История в фотографиях. Танки Мк-V "рикардо" в России

История в фотографиях. Танки Мк-V "рикардо" в России

Первые танки появились на территории нашей страны с началом гражданской войны. И да, самыми первыми танками, попавшими на территорию исторической России, оказались два десятка танков типа Рено FT-17, прибывшие с вооруженными силами иностранных интервентов 12 декабря 1918 года. А 18 марта 1919 года машины впервые применили в бою под станцией Березовка, в 53 километрах от Одессы, против 1-й Заднепровской стрелковой дивизии 2-й Украинской Советской армии. И часть этих танков пережили весьма бурную, в историческом плане, жизнь. Успев побывать трофеями красных, потом оказались в руках белых, но, в конце, концов, вновь отказавшись в руках РККА. Но помимо них, причём практически одновременно с тем, всего на четыре дня позднее, как эти французские машины оказались в руках красноармейцев, британские танки получили их белые оппоненты. К которым они поступали в качестве помощи от союзников белым армиям.

Так 22 марта 1919 года в Новороссийск на пароходе "Святой Михаил" прибыла первая партия английских танков — шесть МК-V и шесть МК-А. (В документах белых первые назывались тяжелыми или большими, а вторые — легкими или малыми.) Вместе с танками прибыли и английские инструкторы — всего 29 человек под командованием майора Е. Брука. Для подготовки русских танковых экипажей на заводе "Саломас" в Екатеринодаре была организована "Школа английских танков" (в июне 1919 года ее перевели в город Таганрог), начальником которой стал полковник Халецкий (в годы Первой мировой войны он командовал Запасным броневым дивизионом в Петрограде). Для подготовки танковых экипажей в школу откомандировали опытных офицеров-специалистов: шоферов, механиков, артиллеристов, пулеметчиков. Обучение было поставлено так, чтобы члены экипажа при необходимости могли заменить друг друга: шоферы, например, должны были уметь стрелять из пушки и пулемета, а артиллеристы и пулеметчики — управлять машиной. Одновременно с занятиями, в школе шло формирование четырех танковых отрядов. Сначала англичане рассчитывали на шесть месяцев обучения, но уже через четыре недели, произведя стрельбы из танков, ведомых русскими экипажами, англичане, нашли возможным, отправить своих учеников на фронт.

И 14 (27) апреля 1919 года приказом No 674 Главнокомандующего Вооруженными Силами на Юге России (ВСЮР) был сформирован 1-й дивизион танков в составе управления и четырех танковых отрядов. Командиром дивизиона стал полковник Гилевич (до этого он командовал 1-м броневым автомобильным дивизионом Добровольческой армии). Танковыми отрядами командовали: 1-м (три МК-V) — капитан Веремеев, 2-м (два МК-V) — капитан Борщев, 3-м (два МК-А) — капитан Колосовский, 4-м отрядом (три МК-А) — капитан Миронович. Два танка остались в школе для обучения других экипажей. В первых числах мая 1919 года дивизион убыл на фронт, где отряды были распределены между дивизиями Добровольческой армии. Где их и начали весьма успешно применять против советских войск с первых чисел мая 1919 года. Первое применение танков белы зафиксировано 10 мая 1919 года в 5.30, когда три МК-V, районе станции Хонженково. Отряд получил задачу поддержать пехоту 3-й пехотной дивизии Добровольческой армии, при атаке станции.

12 мая при поддержке танков пехота белых взяла станцию Ясиноватая, а 14 мая машины были погружены на платформы и перевезены на станцию Горловка. Здесь танки застряли на несколько дней: отступая, красные взорвали железнодорожные мосты, и подвести тяжелые машины к фронту было нельзя. Лишь 19 мая мосты отремонтировали, и танки перевезли под станцию Роты, где они вступили в бой. 22 мая 1919 года, наступая на станцию Попасная, один из танков двигался вдоль железнодорожного полотна, когда из-за выемки вышел бронепоезд красных и открыл огонь по танку. Танк открыл ответный огонь и первыми же снарядами подбил бронепаровоз, что вызвало на бронепоезде замешательство. В это время подошел второй бронепоезд красных и первым же выстрелом подбил танк, а затем, продолжая стрелять, поджег его. Машина сгорела, погибли семь из десяти членов экипажа. И это были первые потери танков и танкистов в России. И апофеозом применения танков белыми стали бои 1919 года под Царицыным.

Проблемы транспортировки в России.

Однако танки нельзя было назвать идеальным оружием. Особенно в условиях манёвренной гражданской войны в России. В результате для перевозки по железной дороге, для каждого танкового отряда выделяли целый персональный эшелон, в который входили; паровоз; две контрольные платформы (одна — пустая, вторая — с рельсами, шпалами и мешками с песком); четыре платформы с танками, три-четыре платформы с автомобилями, два классных вагона для солдат и офицеров, один товарный вагон для офицерского собрания (столовой), два вагона для склада запасных частей и имущества и один вагон для бензина, тавота и масла (в бочках). И платформы для танков, требовались не как бы какие, а дефицитные, четырёхосные, американские платформы грузоподъемностью более 20000 пудов. Для чего в подобные платформы, из-за их нехватки, стали переоборудовать даже цистерны и простые вагоны. И платформы, для транспортировки танков стали изготавливали из американских вагонов, снимая с них кузова и усиливая их добавочными шпренгелями и строить добавочные сооружения из бревен и шпал для более равномерного распределения нагрузки. На операции по выгрузке танков и погрузки их на платформы всегда приглашались опытные железнодорожные инженеры, которые следили за правильностью работы.

В это же время в Новороссийский порт прибыл второй транспорт с танками. Однако с разгрузкой боевых машин дело обстояло не так просто. Дело в том, что танки привозились на особо крупных судах с обширными трюмами. Танки, ввиду их большой массы, грузились на самое дно трюма, а на них и в промежутки между ними укладывали остальной груз. Поэтому, чтобы добраться до танков, сначала необходимо было выгрузить весь остальной груз. В Новороссийске в то время был только один плавучий кран (так называемый "Феодосийский"), который по грузоподъемности и вылету стрелы мог разгружать танки. Общее количество танков, поставленных частям Вооруженных Сил Юга России, по документам управления Новороссийской военной базы составляет 73 машины (в английской литературе сообщается о 74 поставленных в Россию танках, по ним ВСЮР Деникина предоставили 71 танк, 54 штуки Mк-V и 17 штук Mк-A). Прибывали они в следующем порядке:

22 марта 1919 года на пароходе "Святой Михаил" — 12 танков.

24 июля 1919 года на пароходе "Ротенфельс" — 16 танков.

6 сентября 1919 года на пароходе "Бородино" — 10 танков.

6 октября 1919 года на пароходе "Фриенфельдс" — 29 танков.

10 октября 1919 года на пароходе "Амазис" — 4 танка.

13 октября 1919 года на пароходе "Костельяно" — 2 танка.

Вновь прибывшие машины направлялись в Таганрог, где на заводе Неф-Вильде приводились в порядок, а затем в "Школе английских танков" из них формировали новые танковые отряды. Так, по состоянию на 19 августа 1919 года в составе ВСЮР имелся 1-й дивизион танков (четыре отряда): 1-й танковый отряд (два МК-V) — при "Школе английских танков", 2-й танковый отряд (два МК-V и один МК-А) — в Добровольческой армии, 3-й (два МК-А) и 4-й (два МК-А) танковые отряды — при "Школе английских танков". Здесь же, в Таганроге, находилось еще 19 танков на ремонте и формировании новых частей. При этом в составе ВСЮР было четыре броневых автомобильных дивизиона, имевших в своем составе более 40 броневиков. Которые непрерывно находились в боях.

Но благодаря проделанной работе и прибытию новых танков на 18 ноября 1919 года состав танковых частей ВСЮР был следующий:

"1-й дивизион танков:

1-й танковый отряд (три машины) — ремонтируется в Таганроге.

2-й танковый отряд (три машины) — в Добровольческой армии.

3-й танковый отряд (четыре машины) — в войсках Киевской области.

4-й танковый отряд (четыре машины) — передается в конную группу Добровольческой армии.

2-й дивизион танков:

5-й танковый отряд (три машины) — в Добровольческой армии.

6-й танковый отряд (четыре машины) — в Кавказской армии.

7-й танковый отряд (четыре машины) — в Донской армии.

8-й танковый отряд (четыре машины) — в Добровольческой армии.

Отряды, не входящие в состав дивизионов:

9-й танковый отряд формируется.

10-й танковый отряд (четыре машины) — направлен в Царицын.

11-й танковый отряд — формируется.

В "Школе английских танков" в Таганроге — 11 машин.

На заводе Неф-Вильде в Таганроге — 16 машин (в ремонте).

В Новороссийске — 11 машин.

ВСЕГО: 71 танк".

К сказанному следует добавить, что к этому времени два танка были потеряны в боях. Плюс интересный факт: некоторые танки даже не смогли покинуть территорию Новороссийского порта. Дело в том, что в октябре 1919 года шесть машин после разгрузки с парохода оставили на волнорезе мола из-за отсутствия нужных железнодорожных платформ. Начавшийся сильный шторм смыл танки в море. Правда, вскоре они были подняты, однако простояли без ремонта на пристани вплоть до взятия Новороссийска красными 27 марта 1920 года. Но есть и другие данные, по которым затонуло не шесть, а восемь танков. По крайней мере, есть информация, что один из таких танков был обнаружен и поднят на пирс в Новороссийске в начале 1960 годов. После чего он был сдан в металлолом. Возможно, это и был тот танк, который и был посчитан британцами, как отправленный, но не был получен белыми.

Но эти танки не могли повлиять на общую ситуацию хода гражданской войны и в ходе наступления красных в октябре 1919 года — марте 1920 года в качестве трофеев было захвачено 50 танков (войсками Южного и Юго-восточного фронтов 19 танков, войсками Кавказского фронта 31 танк). Их бросили или на заводах, где проходили ремонт, или на железнодорожных платформах из-за невозможности вывести в тыл. Наибольшее количество танков попало в руки красных при взятии Таганрога (6 января 1920 года) — 19 машин, Ростова (9 января 1920 года) — девять машин и Новороссийска (27 марта 1920 года) — 18 машин. Оставшиеся танки оказались в Крыму. В распоряжении войск генерала Врангеля. Большие потери вынудили командование белых провести реорганизацию танковых и автоброневых частей. Были расформированы 1, 2, 7, 8 и 11 отряды танков, управление 1 и 2 дивизиона танков, 1 и 2 броневые автомобильные дивизионы (управление и семь отрядов), Школу английских танков. По новым штатам был сформирован 1-й дивизион танков. В состав дивизиона включить 3, 4, 5 и 10 отряды танков. При этом 5-й отряд танков переименовать в 1-й, а 10-й во 2-й.

Формирование 1-го дивизиона танков было закончено в мае 1920 года, его командиром стал полковник Бочаров. На 2 июня 1920 года 1-й дивизион танков включал в себя следующие части:

1-й танковый отряд (шесть МК-V): танкNo 9381 "Генерал Слащев"; танк No 9040 "Грозный"; танк No 9186 "Дерзкий"; танк No 9335 "Русский богатырь" (в июне 1920 года после гибели танка No 9381 переименован в "Генерал Слащев"); танк No 9003 "Верный"; танк No 9300 "Великая Россия".

В отряде 52 офицера, 26 солдат, шесть 57-мм орудия, 26 пулеметов "Гочкис", один "Льюис", один "Максим", два "Виккерс", 650 снарядов, 40000 патронов.

2-й танковый отряд (четыре МК-А): танк No А 358 "Степняк"; танк No А-328 "Тигр"; танк No А-371 "Сфинкс"; танк No А-388 "Крокодил" (в июне переименован в "Сибиряк").

В отряде 20 офицеров, 15 солдат, одно 37-мм орудие "Гочкиса" (на танке "Сибиряк"), 14 пулеметов "Гочкис", один "Льюис", 40000 патронов, снарядов нет.

3-й танковый отряд (шесть танков МК-V): танк No 9007 "Фельдмаршал Кутузов"; танк No 9074 "Генералиссимус Суворов"; танк No 9159 "Генерал Скобелев"; танк No 9034 "Фельдмаршал Потемкин"; танк No 9358 "За Русь Святую"; танк No 9141 "За Веру и Родину" (в июне 1920 года переименован в "Генерал Кутепов" и передан в 1-й танковый отряд); танк No? "Атаман Ермак" (впервые упоминается в составе отряда 10 августа 1920 года).

В отряде шесть 57-мм орудий и 27 пулеметов "Гочкис" (без учета "Ермака" — одно 57-мм орудие и четыре пулемета "Гочкис"), Сведений о численности экипажей нет.

4-й танковый отряд (четыре МК-А): танк No А-261 "Генерал Врангель"; танк No А 242 "Садко"; танк No А 346 "Генерал Шкуро"; танкNo А-315 "Уралец" (с 10 июня 1920 года передан во 2-й отряд).

В отряде 13 офицеров, 19 солдат, 12 пулеметов "Гочкис".

Взвод французских танков — два Рено FT-17 — "Серый" и "Скромный".

Последние это бывшие советские танки Рено FT-17, захваченные красными под Одессой в марте 1919 года и оставленные летом, при прорыве оказавшихся в окружении летом 1919 года в районе Харькова красных частей. База дивизиона разместилась в Севастополе, где на заводе Ророг и в мастерских севастопольского порта был организован ремонт поврежденных танков. И еще в ходе формирования дивизиона танкам пришлось принять участие в отражении апрельского наступления 13-й армии красных. Танки 1-го танкового отряда участвовали в боях под Перекопом. В это же время машины 3-го отряда действовали у Сальково (район Чонгарского перешейка). Хотя, как признавали сами белые, состояние танков русской Армии было довольно плачевным.

Но это не помешало им пойти 7 июня 1920 года в наступление армии генерала Врангеля на части 13-й армии красных, прикрывавшей выход из Крыма. На Перекопском перешейке действия пехоты 1-го армейского корпуса поддерживали танки 1-го, 2 и 4-го танковых отрядов, а на Чонгарском перешейке кавалерия Сводного корпуса наступала при поддержке 3-го танкового отряда и взвода французских танков. И вечером того же дня командир 1-го дивизиона танков полковник Бочаров доносил в Ставку:

"За день боя 25 мая (7 июня по новому стилю) выбыли навсегда из строя от артогня противника No 9040, 9186, 261. По тем же причинам выбыли No 9381, 346, 342 — требуется отправка в Севастополь для ремонта. No 9335 из-за технических неисправностей также требует отправки в Севастополь, No 9003 и No 9300 ремонтируются своими силами. Пять танков, подлежащих отправке в Севастополь, сосредоточены в Армянске, еще два остались на поле боя".

Бои на Чонгарском перешейке были одними из немногих, в которых участвовали французские танки армии Врангеля. Их техническое состояние было еще хуже английских, запасных частей к ним совсем не было, и поэтому эти машины большей частью чинились в тылу. Пример тому — донесение командира дивизиона полковника Бочарова от 2 июля 1920 года:

"Танк "Серый" сегодня был в бою с двух часов дня до 12.30 ночи. Мотор перегрелся, стучат поршневые кольца, необходимо перебрать коробку скоростей, радиатор течет. Танк "Скромный", лопнула клапанная пружина и поломан стержень клапана, радиатор течет".

После этой даты в документах не встречается упоминания об использовании французских танков в частях Русской армии Врангеля. Видимо, эти машины были поставлены на ремонт, в котором пробыли до конца кампании.

Британские же танки использовались в боях в течение июля — августа танки, в основном в полосе 1-го армейского корпуса. Ведя наступление к Днепру. Но многочисленные боевые выезды также сильно изнашивали и материальную часть самих танков, а запасных частей имелось очень мало, и взять их было негде, в апреле 1920 года Великобритания отказалась помогать армии Врангеля. Поэтому была принята попытка пополнить танковый парк Русской армии весьма нетрадиционным способом. В середине августа 1920 года на Южный фронт прибыл 2-й танковый автоброневой отряд Красной Армии (три танка МК-V), кроме того, ожидалось прибытие еще нескольких танковых отрядов. Узнав об этом, командование белых решило "переманить" танки красных на свою сторону. Для этого предполагалось отправить в тыл противника специального делегата с большой суммой денег для подкупа необходимых людей. Правда эта авантюрная операции белых завершилась безрезультатно.

Ну а наиболее значительным эпизодом использования танков Русской армии стали бои за Каховский плацдарм в августе-октябре 1920 года. И 5 сентября 1920 года белые применили в бою четыре танка МК-А 2-го танкового отряда "Тигр", "Уралец", "Сибиряк" и "Сфинкс". "Сибиряк" и "Сфинкс" были подбиты, и остались в расположении красных. "Уралец" и "Тигр" смогли вернуться в расположение своих войск. "Сфинкс" красным удалось волоком (при помощи бревен и веревок) эвакуировать в Каховку. "Сибиряк" впоследствии разобрали на части и вывезли в тыл.

Но наиболее ожесточенными были бои за Каховский плацдарм 14-16 октября 1920 года. В атаках участвовали все исправные на тот момент машины. Так 14 октября 1920 года в бой пошли танки МК-V 3-го отряда "Атаман Ермак", "Генерал Скобелев", "Фельдмаршал Кутузов", "За Русь Святую", "Генералиссимус Суворов", 1-го отряда "Генерал Кутепов", "Великая Россия", "Генерал Слащев", "Верный", и МК-А 2-го отряда "Уралец", "Степняк" и "Тигр". В этих боях на Каховском плацдарме красными было захвачено пять танков — "Атаман Ермак", "Генерал Скобелев", "Фельдмаршал Кутузов", "Генералиссимус Суворов", "За Русь Святую", остальные подбитые машины были эвакуированы белыми.

Согласно "Акта об осмотре трофейных танков в г. Каховка" от 15 декабря 1920 года состояние этих захваченных танков было следующим:

"1. "Генерал Скобелев" — не на ходу, от попадания двух снарядов в левую сторону остова разбита одна из пулеметных башен, огнеприпасы были взорваны, от коих пострадала вся внутренняя арматура. Имеется одно орудие, четыре пулеметных гнезда, гусеницы узкие, без губ, целы.

2. "За Русь Святую" — переименован в "Москвич — пролетарий", на ходу, ремонт произведен 1-м танковым автоброневым отрядом (Танки отряда находились в Бериславле, на правом берегу Днепра). От попадания снаряда в левую сторону остова повреждена задняя ведущая шестерня, подшипники и впускные клапана. Недостающие части на пробе моторов были взяты с танков 1-го ТАБО и затем возвращены на них. Имеется пять пулеметных гнезд, орудийной башни нет. Гусеницы широкие, с губами, целы.

3. "Генералиссимус Суворов" — на ходу, снаряд попал в левую часть остова, прошел насквозь и повредил вакуум-бачок и три цилиндра (для пробы части снимались с машин 1-го ТАБО). Орудийной башни тоже нет, пулеметных гнезд четыре, гусеницы узкие, без губ.

4. "Атаман Ермак" — не на ходу, находится в семи верстах от Каховки. Во время боя попал в яму и был обстрелян, от чего пострадала вся арматура, мотор от взрыва огнеприпасов, находившихся в танке, пришел в негодность. Наиболее ценные части сняты 1-м ТАБО. Вытащить танк не представляется возможным, оставлен на месте".

Пятый трофейный танк, "Фельдмаршал Кутузов", к этому времени уже переправил через Днепр на станцию Баскитную для отправки в Харьков. В последних боях октября-ноября 1920 года танки не участвовали и достались в качестве трофеев частям Красной Армии при взятии Крыма. Так, согласно "Сведению о трофейном имуществе на разных станциях Крыма" по состоянию на 20 ноября 1920 года было захвачено "на ст. Джанкой — малый танк No 1, на ст. Чирик — один средний танк, в Феодосии — пять танков, из них один на ходу". Кроме того, в Севастополе были захвачены следующие трофеи:

"Танк No 9381 — в полной исправности.

Танк без номера — в полной исправности.

Танк No 9186 — горелый, с пробитой броней, мотором и всеми частями.

Танк No 9034 — с мотором, одна башня пробита.

Танк No 9300 — корпус без мотора и башен.

Танк No 9040 — корпус без мотора и башен.

Малый танк — корпус нижний без кабинки, разобрана бронь, радиаторы".

В начале 1921 года все трофейные танки были вывезены из Крыма на Харьковский паровозостроительный завод для ремонта.

Но помимо юга России танки британского производства применялись и в других местах. В частности, на севере России. Так 29 августа 1919 года в Архангельск из Великобритании на пароходе "Kildonan Castle" доставили шесть танков. Машины разгрузили, и в первых числах сентября отряд, под командованием майора Льюиса Брайна, разместили в Архангельске и ближайших окрестностях. Следует сказать, что к моменту прибытия танков в Архангельск уже было принято решение об эвакуации английских и союзных войск с Русского Севера. Поэтому не совсем понятно, для чего английскому командованию потребовались танки. Вероятнее всего, что генерал лорд Роулинсон, руководивший эвакуацией и имевший неограниченные полномочия, затребовал боевые машины для прикрытия отправки войск из Архангельска. Это подтверждается и пунктами дислокации танков, утвержденными на совещании союзного командования вскоре после разгрузки боевых машин.

Так, один танк должен был находиться в центре Архангельска, "чтобы прикрыть финальную посадку войск на суда, а также, чтобы участвовать в парадах для поддержания морального духа защитников и местного населения". Две машины разместили для прикрытия складов и причалов в Соломбале, Бакарице и Экономии. Еще два танка (МК-V и МК-В) передали для обучения русских экипажей. Курсы для подготовки русских танкистов организовали на базе Архангельской пулеметной школы. Личный состав (10 офицеров и 24 нижних чина) поступил из различных частей Северной армии, преподавателями были английские офицеры и сержанты. На все обучение отводилось менее месяца. 25 сентября 1919 года, командующий Северной армией генерал Е.К. Миллер приказал "принятые от Союзного командования танки включить в состав 1-го Автомобильного дивизиона". Из этих двух танков МК-V и МК-В сформировали танковое отделение дивизиона. Но в ночь на 27 сентября 1919 года последние союзные корабли покинули город. Англичане забрали с собой четыре танка, оставив Северной армии две машины, на которых учились русские экипажи: МК-V No 9085 и МК-В No 1613.

28 сентября 1919 года танки убыли в район станции Плесецкая. Первые бои они провели 4-6 октября: в документах белых сообщается, что "значительную поддержку в этих боях оказал танк, наводящий страх на большевиков". Причем здесь действовал МК-В — в условиях малого количества дорог и болотистой местности он оказался более предпочтительным, чем тяжелый МК-V. 11 октября 1919 года белые взяли стратегически важную станцию Плесецкая, и продолжили наступление. В боях их пехоту поддерживали танки, но не всегда удачно — красные уже не боялись "стальных чудовищ", встречая их огнем артиллерии. В результате, 17 октября одна машина была подбита и едва не попала в руки противника.

К 29 октября 1919 года танковое отделение в полном составе вернулось с фронта в Архангельск для ремонта машин и отдыха. И лишь 25 ноября обе машины вновь отправились на фронт. Через три дня один из танков участвовал в бою, поддерживая наступление белых вдоль дороги Дениславское-Наволок. Видимо, машины действовали поодиночке — во всяком случае, в документах не попадаются данные о том, что в бою участвовало сразу две машины. В середине декабря 1919 года наступили сильные морозы, и активные боевые действия на фронте прекратились. Видимо вскоре после этого танки были оттянуты на станцию Плесецкая, и участия в боях больше не принимали. Во всяком случае, по данным разведки 18-й стрелковой дивизии красных, на 21 января 1920 года обе машины находились на станции, где стояли погруженные на железнодорожные платформы. В начале февраля танки вывезли в Архангельск, а 11 февраля 1920 года станция Плесецкая была взята частями Красной Армии.

Британские танки в Архангельске

Как видно, командование Северной армии белых применяло танки довольно активно. Однако их использование на Севере сильно ограничивалось — они могли применяться лишь вдоль дорог, а лесисто-болотистая местность сильно ограничивала их маневр и проходимость. Да и наличие единственной в том районе железной дороги не позволяло танкам действовать в сильном удалении от нее. Кроме того, части 18-й стрелковой дивизии красных, быстро привыкнув к "стальным диковинкам", стало довольно умело противопоставлять танкам огонь артиллерии, а также фугасы. В результате, действия боевых машин если и были успешными, то успех этот носил довольно локальный, тактический характер. Дальнейшая судьба танков Северной армии была достаточно короткой. С 17 февраля 1920 года танки находились в центре города. 19 февраля один из них (МК-V) двинулся к Соборной пристани для погрузки на пароход. Однако сделать это не удалось, и машина была оставлена экипажем, который эвакуировался на яхте "Ярославна". Танк МК-В сопровождал командующего Северной армией генерала Е. Миллера до ледокола "Козьма Минин", на котором тот эвакуировался.

Хочется обратить внимание на один интересный момент — судя по фотографиям, обе машины были перекрашены в зимний белый камуфляж. Скорее всего, это было сделано еще белыми в конце 1919-го или начале 1920 года. Во всяком случае, на фотографиях трофейных машин в Архангельске, сделанных в марте 1920 года, это хорошо видно. По распоряжению инспектора броневых частей 6-й армии Прибыткова оба танка отправили в Москву в распоряжение Запасной автоброневой бригады. Любопытная деталь: в документах Красной Армии МК-В проходит как "танк с мотором "Кросслей", "хотя по английским данным на МК-В ставились двигатели "Рикардо". Ну и пара слов о судьбе остальных танков, которые были эвакуированы англичанами из Архангельска в 1919 году. Их, два МК-В и один МК-V, доставили в Латвию, в армии которой они использовались до середины 1930-х годов.

Но британские танки имелись и в частях Северо-Западной армии белых. 6 августа 1919 года британский танковый отряд в составе 48 человек и четырех танков МК-V под командованием майора X. Карсона высадился в Ревеле (современный Таллин). Этот отряд прибыл для поддержки белой Северо-Западной армии. В конце августа танки с английским персоналом были перевезены в Нарву, где для них отвели здания бывшей Кремгольмской мануфактуры. Здесь к отряду для обучения прикомандировали 30 русских офицеров, из которых англичане начали формировать русские танковые экипажи. В сентябре из Англии прибыло еще два МК-V. Все прибывшие танки получили собственные имена: "Первая помощь" (название предложил генерал Н. Юденич, встречавший танки в Ревельском порту), "Белый солдат", "Освобождение", "Бурый медведь", "Доброволец" и "Капитан Кроми". Последний был назван в честь Фрэнсис Ньютон Аман Кроми, капитана Королевского военно-морского флота, одного из первых британских подводников. В Первую мировую войну командовал действовавшей с сентября 1915 года в Балтийском море подводной лодкой Е-19. Был самым успешным британским подводником на Балтике — его лодка, среди прочего, потопила немецкий крейсер "Ундине". В 1916 году — командир флотилии британских подводных лодок на Балтике, с мая 1917 года — исполняющий обязанности британского военно-морского атташе в России. После Брестского мира отказался передать лодки большевикам, перевел их в Гельсинфорс (Хельсинки) и руководил их подрывом и затоплением. После убийства 30 августа 1918 года председателя петроградской ВЧК М. Урицкого и получения сведений о готовящемся "заговоре послов", советские власти приняли решение арестовать британских дипломатов. 31 августа чекисты ворвались в здание британского посольства в Петрограде, Кроми вступил в перестрелку с ними и погиб.

Сначала танки Северо-Западной армии были сведены в Отдельную танковую роту, штат которой утвердили в сентябре 1919 года. В ее состав вошли четыре машины, прибывшие еще в августе: "Первая помощь" (смешанный британско-русский экипаж), "Капитан Кроми" (то же), "Белый солдат" (экипаж из моряков) и "Бурый медведь" (смешанный экипаж из моряков чинов автоброневых частей). И 11 сентября 1919 года эти танки впервые участвовали в бою. И принимали участие в боях до 1 октября 1919 года. Когда все танки вернулись в Нарву для ремонта и отдыха экипажей. Но 12 октября 1919 года Северо-Западная армия генерала Н. Юденича (сменил на этом посту А. Родзянко 2 октября) начала наступление на Петроград. И три танка — "Первая помощь", "Бурый медведь" и "Капитан Кроми" — поддерживали действия 2-й стрелковой дивизии 1-го стрелкового корпуса белых, атаковавшей Ямбург. 19-21 октября танки поддерживали пехоту 2-й стрелковой дивизии, наступавшую вдоль шоссе Гатчина — Царское Село, причем в результате артиллерийского огня бронепоезда красных, две машины получили повреждения. А 22 октября 1919 года танкисты провели первый ночной танковый бой.

Но уже 24 октября 1919 года танки Северо-Западной армии постигла первая неудача. Три танка белых поддерживали атаку своей пехоты у деревни Новое Катлино (в нескольких километрах юго-западнее Царского Села). Белым удалось отбросить противника, но стоявшая на окраине Царского Села батарея артогнем сумела подбить два танка. Видя это, находившиеся на этом участке красные курсанты, перешли в контратаку, и в ходе ожесточенного боя захватили обе подбитых машины, оставленные экипажами. Однако на следующий день танки были отбиты белыми и вывезены в тыл. И бои под Царским Селом стали последними, в которых участвовали английские танки Северо-Западной армии. 26 октября 1919 года танки из Гатчины убыли в Ямбург, а затем в Нарву. Следует сказать, что согласно имеющимся материалам и документам, в боевых действиях сентября — октября 1919 года участвовали только четыре танка. Еще два, прибывшие в сентябре, до фронта так и не доехали. Возможно, этому помешало их техническое состояние, а может для них просто не успели подготовить экипажи.

Британские танки в Ревеле.

При этом кроме английских танков, в боях под Гатчиной действовали три французских Рено FT-17 (два пушечных и пулеметный). Эти машины доставили из Финляндии, где французские инструкторы обучали финских танкистов. 17 октября 1919 года "Рено" разгрузились в Ревеле, а 20-го прибыли в Нарву. Здесь в спешном порядке для них подготовили смешанные русско-французские экипажи под общим командованием Д"Арсье, лейтенанта французской службы. 23 октября 1919 года "Рено" — в Северо-Западной армии их именовали "бабэ" — придали 2-й стрелковой дивизии генерала Перемыкина. Танки участвовали в бою у деревни Кипень, а 24-25 октября — в наступлении на Гатчину. На следующий день они убыли в Нарву. А после боев эти Рено FT-17 вернули Финляндии.

18 ноября 1920 года Юденич утвердил штат танкового батальона, который должен был включать две роты тяжелых и роту легких танков, а также роту пехоты (109 человек). Однако к этому времени положение Северо-Западной армии стало крайне тяжелым — после провала наступления на Петроград и последующего отступления, она была прижата к границе с Эстонией на восточном берегу реки Нарва, контролируя очень небольшую территорию. В тот же день, 18 ноября, все танки из Нарвы перевозятся в Ревель. После подписания генералом Юденичем приказа о ликвидации армии (22 января 1920 года), четыре танка МК-V передали Эстонии, а два отправили в Латвию. Три французских "Рено" вернули Финляндии. МК-V состояли на вооружении эстонской армии до середины 1930-х годов. После присоединения Эстонии к СССР в 1940 году, эти до предела изношенные танки все еще находились на складе. При этом в СССР вернулись два захваченных, но не удержанных, у Северо-Западной Армии танка. Но, по воспоминаниям вице-адмирала Н. Смирнова, при обороне Таллина в августе 1941 года их привели в боеготовое состояние и использовали при обороне города. Вероятнее всего — как неподвижные огневые точки. Во всяком случае, есть немецкие снимки как минимум одного МК-V, захваченного под Таллином, причем танк вооружен пулеметами Максима.

Помимо указанным танкам на территории России действовали ещё танки типа Рено FT-17. 120 танков этого типа имела Польша. Активно используя их в боевых действиях против советских войск в 1920 году. Ну и десять машин этого типа должны были получить американские войска в Приморье. Но железнодорожники угнали эшелон с этими танками на железнодорожную станцию занятую красными партизанами. После чего активно использовались красными частями в боях в Приморье. Плюс два бывших белых танка оказались в Грузии. Причём появление их в Закавказье покрыто мраком. Они просто появились в Грузии. И официально туда не поставлялись. Ну а уцелевшие и ставшие трофеями британские танки оказались на службе в Красной Армии. При этом в РККА, трофейные танки назывались или по марке установленного на них двигателя (по аналогии с бронеавтомобилями): МК-V — "Рикардо", МК-А — "Тейлор", Рено — Рено. Кроме того, существовало деление танков по размерам: Б — "Большой" (МК-V), М — "Малый" (МК-А и Рено). Термина "средний" в те годы не существовало, он появился позже.

Первые красные танковые отряды начали формироваться по инициативе начальника и комиссара бронечастей 9-й армии Кавказского фронта П. Вершинина. В апреле 1920 года в Екатеринодаре, на базе трофейного имущества, он приказал развернуть ускоренные курсы по подготовке танкистов. Обучение вели восемь бывших офицеров-танкистов деникинской армии. Следует отметить, что среди будущих красных танкистов имелись люди, знакомые с танками не понаслышке. Например, в одном из документе сообщалось, что танкист "Евгений Киршфельд в течение двух лет командовал танковым отрядом в германской армии (на Западном фронте)". В апреле 1920 года несколько трофейных танков было отправлено в Москву. Согласно сведениям Главного военно-инженерного управления на 1 мая 1920 года "два танка прибыли на станцию Москва-Александровская, один танк в ремонте на броневом заводе, 1-й танковый отряд формируется при запасной автоброневой бригаде".

Еще одним центром формирования танковых отрядов Красной Армии был Смоленск, куда в середине мая из Москвы прибыл 1-й танковый отряд. В мае-июне 1920 года из Екатеринодара в Москву прибыли два танковых отряда, 2-й и 3-й, причем 2-й сразу же был отправлен на Западный фронт. Из акта об осмотре 3-го отряда от 19 июня 1920 года, можно видеть, что он состоял из трех МК-V:

"Танк No 9418 серия Б — двигатель No 16612 марки "Рикардо", вооружение -1 57-мм орудие и 5 пулеметов.

Танк No 9283 серия Б — двигатель No 18511 марки "Рикардо", вооружение -1 57-мм орудие и 5 пулеметов.

Танк No 9192 серия Б — двигатель No 22015 марки "Рикардо", вооружение -1 57-мм орудие и 5 пулеметов".

Однако первое боевое применение вновь сформированных танковых отрядов Красной Армии было не совсем удачным. Рано утром 4 июня 1920 года колонна польской пехоты с артиллерией, пройдя незамеченными по лесам, с помощью проводников из местных жителей, неожиданно вышла в тыл частей 30-й бригады 10-й стрелковой дивизии 16-й армии у деревни Столпище. Находившиеся в деревне броневики 7-го и 35-го бронеотрядов (всего четыре машины — два "фиата", "Гарфорд" и "Ланчестер") попытались прикрыть отход своих частей и вступили в бой с поляками. Однако из-за неразберихи и плохого состояния дорог атака броневиков была неудачной: две машины поляки подбили артогнем, а один броневик опрокинулся при маневрировании (все три машины достались полякам). Ну а танк МК-А No 322 "Стенька Разин" (из состава 1-го танкового отряда Красной Армии), находившийся при штабе 30-й бригады, был выдвинут для поддержки броневиков:

"Получив распоряжение выйти в бой и двинувшись по шоссе, а затем большаком, не доезжая до Столпище 1,5 версты, принял бой с противником. Бомбами с аэроплана противника, летевшего низко, был поврежден пулемет танка. Во время обстрела артиллерийским огнем, у танка при повороте заглох левый мотор, и танк встал на месте. Видя безвыходность положения, прислуга, сняв замки с пулеметов, стала отходить вместе с пехотным прикрытием танка ввиду превосходства противника. Артиллерийскими попаданиями танк был разбит".

Следует сказать, что с польской стороны это был короткий рейд, своего рода "разведка боем". После столкновения с красными польские части отошли на свои прежние позиции. Кстати, поляки в своих донесениях не упоминали о танке, называя его "большим броневиком". Они сумели вывести в тыл три броневика и несколько автомашин, а вот до "Уиппета" не добрались. Впоследствии танк был разобран красными и по частям перевезен в Могилев.

Ну а месяц спустя, 4 июля 1920 года, произошёл бой, который считается первым каноническим применением танков советскими частями. 2-й авто-танковый отряд под командованием А. Моргуленко (три танка МК-V) придали 33-й Кубанской стрелковой дивизии 15-й армии. Дивизии была поставлена задача — прорвать укрепленную позицию поляков, в районе станции Зябки. Кроме танков, в атаке должны были участвовать 14-й автоброневой отряд (три броневика) и бронепоезд No 8. Все бронечасти были сосредоточены на фронте 293-го стрелкового полка, наносившего удар вдоль шоссе Полоцк-Молодечно.

Причем всегда особо отмечалось, что оборона поляков, состоявшая из двух линий окопов и проволочного заграждения в четыре ряда, была успешно прорвана. На самом деле все обстояло несколько иначе. Для достижения внезапности применения танки были подвезены к фронту на замаскированных железнодорожных платформах и были выгружены, на станции Зябки. Исходные позиции для атаки были заняты в ночь с 3 на 4 июля. Танки получили задачу: прорвать проволочные заграждения и, подавив огневые средства противника, поддержать наступление своей пехоты. Бронеотряд должен был наступать по шоссе и совместно с конницей развивать успех в глубину. На бронепоезд возлагалась задача поддержать огнем наступление танков и броневиков.

На деле все получилось не совсем так, как планировалось. Артиллерийская подготовка, проведенная утром 4 июля артиллерией 33-й дивизии, не смогла подавить польские батареи, что затруднило развертывание танков. Кроме того, болотистая местность позволяла танкам двигаться только по дороге. Один, съехав с нее, застрял в болоте, второй сломался. В результате только третий танк с трудом достиг проволочных заграждений и, прорвав их, вышел к первой линии окопов. К этому времени польская пехота, узнав о прорыве фронта конницей красных севернее станции Зябки и боясь окружения, покинула окопы и стала отходить на восток. Автобронеотряд вместе с подразделениями конной разведки 98-й стрелковой бригады был введен в бой с большим опозданием, и вместо прорыва в глубину ограничился поддержкой огнем единственного танка и пехоты. В полном объеме со своей задачей справился только бронепоезд, в течение всего боя исправно поддерживавший огнем атакующие части и оттянувший на себя часть огня польских батарей. Справедливости ради следует отметить, что задача, поставленная 33-й стрелковой дивизии, в этом бою была выполнена.

В августе 1920 года танковые отряды Красной Армии стали перебрасываться для действий против Русской армии Врангеля. По состоянию на 22 октября 1920 года на Южном фронте находились: 1-й танковый отряд (три МК-V) станция Белая Криница, 2-й танковый отряд (четыре МК-V) — Славгород, 3-й танковый отряд (три МК-V, один МК-А) — станция Камышеваха, 4-й танковый отряд (четыре МК-V) — Харьков. Планировалось использовать 1-й танковый отряд в боях на Каховском плацдарме и при штурме перекопских укреплений. Однако, пройдя своим ходом от Криницы до Береславля (около 70 километров), все танки отряда поломались, и их пришлось поставить в ремонт. Поэтому в боях в Крыму они не отметились. Но зато приняли участие в боевых действиях при установлении советской власти в Грузии и, в частности, в боях за Тифлис в феврале 1921 года.

Для наступления на Тифлис приказом по 11-й армии была создана группа тифлисского направления под командованием М. Великанова в составе 20-й стрелковой, 12-й кавалерийской дивизий, четырех стрелковых бригад и кавалерийского полка. В распоряжении группы находился 2-й автотанковый отряд (четыре танка МК-V) под командованием С. Тапилова, 55-й автоброневой отряд (четыре бронеавтомобиля) и пять бронепоездов (No 7, 94, 5, 77 и 61). Первое наступление, предпринятое 11-й армией 16 февраля 1921 года, была предпринята первая попытка, но атаки были отбиты грузинской армией. Учтя недочеты и перегруппировав силы, группа Великанова 24 февраля вновь перешла в наступление. Главный удар наносился вдоль бакинской железной дороги и шоссе. Наступавшие здесь войска поддерживались группой бронепоездов, броневиками и танками. Танковый отряд сгрузился на станции Аг-Тягля и поступил в распоряжение 78-го стрелкового полка.

Следует отметить, что грузинская армия тоже имела танки, два английских МК-V. Но ввиду их плохого технического состояния, они не участвовали в боях, и в качестве трофеев достались Красной Армии. Так, 20 марта 1921 года начальник бронесил 11-й армии А. Зун телеграфировал наркомвоенмору Грузии:

"В мастерских станции Тифлис мной найден частью разобранный, со многими недостающими частями танк, английский большой типа V, No 9330. Танк был поднят и погружен на железнодорожную платформу. Танк может быть исправлен только средствами больших заводов в центре. Прошу выдать разрешение отправить танк в Москву...".

Летом 1920 года для формирования танковых отрядов Красной Армии при Запасной автоброневой бригаде, дислоцировавшейся в Москве, создается учебный танковый дивизион. К 1 января 1921 года в РККА имелось десять танковых отрядов, правда из-за отсутствия исправной матчасти 6-й, 7-й, 9-й и 10-й отряды не имели танков. Максимальное число танковых отрядов — тринадцать — имелось в РККА на октябрь 1921 года, затем их число стало уменьшаться. Ремонт трофейных танков был организован на Харьковском паровозостроительном заводе (ХПЗ) еще весной 1920 года, но из-за отсутствия квалифицированных кадров и запасных частей дело шло медленно. Например, на январь 1921 года в ремонте на ХПЗ находилось 20 танков, а на 3 февраля 1922 года — 29 танков и три бронированных трактора.

В начале 1922 года для помощи при вспашке полей в Поволжье, где свирепствовал голод, было решено отправить два танковых отряда — 6-й и 7-й. Их специально укомплектовали личным составом, знакомым с сельскохозяйственным трудом. Для выбора типов танков, пригодных для вспашки полей, было созвано специальное совещание представителей Главного управления транспорта и бронесил. И в начале марта 1922 года отряды, получившие по пять танков Рено (6-й отряд "Рено-русские", 7-й отряд — французские Рено), убыли в Поволжье.

Летом 1923 года самостоятельное Управление броневыми силами Красной Армии было упразднено, и его функции передали Главному артиллерийскому управлению. Все танковые отряды организационно сводились в Отдельную эскадру танков (введение понятия "эскадра" обусловливалось существовавшими в то время соображениями, что танки представляют собой своеобразные "сухопутные броненосцы" и действуют в бою подобно боевым судам), состоящую из легких и тяжелых танковых флотилий. В состав тяжелой флотилии входило четыре тяжелых дивизиона по четыре больших танка (МК-V). Всего флотилия насчитывала 16 больших танков. Легкая флотилия состояла из трех дивизионов: легкого танкового дивизиона, имевшего шесть средних танков (МК-А), истребительного танкового дивизиона из шести малых танков (Рено) с 37-мм пушками, дивизиона малых танков (Рено) — шесть штук, вооруженных пулеметами. Всего в легкой флотилии имелось 18 танков — 6 МК-А и 12 Рено. Кроме того, каждая флотилия имела по вспомогательному дивизиону, состоящему из грузового и тракторного взводов и мастерской. Танковая эскадра являлась средством усиления пехоты. Ее легкие флотилии предназначались для поддержки пехоты в наступательном бою, а тяжелая — как средство усиления при прорыве сильно укрепленной полосы.

Летом 1924 года эскадра танков была обследована специальной комиссией Московского военного округа. Результаты этого обследования командующий войсками округа К. Ворошиловым доложил заместителю председателя РВС СССР М. Фрунзе. В этом докладе отмечалось, что "отдельная эскадра танков по состоянию материальной части, по структуре и силам не отвечает нуждам Красной Армии, по постановке учебного дела не может быть признана удовлетворительной". В июне 1924 года на всеармейском совещании командного состава артиллерии обсуждались вопросы по реорганизации броневых сил. Одни считали необходимым сохранить эскадру, возложив на нее задачи по подготовке личного состава, формированию танковых частей, а также сделать ее "центром изучения танкового дела и производства различных испытаний". При центре предполагалось иметь танковое техническое бюро для конструирования, создания новых образцов техники и производства опытов. Начальник штаба танковой эскадры П. Гейнрихс предлагал на ее базе сформировать отдельную дивизию танков, куда свести все наличные танковые силы. Обсудив возможные варианты, РВС СССР в сентябре 1924 года принял решение о переводе танковых частей на полковую организацию. В связи с этим, эскадра была расформирована и на ее базе сформировали отдельный танковый полк, состоящий из двух батальонов — кадрового и учебного. Всего в полку было 356 человек и 18 танков (больших, средних и малых). Оставшиеся танки находились на консервации и служили базой для развертывания танковых частей в военное время. В 1925 году в штат полка был включен третий танковый батальон, а в каждый батальон еще по одной (третьей) роте.

В 1927 году, с началом серийного производства танков МС-1 и формированием новых танковых частей, "рикардо", "тейлоры" и Рено еще какое-то время эксплуатировались в войсках параллельно с новыми машинами. Так, по состоянию на 1 октября 1930 года в 3-м танковом полку под командованием Коханского числилось 19 танков "Рикардо" и 47 МС-1. Это были последние из находившихся в войсках машин времен гражданской войны. И согласно "Справке о наличии танков старых систем", на 30 января 1931 года в РККА имелось следующее количество машин периода Гражданской войны, где видно, что в 1931 на вооружении РККА, из числа танков периода гражданской войны оставались только Танки Мк-V "Рикардо":

"Рикардо":

1. Отдельный учебный танковый полк — 12 шт.

2. Склад No 37 — 28 (из них 6 на ходу).

3. Бронекомандные курсы — 1 шт.

4. Военно-техническая академия — 1 шт.

5. Орловская танковая школа — 1 шт.

6. Научно-испытательный полигон — 1 шт.

Всего 44 шт. (из них 9 шт. по Постановлению РВС с вооружения сняты).

Примечание. Из числа "Рикардо", находящихся на складе, необходимо выдать 5 шт. полигонам и частям.

"Тейлор":

1. Склад No 37 — 8 шт.

2. Военно-техническая академия — 1 шт.

3. Орловская танковая школа — 1 шт.

4. Бронекомандные курсы — 1 шт.

5. 11-я авиабригада — 1 шт.

Всего 12 шт. (с вооружения сняты).

Примечание. Из числа "Тейлор", находящихся на складе No 37 необходимо выдать 8 шт. полигонам и частям.

Рено-русский:

1. Бронекомандные курсы — 1 шт.

2. Гражданские ВУЗы — 9 шт.

3. 2-й танковый полк — 1 шт.

4. Военно-техническая академия — 2 шт.

5. Орловская танковая школа — 1 шт.

6. ВЭО ЦЛПС. — 1 шт.

Всего 15 шт. (с вооружения сняты).

Рено — французский:

1. Гражданские ВУЗы — 1 шт.

2. Орловская танковая школа — 1 шт.

3. Осоавиахим — 5 шт.

4. 11-я авиабригада — 1 шт.

5. Научно-испытательный полигон — 1 шт.

6. Склад No 37-3 шт. (из них один для обучения начсостава).

Всего 13 шт. (с вооружения сняты).

Примечание. Из 3 шт. Рено — французский, находящихся на складе, необходимо выдать полигонам и частям — 2 шт.".

Формально последней точкой в карьере танков времен гражданской войны должен был стать 1938 год. В марте этого года народный комиссар обороны СССР К. Ворошилов утвердил представленный ему на рассмотрение начальником Авто-бронетанкового управления РККА Д. Павловым документ следующего содержания:

"В РККА имеются устаревшие танки разных типов — опытные образцы отечественного производства, образцы, купленные за границей и трофейные. Из них:

"Рикардо" — 15 шт.

Т-18 — 862 шт.

"Виккерс 12-тонный" — 16 шт.

Т-24 — 24 шт.

Рено — 2 шт.

Т-33 — 1 шт.

"Карден-Ллойд" — 4 шт.

Т-41 — 8 шт.

Т-34 — 1 шт.

Все эти танки не на ходу, без вооружения, хранятся на окружных и центральных складах и войсками не используются.

Эти танки считаю необходимым использовать следующим образом:

1. "Рикардо" в количестве 14 штук передать по два городам: Смоленску, Ростову-на-Дону, Харькову, Ленинграду, Киеву, Ворошиловграду и Архангельску для использования их как исторических памятников гражданской войны.

2. Сосредоточить на НИИБТ полигоне и хранить как музейные экспонаты: "Рикардо" — 1 шт.

Т-18 — 2 шт.

"Виккерс 12-тонный" — 1 шт.

Т-24 — 2 шт.

Рено — 2 шт.

Т-33 — 1 шт.

"Карден-Ллойд" — 2 шт.

Т-41 — 2 шт.

Т-34 — 1 шт."

Однако реально было установлено только 11 танков. В Смоленске два МК-V (один из них No 9146 захваченный в Грузии в 1921 году) разместили перед Успенским собором, в котором в 1930-х годах разместился антирелигиозный музей. В 1942 году немцы вывезли оба смоленских танка в Берлин, где их установили перед музеем Цехгауз в качестве памятника победам Германии в Первой мировой войне. Есть фото этих машин, сделанные после взятия Берлина Красной Армией в мае 1945 года.

В Киеве один МК-V установили в сквере напротив Художественного музея, на пересечении Музейного переулка и улицы Кирова (сейчас Грушевского). Вторая машина (No 9436) стояла на Контрактовой площади. Данные об их судьбе разняться. По одним сведениям, обе машины вывезли немцы, по другим — сдали в металлолом после войны.

В Ростове-на-Дону два танка установили у здания Ротонды около северного входа в городской парк. Обе машины сдали в металлолом в 1948 году.

Два МК-V (с номерами 9344, возможно, "Атаман Ермак" и 9186, бывший "Дерзкий" 3-го и 1-го танковых отрядов Русской армии), размещенные в Ворошиловграде (ныне Луганск) сохранились до наших дней. В 2007 году обе машины были отреставрированы.

Луганская пара танков.

В Архангельске установили лишь один МК-V No 9303. Машина "дожила" до наших дней. Кстати, архангельский "Рикардо" — единственный в мире сохранившийся экземпляр этой машины в варианте "самка" (только пулеметное вооружение).

Архангельский танк. Сейчас он под стеклом

В Харькове также установили два МК-V, один из которых находился на Пролетарской площади. Эта машина до наших дней не сохранилась. Место, на котором перед войной размещался второй танк не известно. Сейчас он установлен на площади Конституции.

В экспозиции Музейного комплекса Парка "Патриот" представлен английский танк Мк-V "композит" выпуска 1918 года. Который до этого хранился в Кубинке. Всего в мире сохранилось 10 английских тяжелых ромбовидных танков Мк. Шесть из них танки модификации "Мк-V": 1 — "Самец", 1— "Самка", 4 — пулеметно-пушечных "композита". Все Мк-V "композиты" находятся на территории бывшего СССР. А самка напомню находиться в Архангельске. Плюс в парке "Патриот" стоит и один "Рено" FT. Таким образом, на территории бывшего СССР сохранилось шесть трофейных танков времен Гражданской войны.

Танк в Кубинке. С имитацией первой советской окраски танков.

Танк в Парка "Патриот".

Кроме того, имеются три копии танка "Русский Рено", выполненные в натуральную величину, установленные на территории Ижорского завода (в С.-Петербурге), завода "Красное Сормово" (в Нижнем Новгороде) и музея в Кубинке. Несколько лет назад нашлись еще четыре "Рено" FT, которые были трофеями Красной Армии. История их довольно интересна. В свое время в столице Афганистана, Кабуле, был военный музей, около которого, среди прочего, стояли четыре танка "Рено". Эти машины в 1923 году были подарены советским правительством королю Афганистана Аманулле-хану. Причем все они были трофеями, захваченными Красной Армией у поляков в 1920 году. После того, как в стране началась гражданская война, музей пришел в упадок, и до экспонатов никому не было дела. Но после введения Международных сил содействия безопасности, машинами заинтересовались американцы и французы — первые вывезли две, а вторые — один танк. В 2012 году, после длительных переговоров с афганским правительством, еще один "Рено" отправился в Польшу.

Но на этом документе 1938 года история танков гражданской войны в России не закончилась. Напомню, в конце 1919 года, англичане послали белой Северо-Западной армии Н. Н. Юденича несколько танков Первой мировой Mк-V. Но там были, белогвардейцы уже потерпели поражение от РККА, и отошли на территорию Эстонии (где были интернированы). "Не пропадать же добру?" — решили эстонцы и... забрали танки себе. Четыре танка Mк-V, перевооружённые на пулемёты Максим, благополучно "дожили" до 1940 года, до присоединения Прибалтики к СССР. И в 1941 году Красная Армия попыталась использовать в борьбе с вермахтом всё имевшееся "под рукой" вооружение, включая танки Mк-V. И эти танки использовались советскими войсками при Обороне Таллина, в августе 1941 года, причём как неподвижные огневые точки. После чего эти танки, как и оставшиеся бесхозными латвийские танки в Риге были переплавлены немцами.

Британский танк Первой Мировой войны Mk-V в Берлине. Май 1945 года

При этом история британских танков времен Первой мировой войны Мк-V из Смоленска не проста и представляет интерес. Хотя большой интерес она стала представлять после того, как в Интернете были растиражированы истории о последнем бое "британцев" в Берлине в мае 1945 года и об их эстонском происхождении. На самом деле все не так. Куда девались эстонские танки и насколько они были боеспособны доподлинно не известно, а вот берлинские танки были выставлены перед Цейхгаузом в качестве символа победы германского оружия. И возможно, в ходе боевых действий, в Берлине, использовались в качестве неподвижных огневых точек. Один из них имеет явно боевые повреждения. А потом эти танки попали в советскую зону оккупации.

Небольшое расследование об этих двух танках указывает, что это были уникальные музейные экспонаты, которыми владел Смоленск в довоенное время. К сожалению, во времена Великой Отечественной войны эти экспонаты, как и многое другое, бесследно исчезли. Находились они перед входом в Смоленский Успенский кафедральный собор. В котором, после прекращения службы в 1934 году, был создан Областной антирелигиозный музей. Вероятно, именно по этой причине два старых британских танка поставили в Смоленске в качестве памятников именно перед Успенским собором.

Танки в Смоленске

В последнее время в интернете появляется все больше фотографий времен оккупации 1941— 1943 годов, сделанных немецкими солдатами и офицерами. Среди множества фотоснимков попадаются и такие, на которых солдаты и офицеры вермахта запечатлены на фоне двух британских танков Мк-V времен первой мировой войны. Эти танки стояли по сторонам лестницы, ведущей на центральную площадь успенского кафедрального собора. Примечательно, что в 1943 году после освобождения от немецких оккупантов в Смоленске старых британских танков уже не оказалось. Долгое время об их дальнейшей судьбе ничего не было известно, и они считались бесследно исчезнувшими. Но совсем недавно, по фотографиям, смогли установить их дальнейшую судьбу. Оказывается, эти танки были вывезены в Германию, вероятно, зимой 1942/1943 года (есть фотография, на которой хорошо видно, что танки ждут погрузки на железнодорожные платформы в зимнее время возле старого ж/д вокзала Смоленска). Интересно, что в 1944 году украденные немцами смоленские танки уже стояли на территории парка Люстгартен, недалеко от Берлинского кафедрального собора, Старого музея и берлинского музея Цейхгауз "как памятник победам Германии на Восточном фронте в Первую мировую войну".

Первый танк

Второй танк

То, что старые британские танки, стоявшие в Берлине, были вывезены как военный трофей именно из Смоленска, подтверждается и фотографиями. На которой хорошо видно, что на борту одного из них стоит номер 9146, который совершенно идентичен номеру танка, стоявшему перед Успенским кафедральным собором в Смоленске. Второй, разрушенный в ходе боевых действий, танк был вывезен в Германию также из Смоленска. О чём свидетельствуют характерные для этой машины детали корпуса. И, как мы видим, старые фотографии являются неопровержимым свидетельством того, как "памятник победам Германии на Восточном фронте в Первую Мировую войну" стал одним из множества символов поражения Третьего Рейха во Вторую мировую. Но, к сожалению, по окончании войны оба этих танка не были признаны своими. И в результате оказались порезаны немцами на металлолом.

Конец смоленского танка Mk-V в Берлине

Приложение 1

Список танков, взятых в Новороссийске частями 9-й армии (по состоянию на 22 апреля 1920 года).

"Танки типа V:

No 9139, 9195, 9283, 9418, 9340, 9185 — означенным танкам проведен средний ремонт, находятся вполне исправными и на ходу.

No 9387, 9118, 9020, 9431, 9024, 9277 — танки были на работе, требуют полной перечистки.

No 9301, 9056, 9038, 9199 и танки типа А No 268, 288 — танки, вытащенные с моря в сентябре 1919 года без смазки, простояли на платформах, а потому требуют тщательного пересмотра, а моторы капитального ремонта.

Всего танков 18 штук".

Приложение 2

Состав танковых автобронеотрядов РККА по состоянию на 15 ноября 1920 года.

1-й танковый автоброневой отряд (Южный фронт): танк "Рикардо" 1Б (Большой первый) — No 9185; танк "Рикардо" 2Б — No 9085; танк "Рикардо" 10Б — No 9153.

2-й танковый автоброневой отряд (Южный фронт): танк "Рикардо" 4Б (бортовой номер неизвестен); танк "Рикардо" 5Б (бортовой номер неизвестен); танк "Рикардо" 9Б — No 9050; танк "Рикардо" No 9387.

3-й танковый автоброневой отряд (Южный фронт): танк "Рикардо" 6Б — No 9418; танк "Рикардо" 7Б — No 9283; танк "Рикардо" 8Б — No 9192; танк "Тейлор" "Сфинкс" (трофейный) No А 371.

4-й танковый автоброневой отряд (Южный фронт): танк "Рикардо" No 9336; танк "Рикардо" No 9066; танк "Рикардо" No 9113; танк "Рикардо" No 9028.

5-й танковый автоброневой отряд (г. Москва, при Запасной автобронебригаде): танк "Тейлор" No А 268; танк "Тейлор" No А-294.

8-й танковый автоброневой отряд (9-я армия, г. Екатеринодар): танк "Рикардо" No 9137; танк "Рикардо" No 9152; танк "Рикардо" No 9302.

Танковые отряды No 6, 7, 9, 10 — в Москве при Запасной автоброневой бригаде на формировании, танков не имеют.

Приложение 3

Список бортовых номеров английских танков, использовавшихся во время гражданской войны в России и захваченных частями Красной Армии в 1919-1921 годах.

МК-V: 9003, 9007, 9020, 9024, 9028, 9033, 9034, 9038, 9040, 9050, 9056, 9066, 9074, 9075, 9079, 9085*, 9113, 9118, 9122, 9137, 9139, 9141, 9146**, 9148, 9152, 9153, 9159, 9185, 9186, 9192, 9195, 9199, 9274, 9275, 9277, 9293, 9300, 9301, 9302, 9303, 9324, 9330**, 9335, 9336, 9340, 9344, 9353, 9358, 9373, 9374, 9376, 9381, 9386, 9387, 9416, 9417, 9418, 9431, 9436.

МК-A: 242, 261, 268, 283, 288, 294, 315, 323, 326, 328, 245, 346, 356, 358, 360, 371, 388.

МК-B : 1613*

* Захвачены в Архангельске.

** Захвачены в Грузии в 1921 году.

Всего трофеями РККА стали следующие британские танки, МК-V 59 единиц, в эксплуатации 44, МК-A 17 единиц, в эксплуатации 12, и МК-B 1 единица. Вопрос с Рено, захваченными в ходе гражданской войны, сложнее. Под Одессой было захвачено 4 таких танка, 10 "украли" у американцев красные партизаны Приморья, не то 6, не то 8 захватили у поляков. При этом 3 таких танка оказались в руках белых и вернулись в РККА уже к окончанию гражданской войны. По окончанию гражданской войны 4 таких танка передали Афганистану. После чего в СССР их осталось 13.