда без излишней суеты после 9:00 вечера. Больше нет нужды беспокоится про отслеживающий его местонахождение Орден или нечто подобное. Он крайне сомневался, что параноидальные гоблины послали бы ему портключ который можно было бы отследить до подземелий их банка.

Гарри улыбнулся своим мыслям. Завтрашней ночью он будет более свободен чем когда либо прежде.

Потребовалось два часа следующего утра что бы упаковать все что ему может понадобится с собой. Хедвиг вернулась незадолго до полуночи и он отправил короткое не вызывающее подозрений письмо в Орден. С минимальной удачей потребуется несколько дней прежде чем защита на доме падет. Гарри, ощущая себя крайне снисходительным предупредил об этом Дядю Вернона и Тетю Петунью, но он не думал что Дурсли воспримут его совет и переедут. К счастью к тому времени как Орден Феникса поймет что Гарри отсутствует, оставленные следы будут трехдневной свежести, защита будет на грани падения и какой либо шансы на возвращение Гарри Поттера на Правеет Драйв 4 для его собственного блага будет утеряны.

Казалось что девять часов никогда не настанут. Когда Вернон вернулся домой к шести, он протопал по лестнице вверх к комнате Гарри и постучал в дверь. "Скоро мальчишка?" спросил он с надеждой.

— Я пропаду ровно через три часа — сказал Гарри.

Лицо Вернона выражало блаженство. — Я не хочу тебя видеть снова мальчишка, никогда — сказал он любезно. — Ты ведь не подумываешь, что бы вернутся когда ни будь за милостыней или чем то подобным?

Гарри горько улыбнулся. — Не беспокойтесь — сказал он отрывисто. — Я никогда не захочу увидеть вас снова, так или иначе.

— Вот это дух, мальчишка! Великолепно! Куй свое счастье и не оглядывайся. — Он засунул мясистый кулак в свой карман и вытащил пятьдесят фунтов. — Я мог бы сказать что желаю тебе всего наилучшего, только я не буду — сказал он и всунул их в руку Гарри.

— Верно,— ответил Гарри. Это был последний раз, когда он говорил с Верноном. Петунья даже не побеспокоилась подняться на верх. Ровно в девять часов он ощутил резкий рывок в области прямо за пупком. Он, его сундук и все чем он был увлечен, исчезли с Прайвет драйв. Когда Дурсли поднялись на верх и осторожно заглянули в комнату в четверть десятого там уже не было не единого следа что Гарри Поттер когда либо был здесь.

Вернон наклонился, что бы поцеловать свою жену. Когда они оторвались друг от друга, Петунья сказала. — Вытаскивай кровать и стол. Сожжем их.

Гоблины подумал Гарри, не любят вопросов. Он был встречен в своем хранилище (которое было оснащено для этого случая комфортабельными креслами и столом) двумя гоблинами в бледно голубых лабораторных халатах, которые потребовали что бы он снял мантию и рубашку "в порядке подготовки к процедуре." Гарри думал что это совершенно нормально хотеть знать все что возможно о проверке, которая требует от него стоять одетым только в штаны. Гоблины, Кнаклебрат и Курсентог, были с этим не согласны.

— Ну правда же, мистер Поттер!— выкрикивал один из них размахивая острым металлическим инструментом. — Это ведь вы единственный кто запрашивали определение. Пожалуйста, позвольте уж нам приступить!

— Я просто хочу знать, что вы собираетесь делать, — успокаивающе произнес Гарри. — Просто расскажите мне основы прежде чем вы начнете тыкать в меня этими штуковинами.

— Мы не собираемся в вас тыкать, мистер Поттер,— произнес другой гоблин. — Проверка наследования основана на крови и магии. Мы сделаем несколько надрезов с обязательным кровотечением в нескольких ключевых точках на животе и спине что бы обеспечить наиболее точное прочтение.

— И что затем?

Гоблин державший металлический инструмент видимо приходил в неистовство. Другой вздохнул. — Затем мы проведем сверку с образцами крови используя множество высоко охраняемых заклятий и зелий. В заключении проверки если будет открыты какие либо значимые отметки наследования мы покажем вам как вы можете претендовать на них.

— Претендовать на них?

— Это не из за денег или чего ни будь подобного мистер Поттер. Родословная некоторых волшебных семей должны быть...должным образом признанна,...если наследник желает воспользоваться привилегиями крови и магии предлагаемыми при воссоединении с определенной семьей. А теперь, пожалуйста, сядьте, что бы мы могли начать.

Когда все закончилось, Гарри признал, что все было не так уж и плохо. Это было достаточно странно стоять посредине кучи золота пока гоблины осторожно прорезали линии в его плоти подставляя под вытекающую кровь серебряные шары, могло ведь быть и хуже. Немного побаливало но они исцелили каждый надрез после того как закончили и заставили Гарри присесть и выпить чашку тыквенного сока в ожидании результатов.

— У нас уже один есть,— сказал Курсентог после продлившегося почти час изучения крови.

— Правда? — спросил Кнаклебрат, его глаза расширились. — Какая семья?

— Певереллы.

— Ах,— сказал Кнаклебрат. — Это ему много пользы не принесет. Еще что ни будь есть?

— Нет, только то что уже предполагалось. И это немного чище, чем я предполагал. В родословной его матери, должно быть, были несколько магов.

Гарри почти задремал в предоставленном гоблинами комфортабельном кресле, но теперь сон как рукой сняло. — Что вы имеете в виду? — спросил он.

Курсентог начал собирать свое оборудование тогда как Кнаклебрат повернулся к Гарри.

— Это значит, что если вы хотите, то можете претендовать на членство в семье Певерелов. Как бы там ни было, я сомневаюсь, что вам этого захочется.

— Я никогда не слышал о них — сказал Гарри.

— Они были довольно состоятельным семейством, пока последний наследник не умер в середине восемнадцатого столетия. Существуют некие практически сказочные россказни связываемые с ними. В Гринготтсе не осталось хранилища Певереллов, но у нас до сих пор имеется общепринятое зелье для принятия наследования и мы храним кольцо печатку для любого претендента.

— Что ж, я связан с ними...Певереллами? Что может произойти, если я приму зелье? -

Кнаклеброт поглаживал свой заостренный подбородок, пока обдумывал вопрос.

— Наследование это непростая вещь, — сказал он. Нет волшебника, который бы отреагировал полностью предсказуемо на принятие оного. Обычно не происходит ничего особенного... усиливаются малые дары, может быть внезапный интерес к той области исследований,что вас до сих пор не интересовала. Певереллы к примеру были отмечены как обладатели исключительного ночного зрения. Это одно из тех свойств что может проявится. Все таки относительно сильное родство,— сказал он, проглядывая пергамент, что Курсентог передал ему

— Так что вы сможете выжать из этого чуть по более чем большинство. Но ценность этого сомнительна для вас мистер Поттер.

— Почему?

— Потому, мистер Поттер, что семья Певерелов была традиционно Темной семьей. Наследие будет Темным.

Разум Гарри кажется переутомился.

Темный. Его наследие если он примет его будет Темным. Что это означает? Люди ведь не рождаются Темными волшебниками, не так ли? Неужели это вопрос выбора? Очевидно что гоблины ожидают что из за этого он откажется от наследования, а значит здесь должно быть что то еще.

— Прошу прощения,— сказал Гарри. — Я не понимаю. Что вы имеете ввиду говоря Темное наследие? Что может со мной произойти, если я его приму?

У Кнаклебрата был расчетливый взгляд. — Я не знаю что именно,— признал он через несколько секунд размышлений. — Большинство не — Темных волшебников не приняли бы Темное наследие. Слишком неустойчивый результат.

— Темные волшебники не похожи на остальных, мистер Поттер, — сказал Курсентог, подняв взгляд от шаров которые он чистил. — Я не имею в виду это распространяемое Министерством дерьмо лошадиное насчет добра и зла и всей остальной подобной гнили. Я имею в виду саму основу. У них фундаментальная разница в понимании того как волшебники должны взаимодействовать с магией.

Кнаклебрат кивнул в согласии.

— Темные волшебники следуют традициям, которые были отброшены в настоящее время большинством волшебников. Семьи следуют этим обычаям. Они обучают своих детей использованию магии определенным путем, пока в конечном итоге дети рожденные в этих семьях становятся намного более предрасположенными к восприятию магии в уникальном Темном образе действий.

Это было восхитительно. Гарри никогда не изучал ничего подобного прежде, и у него было чувство, что гоблины были более честны насчет различий между двумя типами волшебников, чем кто либо еще.

-Так значит... люди рождаются Темными?— спросил он.

Кажется, гоблины вступили друг с другом в безмолвные переговоры продолжавшиеся впрочем, недолго.

— В определенной степени,— заявил внезапно Кнаклебрат.

— Это будет очень непросто, для кого ни будь рожденного в настоящей Темной семье отвернутся от наследия, очень не естественно для них. С другой стороны совсем не обязательно рождаться в одном из семейств, что бы быть Темным. Личность сама выбирает путем каких традиций и магии ей следовать. Просто такое ... крайне необычно.

— Скорее, неслыханно. — Прорычал Курсентог.

— Значит, я могу принять наследие и затем самому выбрать, не так ли? — спросил Гарри.

— Зачем вам рисковать таким магическим дисбалансом мистер Поттер?— спросил Кнаклебрат. — Наследие Поттеров в крайней степени анти Темное. Две магии, две крови... ни одна из них не сможет ладить с другой должным образом.

— Это может сработать, — сказал Курсентог с яростным блеском в его глазах.

— Это было бы слишком опасно для нас рекомендовать...

— Ну же, Кнаклебрат тебе же столь любопытно, как и мне. В идеале вы сможете это развить в двойную личность мистер Поттер. Вы сможете менять наследия усилием воли, оставаясь при том же самом разуме и душе но развив понимание обоих типов магии.

— Двойственность не сможет продолжатся постоянно,— аргументировал Кнаклебрат. — В конечном счете он разовьет сильную склонностью к одному из типов магии. Нельзя использовать столь различные подходы к магии слишком долго.

— Да, конечно, — ответил другой. — Но он сможет оставить слабейшее наследие как своего рода наружный слой, прикрыть сильнейшие при нужде. Просто представь себе возможности!

Голова у Гарри закружилась пока он наблюдал как эти двое спорили. "Двойная личность" они сказали. Определенно он не был Темным волшебником но ему было любопытно. У него может появится возможность побольше узнать о разногласиях между Светом и Тьмой. И...какая то мятежная часть Гарри хотела этого, сделать нечто что ужаснет всех тех кому есть до него дело. Он знал что это было опасно, но он все равно жаждал этого. Принятие наследия в конце концов не сделает его Темным. Гоблины кажется говорили что скорее будет склонность, и насколько Гарри понимает она у него уже имеется. Существующая ментальная связь с Волдемортом это надежно подтверждает, так что каким образом это сможет навредить ему еще больше?

Даже не принимая во внимание проблемы между Светом и Тьмой наследие Певереллов было чем то что уже являлось частью его, просто ожидающей подтверждения. Это было его, сама мысль что бы оставить нечто запертым глубоко внутри себя взволновала его. Он взглянул на двух гоблинов сейчас бормочущих что то на Гобледуке. Что ж, он подумал, Гриффиндорцы известны за склонность принимать решения под воздействием момента.

— Я хочу это сделать, — сказал он твердо.

Гоблины прекратили спорить и повернулись к нему. — Я хочу претендовать на наследие.

Глава 4. Мистер Певерелл желает снять комнату.

Вскоре Гарри стоял на коленях посреди мраморного рунного круга выложенного на полу Ритуальной комнаты N1, глубоко в недрах Гринготтса. Зелье принятия что на взгляд Гарри не отличалось от воды стояло перед ним в хрустальном кубке. Пергамент с написанной версией признания семьей Певереллов лежал перед ним. Следуя инструкции гоблинов Гарри выпил зелье и произнес признание:

— Я, Гарри Джеймс Поттер претендую на наследие семьи Певерелл. Я принимаю наследие по крови, по памяти, и по магии. Я беру имя Певереллов как свое собственное и никогда не приведу его к позору. Я из рода Певереллов и это мое право.

Гарри ощутил тепло, можно было подумать что его погрузили в горячую ванну. Что то неопределимое проплыло сквозь него, незначительно его изменяя; и вместо ощущения испуга он чувствовал себя замечательно. Напряженность и умиротворение в то же самое время. Спустя пару минут ощущение горячей ванной выцвело и Гарри поднялся на ноги.

— Что ж,— сказал Курсентаг с удовлетворением. — Это его не убило.

Они вручили ему небольшую шкатулку в которой как они сказали хранилось кольцо печатка Певереллов и пачку бумаг, это были сертифицированные копии его кровных записей. — Не надевайте кольцо до завтрашней ночи,— посоветовал Кнаклебрат. — Это может привести к неприятным последствиям. Обычно это занимает двадцать четыре часа что бы зелье завершило все что должно быть завершено, так что до тех пор полноценным Певереллом вам не бывать. Стоит только появится другому претенденту на родство...

-Вероятность этого мала,— прервал его Курсентог.

— Но все же если появится,— сказал Кнаклебрат. — Вы будете ожидаемым источником пожертвования крови для создания другого зелья принятия. Вы останетесь главным наследником с майоратным правом наследования но любые другие появившееся наследники будут способны делить с вами кровь, магию и имя семьи по их выбору.

— Ладно — сказал Гарри начиная собирать мысли вместе. — Есть что ни будь еще что я должен знать?

— Не особо. Как я говорил, наследие войдет в полную силу завтрашней ночью в это же время, но уже сейчас оноактивно. Если вы сможете добиться разделения наследия, вы будете способны менять черты лица простым изменением своего мысленного образа.

— Что?

— Если вы ощущаете себя более Поттером значит это наследие выйдет на передний край. При ощущении же себя Певереллом будет проявлена их наследственность. Различия между ними будут не существенны. Все это достаточно несложно.

Курсентог прочистил горло. — Как я должен записать вас для сохраняемого отчета?— Увидев пустой взгляд Гарри, он разъяснил, — Ваше имя. Традиционно вы можете называть себя Гарри Джеймс Певерелл Поттер, но учитывая беспримерное свойство вашей ситуации, выбор другого имени для семьи Певерелл был бы желательным. Как бы вы желали себя назвать?

— Греческие или римские а также производные от них были бы наилучшим выбором, мистер Поттер,— добавил Кнаклебрат. — Они относятся к самым распространенным в чистокровных кругах.

— Мммм...— пмантияормотал Гарри. Новое имя? Что ж для проживания в Лютном ему всеравно понадобилось бы какое ни будь. Что то с совпадающими инициалами? Чистокровное имя но не звучащие полностью смехотворно? — Гефест — сказал он наконец поморщившись от подобного самопоименования, — Я буду Гефест Певерелл.

Гарри был удивлен, насколько разными местами оказались Косой и Лютный переулки ночью. С накинутым капюшоном и закутанный в плащ он покинул Гринготтс в 11:30 и ступил на практически пустую улицу. Очень немногие фонари сияли в окнах Косого переулка, да и те в основном были из этих небольших квартирок что находились сверху некоторых магазинов. Мерцание из Дырявого Котла казалось на таком расстоянии смутным и слабым. Переулок без обычного давления толпы казался мрачным и покинутым.

Когда же он прибыл в Лютный то сначала подумал что по ошибке не туда свернул. Он не ожидал ничего подобного. По сравнению с тем когда он был здесь во втором году по переулку передвигалось вдвое больше ведьм и волшебников. Большинство магазинов были открыты и торговля кипела. Запах еды доносящиеся от торговых ларьков заставил Гарри осознать что он ничего не ел с обеда у Дурслей, что кажется было целую жизнь назад. Мрачная музыка доносилась до него ночным бризом из паба находившегося примерно в сотне метров в стороне, и слышны были гнусавые голоса пожилых мужчин выкрикивавших "Ядовитые поганки. Все виды. Сегодня ночью за полцены!"

Гарри достал палочку и направив её себе в лицо прошептал "Inmemorse" заклинание которое "Чары для Чарователей" называли как "ненезабываемые чары". Это работало примерно как и чары незаметности. Книга рекомендовала его для сокрытия прыщей и шрамов, но благодаря жгучему пощипыванию которое он ощущал на всем лице Гарри мог сказать что оно вполне справляется и с большими областями. В отличии от чар незаметности оно не мешало окружающим осознавать его присутствие. Вместо этого оно изменяло их восприятие его лица, принуждая его черты ускользать из памяти практически сразу как только его замечали. Кто то кто смотрел на него мог видеть что это был Гарри Поттер, но они были не способны удержатся за эту идею больше чем на секунду.

Он не планировал использовать это заклинание сегодня ночью. Он думал что это может быть Темной магией, и он испытывал небольшое неудобство от мысли о пустячном вмешательстве в память других людей, но с битком набитой, хорошо освещенной улицей перед ним он не видел другого выбора. Сделав глубокий вдох, он начал спускаться вниз по Лютному переулку. Он продвинулся только на несколько ярдов прежде чем тяжелая рука на его плече остановила его. Он обернулся и увидел троих жестко выглядящих мужчин одетых с головы до ног в темно серые мантии. Он едва мог рассмотреть их лица под низко свисающими капюшонами, но он не мог ошибиться насчет зловещего ощущения что являлось частью самого их присутствия. Один из мужчин держал на цепи какое то животное что выглядело как безволосый волк с красными глазами.

— Ты в неправильном месте, пацан,— прогрохотал тот, кто ухватил его за плечо. — Таким как ты здесь не рады ночью.

Низкий рык раздался из горла волкоподобного создания и Гарри ни как не могло помочь то что он заметил длинные нити слюны свисающие с его желтых клыков. Непривычно для самого себя, Гарри сглотнул. Во рту была сушь великая. Пара холодноглазых старых ведьм остановилась посмотреть на противостояние. Что делать, Гарри не знал. По крайней мере, они его не узнали. А как бы с этим разобрались те личности которым были бы рады в Лютном переулке?

Образ профессора Снейпа насмехающегося над ним тут же возник в его разуме. Зная, что он будет позднее ненавидеть себя за это, Гарри выпрямился во весь свой рост (желая что бы он не был одним из самых низкорослых мальчишек из своих одногодков) и спросил холодным, контролируемым голосом, — Прошу прощения? И "каким же таким" по вашему мнению?

Мужчину отнюдь не осадила выказанная Гарри видимость уверенности. Один из его сопровождающих зашипел сквозь зубы и прошептал, -...наверно шпион Министерства, Рукус. Лучше бы с ним разобраться по быстрому.

Гарри направил на мужчину великолепную имитацию того взгляда что Снейп всегда приберегал для него к началу великого пира в честь нового учебного года. — Какое проницательное наблюдение! — он усмехнулся с призрением.

— Неужели идиоты из Министерства постоянно посылают людей моего возраста проникнуть в Лютный переулок после наступления темноты, или вы считаете что я, это нечто совершенно особенное?

Названный Рукусом отклонился назад, перенеся вес на пятки, изучая Гарри. — Мы следим за теми кто входит и выходит с переулка ночью. Это наша работа решать о возможной ...нежелательности тех или иных незнакомых людей. Кто ты и что за дело привело тебя сюда?

— Мое имя, — сказал Гарри с надменностью которую он совсем не ощущал, — Гефест Певерелл. Мое дело, откровенно говоря, совершенно не ваше дело. Сейчас я направляюсь в "Шкаф Докси" что бы провести там вечер.

Державший на цепи волко тварь тихо зафыркал, а Рукус приподнял бровь. — Не слишком ли ты молод для этого? — Спросил он.

Вопрос был непонятен. — Я старше чем выгляжу, — сказал Гарри, — и мой возраст определенно достаточен что бы снять комнату если я захочу.

— Полагаю, это так, — сказал Рукус. — Что ж, пацан. Иди куда шел но дозор будет приглядывать за тобой, так что и не пытайся что то затеять.

И с этим трое мужчин удалились, маленькая группа людей остановившихся поглазеть рассеялась. Гарри совершил несколько глубоких вздохов прежде чем продолжил путь. Чем дальше он продвигался тем более сюрреалеастичным становился Лютный переулок. Каждый кусочек здесь был так же экзотичен и нов как и Косой переулок когда ему было одиннадцать. Большинство магазинов было открыты, и желтый свет изливался из них на улицу. Здесь было более умиротворенно, чем в дневное время в Косом переулке, но все так же присутствовал приглушенный шум голосов вокруг него. Витринам не хватало той живости что он видел в таких заведениях как Флориш и Блотс, но многие из них были прекрасны на свой собственный манер. Отравленные свечи горели пламенем каждого цвета радуги. Окрашенные в рубиновые и лимонно желтые цвета феи изящно трепетали в маленьких стеклянных коробочках, флаконы с любым вообразимым зельем искрились в свете факелов. Целая толпа настоящих миниатюрных лошадок бегала кругами на одном подоконнике. И даже не особо симпатичные вещи... что ж, были по крайней мере интересны. Мотки человеческих волос "вырванные с корнем" висели в аптечной витрине, набор зачарованных рунных ножей расчерчивал сложными узорами арену из песка, а выставленные в витрине Реагентов Розмари капли расплавленного воска размером с кулак кажется дышали.

Когда Гарри свернул на Демонову Улочку, Шкаф Докси он заметил сразу. Это было высокое узкое здание окрашенное в смолисто черный цвет, и огромной вывеской с неаккуратно нарисованным изображением докси вывешенной на фасаде здания. Но все же самой примечательной чертой здания был цвет окон. Гарри вытаращился. Они были огромные, их было много, и все они были окрашены в очень женственно выглядящий оттенок розового. Свет исходящий изнутри этих окон красил улицу перед зданием и магазины на другой стороне в деликатный розовый.

Гарри ощутил жар на лице как только он кое что понял о месте куда он столь стремился этой ночью. Шкаф Докси был очевидным борделем. Внезапно комментарии стражей Лютного обрели смысл. Хриплый смех и игривые крики доносились изнутри, а пара скудно одетых ведьм зазывали прохожих. Гарри только собрался уходить, когда осознал что ему просто некуда идти.

К счастью Шкаф Докси был отделан изнутри с намного большим вкусом чем снаружи и если Гарри проигнорирует происходящие в темных углах общего зала то это почти можно принять за обычную гостиницу. Яркое огонь полыхал за каминной решеткой, зачарованный что бы что бы не давать жару в течении лета, и несколько волшебников (пара из них выглядела на самом деле как вампиры) сидели за длинным столом и пили из тяжелых кружек. Гарри как раз искал взглядом кого ни будь, что бы спросить насчет комнаты, когда сильно накрашенная женщина в откровенной зеленой сатиновой мантии величаво подошла к нему. В ее глазах затлел огонь, когда она положила свою ладонь на его руку.

— Что я могу для тебя сделать, милый?

Гарри ощутил как его румянец снова включился на полную силу. — Я просто...эээр, как это сказать...мне нужна комната на ночь,— произнес он с запинкой.

— Конечно, сладкий,— она ответила со слепящей улыбкой. -Идем со мной.

— И все же, просто комнату — выпалил Гарри. — Я не хочу... ничего другого.— Он подумал, возможно ли покраснеть так что бы прервать работу чар Inmemores.

Женщина захохотала. — Я знаю что ты имеешь в виду, милый. Примерно половина нашего дела это просто гостиница, хотя большинство народа знающего об этом приходит к нам отдохнуть в течение дня. Ночью здесь все таки шумновато.

Гарри больше не доверяя своей способности общаться просто проследовал за ней в молчании в высокий кабинет расположенный за баром. Она открыла его и показала количество ключей от комнат висящих на крючках, — Я так понимаю тебе нужна одна из дальних комната?— спросила она. — У нас не так уж много постояльцев на самом верхнем этаже так что ты можешь рассчитывать на неплохой сон.

— Это звучит прекрасно, мисс...?

— Ну разве ты не милашка! — Взвизгнула она и потрепала его по щеке. — Я просто Кора, милый. Нет нужды в этих штуковинах с мисс.— Она подала ему ключ. — Комната 413. Все время вверх по лестницам затем направо. Пять галеонов за ночь и если ты встанешь к шести то сможешь разделить с нами внизу чудный завтрак.

Гарри поблагодарил ее и заплатил за ночь, затем поднялся к своей комнате. Комната 413 была небольшой, а наклон потолка повторял наклон крыши. Он был меблирован только самым необходимым, двух спальной кроватью, ящиком для белья, небольшим столиком и фонарем. Гарри снял с сундука чары и затолкал его под кровать. Затем наложил на дверь обычные запирающие чары сделав мысленную заметку о необходимости выучить более сильные, и снял одежду. После душа в узенькой ванной и одевания слишком большой Вестхемской чайной рубашки что подарил ему Дин на Рождество в прошлом году, Гарри сел на край кровати и огляделся. Здесь было не развернутся, пыльно и шумно. Но все же это было больше чем то что у него было на Прайвет драйв, и если он захочет придать своей комнате более жилой вид он мог использовать так много магии как только пожелает. Можно будет создать несколько чистящих чар и приглушающую защиту завтра. Гарри понял самое главное, здесь от него никто ничего не ожидает. Он может приходить и уходить когда ему будет удобно и никому до этого не будет дела. Он может быть просто Гефестом Певерелом, подростком без нависшей над головой судьбы, на все лето целиком. Улыбаясь, он лег и накинул на себя простынь.

Это был лучший сон что у него был за очень долгое время.

Глава 5. В Шкафу Докси.

Гарри бы с радостью проспал все первое утро своей свободы, если бы его не разбудил стук в дверь чуть раньше шести часов утра. Простонав, он скатился с кровати, натянул ту же мантию, что была на нем и вчера, и подхватил палочку с прикроватной тумбочки. Он приоткрыл дверь на половину когда ощутил второй удар и был сбит с толку видом невысокой девушки блондинки одетой в нечто тонкое, окрашенное в пурпурный цвет схожее кроем на наряд танцовщицы живота с накидкой. Она не могла быть старше Гарри более чем на несколько лет. И он не мог не отметить даже в своем состоянии недосыпа что девушка напоминала Флер Делакур...только в вызывающей одежде, которую французская ведьма никогда бы не одела.

— Нравится что видишь? — спросила девушка, изогнув бровь.

— Еще по настоящему рано,— тупо сказал Гарри. Он уже ощущал появляющийся румянец.

Девушка захихикала. — Кора права. Ты вроде как милый. Не хочешь спустится для завтрака? Кора посчитала, что ты будешь не против перекусить.

Как ответ на предложение живот Гарри забулькал громче. Девушка рассмеялась снова и сказала, — Я полагаю, это значит да. Кстати я Бетти. Бетти Симон.

Гарри открыл рот, что бы представится и затем замер, с болезненным ощущением в глубине своего живота. Он не перенакладывал inmemorse с прошлого вечера. А продолжительность действия заклинания два часа... что означает что он сейчас стоит здесь со своим настоящим лицом. Прежде чем он смог даже заставить свой разум задуматься над тем что следует предпринимать далее, ему показалось что его палочка поднялась по ее собственной воле и он услышал самого себя произносящего Stupefy.

Бетти упала на пол как марионетка с перерезанными нитями, и Гарри затащил ее в комнату и захлопнул за собой дверь. Сердце его стремилось вырваться из груди, когда он бросился в ванную что бы взглянуть в зеркало. Он ожидал увидеть только себя, зеленые глаза и шрам, но оттуда на него посмотрел незнакомец. Гарри осторожно потрогал лицо и наложил finite только что бы уверится что это не побочный эффект от вчерашних заклинаний. Из стекла продолжало моргать лицо незнакомца.

В некоторых чертах оно было очень похоже на его собственное лицо. Волосы имели ту же длину и цвет, но их привычная взъерошенность отсутствовала. Скулы его имели более четкие очертания, а его челюсть казалось, приобрела более изящную форму. Зелень в его глазах сменила не менее примечательная ледяная синева. Кожа его приобрела другой оттенок, не такой золотистый и более бледный. Нос его так же стал длиннее. Гарри поднял свою челку и ахнул. Здесь не было шрама. Дамблдор говорил что ничто не может его убрать. Как это возможно?

Гарри захотелось заплакать. В его комнате валялась проститутка в бессознательном состоянии и он как совершенно другая личность по сравнению с тем каким он проснулся вчера утром. Что случилось? Где его лицо? Глаза его матери, волосы отца, шрам в форме молнии...все это были неотъемлемые части Гарри Поттера. Он хочет их назад! И как только он это подумал, Гарри ощутил то что можно описать как внутренний щелчок и внезапно он уже смотрел в свое собственное лицо.

Наследие, внезапно осознал он. Он отправился спать прошлым вечером вполне уютно ощущая себя как Гефест Певерелл и проснулся утром выглядя как он. Это было намного больше, чем он ожидал исходя из объяснений гоблинов вчера вечером. Это заняло у него целую минуту прежде чем он восстановил чувство приятной неизвестности что он ощущал прошлой ночью, но когда он справился с этим лицо незнакомца снова возникло в зеркале. Не незнакомца, подумал Гарри. Это был Гефест. Это было лицо которое наследие Певереллов даровало одному из своих. Он улыбнулся. Великолепная личина.

Что ж, хоть проблема с распознаванием и была решена Гарри был все же не уверен что делать дальше. Несчастная Бетти лежала парализованная на полу, и уже было явно поздновато для завтрака. Морщась Гарри осознал что не сможет обливиэйтить ее без опаски за последствия потому что он не знал как это делать правильно. Она могла остаться бормочущим идиотом до конца ее жизни.

Понимая что время на исходе, он начал выполнять первую попавшеюся идею что появилась у него в голове. Он ненавидел это, но Бетти была уже парализована. Не похоже что она сможет что либо почувствовать, а для него это была ситуация выбора между жизнью или смертью. Он вытащил из сундука учебник по Истории Магии, и закрыв глаза шлепнул довольно сильно по белому лбу Бетти. Критически посмотрев на оставшеюся после этого огромную розовую отметину Гарри добавил слабое жалящее заклинание для придания лучшей видимости. Появилась гневно красная шишка и Гарри решил, что этого достаточно. Он больше не мог стоять и бить девушку.

После вытащив её в коридор, Гарри опустился рядом с ней на колени и метнул в неё enervate прежде чем спрятал палочку в свою мантию. Глаза девушки затрепетали и открылись. Она выглядела очевидно сбитой с толку.

-Оо, мне так жаль! сказал Гарри паникующем голосом, который был поддельным отнюдь не полностью. — Я не могу поверить что сделал это! Я такой недотепа! Пожалуйста скажите что с вами все в порядке.

Бетти приподнялась на локте, а затем прикоснулась ко лбу. Она поморщилась. — Что случилось? — спросила она.

— Мне жаль,— простонал Гарри. — Ты зашла пригласить меня на завтрак, и я случайно ударил тебя в голову дверью. Ты в порядке?

— Я припоминаю, я думаю... У меня что кровь идет? Спросила она. — Это вправду больно.

Гарри еще никогда в жизни не ощущал себя таким поддонком. — Нет, здесь нет крови,— сказал он ей. — Как ты думаешь, ты можешь встать?

Он помог ей встать на ноги и провел в ванную, что бы она смогла взглянуть на себя в зеркало. Бетти поморщилась когда увидела огромную шишку размером с яйцо на своем лбу. — Синяк будет просто ужасный, может быть Майя сможет, что то сделать. Она хороша с такими вещами.

Это звучало по настоящему раздраженно, и Гарри не мог винить ее за это. — Есть что то что я могу для тебя сделать? — спросил он.

— Да,— сказала Бетти. — Пошли со мной на завтрак и скажи Коре почему я опоздала. Она обычно не дает припоздавшим ничего кроме чаю даже если они здесь работают.

— Окей, — сказал Гарри восторженно. — Только дай мне обуться, и мы пойдем.

Бетти засмеялась. — У нас не то чтоб уж такое строгое заведении. Ни кого не будет волновать если ты придешь и без обуви.

Как только они начали спускаться по лестнице, Бетти спросила, — эй, а ты мне вообще говорил свое имя или я все забыла когда ты шарахнул мне по голове?

— Не думаю что я его вообще упоминал,— ответил Гарри. — Я Гефест. Приятно познакомится с тобой.

— Что ж я не могу сказать что встреча с тобой была такой уж забавной Гефест, но я уверена что ты милый и все такое.

— Я правда очень сожалею,— сказал Гарри.

— Просто убеди Кору дать нам завтрак, и я определенно прощу тебя.

Кора, как выяснилось была владелицей Шкафа Докси, и ее было не так уж трудно убедить в том что произошло с Бетти. Она бросила один взгляд на лоб девушки, что уже стал пурпурным, и немедленно поспешила приложить какую то мазь от ушибов. Она была готова оторвать Гарри уши за "зверство над моим дамами!" пока Бетти не убедила ее что это и вправду был несчастный случай. Смягчившись она наложила им обоим с горкой на тарелки яиц, бекона и тостов.

— Ну, Гефест что привело тебя в Лютный переулок? — спросила она посматривая при этом как они едят. Она подумывала, что у Бетти может быть сотрясение, так что она собиралась держать её в поле зрения пока Майя не взглянет на неё. — Не слишком ли ты молод, что бы путешествовать в одиночку?

Гарри колебался только мгновенье. Он знал что он может сойти за более юного чем на самом деле, даже как Гефест. Видимо наследие Певереллов не могло совладать с годами недоедания у Дурслей. Обозначить себя как не совпадающего по возрасту с Гарри Поттером только поможет ему в его долгом путешествии.

— Мне четырнадцать, сударыня,— сказал он. — Мои родители умерли когда я еще был дитя, и я жил с родственниками до недавнего времени.

— Почему ты теперь один?— с любопытством спросила она.

— Мои родственники и я не ладили друг с другом,— сказал Гарри. — Они решили, что для меня настало время идти своим собственным путем. Не могу сказать, что я несчастлив от этой ситуации.

Мадам покивала. — Звучит так, что тебе действительно будет лучше без них, парень. Кроме того четырнадцать это не так уж и мало. Вполне достаточно что бы получить работу как и любому здешнему. Как надолго ты с нами останешься?

— Я надеялся что смогу остаться до конца лета если вы, конечно не будете против,— сказал Гарри. — Я сберег достаточно карманных денег, чтобы платить за комнату пока я решу что мне делать дальше.

Кора пожала плечами. — Можешь оставаться столько, сколько хочешь пока способен платить. Никто не придет сюда в поисках несовершеннолетних волшебников, а я ничего против не имею.

После завтрака, Кора и Бетти пошли досыпать, оставив женщину по имени Майя, приглядывать за баром. Бетти объяснила, что они проспят чуть дольше полудня а затем проработают всю ночь напролёт. — Тебе наверно самому захочется жить так же,— добавила она. — Большинство магазинов в переулке работает только в ночные часы, потому что авроры знают, что нас лучше не беспокоить пока дозор в силе. Днем же здесь ничего не происходит.

Майя была женщиной среднего возраста с уже начавшими седеть висками. Гарри не думал что здесь есть на что посмотреть особенно по сравнению со схожей на нимфу Бетти, но оказалось что она жаждет составить ему компанию что бы удержатся ото сна.

— Я ненавижу когда настает моя очередь дежурить в дневную смену,— жаловалась она. — Я ног своих не чую, из за ночной работы. Не могу удержатся что бы не задремать там где стою.

Гарри быстро понял что Майя это добровольный источник сведений, так что он провел большую часть утра в баре, пил чай и закидывал её вопросами. Он узнал что авроры Министерства последний раз вторгались в Лютный в ночное время двадцать лет назад.

— До сих пор они зализывают свои раны после этой беды... Не умно идти против Лютных на нашей же земле. И это была Среда, так что Темные волшебники были здесь повсюду,— искренне засмеялась она. — Эти авроры даже не знали что их вырубило.

Гарри не понимал что такого в Среде, чем она отличается и так он и спросил. — Ох, Среда да Пятница, эта ихние ночи для прихода в переулок,— терпеливо объяснила Майя. — Потому как Темные. Остальное время здесь только местные: те кто на тьму завязанные, преступники, обычный народ что свою удачу растерял и другие люди кому по нраву жить на краю достойного общества.

Видимо его смущение проявилось на лице потому что Майя наклонилась вниз и заговорила добродушным голосом. — Не Лютного то свойства были они? Родичи твои? -

Гарри кивнул в согласии.

— Что ж, — сказала Майя — не дай тогда себя изловить Темным волшебникам если будешь угрюмится на них вместе со всей остальной Лютной толпой. Это их до смерти оскорбит. Только потому что кто то пользует темную магию совсем не значит что они её традиции и историю впитали.

— Что ты имеешь в виду?

Похоже Майя находила его невежество скорее милым чем раздражающим так что Гарри получил больше информации чем он смог бы управится за один момент. Лютный Переулок не был посвящен первоначально Темной стороне магии, а просто ее незаконной стороне. Но Темные стремились быть частью этого, и поскольку многие из Темных семей "имели понятие как за галеоны браться" Лютные постарались что бы в те две ночи в неделю когда приходят Темные волшебники они могли предоставить им наилучшие наборы товаров.

— Не то что бы они приходят сюда,— сказала Майя. — Распутство против их верований, так что они останавливаются в Магне.

Гарри особо не видел причин по которой проституция могла восприниматься крайне благосклонно но и в крайность низведение её до ничтожества не впадал. Майя и другие дамы были для него достаточно милы.

— Так что, это их история и их семьи вот что делает их Темными? спросил он.

— Что насчет людей что используют темную магию но никак не следуют традициям?

— Ох, здесь полно таких. Почти все из нас, Лютных, по сути дела. Темные волшебники это не слишком уважают но они ведут себя в стиле "не-спрашивают-не-отвечай" со всеми здешними. В конце концов осталось только две, может быть три сотни настоящих Темных волшебников на всю Британии, а Министерство жаждет их крови в течении тысячелетия. Они не могут быть переборчивыми когда дело доходит до знакомств.

В обед Гари спустился вниз по Демоновой Улочке в паб в котором согласно описанию Майи подававали "лучший стейк и сырный пирог по эту сторону могильного камня."

Тусклый маленький паб назывался без всякой выдумки "Паб", и казалось что кипения жизни здесь не видели как минимум лет сто. Кроме Гарри здесь были только три подозрительно выглядящих посетителя. По его оценке прошло довольно много времени прежде чем неприветливый бармен доставил ему ломоть исходящего паром сырного пирога. Это была вкуснейшая вещь из всего что Гарри когда либо ел.

Он как раз собирался взяться за последний кусок корки когда маленькая коричневая сова приземлилась рядом с его тарелкой и перехватила его. — Эй!— сказал он со смехом. — Своё надо иметь.

Сова ухнула нахально и приподняв ногу так и осталась в этом положении. К ноге был привязан квадратный пергамент коричневого цвета размером с открытку. Гарри взял письмо, раздумывая кто его мог написать и развернул его.

Мистер Поттер,

Я работаю на Совиную Службу. Мы никогда прежде не встречались но мне случалось иметь дело с вашей совой Хедвиг. (Просто очаровательное создание.) Есть несколько проблем с последними доставками. Пожалуйста посетите мою службу как можно скорее что бы мы могли обсудить вопрос о незаконной подделке совиной почты.

С почтением,

Иван Эйлоп

Совиная Служба — Отдел О.В.С.

ПС-Ваша милая сова сказала передать что это насчет грубых людей в странном доме с кричащей дамой прилипшей к стене.

ППС— Сова что доставила это письмо названа Афродитой. Разве она не прелесть? Если вы никогда прежде не были у нас она покажет вам как добраться до службы. Это такой стыд что Хогвартс больше не водит сюда первогодок на экскурсии. Не забудьте похвалить её внешний вид.

Глава 6. Совиная Служба.

Гарри уставился на письмо. Даже по волшебным стандартам Иван Эйлоп был необычен. Он не думал, что когда либо получал более сбивающие с толку письмо. Гарри немедленно отклонил мысль, что это может быть уловкой Пожирателей Смерти или сфабриковано Орденом для выяснения его местонахождения. Обе организации воспринимали себя слишком серьезно, что бы прислать столь странное письмо. Он отпил еще глоток из стоящей перед ним пыльной бутылки сливочного пива отметив еще раз что вкус здешнего напитка был отчетливей чем у того что подавали в Хогсмиде. Постскриптум (очевидно от Хедвиг) обозначал что его надежды на то что защита на Прайвет Драйв 4 продержится несколько дней не оправдались. Должно быть, защита пала и Орден пытался как то повлиять на Хедвиг или принесенную её почту. Что ж у него по любому есть причина заглянуть в Совиную Службу, даже если он никогда не слышал о ней прежде. Может быть Иван Эйлоп сможет рассказать ему почему он никогда не получал никаких других писем кроме как от друзей и ордена.

Маленькая коричневая сова терпеливо смотрела на него. Гарри сложил письмо и спрятал в карман мантии. Он напомнил себе, что надо купить новую одежду если он не хочет надевать тот же самый набор мантия все лето. — Ты очень красивая сова — сказал он. Он ведь не навредить себе, если последует высказанному в письме совету? — Пожалуйста, не могла бы ты провести меня в Совиную Службу, Афродита?

Сова с очевидным удовольствием почистила перья клювом и вспорхнула Гарри на плечо. Гарри сначала предполагал, что она будет лететь перед ним, а он последует за ней. Конечно это было глупо. Афродита не захотела бы ждать пока медленный человек смог бы её догнать. Но как ему разговаривать с птицей? Если бы это была Хедвиг все было бы совсем по другому но Гарри никогда не встречал столь же умную сову как она. И все же он был волшебником, а странные вещи происходили с ним постоянно.

Гарри вышел из паба на согретую летним солнцем мощеную булыжником улицу. С отвращением он заметил что его одежда пропиталась запахом кислятины витавшем в воздухе бара. Он снова стал подыматься вверх изумляясь пустоте улицы по которой при свете дня бродило всего несколько человек. Под ржавым навесом магазина названного "Создания Криа" пара иностранных волшебников с заметным акцентом разговаривала друг с другом приглушенным шёпотом. Да запертый в клетку финтиплюх прижав морду к запачканному окну смотрел на них. И если бы не они улица казалось бы полностью лишенной признаков жизни.

Шествуя по улице совершенно без понятия в каком направлении ему идти, и ощущая себя совершенно по дурацки он спросил: — Одно уханье для "да" два для "нет"?

Афродита ухнула. — Великолепно — Сказал он. — Это в Косом или Лютном переулке?

Два уханья. — Но это в Лондоне, верно?

Одно уханье. — Могу я перейти туда по камину?

Два уханья. Конечно это будет не просто подумал Гарри. Почему бы им просто не передать инструкции в письме? И словил вспышку вдохновения — Если у меня будет метла я смогу последовать за тобой?

Громкое утвердительное уханье. Хотя бы не придется добираться пешком. Гарри поспешил в Шкаф Докси что бы достать метлу.

— Майя — спросил он спустившись вниз — ты не знаешь как пройти в Совиную Службу?

Шлюха расположилась перед не испускающим жар камином за отдельным столом и раскладывала на нем пасьянс из карт для подрывного дурака.

— Извини Гефест, никогда не имела нужды туда наведываться. Я думаю это где то возле Министерства. — Она взглянула на метлу в его руке. Он обрадовался что его рука скрывала лейбл означающий его метлу как Всполох.

— Если ты собираешься туда лететь то тебе надобно выйти из переулка. Тут наложены чары против такого рода вещей. Для тебя будет удобней выйти через чёрный вход Лютного. Скажешь там что это я тебя послала и они пропустят тебя без проблем.

Оказалось что Лютный имел чёрный вход который постоянно охраняли члены дозора. По словам Майи выходило что владельцы заведений в Лютном платили дозору что бы отпугивать влезающие в не свое дело Министерское начальство. Выслушав рассказ Майи Гарри заподозрил что существует более чем один общеизвестный черный вход на Лютный. Тут же на углу вчерашнего Ежедневного Пророка она набросала ему грубую карту что бы он не заблудился.

Он нашел выход за выкрашенном в кричаще яркий пурпурный цвет магазином под названием "Тайны Мораг". Находящаяся за ним стена из серого камня была снабжена металлической дверью охраняемая двумя дюжими волшебниками в серых мантиях. Он объяснил что его послала Майя и был пропущен в дверь без дальнейших расспросов. Он поразмышлял о том друзья ли это Майи или постоянные посетители Шкафа Докси. Гарри потрясло что пройдя через дверь он оказался не на другой улице как он ожидал а в вертикально установленной бетонной трубе оборудованной ржавой лестницей на стене ведущей наверх. Пожав плечами Гарри наложил на себя чары разнаваждения на случай если он вылезет среди толпы маглов и начал подниматься. После примерно минуты подъема он достиг выхода замаскированного нелепым металлическим люком в конце безлюдного узкого прохода между домами.

Гарри мог бы поклясться что и Лютный и Косой переулки находятся примерно на одном уровне, совпадающем с уровнем Чарринг-Кросс-роуд. Зачем ему пришлось подниматься что бы попасть сюда? Одна из особенностей волшебного мира, так он решил пока обтряхивал с мантии пыль и грязь. В проходе чувствовался сильный запах конопли и моторного масла, а сам он наверное был невидим для маглов. Так как многие из них проходившие по тротуару в нескольких футах от него даже не смотрели в его направлении. Гарри взглянул на коричневую сову.

-И? — сказал он — указывай дорогу.

Афродита снялась с его плеча и он последовал за ней. Это было благословением парить в воздухе снова. Воздух был прозрачен и свеж а ветер трепал его волосы. Гарри был готов летать весь день, но Афродита стала спускаться уже спустя пятнадцать минут полета. Сначала Гарри не видел ничего кроме офисных зданий но достигнув вертолетной площадки на ближайшем из них он очевидно прошел через какой то невидимый барьер. Перед его пораженным взглядом, между двумя офисными зданиями возникло огромное украшенное куполом строение, формой похожее на огромною силосную башню. Стены его были усеяны многочисленными не застекленными окнами. Совы вылетали и залетали в здание со всех сторон и Гарри подумал что же заклятие было использовано что бы маглы не заметили такого скопления птиц. Афродита направилась в здание через окно в одном из самых верхних уровней и Гарри последовал за ней.

Это было схоже с полетом через шторм из перьев. Совы всяческих форм и расцветок носились по коридорам и комнатам во всех направлениях в таких количествах что глаз Гарри буквально не мог сосредоточится на какой либо отдельной птице. Шум был ужасен, доносились сильные запахи заплесневелых перьев и мертвых крыс. И куда делась Афродита?

Маленькой птицы не где не было видно. Гарри уже был готов сдаться и бросить её поиски когда увидел очертания человеческой фигуры что продвигалась сквозь стаю сов.

— О боже, мистер Поттер — воскликнул голос — я не ожидал что вы проследуете через один из совиных входов.

Мужчина остановился напротив Гарри. Афродита сидела на его плече пыхтя от гордости за выполненное задание. Первой мыслью Гарри было что Иван Эйлоп и сам был похож на сову. Тонкие серые волосы выступающие двумя хохолками за его небольшими ушами, круглые коричневые глаза увеличенные толстыми очками аккуратно расположенными на самом кончике его клювообразного носа.

— Бог мой, мистер Поттер — сказал он наклонившись вперед что бы рассмотреть Гарри.

— А вы выглядите весьма не схоже с тем как должны, если вы простите мою прямоту. Но конечно же вы это вы иначе Афродита не привела бы вас ко мне.

— Я под маскировкой — объяснил Гарри мысленно кляня себя за то что забыл что он в облике Гефеста.

— Не глупите — воскликнул мистер Эйлоп, всплеснув руками.

— Конечно же вы не под маскировкой. Неужто вы думаете что я обеспокоился будь вы замаскированы? Мистер Поттер это просто бессмысленно!— Гарри открыл рот что бы заявить что он понятия не имеет о чем говорит мистер Эйлоп но мужчина предостерегающе поднял руку.

— Об этом не стоит волноваться любезный сэр. Ведь это очевидно что вы просто притворяетесь что замаскированы так что бы я знать не знал что вы это вы. Очень умно мистер Поттер! Иного и не стоило ожидать от владельца милой Хедвиг! Следуйте за мной!

Гарри начал обдумывать возможность того что Лавгуды и Эйлопы возможно родственники, раз они являлись обладателями столь схожего типа безумия. Он спустился на этаж вниз и проследовал за мужчиной по коридору почти свободному от сов до самого его окончания. Находившаяся там деревянная дверь была украшена тисненными золотыми буквами "О.В.С.". "Служба Очень Важных Сов" сказал мистер Эйлоп выделяя каждое слова распахивая дверь.

У Гарри отвисла челюсть. Это было похоже на смесь между лесом и центром по упаковку подарков. Комната была невероятно огромная. Проход вел от дверей к выложенному плиткой кругу заполненному длинными деревянными столами. На каждом столе находился различный инвентарь для почтовой службы, начиная от коробок с мотками бечёвки и заканчивая чернилами и пергаментом. Так же там присутствовало множество вещей чьих названий Гарри не знал. И все же заметную часть комнаты занимали деревья. Около двадцати деревьев среднего размера и различных пород росли из круга плодородной почвы что окружал комнату по периметру. Были заметны мыши, суетящиеся у подножия деревьев в траве, что вырастала вокруг каждого дерева высотой до фута. Только четверо деревьев имели сов на себе, и Гарри мог видеть спящую Хедвиг, засунувшую голову под крыло расположившись на нижней ветви тополя на другом конце комнаты.

— Я не видел здесь О.В.А. годами, мистер Поттер — щастливо сказал Иван Эйлоп — так приятно что вы смогли нанести визит.

— Что ж я пришел из за вашего письма — напомнил ему Гарри — и что такое О.В.А.?

— Это вы мистер Поттер! Очень Важный Адресат, конечно же. Не все О.В.А. имеют О.В.С. и наоборот. Вы же и мисс Хедвиг вполне соответствуете друг другу!

— О кей — произнес Гарри надеясь что сдвинутый дяденька все таки перейдет к сути дела. К несчастью мистер Эйлоп принял это как приглашение для более обстоятельного рассказа об акронимах. Следить за бормочущей речью мистера Эйлопа было ужасно разачаровывающе но спустя какое то время Гарри обнаружил себя заинтересованным. Иван Эйлоп знал всё о совах и как он их называл "их волшебниках".

Разумность сов зависела от глубины и качества уз что они разделяют с волшебником. Наиболее разумные и талантливые совы неминуемо происходили из среды где к ним относились с предельным уважением и заботой. Эти совы, объяснял мистер Эйлоп были по настоящему бесценны для своих владельцев потому что могли осущевстлять такие доставки с которыми большинство других сов не смогли бы управится. О.В.С. могли доставлять тяжелые посылки на очень длинные расстояния, и они могли найти почти любого адресата даже без точного адреса. Совиная Служба служила площадкой для отдыха и заодно информационным центром для всех сов, что в этом нуждались, но только О.В.С. направлялись к мистеру Эйлопу.

— За исключением несчастного случая — сказал совиный хранитель после объяснения что большинство О.В.С. живут дольше чем другие совы, — в один из дней что бы отослать сообщение ваши дети могут послать Хёдвиг.

Гарри отнёсся к этому скептически.

— Как это возможно?— спросил он подумав об Эрроле.

— Я имею в виду у меня есть друзья со старой совой и она вполне немощная.

— Должно быть они не ухаживают за ней как следует мистер Поттер. Совы отвечают на ожидания волшебников. Волшебники знали об этом, но это было забыто как и множество другого из Старых Путей. Если вы мне не верите просто взгляните на Тараниса.— Сказал он указав на огромную сову на ближайшей сосне.

— В этом году ему исполнится семьдесят два года. И это делает его старейшей совой в Британии. При этом он здоров как ни одна сова которую я когда либо встречал.

Великолепная сова уставилась на Гарри и щелкнула клювом, похоже чем то возбужденная.

— Он пытается доставить вам письмо уже полторы недели — прошептал мистер Эйлоп Гарри.

— Бедный малый очень чувствителен к подобному. Он не может его доставить потому что его хозяин не занесен в ваш список безопасных отправителей. Когда я сказал ему о вашем предстоящем визите, он решил подождать вас.

— Что? — сказал Гарри, не отводя взгляда от совы. Где же он мог видеть его раньше?

— Это конечно грубо с моей стороны интересоваться насчёт этого. Но почему я никогда не получал ни одного письма от фанатов или ненавистников или даже рекламных рассылок?

— Потому что ваш список безопасных отправителей очень краток, мистер Поттер. Самый короткий из всех О.В.А. Только людям из списка позволено посылать вам почту пока вы сами не пожелаете получать отзывы от широкой общественности будучи процитированным или изображенным в газетах или МСН. Любое другое письмо перенаправляется или уничтожается в главном офисе.

— Кто это решает? — потребовал ответа Гарри. — Определенно не я. Я желаю получать все мои письма так долго как это возможно, исключая проклятые и им подобные.

— Что ж вы можете изменит список отправителей в любое время когда пожелаете, но я верю что Альбус Дамблор поступил мудро при его создании когда вы были еще дитя. Он обновляет его время от времени но как только вам исполнился тринадцатый год вы можете сами контролировать вашу почту если вам так хочется.

— Я делаю то что хочу сделать — отозвался Гарри твердым голосом. Кто дал право Дамблдору удерживать всех в мире от отправки писем ему? Конечно это была неплохая идея по множеству причин, но всё таки это должно быть решением Гарри.

— Конечно вы сделаете — сказал мистер Эйлоп. — Но сначала вернемся к нашему делу. Я призвал вас сюда что бы сообщить что некто поместил следящие чары на миссис Хедвиг. Она поняла что лучше ей прибыть сюда чем привести наложившего их к вам.

— Верно — вздохнул Гарри. Очевидно, что Орден был уже осведомлен что он сбежал.

— Вы не могли бы снять следящие чары?

— Я уже их снял мистер Поттер, просто я хочу, что бы вы были в курсе происходящего. Мы в Совиной Службе воспринимаем вмешательство в почту очень серьёзно.

Во взгляде его была ярость с небольшой примесью сумасшествия и Гарри понял что идея о каких то волшебниках причинит неприятности одной из его О.В.С. глубоко оскорбила его.

— Вы снова отошлёте ее к виновным в этом? — спросил он.

— О, нет. Конечно же нет.

— Что ж, хорошо — сказал Эйлоп, хлопнув ладонью о ладонь — давайте займемся вашим списком отправителей.

Гарри и представит не мог сколько бумажной работы связано с его списком безопасных отправителей, но когда все что необходимо было сделано и сказано он не мог быть более удовлетворённым. Он мог получать почту теперь ото всех, а не только письма от тех с кем он был знаком лично уже к концу недели. Письма будут собираться, при необходимости с помощью чар уменьшаться и отправляться к нему раз в неделю. Вся его почта будет проходить через совиную службу и будет просмотрена на предмет проклятий. Вопиллеры будут автоматически выбрасываться. Согласно словам мистера Эйлопа все эти процедуры для кого то с его статусом вполне рутинны.

Как только Гарри поставил последнюю подпись, Орлиная Сова издала триумфальный визг и спланировала прямо на стол напротив него.

— Ради бога, Таранис. Похоже, ты едва вытерпел, не так ли? — Сдавленно засмеялся мистер Эйлоп.

С того места где он находился филин смотрел прямо в глаза Гарри, и он поднял левую лапу с четкостью что мгновенно установила вокруг него атмосферу официальности. Немного даже страшась Гарри отвязал доставленный свиток. Пергамент был тяжелый но хорошо выделанный, светло жёлтого цвета и немного отдавал запахом полыни. Взглянув на него он заметил что серебряная восковая печать была украшена прихотливой буквой М.

Осознание поразило его как удар.

— Ты сова Малфоев!

Глава 7. Небольшой совет.

Гарри был ошеломлен. Зачем Драко Малфой послал ему письмо? Мистер Эйлоп улыбнулся на это удивленной восклицание.

— О, вы знаете юного Хозяина Малфоя? — спросил он.

— У его семьи есть три О.В.С., из наиболее выдающихся конечно, все таки они всегда понимали ценность хорошей птицы.

— Я знаю Малфоя по школе — сказал Гарри.

— Но мы отнюдь не друзья, так что я не могу представить зачем ему посылать мне письмо.

— Это не письмо мистер Поттер — сказал мистер Эйлоп.

— Что? Конечно же, это письмо Что еще это может быть? — серьёзно, этот человек был полностью спятившим.

— Это приглашение — сказал совиный хозяин.

— Они посылают одно каждое лето в примерно в это же время в течении нескольких лет и конечно же не одно не было доставлено.

Таранис яростно взвизгнул, перья вздыбились, и Гарри невольно отступил на шаг назад.

— Хватит, Таранис едва ли это вина мистера Поттера — успокоил его пожилой мужчина.

— Для такой совы как он быть не способным доставить порученное письмо почти оскорбление — объяснил мистер Эйлоп.

— Каждый год он является сюда в дурном настроении с надеждой застать вашу Хедвиг что бы он смог передать почту ей, но она так редко появляется здесь что ему никогда это не удавалось.

— А откуда вы знаете, что это приглашение? — спросил Гарри.

— Вы в прошлом читали его или как?

От таких размышлений мистер Эйлоп пришел в ужас.

— Великий Скотт, парень! Я не буду читать письмо адресованное не мне! Это было бы совершенно не профессионально...страшные мысли, устрашающие мысли.

— Извините, я предположил...

— Нет, нет, нет — сказал мистер Эйлоп, замахав руками на Гарри.

— Я знаю, потому что каждый год они рассылают почти двести подобных посланий ведьмам и волшебникам по всей Британии. Это приглашения на ежегодное празднования дня рождения молодого хозяина Малфоя.

— Они рассылают почти двести приглашений на день рождения? — Гарри почувствовал, как у него брови поднялись. Это было именно тот тип вещей, что соответствовал образу семьи Малфой.

— Но зачем им приглашать меня? Я имею в виду Люциус Малфой Пожиратель Смерти, а Драко и я отнюдь не приятели.

— Какое это имеет значение? — спросил мистер Эйлоп с искренним недоумением.

— Ведь ваши семьи не состоят в кровной вражде?

Гарри уставился на мужчину.

— Не знаю что это значит, но я так не думаю. И всё же я не думаю что это хорошая идея пригласить кого нибудь в свой дом если ты пытался избавится от него прежде.

— Это просто политика, мистер Поттер — сказал он беспечно.

Это было бы невежливо для них не пригласить вас из за этого. Вы наследник достаточно старой семьи, и в том же возрасте что и их сын. Не пригласив вас они просто выкажут свой недостаток манер среди себе подобных. Если же вы не разделяете их взгляды то они и не ожидают что вы придёте.

Неубежденный Гарри развернул свиток и начал читать изящный темно зеленый рукописный шрифт: Кому:Глубокоуважаемому наследнику дома Поттер.

От: Леди Карина Нарцисса Малфой нии Блек .

Я пишу вам от лица моего мужа что бы пригласить вас на формальный бал в честь шестнадцатилетия нашего сына и наследника, Драконис Люциан Малфой. Празднование будет проводится в нашем доме в Уилтшере 30 июня в 7:00 вечера. Вам рады здесь и если желаете приводите гостей. Мы ожидаем вашего ответа.

Письмо оканчивалось изысканной копией фамильного герба Малфоев нанесенного золотом. Гарри ошеломленный уставился в письмо. Он по настоящему был приглашен на день рождения Малфоя. Как странно. Рона бы удар хватил если бы он рассказал ему.

Мистер Эйлоп прочистил горло.

— Был ли я прав мистер Поттер? Это приглашение?

— Так и есть — сказал Гарри. Все равно он так и не мог поверить в это.

— Я так догадываюсь что должен отослать им записку что я не приду.

Он посмотрел на многочисленную канцелярскую мелочёвку лежащую на окружающих его столах, заметив при этом слева от себя клетку с живыми песчанками внутри и надписью на ней "Закуски".

— Вы не против если я позаимствую у вас немного пергамента и чернил?

Мистер Эйлоп быстро мигнул несколько раз, затем наклонил голову набок.

— Мистер Поттер. — сказал он напряженным голосом.

— А вы знаете как делается правильный отказ?

— Эээ... А что неужели для этого есть какие то специальные методы? Я думал что просто должен, ну вы знаете написать что я не приду.

— Ох, — сказал мистер Эйлоп обеспокоенно.

— Я не думаю что вы должны делать это так. Существуют правила для таких вещей. Правила этикета которым необходимо следовать. Если вы отошлете не соответствующий тип ответа, вы оскорбите их.

Гарри уже хотел открыть рот что бы сообщить старому волшебнику что его не волнует если он нанесёт оскорбление Малфоям, когда он понял что это не совсем так. Он не хотел быть осознанно грубым к матери Драко, даже если её сын был задницей. Он задумался на секунду праздно сжимая в руках пергамент прежде чем осознал почему эта мысль обеспокоила его. Никто и никогда не приглашал Гарри на день рождения и со смущением он понял что польщен что Нарцисса Малфой прислала столь любезное приглашение. Он не хотел нанести оскорбление семье тогда когда они хотя бы раз не сделали ничего дурного. К тому же Люциус Малфой сейчас находился в тюрьме из за Гарри, и даже если в последнем выпуске "Ежедневного Пророка" было сказано что Министерство обдумывает возможность его освобождения из за "недостатка улик", кажется слишком нечестно быть не вежливым к Леди Малфой, которую он совсем не знал.

— Хорошо, как же мне сделать это правильно — спросил он мистера Эйлопа.

— Я не хочу их расстраивать .

— Когда именины?

— Июнь 30.

— Значит у вас ёще десять дней — сказал пожилой человек.

— Вам надо ответить в течении пяти. Вполне достаточно времени для вас что бы смогли достать книги по волшебному этикету.

— Эрр ... ладно — сказал Гарри.

— А не могли бы вы просто рассказать мне?

— Нет, нет, мистер Поттер — покачал он головой.

— Боюсь что Эйлопы хоть и чистокровная семья все же не члены высших кругов общества. Я только знаю что для подобного рода вещей должен быть использован соответствующий способ. Я даже не знаю что это за способ такой.

— Хорошо.— Гарри подумал что ему возможно надо ознакомится с волшебным этикетом. Если он достаточно сильно отличается от этикета маглов, то тогда у него есть очень хороший шанс выставить себя дураком и при этом достаточно быстро.

— Удостоверьтесь что книга по которой вы будете учится использует термины старых путей — благоразумно посоветовал мистер Эйлоп.

— Я представляю, что книжные магазины полны санкционированными Министерством самоучителями, с содержимым подобным помоям. И с их помощью отнюдь не получится общаться накоротке с по настоящему старыми семьями.

Пообещав достать надлежащую книгу так скоро как возможно, Гарри попрощался с мистером Эйлопом и совиной службой. Он сказал Хедвиг что бы она встретила его в Шкафу Докси, снова наложив на себя чары разнаваждения и оседлав метлу он помчался вниз по коридорам. Теперь он наслаждался вызовом, пролетая сквозь сов. Он слышал как мистер Эйлоп кричал сзади:

— Не думайте что сможете скрыться мистер Поттер! Моя Афродита знает где вас искать. Позаботьтесь о милой мисс Хедвиг!

Время было чуть за полдень, когда Гарри вернулся в Лютный переулок. Яркое солнечное сияние падало на владельцев магазинов и продавцов что суетились на улице с тихим прилежанием, столь отличным от того что он видел в Косой Аллее. Старые ведьмы зачаровывали метлы что бы они подметали их веранды, владельцы магазинов откатывали жалюзи перед витринами и выставляли вывески, а временные продавцы устанавливали расшатанные деревянные каркасы их киосков вдоль всей улицы. Несколько вывесок, что были очевидно зачарованны в прошедшие пару часов теперь ярко сияли в дневном свете.

Гарри вошел в Шкаф Докси и обнаружил, что не только Майя но и все остальные проститутки энергично кружатся по холлу с тряпками и ведрами воды в неистовстве приборки. Пара очень старых волшебников с сильным русским акцентом, кто как он понимал практически постоянно проживали в гостинице сидели в баре попивая кофе из огромных кружек.

— Привет, Гефест! — выдала трель Бетти протирая за ним пол сжимаемой в руках метлой.

— Клиенты скоро придут так что если хочешь чего ни будь из бара прежде чем все тут сойдут с ума то сейчас самое время для заказа.

От лимонного запаха Магического Универсального Пятновыводителя Мистера Скоура у Гарри похоже начиналось возгорание в носу так что он направился наверх. Маленькая кровать выглядела просто божественно, и хотя Гарри думал только о том что бы прилечь на секунду что бы привести в порядок мысли проснулся он несколько часов спустя от звуков музыки и хриплого смеха снизу. Он направился к окну осторожно передвигаясь по темной комнате что бы выглянуть на улицу. Лютная аллея ожила с заходом солнца и улица вновь была заполнена людьми. Он открыл окно для прохладного ночного ветра и был поприветствован массой странных звуков и запахов. Он явственно учуял запах готовящегося мяса, и его живот заявил о своем присутствии громким рычанием.

Гарри проверил своё лицо в зеркале. Черты лица вернулись к форме привычной для Гарри Поттера. Закрыв глаза, он подумал о лице Гефеста. Гефест Певерел будет ощущать себя взволнованным, оживлённым при мысли о ночной жизни Лютной аллеи. Для него это не будет неудобным или странным. Он из тех личностей, что соответствует этому месту до такой степени что никто не взглянет на него второй раз. Гарри ощутил изменения прежде чем открыл глаза. Внезапно он оказался чуть более расположен присоединится к толпе наименее приятных обитателей волшебного мира. Открыв глаза, он увидел послушно лежащие волосы и льдисто голубые глаза в зеркале. Гарри нахмурился. Почему всё так размыто?

Гарри снял очки и начал протирать их о свою мантию. Прежде чем снова одеть их он взглянул в зеркало и ахнул. Он мог видеть! Он провёл рукой перед лицом. Внезапно всё резким прыжком обрело такую чёткость, которую он никогда не испытывал со своими очками. Он мог видеть все темные углы в комнате. Но..он оглянулся вокруг..всё выглядело иначе. Цвета немного изменились, всё выглядело неярким, посеревшим, как будто смотришь через слегка затемненные солнечные очки.

Гарри включил лампу, и комнату залило светом. Он ощутил острую боль в глазах, и внезапно всё снова оказалось размыто. Его очки снова вернули всё в чёткость. После этого ему понадобилась только секунда, что бы понять что происходит. Гоблины сказали что Певерелы обладали великолепным ночным видением. Ясно, что он унаследовал этот дар как Гефест, но улучшенное ночное зрение очевидно работало только ночью. Он подумал может кто то из его предков Певереллов наложили какие ни будь заклинания на себя что бы это всё работало... или может они были не совсем люди? В любом случае способность видеть в темноте может пригодится, и определенно будет выгодна в бою. Он может выучить заклинание Истинной Ночи что исследовала Гермиона для урока чар в прошлом году и его противники будут слепы! Радостно напевая без слов от подобных мыслей Гарри накинул свой плащ с капюшоном, впервые надел на палец фамильное кольцо Певереллов (тяжелый серебряный обод с выгравированной на верху руной), и направился к лестнице.

Два часа, четыре книжных магазина и два магазина поддержанных вещей Гарри был невероятно разочарован. Он нашел книги которые могли научить как вскипятить чьи то глаза так что бы они наружу вылезли, сварить девяносто семь ядов Птоломея и призвать демонов. Но он не нашел ни единого текста ни в одном магазине что мог бы помочь написать отказ на приглашения Малфоев так что бы не выглядеть совершенным невеждой. Вообще то он приобрел одну книгу в последнем посещённом магазине так что ночь была не совсем пропащей. Это была книга в тяжёлом кожаном переплёте озаглавленная как: Основные ритуалы: Полезные церемонии для талантливых волшебников. Пролистав ёе, Гарри решил что он должен приобрести книгу. Несмотря на неприязнь к подобному типу магии, который будучи значительно отличающимся от того чему учили в Хогвартсе, предположительно мог быть использован для намного более масштабной и более длительной работы заклинаний.

Раздраженный, он направился прямо в Мантии Ренаты. Маленькое ателье расположилось между огромным магазином под названием Аптека Зета, где он заметил прошлой ночью человеческие волосы и которые продолжали висеть в витрине и магазином продающим изделия из кожи, что мог предложить своим клиентам сумки на выбор начиная от сделанных из ослиной кожи и заканчивая кожей тестрала. Ателье мантий по внешнему виду отнюдь не процветало. Пытаясь не замечать запах нафталина Гарри глянул между вешалок ища продавца. Он подпрыгнул когда почувствовал как кто то ткнул его в спину.

Обернувшись он обнаружил себя лицо к лицу с женщиной так завешанной мантиями всевозможных цветов и размеров что её было практически не видно на фоне вешалок позади неё.

— Вы ищете комплект мантий? — Спросила она из за стопки серых мантий что держала перед собой.

— Да — сказал Гарри. — Мне действительно нужен новый гардероб. Боюсь я перерос практически все что у меня имелось.

— Точно? — голос позади стопки мантий спросил в потрясении.

— Целый гардероб? Это чудесно!

И скинув стопку мантий на пол с энтузиазмом схватила его за руку. Гарри решил что она не намного старше чем он. Она была одета в мантию укороченную по новой моде и поэтому было заметно что под ней она носит тугие джинсы, а в тонком носу блестело кольцо на фоне её темно коричневой кожи.

— Я Робин — сказала она, пожав ему руку.

— Это мой магазин. Ты ищешь мантии определённого покроя?

— Итак— сказал он оглядываясь на вешалки с мантиями.

— Я рассчитываю на сделанные на заказ мантии. Ничего расточительного, но...

— Конечно!— взвизгнула Робин. Она выпустила его руку и указала на заднюю стену магазина.

— Идите прямо за штору а я прихвачу инструменты.

Менее чем пять минут спустя Гарри обнаружил себя неловко стоящим на табурете только в белье и Робин снимающей с него мерки. Женщину видимо так взволновало что она заполучила клиента что не смогла вытерпеть пока магическая измерительная лента завершит работу и схватив её сама принялась за измерения.

— Ты знаешь — сказал Гарри пока Робин измеряла его левый бицепс.

— Я думал что твоё имя Рената, из за того что это название магазина.

— Это была моя мать — сказала Робин используя маленький черный карандаш что бы заносить на куске бумаги заметки об обмерке.

— Она умерла на Рождество, вся вокруг у ней закупались, а теперь они не решаются зайти ко мне. Мне только девятнадцать и конечно у Малкин больше опыта. Но у меня все равно больше заказов чем думает эта старая склочница. — сказала она яростно, взглянув на Гарри в зеркало как будто он мог не согласится.

Гарри просто кивнул, желая что бы она заканчивала обмерку что бы он уже мог снова одеться.

— Мама научила меня всему, и она была лучшей. Все так говорили — продолжила Роберт.

— Ты будешь фантастически выглядеть. Эй! А как тебя зовут?

— Гефест Певерелл.

— Рада познакомится с тобой Гефест. Как я и говорила ты полюбишь эти мантии. Ты хочешь три для повседневной носки, одна для работы и одна для официоза и все аксессуары, верно? Это твой основной гардероб.

— Звучит неплохо — согласился Гарри.

— Но мне нужны кое какие рубашки со штанами и тому подобные вещи. Я хочу что бы в них я мог неплохо смешаться с магловским миром.

— О мой Мерлин!— завизжала она столь громко что Гарри чуть не свалился с табурета если бы она не удержала его за талию в тесном объятии.

— Я могу делать шикарнейшие вещи с магловской одеждой! Ты пришел в нужное место Г.П.

— Ещё бы— отозвался Гарри хватая ртом воздух. Его не волновало сокращение имени. Для него Робин начала понемногу напоминать Тонкс только без её неуклюжести.

— Сколько это будет стоить— спросил он когда она его наконец отпустила.

— Хммм...— задумавшись над этим Робин начала жевать нижнюю губу.

— Это будет зависеть от типа материала, времени затраченного на сшивку, желаешь ли ты сделать какие либо изменения в чарах, какого рода аксессуары тебе нужны... Ты хочешь что бы я принесла каталог что бы мы могли просмотреть его полностью?

Гарри поморщился. Последнее чего он хотел это провести всю ночь, копаясь в образцах ткани. Робин засмеялась.

— Я почти забыла, что ты парень подросток. Сдается мне, что для тебя это звучит как китайская пытка водой. Ты хочешь просто заплатить мне вперед и оставить меня разбираться, основываясь на твоих пожеланиях? Я обещаю ты не будешь глупо выглядеть ни в чем, что я подберу.

Гарри пристально взглянул на одежду ведьмы еще раз. Она была намного моднее чем то что он мог бы выбрать для себя сам, но все же может быть это было не настолько плохо. Все равно чувство моды у него было не так уж и развито.

— О кей — согласился он.

— Но для одежды волшебников я склоняюсь к более классическим стилям, если ты не против. Достаточно ли будет для покрытия всех расходов трёхсот галеонов?

Ёе глаза слегка расширились.

— О, да я с этим многое смогу сделать. Это будут по настоящему хорошие вещи но ничего сверх прихотливого если ты понимаешь что я имею вы виду.

Наконец Гарри одел обратно свою одежду, и отвела его в кассу что бы он смог заплатить. Она подала ему небольшую чистую карточку и следуя ёе инструкциям он написал на ней сумму и сплюнув на неё подал обратно. Видя отвращение на его лице, она засмеялась.

— Для чего либо что требует более пяти сотен галеонов, тебе нужна капля крови на карточке. По крайней мере, это лучше чем таскаться с тяжелыми сумками полными золота.

И стала держать её над аппаратом стоящим рядом с кассой который показался Гарри похожим на горелку Бунзена. Выстрелил маленький язычок пламени и поглотил карточку, и секунду спустя в другой вспышке пламени возникла квитанция.

— Вот и всё. — Сказала она передавая её ему.

— Деньги были переведены с твоего счета в Гринготсе на мой. Одежда будет готова за три дня. Что ни будь ещё что я могу сделать для тебя сегодня ночью?

Гарри фыркнул.

— Только если ты знаешь где найти книгу что сможет научить меня традиционному этикету чистокровных.

Робин нахмурилась.

— Боюсь что не смогу. Я сама только полукровка. Ты имеешь в смысле настоящие старые традиции которым всё ещё следуют сейчас только Великие Семьи и Темные волшебники?

— Думаю, да — ответил Гарри. Если в волшебном мире были Великие Семьи то Малфои точно были одни из них и он был бы не удивлен если окажется что они ещё и настоящие Темные волшебники.

— Я довольно точно уверен что это именно то что мне надо знать.

Робин встряхнула головой.

— Без кучи удачи тебе подобную книгу не найти. — сказала она с уверенностью.

— Я слышала что старые пути в семьях в эти дни предаются словами. Я уверена что они не записывались в книги по крайней мере сотню лет или больше.

— Великолепно — простонал Гарри.

— И только теперь мне это рассказали. Я искал книгу всю ночь напролёт.

Ведьма всмотрелась поближе в него.

— Возможно, я знаю кое кого кто может рассказать тебе всё о такого рода вещах — сказала она.

Но ты должен будешь быть просто святым что бы выдержать рядом с ним хотя бы немного. Он настоящий нелюдим.

— Кто? — спросил Гарри с любопытством.

— Владелец аптеки по соседству. Зейт очень умный, но с очень скверным характером чистокровный. Если ты сможешь завязать с ним разговор, я уверена он сможет рассказать, все что тебе нужно знать.

Глава 8. Аптекарь.

Закария Зэйт ненавидел идиотов, наркозависимых, и ведьм в поисках незаконного любовного зелья. К несчастью каждую ночь его магазин мог наблюдать за устойчивым потоком именно подобной публики. В некоторые дни всё что он мог это не выкинуть покупателей на улицу или не обдать их не разбавленным ядом Дербинфуга. Бедные придурки определенно заслуживали этого. И даже хуже чем тупые покупатели были имбецилы — в поисках работы что мучили его каждый раз как он вывешивал "Требуется Помощь" табличку. После двух недель собеседований с отбросами из Лютного переулка вывеска теперь читалась как: Требуется помощь: Но Только если Вы Старше Десяти и Моложе Семнадцати, Полностью Человек, Буквально . Говорите на Английском, Без Арахнофобии, НЕ Больны Инфекционными Заболеваниями и Более или Менее Владеете Основными Двигательными Функциями. По началу Зэйт надеялся на кого ни будь, по крайней мере с основами знаний по ингредиентам и зельям что он продавал, но сейчас его устроил бы любой с сильной спиной и образованием уровня классической средней школы.

В свои девяносто пять Зэйт был стар даже по стандартам волшебников. И хотя у него ещё оставалось впереди не менее двух десятилетий хорошего здоровья, он стал сильно уставать от укладки тяжелых ящиков с быстроиспаряющимися ингредиентами для зелий. Он вытер пот с бровей не искалеченной рукой и захромал в заднюю комнату, что бы принести другую банку с мухами златоглазками для вздорной маленькой женщины перед прилавком. Которая клялась, что последняя купленная ёю не была закрыта должным образом. "Помощник — это было бы чудесно" мечтал он, рассматривая банки с мухами в поисках златоглазок. Даже полностью несведущий может быть обучен, если у него будет хоть капля разума. Проковыляв обратно за прилавок, он заметил, что зашел ещё один покупатель.

Это был мальчик подросток одетый немного убого, но отнюдь не напоминающий тех юнцов, что так часто стремятся что либо у него стащить. Зэйт подумал о том скольким маленьким прощелыгам он должен оставить шрамы на всю жизнь прежде чем они престанут пытаться что либо украсть у Темного волшебника. Он собирался проигнорировать мальчика, уделив сперва внимание передаче златоглазок ведьме, но затем он заметил его глаза. За безобразными круглыми очками глаза мальчика были чистейшего льдисто голубого цвета что Зэйт видел в жизни. Он уже видел такие глаза и прежде. Семья давно мертвая, как и слишком многие из лучших среди себе подобных, чьи портреты находящиеся в Книге Душ имели те же самые глаза. Аптекарь позволил своей памяти откатится к дням, когда он учился Старым способам. Его бабушка отличалась от большинства большей строгостью и заучивание наизусть Книги Душ было её методом наказания когда он становился слишком небрежен в сохранении своей природы скрытой от Светлого волшебника жившего по соседству. Имя проскользнуло в его разум сопровождаемое изображениями волшебников и ведьм с глазами подобными льду. Певереллы. Он вспомнил. Последний из Певереллов был убит в Министерской темной охоте в тысячу семисотых. Ничего особенного насчет них. Они были могущественной семьей, старой семьей, но не обладали репутацией подобной семьям Малфоев и Лестренджей.

Несносная маленькая женщина прочистила горло, что бы привлечь его внимание, и Зэйт направился к кассе, что бы пробить чек за мух. Он следил за незнакомцем, как и прежде. Мальчику кажется было интересно его окружение. Он ходил по магазину заглядывая в бочонки и бутылки с выражением лица говорящим о не опытности и любопытстве. Зэйт отметил, что он постоянно держит руки за спиной. По крайней мере, подросток имел хорошее чувство осознания, что большинство ингредиентов не следует касаться голыми руками.

Мушиная женщина поспешно удалилась, сжимая свою банку, и Зэйт украдкой вытащил из кармана палочку. Дважды он взмахнул её умелым движением. Табличка на окне перевернулась на "Закрыто" а замок на двери закрылся с тихим щихт. Зэйт крадучись подошел к мальчику, что с великим восхищением во взгляде изучал аквариум с Заглатывающими Плимпами.

— Хороши как замещающий водяной элемент в зельях для людей у кого аллергия на жаброводоросли — хрипло сказал Зэйт.

Мальчик слегка вздрогнул и повернулся. Зэйт с одобрением заметил что его рука обдуманно находилась на палочке в кармане мантии. Умный парень. Аптекарь тщательно проверил лицо мальчика и был разочарован, найдя кожу вокруг щек и глазниц полностью лишенной любых отметин. И все же, шанс еще есть...

— Я этого не знал — сказал мальчик, что выглядел как Певерелл. Что ж это было бы слишком чудесно если бы подросток был гением зельеваром.

— Вы мистер Зэйт? — спросил мальчик.

— Так и есть — сказал Зэйт, протягивая руку — а кем вы будете?

Мальчик усмехнулся, берясь за руку Зэйта.

— Я Гефест, — просто сказал он.

— Гефест Певерелл.

Разум Зэйта яростно работал, обдумывая возможности. Мальчик бормотал о том зачем он пришел. По видимому, ему нужно знание как отослать формальное письмо с отказом не оскорбляя адресата и эта сумасшедшая девочка швея по соседству послала его к Зэйту. Как мальчик может быть Певереллом? Смерть семьи была убедительно подтверждена доказательствами и никто ничего не слышал о пропавших потомках столетиями. Через какое то время Зэйт сводил концы с концами, издавая подбадривающие звуки и спрашивая беспредметные вопросы каждый раз, когда мальчик прерывался для вдоха. Наконец он решил: гоблины. Должно быть так. Этот мальчик наверно прошел испытание на наследование и был обозначен как наследник Певереллов. Очень неожиданно. Только чистокровные озабочены выполнением проверки на наследие и они никогда не выберут наследие которое проявится поверх их собственного как очевидно сделал этот парнишка. И почему он выглядит так похоже на Певереллов? Старые черты лица должны были смешаться с новыми, а не заменять их полностью. Зэйту в дальнейшем необходимо изучить эту теорию. Если есть хотя бы шанс что мальчик может оказаться Тёмным (а Зэйт готов побиться об заклад что с кровью Певереллов текущей в его венах это весьма вероятно) то он обязан проинформировать общину. Слишком мало их осталось, что бы было можно упустить возможность обучить кого либо подающего надежды.

— Секунду — Зэйт прервал Гефеста когда тот объяснял что то насчет того как ему хочется изучить больше чем просто правила этикета при написании писем если Зэйт возможно сможет направить его к подходящему учебнику.

— Я уверен, что смогу помочь тебе, но я должен кое что проверить прямо сейчас. У меня тут зелье доходит до готовности. Будь здесь.

Аптекарь захромал прочь так быстро, как только ему позволяла искалеченная нога.

Гарри нахмурился глядя на удаляющеюся фигуру. Робин сказала что он сварливый старый дядька, но похоже он всего лишь невероятно занятой. Он смотрел на лицо Гарри как будто это занимало всё его внимание, но он несколько раз просил Гарри повторить его рассказ. Может у него проблемы со слухом?

Старик вернулся менее чем через минуту, взглянул на лицо Гарри и согнулся вдвое в приступе удушающего кашля.

— Вы в порядке мистер Зэйт? — с участием спросил он. Он двинулся вперед что бы коснуться задыхающегося волшебника но Зэйт отослал его неистовым взмахом.

Секунда прошла прежде чем аптекарь расправил свою мантию и уставился на Гарри так как будто никогда не видел ничего ему подобного ранее. Затем он сказал:

— В достаточном порядке, молодой Певерелл. Иногда я более подвержен своему возрасту чем другие. Ты говоришь что хочешь что бы я научил тебя как написать письмо с отказом? И возможно даже более ... Я так понимаю что говоря этикет ты имеешь в виду традиции? Основы ...старого волшебного...общества?

— Если вы можете, сэр — кивнул Гарри.

Зэйт усмехнулся.

— Я определённо могу бучить тебя этому, мальчик. Я могу обучить тебя этому и намного большему.

Гарри только открыл рот что бы поблагодарить старого волшебника но был прерван.

— Но я не буду этого делать.

— Что? Почему?

— У меня просто нет времени парень. Я управляю этим магазином от заката до рассвета в одиночку. Когда я тебя должен учить?

— Но мистер Зэйт я по настоящему...

— Нет, нет. Боюсь это не выполнимо. Уверен, ты видел табличку снаружи? Мне отчаянно нужна помощь, мальчик. Я не могу отвлекаться на твоё обучение, если только...

Гарри заметил блик в глазах Аптекаре и у него появилось предположение о том что сейчас последует.

— О нет, мистер Зэйт. Я не смогу... — начал он.

— ...ты сможешь приходить и работать на меня. Я думаю это замечательная идея. Я могу учить тебя между клиентами и после закрытия. Если ты будешь справляться я даже смогу...

— Я ужасен в зельях. Серьезно. Я не знаю половины вещей что здесь находятся и скорей всего взорву ...

— ...сделать из тебя достойного помощника. Да, только так ...

— ...ваш магазин. А есть какой ни будь другой путь что бы вы могли...?

— ...я смогу сделать это. — Сказал аптекарь.

— В самом деле, парень. Это моё единственное предложение.

Гарри вздохнул. Стоило ли оно того? Само по себе письмо было не важно, но в голове застряло что он по настоящему хочет выучить подобные вещи. Возможно в дальнейшей жизни в определенных кругах это предрешит его успех или неудачу. Но работать на аптекаря? Да Снейп от подобной мысли получит приступ инсульта. Может быть Гарри и не ужасен в зельях от природы, как верит его профессор, просто с самого первого провального урока он не прикладывал к ним никаких усилий. И как он может быть помощником аптекаря? Если у него не получится он всегда сможет уйти.

— Вы уверены что хотите что бы я работал на вас, мистер Зэйт?— спросил он наконец.

— Ведь я отнюдь не лучший с ингредиентами зелий и мне нужно будет как минимум три свободных дня в неделю. Мне надо многое сделать за это лето. — Последнее не было такой уж правдой но Гарри не хотел провести всё лето за работой.

Зэйт раздраженно взмахнул руками.

— Со вторника и включительно по пятницу ты мой, за час до наступления темноты и час после её ухода. — сказал он.

— Остаток недели я управлюсь и сам. Я буду платить тебе честное жалованье за вычетом времени что я проведу обучая тебя.

— Ладно — сказал Гарри, придя к решению.

— Я так предполагаю что увижу вас завтрашней ночью.

Аптекарь кивнул, встряхнул руку Гарри и направил его к двери.

— И не опаздывай, мальчик — сказал он.

— Я не терплю лодырей.

Гарри кивнул размышляя о том во что он себя втянул.

Дойдя до двери он подумал что слышал звук срабатывания замка но не придал этому внимания. Позади него табличка на двери перевернулась обратно на "Открыто" и блеклый свет из окон Зэйта излился в ночь.

Закариа Зэйт ненавидел идиотов и он был очень напуган что из за возраста он становится одним из них. Он сморгнул, без успешно пытаясь избавится от клеящего ощущения сопровождающего принятие зелья Видеть — Незримое. Это было хитрое зелье того типа что ценимо любым Темным волшебником в эти непростое время, но его было дьявольски трудно изготовить. Сам Зэйт его не смог бы сделать из за только одной полностью функциональной руки. Если зельевар допускал мельчайшую ошибку, результат был, своеобразный.

Это зелье делал Северус Снейп и он отдал его аптекарю в прошлом месяце в обмен на его обычные ужасно дорогостоящие расходные материалы. Если бы это был какой либо другой мастер зельевар Зэйт мог бы подумать что оно не действует должным образом.

Зреть — Незримое было полезно тем что позволяло выпившему видеть истинную природу окружающих его вещей и людей. Это было весьма к месту когда он подозревал что один из его "покупателей" был на самом деле Министерским лакеем с проверкой на нелегальные ингридиенты, коими его магазин был забит полностью. Он принял одну порцию редкого зелья что по своей стоимости перекрывало выручку больше чем за целую неделю работы, что бы решить так или иначе верна ли была его теория о мальчишке Певерелле.

Мальчик был Певереллом, и имел ясно различимый с помощью зелья потенциал отвернуть от той лжи что скармливают массам самопровозглашенные Светлые волшебники. Ему необходимо сообщить коммуне о мальчике. Обычно, когда волшебник поворачивает ко Тьме или когда находится подходящий кандидат, атмосфера празднования распространяется по всей группе. Даже самые спесивые из чистокровных испытывают эйфорию от мысли о приветствии нового члена истощенного братства. Он помнит как все были возбуждены когда намного более молодой Северус Снейп , полукровка но очень могущественный сообщил своему другу Люциусу Малфою что он решил практиковать традиции. Столь многие из Темных поздравляли его или слали приветственные дары что почти устрашили и отвратили неразговорчивого подростка от этой идей.

Да подумал Зэйт потирая виски, действительно нужно сообщить остальным что он нашёл наследника Певереллов. Но Могучая Моргана! Он же не может сказать им что Гефест Певерел был так же и Гарри Поттером!

Глава 9. Письма.

Гарри проснулся сразу после полудня от звука постукивания в окно. Он был слегка сонным и ощущал себя непривычно. Установленный в Лютном переулке ночной стиль жизни нарушил работу его внутренних часов. Он обдуманно не ложился до шести утра читая "Основные Ритуалы" и бегло пролистывая старые учебники по зельеварению что бы захватить завтрак, (или это был ужин?) с дамами из Шкафа Докси прежде чем лечь спать.

Очевидно что он не сразу услышал постукивание потому что когда он наконец впустил сову внутрь она ущипнула его за палец и улетела не став дожидаться его возможного ответа на доставленные письма. Гарри был в смешанных чувствах когда увидел от кого были эти два письма. Он жаждал услышать своих лучших друзей но он не был в настроении для лекций или требований вернуться к Дамблдору. Он решил сначала открыть послание Рона. С этим будет явно проще справиться, чем с Гермиониным. Он отметил письмо было проштамповано Совиной службой как "Чисто". Он предположил, что оно было проверено на следящие заклятья.

Гарри, приятель, ты знаешь, что ты чокнутый, верно? Вчера Дамблдор пришел сюда и в поисках тебя почти разобрал дом, хотя Мама сказала ему, что тебя здесь нет. Я думаю, по тому как он себя вёл он почти был готов начать смотреть под матрасами. Если они тебя схватят, забот у тебя будет по горло, так что не позволь им этого! Я вызвал Мио по филетону что бы сказать что ты сбежал (смог справится с этим за три попытки!) так что бьюсь об заклад что она тебе тоже пришлет письмо.

Джинни, Фред и Джордж просили сказать тебе, что ты гений. Мама же была на себя не похожа. Она сказала передать, что тебе не стоило делать этого, но раз всё уже сделано, ты должен немедленно вернутся и остаться у нас. (Видимо ты развалил защиту вокруг места жительства своих родичей, когда ты ушёл, так что больше никаких летних каникул с жирными маглами!) Что ж, это всё приятель. Пошлёшь мне ответ, ладно? Так что бы я мог доказать Маме что Пожиратели смерти тебя не взяли.

Рон.

ПС — Ты видел? Пушки в этом году в пятерке лучших в лиге. Они сыграли пока только одну игру но это ведь может случится, верно?

Гарри улыбнулся. Рон был не против его ухода (как и ожидалось) и миссис Уизли не казалась слишком расстроенной, просто немного волновалась (чего он не ожидал). С Роном было не просто, когда на него находила его смехотворная зависть и неадекватность, но, в конце концов, быть другом Рона Уизли довольно легко.

Никаких вопросов или манипуляций просто беспечное отношение, иногда зависящее от капризов характера. Это из за того, подумал Гарри с капелькой вины, что Рон был не очень умен. Но с другим его лучшим другом было всё совсем не так, и он вскрыл письмо от Гермионы с немного большей опаской. После случая с Мариеттой Эджкомб он относился с уважением к тому, что ведьма может сделать с помощью чернил и бумаги.

Гарри.

Рон рассказал мне. Я могла бы разразится тирадой о твоей безответственности и опасностях оставления дома твоей тети, но я полагаю, ты всё это уже знаешь, так что я приберегу эту речь на потом. Я знаю, что ты всё равно бы ко мне не прислушался, да и прозвучало бы это так, как будто тут ничего нельзя сделать для тебя в этот момент. Я хочу сказать что, по моему мнению, ты должен обратится к Дамблодору. Возможно тебе позволили бы остаться в Штаб квартире или Хогвартсе на лето, и там и там тебе было бы намного безопаснее чем в любом другом доступном тебе варианте, не упоминая о возможности практиковать здесь магию. И всё же я не думаю, что ты так сделаешь. Из того что сказал Рон выходит что ты спрятался очень неплохо. Ох, сколько же у тебя будет проблем, когда ты вернёшься в школу!

Я ужасно волнуюсь, Гарри! Рон думает, что всё это просто хорошая хохма, но ты и я, мы оба знаем, что подобные вещи становятся опаснее. Где бы ты ни был, я надеюсь, ты всё хорошо продумал и ты в безопасности. Я много думала о том, что случилось в Департаменте Тайн. Без тренировок АД, возможно, мы не выбрались оттуда живыми. И раз я воздержалась от того что бы запугивать тебя, я ожидаю, что к началу следующего года ты вернешься в школу с кучей новых заклинаний для изучения. Даже думать НЕ СМЕЙ, что сможешь от этого отвертеться! Я не знаю, скрываешься ли ты в магловском мире или нет, но если тебе нужны какие либо учебники или что то подобное, просто дай мне знать. И я тебя ими обеспечу.

Ну а теперь как твой давний друг, что от беспокойства о тебе приболел, я собираюсь просить тебя об услуге: позволь мне послать тебе мобильный телефон. Я чувствовала бы себя намного лучше, если бы могла каждый день удостоверятся что ты в порядке. Я знаю что ты, возможно, подозреваешь, что я использую его, что бы отследить тебя или сделать нечто подобное, так что попытайся обзавестись своим собственным! Ты ведь помнишь мой телефонный номер, верно?

Береги себя, Гарри.

С любовью, Гермиона.

ПС — Будь осторожен при посылке Хедвиг за почтой. Я предполагаю, что Орден попытается отследить её. (Не могу поверить, что даю тебе советы, что бы ускользнуть от Дамблдора! Ты мне должен. Много.)

ППС — Как ты справляешься с утратой Сириуса? Тебе не надо отвечать, если не желаешь.

Закончив читать это долгое послание, Гарри ощутил, как сердце в его груди затрепетало. Ему не хватало нетерпеливого энтузиазма письма Рона, но во многих отношениях оно было намного лучше. Гермиона не одобряла, но она понимала намного лучше, чем Рон. И самое лучшее, она стремилась помочь ему любым способом, каким могла. Он не упустил тот факт, что здесь не было ни единого упоминания о заданиях на дом или результатах С.О.В. Одно это делало его склонным поверить в то, что она была так обеспокоенна как она и описывала. Но должен ли он доверять ей, отсылая телефон без накладывания чар? Гарри подумал, что она не предупреждала бы его, если бы имела дурные намерения, да и отслеживаемый телефон не сможет пройти Совиную Службу без "обезжучивания".

Он схватил два листа пергамента и стал писать ответные сообщения.

Рон.

Да дружище это было довольно потрясно. Нет, я не схвачен Пожирателями Смерти. Поблагодари твою маму за беспокойство и скажи, там, где я сейчас нахожусь безопасно. (Хорошо накормлен и одет тоже, если ей будет любопытно.) Насчёт Пушек это просто здорово.

Гарри.

И к Гермионе.

Спасибо, Гермиона. Ты знаешь за что. Пришли мне мобильный телефон как можно скорее. Я доверяю тебе и предвкушаю предстоящий разговор. (Но не ожидай, что выдам где я нахожусь!) Здесь, я в безопасности и достаточно хорошо замаскирован. Обещаю, что выучу за лето кучу заклинаний. Можешь мною гордится — я провёл последнею ночь, читая книги. Не беспокойся о Хедвиг. Я о ней позабочусь. Насчёт Сириуса. Я справляюсь, если ты знаешь, о чём я.

Не волнуйся,

Гарри.

Закончив, Гарри запечатал пергаментные свитки заклинанием и отослал их с Хедвиг, Напомнив ей, что бы она, отнеся их в совиную почту передала другим птицам не подвергая себя возможному риску.

Дом Грейнджеров. Вторая половина дня.

Гермиона Джейн Грейнжер сидела у босейна её родителей, под предлогом загара и читая потрёпанную копию "Эммы". На деле она просто уставилась в страницы не видя ничего из написанного там. Джейн Остин была одним из самых любимых её произведений для чтения летом и её не волновало что могут подумать девочки из школы о её вкусах, но кажется сегодня она не могла заставить себя переживать о романе сегодня. Что ж подумала она по крайней мере я сейчас в милях от бикини в маленькую белую точку что её мать купила для неё. Не похоже что она когда либо сможет надеть его в Хогвартсе но и родителям она об этом не скажет. Натянув на лицо улыбку и взглянув поверх страниц она помахала матери.

Эмили Грейнджер работала на кухне откуда она могла видеть через окно. Маггловские родители Гермионы всегда проводили первую половину лета, пытаясь, воссоединится со своей дочерью ведьмой покупая ей небольшие подарки или посещая с ней местные театры и кино. В этом году они пошли ещё дальше. Она была удивлена, когда они сказали что закрыли свою стоматологическую практику на большую часть лета что бы провести с ней побольше времени. В течении следующих двух месяцев они собирались принимать пациентов только в случае экстренной необходимости.

Гермионе было одновременно и приятно и подозрительно при мысли о столь немалом количестве "драгоценных минут" что она может провести вместе с родителями. Только два с половиной месяца отделяли её от семнадцатого дня рождения она была почти взрослой в волшебном мире и естественное отдаленнее между нею и родителями что пришло вместе с взрослением только усугублялось тем фактом что едва ли она их еще увидит. И что было еще хуже почти всё, что они знали о её жизни в школе было ложью.

Эмили и Роберт Грейнджер отсылали еженедельные письма к своей дочери, пока она была вдали от них и Гермиона добросовестно на них отвечала. Но после первого года она обнаружила, что теперь ей приходится хранить намного больше секретов, чем раньше. И её письма стали всё более продуманно составленными историями о её повседневной жизни. Она рассказывала им о Квиддиче и оценках и слухах и обязанностях префекта, и она описывала Хогсмигдские выходные в столь подробных деталях, что родители были под впечатлением о еженедельных посещениях. Она не могла рассказать им правду потому что они любили её слишком сильно что бы позволить ей находится в школе где она была атакована василиском или сражалась с группой террористов (Как еще она могла истолковать для них Пожирателей Смерти?) только с помощью друзей. Уже на втором году Гермиона знала, что если её родители узнают о том, как опасен для неё волшебный мир, они тут же выдернут её из Хогвартса и направят в частную магловскую школу пансионат. А Гермиона в тот момент, когда она сотворила своё первое заклинание, решила что волшебный мир будет её миром на всю оставшуюся жизнь.

Её родители часто были недовольны, что они её больше не понимают и зачастую она им кажется незнакомцем. Она не могла заставить себя сказать, что так оно и было. Вместо этого она сидела под теплыми солнечными лучами, потягивала лимонад и притворялась что читает книгу. В то время как на самом деле она беспокоилась, что один из друзей, а может и самый лучший друг Гарри, может быть сейчас пытаем самыми могущественными психопатами, которых только видел мир. Иногда, думала она, наблюдая, как её мать достаёт жаркое из духовки, единственный путь к счастью это неведение.

И в этот момент её мрачные мысли прервала коричневая почтовая сова, чуть не выпав из шезлонга пытаясь снять письмо с ноги совы. Конечно же, письмо Гарри было разочаровывающее кратким и лишенным той информации, что ей была нужна. Куда бы он не отправился, Орден пока ещё не смог его найти? Но всё же это помогло ей немного расслабится, снова присев. Сейчас он был в безопасности, и он позволил ей отослать ему телефон. Хорошо. Теперь когда её родители решили что они будут проводить каждый момент бодрствования с ней она нуждалась в разговоре с дружественным волшебником и Гарри был намного более подходящий выбор чем Рон. Как бы её не нравился Рон он был не слишком хорош, когда дело доходило до общения или эмоциональных глубин.

Гарри сказал что доверяет ей. Гермиона была благодарна за это. Она много думала после фиаско в Департаменте Тайн. Сначала она была зла на Гарри за то что втянул их всех в этот бардак. Затем она была недовольна собой что позволила втянуть себя в это, а по окончании всего сразу и на него и на себя. Теперь же она была раздражена каждым властным лицом в Хогвартской Школе Чародейства и Волшебства.

Она очень уважала таких людей Мак Гонагл и Дамблдор. И она думала, что если Гарри сможет выделить время, что бы обратится к ним за помощью при случае, они могли бы оказаться в намного меньшем количество передряг. Но, в прошлом году провалы школьной администрации достигли грани непростительных. Амбридж и эти фальшивые извинения перед классами, Министерские мандаты, кровавые перья, дознавательские отряды — или директор не имел того влиянии которое как она думала у него было или он был некомпетентен, или же он думал что исправление несправедливости в Хогвартсе было мене важным чем продолжение его манипуляций. Как на это не посмотри Профессора и Дамблдор более не заслуживали слепого доверия.

С другой стороны Гарри был неопытен и энергичен. Но его потенциал сиял как маяк для любого кто мог это увидеть. Он был сообразителен и имел наилучшие природные способности к руководству, какие только она встречала. Работа, которую он провёл с АД в прошлом году, подтверждала это. Кроме того, Гарри был предсказуем в лучшем смысле этого слова. Он всегда делал то, что считал правильным, невзирая на то просто это или нет. Гермиона не всегда понимала, как он приходил к заключения что было верно а что нет но было приятно знать что он, по крайней мере, всегда придерживается подобных стандартов. Он был Мальчик — Который — Выжил и хотя он ненавидел этот титул люди начали называть его Избранный. Гермиона немногое знала о последнем, но у неё было чувство что Гари будет играть главную роль в приближающейся войне и она была полна решимости поддерживать каждый его шаг на этом пути.

Ёе мать будет счастлива о совместном походе для покупки телефона для него. Из за частого упоминания Гарри в её письмах родители были под впечатлением, что она испытывала по отношению к нему определённые чувства. По правде говоря, Гермиона не была серьёзно влюблена из своего окружения, Да и они с Гарри были бы ужасной парой. Иногда она задумывалась что возможно с ней что то не так, Потому что у неё не было ни какой склонности развивать долговременные романтические отношения с кем либо... и когда либо. С другой стороны, она обдумывала летнее веселье с классно выглядящем парнем по имени Август, её соседом с противоположной стороны улицы. Кажется он был заинтересован когда проходил мимо её дома вчера, да и непохоже что кто ни будь, когда ни будь в школе об этом узнает. Что угодно лишь бы выбраться из под этой неуклюжей лжи, что она была вынуждена навертеть вокруг родителей.

Менее чем час спустя она и её мать отправились в торговый центр. Эмили Грейнджер счастливо болтала со своей дочерью и Гермиона отвечала ей в нужных местах со всем энтузиазмом что она смогла собрать. Никто из них не заметил волшебника под Разнаваждением стоящего у изгороди их двора.

Когда дорогостояще выглядящее средство передвижение (кажется, оно называется атомовиль?) покинуло подъездную дорожку, Амикус Кэрроу снова потянулся своей магией что бы ощутить защиту вокруг этого места. Это была не стандартная защита, что Министерство воздвигает вокруг домов грязнокровок. Но это было, ожидаемо, принимая во внимание, кто здесь живёт. Маленькая группа Дамблдора должна быть весьма умела в создании таких защит. Он осторожно протянул одну руку, что бы коснутся барьера. Сеть из золотых нитей слабо заискрилась на кончиках его пальцев. Сильная, подумал он, но хрупкая. Как и с большинством вещей, всё это займёт просто немного больше времени.

Глава 10. Помощник аптекаря.

Гарри Поттер ненавидел пыльные вонючие подвалы и эмбрионы финтиплюхов. Он подумал что он возможно также ненавидит и Закарию Зэйта, но всё же воздержался от окончательного суждения. Иметь дело с мужчиной было кошмаром, но то чему он учил Гарри было пленительно. Ну, это было пленительно, пока заведение не открылось, и Гарри не был отправлен в темный подвал, и ему было приказано "должным образом расставить новейшие поступления". Дальнейших инструкций Зэйт ему не давал и когда он спросил как он должен это сделать, аптекарь буркнул что то насчёт того что он не нуждается в помощнике слишком безмозглом что бы разобраться самостоятельно.

Подвал был наполнен рядами и рядами полок и деревянных бочек. Низки высушенных ингредиентов свисали с низкого потока и тысячи бутылок и фляг любого представимого размера и формы блестели в слабом белом свете сияющих сфер прилепившихся к потолку и стенам как мыльные пузыри. Запах этого места подавлял. Специи, формальдегид, кровь, плесень и сотня других странных запахов наполняли воздух.

Гарри взглянул вниз на книгу на своих коленях. Он находился в таком положении уже два часа, и у него получилось расставить по полкам только половину припасов из ящика. Тридцатифунтовая фляга с эмбрионами финтиплюхов рядом с ним сама по себе была отдельным испытанием. После первых пятнадцати минут изучения наименований на полках он пришел к ужасающему заключению что Зэйт организовал расстановку ингредиентов на основании того как они использовались в общераспространенных зельях, вместо намного более разумной системе (по мнению Гарри) основанной на алфавите. Гарри смирился с заданием и призвал из своей комнаты в Шкафу Докси учебники по зельям. Имело ли это значение если кто то в Лютном заметил парящие сквозь воздух? К его удивлению более продвинутые тексты не помогли, но вторая часть учебника за первый год..., часть которую они конечно же не проходили в классе...хранил глоссарий ингредиентов со списком в котором перечислялись большинство способов их использования. По крайней мере к тому времени как он закончит всё распределять по полкам Гарри будет намного более осведомлён о ингредиентах для зелий.

Он отодвинул финтиплюхов в сторону и начал шарить в коробке в поисках следующего предмета. Он был намерен прорваться сквозь всё это что бы работать наверху месте с Зэйтом. Если он будет постоянно на виду то сможет вытянуть из мужчины побольше уроков. От всего, что ему пришлось выучить, разум Гарри просто жужжал, пока он развешивал на шнуре дирижаблевые сливы в "сохраняющей" части подвала.

Зэйт кажется каким то образом знал что за информация будет наиболее полезна для его нового помощника. Конечно же, Гарри не говорил ему что он хочет отказаться от приглашения на день рождения Малфоя. Это было бы слишком подозрительно, но к его удовольствию Зэйт начал рассказывать насчёт дней рождений без всякого подталкивания. Он сказал, что для Гефеста важно понимать, что значат все эти события для "использующих старые пути". У Гарри стало складываться впечатление что когда Зэйт сказал это, на самом деле он имел в виду Темных волшебников. Потому что, несмотря на то, что он выдавал великолепную информацию с точки зрения обычного чистокровного, иногда он мог добавить, что ни будь вроде "Вот как это делается в высшем обществе в основном. Но если они практикуют старые традиции, тогда ты должен..."

Согласно Зэйту дни рождения не были чем то особенными. Приглашения могли быть легко отклонены формальным выражением "Я сожалею, но я не приду". Приглашённый должен прислать в день празднования дар как способ сказать что они хотели бы быть здесь. И всё же шестнадцетилетие было особым событием если личность отмечающая его "практиковала старые пути". К несчастью Зэйт кажется, не собирался подробно рассказывать об этом своему воспитаннику. (Гарри казалось, что он хочет держать факт своего знания о Темных волшебниках в тайне). Но Гарри узнал, что в день своего шестнадцетилетия Темные волшебники рассматриваются своими родителями и общиной как покинувшие возраст детства. На практике к ним могут так и не относится, но традиционно шестнадцетилетние считаются взрослыми во всех смыслах.

Гарри рыся в коробке с припасами пока не нашел еще один ингредиент что он смог распознать. Неплохо, быть Тёмным волшебником в своё шестнадцетилетие, думал он. Считается, что люди должны дарить им подарки, что пригодятся в их взрослой жизни и они получают "пожелания" на будущее в форме различной растительности. Только очень немногие волшебники делают то же самое как своего рода "причудливый обычай" сказал ему Зэйт с презрительной насмешкой. Но Тёмные волшебники и ведьмы сжигают свои "пожелания" во время вхождения в возраст, это церемония, которой тысячи лет. Надушив пергамент полынью, Малфой слегка намекнул тем, кто осведомлен в старых традициях, каково его собственное "пожелания" для себя. Заглянув в учебник по зельеварению Гарри узнал что полынь это общепринятый символ мудрости.

Вдавшись в разъяснения для Гарри, Зэит рассказывал о церемониях окружающих свадьбы похороны, рождения, и некоторые праздники волшебников. Гарри никогда не слышал обольшинстве праздников и так он и сказал. Выражение лица Зэйта стало болезненным.

— Только немногие теперь их соблюдают — сказал он.

— Теперь общепринято соблюдать более незатейливые праздники, что принесли с собой Маглорожденные. Эти древние, были покинуты.

— А имеет ли это значение? — спросил Гарри. Он думал о большинстве праздников как имеющих немного смысла, но видя растущую злобы во взгляде Зэйта быстро сдал назад.

— Я имею в виду, что я понимаю, что с точки зрения истории это достаточно значительно и всё такое, но что они значат в современной обстановке?

— О, основание для этого имеется мальчик — сказал старый волшебник страшным голосом.

— Эти праздники, в которых все теперь участвуют не более чем развлечение. Они извлекают из них столь много содержимого как из вечеринки или отпуска. Но старые святые дни...

Взгляд его стал тоскливым и почти благоговейным.

— Они изменяют тех волшебников и ведьм что соблюдают их. Традиции тех дней наставляют волшебников о магии и магию о волшебниках. Дни такой мощи не должны быть забыты.

И снова Гарри был не уверен что именно имел в виду Зэйт, но аптекарь не вдавался в мелкие детали.

— Ты сам должен выяснить это — ответил он на настойчивые вопросы молодого волшебника.

— Боюсь, это не то, чем я могу с тобой сейчас поделится.

Их урок на сегодня окончился на этом, но Гарри хотелось ещё. Он не должен был работать завтра, но если он покажется, то...

Около трёх часов после полуночи Гарри наконец завершил столь многое сколь мог без справочного материала. Фляга с финтиплюхами и ещё почти тридцать предметов были свалены в кучу рядом с пустыми корзинами и ящиками, в которых они поступили. Он был грязным, ломило спину и он подозревал что теперь воняет как жопа. Звуки идущие сверху подсказали ему что здесь всё ещё были покупатели заходящие время от времени, но суматоха раннего вечера кажется исчезла. Он наложил чистящие чары на робу и начал подниматься на верх что бы поговорить с Зэйтом.

Зэйт был занят с мужчиной одетым в мантию травянисто зеленого цвета, который сейчас изучал фиалы с различными типами крови. Гарри подумал, что эти двое должно быть знакомы, потому что Зэйт вёл себя намного менее грубо, чем обычно. Он встал за прилавком, ненавязчиво ожидая когда мужчина уйдет. Больше в магазине никого не было. Спустя несколько минут мужчина в зелёном сделал любопытный жест, проведя обратной стороной большого пальца левой руки сверху вниз ото лба до середины щеки. Зэйт похоже воспринял это как знак выбора и мужчина покинул магазин сжимая в кулаку фиал с кровью мантикоры. Аптекарь обернулся когда Гарри прочистил горло.

— Ты закончил Гефест? Это заняло достаточно много времени.

— Не совсем мистер Зэйт, я не знаю куда поставить некоторые из них.

Зэйт фыркнул.

— Да какого чёрта ты не знаешь, мальчик? Что ты там делал всё это время?— потребовал он ответа.

— Да о половине того что там находится я даже не знал что это такое! — Воскликнул Гарри.

— Как я должен был их расставить?

— Могучая Моргана, мальчик! Ты ведь не разбросал их по случайным местам? Я же никогда не смогу их отсортировать! — Старый аптекарь стал краснеть, явный признак опасности.

— Нет, использовал старые учебники по зельеварению но там было описано отнюдь не всё. — Сказал Гарри примирительно.

— Так не пойдет — сказал Зэйт.

— Совсем не пойдет, мальчик. Я не смогу постоянно стоять над тобой давая тебе инструкции все время, что ты работаешь.

— Я так предполагаю что смогу найти и другую книгу.

Зэйт закатил глаза.

— Что же если ты знаешь что делать, зачем же ты меня донимаешь? Иди достань книгу и закончи работу.

— Точно — сказал Гарри, направляясь к двери. — Эээ...А где я могу добыть эту книгу?

Старый волшебник пробормотал что то о несостоятельности юных в эти дни прежде сказал — Тебе нужно получить на руки копию Энциклопедии Коргода Основных Ингредиентов.

— О кей.

— Нет, не окей. В Лютном тебе её не найти если только Бурк не стянет одну откуда либо.

Но даже если он сможет это будет тебе стоить руки с ногою. Она вне закона в Британии с Темных Веков.

— Мистер Зэйт! — Воскликнул Гарри — Так чего вы от меня хотите?

Зэйт уставился на него — Серьезно Гефест ты слишком нервный. Я как раз собирался кое что предложить.

Его помощник застонал.

— Подойди, мальчик — скомандовал аптекарь. Он взмахнул палочкой, и Гарри услышал как закрылся дверной замок и увидел как табличка на двери перевернулась надписью "Закрыто" на улицу. Зэйт провел его в небольшую часть магазина что была отделена от остального помещения портьерой бордового цвета.

Гарри с интиресом оглядывался. Это было явно что то похожее на кабинет. Пожилой волшебник обладал столом заваленным бумагами и плюшево парчовым креслом. Зэйт снова взмахнул палочкой что бы засветились сферы прикрепленные к потолку.

— Ладно, Гефест — сказал он — Теперь повторяй за мной. Я, Гефест Певерелл,

— Я, Гефест Певерелл — сказал Гарри с жаром.

— Торжественно клянусь своей кровью и магией.

— Стоп! В чём я по вашему, должен поклясться?

Зэйт вздохнул.

— По крайней мере, ты не полный идиот, но ты ужасающе обременителен. А я думал, что помощник облегчит мне жизнь.

— Что ж если вы хотите что бы я ушёл, то можете заканчивать расстановку ингредиентов сами. — Сказал Гарри раздраженно. — И мне кажется что желчь Нюхлера протекает.

Аптекаре кажется это высказывание развеселило, потому что он начал сипло хохотать.

— Ох, парень! Да не надо быть таким занозистым. Тебе как можно скорее надо нарастить шкуру потолще.

Его помощник продолжал хмурится на него.

— Я не буду приносить клятву пока вы не расскажите мне о чем она!

— Я собираюсь дать тебе особый портключ что переправит тебя в библиотеку что бы ты смог получить книгу что тебе нужна. Я хочу, что бы ты поклялся, что отдашь его мне когда я попрошу об этом.

— О — Гарри был смущен — я бы и так это сделал.

— Я не сомневаюсь в твоей честности Гефест, но этот портключ стоил всего заработанного за годы и кучу грязной работы. — Он повернул свою искалеченную руку ладонью вверх и сконцентрировался на ней на секунду.

— Видишь? — спросил он указывая на бледные серебряные линии проявившееся на ладони. Они сформировали окружность с латинскими буквами по краям. Гарри всмотрелся с любопытством.

— Что это?

— Это портключ, мальчик! Связанный с плотью и начертанный кровью. Незаконно во всех странах мира кроме Канады. В волшебной Канаде не так уж и внезакона. Ничего такого, с чем я не смог бы жить дальше.

Зэйт вытащил из кармана кожаного фартука, в который он был одет серебряный нож и начал погружать его в плоть своей ладони. Гарри с вниманием и без малейшего беспокойства наблюдал как волшебник извлекал небольшой металлический диск из своей собственной ладони.

— Немного побаливает — заметил он. Затем он взмахнул палочкой над своей ладонью и она исцелилась не оставив никаких следов кроме розовой отметки на ней. Другой взмах полностью очистил диск от крови.

— Клятва, Гефест — сказал он твердо. И Гарри дал её без дальнейших вопросов, пообещав вернуть портключ Зэйту когда либо тот не затребовал его.

Пять минут, немало крови, сильная боль в руке и Гарри может видеть те же самые серебряные линии на своей правой ладони.

— Как это работает — спросил он.

— Сожми ладонь в кулак и произнеси "библиотека" — сказал Зэйт.

— Что бы вернутся, сделай то же самое на скажи, "жилище". Он нахмурился.

— Напоминаю тебе, что бы ту не упоминал библиотекарям, что это одолженный ключ. Возможно, они и не выгонят тебя, но не надо расстраивать библиотекарей.

— Спасибо вам — сказал Гарри — должен ли я...

Донёсся стук с передней стороны магазина. По видимо покупатель хочет, что бы его впустили.

— Все, закончили с тобой, парень! — сказал Зэйт.

— И поспеши назад что бы смог закончить с распаковкой!

Зэйт видел краем глаза, как мальчик сжал кулак, прошептал слово и исчез. Он вздохнул. Видимо из за возраста, он все таки теряет хватку, раньше он был намного более осторожным. Это было просто невероятно что бы Гарри Поттер распаковывал коробки полные ингредиентов для темных зелий в его подвале и что бы он был неуверен что же делать с самим собой.

Подросток просто горел желанием учится, особенно для кого то в его возрасте. И он и близко не оказался столь брезглив к некоторым вещам как Зэйт ожидал он должен был быть. Когда наследник Поттер/Певерелл (что за смехотворная комбинация генетик!) спросил его для чего могут быть использованы человеческие зубы на витрине, аптекарь откровенно рассказал что они используются только для зелий порабощения, обычно постоянного для того кто их употребит. Также он упомянул, что по просьбе клиента приготовил одно такое в прошлом месяце. Он ожидал, что приученный к Свету волшебник выкажет отвращение. Часть его надеялась на это, что после этого кусочка информации мальчик убежит со всех ног и жизнь Зэйта снова станет намного проще.

Но Гефест или Гарри только проявил глубокую задумчивость и стал спрашивать почему кому либо может понадобится, такое зелье. И Зэйт отбарабанил список причин (большинство из них были очень плохи, кроме нескольких что были чуть получше). Так что мальчик кивнул, взглянул обратно на зубы, как будто видел их в первый раз и затем спросил с невинным любопытством, не для тех же целей используются ногти. Так что видимо Зэйт может продолжать учить и надеяться а мальчик продолжать учится. При размышлении всё это выходило довольно рискованным делом. Это могло быть, как подумал Зэйт, впуская раздраженного волшебника во входную дверь, гибелью для его рода, и дальше обучать этого юношу. Но может быть, возможно, это будет их спасением.