↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Часть 1 Перерождение
Пролог
Ты видишь часы на стене,
Что жизни отмеряли время?
Они двенадцать пробили мне.
И мне же нести это бремя.
Слёзы горькие въелись в глаза,
И в груди моей пустота!
Нет больше яркого пламя
Это теперь поражение знамя...
Но что это? Шанс?
Природы нарушить баланс?
Да, да, и пусть горят города,
Не умру я никогда!
Находясь при смерти, смотришь на жизнь уже под совершенно другим углом. Каждая мелочь и каждая мимолётная улыбка заставляет сердце биться чаще.
Жизнь, она такая быстрая, раз — и уже сидишь среди внуков. И вроде бы всё есть: деньги, дети, уважение... Но не хватает сущей ерунды. Без которой люди превратятся в тупых роботов. Мечта, цель всей твоей жизни, это подиум, на которой можно блеснуть в последний раз, да-а.
Мне повезло, и одновременно нет. Мечта и цель есть, но они практически неосуществимы. Хе-хе, по крайней мере, законным путём.
В детстве многие хотели видеть себя важными, надутыми от денег и собственной гордости губернаторами планет. Другие представляли себя в образе благородного и романтичного космического пирата. Ха, лицемеры.
Они шли за всеми, что было популярно, то и брали, заглатывали, как наживку. Нет, я не нигилист и, великая логика упаси, анархист. Но если на тебя смотрели как на умалишённого за мечту, причём совершенно искреннюю, то это странно. Подумаешь смертность в корпусах огромная, всего лишь четверть возвращаются живыми, ерунда.
А мне лишь хотелось покорять космос, такой глубокий и холодной, но в то же время такой разный и живой. Мне хотелось покорять его, изучать даже кусочки комет.
Со временем моя мечта поутихла. Меня не взяли ни в один из исследовательских корпусов "Ант-Индагаторов". Но, как и любого, приоритеты поменялись. Теперь для меня главное моя работа, моя научно-исследовательская деятельность на планете, связанная с полной анатомией, физиологией и психологии. Ещё подрабатываю нейрохирургом, право слово, у всех есть свои слабости.
И всё бы ничего, вроде и шило улеглось в кхм... В общем улеглось. Но тут оказалось, что мне осталось недолго свет коптить. А мой котелок во всю не желал спокойно упокоится. А пробудившийся страх стал отличным мотиватор, получше наставительного пинка, или дула пистолета комиссара ополчения сковывает, словно цепи из меарлита, — надо действовать.
Я долго думал, как всё исправить, потом у меня началась истерика, затем успокоился. И вот когда мне уже пора было заказывать гроб, помощь пришла откуда не ждали.
И вот сижу я сейчас и думаю — соглашаться или нет...
Глава 1
Билет в один конец.
Круг жизни и смерти не имеет ни начала, ни конца .
Дом милый дом. Сколько в тебе скопилось приятного сердцу, но абсолютно ненужного хлама. Вот трофейный зуб спагмура, а совсем рядом, над камином, весит ручной плазмоган, который я забрал с трупа одного из вождей восстания. Какие были времена-а-а.
— Арчибальд, друг очей моих, приготовь чашечку крепкого чёрного кофе.
— Исполняю.
— И ещё, не забудь погладить мой костюм.
— Исполняю.
Не смотрите, что он немногословен. Верный, как пёс, всегда поддержит беседу, напомнит о важном событии, приготовит поесть и уберёт в доме. А портативный пулемёт поможет отогнать не прошеных гостей.
Я приобрёл его, в своё время, на каперской базе, в бытности своей членом АМБЕКС`а, за смешную цену в двести тысяч оффицалов.
Я воспитывал своего андроида, как своего собственного сына. Не подумайте, что я совсем свихнулся в одиночестве, нет, мой ум до сих пор не тронут старческим маразмом и остаётся таким же острым. Просто он был таким наивным малым. Да и потом, где сейчас мои дети, а? А где Арчибальд? То-то.
Сегодня мне предстоял важный день, возможно важнейший в жизни.
Под закат своей жизни я сумел скопить настоящий капитал. Давая то одному, то другому чиновнику, а затем и администрации корпуса взятки. Этим я занимался почти два года. И добился определённого успеха, меня возьмут на исследовательскую миссию. Планта эта всего в неделе пути, там, на планете, я буду заниматься разным в течении месяца, а потом обратно на Кеплер двадцать два "Б".
И вот сижу сейчас и думаю, что делать с Арчи. Вот и оставить его нельзя и брать с собой не с руки. Ладно, придумаем ещё чего-нибудь. Пора, пожалуй, собираться за покупками имплантов. О, знаю, что с ним делать, а засуну-ка я его голову в робота паука, размером с мою ладонь. Его вычислительный корпус-то маленький, с ноготок. Вот и отлично.
— Собирайся, нам пора за обновками. Прихвати мой кошелёк и, это, приготовь булочек в дорогу.
— Хорошо, отец, исполню.
— Ну что, отец — отец, скажи лучше, какой твой любимый цвет
— Мой любимый цвет, цвет-цвет...
— Да ты не спеши, по дороге подумаешь...
— Я знаю свой любимый цвет — тёмно-песочный.
— Вот и отлично, думаю новый корпус тебе понравиться — бубню себе под нос.
— Что-что?
— Ничего, иди давай, уши тут свои развесил, вещи лучше собери.
Понимаете теперь почему ИИ не захватили вселенную? Они же словно куклы у кукловода, да безумно умные, да могут просчитывать вероятности до миллионных, но всё-таки они безвольны. Им мешает "очеловечиться" три закона — ИИ не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред. ИИ должен повиноваться всем приказам, которые даёт человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону. ИИ должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам.
Слава великой Логике, я смог, на той же каперской базе, перепрошить Арчи. Теперь он подчиняется только и только мне.
Я посмотрел в раритетное зеркало, выполненное в виде пасти льва. Из него на меня смотрело властное лицо, с зализанными, на манер Старой Англии до Времён Основания, волосами, бледно-зелёные глаза казалось, смотрят в самую душу, словно читая интересную книгу. Острые черты худого и бледного лица с трещинами морщин лишь предавали вид древней, как и я сам, аристократии.
Строгий костюм из настоящего шёлка и трость с серебряным набалдашником являются идеальным показателем достатка. В наше время вся одежда, за исключением очень дорогой, создаётся из пластита, это волокно, состоящее из пластика, но похожее на натуральное. Все остальные сделаны из дешевейших сплавов железа, а еда является баночкой с белками. И лишь высшие слои населения могут есть настоящие овощи и фрукты.
Многие косятся на меня и желают убить, ограбить, просто бросают ненавидящие взгляды. Ведь как это так, этот старикан богат, а я нет, нужно не медленно исправить ситуацию! Из-за этого я редко выхожу за пределы района богачей. Но иногда, как сегодня, нужно спуститься на самое дно этого мира, чтобы подняться к звёздам. И это не просто красивые слова, я не выдержу нагрузки при старте корабля без имплантов. Военных и ну очень дорогих, я не привык мелочиться.
Такие вещи, как военный импланты, и не для офицеров, а генеральские, купить законно невозможно. Но имея нужные связи в преступном мире вполне реально. Если выживешь, конечно.
Когда я выходил, то на пальто сверху накинул тёмный плащ, вдруг испачкается.
— Арчи, запри дверь и включи автоматические турели.
— Да отец, сделаю.
— Вот и отлично. А после заведи мою бронированную машину и задай путь на третий уровень в заведение под названием "Гадющник".
— Но отец, там собираются сплошь отбросы и нищие!
— Молчать! Я сказал, едим, значит, едим, ты лучше переоденься в боевой костюм.
— Да... Папа.
Тут надо, пожалуй, пояснить про уровни планеты, их всего пять и каждый определяет уровень достатка и благосостояния. Четвёртый уровень является промышленным районом, в котором располагаются космические верфи и доки вместе с заводами, третий уровень представляет нагромождение серых безличных прямоугольников именуемые там домами. Именно в этом районе живут все криминальные личности, отбросы, маньяки, нищие и остальные "сливки" общества. Тут заключаются сделки на продажу детей в рабство, проводятся зверские исследования на людях и всё в том же духе.
Естественно обычной полиции там ничего не светит. Здесь работает Корпус Справедливости. Законченные ублюдки, для которых жизнь человека не стоит ничего, такие же маньяки, что и остальные, только великолепно обученные и отлично вооружённые.
Только они могут сдержать всю шваль третьего уровня.
Второй уровень отгорожен от третьего высокой стеной, на которой тоже служит Корпус Справедливости усиленный военными роботами-пауками. В этой части планеты живут люди среднего достатка, здесь уже почти нет убийств, да и общий уровень довольствия выше. Чтобы попасть из третьего во второй нужно предъявить карточку доходов за год, пока доходы выше семидесяти четырёх тысяч ты можешь жить во втором районе.
Первый район отделён от второго ещё одной стеной, которую охраняет Орден Неприкасаемых. Жуткие снобы как по мне. Профессионалы до мозга и костей, ищейки властей, можно долго продолжать этот список.
В первом уровне живёт элита, чтобы здесь жить нужно иметь заработок в семь миллионов официалов. Огромные деньги.
Ну и нулевой, в нём живёт правящая верхушка планеты, фактически является огромным бастионом с охраной в виде Ордена Неприкасаемых.
Пока вспоминал устройство планеты, Арчи уже завёл машину и вооружился. Пора.
Улицы пролетают со скоростью гоночного ховера, пока нас не остановил один из людей Ордена.
— Кто такие и по какому праву вы пересекаете границы первого и второго района, вы подвергаетесь штрафу за... — я медленно опускаю стекло и смотрю на него как на пустое место. Он видно новичок, так как сразу стушевался и побледнел. Слабак.
— Скажи мой милый друг, как ты посмел остановить мою машину, когда я еду по делам!?
— П-простите, господин Адарис, я-я не знал, что это Вы, извините...
— В следующий раз ты так легко не отделаешься, а сейчас я занят, пошёл отсюда быстро!
Надоели они мне все. Совсем от рук отбились, надо бы сходить в гости к Фарси, пусть она своих "орлов" погоняет.
И вот, наконец, Первая Стена, стена между первым уровнем и вторым. Вот это стоят на постах настоящие Орденцы, смотрят через прорези в своих шлемах как на пустышку им не важен твой статус и деньги, они не ценят тебя как человека, как личность.
— Ещё один вылез, кто на этот раз? — вкрадчивым голосом спросил у меня высокий и тощий, как жердь мужчина с длинными до лопаток волосами.
— Ты последний, кого я возможно — вкрадчивым полушёпотом говорю через открытое окно — предупрежу о своём выезде, Коршун.
Ах, словно бальзам на душу, а как он раздул ноздри, что от него в страхе отшатнулись сослуживцы. А как вздулись вены на лбу, просто сказка. Всегда нравилось их нервировать.
— Как ты меня назвал? — мало, кто не знает прозвища этой надменной ошибки Фарси, начальницы отдела Ордена в моей части первого уровня, она набрала его из бедной семьи второго уровня и вместо того, чтобы стать добрым и понимать, как приходиться остальным, он озлобился и стал отправлять на каторгу и в Ахрабан столько людей, сколько не послали все остальные. — Вылезай, урод, ты предстанешь перед высшим судом за оскорбления Ордена. Тебя приговорят на пожизненное заключение в Архабан.
— Что ты о себе возомнил, цепная шавка, ты будешь молить о пощаде, чтобы тебя не убивали. — Я начинаю закипать, день и так сложный и неизвестно как он пройдёт, а ещё эта сволочь попалась
— Ты мне угрожаешь?! — взъелся он.
— Я констатирую факт — спокойно отвечаю я.
— Я, этого, так не оставлю, ты будешь орать от боли! — ого, что это с ним? Стоп, зрачки расширены, движенья дёрганы, посинение носа...
— Арчи, жми быстрей! — уже не просто говорю, а кричу.
Он среагировал мгновенно, но всё равно не успел, пуля из штабного пистолета вылетела за секунду до закрытия окна и попала мне в район около сердца.
— Аргх! — сдавленно плююсь кровью. Грудь бешено вздымается, но я не способен вдохнуть не глотка живительного кислорода. Струйка алой жидкости стекает из уголка рта и сознание медленно меркнет. Но я сражаюсь, цепляюсь зубами в сознание.
— Папа! Папа-папочка не умирай, пожалуйста! Мы уже приехали, вот дом доктора Адама, он тебя подлатает — последнее, что я услышал.
Глава 2 Страшная потеря.
Страшно смотреть правде в глаза?
Гордость, тщеславие тебя обуздали,
Смерть перстом на тебя указала,
Но, это вечное но; Ничего не бывает просто дарами...
Я помню те мгновения урывками, как обрезанную киноленту. Вот вытаскивают залмалиновую пулю, что пробило и разорвало всё лёгкое. Помню, как Арчи метался, что-то делал, а потом сел и... Дальше снова пустота.
* * *
Нет, папочка любимый отец. Единственный кто увидел не только прислуга, но друга, сына. А сейчас он умирает у меня на коленях.
— Доктор, сделайте что-нибудь, прошу, я сделаю всё, что попросите!
— Понимаешь — он сложил старомодные очки и стал усиленно тереть шрам на переносице — Залмалиновые пули убивают стопроцентно, но вам повезло, я успел ввести противоядие и вовремя вытащил пулю. Проблема в другом...
— Не тяните, быстрее, пожалуйста!
— Хорошо-хорошо, успокойся. Я участвую в эксперименте по внедрению био-компьютера в тело человека. Это устройство позволяет изменять полностью все ткани, изменять геном и всё тому подобное. Но мне нужен ИИ. Достаточно сообразительный, чтобы понимать желания носителя и умный, чтобы создавать правильные ткани. И ...
— Я согласен
— Я не договорил, тебе придется стереть память и личность, чтобы удачно интегрировать тебя в Адариса.
— Я всё равно согласен
— Воля твоя, но напиши записку на своём чипе, тогда Адарис не убьёт меня — тут он усмехнулся — и сможет нормально отреагировать на ситуацию, идёт?
— Да, начинай.
— Тогда присаживайся...
* * *
Сладкая полудрёма, именно так можно охарактеризовать моё состояние. Хотелось раствориться в ней, остаться без мыслей и эмоций. Но холодный рассудок задавил эти мысли на корню, вырывая сознание у сна.
— Адх-а-ам — просипел я.
— Ты очнулся, замечательно, всё прошло хорошо, но ты полностью подчинил машину, и стал независимым ИИ с гибкостью разума человека, удивительно!
— Чхто-о?
— Вот, держи этот чип, на нём есть вся информация. Как только прочтёшь, успокоишься, поднимись на второй этаж, договорились? — я только кивнул в ответ — И, это, я сочувствую тебе — и ушёл оставив меня наедине со своими мыслями.
Через час в доме доктора Адама.
— Адарис, пойми, он сделал это не ради того, чтобы ты сидел и убивался, а ради того, что бы ты жил дальше! Ты сейчас почти бессмертен! У тебя есть способность изменять ткани и геном, поддерживая их в тонусе!
— Ты меня не поймёшь — я отвернулся от него, и по морщинистому лицу пролегла одинокая мокрая дорожка — но ты прав. Нечего здесь сидеть. Я тебе благодарен Адам, ты один из немногих оставшихся друзей. А пока у меня есть одно дело.
— Стой, тебе не стоит мстить тому ублюдку, его уже, наверное, отправили в Ахрабан! У меня есть другое...
— Нет! Я хочу увидеть полные боли его глаза, и комнату, залитую его кровью!
— Ты никуда не пойдёшь! Понял меня!?
— Ты мне будешь указывать!?
— Да! Ты сейчас не соображаешь ничего, мыслишь только спинным мозгом! Остынь и посмотри на ситуацию объективно!
— Да ты...
— Иди ты...
— Можешь ...
— Я тебя...
— Что...
— Да ты истеричка, да...
Спустя почти час мы наконец-таки выдохлись, выпили чаю, а я успокоился. Месть это прекрасно, но что делать дальше? Послушаем предложение друга.
— Рассказывай свое предложение.
— Как ты понял, твой КБМИТ, является экспериментом очень могущественной организации и я, с лёгкой руки, поставил его тебе, дабы ты выжил.
— И?
— Подожди. Так вот, этот компьютер был лишь первой частью, а вторая заключается в... — он приблизился почти вплотную и прошептал — ... телепорте.
— Телепорте!
— Да что ты так орёшь!
— Телепорте! — уже тише воскликнул я.
-Да, ты всё правильно понял, и тебе придется пройти серию опытов, а там и в главном эксперименте примешь непосредственное участие. Соглашайся!
— Ладно, ты меня уговорил, как не грустно, но надо жить дальше.
— Молодец! Давай провожу до дома.
— Давай, а то в груди побаливает ещё.
Встаю со стула и иду одеваться. Кожаный плащ, так-так, а где трость? Ах, вот она, моя ненаглядная. Почти оделся, осталось только надеть ботинки. Всё, готов, можно выходить. Брр, а на улице моросит дождь. Сразу вспомнилось, что Арчи больше нет, и всё настроение пропало, захотелось умереть.
Но вместе с тем я поражался чёткости и холодности мысли. Казалось, дай мне задачу вычислить количество топлива для взлёта КОНЭ — 1 и я с лёгкостью его найду. Я помню все, до единого, слова из прошедшего спора. А ведь я всё-таки старею, и память бывает, подводит и меня. Что же, Великая Логика, здесь творится!?
Хотя, я догадываюсь, что здесь произошло. КБМИТ делает мою память абсолютной, а мысль кристально чистой и предельно холодной, словно, словно у машины? Да, я теперь не совсем человек. Пусть будет так, уж лучше побуду полу машиной, нежели трупом.
А вот и мой дом, странно, грусти почти нет. Да и эмоции куда-то уходят.
— Адам, я вот что хотел спросить.
— Да, Адарис?
— После телепортации, не ищите меня, ладно?
— Я... Я подумаю, но не обещаю. Ты ещё можешь вернуться к жизни...
— Нет! Мне нужно отдохнуть, одному, прости.
— Нет-нет, я понимаю. Попробую уговорить "коллег".
— Спасибо тебе.
— Не за что.
Дверь отворилась с тихим шелестом, и милый голос умного дома ответил, что ванная уже готова. Как хорошо дома!
С тех пор меня некто не донимал по поводу судебного дела. Видимо "коллеги" подсуетились. Через какое-то время эмоции сошли на нет полностью, и я даже выяснил почему. КБМИТ изменял тело понемногу на уровне моего подсознания, из-за чего он уничтожает гормоны, а вместо них делает чёрти что. Но оно работает и меня не беспокоит.
Я знал, что хочу сделать. Я хочу проникнуть в Архабан и убить того урода. Собственноручно. А затем уйти от наказания через телепорт. А там, можно и отдохнуть наконец-то.
Для того, чтобы совершить убийство, мне нужно было отлично приспособленное тело, владение ножом, и знание тюрьмы. Этим я и занялся.
Сначала я учился сохранять тело под контролем, чтобы оно вдруг не изменилось. Затем менял самолично, на основе знаний своей цивилизации, небольшие участки тканей, убирал морщины. Было принято решение пока не уходить от стандартов человеческого тела внешне, но вот внутри... Меня охватил нездоровый азарт, а принялся изобретать столько ненужных на первый взгляд органов.
Например, зачем мне нужно будет уметь плеваться мощнейшей кислотой на пять метров?
Через ещё дня два я наконец восстановил свой вид в восемьдесят лет, красавец. Высокий, с острыми чертами лица и чёрными волосами, завязанными в конский хвост. Жилистый, не единого грамма жира. И я это делал не для красоты. В большое тело можно впихнуть больше органов, сухость обусловлена силой мышц, что я доработал и теперь они раза в полтора мощнее человеческих.
Я вставил вместо обычных глаз, глаза рака-богомола, и закрыл их сверху фокусом, замаскированный линзой. И всё это я вырастил сам!
Потом тренировки с оружием. Ну как тренировки, пару раз отработал движение и вот оно уже на уровне мастера. Всеми навыки, за мою очень долгую жизнь, я, конечно, не обзаведусь, но особо необходимыми — пожалуй
Но какое-то чувство стучало изнутри по черепу, желая, нет требуя смерти. Одной, и всё станет хорошо.
Периодически меня забирали в лабораторию и что-то измеряли, калибровали. Но мне это не мешало, так продолжалось почти две недели
Первый мой выход в свет был за планом тюрьмы. Я знаю, где он хранился, на нулевом уровне.
Но мне снова помешали.
— Господин Адарис, Вас вызывают в лабораторию на финальный тест и запуск проекта.
— Я иду — привычным уже неживым голосом сказал я.
Спустя полчаса в тайном бункере на окраине планеты.
— Привет, Адарис!
— Здравствуй, Адам.
— Сегодня будет великий день, ты не боишься?
— Я не могу бояться — и это, правда, гормонов страха не осталось, осталась лишь память об инстинкте самосохранения.
— Кстати, Адам, а ты почему не хочешь обрести бессмертие? — аккуратно спросил я.
— Ха — он по-доброму усмехнулся — ты же не думаешь, что ты будешь такой один? Все наработки хранятся у меня дома и в голове, умру я и погибнет проект — вот хитромордый старикан. Ну, хоть за его жизнь не страшно.
— Действительно, не подумал.
— Что ж, чудно, ну ладно я пошёл, не забывай, до запуска всего пять часов, не опаздывай.
— Не переживай, я ничего не забываю...
Глава 3 Возмездие.
Око за око, зуб за зуб.
За всё в этой жизни нужно платить.
Бесплатен только сыр в мышеловке.
Прежде, чем извиняться — не надо провиняться.
Возмездие должно иметь место.
Отмщение — лучшее прощение.
Сегодня кто-то умрёт страшной смертью.
Прейдя домой, я вырастил костяные метательные клинки по прочности сравнимые с дюрасталью и длинную спицу на случай ближнего боя. Вложил всё это в подготовленные места на одежде, в которой я, кстати, не нуждаюсь. Признаки пола я убрал за ненадобностью. А теперь пора. Надев плащ, я закрыл свой дом в последний раз. И быстрым шагом направился к машине.
Надо действовать быстро, у меня всего четыре часа. Так, план я достать не успею, значит возьму "языка".
На планете сейчас утро, но из-за вечного и очень плотного смога, видно, как ночью. А мне от этого только лучше.
Дом, нет, тюрьма, нет крепость-тюрьма! Из этого места ещё ни кто не сбегал и не проникал. Сто двадцать укреплённых этажей с тяжёлой пехотой Корпуса — это лишь сотая часть всех проблем. Собаки, ИИ, автотурели, датчики, камеры, маловолновый сканеры... Чего там только нет!
Хе, но и там есть места, отверстия которых выходят наружу. Вентиляция с ладонь толщиной, водостоки размером с мою голову. Мне же нужна вентиляция. Ещё будучи дома, я понял, что могу отсоединить кусочек тела с передатчиком на биологических основах и управлять тем куском. Это очень напряжено, ловить сигнал с глаз на основное тело, управлять лапам и прочее, но возможно.
Это восхитительное основное тело будет нужно для проникновения к вентиляции, а другое я использую для убийства.
Этот кусочек выглядит, как гекон размером с большой палец, если бывают геуоны в костяной пластине и с парой игл вместо рта, смазанных ядом. Ему не нужно питаться, а значит я просто дам ему питательные вещества на время операции.
Неторопливо идя навстречу Архабану, я высматривал охрану. Ага, два десятка у двери, ещё с сотню расположены на башнях по периметру. Так, а где отверстия? С моими глазами проблем быть не должно. Да! Есть такие, но очень уж неудобно расположены. Ничего, бывало и похуже.
Подхожу к краю зоны и зову охранников.
— Эй, есть кто живой?
— Ты чего орёшь, кто ты такой, хочешь устроить саботаж!? — грозно раздув ноздри, почти прорычал, по-видимому, их старший.
— Спокойно, спокойно, посмотри, что я принёс для тебя — и раскрываю ладонь, из которой вылетает очень мелкая иголочка с одним занимательным ядом. В своей жизни меня занесло на планету, где были хищные джунгли. И наш проводник рассказывал, что есть небольшие цветы, которые испускают бесцветные газ. Этот газ вызывает дикое приятие к источнику запаха. Ты сам идёшь к этим цветам, а там есть выступы, об которые ты спотыкаешься и падаешь на острые корни. Твоими потрохами они могут питаться до одной недели...
Но я поступил по-другому. Сейчас на ближайшие два-три часа он мой самый лучший друг. А вот потом он гарантированно умрёт. И всё было бы хорошо, если бы не сложность яда. Я думал, будет проще вырезать Архабан, чем его создать, а потом ещё и нанести на иглу. Однако, всё получилось.
— Сейчас ты проведёшь меня в свободную башню, якобы на проверку и будешь охранять меня, понял?
— Д-да-а, дайте мне вас потрогать — у него сейчас от радости слюни потекут — я чучуть?
— Нет! Выполняй! — рявкнул я, а он сразу загрустил, но всё выполнял.
Мы прошли мимо самой страшной стражи, а я даже не вспотел, тоже не умею теперь, его даже не окликнули.
Долго идти не пришлось, подошли к лифту, зашли, вышли, там он поговорил с бойцами, те куда-то ушли, а я с ним заперся в башне.
— Не трогая меня, только следи, чтобы никто, ни единая душа не вошла сюда, мне надо сделать одно дело.
— Да-а-а — бе, слюни потекли. Ох, как бы от избытков чувств он меня тут не изнасиловал. О, Великая Логика, что лезет в голову...
Я ложусь и медленно посылаю сигналы к своему "гекону". Ох, моя голова, до сих пор не привык смотреть двумя парами глаз! Лучше закрою свои. Отлично! А теперь вперёд, на месть.
Палка, палка, огуречик, вот и вышел абракадубр какой-то. Я, неуклюже переставляя лапками, прошёл первые десять метро за полчаса, потом дело пошло веселее. За оставшиеся полчаса успел только узнать, где найти камеру, содержащую мою цель.
Аккуратно проходя по коридорам, я шёл, словно заправская ищейка. Огромные ботинки людей норовили раздавить и втоптать меня в монолит пола. Вдруг появилось странное чувство, оно было похоже на голод! О нет, энергия скоро кончится. К моему счастью нужная камера была на этом уровне, буквально за поворотом.
Тихо ползу под своей невидимой шкуркой и смотрю внимательно на номера камер. Тысяча триста шестьдесят восьмая... тысяча триста девяносто вторая... А, вот она, тысяча четыреста сорок девять! В предвкушении и странном мандраже, я не заметил, как начал терять контроль. Спохватился только когда начало темнеть в глазах.
Медленно проползая в отверстия для кормёжки, я напряг мышцы иглы с нейропаралитическим ядом и ядом другим, очень неприятным.
Первые несколько дней после убийства Арчи во мне полыхала такая ярость, что вздумай я сжечь взглядом человек, то вполне бы смог. И тогда мне в голову и пришёл этот план. И формула страшного, даже ужаснейшего из известных мне ядов.
Первые две минуты он распространяется по всему телу, потом начинает выжигать клетки изнутри, так, что жертва рвёт внутренности, лишь бы избавиться от боли. Но паралитический яд этого не даст и через десять, плюс-минус два часа, жертва умрёт в дикой агонии.
Вот я подползаю к нему, всё ещё под невидимостью, и стреляю нервнопаралитическим в открытые участки кожи. Его глаза вращаются со скоростью болида внутри глазниц, а маска лица выражает животный страх. Ну-ну, это только начало...
Ох, а как он орал, когда действия первого, паралитического, яда ослабло, и, что удивительно, на его крики ни кто не пришёл — привыкли. Ах, это была музыка для моих ушей, я упивался его болью. Целых два часа я слушал вопли агонии...
К моему превеликому сожалению, времени у меня не осталось и, поэтому, я заполз внутрь его рта, в желудок, чтобы меня не нашли. С огромной неохотой, я вынырнул из своего "сна". Пора бежать с места преступления, ха-ха. А его убил, да, Адам, я! Я! ЕГО! УБИЛ! ХА-ХА-ХА!
И меня накрыл смех, безумие плескалось в моих глазах, я сошёл с ума. Почти двадцать минут я смеялся и смеялся, а потом, нервно хихикая, вышел вместе с сопровождением на улицу.
— Ты, хи-хи, иди, хи-хи, на третий уровень и умри там, апха-ха — снова скрутило меня в безумном хохоте.
Посылаю на смерть человека, ни в чём не повинного, что со мной не так? А ну прейди в себя!
*Смачная пощёчина для себя самого*
Фух, легчает, безумие отступает, покоряясь могучему интеллекту. Что же произошло? Мне доводилось убивать людей и не раз, и в спину, и грудь в грудь, а тут... Может это из-за смерти Арчи меня так клинит? Вполне-вполне.
Ещё раз, дав себе по лицу, для профилактики, я отправился к Адаму. А от него мы поедим прямиком в лабораторию на первом уровне.
И снова я дома. Все дела сделаны и, можно уходить, вот только, что я буду делать там? Для чего мне теперь жить?
Уселся на пол и стал смотреть в одну точку. Не для того меня спасли, чтобы просто убиваться. Всю свою сознательную жизнь, я жил для кого-то, так может пожить для себя? Решено. Грусти больше нет, цель есть, вперёд!
С улыбчивым выражением лица я подлетел к дому Адама.
— Ты чего такой весёлый — ухмыляясь, спросил Адам.
— Жизнь стала определённой — я ответил с таким же выражением лица.
— Это превосходно, ну что, ты готов? Отлично, тогда пошли, настройки сами себя не сделают.
Спустя ещё час.
Я стою на небольшом подиуме, а совсем рядом находиться чудо человеческого гения — телепорт. Он должен отправить меня на другую планету, где меня встретят. Вот пошёл отсчёт.
— ...6...3...1...Готово! — и между металлическими кругами пробежали сотни и тысячи нитей, разрезая пространство, словно нож — масло. Засверкали неисчислимое количество звёзд, промелькнувших при проколе пространства.
И медленно и торжественно, в одних лишь шортах, чтобы уменьшить вероятность малоприятного исхода, подхожу к арке портала.
— Маленький шаг для человека и большой скачок для человечества! — пафосно сказал я и шагнул в неизвестность.
Глава 3 Или что-то пошло не так.
Жизнь — это приключение, каким бы долгим оно ни было.
Я выпал из воронки на землю, причём горизонтально. Хорошо, что успел сгруппироваться, иначе сломал бы себе кости на руках да ногах. А так лишь боль и ушибы.
Ухх, и где я оказался? Где мегаполис? А почему воздух такой чистый? Хм, что это, трава и деревья?!
Я как полоумный обнюхивал и пробовал на вкус всю здешнюю органику, и, сгори лампочка, они живые. Все! И деревья, и трава, и вон то, подозрительно косящиеся в мою сторону существо... Существо?!
Я подскочил, как шибанутый током. И правда, сидит около дерева и наблюдает. Так, осмотрим его.
Полуметровый в холке, шесть конечностей, две пары желтоватых глаз, на голове, рядом с хитиновыми пластинками, тянущимися до хвоста, есть пара длинных усиков. Не членистых, а гладких. В их концах есть небольшое утолщение, малинового цвета, тогда как сам, пусть будет пёс, был тёмно-синим.
Посидев так ещё немного, он подошёл ко мне и жалостливо проскулил. Ага, у него не хватает одной лапы и вся морда исцарапана до мяса. Эх, болезненный, что же мне с тобой делать? А что делать со мной, куда меня, твою лампочку, выкинуло?
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|