Возрождение веры: судьба ситхов

 Возрождение веры: судьба ситхов

 Автор: Свелт Аллер

 Я подготовила этот доклад по распоряжению Хранителя Повелителя Драконов. Если вы читаете это, то, очевидно, вы не новичок в нашем деле, и мы можем перейти к более глубокому анализу противоречивой фигуры, оказавшей огромное влияние на развитие Ордена ситхов — миледи, настоятельницы Ордена ситхов.

 Сочувствие — черта, столь же чуждая моей расе, как и принятому мной образу жизни ситха. Как однажды лаконично сформулировал ситхский летописец Инго Вавлуд, наш орден придерживается принципа, согласно которому сила гарантирует свободу и выживание. Этого принципа придерживались такие тёмные лорды, как Дарт Руин, Дарт Бейн и даже Дарт Вейдер, которого бездумно почитали как ситх"ари — "совершенное существо" из легенд о ситхах. Но мне нет нужды напоминать проницательным умам, что "сила" — понятие относительное, и я полагаю, что, проанализировав наследие миледи, мы сможем понять, что сострадание, которое вовсе не является проявлением слабости, порой представляет собой важнейший источник жизненной энергии.

 Этот тезис, несомненно, будет высмеян недалекими пуристами, утверждающими, что предательство — это путь ситхов. Я не оспариваю эту истину, но имейте это в виду. Если предательство — действительно единственный путь ситхов, то мы можем только надеяться достичь величия, равного величию наших погибших предшественников.

 Лучше никогда не будет. Никогда не будет величия.

 Неужели мы так и останемся рабами мертвых? Конечно, эти немертвые ситхи, разлагающиеся в Долине Темных Лордов, не предпочли бы ничего другого. Но мы уже видели, какие кислые плоды приносит прославление измены. Ситхи могут снова править галактикой, но в неизбежной развязке мы предадим друг друга и уничтожим самих себя — в очередной раз.

 Я представляю следующее исследование наследия миледи, иногда по необходимости субъективное, в качестве альтернативы столь жалкой и избыточной части.

 Отклоняйте его содержимое на свой страх и риск.

 Ученик

 На протяжении тысячи лет ситхи руководствовались парономастическим "правилом двух" дальновидного Дарта Бэйна. Первым из его указаний был обет секретности, вторым — обязательство о существовании только двух ситхов в любой момент времени, чтобы пресечь предательство, столь распространенное в нашей истории. Но Палпатин не проявил большой нерешительности, нарушив заповеди Бэйна. Разоблачение его Теневой Руки Дарта Мола было оправдано необходимостью, ибо как еще мог осуществиться дальновидный план Лорда Бэйна? Тем не менее, после смерти Мола Палпатин предоставил своему новому ученику Дарту Тиранусу полную свободу действий в обучении тех учеников, которые ему нравились.

 Эти темные одаренные сеяли хаос во время Войн клонов и проложили путь собственным планам Палпатина по установлению Теократии Темной Стороны, что нашло отражение в создании его Элиты Темной стороны и замене титула "Теневая рука", предназначенного для учеников ситхов, термином "Рука Императора", обозначающим его специализированных чувствительных к Силе убийц. Когда Дарт Вейдер стал учеником Палпатина, император поощрял его следовать этой тенденции, и Вейдер, у которого уже был ученик в те времена, когда он был рыцарем ордена Джидаев, с удовольствием воспринял эту идею. Как и у Тирануса до него, список протеже Вейдера длинный — имперский прокуратор юстиции, верховный инквизитор Тремейн, кодовое имя Старкиллер, Маджестрикс, Тао, Домина Тагге, Флинт Болд и адмирал Вост Тайн, и это лишь некоторые из них. Но я ограничу обсуждение единственным учеником, без которого не обойтись в этом трактате — его последней ученицей.

 Из всех учеников Дарта Вейдера стержнем была она, которая больше всего походила на него как духом, так и внешностью. Ее звали Шира Элан Колла Бри, имперский двойной агент, которая первоначально служила Темному Лорду в качестве его вассала Ренги "Джикса" Джикстона. Однако ее отношения с Вейдером развивались так же, как и с дочерью, которую он никогда не знал, особенно после того, как у нее появилось другое имя: Лумия, Темная леди ситхов.

 По человеческим меркам Шира была яркой девушкой с рыжими волосами и изумрудными глазами, выросшей в просторном Императорском дворце. Она проявила себя как лидер в Имперской комиссии по сохранению нового порядка и благодаря этому поступила в Институт пилотов Корускани. Легко обойдя своих сокурсников, она поступила в Каридскую имперскую академию, где намеренно убила нескольких однокурсников во время полевых испытаний экспериментального горного разведывательного транспорта. Именно тогда Вейдер почувствовал, насколько сильна в ней связь с Силой. После выпуска Ширы он приступил к первым этапам её биологической модификации, привлекая лучших биологов Империи, чтобы искусственно повысить её болевой порог и способность к регенерации, а также вводя ей мнемонические препараты.

 Лорд Вейдер передал Ширу директору разведки Айсард, которая поручила ей разобраться с таинственным исчезновением имперского полковника Крикса Мадины. С помощью обмана и убийств Шира быстро выяснила, что полковник-перебежчик перешёл на сторону Альянса повстанцев. Внедрившись в ряды повстанцев, она приняла участие в одной из первых сверхсекретных атак на вторую "Звезду Смерти", сорвав преждевременные попытки повстанцев устроить диверсию. Благодаря этим успехам лорд Вейдер поручил Шире дискредитировать или даже убить Люка Скайуокера. Но во время ее миссии произошло непредвиденное, и между ней и Скайуокером возникла крепкая привязанность. Тем не менее, преданность Ширы своему повелителю-ситху была абсолютной, и, летая на TIE-истребителях вместе со Скайуокером на секретной миссии повстанцев, она приготовилась уничтожить свою цель. Однако Скайуокер использовал Силу, чтобы проникнуть за завесу ее намерений, и вместо этого сбил ее.

 Едва живая благодаря сочетанию силового транса и ее физиологической модификации, Шира наверняка погибла бы в неумолимой пустоте, если бы не вмешательство Вейдера. Когда он обнаружил ее изуродованное тело, впавшее в силовую спячку в своем искалеченном истребителе, Темный Лорд, по-видимому, был поражен непреодолимым чувством дежавю — ведь сам Вейдер предотвратил смерть после уничтожения первой "Звезды Смерти", впав в силовую кому в своем собственном поврежденном истребителе TIE Advanced. Хотя ее раздробленные конечности были парализованы, сердце и другие жизненно важные органы отказывали, а глаза ослепли, яростная воля Ширы к жизни что-то пробудила в Повелителе ситхов, убедив его, что ее выживание было обусловлено волей Силы. Однако сострадание Вейдера было того же рода, что и то, которое он сам испытал на себе от рук Палпатина на изрыгающем лаву Мустафаре.

 Ширу восстановили, превратив в киборга по образу и подобию Вейдера. Она перестала быть Широй Элан Колла Бри и приняла имя и титул Лумии, Тёмной госпожи ситхов. Затем Вейдер начал обучать её путям ситхов, планируя использовать её в заговоре против Палпатина. В рамках своего плана он рассказал миледи о том, что у него есть таинственный осколок алого кристалла — часть редкого артефакта, известного как Кайбурр. Повелитель ситхов был убеждён, что, если бы он завладел этим драгоценным камнем целиком, это восстановило бы его связь с Силой в той мере, в какой она была утрачена после превращения в киборга, и наделило бы Вейдера неограниченной властью и правом управлять галактикой.

 По сути, он стал бы легендарным Ситх-ари.

 Однако из-за того, что в прошлом Вейдеру не удалось скрыть своих учеников от Императора, он хитроумно представил Лумию своему господину как подходящую кандидатуру на роль Руки Императора, справедливо полагая, что её верность не подлежит сомнению. В качестве обряда посвящения Палпатин отправил миледи в столицу ситхов Зиост, где она подверглась безжалостным атакам пожирающего разум Деррифана, дымных демонов, боевых дроидов-убийц ситхов и других ужасов темной стороны, прежде чем получила книгу Дарта Вективуса. Наряду с ситхским пророчеством о жертвоприношении, в манускрипте подробно описывались "Фантомы силы", координаты астероидной крепости Вективуса в звездной системе MZX32905 и создание оружия ближнего боя из "кусающегося металла и жалящего света". Одержав победу, она вернулась со своего испытания в имперское пространство.

 По возвращении домой она обнаружила, что в империи царит хаос. Как она узнала, лорд Вейдер убил Палпатина в битве при Эндоре и сам погиб. Лумия была глубоко опечалена кончиной Вейдера, но понимала, что ситхи должны продолжать жить. Она немедленно поселилась на планете Вжун.

 Военачальник

  Дромунд-Каас, Зигула и Коррибан — все это известные очаги зловещей энергии. Но вдали от мрачных величеств Долины Темных лордов миледи освятила ряд мест своим собственным стигийским знаком. Первое из них было на планете Вжун, где бушевали кислотные дожди и где когда-то жили лорды Вейдер и Тиранус. Именно в крепости своего старого хозяина поселилась моя госпожа.

 Зловещий по своему замыслу замок Баст, или Шато Бастьен, на самом деле изначально был построен не для Вейдера, а для виконта Баста. После того, как чума уничтожила население Вжуна, Дом Бастов отказался от собственности и передал замок лорду Вейдеру, чтобы обеспечить продвижение по службе генерала Неджада Баста, чей брат-близнец встретил свою смерть на борту первой Звезды Смерти.

 Легион изможденных тактических дроидов-лакеев неустанно обслуживал мириады богато украшенных комнат альказара, включая камеры пыток и потайные ходы, в которых скрывались четыре редкости, унаследованные от хозяина миледи. Одним из них был голокрон, который пережил отчаянный террористический акт, совершенный двумя джедаями-беглецами от Приказа 66, Ашкой Бодой и Халагадом Вентором, уничтожившими коллекцию голокронов Храма джедаев, чтобы они не попали в руки ситхов. Другим был световой меч, принадлежавший побежденному Вейдером мастеру-джедаю Оби-Вану Кеноби, который, как ошибочно полагают некоторые, был извлечен из обломков первой "Звезды смерти" группой "новичков"-прыгунов по звездам. Третьим предметом был фрагмент мощного артефакта Силы, известного как кристалл Кайбурр, который Вейдер однажды показывал миледи.

 Последней диковинкой, спрятанной на виду среди гобеленовых стен и украшений замка, был один из двух сохранившихся портретов — другой в Императорском дворце — мертвой подруги лорда Вейдера, голографически нарисованный полубезумным членом "Братства Познания", известным только как Художник с Набу.

 Взяв осколок Кайбурра, миледи использовала его как фокусирующий кристалл своего сокрушительного светового хлыста ситхов. В соответствии с инструкциями Дарта Вективуса, плети для этого оружия были изготовлены из алхимически обработанной шкуры боевого бегемота, упругого мандалорианского железа и необузданной энергии. Теперь Лумия провозгласила себя новой Тёмной повелительницей и обзавелась своей первой Теневой дланью — вышеупомянутым Флинтом Болде из Белдерона, — сломив его волю в жестокой дуэли и завладев его имперскими ресурсами.

 Впоследствии Лумия предприняла смелую, но опрометчивую попытку установить контроль над остатками Империи во время первого в этой галактике межгалактического вторжения — войны Нагаи-Тофов. После враждебного знакомства она заключила союз с бледнокожими нагаями, захватчиками из карликовой галактики, вращающейся по близкой орбите. Поначалу гамбит миледи удался: она разгромила недавно созданный Альянс свободных планет во Второй битве при Эндоре. Однако она потерпела серьёзное поражение, когда Болде сдался её бывшему возлюбленному Люку Скайуокеру. Я с искренним удовольствием вонзила аметистовый клинок своего светового меча в трахею этого белдеронского предателя. Миледи также перешла на сторону пиратов-тофов, когда эти многовековые угнетатели нагаев последовали за ними в имперское пространство. К сожалению, моя госпожа и её союзники-тофы потерпели поражение на планете Сайдзё, откуда она едва унесла ноги. Её побег остался незамеченным, и она, покрытая шрамами и одинокая, скрылась в тени.

 В течение следующих нескольких лет миледи погрузилась в изучение преданий о ситхах со всей галактики и всех эпох, приобретая всевозможные тайные кодексы и тома и впитывая в себя учения ситхов, принадлежавших таким мастерам, как Датка Грауш, Дарт Витус и Карнак Малефисент. Изучая труды таких знатоков преданий о ситхах, как Мёрк Ланди, она также познакомилась с малоизвестным искусством квипулогии и знаниями об отравляющих веществах, которыми владел орден Мекроса. Тем временем в её железном сердце разгоралась всё более патологическая ненависть к Скайуокеру.

 Тёмная леди также пришла к соглашению со своей бывшей соратницей, главой разведки Айсард, которая теперь была исполняющей обязанности императрицы распадающейся Галактической Империи. В обмен на новый боевой флот, взвод штурмовиков и два отряда смертоносных королевских гвардейцев моя госпожа согласилась покарать нескольких имперских изменников, в том числе исследователей из "Крон Дрифт", тайных пророков Тёмной стороны и одну из старых коллег миледи — бывшую Десницу Императора и будущую спутницу Скайуокера Мару Джейд. Исследователям пришлось несладко, в то время как миледи наняла бывшего вассала Вейдера Джикстона, чтобы тот разрушил цитадель Вейдера на Корусканте, превращённую в так называемую Первую Церковь Тёмной стороны Пророков. Однако "Рука Императора" требовала более личного участия. На своём звёздном истребителе "Крикун", оснащённом плащом-невидимкой, Лумия выследила Джейд в Каприориле, Мекке автогонок. Хотя убийца выжила в яростной схватке, миледи захватила её фиолетовый световой меч и поклялась однажды покончить с ней.

 Продолжая поиски кристалла Кайбурр, которые вёл Вейдер, Лумия приобрела нечто почти невообразимо ценное: легендарный голокрон тысячелетнего короля Адаса, божественного монарха древней расы ситхов и вдохновителя легенды о ситх"ари. С этим священным предметом, считавшимся утерянным на протяжении веков, знания Лумии о Тёмной стороне стали множиться с поразительной скоростью. Возвращение Ордена ситхов в новую эпоху процветания казалось неизбежным, а во главе его стояла Тёмная леди.

 Осмелев, Лумия наняла ещё одного "Теневого помощника". О судьбе ее первого ученика я уже рассказала, хотя могу добавить, что лишила Болда жизни тем самым световым мечом, который миледи отобрала у Джейд. Но именно среди королевских гвардейцев, приобретенных у Айсард, моя госпожа обнаружила чувствительного к силе Карнора Джакса. С Джаксом я тоже знакома по личному опыту.

 Клон ГеНода, Джакс был живым оружием, сделанным из того же материала, что и ситхи-мародеры, такие как Дарт Мол и Каокс Крулл. Вместе с Лумией они лично уничтожили последние остатки Пророков Темной стороны на планете Бостирда — как раз в тысячелетнюю годовщину со дня рождения их основателя. Но Джакс также показал себя опытным интриганом. Под руководством миледи он уничтожил возрожденного Палпатина, который считал себя воплощением самой темной стороны и больше не был ситхом в традиционном смысле этого слова. Используя яды Мекрозы, Джакс отравил клонов, которых этот отступник использовал для поддержания своей жизни, и сместил Палпатина с поста фактического правителя Галактической империи.

 Именно во время восхождения Джакса к власти к нему обратился агент интендантов Ном Анор с предложением о возможном союзе ситхов и юужань-вонгов... союзе, в котором я, сама того не ожидая, сыграла ключевую роль.

 Раскрытие

 Как следует из моего имени, я, Свелт Аллер, некогда принадлежавшая к Домену Аллер и к уважаемой касте жрецов, являюсь представителем воинственных внегалактических юужань-вонгов. Хотя другие гуманоидные расы редко смотрят на наши похожие на черепа лица, покрытые ритуальными шрамами, без содрогания, я когда-то считалась, согласно эстетическим представлениям моего народа, эталоном красоты. Я поклонялась боли и презирала неорганические технологии — культурные особенности, сформировавшиеся в ходе наших древних разрушительных галактических войн. После уничтожения нашей родной планеты Йуужань'тар мы отправились в многовековую одиссею на наших органических кораблях-мирах через пустоту между нашей мёртвой галактикой и этой, в поисках лучшей жизни. Увы, для меня земля обетованная открылась слишком поздно.

 После десятилетий верной службы мне было позволено принести священные обеты королевского провидца — это высшая честь, которой может удостоиться жрица, и знак высокого положения моего Домена. Однако передо мной встала дилемма: я уже тайно поклялась в верности богам-любовникам Юн-Тксину и Юн-К'аа, потому что взяла себе запретного спутника. Живя на одном корабле-мире, я познакомилась с Ном Анором из касты интендантов, несмотря на разницу в нашем социальном положении. Законы запрещали наш союз, но притяжение между нами было сильным и непреодолимым. Наши запретные связи в уединенных биоинженерных лабораториях формовщиков позволяли нам играть в богов, создавая вымерших существ из священных кортексов. Если бы нас поймали, нас бы ждала смерть или еще более суровое наказание — низведение до позорного статуса "опозоренного". Но мы упивались тем, что бросали вызов судьбе.

 Однажды вечером Ном подарил мне ожерелье из ослепительно ярких золотых жемчужин, тщательно обработанных и деформированных, добытых из вымерших моллюсков-убийц чук"акет. Наше влечение больше нельзя было сдерживать. В ту ночь мы отдались страсти.

 Так продолжалось много лет, и мы наслаждались риском наших тайных встреч. Но вскоре после того, как мы отпраздновали церемонию возведения Нома в статус экзекутора, во время которой он выколол себе левый глаз и заменил его живым имплантом плаэрин-болом, я принесла клятву королевского провидца. Однако я не растерялась. Мысль о том, что я когда-нибудь смогу обрести длительное счастье с моей тайной любовью, никогда не приходила мне в голову, поскольку наше культурное представление о жизни как о мучении почти излечило меня от подобных заблуждений. Но когда наши корабли-миры приблизились к концу своего невероятно долгого путешествия, Ном Анор был выбран для разведки и дестабилизации обстановки в этой галактике до нашего прибытия.

 Мой возлюбленный пообещал завоевать эти новые владения. Он обещал сделать это от моего имени, и он обещал вернуться за мной. Он обещал... совместную жизнь в этом великолепном, нетронутом царстве.

 Слова, сказала я себе. Только слова. Нелепые, еретические, иррациональные...

 Опьяняющие.

 Вопреки здравому смыслу, вопреки всем инстинктам, я осмелилась поверить ему.

 Я ревностно исполняла свои обязанности Королевского Провидца, преисполнившись совершенно чуждого мне чувства — надежды. Вера в будущее наполнила меня радостью, которой я не знала даже в своих самых ранних воспоминаниях.

 Так продолжалось до тех пор, пока не возник кризис. Согласно обету провидицы, жрица обязана отказаться от выбранной части своего тела, заменив ее имплантатом для предсказания. Чтобы повторить жертвоприношение моего бывшего возлюбленного, я решила вырвать себе правый глаз. Заменив его имплантатом вилхорак бол, что в вольном переводе означает "скрайбол", который, как говорили, был создан на основе Священной восьмой области коры головного мозга, последней ступени в биоинженерных протоколах. Созданный гениальным формовщиком из телепатических нервных тканей йаммоска, имплантат должен был обеспечить мне непосредственное общение с богами.

 Вскоре этот пророческий орган предал меня. Прямое взаимодействие вилхорак бола с моим мозгом впервые вызвало у меня сильную головную боль. После этого мой разум наполнился мирскими видениями: об искусственной женщине, созданной из богохульного механизма; об уничтожении нашего народа и образа жизни; и о себе, в стране мертвых, поклоняющейся алтарю неизвестных божеств. Гротескные предсказания стали ошеломляющими. Мой вилхорак бол увял и умер, послав послание, которое было не только ясным, но и основанным на доктрине.

 Боги отвергли меня.

 Члены моего собственного Домена с праведным упорством осуществляли мое низведение до статуса Опозоренного, и, полуслепая, я терпела все вдохновенные унижения, которым подвергалась эта низшая и самая жалкая каста. Хотя йуужань-вонгам не привыкать к мучениям, разлука с моим достоинством и моей истинной любовью открыла для меня новую категорию страданий. Я стала подопытным животным для фанатичного Формовщика по имени Оними, того самого, который изобрел мой дефектный прорицательный имплантат. Бесконечно испытываемая болезненными на вкус пряностями и подвергаемая причудливым клеточным экспериментам, которых я не понимала, время потеряло для меня всякий смысл.

 Я практически отказалась от этой надежды, которой так неохотно позволила расцвести, когда агенты загадочной секты обмана моего возлюбленного спасли меня от разврата. Эти каббалистические покровители Богини-обманщицы Юн-Харлы, возглавляемые двоюродной сестрой Нома по яслям Фаа Анор, тайно переправили меня в эту галактику под прикрытием маскарада, скрывающего личность. Не успела я опомниться, как блаженство накрыло меня с головой, заключив в объятия моего спасителя и завоевателя: Нома Анора.

 Наше воссоединение, страстно-сюрреалистичное, наполнилось экстазом, который, казалось, невозможно было сохранить навсегда.

 На самом деле, оно длилось гораздо меньше.

 Ном начал обучать меня основам стандартного языка этой галактики, хотя вскоре я поняла, что это было не для моей пользы. Это царство надежды изменило моего возлюбленного... или, возможно, просто позволило ему обнажить себя, стать существом с обнаженным эго и амбициями. Ибо Ном заключил сделку с новым правителем умирающей Галактической империи, о партнерстве между йуужань-вонгами и Темными Лордами. И в знак доброй воли, в награду за все мои страдания и преданность, мой возлюбленный передал меня рабом в руки повелителя ситхов Карнора Джакса.

 Распознавание

 Карнор Джакс говорил тихо и был великолепен в алой с обсидиановым отливом форме Королевской гвардии империи. Мы с трудом могли общаться, но я сразу поняла, что Джакс разделяет жажду власти моего обманчивого возлюбленного. И хотя он, должно быть, поверхностно оценивал мой вид как физически отталкивающий, как и я его, это примитивное, животное признание могущества передавалось между нами: ситх силан и йуужань-вонг сливилит, каждый из которых колебался между выбором пары и добычи. Однако лорд Джакс был человеком, умевшим контролировать свои страсти. Интерес повелителя ситхов ко мне не был личным, а основывался на том факте, что представители моей расы казались "отсутствующими" в некоем "энергетическом поле", которое он называл силой. Для ушей натренированной жрицы эта тарабарщина в лучшем случае отдавала ненормативной лексикой, а в худшем — слабоумием.

 На Звездном Разрушителе "Месть императора" Джакс подверг меня целой серии тестов, иногда глупых и садистских. Заключенная в дюрастиловую камеру предварительного заключения, связанная энергетическими узами, накачанная едкими химикатами дроидами-дознавателями IT-3, окруженная со всех сторон кощунственными технологиями, я была на грани безумия. Пока я билась в истерике, лорд Джакс привычно "исследовал" меня, рассекая воздух перед моим лицом сжатой в кулак рукой в неопределённо-освящающем жесте. Этот странный ритуал казался почти смехотворным, пока повелитель ситхов, повинуясь интуиции, не схватил моё блестящее ожерелье. Молча медитируя на жемчужины чук"акета, Джакс утверждал, что наконец-то "почувствовал" меня с помощью той самой сверхъестественной чувствительности, о которой он говорил. Я бы с лёгкостью отмахнулась от этого заявления, если бы сквозь наркотический дурман не ощутила синхронный зуд в мякоти своего повреждённого скрайбола.

 Однако лорд Джакс признал своё поражение, поскольку его пытки не помогли ему хоть что-то узнать о "покинутом Силой" состоянии моего вида. В итоге он доставил меня на планету Тозарин к своему ситхскому господину. По сути, я должна была стать приманкой в игре в голошахматы с высокими ставками, пока Джакс готовился заманить в ловушку, убить и занять место своего повелителя-ситха. Вскоре Джакс был убит соперником, что фактически свело на нет его шаткий союз с Ном Анором, а я оказалась в плену у Лумии в пространстве, известном как Плащ Ситхов.

 С того момента, как гористые нелваанские мутанты затащили меня в зловещий зиккурат Тозарина, я чувствовала себя не в своей тарелке. Храм был увешан отвратительными зеркалами, которые, казалось, не только бесконечно увеличивали лабиринтообразный характер пирамиды, но и, казалось, стремились стереть с меня мое йуужань-вонгское наследие: скрыть все мои увечья, которые я сама себе нанесла, подчеркнуть все мои безупречные черты. Увы, еще больший ужас был впереди, когда мой похититель обнаружил себя.

 Технологические пытки Джакса были ничем по сравнению с видом самой Темной Леди, воплощением ночного кошмара. Как и я, она была стройным созданием, но на этом сходство заканчивалось. Из-под перевернутой треугольной повязки на ее голове поблескивали намеки на металлическую лицевую пластину, оставляя видимыми только неестественно жесткие, мудрые глаза. Серебристая дюрасталь покрывала все ее конечности, в то время как сеть открытых электрических цепей пересекала ее торс, словно бесконечные варикозные вены, а плащ цвета воронова крыла, похожий на разорванное крыло На'амика, свисал с ее спины.

 Искусственная женщина... немертвое проклятие из моих видений.

 Хриплым, металлическим голосом она подтвердила утверждение своего ученика о том, что я кажусь "лишенной силы" из-за невидимого энергетического поля, предположительно окружающего все живое. Но Темная Леди всегда была более терпеливой и жестокой, чем лорд Джакс мог когда-либо надеяться стать.

 Основываясь на успехе своей Теневой Руки с жемчужинами чук'акет, она приказала двум своим невлаанским ограм привязать меня к дроиду-пыточнику Кратов, неживому устройству, похожему на извращенную пародию на дыбу, которую мой народ называет Объятиями боли. Пока я висел, подвешенный за руки, с жемчужным ожерельем на шее, а мои ноги были зафиксированы иммобилизующими устройствами, женщина-киборг взяла с ближайшего операционного стола, нагруженного неорганическими приборами, цилиндр. Внезапно из цилиндра вылетело метровое фиолетовое плазменное лезвие.

 Пронзительный крик за пронзительным визгом — таков был мой прямой ответ, когда она с нежностью прикладывала раскаленный меч к различным частям моего тела. Кровь и ожоги покрывали мою плоть асимметричными татуировками, и при других обстоятельствах я бы назвала эту схему искусной. Как бы то ни было, я не могла даже приблизительно оценить ее мотивы, за исключением того, что они были демоническими. Но спустя какое-то время, показавшееся мне бесконечным, Тёмная Госпожа выключила свой жуткий световой меч и вернула его на место... а затем бесцеремонно вонзила свой металлический указательный палец в мой голый живот.

 Я закричал. Из раны потекла чёрная сукровица, когда она вытащила свой самодельный шприц. Я сразу понял, что это не обычный наркотик, вроде тех, которыми меня пичкал Карнор Джакс. Я почувствовал, как по моим венам разливается яд ситхов, более мучительный, чем яд янскака. Мне стало плохо. Я чувствовала, что схожу с ума.

 Я начала испытывать... ярость.

 Ярость... неестественную, всепоглощающую, неконтролируемую. Кровь застыла в моих жилах. И снова этот непрекращающийся зуд в моём мёртвом скрайболе. Жгучее давление от вилхорак-бола, проникающее в мой разум... Теперь я ощущала там чьё-то присутствие, но не своё. Неужели всё, что я знала о богах, было ложью? Неужели эта "Сила" реальна? Мои инстинкты отвергали эту мысль. Я бушевала, призывая богов обрушить свой гнев на демоническое металлическое тело моей похитительницы. Моя реакция только обрадовала Тёмную Госпожу, подтолкнув её к решительным действиям.

 Пока нельванец удерживал мою голову в своей гигантской лапе, она провела операцию. С ловкостью мастера-формовщика, целенаправленно и методично, она вживила кибернетический глазной имплантат в мою заплывшую глазницу, в то время как каждая клеточка моего тела молила богов о спасении от этого надругательства!

 И все же, когда все закончилось — хвала Скрытой — я снова могла видеть!

 Мой разум сотрясался от противоречивых эмоций: могло ли это быть? Неужели эта мертвая, неверная технология приняла меня там, где живые йуужань-вонгские имплантаты отвергли меня?

 Мой ответ был жестоким. Недолго думая, я призвал с ближайшего операционного стола холодный и отвратительный предмет, который пролетел по воздуху и оказался у меня в руке. Словно что-то живое, луч светового меча метнулся вперед, казалось, сам по себе, освобождая меня от хитроумного устройства Кратов по плавной, пылающей дуге. Освободившись, я набросилась на неповоротливых нельваанцев, быстрыми ударами превращая их в куски мяса.

 Когда я стояла над изуродованными останками, чувствуя, как бурлит адреналин, я содрогнулась. Не из-за того, что сделала, а из-за голодного, басовитого рева зла, которое вызвала. Мой глаз — мой кибернетический глаз — проследил путь пылающего, злобного лезвия к синтетической рукояти в моей левой руке. Я услышал жужжание позади себя. Я обернулся, и мой взгляд упал на существо, больше похожее на машину, чем на женщину. Словно для того, чтобы развеять все сомнения, она потянулась к своей искусственной ноге и извлекла этот смертоносный световой хлыст. Инстинкт овладел мной. Механизированная, оторванная от своего народа, от своих богов и от самой своей сущности, я атаковала.

 Когда я бросилась к ней, сосудом неудержимой ненависти, раздирающий железо и кожу световой хлыст Темной Леди обвился вокруг моего горла. Я почувствовала, как сжимаются ее удушающие щупальца, когда она, перебирая руками, притянула меня к себе, как беспомощную рыбу-губана. Однако вместо того, чтобы сопротивляться, я призвала на помощь свой гнев и преодолела разделявшее нас расстояние. Простое движение ее запястья оторвало бы мне голову, но я больше не боялась своей гибели. Сделав отчаянный, дикий выпад, я вонзила гарпун фиолетового огня ей в сердце.

 Она не пошевелилась. Раскаленное поющее лезвие вонзилось ей в грудь, с шипением опалив электрические цепи, и подожгло ее плащ, расплавив спину. Я ждала, возможно, ожидая, что она взорвется дождем осколков.

 Но вместо этого... ничего. Она не пошевелилась.

 И когда я посмотрела в эти холодные, немигающие глаза, обрамленные буйным пламенем ее горящего наряда, я понял, что сражаюсь с кем-то, кто уже мертв. Киборг активировала энергетический компонент своего светового кнута. Меня окутал удушающий, пронизывающий ток, вызвав ослепительную боль в мозгу и лишив сознания. Мой лазерный меч с лязгом упал на землю, отключившись. И Тёмная Госпожа воспользовалась моментом.

 Из своих исследований Лумия узнала, что в тех исключительных случаях, когда существо каким-то образом лишалось чувствительности к Силе, страх, гнев и агрессия иногда служили быстрым и простым способом восстановить связь с той тёмной силой, которая скрепляет галактику. Воспользовавшись моим гневом и отчаянием, она сорвала с моей шеи жемчужное ожерелье и направила через него поток тёмной стороны, преодолевая метафизическую пропасть, разделявшую нас, и наполняя меня кинетической бурей. Конвульсивная энергия пронзила всё моё тело, вырвавшись из конечностей. Какой-то невидимый барьер рухнул. Внезапно обжигающая ярость космоса вторглась в моё существо — яростная, хаотичная энергия всего живого. Крик самосознания вырвался из сдавленного горла.

 Это был не крик, а слова. Рычание, сорвавшееся с моих губ и раздирающее гортань, на самом деле было словами на неизвестном языке. Однако, когда эти чужеродные звуки вырвались из моего тела и растворились в эфире, переводить их уже не было нужды.

 "Если раньше я была слепа, то теперь я ситх".

 Меня переполняла сила, и я чувствовала, что вот-вот исчезну. Интуитивно я направила бурлящую во мне энергию на своего похитителя и... выпустила. Телекинетический удар обрушился на киборга, испепелив ее головной убор, взорвав его в воздухе, поджарив и расплавив системы жизнеобеспечения. Она выпустила свой световой хлыст, и я рухнула.

 Мы лежали так. Разделяли мертвую тишину... силан и сливилит.

 Я не знаю, как долго длилась эта блаженная тишина. Помню только, что ее нарушил... ровный металлический скрежет. Вскоре послышался резкий звук металла, медленно скребущего по камню, и я понял, что это значит.

 Лумия, бессмертная механическая мерзость, поднималась.

 Слишком раненая, чтобы двигаться, почти без сознания, я могла только слушать, как смерть, скребясь, приближается ко мне. Затем, когда она стояла над моим распростертым телом, в дыму, исходящем от ее металлического трупа, мое компьютерное зрение различило нежную розовую плоть ее лица без маски... испещренного глубокими и красивыми шрамами.

 Она спокойно подняла надо мной кулак, похожий на молот. Затем она заговорила на гортанном зверином языке.

 "Твое обращение на темную сторону завершено".

 Пальцы ее сжатого кулака разжались, и мое золотое ожерелье, сияющее темной энергией, каскадом упало мне на грудь.

 Механические технологии не так отвратительны, как полагали мои соплеменники. Наконец-то я смогла увидеть, кто я и что я. Наконец-то я смогла увидеть, что существует куда более обширная реальность, чем все, о чем когда-либо говорили недалекие жрецы йуужань-вонгов, сила, превосходящая все, что я могла себе представить.

 И она была моей.

 Конвергенция

 С этого момента Тёмная Госпожа стала моей повелительницей, а я — её родственной душой, её фамильяром. Такое положение вещей казалось естественным, ведь и мой народ, и ситхи исторически заводили себе подобных спутников. В знак заключения нашего союза миледи также потребовала, чтобы я оставила себе световой меч, которым атаковала её — тот самый трофей, который она получила от Мары Джейд — и мы поклялись отомстить нашим врагам, Люку Скайуокеру и Ном Анору. Однако мне предстояло пройти ещё один обряд.

 Холодный мир Нелваан, который его коренные жители называли "Великой Матерью", имел особое значение для моей повелительницы. Именно там, в огромной пещере, и она, и её учитель увидели видения, предрекавшие их превращение в апофеоз ситхов. Именно туда миледи и привела меня сейчас.

 Нелваанцы с волчьей, изумрудно-зелёной кожей на протяжении многих поколений записывали предания и истории своих племён в различных пещерах своей планеты. Однако со временем кланы со всего Нелваана потянулись в этот таинственный грот, средоточие Силы, и договорились расписать стены пещеры общими легендами и историей своего народа. Согласно нелванскому фольклору, когда лучшие писцы Нелвана заполняли стены графическими письменами, все больше приближаясь к современности, иероглифы, созданные их руками, обрели собственную жизнь. Следуя тихим указаниям своих творений, мастера работали в состоянии, близком к трансу, пока фреска не поведала не только всю историю Нелвана, но и его будущее. Поражённые, местные жители назвали эту пещеру предсказаний Оком Великой Матери.

 Именно здесь, ещё будучи джидаем, Дарт Вейдер увидел загадочное видение "Руки призрака" — нелваанское пророчество, предсказывающее его скорое превращение в ситха. Благодаря этому откровению Вейдер позже привёл мою госпожу в Око, чтобы она встретилась лицом к лицу с тьмой внутри себя, и теперь она продолжила эту традицию вместе со мной. Именно в глубине этой пещеры моя богиня-обманщица, Та, что в плаще, даровала мне теофанию, явив свою истинную сущность — одного из бессмертных богов ситхов. Поклявшись в верности этим тёмным божествам, я разорвал все связи с юужань-вонгами.

 Испытания, выпавшие на мою долю во время обращения в ситха, навсегда оставили в моем голосе хрипотцу, почти такую же, как у миледи. Но теперь, когда я спонтанно овладела языком ситхов, мы могли беспрепятственно общаться. Темная Госпожа начала рассказывать мне об истории нашего ордена, начиная с легенд о ситх"ари и Немо Даке и заканчивая многочисленными войнами с джидаями. В свою очередь, я поведал ей о юужань-вонгах, их грядущем вторжении и предложении Ном Анора о союзе. Однако наибольший интерес у моей госпожи вызвал тот факт, что мой народ приютил инопланетянку, родившуюся в ее родной галактике.

 Рассказывая о том, как мне помогла сбежать секта Обманщиков, я вкратце упомянул о встрече с птицей-фош по имени Вержер, фамильяром изящной юужань-вонгской весталки по имени Элан.

 Элан. Это имя заставило миледи задуматься. Возможно, это было лишь совпадение, что имя этой начинающей жрицы частично совпадало с именем самой Лумии до того, как она стала ситхом — просто случайный перевод. Но Сила настаивает на том, что совпадений не бывает. Я объяснила, что эта Вержер показалась мне кроткой и необычной особой, склонной к загадыванию загадок, но, что самое важное, она пробудила во мне странное и незнакомое чувство, которое, как я теперь понимаю, было прикосновением к Силе.

 Обдумывая мой рассказ, миледи поведала мне свою историю. Во время службы в качестве Руки Императора, незадолго до миссии на Зиосте, Палпатин рассказал ей притчу о парадоксе Фош. Эта "легенда" ситхов повествует о радикально настроенной мастерице-джедае, которая стала ученицей Тёмного лорда, но в итоге предала его. "И тогда, — поведал Палпатин, — Тёмный лорд расправился с предательницей".

 Тогда моя госпожа восприняла эту историю как чистую аллегорию: предупреждение о том, что Император подозревает её в преданности Вейдеру, а не ему. Теперь она уже не была так в этом уверена. Я заверила её, что Фош, на которую я случайно наткнулась, была жива, и это странное совпадение ещё больше заинтриговало миледи.

 Что касается предложения Ном Анора, миледи категорически отвергла эту идею и поведала мне ужасную правду. Изучая древний голокрон короля Адаса, она пришла к выводу, что для раскрытия самых сокровенных тайн и обретения самых могущественных способностей Ордена ситхов, таких как молнии Силы, алхимическое мастерство и способность разрывать пространственные континуумы, необходимо подчинить себе огромное количество микроскопических симбионтов, обитающих в крови существа. Увы, поскольку большая часть тела миледи была расчленена, выпотрошена и заменена кибернетическими протезами — от серо-зелёных имитаций глаз до стального сердца — она чувствовала, что её ситхские способности имеют серьёзные ограничения. Как и лорд Вейдер, она проводила бесчисленные часы в барокамере, пытаясь исцелить себя, но без особого успеха, и даже пыталась отрастить недостающие органы и конечности. Но её тело всегда отторгало импланты клонеров.

 И всё же у миледи был припасён козырь в рукаве.

 КАЙБУРР

 Кристалл Кайбурр — загадочная реликвия. Согласно легенде, этот драгоценный камень появился на свет ещё до возникновения времени и пространства, его породил леворукий бог ситхов, известный как Тайфоджем. Более распространена версия о том, что кристалл был создан во времена до образования Республики, в период, известный как Войны Силы, когда последователи светлой стороны Ашла противостояли тёмным силам Богана. Говорят, что на планете Тайтон представитель королевской династии Кайбер и приверженец Ашла обнаружил огранённые драгоценные камни, цвет которых варьировался от прозрачного до бирюзового и кроваво-красного. Чем крупнее, плотнее и краснее был кристалл, тем сильнее он усиливал Ашлу или Боган — то есть светлую и тёмную стороны Силы — наделяя своего владельца способностью к невероятному исцелению или непостижимому разрушению. Согласно разрозненным записям, эти чудодейственные артефакты могли даже спасти от смерти близких... или вернуть мёртвых к жизни.

 Лишь немногие из этих "кайбер-кристаллов" уцелели в жестокой битве при Кондауне, древней столице Тайтона, в конце Войн Силы. Те, что попадались, как правило, были маленькими и полупрозрачными, обладая ограниченными возможностями по увеличению Силы, и многие из этих кристаллов в конечном итоге были заперты в Великой библиотеке джедаев Оссуса. Однако гораздо позже, с появлением технологии создания световых мечей, Джидаи обнаружили, что эти остатки служат отличными фокусирующими кристаллами в их оружии, а также обширными хранилищами памяти в сочетании с технологией голокронов. Более того, после разрушений, произошедших на планете Оссус во время Великой войны ситхов, мастер-джедай Квалсник спрятал множество артефактов из академии джедаев Оссуса в морях планеты Камино, в том числе несколько кристаллов Кайбер. Каминоанцы использовали эти кристаллы для создания ядовитых кайбер-дротиков, которые стали излюбленными среди подмастерьев-защитников и их сородичей мандалорцев. Как следствие, оставшийся запас этих кристаллов "Кайбурр" (так время изменило орфографию названия) был почти полностью исчерпан к началу Войн клонов.

 И все же, каким-то образом, один образцовый экземпляр выжил. Темно-красный кристалл размером с голову находился на планете Циркарпус V, в местном святилище, называемом храмом Помоджема. Дарт Вейдер, как объяснила миледи, отыскал последний кристалл Кайбурра в этом месте, где столкнулся не только со своим сыном Люком Скайуокером и дочерью Леей Органой, но и с духом Оби-Вана Кеноби. Потомки Тёмного Лорда чудом избежали схватки, унося с собой Кайбурр, но неверно оценили его значимость, приняв его за обычный целебный артефакт. Это произошло не только по их вине, ведь эффективность кристалла, казалось, снижалась прямо пропорционально расстоянию до Циркарпуса V.

 Глупцы не понимали, что сила камня уменьшалась не пропорционально его удаленности от Храма Помоджемы, а пропорционально его удаленности от лорда Вейдера. Дело в том, что у Тёмного Лорда был, казалось бы, незначительный осколок кристалла, аккуратно отделенный от целого с помощью Силы неким неизвестным лицом. Подобно тому, как джедаи когда-то использовали голокроны для извлечения информации из миниатюрных кристаллов памяти Кайбера, Вейдер считал, что этот осколок был ключом к высвобождению невероятной силы Кайбурра. Благодаря бесконечным спорам йуужань-вонгских жрецов о доктринальной неделимости нашего божества Юн"о мне было несложно понять эту концепцию.

 В любом совершенном целом, таком как святая гептада, каждая часть наделена свойствами совершенного целого. Грубо говоря, всё есть одно, и одно есть всё. Всемогущее божество, полностью отделённое от какого-либо из своих божественных аспектов, будь то трансцендентный "палец" или любой другой элемент, равносильно метафизическому кастрату — всемогущество становится бессильным.

 Та же аксиома о необходимости целостности применима и к последнему из Кайбурров.

 Миледи никогда не прекращала поиски легендарного артефакта. Незадолго до смерти её ученика Карнора Джакса поиски привели её на планету Ансион в Среднем Кольце. Там она разыскала пожилую торговку по имени Халла. Оказалось, что сын Вейдера, не подозревавший о важности Кайбурра, почти десять лет хранил кристалл у этой эксцентричной женщины, полагая, что её безвестность послужит достаточной защитой для артефакта Силы, не представляющего особой ценности. Прежде чем избавиться от старой мегеры, миледи узнала неприятную новость: она упустила возможность извлечь выгоду из ошибки Скайуокера, ведь он недавно забрал камень, чтобы использовать его в качестве наглядного пособия в своей недавно основанной академии джедаев на Явине IV.

 Миледи терпеливо ждала, когда судьба сделает свое дело.

 И судьба ее не разочаровала. Один из нерадивых учеников Скайуокера, ящер Десанн, вскоре сбежал из академии, прихватив с собой Кайбурр. Затем Десанн присоединился к остаткам имперской фракции, известной как Возрожденная Империя, и передал камень своему новому хозяину Хетриру, имперскому прокуратору юстиции. Как и моя госпожа, Хетрир узнал о силе кристалла от лорда Вейдера и хотел использовать его для создания воинов, искусственно наделенных Силой. Однако он быстро разочаровался, когда оказалось, что незавершенный кристалл не обладает той безграничной мощью, о которой говорил Вейдер. Тогда он по незнанию обменял его на информацию о "Долине джедаев", которую предоставил ему еще один бывший ученик Вейдера — верховный инквизитор Антиннис Тремейн.

 Примерно через год после того, как миледи и Джакс организовали смерть императора-клона, Инквизиториус был ослаблен, и мы нанесли удар. Цель нашего нападения на роскошный дворец Тремейна в Корпоративном секторе была конкретной: завладеть этим древним драгоценным камнем Силы. Хотя часть флота моей госпожи была принесена в жертву крейсерам оперативной группы Инквизиции, мы победоносно загнали Верховного инквизитора в угол в его тронном зале. Там воцарился хаос, когда неожиданно появился бывший ученик Тремейна, Джаалиб Брандл... со своим отцом, заклятым врагом Тремейна, на буксире. Хотя неожиданное появление флота протектората Брандлов на мгновение поставило под угрозу планы миледи, она наконец-то получила ту реликвию, которую так долго искала. Вся мощь Кайбурра была высвобождена, и в мгновение ока Темная Леди получила доступ к могуществу, о котором только могла мечтать.

 На мгновение она испытала, каково это — быть Ситх'ари.

 Последствия были апокалиптическими. Цитадель инквизиторов была полностью разрушена, Брандлы в отместку оборвали жизнь Тремейна, боевые флотилии на орбите уничтожили друг друга, а моя госпожа, не сумевшая совладать с гиперболическим всплеском Силы, была почти уничтожена и спаслась лишь благодаря своей нечеловеческой выносливости. Сам Кайбурр был разрушен, разбит на куски той самой сверхъестественной силой, которую он высвободил.

 В этом хаосе я оттащила миледи в безопасное место и собрала все, что смогла, из осколков взорвавшегося кристалла. Хотя моя госпожа не была склонна к проявлению эмоций, я почувствовала, что она испытывает ужасные угрызения совести. Кайбурр был разбит на множество осколков и не мог наделить миледи теми сверхъестественными способностями, которые были жизненно необходимы Тёмному лорду ситхов. Почувствовав, что она не справилась с задачей и не стала истинной наследницей лорда Вейдера, она впала в неизбывное отчаяние.

 Я могла лишь убеждать свою госпожу верить в богов ситхов. В утешение я украсила зазубренные алые осколки разбитого Кайбурра и вставила их в массивные ремни её светового кнута.

  ЕДИНЫЙ СИТХ

 Уничтожение "Кайбурра" нанесло сокрушительный удар по планам миледи, лишив ее возможности превратить свое кибернетизированное тело в полноценный сосуд для воплощения мастера-ситха. Невероятное воскрешение клона Палпатина дало моей госпоже проблеск надежды, но после десяти лет поисков секрета переноса сущности в другое тело, изучения туманных намеков на Сокровищницу Сета Харта, Корону Заката Черной Дыры и легенд о Дарте Андедду и Плэгасе Мудром, увы, наши усилия не увенчались успехом.

 В тот момент миледи изменилась. Несмотря на свою великую мудрость и мастерство в использовании темных сил, миледи наконец признала себя недостойной. Она заявила, что Сила предала ее — и в этом была ее вина. Хотя она утверждала, что хочет обрести силу мастера-ситха, чтобы сохранить наследие ордена, которому уже сто тысяч лет, в глубине души ею двигала лишь мелкая месть. Месть не только мелкая, но и жалкая из-за страха снова встретиться лицом к лицу с Люком Скайуокером.

 Она никогда не смогла бы стать ситх"ари.

 Но она больше не будет препятствовать исполнению своего истинного предназначения. Формально отказавшись от титула Тёмного Лорда, она последовала примеру Дарта Вективуса, начав с безусловного принесения в жертву своей самой сильной привязанности — ненависти к Люку Скайуокеру.

 Затем она заговорила о жертве, которую должна была принести я, настаивая на том, чтобы я тоже отказалась от своего мстительного крестового похода против Ном Анора. Хотя и юужань-вонги, и древние ситхи часто совершали ритуальные жертвоприношения богам, я колебалась. Все эти долгие годы я посвящала себя делу миледи, оставив незавершённым свой собственный путь возмездия возлюбленному. Но я не могла отказать Тёмной госпоже, ведь благодаря ей я обрела просветление на тёмной стороне. Мы убили дракона-хссисса и скрепили наш союз, съев кровавый суп.

 К началу войны юужань-вонгов миледи приняла титул Хранителя Ордена ситхов, намереваясь найти достойного наследника ситхов, который обеспечил бы стабильность в галактике. Именно тогда с ней связался Повелитель Драконов.

 Он прислал двух вестников — датомирскую ведьму Ломи Пло и её ученика Велка. От них обоих исходила тёмная сторона, как излучение от пульсара. Они передали приглашение своего господина на аудиенцию и предложили сопроводить нас на какую-то неизвестную планету. Уверенная в том, что мы сможем пережить любую попытку предательства, моя госпожа согласилась. Однако по пути на нас напали вторгшиеся на нашу территорию юужань-вонги. Наших проводников взяли в плен, но я, будучи юужань-вонгом, ловко обеспечила свободу для себя и миледи. Несмотря на эту неудачу, агенты Повелителя Драконов снова вышли на связь, на этот раз с извинениями и навигационной цепочкой. Заинтригованная, моя госпожа решила продолжить путь самостоятельно и на своих условиях. Она взяла свой уцелевший звёздный разрушитель "Бегемот" и оставила тозаринский зиккурат на попечение своего фамильяра.

 Во время длительного отсутствия миледи я занималась делами в пространстве хаттов. Годами я экспериментировала, смешивая ситхскую алхимию с практиками юужань-вонгов, в надежде создать для миледи тело и наделить её теми силами, которых она была лишена. Однако мои познания в этих искусствах были весьма скромными, и мои нелваанские жертвы страдали от выкидышей на разных сроках. Я признала, что нуждаюсь в помощи, и когда началось вторжение йуужань-вонгов, мое происхождение упростило использование связей, которые мой народ установил с безжалостной организацией, известной как Бригада мира. Моей целью было нанять этих наемников для похищения неортодоксального мастера-формовщика по имени Тауг Молоу. Но мои планы были нарушены бойцом Бригады мира по имени Дэш Рендар, при содействии которого киборг-джедай Дэй Азур-Джамин разгадал мою принадлежность к темной стороне.

 К счастью, когда Азур-Джамин попытался использовать Тога Малу в качестве приманки, его уловка дала обратный эффект. Мы с моими боевыми роботами-ситхами успешно одолели их обоих.

 Страстно желая найти повод проявить свой гений, Мастер-формовщик с удивительным удовольствием взялся за мой эксперимент по "ретроактивному воплощению", и Азур-Джамин стал его подопытным. Тог заменил протезы ног и рук одного из киборгов-джедаев аналогами, взятыми у рабов-рептилий хазрахов. И все же, хотя трансплантаты соответствовали физиологии Азур-Джамина, он не проявлял явной уверенности в своей способности манипулировать Силой. Не удовлетворившись этим, я решила проверить свою теорию о склонности кибернетизированных существ к переходу на тёмную сторону. Однако Азур-Джамин оказался исключением из этого правила. Лишь концентрированная инъекция яда ситхов смогла сломить волю джидая.

 В надежде повторить мое пробуждение в Силе Тауг также прибег к экспериментам на себе. Сначала он ввёл себе в кровь яд ситхов, но это лишь серьёзно подорвало его здоровье и привело к гибели его шевелящегося живого головного убора. Это его не остановило, и он заменил свой головной убор формовщика на полдюжины рогов ситхских гончих и сразу же перешёл к более радикальным мерам. Выделив из ситхских гончих мидихлорианы, Тауг пересадил неопределённое количество этих микроорганизмов в свой организм. Хотя эта процедура не помогла мастеру-формовщику пробудить в себе Силу, он всё же изменился. Он почти радостно сообщил мне, что мидихлорианы открыли ему волю йуужань-вонгских богов, повелев ему создать гипотетические ноумены Святейшего Восьмого Кортекса. Мой эксперимент по реинкарнации провалился, и я предоставила безумному формовщику полную свободу действий, чтобы он мог лепить возвышенные разумы по своему безумному усмотрению.

 Тем временем миледи установила контакт. К ее удивлению, навигационная цепочка привела ее на планету Коррибан, кладбище ситхов. Насколько мне известно, за двадцать лет, прошедших с тех пор, как она прошла испытания на Зиосте, она ни разу не возвращалась в миры Старой Империи ситхов. За это время многое могло измениться. Там, в Долине Темных повелителей, она столкнулась с толпой людей в капюшонах, которые называли себя "Едиными ситхами". Не растерявшись, моя госпожа ответила, что она — Темная леди ситхов, глава Ордена, ученица Дарта Вейдера и Дарта Сидиуса, и что ее звездный разрушитель, зависший на орбите, готов по ее приказу стереть долину с лица земли.

 И тогда Повелитель драконов показал себя... его тело было обезображено и облачено в доспехи, характерные для моего народа.

 Действительно, совпадений не бывает.

 Повелитель Драконов рассказал ей, что когда-то он был пленником йуужань-вонгов и что во время своего пленения он тоже был связан с таинственной Вержер. Выведав у него много информации о философии этой Вержер, миледи укрепилась в уверенности, что между ней и Повелителем Драконов может быть достигнуто согласие.

 Хотя моя госпожа согласилась признать законность Единых Ситхов, она не сразу назначила Повелителя Драконов законным наследником ордена. Возможно, толпа дарксайдеров Единого Ситха слишком явно напоминала ей о неудачных начинаниях Братства Тьмы лорда Каана и цирка подхалимов темной стороны Палпатина. В любом случае, их партнерство никогда не было безоблачным. Перед возвращением из своего длительного пребывания на Коррибане миледи организовала внезапное нападение на имперскую крепость Малая Яга. Несмотря на то, что она пожертвовала своим последним Звездным разрушителем в битве, ей удалось раздобыть огромное количество пыльцы Баффорр, редкого вещества, смертельного для тех, кто носит йуужань-вонгскую броню. Хотя она заявляла, что собирается использовать это оружие для защиты от вторгшихся юужань-вонгов, ей не нужно было говорить, что пыльца с той же лёгкостью могла бы вызвать смерть у Повелителя Драконов из Ордена ситхов...

 И у её фамильяра.

 Её осторожность была оправданной. Похоже, миледи и Повелитель Драконов пришли к особому соглашению. И снова меня преподнесли как знак доброй воли, символ единения, и Повелитель Драконов принял меня без осуждения. На этот раз я сочла это не предательством, а исполнением своего предназначения, приближением целей миледи и ситхов. В обмен на меня Повелитель Драконов предоставил моей госпоже доступ к гробницам лордов ситхов и провидческому Камню-оракулу, который находился рядом с пустым троном, предназначенным для тела Дарта Вейдера. Вглядываясь в эту реликвию, предсказывающую будущее, Лумайя узнала всё, что ей было нужно, о столь желанном наследнике Ордена ситхов. Этим наследником был не кто иной, как потомок её учителя. Не сын лорда Вейдера и не его дочь, а Джейсен Соло — его внук.

 После возвращения миледи мы покинули нашу крепость в Плаще ситхов. Завещав мне свои ситхские фолианты и кодексы, миледи отправила меня на Коррибан, а сама обосновалась в крепости Дарта Вективуса, которую освободила от тёмного джедая по имени Кройм, когда работала на Альянс повстанцев. Что касается моих питомцев, то я оставил Дэйе Азур-Джамина и формовщика Тауга Мола, чтобы они основали на Тозарине своё королевство. В окружении тёмных сил зиккурата, всевозможных отродий Вонгов, ситхских мерзостей и боевых роботов, только полубог мог бы противостоять им.

 Наследие

 Спустя шесть лет после битвы при Эндоре Люк Скайуокер, казалось, был готов унаследовать мантию ситхов. В то время его отчуждение от отца послужило толчком к тому, что он поддался влиянию возродившегося Палпатина. Но учения этого клона-еретика не смогли склонить Скайуокера на тёмную сторону. Сыну биологической дочери Вейдера, Леи Органы Соло, предстояло воплотить в жизнь замысел миледи о ситх"ари.

 Когда юужань-вонги наконец вторглись в эту галактику, Джейсен Соло, сын Органы и пирата Хэна Соло, попал под жестокое влияние вездесущей загадочной Вержер, о чём миледи узнала из Камня-оракула. Я не знаю, встречалась ли моя госпожа с мастером-джедаем Фош после того, как оставила меня на Коррибане, и насколько правдива легенда Палпатина о Вержер, но это не имело значения. Моя госпожа знала всё необходимое, чтобы обратить юного Соло на тёмную сторону.

 Обучение Джейсена Соло у Вержер закончилось, когда Фош пожертвовала собой в битве при Эбаке 9. Тем не менее, эти недолгие отношения раскрыли его истинный потенциал, и Джейсен сам положил конец вторжению, убив Верховного повелителя Йуужань-вонгов. Этим повелителем был не кто иной, как Формовщик Оними, который обрел абсолютную власть, применив те необычные эксперименты, которые он когда-то проводил на мне, к себе, тем самым высвободив свою собственную чувствительность к Силе. С удивительной отстраненностью я также узнала, что мой вероломный возлюбленный Ном Анор, по-видимому, погиб вместе с моим старым мучителем — судьбой, которая снова совершила свой безошибочный поступок.

 После войны юный Соло приступил к многолетнему изучению природы Силы. Подобно Палпатину, он погрузился в бесчисленные практики Силы, среди которых были практики монахов Айнг-Тии, адептов Белого течения, Мудрецов Баран-До, ведьм Датомира, теранских слушателей и Дженсаараев.

 Хотя в этом невозможно быть уверенным, кажется неизбежным, что учение Дженсаараи — извращение традиций ситхов и джедаев — способствовало переходу Джейсена Соло на темную сторону. Его решение подчинить себя строгим правилам академии джедаев Скайуокера, прежде чем ассимилировать эти совершенно несхожие учения о Силе в разумную аксиологию, сделало бы все остальное.

 В отличие от этого, миледи потребовались десятилетия, чтобы тщательно разработать последовательную философию из бесчисленных учений ситхов. Заманив юного Соло на свою базу на астероиде, Лумия использовала все свои знания и хитрость, включая полуправду, которую узнала от его наставницы Вержер, чтобы воззвать к его чувству гордости и уму. После этого он перешел на темную сторону, приняв руководство миледи. Моя госпожа использовала все средства, чтобы поддержать его на пути Темного Лорда, даже заручилась поддержкой сумасшедшей и искалеченной колдуньи по имени Алима Рар. Под ее влиянием Джейсен Соло стал не только Дартом Кэйдусом, но и правителем галактики.

 Неудивительно, что Кэйдус взял в ученики джедая Тахири Вейлу — женщину, которую йуужань-вонги когда-то изменили физически и психологически. Тем не менее, остаются вопросы, касающиеся обращения лорда Кэйдуса в ситха. Джидаи говорили, что переход Кэйдуса на темную сторону был вызван бескорыстием, вышедшим из-под контроля нарушением логики. Действительно, это было высшей целью миледи. Но я в этом не уверена. В ходе своего расследования я выяснила, что Кэййдус обманул миледи, скрывая до самого конца тот факт, что у него есть дочь. Именно любовь к этому щенку привела его к гибели. В своем стремлении защитить ее, он вместо этого пожертвовал своей властью над галактикой и собственной жизнью.

 Дарт Кэйдус мог бы стать ситх'ари — совершенным существом. Вместо этого он потерял себя среди механизма противоречивой интуиции, который является просветлением ситхов. Моим единственным утешением является вера в то, что как только Кэйдус принял решение стать преемником своего деда Дарта Вейдера в качестве законного Темного лорда, миледи почувствовала, что выполнила свое предназначение. В обмен на это она осуществила все виды мести, которых только может желать ситх. Она превратила величайшего джидая Люка Скайуокера, его ученика и родного племянника, в повелителя ситхов. В свою очередь, Кэйдус не только убил жену Скайуокера Мару Джейд, исполнив клятву миледи покончить с ней, но и ловко манипулировал юным сыном Скайуокера, превратив его в наёмного убийцу на службе Тёмной стороны.

 Миледи заявляла, что её истинная цель — возрождение ситхов. Но даже сейчас я задаюсь вопросом, действительно ли она пожертвовала тем, что ценила больше всего — своей ненавистью к Скайуокеру. Будучи лучшей ученицей Дарта Вейдера, она верила, что её судьба неразрывно связана с родословной её учителя, и, думаю, ей хотелось верить, что прямой потомок Вейдера может стать ситх"ари. Я задаюсь вопросом не о том, солгала ли она, утверждая, что преодолела жажду мести, а о том, не нашла ли она свойственный ситхам способ убить двух вуа"са одним амфижезлом. Как говорили колдуны с Тунда, самый действенный обман — тот, который сначала вводит в заблуждение того, кто обманывает.

 Возможно, лучше всего об этом сказал Дарт Вективус, хоть его слова и вызвали у некоторых презрение: "Потворствовать жажде мести — значит растрачивать энергию впустую. Месть — это естественный избыток энергии, возникающий при исполнении своего предназначения".

 На этом история миледи подходит к концу. В своей последней дуэли с возлюбленным на планете Терефон Тёмная леди позволила Скайуокеру сразить себя. И в конце концов я могу лишь гадать об истинных мотивах Лумиии.

 После смерти миледи ученица ситхов леди Дисиан была отправлена уничтожить астероидное убежище Вективуса, чтобы разорвать все связи с нашей организацией на Коррибане и заодно избавиться от этого жалкого подобия фамильяра — Алемы Рар. Из уважения к миледи я также забрал её обезглавленное тело, брошенное на Терефоне, вместе с её световым кнутом. К своему удивлению, я столкнулась с неожиданным соперником в борьбе за труп миледи: стареющим императорским гвардейцем, который был почти неотличим от лорда Джакса... за исключением уродливого шрама, рассекавшего его пресное лицо. Этот человек в кортозисной броне утверждал, что убил Джакса и хочет отомстить Люку Скайуокеру и миледи за то, что они отравили его господина, возрождённого Императора. После напряжённых переговоров мы пришли к компромиссу: я забираю труп своей госпожи, а он — мой световой меч с фиолетовым клинком, полагая, что тот послужит ему в последней попытке отомстить. В конце концов, у меня теперь был световой кнут миледи. После этого я смогла лично провести древний ритуал мумификации ситхов, и теперь Лумия восседает на том самом троне-гробнице, изначально предназначенном для её господина Дарта Вейдера.

 С тех пор как правление Дарта Кэйдуса было закончено — не кем иным, как его сестрой-близнецом Джайной Соло — казалось, что и наследие миледи тоже кануло в Лету. Но Повелитель Драконов не напрасно пожертвовал Кэйдусом и моей госпожой, ведь теперь джидаи считают, что мы вымерли. Более того, мы доказали, что тёмная сторона невероятно сильна в роду Вейдера. Пока в Ордене джедаев есть Скайуокер, у ситхов есть потенциальный союзник.

 Если бы не миледи, ситхи, возможно, не пережили бы ни смерть лорда Вейдера, ни разграбление нашего наследия возрождённым Палпатином. У нас не было бы самой священной реликвии ситхов — голокрона короля Адаса, единственного истинного ситх"ари. Логично предположить, что милосердие, своего рода самопожертвование, может быть использовано как инструмент для достижения большей власти. Хотя акт сострадания, не подкрепленный наказанием, свидетельствует об отсутствии решительности и надежности, сострадание в сочетании с наказанием может быть с выгодой использовано для того, чтобы добиться преданности... и обеспечить себе будущее. Это наследие миледи.

 Я — наследие Лумии.

 Предательство — вот путь ситхов. Равенство — это ложь. И да, союз, основанный на ненависти, в лучшем случае непрочен. Но если мы хотим избежать краха Империи Палпатина, если мы хотим преодолеть ограничения, с которыми сталкивались наши предшественники, мы должны добиться того, чего тысячелетия назад Братства Экзара Куна и лорда Каана смогли достичь лишь в фарсовом ключе: создать коалицию ситхов, объединенных не только по названию, но и по духу. "Правило одного" искупит саморазрушительную веру, которая достигла своего апофеоза в лице Дарта Руина и его банальных подражателей. Предательство, ложь и ненависть — эффективные инструменты в борьбе с врагами, но именно вера, вера в общее видение, может объединить нас и сделать сильнее, чем мы могли себе представить.

 В конце концов, нам предстоит завоевать целые галактики за пределами нашей. Милорды... перед нами целая вселенная.

 Моя госпожа потратила больше десяти лет на то, чтобы обучить меня тысячелетним знаниям ситхов, которые она накопила, и теперь мой новый повелитель попросил меня взять на себя роль архивариуса истории ситхов и прорицательницы их будущего. Как ю"шаа Единых ситхов, я раскрыла секреты вспыльчивого хранителя голокрона короля Адаса, который одобряет моё почтение к богам ситхов. А с помощью Камня-оракула я узнала о славе, которую ситхи обретут спустя много лет после моей смерти.

 Всю эту бесценную информацию я передала Хранителю Повелителя Драконов — беззаветно преданному лорду Уирлоку. Под руководством миледи и милорда я поняла, что моя собственная жизнь не имеет значения. Ведь я — нечто большее, чем я сама или даже моё юужань-вонгское наследие. Я — нечто большее, чем жажда мести или стремление к власти. Я — часть темной стороны. Я — часть ситхов.