Старая книга. Глава 20

Старая книга

Глава 20

Помывшись и приведя себя в бане в полный порядок, мужчина вышел на свежий воздух и услышал негромкий голос прадеда.

— Правнук, подойди ко мне на минутку.

Повернувшись на голос Родослав увидел Драгослава Ефимовича сидящего на большой колоде возле сарая с дровами.

Подойдя к прадеду и присев на вторую колоду, правнук спросил.

— Вы что-то хотите мне рассказать без лишних ушей?

— Нет, Родославушка. Я хотел тебя поблагодарить за то, что не отправил меня раньше срока на кроде в мир Предков, и вручить небольшой подарок, — сказав это, пожилой мужчина достал из кармана какой-то округлый предмет длинною с ладонь, напоминающий наборную ручку самодельного бандитского ножа или заднюю часть профессионального удилища. Правнук сразу заметил, что подарок прадеда украшен необычным странным орнаментом.

— А что это такое, Драгослав Ефимович? Нечто подобное я видел у деда Ивана в Сосновке.

— Насколько я понял из прочитанного в книге, что хранится в холме Древних. Это две части из четырёх, какого-то довольно древнего ключа-жезла. Одна его часть мне от батюшки моего досталась, ещё когда я в Сосновке первый раз свою семью создал. Вторую часть ключа я намного позже нашёл. Она находилась в деревне Сосновой у моих родичей живших в мире Убежища. Когда я прочитал первую часть древней книги, мне стало ясно, как четыре части жезла в одно целое соединить. Вот только что именно данный ключ-жезл должен открывать, и где находятся две остальные его части, мне пока неизвестно. Если ты говоришь, что третья часть находилась в деревне у Ивана, то тебе останется лишь найти последнюю часть и соединить всё вместе.

— И что мне это даст?

— Подсказку, где искать ту древнюю замочную скважину к которой этот ключ-жезл подходит. Как я понял из прочитанного, когда все четыре части ключа соединятся вместе, то на восстановленном жезле появится подсказка. Я уже слишком стар, чтобы заниматься поисками, Родославушка, а ты молод и полон сил для этих дел. Мне думается, что когда ты прочтёшь все три части древней книги, тебе станет ясно, что и где находится. Постарайся сделать так, правнук, чтобы никто из посторонних этого ключа-жезла у тебя никогда не увидел. А ежели кто и увидит случайно, то скажи, что это заготовка ручки для удилища. В такое объяснение люди быстрее всего поверят.

— Благодарю, за необычный подарок, Драгослав Ефимович, — произнёс Родослав убирая странный предмет в карман.

— Не нужно меня благодарить, правнук. Ведь ты, можно сказать, мне новую жизнь подарил, когда меня таскал на закорках между двумя мирами. Пойдём в столовую, Родославушка, нас с тобой наверное уже там все заждались.

Во время завтрака Родослав заметил, что стол в столовой был избыточно накрыт. Присутствовали даже те горячие блюда, которые по утрам редко кто употреблял.

Так же как и за ужином, во главе стола сидел Драгослав Ефимович. Слева от него находилась Клавдия Андреевна, рядом с которой завтракали Лизавета и далее Сева со Снежаной.

Справа от прадеда сидел Ян Демьянович, затем Даша и Родослав с близняшками, причём Яна оказалась самой крайней за столом. Она сама выбрала для себя это место, чтобы никто не мешал ей подниматься и приносить новые блюда.

Родослав с интересом наблюдал, как Всеволод за столом заботливо ухаживает за своей сестрёнкой-красавицей, подкладывая ей в тарелку самые вкусные кусочки, и как за ним заинтересованно наблюдает Яна.

Все остальные за столом были заняты содержимым своих тарелок и отвлекались от еды только для того, чтобы поздравить бабушку.

Обычный завтрак очень плавно перешёл в праздничное застолье с чествованием столетней юбилярши.

Клавдия Андреевна сидела за празднично накрытым столом, сияла от счастья, и с радостью принимала поздравления с подарками от всех присутствующих.

Драгослав Ефимович подарил юбилярше невероятно красивый большой резной ларец созданный собственными руками. Именно за ним он отправлял правнука в мир Убежища.

Все остальные тоже приготовили подарки для Клавдии Андреевны, но решили их вручить после праздничной трапезы, а внук поздравив бабушку сказал, что подарок для неё лежит в машине.

Сидящая рядом с Родославом Млада подкладывала ему в тарелку жареные куски мяса в густом подливе, а увидев его удивление, тихонько сказала.

— Славочка, не удивляйся происходящему, а попробуй это вкусно приготовленное мясо молоденького кабанчика. Его сам дедушка добыл. Вчера после твоего ухода за дедушкиным подарком, все решили с утра бабушкин день рождения на лесной заимке отметить.

— Млада, а почему именно с утра застолье устроили, а не днём или вечером?

— Чтобы Клавдия Андреевна смогла после полудня к себе в Сосновку пойти, и там с деревенскими жителями продолжить свой юбилей отмечать.

— Понятно, — так же шёпотом сказал мужчина младшенькой. — Младушка, а ты не знаешь, чего это Яна так на Севу заинтересованно поглядывает?

— Да понравился он Янке после вчерашних разговоров и прогулки перед сном. Сестрёнка мне сама об этом на кухне рассказала, когда мы утром еду на всех готовили. Чего она в нём нашла, ума не приложу. Красивый парень, с этим я спорить не стану, а так ничего особенного. Как по мне, так лучше тебя нет мужчины.

— Ну это только лишь твое личное мнение, Младушка.

— Ничего подобного. Это даже Снежа поняла. Ты разве не заметил, как Севочкина сестрёнка на тебя за ужином поглядывала влюблёнными очами?

— Я во время ужина на вкусную еду больше поглядывал, чем по сторонам.

— Зато я всё увидела. Ты присмотрись к Снежаночке, Славочка, она очень хорошая девочка, я это сердцем чувствую.

— Я тебе уже говорил, Млада, чтобы к кому-то присмотреться, мне необходимо с человеком подольше пообщаться.

— Так я же не против. Общайся сколько тебе надобно. Мне полчаса хватило, чтобы понять какая у Снежи чистая душа и то, что после утреннего сладкого поцелуя она в тебя влюбилась по-настоящему.

В самом конце праздничной трапезы Драгослав Ефимович предложил Родославу и остальным покидающим лесную заимку, сделать следующее.

— Правнук, первым делом тебе необходимо будет проехать объездным путём до Сосновки. Высадишь Дашеньку на трассе, возле поворота к деревне, чтобы она сама дошла до дома, где находился её старший брат. А сам подзадержись немного на дороге.

— Я тогда на заправку заеду, топливный бак "Ниссана" и пустые канистры наполню. Ведь я солярку из канистр в ёмкость дизель-генератора залил, чтобы электрический свет на заимке хоть иногда был.

— Хорошее и правильное решение, Родослав. С твоей задержкой на заправке, никто из находящихся в деревне не свяжет долгое отсутствие Дарьи с её лечением на таёжном озере. Дашенька, ты можешь рассказать старшему брату, что несколько дней общалась со старым отшельником живущим в тайге, где и познакомилась со своими двоюродными сёстрами-близняшками, и это будет чистой правдой. После разговора с братом уйдёшь ночевать в дом к Клавдеи.

— Я поняла, дедушка, — сказала Дарья, — сделаю всё как вы сказали.

— Чуть позже появления Дашеньки в Сосновке все деревенские жители, а также наблюдающие, должны увидеть следующее, — продолжил Драгослав Ефимович. — Внук лесника на своём внедорожнике привёз из Барнаула ещё двух Соболевых, на день рождения своей любимой бабушки. На глазах всех деревенских жителей и приезжих, должна произойти радостная встреча родственников, похожая на ту, что произошла здесь на лесной заимке, а далее состоится принародное знакомство прабабушки с Елизаветой. Думаю, что никто из местных жителей не удивится, если двое прибывших родственников Клавдеи разместятся жить в соседнем доме на постоянной основе.

— Я тоже так думаю. Все должны нормально воспринять, что Ян поселится в доме погибшего брата Степана, — сказала бабушка. — А то, что за Янеком приглядывает и ухаживает правнучка, дело для всех обычное.

На этом обсуждение дальнейших действий завершилось.

После праздничной трапезы девчата наполнили корзину Клавдии Андреевны лечебными травами, а внук её подвёз на машине до края леса не выезжая из него.

Дальше юбилярша пошла в деревню пешком, а Родослав вернулся на лесную заимку, где все подарки для бабушки были загружены в багажник "Ниссана".

Попрощавшись с Драгославом Ефимовичем, с Яной и Младой, а также с Севой и Снежаной, Ян Демьянович с Лизой и Дашей разместились во внедорожнике.

После чего, машина медленно выехала с лесной заимки и по лесной дороге, мимо таёжного озера, направилась к федеральной трассе, чтобы совершить круговой объезд через лес. "Ниссан" должен был заехать в Сосновку со стороны автобусной остановки, что находилась рядом с деревенским магазином.

Подъехав к повороту на Сосновку, Родослав помог Даше выйти из машины и достал из багажника её спортивную сумку.

Дашенька пропустив поток встречных машин, быстро перешла на другую сторону федеральной трассы и остановилась у начала дороги ведущей в деревню, решив воспользоваться попутным транспортом, а мужчина вернувшись за руль немного проехав вперёд завернул на автозаправку, чтобы пополнить бак и пустые канистры соляркой.

Сразу за заправкой находилась большая асфальтированная стоянка для машин дальнобойщиков, с небольшой гостиницей и столовой. Скорее всего, именно на этой стоянке и был найден водителями фур похищенный малыш, впоследствии ставший отцом Даши и Никиты.

Заправляя машину Родослав увидел, как с трассы свернул в сторону Сосновки американский внедорожник ехавший со стороны города. Едва Дарья подняла руку, как джип резко остановился возле неё, и из него выскочил радостный Никита, который быстро обнял младшую сестру прижав её к себе.

Через минуту они сели на заднее сидение в машину и джип умчался по дороге в деревню.

Когда "Ниссан Патрол" проехал мимо деревенского магазина Родослав увидел, что в Сосновке полно автомобилей разных марок, а начиная от дедовского дома и далее по центральной улице, прямо на дороге установлены столы с лавками и стульями. Возле них сновали деревенские женщины и девушки, застилая все столы скатертями.

Всё говорило о том, что все находящиеся в деревне люди решили отметить юбилейный день рождения Клавдии Андреевны. Сама юбилярша стояла окруженная местными жителями и о чём-то с ними оживлённо разговаривала.

Остановив внедорожник перед открытыми воротами дедовского дома, Родослав выбрался из-за руля и подойдя к группе людей стоящих вокруг бабушки со всеми поздоровался.

— Славочка, с командировки вернулся, — воскликнула бабушка и обняла внука.

— С днём рождения тебя, бабуля. Я не один приехал, а привёз тебе долгожданных гостей.

— Каких "долгожданных гостей", Родослав Всеволодович? — спросила соседка.

— Один из гостей с самой войны не мог до родного дома добраться, баба Нюра. Встречайте, Ян Демьянович Соболев собственной персоной, со своей прекрасной правнучкой Елизаветой.

В этот момент из машины вышли дед с Лизой.

— Господи, как же он на Ванечку похож, сразу видно Соболев приехал, а девочка его, словно ты Клавушка в молодости, — произнесла баба Нюра и прикрыла рот рукой.

Дальше пошли обнимания и воспоминания прошлых времён.

— Ян Демьянович, а можно узнать, почему вы после войны в родную деревню не вернулись? — спросила Анфиса Игнатьевна.

— Тому виной были неправильно понятые слова раненого бойца поступившего, в наш госпиталь в январе сорок пятого года. Он мне поведал, что "деревня Сосновка расположенная недалеко от Чёртова озера полностью обезлюдила и жителей в ней не осталось". Сами же знаете, что местные власти наше таёжное озеро "Чёртовым" называли. Вот тогда я и понял, что возвращаться мне некуда. Поэтому я остался в Барнауле, выучился на врача и всю жизнь проработал в больнице. Там же и семью свою создал, моя Полина Матвеевна мне двух чудесных сыновей родила Ярослава и Ивана. Сыновья выросли и стали военными людьми.

— А чего сыны и супруга с вами не приехали? — поинтересовалась баба Нюра.

— Померли они, Нюрочка. Ярослав в восьмидесятом году сгинул в боях в Анголе, а в восемьдесят третьем, Ванечка погиб в Афганистане. Когда моя Полина Матвеевна узнала о смерти Ивана, у неё инфаркт случился. Она умерла от остановки сердца так и не доехав до больницы. Врачи со "Скорой помощи" так и не смогли её вернуть к жизни. У Ванечки остался единственный сын Дима, вот у него и родилась Елизавета. Мой единственный внук Дмитрий тоже к сожалению погиб. Он лесником был, и власти посчитали что его медведь-шатун в лесу насмерть задрал. Несколько лет назад, уже будучи на пенсии, я повстречал того человека из госпиталя, который мне про мою опустевшую деревню рассказал. Именно тогда в нашем разговоре и выяснилось, что он мне говорил про обезлюдившую Сосновку в Витебской области, а не про мою родную деревню. Вот только средств на дорогу у меня сюда не было, а жил я в почти заброшенной деревне.

— Ну за вами хоть правнучка ухаживала, и то хорошо, — сказала Анфиса Игнатьевна.

— Я жил один как перст, Анфиса, и про существование своей правнучки даже не знал. Это Родослав помог нам встретиться, когда я в больницу пришёл с гниющей ногой. Внук договорился об операции в частной клинике и оплатил моё лечение, а после ко мне в больничную палату мою правнучку Елизавету привёл. То, что она моя родственница без всяких подтверждений видно, вылитая копия Надюши и Клавушки в молодости. От Родослава я также узнал, что Клавдея до сей поры жива и здорова, и готовится отметить свой столетний юбилей. Внук меня из частной клиники Барнаула забрал и с Лизаветой в родную мне Сосновку привёз, дабы мы смогли поздравить нашу юбиляршу.

Все присутствующие внимательно слушали Яна Демьяновича, а у многих женщин на щеках были слёзы.

Неожиданно раздался громкий командный голос.

— А ну-ка, бабоньки, расступились. Дайте мне с другом детства обняться.

Женщины расступились пропуская к приехавшим Соболевым хромающего старика с тростью.

— Кондраша, неужели это ты? — спросил Ян Демьянович.

— Я это, Янек. Не мог я покинуть этот мир, не сдержав данного тебе слова.

— Ты сейчас о чём говоришь, Кондрат Матвеич?

— Так я же обещал тебя с войны дождаться, и вернуть тебе твои удочки, которые ты мне оставил на сохранение. Правда у одной удочки сом удилище изломал, но я фигурную ручку от неё до сих пор храню, чтобы тебе возвернуть.

Старики обнялись и простояли так несколько минут.

Вскоре двое старых друзей разжали объятия и присели на лавочку возле стола. При этом они старались не мешать мужчинам и женщинам помоложе накрывать столы на улице для торжества.

— Рассказывай, Кондраша, как тебе жилось после нашего ухода на фронт?

— А чего рассказывать-то, Янек. На фронт меня не взяли из-за моей увечности по юности. Кому там колченогий боец нужен. Вот я и трудился резчиком по дереву в нашенской артели, пока её при Никите не прикрыли, а после стал пасти деревенских коров и козочек. Мне в этом деле мои внуки помогают. Благодаря твоим удочкам и сплетённым мной из ивы мордушкам, у всех жителей Сосновки на столе всегда свежепойманная рыба была, во время войны и после оной. После войны женился на Пелагеи из Ильинки и детишек троих заимел, а они меня внуками одарили. Вот и вся моя жизнь. Я ни на что не жалуюсь. Как по мне, то я считаю, что честно свою жизнь прожил на белом свете.

— Так живи и дальше, Кондраша. Сам же знаешь, что в нашей Сосновке все долго живут. Думаю, ты ещё своим правнукам будешь о деревенской жизни рассказывать. Сам полюбуйся, какая у меня правнучка красавица.

— То, что она у тебя красавица, и без всяких пояснений всем видно. Я так думаю, что Роды Соболевых и Залесских вновь породнились, только уже на младших ветвях.

— В этом ты полностью прав, друг мой. Матушка Лизаветы в девичестве Залесской была.

Пока Ян Демьянович общался с другом детства, а пожилые женщины с Лизаветой, Родослав загнал "Ниссан Патрол" во двор и прошёл в дом.

Первым делом он прошёл в комнату деда и заглянул под пуфик. Прямо в сундуке он расстегнул застёжки и посмотрел последнюю страницу "Старой книги".

Прочитав её, он понял, что это концовка первой части древней книги. Значит ему придётся искать ещё две переписанные части с древней книги, если они вообще существуют и были написаны.

Едва Родослав застегнул застёжки на книге и привёл пуфик в первоначальный вид, как в комнату заглянула Даша.

— Вот ты где, Славочка, а я тебя среди местных жителей на улице искала.

— Что-то случилось, Дашенька?

— Нет. Я просто хотела тебе рассказать о своём общении с Никитой.

— Я с заправки видел, как он обрадовался увидев тебя на дороге в деревню, и как вы вместе на джипе поехали в Сосновку.

— Всё так и было, Слава. Когда мы приехали в деревню, то поговорили наедине в его комнате.

— А подруга твоего брата София почему не присутствовала при вашем разговоре?

— Брат с ней разорвал отношения несколько дней назад. Никита в город ездил, по просьбе матери, а когда он поздно ночью вернулся в деревню, то застал Софию в постели со своим коллегой. Сам понимаешь, чем они вдвоём занимались. Кроме того, брат услышал как Сонечка сказала своему любовнику: "Боря, я вижу ты знаешь, как удовлетворить ожидающую любви и ласки девушку, а Найдёнов нет. Никита даже не старался это узнать". Вот тогда брат и сказал ей стоя у двери комнаты: "Если Борис тебя больше устраивает, чем я, тогда живи с ним, София. Совет вам, да любовь. Я очень надеюсь, что отныне наши личные отношения окончены". Соня ему ничего на это не ответила. Уже со следующего утра они вели себя, как два совершенно чужих человека. В обед за общим столом, Борис предложил Софии выйти за него замуж и она сразу согласилась. Так что, Никита теперь общается с Соней только по работе.

— Понятно. Получается, что ты была права, Даша, когда говорила, что у твоего брата с Софией нет будущего.

— Никите я об этом раза три говорила, но он меня не слушал. Считал, что я ещё слишком молода, чтобы понимать, что такое настоящие интимные отношения. А то, что мне уже исполнилось двадцать два года, брат постоянно забывает, и до сих пор воспринимает меня как шестнадцатилетнюю девочку.

— Никита просто сильно переживает за тебя, Дашенька, и пытается оградить от любых необдуманных поступков. Он поступает, как настоящий любящий тебя брат.

Они немного помолчали, а после, Родослав спросил.

— Ты рассказала Никите то, что узнала на заимке от Драгослава Ефимовича?

— Да. Рассказала. Никита меня внимательно выслушал, затем записал данные наших сестрёнок и пообещал сделать для них документы. Его заинтересовал рассказ таёжного отшельника о родителях и родственниках нашего папы. Я даже рассказала брату, как дедушка убрал у меня головные боли одним лишь наложением рук. Никита видел мой румянец на щеках, вместо бледности, поэтому сразу поверил в это.

— Дашенька, а твой брат не удивился рассказу, что ваши предки жили в таёжной деревне не контачащей с остальным миром?

— Нет. Никита мне сказал, что "В этом ничего удивительного нет. Все знают про семейство Лыковых жившее в непроходимой тайге, без контакта с цивилизацией. А сколько ещё таких же таёжных деревень скрытых в тайге и лесах на просторах нашей великой страны, никому неизвестно". Он даже признался, что почти после месяца жизни в деревне, у него появляются мысли уволиться из своей конторы и навсегда перебраться в Сосновку на постоянное место жительство. Брата расстроило известие, что все жители деревни Сосновой от мора умерли. Как я поняла, у него было желание посетить ту деревню, где наш папа родился. Ведь отшельник прекрасно знает, где она находилась.

— Про меня Никита что-нибудь спрашивал?

— Спрашивал. Он поинтересовался какие у нас с тобой отношения? Я ему честно сказала, что влюбилась в тебя, потому что ты самый настоящий мужчина. Ну и добавила, что ты пока воспринимаешь меня как маленькую девочку, которой нужна помощь. Никита теперь знает, что я при тебе рассказала бабушке Клавдии о своей болезни, и как ты предложил свозить меня к знакомым врачам в другом городе на обследование и возможное лечение. Я напомнила брату, что по просьбе Софии ты отвозил меня из деревни в город, и как наша маманя приходила к тебе ругаться после этого. А когда я сама поругалась с матерью, после её настоятельного посещения частной клиники, именно ты привёз меня к нему в Сосновку. И сделал ты это всё по доброте душевной, а не за деньги. Знаешь, что мне сказал брат?

— Нет. Надеюсь ты мне сама это скажешь, Дашенька?

— Никита сказал: "Если у вас всё сложится, и ты избавишься от своего недуга, то будьте счастливы". Так что, благословение брата я уже получила.

— Дашенька, помнишь наш разговор? Давай не будем торопить события пока точно не выясним, что ты стала полностью здоровая.

— Так я же не спорю с тобой, Славочка. Просто для моей мамани я уже умерла. Так что, меня можно считать сиротой, как Севу и Снежану. Кстати, Слава, а ты в курсе, что Снежа в тебя тоже влюбилась?

— Я знаю об этом. Млада мне уже поведала об её влюблённости.

— И что ты думаешь делать дальше?

— Пока ничего. Мне нужно подольше с тобой и девчатами по общаться. Вам же ведь важно получить ответную чистую и светлую любовь, а не просто заниматься сексом со мной. Разве я не прав, красавица?

— Ты полностью прав, Славочка. Без взаимной чистой любви нормальной жизни не получится. Мы с девочками надеемся на твою ответную любовь. И для нас неважно сколько у тебя будет жён в будущем, мы не ревнивые девушки. Для нас важна лишь твоя чистая и светлая любовь. Я как представлю, что мы все вместе будем жить на лесной заимке и у нас родятся от тебя дети, то у меня аж дух захватывает от радости и душа поёт.

— И что подвигло вас к такому решению, Дашенька?

— Одна очень старая книга, которую мы нашли на лесной заимке. Она называется "Старинное предание о возрождении народа после древней войны". Правда мне её читать тяжело было, так как она с ятями и ижеями, но Яна с Младой мне помогли понять, что в ней написано. Теперь мы с девчатами знаем, как в древности угасающие Рода возрождались.

Родослав хотел спросить девушку, о чём ещё рассказывалось в той книге, но тут в комнату зашла Лизавета и сказала.

— Дядя Слава, Дашенька, меня за вами бабушка послала. На улице уже все столы накрыли и люди рассаживаются по лавкам и стульям.

— Лиза, а в своём новом доме вы уже побывали? — поинтересовалась Дарья.

— Да, нам бабушка от него ключи на улице передала. Мы в него уже свои сумки с вещами из машины дяди Славы перенесли. Вот только это для меня новый дом, Дашенька, а дедушка Ян в нём все прекрасно знает. Он мне сказал, что со времён его ухода с братьями на фронт, в доме ничего не изменилось. Там всё очень чистенько и аккуратненько. Я себе успела даже уютную комнатку выбрать. А ты где в деревне жить будешь, Дашенька?

— Мне в этом доме Клавдия Андреевна комнату выделила. Так что, Лизонька, мы теперь с тобой соседи в деревне, — сказала Даша с улыбкой.

— Девчата, если вы уже наговорились и определились с жильём, то нам пора идти за стол, — подвёл итог их разговору мужчина.

Когда Родослав с девчатами разместился за накрытым столом, из калитки дома деда Игната вышел старший брат Дарьи.

— Никита, иди быстрее сюда, тут напротив нас свободное местечко за столом имеется, — крикнула Даша.

Парень подошел к столу и занял место рядом с Кондратом Матвеичем.

— Прошу прощения за опоздание, Клавдия Андреевна, — сказал Никита обращаясь к юбилярше сидящей во главе стола, — телефонный звонок задержал. Поздравляю вас со столетним юбилеем! Желаю вам крепкого здоровья и счастья! Всегда оставайтесь такой же бодрой и радостной!

— Молодец, парень. Всё правильно сказал, — высказался Ян Демьянович. — Все мои поздравления с языка снял. За тебя, Клавдея! Пусть у тебя всё будет хорошо.

Все сидящие за столом подняли свои стаканы, рюмки и кружки, и выпили то, что у них было налито. Родослав с девчатами пили вишнёвый сок из стаканов.

Когда все приступили к еде, Даша негромко сказала.

— Ян Демьянович, этот парень мой старший брат Никита.

— Очень приятно познакомится.

— Мне тоже, Ян Демьянович.

— Никита, а ты с кем по телефону так долго общался? — спросила сестра.

— С матерью. Она рассказывала мне, что ходила в твой университет и оформила тебе академ по состоянию здоровья.

— Зачем она это сделала?

— Я ей точно такой же вопрос задал, сестрёнка. Мать мне сказала, что сделала это на всякий случай, если ты вдруг поправишься и надумаешь вернуться в свой универ. Как я понял из её туманных рассуждений, она не желает, чтобы твоё место и годы учёбы в университете пропали зря. Ведь уже сам факт твоего обучения на юриста в универе, для неё отличный повод похвастаться перед своими подругами.

— В этом ты полностью прав, Никита.

На этом разговор брата с сестрой закончился и они принялись дегустировать блюда находящиеся на праздничном столе.

Во время всеобщей праздничной трапезы, Родослав краем глаза заметил как Никита заинтересованно поглядывает в сторону Елизаветы. По его взгляду мужчина понял, что парень влюбился в его племянницу.

Как оказалось, не только Родослав заметил эти восторженные взгляды старшего брата Даши.

— Что, Никита, никак очаровала тебя моя правнучка-красавица? — широко улыбаясь спросил парня Ян Демьянович.

— Трудно не заметить такую красавицу, Ян Демьянович, — смущаясь ответил Никита на заданный вопрос. — Даже побаиваюсь спросить её имя. Вдруг она откажется со мной знакомиться.

— Мою правнучку Елизаветой зовут. Ежели ты с серьёзными намерениями хочешь с ней познакомиться, то я мешать вашему общению не стану. А если решил обидеть её и просто побаловаться, как с игрушкой, то я могу и проклятие на тебя наложить, что ни одна бабка-колдунья не снимет.

— Да как вы могли такое подумать про меня, Ян Демьянович. Разве можно такую чудесную девушку обижать. Таких как она боготворят и на руках носят.

— Ненужно меня на руках носить, я и сама способна ходить, — негромко произнесла Лизавета и немного покраснела.

— Ну, ежели у тебя всё по-серьёзному, Никита, то можете с Лизаветой общаться и встречаться. Надеюсь Родослав так же не будет против этого.

— Я не против их общения, деда. Тут главное, чтобы наша Лизонька сама захотела этого общения и встреч. Без взаимной симпатии и любви у них ничего не получится.

— В этом я с тобой полностью согласен, внучек. Без любви ничто не вечно.

По состоянию Лизы было видно, как краснота смущения залила её лицо до самых мочек ушей. А ещё Родослав непонятно как почувствовал, что Никита тоже очень понравился Лизавете.

— Ну вот. Не успела приехать в деревню, как дядя с прадедом меня уже просватать стараются, — улыбнувшись сказала Лиза.

— Ты сразу не торопись отказываться, подруга, — встряла в разговор Даша, — у меня старший братишка надёжный и серьёзный парень. От такой как ты родственницы, я бы никогда не отказалась.

На этом их разговор закончился и они вернулись к своим наполненным тарелкам. А за столом продолжали звучать здравицы и поздравления юбилярше.

Через два часа сытый и довольный Родослав вернулся в дедовский дом.

Присев на кровать в своей комнате, он достал из кармана подарок прадеда и начал его внимательно рассматривать.

От осмотра его отвлёк бабушкин голос.

— Славочка, а ты зачем без разрешения Ванечкину вещицу из моей шкатулки взял?

— Бабуля, ты сейчас вообще о чём говоришь? — спросил внук.

— Я говорю про вещь Ванечки, которая у тебя в руках. Я её в шкатулке хранила.

— Ты ошибаешься, бабуля. Эту часть жезла мне сегодня утром Драгослав Ефимович подарил, когда я из бани вышел на лесной заимке.

— Не может быть, — сказала бабушка и быстро куда-то ушла. Вскоре она вернулась в комнату держа в руке третью часть ключа-жезла. — Прости меня, внучек, что плохое про тебя подумала. Я даже не предполагала, что ещё где-то такие необычные вещи существовать могут. Возьми его себе. Как я понимаю, это тебе для чего-то нужно.

— В этом ты права, родная моя, — произнёс внук забирая из руки бабушки дедовскую вещицу. — Как мне рассказал прадед на лесной заимке, этот необычный жезл раньше из четырёх частей состоял. Сейчас у меня всего лишь три его части в наличии.

Родослав попробовал соединить полученную часть с двумя имеющимися, но у него ничего не получилось. Пазы для соединения на концах необычных цилиндров были разными.

— И что такое интересное вы вдвоём обсуждаете? — спросил зашедший в дверной проём Ян Демьянович.

— Подарки для Славика, Янек. Не всё же ему одному для нас стараться. Драгослав Ефимович ему две фигурные штучки утром подарил, и я сейчас ещё одну.

— Тогда я тоже присоединюсь к вручению подарков, — произнёс Ян Демьянович и вытащил из кармана четвёртую часть жезла. — Мне эту штучку только что Кондраша на улице возвернул. Я её по молодости как основу для удилища использовал, а когда на фронт уходил, отдал две свои удочки другу до моего возвращения в Сосновку. Он сдержал слово и всё сохранил. Держи, внук, пусть у тебя что-то будет на память от меня.

— Благодарю, деда. Эти подарки никогда не забудутся.

— Не нужно мне никаких благодарностей, Славик. Ты намного больше для меня сделал. Кстати, Клавдея, там тебя на улице деревенские бабы ждут. Они почти всю посуду после трапезы перемыли и сказали, чтобы ты за своими тарелками и ложками пришла. Если что-то нужно помочь, говори, я в твоём полном распоряжении.

Когда дед с бабушкой ушли, Родослав вновь попытался собрать ключ-жезл. На этот раз у него всё получилось. Недостающая часть принесённая Яном Демьяновичем, гармонично соединила подарки прадеда и бабушки, все пазы совпали.

Мужчина уже хотел внимательно рассмотреть собранный ключ-жезл, чтобы найти тайную подсказку, о которой говорил Драгослав Ефимович, но прозвучавшие шаги за пределами комнаты, подсказали убрать древнюю вещицу под подушку на кровати.

Едва он убрал ключ-жезл, как в комнату зашла Даша.

— Славочка, я тебя от дел не отвлекаю? Похоже мой братец по уши влюбился в Лизочку, и мне пришлось уйти, чтобы не мешать им общаться.

— Дело молодое, пусть общаются. Может у них и вправду любовь с первого взгляда. Ты вообще что хотела узнать, Дашенька?

— Я хотела у тебя узнать, какие у нас дальнейшие планы?

— Завтра утром мы с тобой поедем в город. Там ты сфотографируешься, затем, мы заедем в паспортный стол, где тебе поменяют фамилию в паспорте на Лисицину. Разве ты не этого хотела?

— Именно этого я и хотела, и даже дедушке Драгославу пообещала поменять фамилию. Вот только в фотоателье можно не заезжать, у меня есть фотки на паспорт, я на них очень хорошо выгляжу.

— В таком случае, мы сразу поедем в паспортный стол, где тебе в течение часа поменяют фамилию и выдадут новый паспорт. У меня там есть знакомая, которая за денежку всё очень быстро сделает. А после, Дашенька, мы поедем в Барнаул, где в частной клинике тебе сделают полное обследование. Так что, ты все свои справки и снимки возьми с собой.

— Ты уже сказал барнаульским врачам мой диагноз?

— Нет. Я им про твой диагноз ничего не говорил. Единственное, что они знают, что наши местные врачи тебя лечить отказались, из-за отсутствия нужных специалистов. Твои справки с диагнозом и МРТ-снимки, мы им покажем только после того, как они проведут твоё полное медицинское обследование. Так что, у нас на руках будет два результата полного обследования, до твоего лечения на таёжном озере и после него. Тебя устраивает такой вариант, Даша?

— Меня это более чем устраивает. А где мы в Барнауле будем жить?

— В коттедже у моих знакомых. Именно они главные в частной клинике. Поэтому возьми свою сменную одежду. Времени ходить по магазинам за шмотками у нас не будет вообще.

— Я всё поняла и пошла собираться. Слава, а ты сейчас чем планируешь заняться?

— Схожу проверю свой внедорожник перед дальней поездкой, затем заварю чай в термосе, а после сразу лягу отдыхать и набираться сил. Мне не хотелось бы уснуть за рулём на трассе.

— Славочка, а можно я сегодня снова к тебе спать приду? Мне рядом с тобой легко и спокойно, а какие прекрасные сны снятся, я даже рассказать не смогу.

— Я не против этого, Дашенька. Но думаю, сегодня тебе лучше поспать одной в своей комнате, чтобы моя бабуля ничего про наши отношения не придумала.

— Можешь не продолжать. Я всё поняла, и не обижаюсь на тебя. Как рождаются слухи и сплетни на пустом месте, мне давно уже известно. Моя маманя и Жулькина мамаша с её дочкой тому яркие примеры.

— В таком случае, увидимся завтра утром, Дашенька.