Товарищ Гроза (Книга Седьмая)

 Товарищ Гроза (Книга Седьмая)

 Аннотация:

 На Землю пришла Система. Не сама пришла — её инопланетяне к нам принесли. И вовсе не с целью завоевать или уничтожить таким хитрым способом. Нет, они нас спасают. Во всяком случае, сами в это искренне верят.

 Так получилось, что Иван Гроза оказался первым пользователем Системы. И он этим случаем воспользовался. На всю катушку воспользовался. Не просто попал в сорок первый год в начало войны, но и кое-чего сумел там достичь. И не только на поле боя. Даже основал в тылу целый Тайный Город. И советское руководство признало его заслуги и наградило высшими наградами.

 Герой же не нашёл ничего лучше, чем предложить организовать пресс-конференцию с путешественником во времени. Где пообещал честно и без утаек ответить на любые вопросы о будущем, причём всем желающим. И вот настало время выполнять данные в шутку обещания. Что у него спросят простые люди? Что журналисты? Что сильные мира сего? И чего он там ещё учудит?

 Примечания автора:

 Если найдёте какие-нибудь ошибки пишите, обязательно исправлю. Если есть замечания, предложение и пожелания по самой книге, тоже пишите. Критика приветствуется любая, не только 'конструктивная'. Не обещаю, что обязательно последую вашим советам и замечаниям, но обязательно их выслушаю. Если кто помнит как я работал над своим 'Полным набором', то наверняка знает, никого за критику не баню, даже если она матерная.

 Как там обычно блогеры говорят? Ставьте лайк и подписывайтесь на канал! Ну так вот, я предпочту если вы вместо этого напишите, что у меня не так.

 Книга так же выкладывается на:

 АТ: https://author.today/work/673045

 ВВВ: https://mahrov.4bb.ru/viewtopic.php?id=11331

 СИ: https://samlib.ru/editors/k/kmiloslaw/groza6.shtml

 Глава 1. Суматошный день

 Облетев пару раз город вокруг, Маша Воронова направилась на посадку. Как и положено — ни на какой-то там аэродром, а на центральную городскую площадь. Обычно мы так города неожиданно покидаем, а тут впервые приземлялись. Правда, обо всём было заранее договорено.

 Ещё после Орана, когда мы приземлились за городом и пересели на более скоростной и комфортабельный 'Тайфун', я также достал радиостанцию и впервые за последнее время вышел в эфир. До этого ничего такого не делал. Даже с необитаемого острова. Хотя оттуда очень даже можно было выйти в эфир. Да ещё и в сопровождении симфонического оркестра. Но тогда ничего такого делать не стал, так как держал свой маршрут в тайне. Но теперь, когда остался последний рывок, не только было можно, но и обязательно нужно. Потому что именно в Касабланку собирался прилетать абсолютно открыто. А так ещё собьют сдуру какой-то незнакомый самолёт.

 Поэтому заранее и предупредил, куда собираюсь приземляться. Это при том, что никогда этой площади не видел и понятия не имею, а получится ли? Но я верил в Машу Воронову. У неё получится. А также не сомневался в том, что власти города позаботятся и освободят место.

 Так и получилось в обоих случаях. И власти позаботились, и Маша Воронова нормально приземлилась. Так что У-2 был выбран не только по политическим соображениям, но и потому, что на нём такой трюк проделать можно, в отличие от большинства других самолётов.

 Случайно так получилось, что в Касабланку я прибыл ровно первого мая. Ладно, не будем врать: совершенно не случайно, специально так подгадал. И планировал тут устроить первомайскую демонстрацию. Потому как подозреваю в Марокко её делать никто без меня точно не станет.

 Нет, доставать всю дивизию, выдавать им плакаты 'Мир! Труд! Май!' и всё такое, конечно же, не планировал. Но у меня уже есть очень хороший плакат на наш самолёт, где 'Ударим авиапробегом по бездорожью и разгильдяйству!'. Вот сделать точно такой же 'Мир! Труд! Май!' — и можно лететь.

 Однако Маша Воронова не оценила всю креативность моего мышления.

 — Товарищ Гроза, ты хоть представляешь, что будет, если на самолёт ещё и такой парус нацепить? — спросила она.

 — А что ему станет? Самолёт покрепче паруса, вон машины же с таким едут — и ничего.

 — А вот тут ты прав, что самолёт покрепче. Так что эту твою тряпку просто сорвёт. А если не сорвёт, то уже мы навернёмся.

 Однако я нашёл выход. Можно просто взять два одинаковых самолёта. И на один повесить транспарант, а на другом летать. И сразу в момент приземления, вернее после остановки, заменить самолёт — и, как говорится, ловкость рук и никакого мошенничества.

 В общем, именно так мы и проделали. Самым трудным оказалось в пространственном кармане в состоянии стазиса перенести Машу Воронову из одного самолёта в другой. Потому как живые организмы из стазиса выводить невозможно и даже никак невозможно поменять им позу. Но это тот случай, когда как раз поза и подходит, так как её переносил из одного самолёта в другой точно такой же. Ну и потом, я уже давно научился передвигать предметы у себя в пространственном кармане одной силой мысли. Даже могу их тут немного телепортировать.

 Зато представляете, какой эффект: самолёт летит, самолёт приземляется, самолёт оканчивает свой разбег — а тут бац, и на нём мгновенно появляется транспарант из ниоткуда. Могу теперь смело в цирке работать, если из дивизии выгонят. Хотя как меня из моей же дивизии выгонят?

 Выпрыгнул из самолёта и решил его пока не убирать. Всегда успею. Надо посмотреть, какой мне тут комитет по встрече приготовили. Я, между прочим, тоже готовился, начиная от самого скромного варианта и заканчивая чуть ли не военным парадом. Я, конечно, тот вариант, который для встречи с Гагариным, специально не репетировал, но при желании что-то подобное устроить могу.

 А ещё я пожалел, что граф Антошка путешествует отдельно. Вернее, не сам граф, а его танцовщицы кабаре. Тут бы они были совсем не лишними. Не то чтобы действительно пожалел, но идея иметь ещё и собственную труппу возникла. Если в дивизии есть фотополк, есть научный полк, то почему бы не быть... даже не знаю как назвать: канкан, кабаре, просто бальные танцы — вот пусть будет балетный полк. Как известно, Россия всегда славилась своим балетом и ракетами, вот и я тоже буду продвигать искусство в массы.

 Надо будет обязательно Любови Орловой добавить в список вакансий балерин. Ну и других танцовщиц, и пусть только попробует криво посмотреть или возразить — я ей тут же её любимую сестру Маргариту Орлову в пример приведу. Ну и её же на неё и натравлю. Всё, решено: балетному полку быть. Однако это всё фантазии, и танцовщиц прямо тут доставать я не планировал.

 Ну а так всё просто: подойдёт ко мне кто-то один — останусь один, подойдут с почётным караулом — вытащу почётный караул. Ну и на случай внезапного нападения тоже готовился. Я ведь в качестве этого почётного караула и несколько готовых к бою танков могу вытащить. Правда, вряд ли местные власти оценят такое дополнение к торжественной церемонии, так что только в ответ на агрессивные действия в мой адрес.

 Хотя на самом деле зря я беспокоился. Как в таких случаях говорят, ну или не совсем в таких, но всё равно говорят: если не знаешь, что делать, действуй строго по уставу. Или по протоколу, или по инструкции, или по этикету, или по правилам техники безопасности. Всё это не глупые люди писали, и там, если очень хорошо поискать, найдутся пункты для чего угодно. И для второго пришествия, и для встречи инопланетян, и даже для путешественника во времени вроде меня.

 Понятно, что там не используются такие термины, как мессия, инопланетяне, путешественник во времени, князь тьмы... Но если хорошо поискать, подходящий пункт для любого из вышеперечисленных там найдётся. Главное — правильно определить, к какой категории гостей тебя отнести. Так что меня встречали строго по протоколу.

 Со стороны французской администрации присутствовал глава гражданского контроля Касабланки, фактически местный французский мэр, назначаемый из Рабата. Именно ему предстояло произнести официальное приветствие от имени города. Судя по выражению лица, задача эта не доставляла ему особенного удовольствия, но протокол есть протокол.

 Рядом находился паша Касабланки, представлявший султана Мухаммеда V. Сам султан оставался в Рабате, зато его представитель прибыл в традиционном белом одеянии и бурнусе. Всё-таки Марокко формально оставалось султанатом, хотя французская администрация и распоряжалась здесь очень многим. Поэтому и встречающих оказалось двое — от французской власти и от марокканской.

 Военную сторону представлял высокопоставленный офицер от генерала Шарля Ногеса, французского генерального резидента и главнокомандующего войсками в Марокко. Сам генерал тоже находился в Рабате, так что прислал своего представителя. Впрочем, военному здесь было чем заняться и без приветственных речей: обеспечить порядок на площади, куда собралось столько народу.

 С этим помогали марокканские гумьеры в полосатых джеллабах и тюрбанах, а также конная стража паши. Они образовали оцепление, отделявшее официальную делегацию от журналистов и прочих зрителей. Выглядело всё достаточно торжественно, хотя оружие у почётного караула было вполне настоящее.

 В общем, всё оказалось даже проще, чем я предполагал. Гражданская администрация, представитель султана, военные и почётный караул. Никакой особой инструкции для встречи путешественника во времени им не понадобилось. Взяли обычный протокол встречи важного иностранного гостя и применили по назначению.

 Если вы думаете, что у нас в Первой, Краснознамённой, Партизанской Дивизии Имени Товарища Грозного, Иван Василича нет соответствующих уставов и инструкций, то вы ошибаетесь. А даже если нет, то мне недолго прыгнуть в пространственный карман, где время не идёт, самому их написать, самому же поставить штампы дивизии, а через полсекунды выйти и предъявить. Однако именно к такой ситуации мы готовились заранее. И к боевому варианту, когда выбрасываются группы быстрого реагирования плюс танки, и к парадному, когда меня сопровождают самые яркие представители дивизии.

 Самая яркая у нас вообще-то Маргарита Орлова, но её появление откладывалось, поскольку планировалось поселить её вместе с графом Антошкой. Так что пока пускай не мелькает. Тем более что других ярких представителей тоже хватает. Да хотя бы та же Маша Воронова, которая перед последним полётом на У-2 переоделась в свою парадную форму. Со всеми орденами, которых у неё больше всех в нашей дивизии. Я, впрочем, тоже был в своём варианте парадной формы, как я её себе представляю. И тоже со всеми орденами. Да, поменьше будет, но тоже немало. И, как уже говорил, ордена тоже в моём варианте. Тот же орден Красной Звезды я переделал для нормального ношения на пятиконечной рамке.

 Следующим по яркости, или, скорее, по необычности, был Савелий Петрович Медведев. Ну да, в советской военной форме, но с погонами штабс-капитана ещё царской армии. Ну и награды вперемешку, как царские, так и советские. Если тут найдётся кто-нибудь разбирающийся, пускай удивляется. Особенно если попытается определить, к какой именно армии относится такой офицер.

 Вообще у меня дивизия разношёрстная, могу достать кого угодно. Представитель Российской Федерации товарищ Гроза есть? Есть. Представитель СССР Маша Воронова есть? Есть. Представитель Российской империи Савелий Петрович Медведев есть? Есть. Получалась небольшая делегация сразу из трёх эпох российской истории.

 У меня, если что, даже румынский адмирал есть, но это не тот случай, я его точно доставать не стал. Тех же самых тамплиеров тоже не стал. Мне ещё надо выдумать, как от них избавиться, а не наоборот. А вот английскому лорду в моей свите место нашлось. Агги на такое предложение отреагировал вполне нормально. И теперь рядом со мной стоял Огастес 'Агги' Понсонби-Смит. В безупречном костюме, правда, без орденов. А вот тут уже я не досмотрел. Давно хочу сделать награды своего образца, которые будут вручаться именно от имени моей дивизии. Но чего нет, того нет. Надо будет позже обязательно сделать. Жаль, что Гагарину сейчас всего восемь лет, а то бы я и его достал.

 Встреча была максимально торжественной и максимально сжатой, насколько вообще позволяли местные протоколы. Оно и понятно: не встретить меня нельзя, но и устраивать что-то большее тоже никакой необходимости нет. Тем более что вся эта пресс-конференция была лишь официальным поводом собрать в одном месте столько представителей разных государств.

 Конечно, журналисты действительно приехали ради меня. И не только журналисты. В Касабланку съехались знаменитости, авантюристы и просто любопытные со всего света, которым хотелось своими глазами увидеть путешественника во времени. Но для правительств всё это великолепие служило ещё и удобнейшим прикрытием. Мне об этом ещё в СССР намекнули, как будто я сам не понимаю. Пока пресса будет обсуждать мои подвиги, способности и очередные безобразия, дипломаты смогут заниматься куда более серьёзными делами.

 Ведь здесь собрались представители держав, которые прямо сейчас воюют друг с другом. В обычных обстоятельствах некоторые из них за один стол не сели бы даже ради того, чтобы подписать очередное соглашение о том, что за один стол они не сядут. А тут появился прекрасный предлог: все приехали на пресс-конференцию товарища Грозы. Ну а если заодно удастся провести несколько совершенно неофициальных встреч и обсудить, как теперь жить в мире, где будущее уже частично известно, так кто же им запретит?

 И самое удобное, что никому даже не требовалось особенно врать. Пресс-конференция настоящая, путешественник во времени тоже настоящий. А всё остальное — исключительно совпадение интересов.

 Официальные представители официальных властей быстро исчезли, ну кроме того, который отвечал за охрану. А я остался наедине с журналистами. Все что-то выкрикивали, требовали, чтобы я ответил именно на их вопросы, но я лишь отнекивался, предлагая присутствовать на пресс-конференции, когда и будут даны любые ответы.

 Хотя и без зрелища их не оставил. Ну во-первых, убрал самолёт, что само по себе немало: вот он стоит с транспарантом 'Мир! Труд! Май!', а вот его уже нет. Потом для наглядности вместо самолёта поставил небольшой танк. Но тоже его сразу убрал. Потом прикинул: поместится ли на этой площади, допустим, товарищ Сталин самого монументального из имеющихся у меня размеров? Поместится, но решил пока не придуриваться. И вообще, если что, Ленина поставлю, его не так жалко случайно потерять.

 А вообще я ждал, когда ко мне подойдут те, кто отвечает за размещение делегатов и прежде всего главного делегата. А то с них станет — каждый находит жильё сам. И ладно, жильё-то я найду, а где и когда перед кем выступать? По радио оговаривалось многое, но не это.

 Очень скоро такой представитель тоже появился. Причём не один, а ещё и с кем-то из ближайшего отеля, в котором я и должен расположиться. И мне тут же сказали, что мест нет. На самом деле не в такой форме: лично для меня один самый лучший или один из лучших номеров зарезервирован, но больше нет. Так что если я собирался кого-то из своих людей ещё заселить, то только там. И тут же начали уверять, что номер большой и туда очень много кто поместится.

 — Да мне в принципе и этот не особо нужен, — ответил я. — Так что если надо для кого-то из уважаемых гостей, то могу уступить.

 Чем очень сильно всех удивил, а заодно и обрадовал. Правда, меня переспросили: как это так и почему? Я всего лишь развёл руками, указывая на площадь. Если мне разрешат установить свои бытовки и вагоны прямо тут, то без проблем. Ну и для примера тут же это и проделал, попросив освободить пространство для одного пассажирского вагона, и тут же его материализовал вместе с отрезком рельсов.

 Ну а дальше объяснил, что несколько таких вагонов в виде прямоугольника плюс пространство внутри плюс ещё много чего могу поставить. И тогда журналисты смогут общаться не только со мной, но и с моими людьми. Те тоже будут готовы ответить на вопросы. Да, не о будущем, но о том, как они воюют вместе с путешественником во времени.

 И похоже, у того, кто отвечал за моё размещение, были полномочия давать такие разрешения, потому что они быстро договорились с отвечающим за охрану и начали очищать площадь от лишнего народа. Ну а народ тоже понимал, что если вдруг материализуются вагоны, то лучше рядом не стоять. А ещё я подозреваю, возможность бесконтрольно общаться с моими людьми многим тоже очень понравится. Но я уже привык, пусть вербуют, если смогут. Всем разрешено брать деньги.

 Кстати, сама площадь то ли Французской называлась, то ли площадью Франции, да неважно. Главное — она была достаточно большой, чтобы тут не только приземлиться на У-2, но и выставить целый городок из бытовок и вагонов. Зачем мне это понадобилось? Не ради же того, чтобы местные могли сдать мой номер кому-то ещё.

 Просто хотелось выгулять и всю свою дивизию. Я уже что-то подобное делал в СССР. В первую очередь в Китеже. Но там можно было бояться только того, что всех моих людей завербуют. А поскольку я этого не боюсь, то и спокойно относился. Тут тоже завербуют, во всяком случае попытаются. Но есть ещё одна опасность: могут просто попытаться похитить. А вот это уже мне не нравилось.

 Так что, либо таскай всех всё время в пространственном кармане, либо выбирай такое место, где похитить будет трудно. И какая-нибудь изолированная локация за городом смотрелась хуже, потому что туда можно просто подогнать войска, и в случае моего отсутствия я уже ничего не сделаю. Да и в случае моего присутствия далеко не всех сразу успею эвакуировать. А в самый центр Касабланки войска не очень-то подгонишь, особенно на виду у конкурентов. Так что этот вариант мне нравился больше.

 Можно, конечно, было прямо на пляже, чтобы сразу море, солнце, песок и всё такое, но пляж даже в самом городе имел тот же недостаток, что и изолированная локация. На пляж вообще можно даже десант выбросить с моря.

 В общем, когда узнали, что я собираюсь тут расставить вагоны и бытовки, только удостоверились, что не навсегда. А временно пусть постоят. Во время всяких карнавалов и праздников торговцы свои вагончики с товарами тоже выставляют, и никого это не беспокоит.

 Вот я и развернулся во всю широту своей партизанской души. Первым делом на месте вытащил всех своих специалистов, чтобы они наметили контуры будущего вагенбурга. И когда они узнали о масштабах моих планов, офигели даже они. Что уж говорить о местных.

 Потому что первое, что я достал, был одесский памятник дюку Ришелье. Ну да, всё время безуспешно пытался его пристроить, так пусть хоть временно тут постоит. А может быть и не временно: место я выбирал особое, чтобы в случае чего можно было 'случайно забыть'. И при таком забытии он не очень бы тут мешался. И да, я его уже давно подготовил: ещё в Китеже всё-таки вытаскивал и демонстрировал, что это такое. Ну а заодно попросил подровнять постамент снизу, чтобы в случае чего можно было бы на ровную поверхность поставить. Вот и встал Ришелье на площади Франции как родной. Ну а что, тоже ведь француз.

 А вот на противоположном углу моего будущего вагенбурга встал ещё один товарищ Сталин. Одного я поставил в Китеже, другой, пусть и меньше, постоит тут. Это точно временно: во-первых, потому что самому нужнее, во-вторых, потому что Ришелье скорее всего не снесут, а Сталина обязательно.

 Ну а дальше шли бытовки и вагоны в виде очертания нашей будущей крепости. А когда перед тобой встаёт вагон бронепоезда с небольшим отрезком рельсов, то сомнений в том, что это крепость, не возникает. А я ведь ещё и танков добавил в свободных промежутках.

 Про бронепоезд изначально не договаривались? Ну так это и не бронепоезд, а пока всего лишь бронированный вагон. Вполне себе офицерский, то есть пассажирский. А настоящего бронепоезда, с орудийными башнями, главным калибром и всем прочим, у меня пока просто нет. Был бы — обязательно бы тут поставил.

 С краешку был выставлен не совсем отдельно, но как бы обособленно медицинский блок из бытовок. И вывешено стандартное объявление: приём пациентов круглосуточно. Бесплатно!

 Бесплатно — вообще волшебное слово. Казалось бы, ещё никто не в курсе, но среди зевак, пришедших поглазеть, что сейчас будет, сразу нашлись те, кому перестала быть интересной вся эта вакханалия, и они тут же встали в очередь. Ну да, медицина — она везде, кроме СССР, штука очень дорогая. И если даже в СССР очереди выстраивались, нетрудно догадаться, что будет тут.

 Была у меня шальная мысль выставить в сторонке столик и объявить пункт вербовки. И с прейскурантом. А когда до местных дойдёт, что это не я кого-то вербую, а предлагаю завербовать моих людей себе в агенты, вообще будет шутка юмора, какой никто не слышал. Однако решил: не надо, они и сами найдут, как и кого завербовать. Ну а своим людям я сообщил, что пусть соглашаются, берут деньги — это их законная добыча, даже любой информацией могут делиться, не запрещено.

 Неожиданно оказалось, что я на первомайскую демонстрацию всё-таки успел. Просто потому что она состоялась. Я как-то забыл, что Первомай — это вообще-то не советское, а американское изобретение. Вот американцы и не упустили случая его тут организовать. Не так чтобы очень массово, но всё-таки какое-то количество желающих нашлось. Ну и советская делегация к этому делу тоже присоединилась. Сейчас мы как-никак союзники. Вернее не так: они союзники, меня к этому приплетать не надо.

 Но от участия в самой демонстрации, когда она подошла прямо к моему вагенбургу, я отказываться не стал. Тем более что у меня есть такой грандиозно подходящий самолёт с транспарантом 'Ударим авиапробегом по бездорожью и разгильдяйству!'. Хотя нет, не этот, а 'Мир! Труд! Май!'. Хотя, с другой стороны, почему бы и этот тоже? Просто достал два У-2 с обеими транспарантами, и мы их покатили по улице впереди колонны. Самолётик не тяжёлый, его самый обыкновенный автомобиль тянет. А уж если взять полуторку и туда народу набрать, то тем более. Вот так мы и проехались по городу. Две полуторки, два самолёта, транспаранты, а в кузовах — участвующие в демонстрации люди.

 Никого специально гнать на демонстрацию не пришлось: просто предложил желающим, и их нашлось даже больше, чем мест в полуторках. Поэтому пришлось добавлять ещё несколько автомобилей. На нас смотрели с завистью. Даже не потому, что остальные шли пешком, а мы ехали. Просто бензин сейчас в дефиците, и такой транспорт на улицах — редкость. А мы не по необходимости едем, а развлекаемся.

 А ещё наша делегация всем желающим бесплатно раздавала первомайские открытки. Самые обыкновенные, всё те же 'Мир! Труд! Май!', плюс свободное место для штампа на лицевой стороне. Потому как дивизионный штамп, сообщающий об участии в первомайской демонстрации в Касабланке, тоже был. И если открытки я давно готовлю много и всякие, то этот был даже как бы тайно сделан. Та самая предусмотрительность, которая если не сбудется, то никто о ней не узнает. А вот если понадобится, то все удивляются: откуда товарищ Гроза знал, что тут будет демонстрация? Видимо, путешественник во времени и о будущем знает всё.

 Ну так вот, сам я эти открытки отправил и себе домой, и на все ближайшие линкоры. Надо будет потом забрать.

 День получился какой-то сумасшедший или, скорее, суматошный, где смешалось всё и разное. И прилёт в город, и официальный протокол, и неофициальные договоры, и благоустройство собственного района в самом центре города, и участие в первомайской демонстрации, и много ещё чего.

 Даже не нашлось минуты, чтобы сесть и спокойно вспомнить свой путь из белорусского леса аж досюда. С другой стороны, а зачем садиться и вспоминать? Я его и так прекрасно помню.

 Шестая книга закончена! Седьмая уже начата.. А пока предлагаю посмотреть обложки, так как я ко всей серии их решил поменять. Осторожно спойлер, есть обложка и на седьмую, и на восьмую, и на последнюю книгу серии у которой пока нет номера.

  https://author.today/post/972374