Защитники человечества. Часть 2

Защитники человечества. Часть 2.

Судьбы трех народов заставят сойтись их в кровопролитной схватке.

Чья же судьба окажется сильнее?

Глава 1

Пять лет

Линтранд сидел за своим письменным столом, уткнувшись носом в тетрадь и перенося свои мысли на бумагу. От этого занятия его отвлек стук в дверь.

— Войдите, — сказал он, закрыв тетрадь и отложив ручку в сторону.

Дверь распахнулась, и в комнату вошел человек в кожаных черных доспехах и просторной красной накидке. Его лицо было скрыто тенью от капюшона.

— А-а, это ты, наконец-то, вернулся! — с довольной физиономией произнес Линтранд и, буквально вскочив из-за стола, крепко обнял гостя. — Ну, как прошло твое путешествие? Какие ощущения? Все ли было так, как я рассказывал? — засыпал расспросами Линтранд. — Хотя нет, подожди, не отвечай, пока у нас есть дела куда важнее. Я понимаю, что ты очень устал и хотел бы отдохнуть, а также отпраздновать свое возвращение, но с этим тебе придется повременить. Думаю, мы больше не можем ждать, поэтому, я поручаю тебе одно очень важное задание, с которым справишься только ты.

* * *

— Авгулт, мы готовы к тому, чтобы перебросить все силы в солнечную систему, — сказал Алдриан, ворвавшийся к своему брату в каюту, который в этот момент только прилег расслабиться. Авгулт лежал в серой просторной пижаме с широкими рукавами.

— Хорошо, спасибо, Алдриан, я скоро отдам приказ, — устало ответил тот, продолжая пялиться в потолочный иллюминатор.

— Даже не верится, что этот момент наконец-то настал. Мы усиленно готовились к нему целых пять лет. Если бы не та твоя речь, не знаю, как бы все вышло. В тот день наш народ уже готов был опустить руки, но благодаря тебе, мы готовы настолько, насколько это возможно, — Алдриан придвинул к себе стул из-под стола и сел на него, облокотившись на спинку.

— Я сделал все, чтобы поднять боевой дух своих людей, — спокойно ответил Авгулт, потеряв свой взгляд среди множества звезд, на которые он пристально смотрел сквозь иллюминатор.

Алдриан поняв, что брат явно не в лучшем расположении духа для разговора, хотел уже уйти, но голосовое сообщение, которое он получил на передатчик в своем ухе, заставило его остановиться на месте.

— Эмм, Авуглт, кажется, у нас небольшая проблема.

Император приподнял голову так, чтобы видеть Алдриана.

— Какая еще проблема? — сердито спросил он.

— К нам приближается небольшой корабль.

— Что, корабль? Чей он? — на этот раз Авгулт приподнялся с кровати всем телом и уставился на брата.

— Людей... — коротко и четко ответил Алдриан.

— Людей? Что они здесь забыли, и почему не предупредили о своем визите? — Авгулт вскочил с кровати и начал метаться по комнате, переодеваясь в другую одежду, затем подошел к встроенному в стену шкафу.

— Авгулт, я боюсь, они прилетели за ним...

Император замер и посмотрел на Алдриана.

— За Джореллом? Это может стать проблемой, — Авгулт прикусил нижнюю губу, он догадывался, что, скорее всего, им придется оправдываться перед людьми, но не ожидал, что они прилетят прямо к моему порогу.

— Не нервничай, просто будем придерживаться плана, который ты же и предложил ранее, — успокоил его Алдриан, вешающий на спинку стула пижаму, которую его нервный брат в спешке раскидал по комнате.

— План, да-да, точно, план... — его глаза забегали в поисках этого плана в своей голове... Вот дерьмо, совсем уже ничего не соображаю, — Авгулт схватился одной рукой за голову. — Даже собственный план не помню.

— Успокойся, ты слишком много трудился все это время, расслабься. Я все помню, говорить буду тоже я.

— Хорошо, спасибо тебе, не знаю, что бы я без тебя делал, — с облегчением выдохнул Авгулт.

— Наверное, наговорил сейчас ерунды.

— Ты прав. Ладно, иди пока встречай их, я скоро буду, — Авгулт договорил и распахнул в стороны тяжелые двери шкафа, за которыми появилась его броня.

Алдриан стоял на той же площадке, где когда-то пристыковался корабль Лонута с Джореллом на борту. Но в отличие от прошлого раза, в этот раз солдаты стояли не по бокам, а позади Алдриана и были серьезно настроены. Многие из них, завидев космический корабль людей, начали перешептываться, глядя на него. Алдриану тоже было интересно. Корабль был черного цвета и имел форму зазубренного наконечника стрелы. Сзади у него располагались три мощных турбины, а на обшивке красовался герб ордена защитников грязно-желтого цвета. Корабль пристыковался, и его центральная лестница опустилась.

— Всем приготовиться, — сказал Алдриан солдатам.

По наклонной лестнице не спеша спускался человек. На нем были серебристые доспехи в венецианском стиле с золотистой росписью на руках и шлеме. Шлем был сделан в античном греческом стиле и укреплен дополнительно парой пластин на висках, на нем красовался плотно прилегающий красный гребень. Из-под брони свисала часть красной одежды таким образом, что полностью закрывала левую ногу. Вокруг пояса была обвязана черная ткань, конец которой свисал до колена. Позади человека висел короткий красный плащ. Мужчина не спеша приближался к встречающим его илкарцам. Алдриан, глядя на него, почувствовал неладное. Он тут же поменял стратегию и дал солдатам команду "смирно". Человек подошел совсем вплотную к брату императора и, остановившись, уставился ему в глаза.

— Что привело вас сюда? Почему вы не сообщили нам о вашем прибытии заранее, мы бы... — начал вежливо разговаривать Алдриан, как тут же получил резкий ответ, так и не закончив свою мысль.

— Вы бы успели пригнать сюда солдат побольше? — вопросительным грубым тоном спросил незнакомец.

— Н-нет, что вы, мы бы приготовили стол к вашему прибытию. Может быть, смогли заранее решить вопрос, по которому вы сюда летели. Тогда вам бы не было нужды являться лично, — все еще любезничал перед ним Алдриан, что очень не нравилось его солдатам, и чего они явно не понимали.

— Спасибо за любезность, не хотели вас утруждать, — ответил человек, оглядывая корабль и тем самым, выдавая свое крайнее любопытство.

— Так... что за дело привело вас к нам? — спросил Алдриан.

— Нам известно, что пять лет назад на корабле вашего дипломата укрылся наш человек. Лонут помог ему покинуть Землю. Я прилетел сюда за ним.

— А вот здесь, боюсь, будет проблема, — Авгулт шел к ним, одетый в свою броню. Рядом с ним шла Альфа — собака Ампелаойса, которую Джорелл оставил в прошлый раз. Завидев незнакомца, она тут же радостно залаяла и побежала к нему.

Тот немного погладил её и вернулся к диалогу с императором.

— В каком смысле, проблема? — снова в грубой форме спросил он.

— Для начала, представься. Ты стоишь в нашем доме, облаченный в броню, грубишь, ведешь себя по-хамски и без должного уважения к представителям императорского рода. Я требую разъяснений такой наглости! Почему Линтранд не оповестил нас о твоем прибытии?

Человек, ничего не ответив, молча достал сложенный пергамент и отдал его в руки Авгулту. Тот развернул его и, изредка поглядывая на гостя, прочёл содержимое пергамента про себя. Закончив читать, он еще раз посмотрел на незваного гостя, сложил пергамент и сказал:

— Джорелла здесь нет.

— То есть, как это нет? — взбудоражено спросил тот.

— Нет, значит, нет. Он сбежал от нас почти сразу же, как прилетел.

— Как ему это удалось? Я думаю, это место хорошо охраняется.

— Он взял в заложники одного из пилотов и затем улетел с ним в неизвестном направлении. Ни его, ни пилота, мы так и не видели. Мы приютили его, сделали ему добро, а он плюнул за это нам всем в души, — Авгулт почувствовал, что эти слова сильно задели незнакомца.

— Как его теперь отыскать? Куда бы он мог отправиться?

— Мы не знаем, он может быть где угодно, возможно, даже мертв. Нам очень жаль...

Человек опустил голову из-за сказанного императором. После непродолжительной паузы, он спросил:

— Эта собака, прилетела сюда с Джореллом?

— Да, а что?

— Могу ли я забрать её? Она очень важна для некоторых людей на Земле.

— Хорошо, можешь забирать её.

Человек поманил Альфу рукой, и та с радостным лаем бросилась к нему. Незнакомец поблагодарил императора и попросил дать ему пять минут на то, чтобы сообщить новости Линтранду прежде, чем он улетит обратно на Землю.

— Хорошо, передай ему от меня приветствие, а также весть о том, что мы скоро направимся к вам в солнечную систему.

Незнакомец кивнул головой и направился на свой корабль. Стража осталась ждать его отбытия, в то время как Алдриан и Авгулт вместе ушли вглубь корабля. Человек зашел внутрь своего транспорта и попытался связаться с Линтрандом. Спустя минуту экран загорелся, и началась видеотрансляция.

— Боюсь, наши опасения подтвердились, сигнал Джорелла не был заблокирован, его и вправду здесь нет, — доложил незнакомец.

— Этого я и боялся... — Линтранд приложил ладонь к своему рту, чтобы обдумать, что делать дальше.

— Что, если они убили его?! — вспылил незнакомец.

— Успокойся, мы не можем знать этого наверняка. Да и зачем им это было делать?

— Кто их знает, они явно что-то не договаривают.

Внезапно экран замерцал и к их разговору присоединился кто-то еще.

— Успокойтесь, я не шпион. Вы хотите знать, где Джорелл? — спросил незнакомый голос.

— Кто ты такой? Откуда тебе известна эта частота?! — всполошился Линтранд.

— Я не буду отвечать на этот вопрос, у меня мало времени. Вам нужно месторасположение Джорелла или нет? Думайте быстрее.

— Как мы можем тебе доверять? — спросил Линтранд.

— Я еще раз повторяю, у меня нет времени на объяснения, либо я вам даю координаты Джорелла, либо прерываю связь! — в быстром темпе отвечал незваный гость.

— Хорошо, ладно! Нам нужны эти координаты, — вмешался посланник людей.

— Ты что творишь? А вдруг это ловушка? — не одобряя действий своего подчиненного, спросил Линтранд.

— Я готов рискнуть, скидывай мне координаты.

— Хорошо, координаты отправлены на твой корабль, но предупреждаю, там и вправду тебя могут убить, — связь с незнакомцем прервалась, оставив людей в раздумьях.

— Я не могу позволить тебе лететь туда, это самоубийство! Потерять тебя — непозволительная роскошь для человечества! — Линтранд был сильно взволнован.

— Ты сам сказал, что это задание смогу выполнить только я, так что прекрати волноваться и дай мне завершить начатое. В любом случае, я не вернусь, пока не узнаю, что находится по тем координатам.

— Черт возьми! Плохая это была затея, отправлять тебя туда... — Линтранд тяжело вздохнул. Поняв, что у него нет иного выбора, он уступил своему посланнику. — Главное, будь осторожен и не рискуй понапрасну. У нас не так много высших защитников, чтобы разбрасываться ими.

— Это была правильная затея, Линтранд, конец связи, — прервав связь, посланник направился в кабину пилота. Там его ждал напарник, который пилотировал корабль.

— Я так понимаю, мы летим по новым координатам, которые я только что получил? — с ухмылкой спросил пилот.

— Да, мы летим туда.

Корабль поднялся и вышел из ангара Мильбрана, после чего тут же растворился в космосе.

Авгулт и Алдриан смотрели в иллюминатор, все еще провожая взглядом исчезнувший корабль людей.

— Так что там было написано, в том пергаменте? — полюбопытствовал Алдриан.

— Линтранд утверждает, что все знает о наших планах, и если мы не хотим биться поодиночке, то нам лучше сотрудничать...

— Что, знает? Но откуда, во имя Илкарии, ему это известно?

— Я не знаю! И очень бы хотел узнать! Как мне кажется, у нас здесь завелся шпион... — братья с тревогой переглянулись, будто хотели найти ответ на этот вопрос друг у друга в глазах.

— Лучше ответь, что это было за представление?! Почему ты так унижался перед этим человеком?! — вдруг вспылил Авгулт, очень недовольный действиями своего брата, и такой слабостью с его стороны.

— Ты не понимаешь, что-то в этом человеке было страшное... — шепотом сказал тот.

— Что за чушь ты несешь? Что еще страшного в нем могло быть? Я прекрасно чувствовал его силу, обычный слабак, — махнул рукой Авгулт.

— Нет, нет... это не так, я тоже сначала подумал, что он слаб, но потом, приглядевшись поближе, я почувствовал в нем что-то иное, что-то пугающее... Ты ведь знаешь мою способность, прошу, поверь мне... — тихим голос продолжал говорить тот.

Император задумался, затем нахмурил лоб и снова посмотрел в иллюминатор.

— Если ты прав, то что это была за тварь? Откуда люди взяли её за пять лет...

Корабль людей прилетел по координатам, которые ему указал незнакомый голос. Этим местом оказалась Система Праведного Света.

— Сэр, сигнал Джорелла появился, — обрадовавшись, сказал пилот.

— Потрясающее место, здесь все сияет... — восхитился посол, будто не заметив слова пилота.

— Сэр, сигнал идет с планеты перед нами, но есть одна проблема.

— Какая еще проблема?

— Этот свет. Сканеры показывают, что там огромное скопление радиации и энергии, наш корабль не выдержит. Я вообще не знаю, как кто-то может выжить на этой планете.

Посланник пристально посмотрел на планету, затем на своего пилота.

— Насколько все плохо? — спросил он.

— Наш корабль расплавится, едва мы войдем в атмосферу. Я уверен, господин Улькиус не рассчитывал на такие планеты, — пилот начал заметно потеть, то и дело, вытирая пот со лба рукавом своей формы.

— Здесь так жарко? — спросил его посланник, увидев, как тот покраснел буквально на глазах.

— Вы даже не представляете насколько, сэр.

— Хорошо, тогда не будем медлить, подлети на максимально возможное расстояние, откуда исходит сигнал.

— Что вы задумали?

— Я спущусь туда сам. Ты улетай, не жди меня, — посланник загрузил местоположение Джорелла на свою мини-карту.

— Это очень опасно, даже вы можете погибнуть! Господин, если вы умрете, это станет сильной утратой для нас.

— Я должен рискнуть. Линтранд поручил мне это задание, и я не могу его подвести. Делай, что я сказал, ты не можешь долго здесь находиться.

Пилот подчинился и подлетел на максимально близкое расстояние к планете.

— Дальше никак, извините, сэр,— огорченно сказал пилот.

Посланник подбадривающе положил руку ему на плечо.

— В этом нет твоей вины. Я в отдел сброса, как помашу рукой в кадр, открывай люк, — посланник направился в задний отсек корабля.

— Сэр, — остановил его пилот. — Удачи вам.

Тот ничего не сказал и, лишь кивнув, зашел в отсек сброса, закрыв за собой дверь. Пилот напряженно смотрел на экран и ждал знак. Посланник поднял руку вверх, и затем, спустя пару секунд, резко опустил её. Пилот нажал кнопку, и дверь шлюза отворилась, выбросив храбреца в открытый космос. Используя выпускаемую им энергию илуния в качестве тяги, посланник направился к планете. Он довольно быстро добрался до атмосферы, радиация и энергия тут же окружили его непроходимой стеной. Человек окружил себя сильным барьером и продолжал падать. Внезапно, энергетическая стена расступилась, и перед ним возник потрясающий пейзаж. Тысячи прекрасных деревьев переливались разными цветами, создавая под ним разноцветные поля. Вдали виднелся огромный лазурный океан, но у него не было времени восхищаться этой красотой. Он должен был выполнить задание.

Глава 2

Мертвая встреча

В комнату к Илиану ворвался один из подчиненных бри?нроков.

— Господин! В атмосферу планеты кто-то пробился!

Илиан в это время обедал. Даже не нуждаясь в еде, многие воины его уровня продолжали есть, чтобы насладиться вкусом.

— К чему такие крики, что в этом такого? Нынешние корабли вполне могут себе это позволить. Просто встретьте их в точке приземления и узнайте, что они хотят, — ответил он и спокойно продолжил обедать, проткнув вилкой сочный стейк.

— Господин, вы не так меня поняли, это не корабль. Кто-то, используя лишь свои силы, проник через завесу прямо из космоса!

Илиан тут же поменялся в лице. Он отложил столовый прибор и приказал дать распоряжение группе воинов о боевой готовности. Целый отряд из семнадцати планетарцев в золотистых доспехах, выбежал за ворота во главе с Гринтредом. Над пересекающемся дугами крепости, растянулось энергетическое поле из илуния. Солдаты построились в шеренгу, и каждый уставился вверх.

— Смотрите! Вон он! — указал пальцем один из них.

— Постойте, он не один, кажется, с ним кто-то еще! — заметил другой солдат. Все пригляделись внимательней.

— Это местные птицы, видимо приняли его за добычу, пока он падал, — сказал Гринтред. — Приготовьтесь, скоро он приземлится.

Солдаты ждали падения незваного гостя, провожая взглядом весь его путь с неба до земли. Первыми, с грохотом на землю рухнули две огромные красно-синие птицы, подняв при этом пыль, их впервые встретил на этой планете Джорелл. Затем, на землю приземлился незнакомец, замедлив свое падение илунием, выпускаемым из ног. Он встал и огляделся, заметив перед собой отряд Легиона Справедливости, незнакомец не спеша двинулся в сторону планетарцев, перешагнув по пути шею мертвой птицы. Его эффектное появление ничуть не напугало солдат, все они воины света и страх им неведом.

Незнакомец слегка оттопырил руку назад и в ней начало появляться его оружие. Нагината с длинным красным древком, вокруг которого обвивалась золотистая змея. Её лезвие было широким, состоящим из трех элементов в виде наступающих волн, а конец древка украшала маленькая золотая статуэтка, в виде символа ордена Защитников Человечества. Солдаты смотрели на идущего на них воина с гигантской нагинатой за спиной, из непроглядного забрала его шлема вырывался красный свет. Каждый неспешный шаг незнакомца в их сторону все больше и больше нагонял на них смятение, и они не понимали почему. Нет, это был не страх перед ним, но куда более не приятное чувство, словно, что-то вцепилось им в душу. Будто он специально так идет, давая им время на сомнения.

Гринтред прекрасно видел сомнения своих людей в их собственных силах и решил, что нужно это срочно остановить. Он решил показать своим братьям по ордену, что не нужно бояться этого незнакомца. Делдаркец сложил ладони вместе, закрыл глаза и опустился на одно колено, словно читая молитву. В его сложенных ладонях появилось свечение и затем, из них в обе стороны начало образовываться стальное древко. Оно было темного цвета и в гравировках на языке делдаркцев. Один конец древка достал до земли и превратился в длинное немного закрученное лезвие. Другой конец, вытянувшись на полтора метра над головой своего владельца, превратился в полумесяц, внутри которого находилась закрепленная нефритовая сфера. Едва оружие появилось, как Гринтред раскрыл глаза и из них плавно вышел нефритовый свет. Солдаты тут же начали перешептываться.

— Смотрите, это легендарный нефритовый цвет.

— Вот уж не думал, что вживую увижу такое.

— Невероятно. Я и не знал, что мой капитан обладает такой редкой силой!

Гринтред посмотрел своими нефритовыми глазами на незнакомца и поднялся с колена. Человек тут же остановился под прицелом взгляда делдаркца. Это дало Гринтреду понять, что незнакомец явно новичок, раз очень удивлен его глазами. Он пошел ему навстречу и остановился в двадцати пяти метрах от него.

— Что с твоими глазами, почему они такого цвета? — спросил незнакомец.

— Удивлен, да? По твоим познаниям сразу видно, что о пути кругов ты ничего не знаешь.

— Не зазнавайся! — вспыльчиво ответил ему человек.

— Забавно слышать это от того, кто в одиночку намерен победить всех в этой крепости, — с улыбкой ответил делдаркец. — Кто ты такой?

— Я пришел за человеком, -ответил незнакомец.

— Человек? Кто это? Это имя такое?

— Не прикидывайся дураком, я знаю, что он здесь, — незнакомец показал ему навигатор на своем запястье для подтверждения своих слов.

— Что за допотопная техника? Она наверняка ошибается, — ухмыльнулся Гринтред.

— Тогда ты не будешь против, если я зайду к вам внутрь и проверю?

— Конечно же буду, еще шаг вперед, и ты покойник, — предупредил его Гринтред.

— Я все же рискну, — человек начал обходить Гринтреда, тот, в свою очередь смирно оставался стоять на месте. Незнакомец внезапно исчез и, появившись сбоку от Гринтреда, замахнулся на него. Тот успел заблокировать удар своим посохом. Земля, укрепленная на пятьсот процентов илунием, затрещала под ними. Сражающиеся исчезли, другие солдаты едва успевали уследить за ними. Человек и Гринтред обменивались ударами, сотрясая землю рядом и вокруг с собой, вызывая тысячи ударных волн. Одна из них настигла солдат, стоявших в стороне, и отшвырнула их на пару метров назад, в результате чего, те решили отступить, дабы не мешать Гринтреду.

В бою сфера делдаркца начала ярко светиться, он отшвырнул со всей силы противника назад и едва человек коснулся земли, как его связали нефритовые оковы по рукам и ногам. Он посмотрел вперед и увидел, как Гринтред направил в его сторону светящуюся сферу, из которой затем высвободился мощный энергетический поток нефритового цвета, осветивший собой всю окружающую местность еще сильнее, чем несколько солнц этой планеты. Делдаркец снес все на своем пути. Огромный кусок земли около сорока метров в ширину и восьми километров в длину исчез на пути выстрела. Вода испарилась на многие километры, будто кто-то раздвинул океан в стороны, прежде чем разделенные массы воды снова слились воедино. Гринтред воткнул свой посох в землю, решив, что бой окончен. Однако его внимание привлекло странное возмущение где-то вдалеке, сбоку от него. Он повернулся, чтобы посмотреть в чем дело. Вздрогнув от увиденного, он в последний момент успел подставить свой посох перед конагинатой человека. На скорости, почти вдвое меньшей скорости света, человек протащил делдаркца вперед, разрушая весь остров на своем пути. Они врезались в энергетическое поле крепости, которое тут же сильно расплавило броню Гринтреда на спине. Человек все еще не останавливался, его разгон не заканчивался и продолжал вдавливать Гринтреда в барьер. При помощи посоха, тот отвел удар в сторону, и противник не совладав со скоростью врезался в барьер. Делдаркец захотел припечатать его к полю сильным ударом, но незнакомец ловко увернулся и отпрыгнул назад метров на пятьдесят. Тем временем, вода начала заполнять появившееся пространство вместо суши, которую разнесли человек и Гринтред.

— Хватит, — посреди них появился Илиан, который все еще дожевывал остатки ужина и был одет в обычную одежду.

— Господин, не вмешивайтесь, я сам справлюсь с ним! — уверил его Гринтред.

— И какую часть суши ты намерен разнести еще, прежде, чем это произойдет? — улыбнулся ему Илиан.

Человек без предупреждения бросился на Илиана в надежде уловить момент. Илиан ожидал этого, улыбка на его лице только стала сильнее. В мгновение ока человека окутала яркая стена из света.

"Праведная клетка... только враг может ослепнуть от её света, тем, кто верит в справедливость, она не нанесет вреда" — думал про себя Гринтред, при этом, не завидуя его оппоненту.

Незнакомец схватился за глаза, затем, из-под земли вырвался огромной столб пламени, который даже плавил, казалось бы, несокрушимый барьер. Человек тут же взвыл от боли. Илиан внял его мольбам и прекратил. Упав без сил и, облокотившись на руки, незнакомец жадно начал дышать, словно это пламя выжгло весь его запас кислорода внутри.

— Ну и дел вы тут натворили... Такими темпами от острова ничего не останется, — Илиан почесал затылок, смотря, как берег стал ближе к воротам его крепости на пару тройку километров, а затем взглянул на непрошенного гостя.

— Отвечай, кто ты и зачем напал на нас?

— Я ...я ищу Джорелла, я знаю... что он здесь, — с трудом выговорил тот, пытаясь отойти от шока и все еще надышаться.

— Джорелла? Зачем он тебе? — Илиан подошел к нему вплотную и, присев на корточки, попытался разглядеть лицо незнакомца под шлемом.

— Пришло его время... вернуться... домой.

— Что? А сразу ты не мог об этом сказать?! Не устраивая тут хаос! — возмутился Илиан.

— Я сказал тому костлявому, что ищу человека... — незнакомец поднял голову и посмотрел на Гринтреда.

— Костлявому? — Илиан медленно повернул голову к Гринтреду, в его глазах читалась злость к своему самому доверенному подчиненному.

— Это правда? Он так говорил? — спросил Илиан.

— Да, это так, но я решил, что опасно его просто пускать внутрь, но он очень настаивал и напал на меня первым.

Илиан потер свой лоб и, подумав, что же делать с этой ситуацией, в итоге решил, что виноваты все. Из ворот выбежали солдаты и, завидев Илиана, тут же остановились.

— Господин Илиан, сэр, вы в порядке?!

Толпа зевак увидела еле стоящего на ногах противника.

— О-о, Гринтред, это ты его так? Ай да наш капитан, мы никогда в тебе не сомневались! — одобряюще говорили солдаты, окружив его со всех сторон.

— Нет, это не я! — Гринтред растолкал зевак и недовольный исходом боя, ушел вглубь крепости. Солдаты остались стоять в догадках, где они провинились.

Один из бринроков отделился от толпы и подошел к Илиану.

— Что прикажете делать с нарушителем, сэр?

— Ничего, у нас возникло недопонимание, я уведу его в свои покои, ему надо отдохнуть.

Человек тут же схватил его за одежду, едва тот договорил. Солдаты насторожились и потянулись к оружию, Илиан остановил их жестом руки.

— Мне нужно...повидать Джорелла... потом отдохну, — произнес тот.

— Боюсь, это сейчас невозможно... пройдем внутрь, я тебе объясню, в чем дело.

Человек смог стать самостоятельно. Благодаря целебным свойствам илуния в его организме, он более-менее пришел в себя. Илиан указал ему путь, и они прошли внутрь крепости.

— А ты силен, — попытался завести разговор Илиан.

— Видимо недостаточно, раз ты с такой легкостью смог меня победить, — ответил человек, с внимательностью оглядывая крепость. Остроугольные высотки окружали его, величественно возвышаясь над ним, а огромное разнообразие диковинных народов, идущих по главной улице, никого не могло оставить равнодушным. Здесь вовсю кипела жизнь, планетарцы не отводили взгляда от незнакомца.

— Да ладно, просто на моей стороне был элемент неожиданности, это тоже очень важный фактор для победы, — продолжал скромничать Илиан.

— Тот парень... что с его глазами? Они были нефритового цвета, я никогда не слышал о таком. Что это за тип души?

— Я бы разочаровался, если б ты не спросил, — с улыбкой ответил Илиан. — Такой тип глаз встречается настолько редко, что о нем ходят только мифы и не написано ни в одном современном учебнике по обучению юных воинов.

— И какая душа у таких людей?

— Это очень интересный тип и не до конца изученный, такие как он, созданы, чтобы подчинять себе чужие души, а также ранить их. Тебе повезло, что Гринтред еще не умеет правильно пользоваться своей силой, — с ухмылкой сказал тот.

— Буду иметь это ввиду. Так что там с Джореллом? Почему я не могу с ним повидаться? — спросил незнакомец, стараясь не замечать все эти взгляды на себе, которые когда-то также старался не замечать, впервые прибывший сюда Джорелл.

— Как бы это сказать... он здесь и не здесь одновременно...

— А нельзя ли поточнее? — незнакомец остановился и посмотрел на Илиана.

— Он умер, чтобы пройти на шестнадцатый круг... Это было пару лет назад...

— Что, пару лет назад?! Нет, этого не может быть, чтобы Джорелл...

— Успокойся, я уверен, проводник душ его не победил. Это я надоумил его остаться там после победы над ним.

— Остаться там? Но зачем? — пара вновь продолжила ход.

— Это тебе расскажет Джорелл, если пожелает, я же не буду этого делать. Это тайна, которую я передаю только тем, кого считаю нужным.

— Хорошо, я понимаю. Так куда мы направляемся? — спросил тот, осмотрев глазами главную башню, где пересекались дуги.

— Ты же так рвался увидеть Джорелла, мы направляемся к нему.

Незнакомец молча посмотрел на Илиана. Они зашли в лифт и илкарец направил его вниз. Спустившись, они попали в ту самую тренировочную комнату. Незнакомец вышел из лифта и огляделся, в центре он увидел большую стеклянную емкость, наполненную какой-то густой прозрачной жидкостью, а внутри лежало тело. Посланник тут же подбежал к емкости и заглянул туда. Его опасения подтвердились, внутри лежал мертвый Джорелл. Он облокотился на емкость двумя руками и опустил голову.

— Что это за жидкость? — спросил он подходящего к нему Илиана.

— Это питательный раствор, чтобы тело не разлагалось. Конечно, при возвращении с того света, в случае уничтожения своей телесной оболочки, обладатель получает новую, но это занимает время, которого у нас нет. Поэтому, мы с ним решили, что нужно поступить так. Душе Джорелла будет куда возвращаться.

— И долго он еще так пробудет? Когда он должен вернуться? Есть вообще хоть какие-то гарантии того, что он не мертв? — незнакомец не отрывал взгляда от Джорелла.

— Никаких гарантий, но ты должен верить в него. Я верю. Он должен вернуться со дня на день. Я не могу не отметить твоего беспокойства за него. Ты его друг? — поинтересовался Илиан.

— Не знаю, считает ли он меня другом, — незнакомец начал снимать шлем. — Но для меня, он тот, ради кого я готов на многое, — за шлемом оказался темноволосый смуглый мужчина. — Зови меня Дутанор, — произнес он.

— Рад знакомству, Дутанор, мое имя Илиан, — он с улыбкой протянул ему руку, и Дутанор ответил взаимностью. — Ты пока можешь пожить в комнате Джорелла, думаю, он не будет против.

Илиан направился обратно к лифту. Дутанор напоследок повернулся к телу Джорелла.

— Я так долго ждал нашей встречи и вот, она наконец-то состоялась... Непонятно где, ты мертвый, а я обрекаю людей и наш орден на погибель, хотя бы на день задерживаясь здесь. Ну ты и кретин. Когда ты проснешься, я дам тебе по роже, как и обещал, — искренне улыбнулся Дутанор и поспешил к лифту, где его ждал Илиан.

Глава 3

Договор

— От Дутанора никаких вестей уже целую неделю, не нужно было его отправлять на поиски того беглеца, — возмущался Изентриэль на общем собрании защитников.

— Дутанору вообще не следовало без разрешения переходить на шестнадцатый круг. По закону, кто-то из нас должен был пройти это испытание, а он занять место в защитниках вместо одного из нас, — подметил Борий.

— Мне кажется, что на правила уже всем наплевать и каждый делает то, что хочет, не так ли, Улькиус? — Джунгран буквально сверлил взглядом седого профессора, призывая его к ответу.

— Мне не о чем сожалеть. У Дутанора, шанс победить проводника душ был куда выше, чем у любого из вас, — спокойно ответил профессор.

— И откуда же, позвольте поинтересоваться, у недоучки, который ни один год проходил на первых кругах, вдруг появился потенциал к такому не просто быстрому, а можно сказать наибыстрейшему изучению пути кругов?! — в разговор влез Юлиан, которого совсем недавно приняли в ряды высших защитников взамен старика Ампелайоса.

— Хороший вопрос, Юлиан. Я рад, что мы приняли тебя к нам. Итак, кто-нибудь знает, откуда, у самого слабого ученика в ордене, вдруг появился такой необычайный талант? — оглядывая всех в помещении, спросил Джунгран. Самым первым под его подозрение попал Ильмарион, что, в принципе, никого из присутствующих не удивило. -Может быть, ты, Ильмарион, поведаешь нам об этом? Или ты, Улькиус? — продолжал он. — Это ведь вы с ним общались больше всех.

— Я тоже с ним много общался, Джунгран, и ты это знаешь, если уж обвиняешь их, тогда вини и меня! Но я не замечал ничего необычного в Дутаноре, — вступился за двух товарищей Изентриэль, который не меньше остальных строил догадки относительно Дутанора. Джунгран не захотел встревать в перепалку с испанцем и замолчал.

Ярослав, который стоял, облокотившись спиной на стену, заметил, как четыре зверя переглядываются между собой.

— Вам что-нибудь известно об этом? — спросил тот, посмотрев в их сторону.

— Нет, нам о чём то подобном неизвестно, мы также были удивлены этим событием, как и все вы, — ответил Энэпей от лица своих братьев, пытаясь сохранять невозмутимое лицо.

Ярослав исподлобья посмотрел на зверей, показывая им свое явное недоверие.

— Прекратите, всё это сейчас абсолютно не имеет смысла. Лонут сообщил, что их разведчики зафиксировали движение ренианцев. Они готовы напасть в любой момент! — крикнул Анурий, пытаясь напомнить своим товарищам о том, что у них есть проблемы куда серьезней, чем внезапный рост Дутанора в силе.

— Линтранд, что будем делать? — спросил его Ильмарион.

— А разве не ясно? Мы будем сражаться, бросим на них все силы, больше нам ничего не остается. Нам нужно продержаться до начала турнира, то есть, несколько дней, а там уже будем решать, как поступить дальше. У вас у всех есть своя роль в этой битве, все уже было обговорено сотни раз. Будем надеяться, что Дутанор вернется с хорошими новостями и, что самое главное, не один. Откуда он взял силу мы спросим его потом. На этом совещание окончено. Ильмарион, Изентриэль, Джек и Анурий, жду вас в своих покоях через десять минут.

* * *

— Как думаете, что ему от нас нужно? — спросил Джек ребят, пока они шли по главному залу к покоям Линтранда.

— Не знаю, может у старика завалялось пару тузов в рукаве? — предположил Ильмарион.

— В любом случае, это будет кровопролитная война. Без флота илкарцев нам не продержаться и дня, — "обнадежил" всех Изентриэль.

— А я смотрю ты в боевом расположении духа? — улыбаясь, сказал Анурий, который всегда считал Изентриэля безрассудным и бесстрашным.

— Не в этом дело, просто мы слишком сильно зависим от илкарцев, и я им не доверяю, — пробубнил испанец.

Они подошли к большим воротам, ведущим в покои Линтранда. Анурий отворил их и первым вошел внутрь, за ним последовали все остальные. Внутри их всех уже ждал Линтранд, который смотрел, как оранжевое солнце скрывалось за горизонтом, погружая мир во мрак.

— Присаживайтесь, — Линтранд повернулся к защитникам и указал обеими руками на расставленные друг напротив друга диваны. Защитники расселись по двое, сам Линтранд встал с кресла и сел на стол, чтобы быть поближе к ним.

— Я позвал вас, чтобы дать вам одно важное поручение, — сказал он.

— В чем его суть? — спросил Изентриэль.

Линтранд наклонился немножко вперед, и хранители самопроизвольно последовали его примеру.

— Я назначаю вас, хранителями свитка, — сказал тот с такой интонацией, будто это была самая высокая должность в мире.

Изентриэль не сдержался и загоготал во весь голос. Ильмарион, сидевший рядом, тут же ткнул его локтем в бок, а двое оставшихся не знали, какую эмоцию им изобразить, глядя на все это.

— Что? Ну просто это так звучит, хранители свитка, ощущаю себя каким-то древним стражем из приключенческой книжки, — все еще продолжая немного посмеиваться, сказал испанец.

— Да, знаю, звучит и вправду смешно, но если вы провалите это задание, единственная фантастическая книжка в которой напишут о тебе, будет называться, "Они погубили человечество", — улыбнулся ему Линтранд, растянув на лице безобидную улыбку. Изентриэль тут же замолк и стал серьезней.

— Если мы начнем проигрывать... — начал говорить Линтранд.

— Что вы такое говорите, мы не проиграем! — сию же секунду вскочил Джек, дабы возразить такому пессимизму.

— Прошу, не перебивай меня, — спокойно попросил его Линтранд, подав при этом соответствующий жест ладонью. Джек сердито сжал губы, но сел обратно.

— Если вдруг, мы начнем проигрывать, вы, должны будете схватить свиток для записи на турнир и умчаться с ним прочь. Прятаться, скрываться, защищать его до последней частички илуния, до последнего вздоха, до тех пор, пока этот кусочек надежды не загорится. В этом случае, одному из вас придется записаться на турнир.

— Это же чистой воды безумие, Линтранд! Почему бы тебе так не поступить? Ты самый сильный из нас! -возмутился Изентриэль. — И почему именно мы? Я не хочу отступать, только трус покидает своих друзей на поле боя! — все защитники тут же поддержали испанца, не желая мириться с позорным отступлением.

— Я не могу так сделать, если отступлю я, то остальных перебьют слишком быстро, не дав мне времени скрыться. К тому же, все внимание врага будет приковано ко мне, они не дадут мне ступить даже шагу.

— Попроси других защитников, это не справедливо! — продолжал спор Изентриэль.

— Я сделал свой выбор! Если вы не хотите следовать моим приказам, то человечество обречено еще до начала сражения! — не выдержал Линтранд и с криком сорвался на непослушных защитников.

— Успокойся, Изентриэль, не нужно сейчас ссор, выбор сделан, сядь, — успокаивал его Ильмарион, схватив за руку и таща вниз, чтобы тот сел обратно. Изентриэль, чьи руки дрожали от злости и не желания покидать поле битвы, сел с недовольным лицом обратно на диван, показательно скрестив руки и опустив голову.

— Что ж... я согласен, клянусь, что выполню любой ваш приказ, господин Линтранд, — воодушевился Джек, встав во весь свой рост и приложив левую руку к сердцу.

— Я тоже за, — поддержал его Анурий.

— И я, — согласился Ильмарион. Затем, все уставились на обозленного Изентриэля.

-Ну, — шепотом подначивал его Ильмарион, при этом улыбаясь.

Четыре пары глаз уставились на Изентриэля, давя на него, словно гигантский пресс. От этих взглядов он никуда не мог подеваться, они забирались к нему в душу и выворачивали его совесть наизнанку.

— Да, да! Куда Ильмарион, туда и я! В конце концов, только он варит такое отличное поило, — наконец сдался испанец.

Компания от души посмеялась.

— Я рад, что могу на вас положиться, — с улыбкой сказал Линтранд, на что все собравшиеся искренне улыбнулись в ответ.

Линтранд поблагодарил всех за согласие и попросил задержаться еще ненадолго лишь Анурия. Оставшись наедине, Анурий заговорил первым.

— В чем дело? Только не говорите, что назначаете меня хранителем хранителей, — пошутил тот.

— Нет-нет, ничего такого, — все еще улыбаясь над шуткой, Линтранд подошел к своему столу и достал с нижней полки золотое ожерелье. Оно было украшено семью изумрудами, по три возрастающих с каждой стороны и один большой в центре. Он протянул ладонь Анурию и тот аккуратно взял это ожерелье из рук своего наставника.

— Что это? Зачем вы мне это даете? — Анурии рассматривал прекрасное ожерелье, проводя большим пальцем по одному из изумрудов.

— Это ожерелье принадлежало твоей матери, думаю, пришло время отдать тебе его.

Анурий удивленно посмотрел на Линтранда, затем его взгляд снова вернулся к ожерелью.

— Моей мамы? Вы не шутите? Но откуда оно у вас? Почему вы раньше мне о нем не рассказали? — Анурий крепко сжал ожерелье, за секунду, эта не особо значимая для него вещь, превратилась в самое ценное, что у него есть.

— Просто ждал подходящий момент, — на лице Линтранда читалась грусть и не ловкость от этой ситуации.

— Ждали подходящий момент? Так откуда оно у вас?

— Это не важно, а теперь, иди, у нас у всех еще много работы.

— Но...— попытался что-то сказать Анурий, но Линтранд не желал продолжать беседу.

-Иди уже! И береги это ожерелье...

Анурию ничего не оставалось кроме, как уйти, но он еще планировал вернуться к этому разговору. Он дошел до середины зала, разглядывая ожерелье в руках и раздумывая о том, откуда оно у Линтранда. Мысли заставили его остановиться. Повернувшись он посмотрел назад, неведомая разгадка посетила его голову. Простояв еще минуту в раздумьях и поглядывая то на ожерелье, то на входную дверь в покои Линтранда, Анурий улыбнулся и пошел дальше, продолжая сжимать ожерелье, как самую ценную вещь во вселенной.

* * *

— А ты очень предан Линтранду, несмотря на то, что ты никогда не был рыцарем, им было бы чему у тебя поучиться, — сказал Ильмарион Джеку, восхищенный его недавней клятвой Линтранду. Троица ехала в лифте.

— Я всю свою юность мечтал быть рыцарем, в мое время, все мечтали. Особенно если ты родился простым нищим крестьянином. Судьба не сделала меня рыцарем, но она уготовила мне стать величайшим, чем любой из них, и я не подведу её.

— Складно говоришь, Джек, не зря столько книжек читаешь, — подшутил над ним Изентриэль.

— Стараюсь.

— А вот и наш этаж, — сказал Ильмарион. -Лифт остановился, и они вышли вместе с Изентриэлем, Джек поехал дальше.

— Думаешь, мы и вправду проиграем? — спросил его Изентриэль.

— Не знаю, дружище, но мы должны сделать все, что в наших силах, надеюсь, наш проект принесет плоды...

— Я все еще не верю в произошедшее с Дутанором, в голову лезут страшные мысли...— печально произнес Изентриэль и, достав из правого кармана стальную, платинового цвета зажигалку вместе с пачкой сигарет, не спеша закурил. Легкие наполнились успокаивающим ядом и затем пустили дым в свободное плавание по коридорам замка.

— Я тоже был шокирован не меньше остальных. Дутанор мне стал, как младший брат, и мое волнение даже посильнее, чем у многих, — этаж по которому шли товарищи, напоминал один большой склад. Там было много стройматериалов и оставленных инструментов, которые рабочие побросали, едва рабочий день подошел к концу и мысли о горячей еде и теплой кровати полностью подчинили себе работяг.

— Дутанор же отличный парень. Мы с ним столько раз попадали в забавные истории за эти пять лет. Я помню, как он жаловался мне, что прилагает столько усилий, чтобы стать сильнее и все бестолку. И вдруг, внезапно, всего за каких-то жалких пять лет он проходит на шестнадцатый круг... Конечно, у нас есть настоящие таланты, гении своего дела, например, этот Юлиан, — Изентриэль стряхнул пепел и вновь сделал глубокий затяг.

— Да, но если Юлиан с самого начал был известен, как гений, то откуда вдруг Дутанор им стал? Парень без капельки таланта вырывается на шестнадцатый круг. Вроде, вот он, на шестом круге, рыдает пьяным в стельку, что ему не суждено стать сильным. И вот неожиданно мы все чувствуем невероятный всплеск энергии посреди ночи, а его источником является никто иной, как малыш Дутанор, — рассуждал Ильмарион.

— Странно все это черт побери... ой как странно. Когда он вернется, нужно будет как следует это с ним обсудить за бутылочкой крепкого, — подмигнув, предложил Изентриэль.

— Согласен. Эх, ладно, доделаем работу, да в "Пивную общину", соберемся в предстоящей битве.

Изентриэль положительно кивнул головой.

* * *

Юлиан лежал вместе с Изабеллой под одеялом. Он нежно гладил её около виска, смотря на неё влюбленным взглядом, а она не могла оторваться от него, утопая в его голубых глазах.

— Ты боишься? — спросил её Юлиан.

— Я не боюсь смерти, лишь потерять тебя, -шепотом ответила она.

— Так давай убежим, скроемся от этой войны. Заберем корабль и улетим. Вселенная такая огромная, мы затеряемся с тобой среди множества звезд, -предложил Юлиан.

— Мы не можем так поступить, не можем бросить человечество на погибель, -Изабелла печально опустила взгляд.

— Да что нам это человечество? У них есть защитники, мы ничего им не должны, люди слабы, от них одни беды...

— Но ты ведь тоже человек, как и я.

— Нет, мы куда лучше, совершенней, нас нельзя назвать людьми.

— Мы просто те, кому повезло родится с сильной душой, вот и все, но мы совершаем те же ошибки, что и все люди. Взять, например, меня, я мстительная и властная, ты и сам видел, что я делала с мужчинами, — отвечала Изабелла.

— Нет, не говори так, ты самая прекрасная девушка из всех. Прошу, полетели со мной, и тогда мы будем любить друг друга вечно, вдали от посторонних глаз, дурацкой войны и всех этих обязательств, — продолжал уговаривать Юлиан.

— Я итак буду любить тебя вечно, даже если умру, — Изабелла поцеловала его и приподнялась, прикрывая свои груди одеялом, вложив свои ступни в теплые, мягкие тапочки на полу. Её прекрасная спина была открыта. Юлиан положил свою левую руку на изгиб её талии, а другой рукой обнял за плечо, при этом нежно поцеловав в шею.

— Я не допущу этого, — сказал он, продолжая целовать её вдоль шеи.

— Тогда тебе придется остаться со мной, здесь, и бороться за тех, кого ты так ненавидишь, — сказала Изабелла, томно вздыхая и тая от прикосновений его губ. По коже сильной и властной женщины, прошли самые обыкновенные человеческие мурашки.

— Я буду бороться не за них, а за тебя.

Изабелла повернулась к Юлиану и еще раз взглянула в его выразительные глаза.

— Пойми, Юлиан, для меня и Кристины, это не просто война, это дело чести. Тебе ли не знать, что с нами сделали?

— Прошу, не вспоминай об этом...

— А я и не вспоминаю... Чтобы что-то вспомнить, нужно это что-то забыть, но я не забываю, каждый день эта картина встает перед моими глазами... — с грустью в глазах сказала Изабелла.

— Если бы я был в тот момент рядом, то... — разозлился Юлиан, но любимая тут же успокоила его, приложив свой указательный палец к его губам, чтобы тот замолчал.

— Но тебя не было, ты еще даже не родился, — наконец улыбнулась она, но лишь на мгновение и её взгляд снова захватила тоска. — Когда... когда эти сволочи, снова и снова насиловали меня и Кристину, никто не заступился за нас. С тех пор, мы поклялись, что всегда будем заступаться за слабых и за тех, кто нуждается в нас. Мы не отступим даже перед лицом смерти.

Юлиан взял её за руку, палец которой был у его губ. Он повернул её ладонь и поцеловал, прижав посильнее к своим губам.

— Тогда, я закрою тебя своим телом, от её взгляда, — утешающе сказал тот. Юлиан был готов на все ради своей Изабеллы и ни одна армия не могла заставить отступить его, бросив свою любовь.

Линтранд сидел в гордом одиночестве за своим столом. Тусклая настольная лампа слегка освещала его лицо, предавая ему еще более задумчивый и таинственный вид. Он тяжело вздохнул и связался с Авгултом. Центральная часть стола поднялась вверх и преобразилась в монитор.

— Здравствуй, Авгулт, — произнес тот, едва император появился на экране.

— Рад тебя видеть, Линтранд, чем обязан? — с улыбкой ответил тот.

— Оставим любезности, Авгулт, я прекрасно знаю о том, что вы хотите использовать нас, как мясной щит.

Авгулт тут же изменился в лице.

— Тогда почему ты не расскажешь об этом своему народу? — злобно ответил тот.

— Да брось, это не выгодно ни людям ни илкарцем, но, у меня к тебе есть предложение.

— И отказаться, я так думаю, не могу? — Авгулт улыбнулся, манипуляции Линтранда его очень забавляли.

— Любой может отказаться, но вот, сможет ли он выдержать последствия своего отказа... — ехидно сказал Линтранд.

— Чего ты хочешь? — коротко ответил Авгулт.

— Убежища.

— Убежища? Если б у нас было такое, думаешь мы стали бы выходить на открытый бой? — сказал Авгулт с таким тоном будто Линтранд спятил.

— Я не прошу убежища для всех людей, только для четырех. Для того человека, который запишется на турнир и для трех его спутников. Вы должны будете приютить их у себя на корабле, дать необходимые им данные и ресурсы, а также доставить на место проведения турнира.

— И что мне с этого будет? — спросил тот.

— Я промолчу о вашей затее, и вы понесете меньше потерь. До начала турнира мы точно продержимся. Вопрос лишь в том, кто понесет больше потерь.

Авгулт задумался. Ещё не успев дать ответ словом, он довольно покивал головой и улыбнулся.

— Мм, хорошо, я согласен. Мой народ перенес уже достаточно смертей, главный удар вы примите на себя. Конец связи.

Император исчез с экранов, оставив Линтранда раздумывать над правильностью своих действий. Тот тяжело вздохнул и залпом выпил бутылку илуниевого виски. Линтранд презирал себя за свои манипуляции, ненавидел всей своей душой того, кем он стал под давлением этой непосильной ответственности.

— Простите меня, простите... — шепотом произнес он, закрыв глаза и едва сдерживая слёз.

Глава 4

Тысяча сияний

Мы пустимся с тобою в пляс

и смерть не остановит нас.

Ведь, испустив последний вздох,

моя душа станцует вновь,

свободная на век от тела

ей больше не страшна потеря.

С тобою мы закружимся, в танце удалом,

может быть и пьяными, а может нагишом.

Смерти лишь останется, только подождать,

когда закончим мы с тобой под вистл танцевать.

Посмотри она устала, нас с тобою ждать.

Наши души вечно, могут танцевать.

Ильмарион напевал эту песню под забористые похлопыванья, мелодию, состоящую из народных ирландских музыкальных инструментов и топанья ногами. Люди кружились в танце на всех пяти этажах "Пивной общины". Такие слова никого страшили, мужчины перестали бояться предстоящего сражения. Смерть начинала казаться им не больше, чем забавой, чем-то, чего не стоит бояться. Ильмарион прекрасно знал, что музыка, лучше всего дергает за нужные струны души.

Люди кружились парами, защитники, простые солдаты, простые граждане, все отплясывали с радостью. Эль тёк рекой, казалось, будто сама смерть присоединилась к ним на праздник. Время замедлилось и все проблемы оказались где-то далеко-далеко. Ярослав отплясывал сильнее всех. На мгновение, можно было бы подумать, что под его топотом пол вот-вот сейчас проломится.

— Эх, давай народ, пляшем! — белокурый гигант разошелся пуще прежнего, его дух веселья подхватывал абсолютно всех в помещении. Место было наполнено смехом и счастьем.

Изентриэль сидел в углу и выпивал в гордом одиночестве. Рядом с ним на лавку с обеих сторон плюхнулись Джек и Стэмшур, в руках у них было по стакану эля, а лица так и горели от счастья.

— Эй, Изентриэль, дружище, ты чего тут сидишь в одиночестве? — спросил Джек и тут же залпом отпил пинту эля.

— Да, ты чего? Это же не в твоем стиле! Изентриэль, которого я знаю, уже во всю сейчас бы горланил и приставал к какой-нибудь красавице, — подтолкнул его локтем Стэмшур. Изентриэль слегка улыбнулся, на мгновение поддавшись их веселью.

— Вот скажите мне, какие у вас ощущения перед боем? — спросил испанец. Товарищи переглянулись между собой.

— Да в принципе, никаких. Я уже столько раз воевал, столько крови видел за свою жизнь, что война для меня стала... чем-то обыденным. — Стэмшур сказал это так беззаботно, будто война и вправду была нечто вроде каждодневной работой в поле и не больше.

— Да, у меня все тоже самое, — согласился Джек.

— Знаете, перед своим первым боем, я в страхе вспоминал всю свою жизнь, пока моча струилась по моим штанам из-за вида огромной армии, с которой мы сейчас столкнемся лоб в лоб, — с ухмылкой произнес испанец. — Что я успел, а что нет? С кем не попрощался и с кем бы хотел сейчас быть? Словно уже заранее похоронил себя... но я смог чудом выжить и с тех пор в моей жизни были тысячи сражений, а это чувство полностью оставило меня, как и вас, но сегодня... В преддверии войны оно вернулось ко мне спустя сотни лет, и вот я сижу, и мне кажется, что я не выживу в этой чертовой войне на этот раз... Что я скоро умру и в моей жизни осталось тысячи незаконченных дел, тысячи поломанных мною судеб...— Изентриэль с улыбкой смотрел на дно своего стакана, выговорившись, ему даже полегчало.

Джек и Стэмшур переглянулись и затем, первый хлопнув Изентриэля по плечу.

— Боже, что за мысли в твоей голове? Давай-ка прекращай это и присоединяйся к нам. Сегодня мы веселимся, а погрустить еще все успеем.

— Да, пожалуй, вы правы. Дайте мне допить, и я к вам присоединюсь, обещаю, — фальшиво улыбнулся Изентриэль и те оставили его, не разобрав ложь будучи пьяными.

Джунгран сидел за столом и рассматривал свой меч. Он медленно начал доставать его из ножен и на лезвии слегка показалась гравировка в виде небольшого домика, как вдруг сзади к нему кто-то подошел, и тот махом засунул меч обратно.

— Ты чего это тут? — это был Анурий, решивший перевести дух от танцев.

— Ничего, просто устал танцевать, за Ярославом не угонишься.

— Да уж, Ярослав сегодня в ударе, — довольным тоном произнес Анурий, смотря, как здоровяк во всю отплясывает посреди зала.

— Скажи, Анурий, как у тебя это получается?

— Ты, о чем это?

— Ты всю жизнь прожил без семьи. Каждый день ты рос и видел счастливые лица детей, когда они играли со своими родителями, когда обнимали их, когда вешались им на шею. Так как же ты не сошел с ума среди этого счастливого безобразия?

Анурий заулыбался, он знал, что ему ответить на это.

— Может быть, потому, что вы моя семья?

Джунгран не понимающе посмотрел на него.

— Что? Не нужно так удивляться моим словам. Вы все — моя семья. Разве Линтранд не говорил нам, что все мы здесь братья и сестры?

Джунгран тут же призадумался и сжал губы. Звуки музыки и веселья тут же притихли, а слова Анурия звучали громче всего остального в его голове.

— Я знаю, как тяжело тебе пришлось пережить утрату, но не забывай, Джунгран, все мы здесь твоя семья и готовы умереть за тебя. Ты только скажи, и мы свернем горы, если это сделает тебя счастливее, — Анурий положил руку на плечо своему товарищу.

— Линтранд, — к нему подошел Улькиус.

-Что такое? — спросил, проникшийся праздничным духом Линтранд. Он улыбался, когда поворачивался к профессору, но едва завидев его, улыбка тут же сменилась на беспокойство.

Профессор был очень напуган и взволнован, это было очень редкое явление, от чего Линтранду стало только хуже.

— Это срочно, тебя ждет Лонут, за дверью, Линтранд, он ранен,— на Улькиусе совсем не было лица.

Линтранд быстро последовал вниз, благо из-за праздника никто не замечал двух напуганных мужчин, пробирающихся к выходу. Он выбежал, распахнув дверь с такой силой, что та чуть не слетела с петель. Лонут стоял, облокотившись на стену, и держался за бок, из которого текла темная кровь.

— Линтранд... — с трудом выговорил тот. Он хотел к нему подойти, но едва не упал от бессилья, Улькиус успел его подхватить.

-Что случилось?! — с ужасом спросил Линтранд.

— П-предатели, среди нас оказались предатели. Они обрубили всю нашу связь, мы не могли с вами связаться, чтобы предупредить, — Лонут отхаркивал кровью и тяжело дышал, жадно хватая кислород.

— Тише, не перенапрягайся. Какого хрена, Улькиус, почему его рана не заживает?! — дрожащим голосом спросил Линтранд.

— Я-я не знаю, она уже должна была давно затянуться...— оба не могли соображать, их разум был затуманен от такой внезапной новости.

— У меня не осталось илуния, я все потратил, чтобы добраться сюда, мне нужно время, на восстановление... Линтранд, -Лонут снова закашлял. — Наш флот разбит, ренианцы появились из ниоткуда, разведчики не сообщили нам, их либо убили, либо они все предали нас.

На лицах Улькиуса и Линтранда застыл ужас, они посмотрели друг на друга, надеясь услышать хоть какую-то идею от одного из них.

— Постой, а что с Дутанором, что с ним?

— Он улетел от нас еще до того, как все это началось, — прокрихтел Лонут.

Линтранд и Улькиус с облегчением выдохнули.

— Сколько из вас выжило? — спросил Линтранд.

— Я не знаю, Авгулт силой запихнул меня на корабль и отправил к вам, чтобы обо всем доложить, — по щекам Лонута потекли слезы, такие же чистые и прозрачные, как и у людей. — Может быть... может быть я вообще единственный выживший.

— Улькиус, отведи его в лазарет и вылечи, дай успокоительного.

— Хорошо, а что будешь делать ты? — Улькиус посмотрел на Линтранда и понял, что ему сейчас предстоит сказать людям нечто ужасное.

— Удачи... — сказал он и направился с Лонутом в лазарет. — Крепись, Лонут, сейчас я тебя подлатаю. Угораздило же тебя потратить весь илуний, я даже не могу моментально перенести тебя, твое тело просто не выдержит такую нагрузку. Ты сейчас просто илкарец.

-Прости, — сквозь боль проговорил тот.

— Не извиняйся, это я так, ворчание старика.

Линтранд проходил мимо веселящейся толпы и не знал, как ему быть. Что он должен сказать сейчас этим людям? Как объяснить им, что теперь у них практически нету шансов. Ильмарион увидел, как Линтранд идет в его сторону с чрезвычайно мрачным лицом, он прекратил петь и остановил остальных музыкантов. Все повернулись в сторону Ильмариона, чтобы выяснить причину остановки мелодии. Люди на нижних этажах просто замерли, думая, что колонки сломались. Защитники первые поняли, произошло что-то ужасное. Линтранд медленно подошел к Ильмариону, оттягивая этот неизбежный момент. Он повернулся к публике и их опасения подтвердились. Нажав на кнопку громкой связи, слова Линтранда начали сражать одного бедолагу за другим.

— Друзья мои, мне очень тяжело прерывать столь прекрасный праздник, но я вынужден... вынужден, как ваш лидер и ваш защитник сообщить вам страшную правду. Флот илкарцев, пал.

На лицах людей тут же появился страх и отчаяние, кто-то не верил в услышанное, кто-то даже упал в обморок. Спустя пару секунд толпа вспыхнула от ужаса и "Пивная община" разразилась паническими криками. Изентриэль сильно сжал деревянный стакан в своей руке, его чувство опасности подтвердилось.

— Тихо! — закричал Линтранд, используя свою силу, чем оглушил простых жителей. Те тут же замерли на месте и, придя в себя, постарались взять страх в руки, чтобы услышать своего лидера.

— Среди них оказались предатели, которые дезинформировали их касательно положения армии ренианцев. Лонут, рискуя своей жизнью, прилетел к нам, чтобы сообщить эту ужасную весть.

— Что, Лонут?! Как он?! — вскочил Ильмарион.

— Он тяжело ранен, но его жизни ничего не угрожает. Улькиус работает над ним в лазарете, можешь идти туда, если хочешь.

— Спасибо, — Ильмарион тут же помчался в лазарет.

— Что мы теперь будем делать? — спросил Борий.

— Мы будем сражаться, как и планировали, всем нужно пойти и выспаться по возможности. Защитники, вас это не касается, вы заступаете на свои позиции, сейчас же!

Позже Линтранд сообщил эти ужасные новости лидерам других стран. Планета погрузилась во тьму. Простым гражданам было решено ничего не говорить, чтобы избежать паники, которой итак хватало. Спустя несколько часов в комнату к Линтранду пришел Анурий. Он постучал, но никто не ответил, дверь была открыта. Анурий аккуратно прошел внутрь и увидел Линтранда. Тот склонился над столом и нервно оглядывал план боевых действий, который они разработали с илкарцами и от которого больше не было никакого проку.

— Столько работы и все впустую... — разочарованным тоном произнес он, не замечая стоящего перед ним Анурия.

— Кхм-кхм, — покашлял Анурий, дабы привлечь к себе внимание.

— А, это ты,— уставшим голосом сказал тот. — Проходи, в чем дело?

— Я пришел поговорить, Линтранд. Скоро нас ждет война и другой возможности может и не быть...

— Да что ты такое говоришь, вот увидишь, скоро ты будешь вспоминать свои слова, празднуя победу, и тебе станет за них стыдно! — старался не терять оптимизма тот, что получалось у него отнюдь не в лучшем виде.

— Было бы неплохо, — на лице Анурия появилась слабая улыбка. — Но я не страшусь смерти, скорее, умереть с незаконченными делами...

— А у тебя такие есть? — с любопытством спросил тот.

— Послушай, Линтранд, я знаю, что ты мой отец. То ожерелье, что ты мне дал, ты ведь когда-то подарил его моей матери.

От неожиданности Линтранд раскрыл рот, но быстро взял в себя руки.

— Что, с чего ты это взял? — нервно спросил тот.

— Ампелайос рассказал мне перед нашей отправкой на Луну семь лет назад. Он также рассказал, что ты специально не рассказываешь всю историю битвы при Атлантиде, так, как там было на самом деле и ему тоже запретил.

— Постой, я не понимаю, о чем ты...

— В тот день ты был безумнее Ампелайоса, — не замечая слов Линтранда, продолжал говорить тот. — Ведь в тот день ты увидел не четыре стула с телами, как всем рассказываешь, а пять. И на пятом сидела моя мама и твоя возлюбленная, а в руках Ампелайоса был я — твой сын.

"Так вот оно что..." -думал про себя Улькиус, который поставил в комнате Линтранда прослушивающее устройство, после того, как тот скрыл от него тайну с передачей рецепта.

"Теперь все становится на свои места. Линтранд так опекал его и всегда лично тренировал военному делу. Плюс, это внешнее сходство и глаза, я все гадал, в кого у него зеленые глаза. Волосы и черты лица у него от матери, но, эти выразительные зеленые глаза... И как ты посмел скрывать от нас такую информацию, а главное, почему скрывал от Анурия?"

— Тогда, ты показал Ампелайосу, кто из вас на самом деле ужасен. Ты спас меня, а ему чудесным образом удалось пережить твой гнев. С тех пор ты опекаешь меня и заботишься обо мне. Все одиннадцать тысяч лет я ждал, когда же ты признаешься... Но ты, видимо, готов унести этот секрет с собой в могилу, — осуждающим тоном сказал Анурий. Линтранд сел на диван и прикрыл свою лицо ладонями, опершись локтями на свои бедра.

— Прости меня... — вымолвил он.

— И это все, что ты хочешь сказать по этому поводу?

— Прости меня, сын, — он протер глаза и посмотрел на свое дитя. — Я просто боялся, что узнав, кто твой настоящий отец, ты тут же обвинишь меня в смерти своей матери...

— Что? Что за глупость ты говоришь?

— Это не глупость! Ведь я, будучи одним из самых сильных людей в мире и не смог защитить свою любимую. Разве есть мне прощение? — с его глаз покапали слезы. -Я едва не потерял и тебя.

— Знаешь, единственный, кто тут осуждает тебя за смерть моей мамы, так это ты сам. И ты просто одиннадцать с половиной тысяч лет боялся не ведомо чего. Я и не знал, что ты такой трус, — с гневом Анурий встал и ушел из покоев Линтранда, тот пытался его остановить, но его сын молча пошел дальше.

Улькиус прослушав весь этот разговор уже сидел в своем мягком кресле в кампании бутылки виски и спящего Лонута.

— Эх, друг мой, как же ты любишь все взваливать на себя... — сказал он и отпил глоток из стакана.

Ильмарион спустился в лазарет, в коридоре он встретил Улькиуса, который подсказал ему палату Лонута. Ильмарион не спеша приоткрыл дверь и заглянул в помещение. Посреди серой комнаты стояла белая кровать. К телу илкарца были присоединены трубки по которым в его тело вливался серый илуний. Лонут был настолько сильно истощен, что начал дышать, так как его запасы внутри были полностью исчерпаны. Бард медленно прошел внутрь, стараясь не поднимать шума, хотя Лонут уже не спал.

— Ну как ты? — Ильмарион оглядел потрепанное тело своего друга и его душа зарыдала.

— Ильмарион... какая приятная... неожиданность, рад видеть твое лицо, друг, — с трудом говорил Лонут, пытаясь снова не заснуть от бессилья.

— А я рад видеть тебя живым, приятель, — хоть Ильмарион и был в маске, но по нему было понятно, что сейчас он улыбается.

— Это конец... Мы проиграли, Ильмарион... — Лонут попытался было приподняться, но Ильмарион попросил его этого не делать, положив свою ладонь ему на грудь и тем самым пресек попытки илкарца.

— Не говори так, у нас еще есть шанс, мы поборемся за наше выживание.

— Наш флот уничтожен, моя раса — мертва... Они все, они все мертвы... — по щекам Лонута снова полились слезы.

— Успокойся, слышишь меня, возьми себя в руки! Мы еще не проиграли, мы еще сможем дать им отпор, нужно лишь верить!

— У меня больше нету надежды... Ильмарион, их не остановить, это было ужасно... Это... они убивали абсолютно всех...

Бард вдруг вспомнил о Джорелле, которого отправил в этот опасный мир.

— Подожди, а что Джорелл? Неужели он тоже погиб вместе с остальными?

— Нет, его с нами... не было.

-Тогда где же он? С ним все в порядке?

Лонут замолчал, Ильмарион не отрывал от него взгляда, все сильнее и сильнее напирая на бедолагу.

— Он, он давно покинул нас...

— Покинул, что значит покинул? — Ильмарион присел на корточки и поравнялся лицом с Лонутом.

— Джорелл улетел на задание вместе с моим братом... пять лет назад... с тех пор о нем никто не слышал.

— Что? Какое задание, зачем вы отправили его туда? Я отослал его, чтобы он был там в безопасности.

— Мой брат... император, поручил ему и еще одному из наших братьев найти одного илкарца. Этот воин был очень силен и мог склонить чашу весов в нашу сторону, но все пошло не по плану... Алдриан сказал мне, что Джорелл стал заложником одних фанатиков. Послушай меня, я бы не наделся на то, что он все еще жив... Прости, кто же знал, что все так получится?

Ильмарион поднялся с ужасом в глазах. Он не сказал ни слова и словно тень вышел из палаты, а Лонут остался наедине со своей тьмой. Находясь в лифте Ильмарион вспомнил о Дутаноре, которого Линтранд отправил на убой к илкарцам, в поисках того, кого там уже давно не было, от чего ему стало еще хуже. Ильмарион закричал, что есть сил и ударил кулаком по стенке лифта. Дрожащими руками он схватился за свое лицо и облокотился на стену. В лифте раздался глухой звук плача. Но ему нужно было собраться, сейчас не то время, чтобы люди видели слабость в высших защитниках. Поднявшись наверх, Ильмарион уже как ни в чем не бывало вышел из лифта.

— Линтранд, я говорил с Лонутом, он сказал, что Джорелла с ними уже давно не было, куда же ты тогда отправил Дутанора? — Ильмарион специально сказал это по общей связи, чтобы все защитники слышали. В эфире стояла гробовая тишина.

— Отвечай, Линтранд, Ильмарион задал тебе вопрос. Что с малышом Дутанором? Где он? Если этого Джорелла уже давно не было среди илкарцев, то почему наш парень все еще не вернулся назад? — вступил в разговор Изентриэль.

— Что за дела? Ты хочешь сказать, что Линтранд отправил одного из сильнейших людей в никуда? — послышался еще один голос, принадлежавший самураю.

— Линтранд, нам нужны ответы, слышишь меня, Линтранд?! — снова заорал Ильмарион, уже еле сдерживая всплеск эмоций.

— Я слышу вас. Когда я отправлял Дутанора, то не знал, что Джорелла уже давно нету среди илкарцев. Тем не менее, ему удалось выяснить место, где он мог бы находится. Это было почти неделю назад... с тех пор, о нем ничего не было слышно. Ни пилот, ни Дутанор, так и не вернулись и на связь тоже не выходили.

От сказанного Линтрандом у некоторых защитников зародились сомненья. Все надеялись на тех двоих, что должны были вернуться и пополнить их ряды, но их не было... и возможно уже не будет.

— Я прошу вас, не теряйте надежды, возможно, возможно они еще вернутся... Главное продолжать верить. А теперь займите свои позиции, и да поможет нам удача.

* * *

Дутанор сидел в комнате Джорелла, когда к нему зашел Илиан.

— Не помешал?

— Нет, конечно нет, здесь ты главный и можешь ходить где угодно.

— Ну, то, что я главный, не дает мне повод вмешиваться в личное пространство моих подчиненных, — усмехнулся Илиан и затем сел на диван не далеко от Дутанора.

— Джорелл все еще не проснулся, а время поджимает... — Дутанор прикусил нижнюю губу, боясь, что он может опоздать к началу войны.

— Не волнуйся, он обязательно вернется. Знаешь, мы не плохо поладили с Джореллом за это время, но он всегда не охотно рассказывал про себя.

Дутанор улыбнулся.

— Да уж, Джорелл умел заводить знакомства с сильными мира сего и хранить свои секреты.

— Хах, ну, я надеюсь, ты то посговорчивей? Что за человек он был, до того, как покинул Землю?

— Он был целеустремлен, отважен, но всегда знал, когда нужно поступиться храбростью и отступить, — рассказывая, Дутанор вспомнил, как Джорелл терпел Юлиана, когда очень хотел ударить его или, когда молчал в нужный момент в разговорах с Ампелайосом. — Он не любил слабость, особенно в себе... Может быть он не рассказывал, но в первую очередь, Джорелл улетел потому, что жаждал найти здесь силы, чтобы защитить человечество. В принципе, он никому этого не рассказывал, но я то знаю, меня не обманешь, — Дутанор был сильно горд, тем что видел Джорелла насквозь. — Люди долгое время считали его монстром, но я был одним из первых, кто понял, что это не так. Джорелл разглядел во мне потенциал и верил в меня, а я разглядел в нем доброту, — от сказанного Дутанор слегка засмеялся. — Странно, наверное, что я рассказываю тебе такие вещи?

— Ни чуть, мне нравится, что ты так открыт, без всяких уловок и попыток скрыть хоть что-то, — возразил Илиан, который с удовольствием слушал о человеке, свалившимся на него словно снег на голову.

* * *

Спустя несколько часов, Джунгран, Анурий и Борий, вместе с десятью тысячами лучших солдат торчали на луне.

— Ненавижу это дерьмовое место, — возмущался Джунгран, пнув какую-то пустую коробку, и та, под слабой силой гравитации плавно полетела вперед.

— Эй, займись-ка делом, — сказал Анурий.

-Чего? Тебя не слышно? — переспросил тот.

— Я сказал, займись делом! — повторил Анурий.

— Ну просто замечательно. Я на дерьмовой планете с дерьмовой не работающей рацией, что может быть хуже?

К нему подошел Борий и протянул еще один передатчик, Джунгран снял свой и вставил себе в ухо новый.

— Спасибо, — сказал он, чтобы заодно проверить работу передатчика.

— Не за что, — с улыбкой ответил Борий, и самурай это прекрасно расслышал.

На луне была построена небольшая база вместимостью около пятьсот человек и укрепление вокруг нее. Также над головами солдат возвышалось четыре гигантских лазерных орудия около двухсот метров в длину. Такой лазер мог успешно прорезать инопланетные корабли последних моделей. Солдаты были покрыты той же илуниевой оболочкой, что и защитники, которая позволяла им свободно передвигаться по луне.

— Итак, нас здесь около десяти тысяч, только посмотри на них, они еще не поняли в какой заднице оказались. Совсем не привыкли к этой силе и ничего не знают. У них такие лица, будто им любой враг по плечу, — с издевкой произнес Джунгран, глядя на то, как толпа солдат заключала пари, кто больше всех убьет ренианцев.

— Им бы надо заключать другое пари... — присоединился к нему Анурий.

— Ага, кто из них больше проживет или, кто последний нассыт в штаны от страха, — усмехнулся самурай.

— Злой ты, Джунгран, — в шутку упрекнул его Анурий.

— Я не злой, я реалист. Черный юмор не так уж плох, тебе стоит попробовать, -довольным тоном предложил самурай.

— Как-нибудь потом, у нас сейчас много дел, — Анурий перенес пару ящиков и поставил их рядом со своей позицией.

— Они все уверены, что пришли на войну, но, к сожалению, многие из них пришли сегодня на свои похороны, просто еще не знают об этом, — едва слышно произнес Борий по закрытой связи высших защитников.

— Я вот тут подумал, может быть мы... — начал Джунгран.

— Стойте! Вы слышите это? — спросил Анурий.

— Слышим, что? — непонятливым тоном спросил самурай.

— Какой-то треск... — троица прислушалась повнимательней.

— Да, да, что-то такое есть, может со связью что-то? — предположил Борий.

— Анурий, Анурий, ты меня слышишь? — раздался нернвый голос Улькиуса .

— Да, Улькиус, в чем дело? У нас какие-то помехи.

— Это не помехи, они здесь, повторяю, они здесь! Мы зафиксировали огромную кротовую нору, появившуюся на границе нашей системы, со стороны Плутона. Всем подготовится, повторяю, всем подготовится.

— Началось! — все побежали занимать свои позиции. Люди устремили свои взгляды в космос и стали выжидать.

— Хм... — промычал кто-то из толпы.

— Что такое? — так же кто-то спросил его.

— Да ничего такого, — отнекивался тот, не придавая серьезного значения увиденному.

— Говори, солдат, — приказал Джунгран.

— Да просто я вдаль смотрел, и там звезда появилась.

— Звезда? — троица переглянулась между собой.

— Подождите, еще одна, а вот еще, ничего себе, прямо рождение звезд какое-то.

— Твою мать, это не звезды, это корабли ренианцев, они идут в атаку! -прокричал Борий, который посмотрел на сканер, встроенный в лазерное орудие.

Огней зажигалось все больше и больше и вот они заполонили все впереди. Тысячи сияний приближались к ним. Огоньки становились все ярче, как вдруг, прямо перед глазами, предстал первый из кораблей. Огромный, черный, цилиндрической формы, спереди он имел шесть длинных захватов, напоминавших клешни. Они равномерно расположились по окружности цилиндра, но в любой момент могли перемещаться по всему корпусу корабля при помощи рельс. Вместе, клешни создавали огромный энергетический шар и удерживали его перед лицевой частью корабля. В задней части располагалась двигательная система, сокрытая внутри конструкции, и выдающая себя лишь потоком выбрасываемых ею газов и частиц илуния из недр корабля в открытый космос. За ним последовало еще больше таких же кораблей, они всё прибывали и прибывали, внушая страх в слабых мира сего. И вот их число добралось до тысячи. Тысяча сфер нависло над людьми, словно множество мини-солнц, он освещали собою мрачный космос, одновременно восхищая и пугая. За ними пришли еще, другие корабли, которые выглядели так, как если бы кто-то немного вытянул полумесяц, добавил ему гигантское орудие по центру, которое могло испепелить планету людей в один выстрел и отправил покорять космос. С обратной его стороны было три отверстия, извергающие голубое пламя и несущее это чудо сквозь пространство. В высоту корабль казался по истине огромным, километра четыре, не меньше, однако в ширину был не больше полукилометра. Когда весь флот предстал перед людьми, надежды на победу не оставалось ни у кого.

— Ждать команды! — прокричал Анурий. — Чего они ждут? — спросил он тут же Улькиуса по связи.

— Не знаю, но меня очень пугают эти сферы впереди, боюсь представить, что это за оружие. Пока никаких действий не принимать. Нам все прекрасно видно на Земле.

— Сэр, сканеры засекли приближающийся корабль, — сообщили Линтранду из центра на Луне.

— Они выдвинули требования? — спросил тот.

— Да, они хотят встретиться с вами.

— Хорошо, дай им координаты, пусть летят к нам в крепость.

— Ты что, с ума сошел? — возмутился Улькиус. -Хочешь пустить зверя к себе в дом? — остальные защитники поддержали Улькиуса.

— Отставить панику, с небольшим дипломатическим отрядом мы справимся, пусть видят, что мы их не боимся. Отдавай им координаты, солдат.

Небольшой корабль той же цилиндрической формы вошел в атмосферу земли. Однако клешни в этот раз были убраны назад и использовались в качестве тяги. Транспорт подлетел к крепости и сел прямо в центре площади. В этот момент там скопилось множество солдат, окруживших неприятельский корабль. Дверь внешнего шлюза отворилась и оттуда вышло пять ренианцев. Один из них был в центре, окруженный остальными собратьями, словно небольшой стеной и всем своим видом показывал, что он здесь главный. Их встречал Изентриэль. Он был облачен в свое повседневное одеяние, но теперь поверх него была еще и защита. Его конечности покрыли коричневые пластины по всему телу. На туловище была кираса, в виде обхвативших его металлических щупалец, замыкающихся спереди и образуя спираль. Он заглянул внутрь корабля и увидел там пилота.

— А с этим что? — спросил он вышедших ренианцев.

— Просто пилот, ему нечего делать с нами. Он будет сидеть здесь и ждать нашего возвращения, — сказал тот ренианец, что был в центре.

— Ну ладно, идемте за мной.

Изентриэль сразу же приметил, что у тех пятерых есть на спине плавник, а у того пилота отсутствует. Он повернулся к ренианцам спиной, и они увидели, что у него на спине нарисован подмигивающий череп. Испанец повел ренианцев за собой, хотя предпочел бы убить их прямо на месте, те, в свою очередь, внимательно осматривали все вокруг и, казалось, были даже восхищены. Одеты они были в ту же броню, что и ренианцы напавшие на орден пять лет назад. Все злобно провожали их взглядом. В воздухе царило сильное напряжение, будто все вокруг было пропитано парами керосина и достаточно всего лишь маленькой искры, чтобы терпение людей взорвалось.

Делегация прошла все ворота, стоявшие на пути в замок и наконец подошла к дверям самой твердыни. Изентриэль распахнул белые мраморные двери двумя руками и перед послами открылся прекрасный тронный зал.

Стол, что стоял в центре, убрали, вместо этого проложили черную ковровую дорожку и пару столов по беднее с обеих сторон. Все высшие защитники собрались в тронном зале, также расположившись по обе стороны. Кто-то сидел на стуле, кто-то оперся на колонну, вместе с ними там находились и важные лидеры других стран. Которые при виде огромных, закованных в черные доспехи ренианцев, готовы были вот-вот разбежаться в панике. На троне восседал Линтранд, по бокам от него стояли Джек и Стэмшур, облаченные в свои доспехи.

У Джека были матово черные доспехи с янтарными вставками, которые словно кровеносные сосуды располагались по всей броне, а в промежутках между пластинами виднелась алая ткань. В руках у него был массивный выпуклый щит, поставленный на пол острым углом, и в длину укрывающий его до груди. В ширину же он был чуть шире его плеч. Дизайн щита был сделан по типу брони, а его бока украшали небольшие янтарные крылья феникса. Голову Джека защищал цельнокованый шлем со стальными расправленными крыльями, сделанными по тому же принципу, как и на его щите. У шлема были небольшие прорези для глаз, соединяющееся с тонкой линией от подбородка до носа. В щит был вложен длинный рыцарский меч с золотой гравировкой по середине лезвия, навершие которого было украшено рубином. За его спиной свисал прекрасный черно-красный плащ с золотой отделкой по краям.

С другой стороны, стоял не менее грозный воин, Стэмшур. Своим видом он олицетворял истинного защитника жителей деревни и своего ордена. Броня его, напротив, была цвета янтаря, сотни ответвлений разной толщины расползались по ней, как и у Джека, только цвет их был ярко-желтым. Его массивный круглый щит был сделан в виде герба ордена с четырьмя выпирающими острыми наконечниками. Шлем расширялся у шеи и блестел на свету, имея три небольших стальных гребня с золотой гравировкой и два овальных выреза для глаз, а также тонкую прорезь от подбородка до носа. В промежутках между пластинами выпирала желто-красная ткань. Меч был той же длины, что и у напарника, но отличался зазубринами лишь одной стороны и имел навершие в форме символики ордена, где вместо центрального круга располагался алмаз. Спину украшал тяжелый темно-коричневый плащ. Ренианцы не могли оторвать от их брони глаз, они не привыкли носить столь роскошную броню, такое могли позволить себе лишь избранные или великие воины их народа.

— Мне сказали, что вы хотите видеть меня, вот он я, говорите, — громким басом произнес Линтранд, который облокотился на одну руку и пристально смотрел на неприятеля, ища слабые места в их броне.

— Ваши союзники уничтожены, илкарцы пали и, если вы не сдадитесь, то будете уничтожены вместе с ними, — сказал центральный ренианец, все еще окруженный сородичами, которые не отходили от него ни на шаг.

— И что же нас ожидает, если мы вам сдадимся? — поинтересовался Линтранд.

— Вы станете нашими вассалами, будете работать для нас, умирать за нас и почитать нас, будете жить лишь для нас, но тем не менее, жить, — про акцентировал ренианец на последнем слове. — Если вы предпочтете сражаться, мы не будем отговаривать вас, ваша раса будет полностью уничтожена.

В зале поднялся шум, лидеры стран были напуганы, как никогда и было очевидно, что они обсуждают то, чтобы стать рабами, но живыми. Линтранд, не придавая особого значения этому унылому базару прямо за спиной неприятеля, наклонился в сторону ренианцев и сказал:

— Мы отказываемся становиться рабами, передай своему императору, что в его подчинении будут только наши трупы, — улыбнулся тот.

Лидеры стран тут же вскочили и в зале разразился самый что ни на есть дикий спор.

— Как вы смеете принимать такое решение за всех! — кричал один.

— Мы должны все это обсудить! — предложил второй.

— Да что тут обсуждать, только трус захочет быть рабом! — стукнув по столу, произнес один из пожилых генералов.

— Почему сразу рабами? Раньше такое практиковалось сплошь и рядом, и никто от этого сильно не пострадал, напротив, были даже плюсы! — выкрикнул кто-то еще, протирая ужасно вспотевший лоб платком.

— Раньше? Это когда хватало ума сжигать человека на костре, даже за незначительную провинность? Вы хотите последовать примеру, этих, людей? — пошутил еще один генерал.

— Тихо! — прокричал Линтранд, да опять так громко, что у простых людей зазвенело в ушах.

— Мы не будем рабами! Не погибнем в этой войне, так погибнем в другой, которую навяжут нам ренианцы, — уже спокойным тоном договорил Линтранд. — А теперь, вы получили свой ответ, попрошу вас покинуть это место.

Ренианец опустил голову и сказал:

— Видите ли, настоящий ренианец, никогда не принимает отказа...

— На что ты намекаешь? — спросил его Линтранд, уже приготовившись к самому худшему.

— Если ему отказывают, то он должен взять это силой! — ренианцы кинулись врассыпную, тот, что в центре, накинулся на Линтранда, однако дорогу ему перегородил Стэмшур. Он поднял ренианца на своем щите и отсек ему голову, откинув тело в сторону. Закончив с ним, Стэмшур посмотрел вперед и увидел, как Джек перерезает глотку последнему ренианцу. Синяя кровь первой пролилась в этой войне.

— Это все? — спросил его Стэмшур, на что товарищ положительно кивнул головой.

— Неплохая работа, быстро и слажено, — с восхищением похлопал в ладоши Ярослав. Все остальные защитники поддержали его, оставаясь при этом спокойными.

— Как вы можете быть такими спокойными? Вы же видели их флот! Да мы все здесь умрем! — возмутился лидер одной из стран и тут же поймал на себе гневные взгляды всех защитников.

— Успокоитесь, однажды мы все умрем, но сейчас у нас хотя бы есть шанс побороться, — усмехнулся Линтранд, растянув на лице довольную гримасу, взгляд его души начал овладевать им в предвкушении битвы. Он чувствовал, как кровь внутри него закипает, а душа жаждет услышать крики тех, кто прогнется под его мощью.

— Постойте! — прокричал Изентриэль. Все замолчали и перевели свое внимание на него. — Это не все! Пилот, на их корабле оставался пилот!

Находившиеся в зале переглянулись между собой.

— Прикажите солдатам на площади взять его в плен, — сказал Линтранд одному из подчиненных.

— Корабль! Немедленно осмотрите корабль! — прокричал тот по радиосвязи. Группа солдат из десяти человек тут же забежала внутрь.

— Осмотрите все внимательно, — приказал капитан, который с любопытством рассматривал диковинные технологии пришельцев.

— Здесь пусто. Здесь никого нет, сэр, — доложили ему.

— Не может этого быть! Мы полностью окружили корабль, никто не мог выйти отсюда. Может, он обладает технологией невидимости? — вслух задумался тот.

— Наблюдательность, кто бы мог подумать, что такое полезное качество, может оказаться причиной смерти его владельца, — пронесся эхом ужасающий голос. Солдаты всполошились.

— Кто здесь?! Покажись?! — прокричал капитан.

— Любопытство, тоже станет причиной твоей смерти, — вновь, угрожающе, кто-то ответил ему из тени.

— Заткнись! Покажись, тварь! — руки капитана тряслись от страха и адреналина, наполнившим его тело.

— Да будет так.

Капитан сделал несколько шагов назад в сторону выхода, чтобы выйти на площадь.

— Капитан, позади вас! — показал пальцем рядовой. Тот замер и боковым взглядом приметил серую дымку.

Силуэт начал прорисоваться все сильнее, ренианец закрепился на потолке вверх ногами. Он резко посмотрел на капитана и от внезапности бедолага шелохнулся назад, замахиваясь своим мечом. Секунда, и корабль наполнился людскими воплями.

— Что у вас там происходит?! — спросил по рации один из солдат снаружи. В этот момент на этой же частоте находились и защитники, которые следили за развитием событий.

— Эй, кто-нибудь, ответьте! — переспросил командир пехоты еще раз, в эфире стояла гробовая, пугающая тишина. Тогда еще один капитан приказал окружить корабль своим людям. Площадь была просто заполнена солдатами, они все встали вкруг и приготовились, никто не пройдет мимо них. Первыми была стена щитов, прямоугольной формы, аквамаринового цвета и с позолоченным гербом ордена по центру. Позади них были все остальные. На крышах расположились солдаты с энергетическим оружием, способным пробивать броню, укрепленную илунием на триста процентов.

— У меня плохое предчувствие. Ярослав, пойдешь со мной, остальным занять свои позиции! — приказал Линтранд и быстрым шагом направился на площадь.

Один из тех, на чью долю выпал приказ командира, подошел к входной двери корабля. Он очень аккуратно заглянул внутрь, его товарищи лежали растерзанными по частям. Внутри, корабль превратился в кровавую бойню. Солдат испугался и начал спешно отходить назад, но оступился и тело предательски потащило его на землю. В проходе, перед ним появился силуэт, уловив этот удачный момент. Рядовой успел лишь удивиться, как вдруг его отбросило не понятной волной на пару метров назад. В одно мгновение перед ним возникло двое, словно из ниоткуда. Ренианец и человек, который блокировал его удар, стояли там, где еще мгновение назад никого не было. Незваный спаситель держал одну из рук ренианца, тем самым, остановив смертельный удар, предназначавшийся солдату.

Площадь замерла, взгляды были прикованы к двум воинам. Этим человеком оказался Линтранд. Облаченный в белоснежные доспехи с черными, как смола вставками. Спереди кираса была украшена тонкими позолоченными пластинами поперек тела. Его голова была защищена лишь маской, такой же белоснежной, как броня. Она изображала гладкое без единой морщины лицо с парой отверстий на щеках. Из глаз его шли черные слезы, которые затем исчезали в тех самых отверстиях. За его плечами висел тяжелый плащ, с золотыми вышитыми полосками по краям и гербом ордена в центре.

Маскировка ренианца начала спадать и тот так же предстал перед всеми во всей своей красе. Ростом с Линтранда и по меньше в плечах, его серый взгляд встретился с глазами Линтранда, скрытыми во тьме маски.

Броня ренианца была черного цвета. С тремя прорезями на ребрах с каждой стороны, между которых была чешуйчатая ткань. От кистей, до середины локтей, у него были узкие, закованные в броню острые плавники, которые шли, как дополнительное оружие. Шлем был цельный с шлифованной поверхностью и хорошо отражал в себе местность. В обеих руках у него было нечто наподобие небольших скандинавских секир, с симметрично расходящимся лезвиями. Однако клинок было куда больше в размерах и длиннее, а также обладал эффектом мокрой стали и был украшен ренианской письменностью серебряного цвета, отдалено напоминавшую германские руны. Древко секир, как и сами лезвия, были абсолютно черными, поглощая любой свет, который падал на них.

Линтранд продолжал удерживать руку ренианца. В другой руке у него был огромных размеров двуручный молот. С отбивными шипами с одной стороны, гладкой поверхностью с другой и острыми наконечниками в начале и на конце оружия. Молот был на голову длиннее своего владельца. Древко было полностью обмотано черной кожей.

— Геройство... как глупо жертвовать своей жизнью ради других, и все равно всегда находятся такие глупцы. Геройство станет твоей погибелью, человек, -сказал инопланетянин.

Линтранд внимательно осмотрел ренианца и узнал его.

— Это ты... Ты тот ренианец, что сбежал, когда мы преследовали предателя, -промолвил он.

— Не зазнавайся, никто не сбегал. Просто у меня были неотложные дела и не было времени возиться со всеми вами, особенно с илкарцем, пришедшим на помощь, — ренианец хотел высвободить свою руку, но Линтранд крепко сжимал её.

— Всем покинуть это место! — прокричал Ярослав, пришедший с Линтрандом.

Все тут же подчинились и поспешили освободить площадь. Ярослав подбежал к испуганному солдату, которого спас от смерти Линтранд и утащил с собой, ибо тот был скован страхом перед теми двумя, что стояли перед ним.

Едва площадь освободилась, как Линтранд отпустил руку ренианца, и они схлестнулись в битве. Противники парировали удары друг друга, перемещаясь по всей площади и круша все здания вокруг. Ренианец исчез и Линтранда окутал непроглядный туман, удары посыпались на него со всех сторон, но каждый раз он умудрялся отбивать их. Однако радоваться было рано, шквал ударов усилился, и постепенно Линтранд начал сдавать позиции. На нем становилось все больше и больше порезов и тот момент, когда следующий удар мог стать последним, был совсем не за горами. Тогда Линтранд вонзил острие своего молота в землю и его окружила черная стена, которая мощной сверхсветовой волной разошлась в стороны, очистив все вокруг. Она достала ренианца и сбила его с ног. В это же мгновение Линтранд навис над своей целью, он замахнулся своим молотом и вдарил по ренианцу. Земля разлетелась вдребезги вместе с зданиями в радиусе ста с лишним метров, однако молот не попал в изначальную цель. Откуда-то со стороны послышался смех. Линтранд огляделся и увидел, как ренианец сидит на краю крыши одного из домов, которого не зацепило ударной волной.

— А ты хорошо сражаешься, — сказал тот, Линтранд промолчал.

— На сколько укреплена здесь местность? На триста процентов? Нет, пожалуй, больше, думаю, что на пятьсот. И ты смог разрушить её в таком радиусе? Ведь это далеко не самый твой сильный удар? — спросил его ренианец.

— Спустись сюда и я покажу тебе его, — Линтранд рвался в бой, сжав свой молот посильнее обеими руками, он с трудом сдерживался. Натура его души пробудилась вместе с глазами и сдерживать её становилось все тяжелее.

— Увы, наш бой придется отложить, боюсь, здесь сейчас станет опасно, -ехидно сказал ренианец, не отрывая взгляда от оппонента.

— Станет опасно? Хочешь сказать, бой со мной для тебя не нес ничего опасного? — спросил Линтранд, на что ренианец лишь насмешливо улыбнулся и пожал плечами.

Линтранд сделал шаг вперед.

— Думаешь, что сможешь остановить меня? — дразня спросил ренианец и тут же исчез, затем еще раз появился высоко в воздухе и взвыл в открытый космос.

Линтранд продолжал смотреть в небо, ренианец взбесил его и ему хотелось отправиться за ним, но человечество важнее, говорил он себе. Усмирив свою жажду битвы, он принял свой обычный облик.

— Улькиус, как там потолок полигона? — спросил Линтранд по передатчику, вставленному в ухо.

— Все хорошо, ни намека на обрушение, — ответил голос на другом конце связи. Линтранд с облегчением выдохнул.

— Я старался бить как можно слабее, все боялся, что потолок обрушится.

— Не переживай, в следующий раз не сдерживайся, земля куда крепче, чем ты думаешь. Если что, я подстрахую барьером, — успокоил того Улькиус.

— Все-таки глупая была затея, делать полигон прямо под деревней, — продолжил разговор Линтранд.

— Ну, а куда была деваться? Нам нужно же было как-то скрывать всплески силы от тренировок и одновременно маскировать целую дыру в горном хребте. Заниматься и тем, и тем в разных местах было бы очень проблематично.

— Я уж и забыл об этом...

— Линтранд! — раздался голос на частоте ордена.

— Что такое, Анурий? — спросил тот.

— Их светящиеся корабли окружили планету. Я не знаю почему именно сейчас, но эти сферы вдруг стали гореть еще ярче! Мне кажется, они сейчас выстрелят, скорее, скорее возводите щиты! — прокричал Анурий, что есть сил.

"Вот ублюдок. Так вот что он имел ввиду, когда сказал, что здесь скоро станет опасно. Но неужели они не стреляли лишь из-за него одного?" — подумал про себя Линтранд, вспоминая слова ренианца.

— Борий атаковал их из орудий, но чтобы пробить их поля нам нужно больше времени. Мы с защитниками можем попробовать напасть на них своими силами, — предложил Анурий.

— Забудь об этом, я уверен, это не так просто сделать, как можно представить на первый взгляд. Улькиус, запускай щит над орденом и не забудь покрыть полигон дополнительно своим щитом, мирные жители не должны погибнуть. Анурий, покрывайте Луну! — скомандовал Линтранд.

— Будет сделано, а что с остальными людьми? — спросил тот.

— Мы установили генераторы поля в крупных городах. Будем надеяться, что они послужат нам по назначению, и что люди вырыли достаточно глубокие бункеры, — ответил Линтранд, который оставался стоять на месте и смотреть в небеса.

— Я тоже, не хотелось бы, чтобы эти бункеры стали одной большой погребальной ямой, — Улькиус достал из кармана небольшой пульт управления и активировал поля.

Со всех уголков окружающей их местности, поднялись разноцветные лучи, которые моментально слились в центральной верхней точке и затем накрыли орден куполом. После полного становления, купол приобрел прозрачный вид, будто его там и не было. Аналогичная ситуация произошла и во всех крупных городах мира. Вся планета затаила дыхание.

— Сейчас будет выстрел! — продолжал вещать Анурий. — Я попробую... — не успел договорить он и связь прервалась.

— Анурий? Анурий?! — прокричал Линтранд. — На другом конце рации была тишина.

— Линтранд, посмотри в небо, — сказал ему Ярослав, стоящий рядом.

Он поднял глаза и увидел, как сквозь атмосферу прорываются безумно яркие сферы, озаряющие небеса. Еще мгновение, и они врезались в планету, по местности пронесся низкий протяжный звук. Все вокруг затряслось и наполнилось ослепляющим ярким светом. Радио эфир разрывался бесчисленными людскими криками, которые затихли в одно мгновение. Спустя минуту свет рассеялся и те, кто уцелел, смогли наконец-то оглядеться. Линтранд открыл глаза и посмотрел вокруг, все было нормально, все уцелело, его счастью не было предела.

— Это невероятно, Улькиус. Я думал, что щит не выдержит, но посмотри, ни малейшего намека на разрушение! — воскликнул Ярослав, который на радостях обнял Линтранда. Радиоэфир снова наполнился радостными криками защитников, которые вышли из замка, чтобы посмотреть последствие атаки.

— Ребята... выгляните за горный хребет... — раздался печальный голос Улькиуса.

Все немедленно поспешили туда. Никто не мог поверить своим глазам, все за хребтом было испепелено. От остального горного хребта, не защищенного щитом, осталась лишь огромная дыра и не было видно конца разрушениям. Это картина заставила Линтранда протрезветь от пьянящей радости и вспомнить о Луне, а также многочисленных криках во время взрывов.

— Анурий? Как слышишь меня?! Анурий! — никто не отзывался, мертвая, пугающая тишина и лишь помехи подло шипели, нашептывая страшные догадки. — Улькиус, что с крупными городам людей? Ты уже пробовал с кем-либо связаться?

— Да... — не обнадеживающе ответил тот.

— Какова ситуация?!

— Как мы и думали, они целились по энергетической сигнатуре полей и крупным скоплениям зданий, веря, что за ними мы что-то прячем. Все крупнейшие города уничтожены, однако людей там не было. Прекрасная была идея создать бункеры и убежища подальше от городов.

— Да уж, ловко мы их провели, — загордилась Изабелла.

— Но, площадь поражения была настолько сильной, что четверть от тех людей, которая не смогла уместиться в бункеры, мертва... А это, где-то миллиард человек... — от сказанного Улькиусом все тут же потеряли дар речи. "Миллиард... как человечеству восполнить эту утрату?" — Линтранд стоял на вершине хребта и видел отчаяние на лицах своих друзей. Но им нельзя было поддаваться панике, нужно было что-то делать и срочно.

— Со мной связался генерал Одриус и сообщил, что армия готова выходить из убежищ и начать действовать, — проинформировал Улькиус.

— Хорошо, пусть начинают, погибших не вернуть, можно лишь отомстить за них, — сказал Линтранд, пытавшийся привести себя в чувства.

— Это не все, друг мой, еще один такой выстрел и людям придется жить на кучке пепла. Я получил данные с еще уцелевших спутников, около тридцати четырех процентов суши лежит в руинах, а на месте попадания сфер огромные дыры радиусом в километров семь. Более того, мне кажется, что они нас даже пожалели, так как знают, что наша планета не укреплена. Я уверен, что для введение им войны с более развитой цивилизацией у них есть снаряды помощнее. Что касается Луны, она цела, но на снимке видно, что в данный момент там идет ожесточенный бой.

— Намекаешь, что мы обречены? — недовольным голосом спросил своего друга Линтранд.

— Не совсем, я заметил, что вода осталась не тронута, только суша, -задумчиво произнес тот.

— Хочешь сказать, им нужны наши водные ресурсы? — Линтранд начал обдумывать эту идею и пытаться перевести её в свою пользу.

— Думаю, что да, но в отличии от них, для существования нам нужна суша. Я напоминаю тебе, еще один такой выстрел и люди обречены.

— Хорошо, я понял тебя, оставайся и охраняй наших людей, конец связи, — Линтранд еще раз посмотрел на ужасные разрушения и по инерции вздохнул.

— Что будем делать? — спросил его Изентриэль.

— Как мы и планировали, выдержало только наше поле. Теперь они знают, что здесь самое важное место в обороне людей. Мы полностью сконцентрировали их внимание на себе. Теперь будем надеяться, что они заглотят приманку.

— А как же Анурий, Джунгран, Борий, неужели мы не поможем им?! — вспылил Ильмарион.

— Я как раз думаю над этим, — спокойно ответил ему Линтранд, стараясь не поддаваться панике и жажде своей души.

— Меня... кто-нибудь, слы...шит... — раздался голос сквозь жуткие помехи.

— Анурий? Анурий это ты? — всполошились защитники на Земле.

— Это Борий, ситуация... тяже...нуж... помощь, они...готовятся к... — затем голос вновь пропал, также внезапно, как и появился.

— Борий! Борий, ответь нам! — прокричал Джек.

— Линтранд, нам нужно немедленно отправиться туда! — подбежал к нему Джек. Лидер даже не посмотрел в его сторону, будто бы не замечал его.

— Линтранд, ты слышишь меня?! Нам нужно отправиться к ним! — он встал перед его лицом и помахал рукой, чтобы привлечь к себе внимание, словно маленький ребенок, но его лидер потерялся в своих мыслях.

— Джек, помолчи пожалуйста, ты мешаешь мне думать своими криками, -неожиданно произнес тот. Джек недовольно проворчал и отвернулся в другую сторону.

— Значит так. Я, Ярослав, Кристина и Изабелла отправимся им на помощь, всем остальным занять свои позиции.

— Постой, а как же я? — вмешался Юлиан.

— Ты остаешься здесь, — в приказном тоне ответил Линтранд.

— Я не могу остаться тут, когда моя жена будет сражаться в другом месте, — возмутился тот и схватил Изабеллу за руку.

— Нет ты можешь и останешься здесь! Твои способности нужны только здесь! — разгневался Линтранд.

Изабелла подошла к Юлиану, чтобы разрядить обстановку и, поцеловав его, сказала:

— Линтранд знает, что делает, верь ему, он сможет защитить меня, — утешила его она и провела рукой по щеке, успокаивая возлюбленного. Не в силах сопротивляться её чарам, Юлиан отступил.

— Все готовы? — спросил Линтранд, на что получил положительные кивки головой. — Отлично, тогда отправляемся.

Глава 5

Бесконечное нашествие

Анурий стоял на вершине одной из скал Луны, осматривая поле боя. На нем красовалась аквамариновая броня, с украшающим её рисунком, некогда великого, родного города. Как напоминание ему о том, кем он является и к чему приводит жадность тех, у кого есть власть. В правой руке у него был длинный гарпун, который он вертикально поставил на землю. Гарпун был с множеством зазубрин и сделан так, чтобы отдирать от противников достаточно большие куски мяса, не давая им шансов на исцеление и выживание.

Внизу шло кровопролитное сражение. Лучшие воины людей сражались против бесчисленного множества армии ренианцев. На поле битвы светилось множество глаз всех возможных цветов. С каждой минутой было заметно, как армия людей все мельчает и мельчает, а ренианцев становится все больше. На Земле активизировались тысячи орудий противокосмической обороны, чертежи которых любезно предоставил Улькиус. Раскаленные заряды илуния сотнями тысяч взлетали в открытый космос и немного уравнивали силы, подбивая корабли ренианцев.

— Анурий! — тот посмотрел в сторону и увидел, как к нему приближается Линтранд в своих доспехах.

— Наконец-то, я так рад тебя видеть! — на радостях Анурий обнял его.

— Я тоже рад, мы очень боялись, что вы не пережили тот обстрел. Но оставим любезности на потом. Какова ситуация? — Линтранд оглядел место боя. Ренианцы все прибывали и прибывали, как и говорил ему когда-то император Авгулт, их армия была похожа на безграничный океан из кораблей и воинов.

— Все хуже некуда, нас просто катастрофически мало. Они уже десятикратно превышают нас числом. Судя по количеству кораблей и данным со сканеров, здесь их около миллиарда. Илкарцы сообщали нам об армии куда больше, -задумался Анурий.

— Видимо, решили не тратить на нас все силы. К тому же, я уверен, после битвы с илкарцами у них должны были быть хоть какие-то потери, — ответил Линтранд, всем своим сердцем надеясь на то, что не ошибся.

— Это станет их роковой ошибкой, никто не смеет недооценивать нас. Ты прибыл один? — поинтересовался Анурий, и в этот момент к ним подбежало несколько ренианцев. Глаза его налились голубым свечением, и тот моментально расправился с врагом, пробив одному из них голову своим гарпуном, и вытащив назад кусок мозга. Другому бедняге досталось не меньше, мощным ударом рукой Анурий пробил ему живот, уничтожив все органы изнутри, буквально поджарив их.

— Думаю, поговорить не удастся. Где Борий и Джунгран? — Линтранд подошел к умирающему ренианцу с пробитым животом, и, оказав ему милость, раздавил череп своей закованной в броню ногой.

— Борий за орудием, приливает ему свой илуний, чтобы увеличить мощность.

Линтанд посмотрел в сторону гигантского сооружения, которое теперь одним лазерным выстрелом буквально пилила корабли по частям.

— А Джунгран? — продолжил тот.

Неожиданно один из основных кораблей начал разрываться изнутри, столь прекрасное зрелище не могло не воодушевить всех солдат. Линтранд медленно посмотрел на Анурия, тот улыбался ему, говоря тем самым, что тот понял все правильно.

Огромный ренианский корабль разваливался по частям. Несмотря на творящийся вокруг ад, японец выглядел как обычно. Он был одет абсолютно в ту же одежду, что и всегда. Лишь шесть самурайских мечей в этот раз увесили его спину. Клинки мечей были достаточно длинными, а по всей их длине была необычная гравировка, словно небольшая картина. Небольшой бамбуковый домик стоял на фоне восходящего солнца, рядом с которым трудилась девушка, собирая рис, вокруг неё бегал ребенок.

Джунгран словно в танце двигался по коридорам сквозь сотни противников, разрубая их легкими движениями своего меча. Прекрасный танец наполнился прекрасными криками врагов. Он разрубал коридор за коридором, последний самурай вновь заставлял кричать своих врагов от ужаса. Он разрубил огромную дверь и оказался в командном центре. Все тут же вскочили со своих мест и обнажили клинки. Около сорока ренианцев находилось перед самураем, но рука его не дрогнула. Джунгран чувствовал их силу, он знал, что они слабее его.

— Сдавайся, человек, всех нас тебе не одолеть! — прокричал один из них.

Он улыбнулся, затем не спеша выставил меч перед собой, его глаза налились коричневым свечением пуще прежнего. Один за другим его мечи за спиной начали вылетать из ножен. Дугой они повисли над Джунграном, и за ним показалось шесть полупрозрачных коричневых рук, которые удерживали эти мечи. Ренианцы тут же сделали шаг назад.

— Ну что, смогу я теперь одолеть вас всех? — Джунгран маниакально ухмыльнулся и накинулся на ренианцев.

Он мастерски владел всеми руками, парируя и нанося удары одновременно. Никто не мог сравниться с ним в скорости. В узком помещении он никому не давал шанса использовать свою силу. Последнего самурай проткнул всеми клинками, а затем разорвал на части.

Не зная, как управлять инопланетными технологиями, Джунгран обратился к древнейшему способу управления вражескими орудиям, и в очередной раз разнес корабль на куски изнутри. Его нынешний путь лежал к следующему кораблю. Он будет разрубать их вновь и вновь, пока последний из них не распадется на части.

На поле боя главенствовали Изабелла, Кристина, Анурий и Ярослав, причем последний вносил особый страх и хаос в ряды противников.

Его огромная двуручная секира с односторонним лезвием и гравировкой старославянскими письменами сметала всех на своем пути. Его боевой пыл заставлял души остальных дрожать. В бою у него был обнаженный торс с кровавой татуировкой герба ордена во всю спину. Его глаза источали ярко-белый свет, словно пожарище он струился из его глаз. Любое ранение он просто не замечал, будто его и не было. Полностью израненный торс внушал врагам еще больше ужаса, когда они видели, как он продолжал биться, будто бы ни в чем не бывало. Одним своим взмахом он отправлял тысячи неподготовленных ренианцев в пустоту.

Изабелла отлаженно действовала с Кристиной, проделывая это в тысячный раз. Вооруженные элегантными серебряными рапирами и одетые в легкую броню, они очень ловко расправлялись с противниками.

Изабелла была в красивой фиолетовой броне с кожаными вставками. Кристину же украшали сиреневые доспехи с кольчужными подкладками между пластин. Один из ренианцев бросился на Изабеллу, за что был проткнут рапирой прямиком в глаз. Они пленяли целые отряды слабых духом своими чарами, из-за чего те отказывались поднимать на них руку, расплачиваясь за это жизнью. Их красота воодушевляла людей биться за них еще сильнее, чем за собственную планету.

Линтранд стоял в стороне и отдавал приказы, оставляя силы для кого-то ужасного, попутно убивая тех глупцов, которые осмеливались к нему приблизиться. С приходом отряда Линтранда силы ренианцев на Луне начали заметно редеть, а корабли, обстреливаемые пушками с Земли и Луны, падать все больше и больше. Однако, не смотря на это, ренианцы все прилетали и прилетали, а солдат, которых они отправляли в бой, было куда меньше, чем им бы хотелось. Линтранд прекрасно это понимал. Пешки, призванные сохранить силы для более ключевых фигур. Не больше, чем пушечное мясо.

Один корабль по центру выделялся сильнее всех. Он был поистине огромным, пожалуй, как великий Мильбран илкарцев, вмещавший в себя несколько миллионов разумных — прекрасное творение, созданное их лучшими гениями.

В тронном зале корабля восседал император, который встречал своего самого лучшего солдата. Тот смиренно склонил перед ним колено, опустив голову так низко, как мог. В мрачном тронном зале находилось всё верховное командование ренианцев и лишь двое не боялись в этот момент.

— Встань, Дарбре?лт, — приказал император.

Солдат подчинился и затем сделал несколько шагов вперед, чтобы выйти на свет. Им оказался тот, кто сражался с Линтрандом на Земле.

— Расскажи нам, что ты поведал на планете людей? — попросил император, разведя руки в стороны, акцентируя внимание на всех находящихся внутри.

— Их планета удивительна. Зелень изобилует на ней, солнце приятно согревает, а вода... я никогда не видел такого прекрасного океана. Вблизи он кажется ещё великолепнее, чем отсюда. Мы могли бы создать там еще одну империю, сильнее, краше, лучше. Наш народ больше не будет жить на суше из-за нехватки места под водой, — Дарбрелт рассказывал о Земле с таким восторгом, что все загорелись невероятной жаждой заполучить эту планету еще сильнее и были готовы бросить сразу все силы ради этой мечты.

— Твои слова очень радуют меня, эта планета обязательно станет нашей, не сомневайся в этом. Расскажи, есть ли чего нам опасаться? — спросил император. Дарбрелт призадумался, вспоминая свою недавнюю стычку с Линтрандом.

— Нет, пожалуй, ничего такого. Конечно, у них есть довольно сильный лидер. У нас была небольшая стычка на их главной базе, и он успешно смог сражаться со мной некоторое время.

В зале тут же поднялся шепот, а мрачные стражники подсушивали вельмож и генералов за их спинами.

— Неужели у людей есть кто-то настолько сильный? Сражался наравне с Дарбрелтом? Это невозможно. А что, если он победит его?

— Сомнение — путь к предательству, — на повышенном тоне прервал их перешептывания Дарбрелт. — Я смогу с ним справиться.

Все тут же затихли, никто не посмел возразить ему, даже из высшего командования.

— У нас нет причин сомневаться в твоей силе, а теперь ступай, и убей тех, кто уцелеет, — приказал император, с улыбкой смотря на своего самого лучшего и доверенного бойца. Дарбрелт покорно кивнул и, мельком окинув взглядом шептавшихся, вышел исполнять волю своего господина.

* * *

Ренианцы продолжали наступление. Вместо каждого сбитого корабля появлялось два, а то и три новых. Линтранд заметил, что поток солдат на Луну сильно увеличился. Из десяти тысяч лучших воинов Земли на Луне осталось чуть больше половины. Сияние снова озарило местность, атакующие корабли засветились вновь.

— Нет! — Линтранд бросился в сторону кораблей. Ему стало очевидно, что если он сейчас не потратит силы, чтобы остановить этот выстрел, то битва с Дарбрелтом будет напрасной, так как защищать будет нечего.

Корабли взяли планету в смертоносное кольцо и приготовились закончить войну. Их сферы засияли с новой силой, но неожиданно тьма затмила их. Тьма, которая начала исходить от человека в центре этого смертельного оцепления. Линтранд сосредоточил внутри себя огромную мощь, а затем выплеснул её в разные стороны. Волна окутала все атакующие корабли в оцеплении и просто испепелила их, не оставив и следа.

Защитники с восхищением смотрели на своего лидера, радиоэфир разразился воплями радости и надежды, которые дарил им их великий лидер. Высшие защитники, воспользовавшись замешательством ренианских солдат, быстро перебили большую их часть. Линтранд приземлился обратно, солдаты приветствовали его аплодисментами и овациями. Анурий подошел к нему и с гордым лицом положил руку на плечо отца.

— Ты как? — спросил он.

— Не очень, я потратил половину сил на это, — с опаской ответил Линтранд. — Мне удалось уничтожить только атакующие корабли, на транспортные мне бы пришлось потратить все свои силы, а этого я не мог допустить, — он снова поглядел наверх, чтобы еще раз убедиться, что армия ренианцев никуда не делась. Линтранд выиграл лишь немного времени для того, чтобы люди перевели дух.

— Не волнуйся, о них позаботимся мы, — поддержал его сын.

— Смотрите! — прокричал кто-то из толпы.

Прямо перед Луной появилась огромная кротовая нора, и оттуда, к ужасу всех остальных, вылетела еще одна армада из кораблей. Теперь их количество походило больше на правду о миллиардах ренианцев. Впереди кораблей летел авангард из атакующих с уже с заряженными и готовыми к пуску сферами.

— Наш план сработал безупречно, мы заставили их лидера использовать много сил, теперь у нас точно не возникнут с ним проблемы, — с довольным лицом произнес император, отпивая синей тягучей жидкости и, закусывая какой-то розоватой ягодой. — Атакующие корабли почти роботизированы, у нас еще много таких, — смеясь, проговорил император, его губы были кроваво-красными из-за сока ягод. — Вывести из пространственной дыры крушащий миллиард, пусть покажут людям, что значит война.

— Атакующим кораблям, огонь! — отдал приказ командир, и сферы в ту же секунду двинулись в сторону Земли и Луны.

— Глупые люди, думали, что мы собираемся терять солдат в ненужной наземной схватке, — снова засмеялся император, необычайно гордый своим гением. — Те пешки, что вы поломали, ничто, мы за пару лет соберем еще!

Люди отчаянно смотрели на летящую к ним смерть, им некуда было бежать, нечем защищаться.

— Нет... Этого не может быть... — с ужасом произнес Линтранд. Он стоял вместе со всеми и смотрел на великую армию, которая застилала его взор, на огромные сферы, что освещали собой тьму этого места и которые неумолимо приближались к ним.

— Линтранд!? Линтранд, ты слышишь меня?! Что там происходит... о боже... — генерал Одриус смотрел на камеру со спутников и видел ужасную картину. Он оторвал взгляд и огляделся, на него уставились все подчиненные, которые находились в этот момент с ним в командном пункте.

— Что происходит? — спросил один из них, видя потерянный взгляд генерала.

— Там, огромная армия этих ублюдков, им просто нет числа... — генерал смотрел на своих подчиненных, и сам не верил в то, что говорит такое. — Но это еще не все, сюда летят те же самые сферы, что и в прошлый раз...

Лица всех мгновенно побледнели.

— Так значит, это конец? Вот так просто? — спросил его один из солдат.

— Да, вот так, просто и стремительно, — генерал отдал приказ эвакуироваться всем, кто может успеть обратно в бункеры, а сам приготовился ждать неизбежного.

— Линтранд, ты меня слышишь?! — прокричал Улькиус.

— Да, слышу, друг мой, — спокойно ответил тот.

— Почему ты еще там, беги оттуда, слышишь меня?! Бегите с защитниками обратно в орден. Количество сфер куда меньше, чем в прошлый раз, планета не пострадает сильно, а наш барьер выдержит!

— Нет, я не побегу, не брошу солдат на смерть. Если надо, я приму ее вместе с ними. Я назначаю тебя своим преемником после своей смерти, позаботься о людях.

— Что ты несешь, идиот?! Быстро спускайся на Землю! — истерично прокричал Улькиус.

— Конец связи, — Линтранд снял свой передатчик и раздавил в руке. Сферы были уже очень близко. Они летели медленнее, чем в прошлый раз, будто бы нарочно, давая понять, что от смерти не уйдешь. Все попытки сбить их или разрушить были тщетны.

— Линтранд, Линтранд! Ублюдок... Анурий, Борий?! Кто-нибудь, я умоляю, отговорите его! — продолжал кричать профессор, но никто не отвечал. Улькиус находился в своем кабинете около полигона. Он ударил по столу и рухнул в кресло.

Сферы спустились на Луну, а затем долетели и до Земли, снова накрыв окружающую местность ярко-белым светом.

Джунгран стоял около иллюминатора на одном из ренианских кораблей и отказывался верить в погибель своих друзей, смотря, как гигантские энергосферы поглощают всё вокруг.

— Докладывайте, — приказал император ренианцев, когда свечение наконец исчезло.

— Все выстрелы попали в цель, господин. По нашим данным, на Земле уничтожено еще около полумиллиарда людей. Мы стреляли точно по их скоплению, однако большая часть все еще в бункерах или оказалась вне зоны поражения. Целостность суши составляет сорок пять процентов. И эм-м... — замешкался рядовой.

— Что такое? — нахмурился император.

— Пять сфер угодило в воду... — едва слышно и виновато произнес тот.

— Что!? Ах вы кривые идиоты! Найти тех, кто выпускал эти сферы и казнить, немедленно! — прокричал тот и швырнул стакан в подчиненного.

— Д-да, господин, будет сделано, — дрожащим голосом ответил тот, не смея поднимать голову.

— У тебя десять минут! Потом ты составишь компанию стрелявшим.

Рядовой выбежал на поиски что есть мощи, даже используя при этом силу.

— Свяжите меня с анализирующим центром, — приказал император.

— Сделано, господин! — ответил ему связист.

Император нажал несколько кнопок сбоку на кресле и перед ним появился экран.

— Какие приказания? — спросил его один из служащих центра.

— Вы уже проделали анализ после запуска сфер? Какова ситуация?

— На Луне никаких признаков жизни, однако, на планете все еще работает одно энергетическое поле. Мы выпустили по нему еще несколько снарядов, но на нем ни намека на повреждения. Произведя анализы, мы поняли, что все бомбардировки из находящегося здесь оружия по нему будут бесполезны. Можно привести сюда наш основной атакующий флот, но в таком случае один выстрел может привести к ужасным последствиям для водной среды этой планеты.

— Этого мы не можем допустить, — тут же сказал император. — Хорошо, видимо все-таки придется нам провести наземную атаку. Выпускайте солдат после очередного залпа орудий. Пусть разрушат их базу, а на Луне пока сделают укрепления. Будет отправочным пунктом, во славу своей расы и великого Эдера. Продолжайте огонь из атакующих кораблей по готовности, но чтоб на этот раз никаких попаданий по воде.

— Будет сделано, мой император, — связь прервалась.

— Улькиус! Улькиус! — с криками постучали к нему в дверь. Тот сидел в кресле, прикрыв лицо рукой, скрывая тем самым свое отчаяние. Настойчивые стуки продолжались, и профессор все-таки поднялся с кресла. По другую сторону двери стояли все высшие защитники, что остались на Земле. Они вошли внутрь помещения и уставились на Улькиуса, говорить начал Изентриэль.

— Опусти барьер, сейчас же! Мы полетим на помощь нашим друзьям, — в словах Изентриэля звучали ноты гнева и страха одновременно.

— Нет, я не сделаю этого, — спокойным тоном ответил Улькиус, пытаясь уладить ситуацию.

— Что ты сказал?! — вспылил Юлиан.

— Что слышали! Я не буду этого делать, вы совсем спятили? Как только я опущу поле, нас тут же сметут в пыль.

— Нас и так сметут в пыль. Мы больше не можем ждать тут, пока наши друзья гибнут на Луне, — спокойно ответил Ильмарион, пытаясь сохранять остатки разума и самообладания.

— Вы слышали приказ Линтранда, оставайтесь на своих позициях. Я уверен, он знал, что делает.

— А что если он ошибался? Как мы можем тут спокойно стоять и ждать, пока их всех там убивают?! — вмешался Джек.

— Нам больше ничего не остается, мы должны верить Линтранду. Берегите силы, скоро они вам понадобятся, но барьер я снимать не буду. Кто возьмет на себя ответственность за смерть простых людей, которые спрятались здесь, внизу? — Улькиус оглядел защитников. — Ты, Изентриэль? Пойдешь и скажешь матери, что, возможно, её ребенок сейчас умрет. Потому что тебе нужно срочно плюнуть на приказ лидера и отправиться в сражение.

Испанец молча опустим глаза.

— Может быть ты, Юлиан? Скажешь потом Изабелле, что обрек всех людей здесь на смерть, чтобы защитить её, думаешь, она будет рада?

Юлиан так же последовал примеру испанца и просто отвернулся.

— Или ты, Джек? Тот, кто призван защищать простых жителей, вдруг бросит их, поддавшись эмоциям, — все остальные тут же замолкли и отвели свои взгляды. — Я так и думал. Тогда вернитесь на свои позиции и готовьтесь убить столько ренианцев, сколько сможете.

Атакующие корабли вновь готовились стрелять. С ренианских дредноутов вылетели десятки тысяч транспортных кораблей, в каждом из которых было по двадцать ренинацев, жаждущих убивать. Первые корабли приземлились на Луне и оттуда выбежали солдаты. Их глаза светились разными цветами, среди них не было никого младше десятого круга, в отличие от первой волны нападения, где владельцев таких глаз было не больше пары сотен.

Они разбежались врассыпную, часть из которых подошла к огромной глубокой воронке, оставшейся на месте взрыва сферы, где еще недавно билась армия людей. Ренианцы встали на краю и заглянули внутрь, ничего не было видно, свет фонаря тоже не давал никаких результатов. Тогда один из них сконцентрировал энергию в своей руке и захотел туда стрельнуть. Внезапно, оттуда появилась рука, которая схватила его за ногу. От удивления он тут же отвлекся на неё и в этот момент из темноты появился гарпун, который пронзил его череп. Из ямы выпрыгнул Анурий, его глаза источали спокойное голубое свечение. Ренианцы тут же набросились на него, но Анурий перебил их всех. Он посмотрел вперед и увидел, как на него мчится около тысячи бойцов.

Один из выживших ренианцев лежал на краю ямы и был тяжело ранен, звуки приближающихся товарищей воодушевляли его и давали надежду. Он смотрел на Анурия, но затем краем глаза уловил свет в яме. Ренианец заглянул туда и не поверил своим глазам, тьма рассеялась, и изнутри на него глядели сотни огней. Ближайший к нему выпрыгнул из ямы и, пролетая мимо, снес голову раненому.

Рядом с Анурием приземлился Борий. В руках у него было два вытянутых когтеобразных клинка с зеленой рукояткой. Он держал их таким образом, что те скрывались за его руками. Длина лезвий почти доходила до плеч. Через середины каждого клинка от начала до его кончика проходила зеленая полоса с теми же ответвлениями, что и у меча Джорелла. Вокруг его рук были обмотаны цепи, являющиеся продолжением мечей. Броня была стандартной одеждой знатных воинов в древней Греции, раскрашенной в бело-зеленые цвета, а из-под нее выглядывали куски темно-зеленой ткани. К шлему был приделан длинный бело-зеленый гребень, который свисал до лопаток. Однако кое-что еще было добавлено к его стандартной броне знатного воина. Руки и ноги были покрыты квадратными чешуйками зеленого и белого цвета для дополнительной защиты. Борий встал справа от Анурия, посмотрев на своего друга светло-зелеными глазами. Поймав на себе взгляд товарища, тот улыбнулся ему.

Следующим выпрыгнул Линтранд в своей массивной броне. Он приземлился слева, держа в правой руке свой огромный молот. Анурий с довольным лицом первым кинулся на толпу ренианцев, затем за ним помчались двое отставших. В след за ними из ямы вылезли Ярослав, Изабелла и Кристина, а также остальные солдаты.

Ярослав поднял свою секиру вверх и воинственно прокричал, указав оружием вперед. Все немедля рванули за тремя защитниками. Линтранд переместился в центр войска ренианцев и махнул по кругу своим молотом. Он крушил черепа один за другим, черные слезы из его глаз стали течь интенсивнее. Борий едва задевал всех своими клинками, но те тут же падали полностью парализованные, их дальнейшая судьба не интересовала его, ведь не он нанесет последний удар. Один из ренианцев прицелился в Анурия из своего оружия и начал накапливать в нем мощный заряд. Борий увидел его в ста метрах от себя. Он замахнулся и запустил в него свой клинок, за которым увязалась цепь. Как только цепь закончилась на его руке, она автоматически начала удлиняться прямо в воздухе. Клинок перерезал оружие неприятеля надвое, и накопленный заряд взорвался прямо в руках ренианца, убив вместе с ним его товарищей, находившихся рядом.

Противник налетел на Бория со спины и повалил его с ног. Он попытался пронзить ему лицо своим ножом, однако Борий успел подставить руки и остановить удар. Ренианец все сильнее и сильнее продолжал давить нож к лицу Бория. Троянец нанес сильный удар головой по лицу ренианца, но тот продолжал опускать нож. Борий продолжал наносить удары головой, однако это никак не помогало. Тогда он освободил одну руку и создал в ней клинок. Борий посмотрел на открытую голову ренианца, идеальный момент, чтобы убить его, но он не убивал. Стиснув зубы, Борий воткнул нож ренианцу в бедро и продолжал наносить удары. Ренианец взвыл от боли, но не собирался отступать, вместо этого он собрал всю свою злость и боль. Троянец начал сдавать позиции, и нож все ближе подбирался к его лицу.

— А-а-а! — со стороны с криком подбежал Анурий и отпихнул ренианца в сторону, повалив того на лопатки. Затем сел на него сверху и начал буквально кромсать его лицо клинком, продолжая орать.

— Сдохни, сдохни, мразь! — Анурий беспощадно расправился с врагом, затем встал и посмотрел на лежащего товарища.

— Какого хрена ты творишь, Борий! — Анурий схватил того за шкирку и поднял.

Вокруг них творилось настоящее безумие, всюду были горы мертвых тел. Противники буквально рвали глотки друг другу. Началась полная неразбериха и огонь по своим, никто в этой каше больше не контролировал ситуацию.

— Твою мать, Борий, либо ты начинаешь убивать, либо нам всем конец! Какого хрена ты бьешь в бедро, когда его голова была открыта!

— Я не могу убить, ты же знаешь!

— Да пошел ты, вместе со своим принципом! В следующий раз, меня может не оказаться рядом! — Анурий оттолкнул его и вновь вступил в схватку.

Атлант разглядел место, где высаживалась и группировалась новая партия врага, после чего переместился туда.

— В память о тебе, Ампелайос, — сказал он самому себе и его глаза разгорелись пожаром.

Анурий воткнул свой гарпун в землю и сконцентрировался, направив руки в сторону ренианцев. Над ними начало что-то появляться, ренианцы заметили это и уставились вверх. Поначалу, это был небольшой огонек. Самые опытные и наблюдательные из них тут же приметили, как маленькие камушки поднимаются вверх и исчезают в этом огоньке.

— Назад! — прокричал один из них, но было слишком поздно, и маленький огонек разросся до огромной сферы, которая затянула подлетающие транспортные корабли и слабых ренианцев буквально за секунду. Те, что посильнее, смогли удержаться, но сдвинуться с места оказалось им не по силам. Линтранд не мог не заметить эту сферу. Он ударил молотом по земле и снес противников от себя подальше, чтобы остановиться и взглянуть на сферу получше.

— Так значит, ты все-таки обучился этому у Ампелайоса, — улыбнулся он.

"Будто бы мой старый друг снова сражается с нами бок о бок", -подумал про себя Линтранд и, отбросив ностальгию, вновь вступил в схватку.

— Да-а! — прокричал Джунгран на корабле ренианцев. — Я верил, что так просто вас не убить, сукины дети! Заставили же вы меня поволноваться!

— Поверь, мы поволновались не меньше, — ответила ему по связи Изабелла.

— Изабелла, я так боялся, что потерял тебя! — прокричал Юлиан.

— Все хорошо, я же говорила, Линтранд защитит нас.

— Изабелла, девочка моя, как я рад тебя слышать. Это Улькиус, передайте кто-нибудь Линтранду наушник, мне нужно поговорить с этим ненормальным.

— Как появится возможность так сразу, пока мы немного заняты. Ренианцев здесь очень много, и они все прибывают, — вмешалась Кристина.

Император ренианцев был очень зол и кричал на своих подчиненных.

— Почему они все еще живы? Вы что, не могли прицелиться получше?!

— Мы попали точно в цель, господин, но каким-то образом они смогли пережить выстрелы, и большая их часть спаслась, укрывшись в воронках, — оправдывался один из командующих атакующим флотом.

— Немедленно убейте их! Отправьте туда легион Эдера, очевидно, что их силы там очень не хватает. Окружите планету и готовьте флот к еще одному удару по их планете. Я хочу, чтобы когда моя нога ступит на их планету, из людей там остались лишь одни рабы, да трупы. И вот еще, скажите Дарбрелту, его время пришло.

— Будет сделано! — ответил командующий.

Атакующий флот снова выстроился вокруг планеты, механизм закрутился, и заряд вновь начал накапливаться.

— Линтранд, мы должны это остановить, еще один такой выстрел и все люди погибнут! — прокричал Анурий, но тот не отвечал. Тут сын вспомнил, что его отец сломал передатчик.

"Выбора нет, придется использовать последние силы...", — подумал Линтранд и решительно направился в сторону оцепления.

Сильная взрывная волна в рядах людей заставил его остановиться и посмотреть в чем дело. Он вгляделся и вздрогнул, половина оставшейся армии людей лежала замертво, а к нему навстречу шёл Дарбрелт. В руке он зажал голову одного из солдат и волочил его тело за собой. Рядом с Линтрандом тут же встали все находившиеся рядом высшие защитники. Анурий немедленно передал Линтранду новый передатчик.

— Что это за ублюдок? Все произошло в мгновение ока, я даже понять ничего не успел! — взволнованным тоном спросил Анурий, выставив свой гарпун вперед.

— Линтранд, ты иди, мы позаботимся о нем, — Ярослав сделал пару шагов в сторону ренианца.

— Вот именно, пятеро на одного, у него нет ни шанса, — Борий был уверен в своих силах, и силах своих друзей. Он скрестил клинки вместе, выставив их перед собой, и поманил пальцами Дарбрелта.

— Нет! — Линтранд вышел из-за спин защитников и оставил их позади себя. — Он не по силам даже всем вам, позаботьтесь о кораблях, — сказал он, и так же не спеша направился в сторону Дарбрелта.

— Линтранд... — хотел было что-то сказать Анурий.

— Не отговаривай меня, если я убью его, то нанесу вред их армии куда больший, чем все те корабли. Не стойте как истуканы, немедленно отправляйтесь выполнять мой приказ. Борий, ты останься, нашим людям нужна здесь сильная рука.

Защитники тут же разбежались в разные стороны. Дарбрелт уже ждал Линтранда, продолжая удерживать человека, который отчаянно брыкался. Глава ордена подошел к нему на расстояние в десять метров и остановился.

— Вот мы и снова встретились, — довольно произнес Дарбрелт, сжав посильнее голову солдата, чтобы тот перестал дрыгаться.

— Почему я тебя слышу? Ты не должен быть на нашем канале связи, — удивился Линтранд.

— Не прикидывайся дураком, ты прекрасно понял, как я это сделал, -усмехнулся Дарбрелт, с издевкой смотря на своего оппонента.

— Да, понял, а еще я понял, что твой микроконтроль силен, раз ты способен переместить звуковую волну по частицам илуния прямо в космосе.

— Эта информация тебе никак не поможет.

Линтранд посмотрел на солдата в его руке.

— Отпусти его.

— Как скажешь, — Дарбрелт свернул тому шею, а затем оторвал голову и бросил рядом с Линтрандом. — Ну вот, теперь он свободен... — с ухмылкой сказал тот.

— Ублюдок... Ты заплатишь за все, что совершил здесь! — Линтранд резко набросился на него. Он попытался ударить его молотом, но Дарбрелт увернулся. Взмах был такой силы, что ударная волна отбросила удивленного Дарбрелта, но также задела людей и ренианцев сражающихся неподалеку.

Дарбрелт посмотрел назад и, увидев куда летит, улыбнулся, не став тормозить. Линтранд помчался за ним, как вдруг его окутала непроглядная тьма. Тот остановился и оглянулся, это была темная сторона Луны, он схватил молот покрепче и, слегка пригнувшись, насторожился. Во тьме он увидел силуэт, который тут же растворился. Как и в прошлый раз, на него посыпались тысячи ударов, но в отличие от прошлого боя, сейчас у Линтранда было куда меньше сил. Глава ордена попробовал снести ренианца волной, но тот, выучив эту уловку, второй раз на неё не клюнул.

Дарбрелт напирал, Линтранд начал получать все больше и больше ран. Руки, ноги, спина, он не мог уследить за его движениями, и ему оставалось лишь защищаться, пропуская некоторые из ударов. Дарбрелт смотрел на Линтранда издалека и в этот раз нацелился перерезать ему горло. Он двинулся к нему за спину, поднес лезвие к глотке, но вдруг почувствовал, как что-то задержало его движение. Линтранд тут же перехватил его руку, а затем Дарбрелта поразила резкая боль в боку. Он посмотрел вниз и увидел, что в нем острый конец молота, а ноги удерживают темные оковы. В этой тьме, Линтранд расположил вокруг себя свои частицы и ждал, когда ренианец попадется в его ловушку.

— Добегался, — довольно произнес тот и прокрутил молот вместе с ренианцем по кругу, после чего вонзил его острым концом, как можно глубже в землю.

Дарбрелт был скован и не мог выбраться. Он увидел, как Линтранд собрал колоссальную часть своей силы в кулаке и со всего размаху нанес множество быстрых и мощных ударов по его лицу. Луна затрещала от такой мощи, в радиусе двух десятков километров все разлетелось на куски. Не дожидаясь, пока пыль осядет, Линтранд выпустил одну волну во все стороны, и пыль расступилась. Дарбрелт был все еще жив, его лицо было в крови, но наглая ухмылка все еще не оставила его. Тогда Линтранд вновь замахнулся и нанес удар, однако в этот раз ренианец остановил его своей рукой, схватив кулак. Лидер людей попытался вырваться из хватки, но не получалось.

— А ты не плох, признаться, я даже испугался на мгновение. Но лишь на мгновение, — Дарбрелт сломал Линтранду кисть и тот стиснул зубы от боли, но не растерялся и создал в своей руке небольшой нож в надежде вонзить его прямо в висок противнику.

Дарбрелт вновь остановил его замах своей свободной рукой. Тогда Линтранд захотел ударить его головой, но ренианец отпустил сломанную кисть и быстро разорвал себе бок, освободившись от древка молота в своем теле. Ренианец вскочил и пнул Линтранда по лицу с ужасной силой, присущей владельцу шестнадцатого круга и оттолкнулся от него этим ударом. Линтранд успел ухватиться здоровой рукой за древко, но мощь удара была настолько велика, что куски земли вырывало прямо у него из-под ног. Глава ордена улетел вместе со своим молотом на добрых двести метров, кое-как умудрившись остановиться, использовав илуний в качестве обратной тяги. Линтранд с трудом поднялся, опираясь на свой молот, и посмотрел на свою сломанную кисть. Вдали он также увидел Дарбрелта, который закрыл рукой свой разорванный бок и был в полусогнутом положении.

"Его рана куда серьезней, чем моя сломанная кисть, нельзя дать ему подлечить её", — подумал Линтранд и, взяв молот в левую руку, двинулся на своего противника.

Глава 6

Второе дыхание

— Мы не успеваем! — Изабелла бежала по одному из длинных коридоров корабля, входящего в состав атакующей флотилии. Она разрезала огромную дверь, стоявшую у неё на пути и вломилась внутрь помещения. Яркий свет тут же ударил ей в глаза, будь она обычным человеком, то запросто бы ослепла от подобного. Огромная сфера светилась за толстым стеклом, точно такими же ренианцы бомбили её родную планету. Специальный механизм пропускал наружу накопившуюся внутри корабля энергию, а затем генерировал её на конце пускового механизма, удерживая эту колоссальную мощь при помощи захватов.

Изабелла ткнула рапирой в стекло, но это не принесло результата. Тогда она использовала еще больше илуния и в этот раз защита дала сбой, рассыпавшись на множество осколков. Изабелла запустила туда голубую энергосферу из илуния со своей ладони и тут же помчалась со всех сил назад, не дожидаясь, пока её сфера соприкоснётся с ренианской. Прорезав себе путь напрямую в космос, она тут же улетела прочь. Едва две сферы соприкоснулись, как корабль разорвало изнутри.

— Молодец! Отличная работа, сестренка! — прокричала Кристина.

— Рано радоваться, их здесь еще очень много, и они всё прибывают! — оборвал их радость Ярослав, который одним взмахом свой секиры разрубил целый корабль надвое.

— У меня уже изрядно поубивалось сил. Я едва не даю погибать нашим солдатам, сколько мы еще продержимся?! Нас осталось пару сотен, ренианцы просто играют с нами. Оглянитесь, мать вашу, их тут целый рой! Клянусь, что уже вижу, как они возводят укрепления, хотя мы еще здесь, -Борий был сильно измотан, окруженный жалкими обессилившими остатками людей и неприятелем. Сколько бы он не бил ренианцев вокруг себя, их становилось только больше.

— Убивай их! — крикнул ему Джунгран. — Слышишь меня, Борий, убивай, это не тот случай, когда можно оставлять их лишь парализованными.

— Вот именно! Ты же убил того ублюдка, который лежал на краю воронки и пялился внутрь, — напомнил ему Анурий, который стоял тогда рядом.

— То был не я, а Линтранд прикончил его своим илунием, просто так совпало, — усталым голосом ответил троянец.

— Послушай меня, ты должен убить!

— Нет, я не могу. Кто я такой, чтобы отнимать бесценную жизнь? — Борий продолжал парализовать врагов, оставляя их живыми, не смотря на то, что люди вокруг него продолжали гибнуть. Порой, даже от тех, кто очухался от паралича троянца и смог вернуться в строй.

— Ты — защитник человечества, тот, кто поклялся защищать людей от любой опасности, любой ценой. Однажды ты пощадил своего врага и результатом этого стало уничтожение Трои, твоей родины, твоих людей. Все, что ты любил, предали огню. Разве тебе стало легче после твоего благородства? Разве тем, кто был тебе дорог, стало легче? Ты снова хочешь увидеть, как все мы погибнем? Забудь о бесценности жизни, хотя бы раз!

— Хватит! — Борий прокричал и ударил в землю. От удара в стороны разлетелась зеленая волна, которая прошла сквозь окружавших его ренианцев, и те тут же попадали, не имея возможности пошевелить даже кончиком пальца. Борий выиграл себе небольшой перерыв.

— Если я забуду о том, что любая жизнь бесценна, даже на один раз... Как я потом смогу вновь верить в её бесценность? Ведь, если я могу спокойно отнять её или дать, помиловав кого-то, будет ли она для меня являться отныне чем-то бесценным? — спросил он, но не столько сколько других, сколько самого себя.

"Не было ни дня, чтобы я не упрекал себя за тот случай. Ахилл... я ненавижу тот день, когда моя рука дрогнула, чтобы убить тебя до прихода воинов к тебе на помощь. Никому не известна история, ведь не было зрителей, а я струсил признаться кому-либо, что пощадил такого важного противника. Я позволил Гектору остаться с тобой один на один, потому что знал, что не смогу вновь убить тебя, и опозорюсь на глазах у всей Трои. Я смотрел, как он бегал от тебя вокруг Трои несколько раз, прежде, чем ты прикончил его. Не было ни дня, чтобы я не винил себя за те ужасы, что случились на этой войне", — проклинал себя Борий. Он не знал, почему любая жизнь настолько дорога для него, не понимал, почему для остальных она столь ничтожна. Как этот бесценный дар может быть дешевле пары золотых монет? Ему никогда не понять этого, и Борий это знал. Его кулаки разжались и мечи полетели вниз, повиснув на цепях.

— Я, отказываюсь... — тихо произнес он, но этого было достаточно, чтобы все об этом услышали и разочаровались. — Я отказываюсь... — повторил тот, однако гнев начал проступать в его словах. Светло-зеленый свет его глаз начал странно колебаться, извиваясь из стороны в сторону. Борий закрыл глаза и еще раз, уже дрожащим от гнева голоса, прокричал:

— Я отказываюсь пережить это вновь! Лучше я буду винить себя за убийство врага от моей руки, чем за смерть своих близких от руки тех, кого я пощажу! — он раскрыл глаза и темно-зеленый поток вырвался оттуда. Борий вновь ударил кулаком по земле, темно-зеленая волна снова накрыла парализованных ренианцев и жизнь навсегда покинула их.

"Борий... так вот, как появляются обладатели таких глаз. Не зря Ампелайос говорил нам, что обладатели темно-зеленых глаз, это те, кого жизнь насильно заставила ступить на путь убийства, тем или иным способом", — вспоминал Джунгран, глядя из иллюминатора, как изменился Борий. Его мысли прервал шум солдат, бегущих к нему.

— Значит, наконец-то нашли меня? — улыбнулся тот. — Долго же вы, я думал, на третьем корабле по величине должна быть защита получше.

* * *

— Император, легион Эдера на выходе из пространственной дыры. Все двадцать тысяч бойцов ждут момента, чтобы принести вам планету в качестве награды за служение вам, — докладывал один из командующих.

— Превосходно, отправляйте миллиард в бой, а оставшихся в живых новобранцев, которых мы отправили в самом начале, наградите повышением на два звания, — приказал император Алутар.

— Так точно, мне отдать приказ об их эвакуации?

— Нет, они останутся там до самого конца. У нас таких еще очень много, и они не представляют никакой ценности, лишь немногие из них смогут стать по-настоящему важными. Война отсеет слабых. Те воины, которые ниже десятого круга, никогда не представляли особой ценности.

— Господин, на связь выходит легион Эдера, — вмешался один из связистов.

— Свяжи меня с ними.

— Император, говорит командующий легиона Эдера, мы прибудем через несколько минут.

— Ждем вас с нетерпением, командующий, мне не терпится вновь увидеть вас в бою.

— Это честь для нас, я лично возглавлю атаку на планету людей! — воодушевлено сказал тот.

— Хорошо, ждем вас, — император устроился поудобнее в своем кресле уже готовый к началу настоящего шоу. — Выведите место битвы на экран, — в центре зала тут же появилось четыре монитора, чтобы каждый мог видеть происходящее там.

Из пространственной дыры вылетали последние корабли атакующего миллиарда.

— Наконец-то мы покажем этим людишкам, что значит настоящие ренианцы! — прокричал командующий армии подкрепления, чей корабль только вылетал из пространственной дыры.

Он важно встал по середине командного мостика и смотрел в огромный иллюминатор своего корабля, откуда только что открылся вид на Землю. Планета людей пленила взгляды ренианцев одним своим видом. Все они слышали истории о её прекрасной природе, о голубых морях и бескрайних водных просторах. Ренианцев буквально выворачивало от злости из-за рассказов о том, как люди бессовестно уничтожают и портят эту прекрасную жемчужину, среди миллиардов пустынных и холодных планет. Как они загрязняют её воды, выкачивают ископаемые. Лишь поглощают, забирают, но почти ничего не отдают взамен. Этот прекрасный голубой шарик должен стать их, такова воля императора.

— Наконец-то, командующий миллиарда удостоился явиться сам, — с насмешкой сказал император своему окружению, глядя на выходящие из дыры корабли. Внезапно, сильно потемнело. Помещения ренианцев никогда не славились освещённостью, но в этот раз, что-то невиданное забрало остатки их света.

— Господин, смотрите! — прокричал кто-то из его окружения.

Алутар посмотрел наружу. Огромный шарообразный корабль появился из ниоткуда посреди их флота и угрожающе замер.

— Нет, не может быть, илкарцы... откуда они здесь?! — разгневался тот, оглядывая своих подчиненных, в надежде услышать быстрый и четкий ответ, которого не последовало.

— Ну что, ублюдки, пришло время мести! Думали так просто избавились от нас! Мы заставим вас пожалеть о том, что вы связались с нами! — Авгулт сидел на троне Мильбрана, рядом с ним стоял Алдриан.

— Маскировка снята, брат, время действовать.

— Да, открыть заслонки, пронзим их, пронзим их всех! — скомандовал Авуглт.

Десятки тысяч заслонок открылось на Мильбране. Алутар, видя это, скомандовал немедленно убираться своим кораблям, как можно дальше от Мильбрана.

— Запускай! — крикнул Алдриан.

Из заслонок вылетело тысячи игл в разные стороны, их длина увеличивалась на десятки тысяч километров за счет илуния по мере полета и в мгновение шипы настигли цели. Корабли ренианцев превратились в решето, а пространственную дыру закрыли разрушенные корабли, в которые затем врезались идущие за ними.

— Да-а-а! — прокричали илкарцы. Мильбран снова исчез так же внезапно, как и появился. Его новое местоположение оказалось около Земли.

— Пришло время пронзить свой страх копьем! — воодушевленно сказал Авгулт.

По другую сторону поля боя появилась еще одна пространственная дыра, и оттуда вылетел флот илкарцев, тут же разбомбив атакующий флот, окруживший Землю. Один за другим они вылетали из дыры и вставали рядом с Мильбраном, создавая собой стену, защищающую планету.

— Это...Это же илкарцы! — прокричал Ярослав.

— Не может этого быть, нам же сказали, что они уничтожены! Неужели у нас появился шанс... — на лице Изабеллы появились слезы радости. Потухшая надежда вновь зажглась с новой силой. У немногих выживших людей открылось второе дыхание, чтобы сражаться. С илкарцами тут же связался Улькиус.

— Слушаю тебя, — сказал Авгулт.

— Как это возможно?! Лонут сказал, что ваш флот разбили, мы и не надеялись увидеть вас, — в кабинет к Улькиусу тут же вбежали высшие защитники, чтобы узнать, в чем дело. Они буквально прыгали от радости, когда прослышали о живом флоте илкарцев.

— Лонут? Он жив? Какое облегчение... — обрадовался Алдриан, который вместе с Авгултом уже похоронил своего младшего братика. Уже сто раз они успели поссориться из-за того, что Авгулт отправил Лонута одного к людям.

— Да, он у нас и в безопасности.

— Позаботьтесь о нем, Улькиус, а мы позаботимся о ваших людях здесь, — уверенно ответил Авгулт.

— Несомненно, удачи вам... и, я рад, что вы живы, друзья. Пусть ренианцы узнают, на что способы наши совместные силы.

Глава 7

Пронзённый мир

— Почему илкарцы живы? Кто-нибудь ответит мне, как главный флагман смог ускользнуть с таким количеством кораблей? Но самое главное, почему об этом никто не сообщил?! — Алутар поднял рукой одного из генералов и сильно сжал ему шею.

— М-мы не знаем, как это произошло, нам сообщили о победе, никто не упоминал о том, что кто-то сбежал.

— Кто вам сообщил?! — Алутар так яро кричал от злости, что слюна вылетала из его рта и попадала на лицо до смерти напуганного командующего.

— Г-генерал Со?рпрентер, — полководец трясся в руках императора, как осенний лист, выговаривая имя своего коллеги, который сообщил ему новость о победе.

— Немедленно разыщите его и пусть лично свяжется со мной! — он отшвырнул своего подчиненного в сторону. Тот тут же вскочил и выбежал из комнаты, больше не желая попадаться императору на глаза какое-то время.

— Что будем делать? Эта атака застала нас врасплох, теперь наши корабли не могут выйти, их просто уничтожат сконцентрированным огнем, — сказал один из элиты командования.

— Пусть корабли контратакуют и высылают пехоту, кто-нибудь, узнайте каковы наши потери, — снова приказал император.

— Сейчас узнаю, — сказал еще один из находившихся в зале. — Он достал сенсорный планшет из-за пазухи и начал просматривать по нему данные.

— Хм, судя по данным, все атакующие корабли, окружавшие планету, уничтожены. Треть транспортных кораблей так же разорвана, не смотря на то, что, в отличие от атакующих, они были спроектированы по последнему слову техники. Нам повезло, что императорский корабль настолько прочный, иначе мы бы разделили их участь.

— Это я знаю и без тебя, каковы потери крушащего миллиарда?

— Эта внезапная атака стоила нам четверти их сил, — советник засунул планшет обратно за пазуху и посмотрел на императора.

Среди коллегии поднялись споры по счет услышанной информации.

— Неприятная цифра, однако, судя по количеству кораблей илкарцев, численность их пехоты не превышает пару сотен миллионов, нас все еще больше. Кажется, я знаю, что нам делать, — на лице императора растянулась зловещая улыбка, не предвещавшая ничего хорошего для людей и илкарцев.

Авгулт отдал приказ десантироваться на Луну, командовав со своего трона на Мильбране.

— Посмотри, что делают эти ублюдки? — Алдриан указал вперед. Атакующие корабли ренианцев закрыли сплошной стеной пространственную дыру.

— Они подставляются под удар, чтобы корабли, которые уже успели войти в разрыв смогли оттуда выйти. Видимо, там летит кто-то важный, раз император так легко жертвует солдатами, — братья переглянулись и, словно найдя ответ друг у друга во взгляде, синхронно ответили.

— Легион Эдера...

-Это плохо, это очень плохо! — прокричал Алдриан.

— Однозначно, но у нас есть шанс их немного потрепать. Как я вижу, они притащили на войну допотопную технику, видимо боялись разрушить планету людей, — на лице Авгулта появилась довольная гримаса. — На этом и сыграем, всем кораблям, приказываю, пробиться огнем к пространственной дыре. Защиту предоставьте Мильбрану, пехоте немедленно высадиться на Луне. Пришло время искупить вину перед людьми...

Корабли илкарцев открыли огонь. Их снарядами были длинные сгустки энергии, покрытые прочной оболочкой. Сотни тысяч таких снарядов устремились на атакующие корабли ренианцев. Некоторые из них сбили, но та часть, что долетела, прорезала себе путь внутрь корабля. Оболочка спала, и энергия вырвалась наружу, разорвав корабли ренианцев изнутри. Транспортные корабли илкарцев в виде сфер подлетели к Луне. Их передняя часть была укреплена дополнительной броней. Они спустились прямиком к войску ренианцев и пролетели по рядам их солдат на огромной скорости. Ренианцы отвлеклись от небольшой кучки людей и устремились на илкарцев.

Те, вооруженные преимущественно копьями и оружием схожим по принципу работы с тем, что стояло на их кораблях, прекрасно управлялись с противником. Тем временем, стена из атакующих кораблей, закрывших собой дыру, пала, и заряды полетели в корабли за ними. Легион Эдера начал терять солдат еще до вступления их в бой. Мильбран брал весь огонь на себя за счет своей мощной дополнительной фронтовой брони, отсталые корабли ренианцев не могли ничего сделать илкарцам. Враг начал нести огромные потери.

— Ха-ха. Ну что, нравится вам, сукины дети?! — прокричал довольный Авгулт.

Ренианцы начали отступать на всех фронтах. Вдруг темно-синий луч вырвался из дыры и пронзил Мильбран. Корабль начало трясти.

— В чем дело? — спросил Алдриан, нервно поглядывая по сторонам.

— Луч пробил нашу броню! Кажется, легион Эдера притащили с собой свои атакующие корабли последнего поколения, — доложил один из инженеров.

— Это все усложняет, — сказал Алдриан, посмотрев на своего брата.

— Никто и не говорил, что будет легко, но мы успели сильно их потрепать, думаю, бойцов триста они да потеряли. Внимание всем кораблям, сконцентрировать огонь на выходе из разрыва!

Снаряды устремились в разрыв, из дыры показались первые корабли легиона Эдера. Они представляли собой шесть скрепленных между собой атакующих кораблей. Каждый цилиндр нес на себе дополнительное вооружение, имел максимальную защиту и вооружен по последнему слову техники. Впереди, они создавали защитное поле, сдерживающее половину снарядов илкарцев.

На каждый сбитый корабль, из воронки вылетало два целых, в конце концов, их вылетело достаточно, чтобы перестать игнорировать атакующие корабли и начать вести огонь по ним. Вслед за ними, начали вылетать транспортные корабли. Их обшивка была вишневого цвета и на ней красовался огромный логотип илкарца, захлебывающегося в голубой водяной сфере. Легионеры всегда наносили подобного рода рисунки на обшивки своих кораблей. Менялся лишь пленник водяной сферы, в зависимости от того, с какой расой сражались в данный момент легионеры.

Лишь Мильбрану удалось сбить несколько таких кораблей, пока его вновь не отогнали на задние позиции. Пехота илкарцев пронзала своих врагов без малейшей жалости, быстро и точно, а стрелки разрывали ренианцев на мелкие кусочки своими снарядами.

— Пронзите, как можно больше этих тварей, братья мои! Заставьте их бояться! — прокричал Авгулт, смотря на экран боевых действий.

"Пронзите этот мир своим гневом...".

Глава 8

Легион Эдера

Мы уверенно побеждали ренианскую армию.

Наше численное превосходство было неоспоримо,

а вера солдат в победу непоколебима. Так, мне казалось...

Но потом, на помощь ренианцам пришла всего сотня солдат.

Никогда я не видел такое ужасное отчаяние в глазах своих воинов...

Командующий армией делдаркцев о легионе Эдера (с)

Борий крутился словно ураган. Его мечи на цепи прорубали ему путь, никто не мог его остановить. При почти сорока оборотах в секунду он спокойно мог видеть, что происходило вокруг него. Троянец заметил стоящего на его пути ренианца с копьем в руке. Спустя несколько оборотов ренианец куда-то исчез. Борий успел прокуриться еще пару раз, и ренианец появился прямо в паре сантиметрах от его лица, миновав смертельное торнадо из мечей. Троянец вовремя успел скоординировать движения, и удар копья пришелся ему лишь в плечо. Борий хотел срубить голову своему врагу, но тот остановил его удар одной рукой. Тогда он сделал быстрый выпад и заставил противника отступить, вытащив из него свое копье.

Борий схватился за раненое плечо и смог быстро исцелиться. Он торопливо посмотрел по сторонам, и увидел одиннадцать окруживших его ренианцев. Они отличались от тех, с кем он сражался здесь уже несколько дней. В них небыло страха, небыло волнения, они были холодны и невероятно сильны, Борий прекрасно это чувствовал. Их броня отличалась от стандартной брони ренианцев наличием разных цветов, а также элементов, которые её дополняли: плащи, односторонние накидки и различные ткани, выглядывающие из-под брони.

* * *

Джунгран пробивался к ядру третьего по величине корабля. Он повернул направо и нашел, то, что искал. Миновав длинный коридор, он забежал внутрь огромного помещения, откуда уже было видно сферу. Едва самурай успел понять, куда забежал, ловушка захлопнулась, а сфера тут же исчезла. Джунгран попытался разрезать помещение изнутри или взорвать его, но все попытки оказывались неудачными. Он повернулся и осмотрел помещение. Шестнадцать колонн возвышались до потолка по обе стороны, а на стенах были запечатлены моменты сражений ренианцев между собой. Также вдоль стен текла вода, к которой шло несколько небольших ступенек.

— Неплохая иллюзия, не правда ли? — раздался звучный, но в тоже время немного хриплый голос и эхом пронесся по помещению.

Джунгран насторожился, схватившись одной рукой за рукоять меча. Из-за колонн вышли ренианцы, их глаза угрожающе смотрели на самурая, переливаясь разными цветами. Впереди, очевидно, стол их лидер. У него была синяя кожа и длинные отростки на голове. Одет он был в черную броню с чешуйчатыми вставками на ребрах, а из-под неё выглядывало множество длинных кусочков ткани, создававших вместе что-то наподобие разрезанной длинной юбки.

— Я наблюдал за тобой и прекрасно знаю твою технику. Могу лишь сказать, что ты глупец, который неправильно использует свою силу. Вижу, ты уже подустал, — с насмешкой сказал ренианец.

— А ты много разговариваешь. Я уже убил тысячи таких же разговорчивых, как ты, и у меня просто слегка затекли руки рубить твоих собратьев, но я не устал, — самурай пытался вывезти из себя ренианцев, чтобы те начали совершать необдуманные поступки. Он не раз побеждал подобным способом.

— И ты так гордишься тем, что смог одолеть самых слабых из нас? Эти ничтожества были недостойны называться нашими братьями, — по помещению пронесся тихий смех ренианцев.

— Я командующий этого корабля, убьешь меня, убьешь и корабль. Докажи, что ты годен на что-то большее, чем убивать новобранцев.

Джунгран перевел дух и прокричал:

-Тогда считай, что вы оба уже мертвы! — он снова призвал свою силу и накинулся на ренианца.

* * *

Анурий, Изабелла, Кристина и Ярослав, мчались на помощь Борию. Ярослав вовремя успел заметить, что кто-то целится в Кристину. Он развернулся и отшвырнул девушку в сторону, однако тем самым подставился под выстрел. Потеряв контроль, он полетел вниз, приземлившись на одно колено. Остальные были вынуждены спуститься ему на помощь.

— Ты как, друг? — Анурий наклонился и помог ему подняться.

— Спасибо, Ярослав, если б не ты...— начала виноватым тоном говорить Кристина, но её спаситель тут же перебил.

— Потом поблагодаришь, меня пронзили в один выстрел, кажется, пришли настоящие ренианцы. Сердце слегка задето, илуний сейчас быстро все подчистит, но мне лучше пока не двигаться.

Стрелявший, убрал свою длинную винтовку. Она была утонченной прямоугольной формы, сужаясь в конце, с оптическим прицелом и дуговой рукоятью. Он присел на корточки и начал что-то искать, перебирая лунные камушки под ногами.

— Ты промазал! — подтрунивал над ним стоящий рядом.

— Нет, я просто не ожидал, что люди настолько глупые, что сами подставляются под удар вместо других. В последний момент успел перенаправить выстрел и ранить здоровяка, — холодно ответил снайпер.

— Пфф, тоже мне, его рана быстро заживет, толку от такого выстрела?

Второй ренианец был в красно-синем доспехе обтекаемой формы. На его правом плече висела накидка синего цвета, а за спиной располагалась двухклинковая глефа обсидианового оттенка.

— Тогда я предлагаю поторопиться к месту, куда он упал, пока рана не затянулась, — стрелок взял в руки один из наиболее гладких камушков и положил себе в карман. Затем выпрямился и снова ухватил винтовку обеими руками. Позади них стояло около двухсот солдат из легиона.

К высшим защитникам подбежали илкарцы.

— У вас все в порядке? — спросил один из них.

— Нет, нашему другу нужно немного времени, — ответил Анурий.

— Так-так, что тут у нас? — прервал их чей-то голос. — Погляди-ка, они даже не планировали убегать, — с довольным лицом произнес ренианец с глефой.

— Тем же лучше, не придется за ними бегать, — ответил стрелок.

— Когда это ты последний раз бегал? Усядешься в каком-нибудь уютном гнездышке и отстреливаешься себе спокойно, — возмутился его напарник.

— Я тебе предлагал взять в руки снайперское оружие, но ты же у нас любитель смотреть в глаза перед смертью, — двоица разговаривала так непринужденно, будто они находились в баре, а не посреди кровопролитной войны.

— Хе-хе, да, тут ты прав, но только глянь на тех женщин, хоть они и землянки, но у меня возникает дикое желание поиметь их обеих, — ренианец в красно-синем доспехе осмотрел Изабеллу и Кристину, его животный взгляд вызывал отвращение.

— Спокойнее, Фа?рдред, сначала захватим планету, а потом можешь развлекаться, — угомонил его стрелок.

— Уж я-то развлекусь, Мильмьён, можешь не сомневаться.

— Что ты там бормочешь, грязное животное! — прокричал Анурий. — Да ты даже пальцем их не коснешься! — он закрыл собой девушек и был готов умереть за них.

— Вот этого я убью первым, — Фардред достал из-за спины глефу и указал ею на Анурия. — Но сначала расправимся с илкарцами.

— Кстати, почему мы с ними слышим друг друга? — снова непринужденно задался вопросом Мильмьён.

— Хм-м, и правда, — Фардред почесал подбородок, немного раздумывая над этим, как тут его выражение лица поменялось и тот, подняв палец вверх ответил. — О, кажется, на этой планете уже было выпущено столько частиц илуния, что тут появилась временная атмосфера.

— Да, думаю, ты прав, — монотонным голосом ответил Мильмьён.

* * *

Авгулт наблюдал за полем боя, его прервал Улькиус, который связался с его кораблем.

— Авгулт, я говорил с Линтрандом и рассказал ему о вашем прибытии.

— С Линтрандом? А где он сам?

— Он сражается с одним сильным ренианцем. Авгулт, отправляй войска на Землю, а корабли отводи от Луны, чем дальше, тем лучше, — Улькиус старался говорить как можно быстрее.

-Но зачем? — недоумевал император.

— Нет времени на объяснение, просто сделай, как я говорю, ты скоро все поймешь.

— Хорошо, — император хотел уже отдать приказ, но Улькиус еще раз отвлек его.

— И еще вот что, сколько ренианцев высадилось на Луну? Вы проанализировали? — спросил Улькиус.

— Около четверти миллиарда пехоты и пары тысяч из легиона Эдера. Моих воинов там всего около пятидесяти миллионов.

— Приказывай им отступать, сажай на корабли и отправляй к нам на планету. И поспеши, Линтранд долго не протянет, — Улькиус прервал связь и оставил Авгулта с Алдрианом в раздумьях.

— Как думаешь, что они задумали? — спросил Алдриан, на что его брат пожал плечами. — И этот воин, с которым сражается Линтранд, кто это может быть? Во вселенной не так уж и много обладателей шестнадцатого круга. Ренианцев должно быть одиннадцать, возможно, на парочку больше.

— Не знаю, но надеюсь, это не тот, о ком я думаю. Уж не знаю, что там задумали люди, но нам ничего не остается, как послушать их и отступить. Отдавай приказ.

Алдриан кивнул головой и удалился.

* * *

Отряд илкарцев бился с легионом Эдера при поддержке высших защитников, но все равно проигрывали. Легионеры превзошли все ожидания. Анурий с трудом справлялся с двумя из них, Изабелла и Кристина держались друг друга и прикрывали Ярослава.

— Ну, привет, заждались? — посреди битвы их нашел Фардред, — Знаете, я очень волнуюсь, у меня и в мыслях небыло, что когда-нибудь у меня будет секс с парочкой красивых землянок.

— Мерзкое животное, единственное, что у тебя будет, это пара клинков в глотке! — прокричала Кристина и вместе с Изабеллой они накинулись на Фардреда.

Он легко уходил от всех их атак, даже не используя оружия. Увернувшись от выпада Изабеллы, ренианец тут же врезал ей в ответ по лицу, отчего ту унесло вдаль. Кристина на мгновение отвлеклась на сестру, за что тут же поплатилась. Фардред пробил ей броню, и удар пришелся по голой спине. Изабелла вернулась обратно и окутала его оковами оранжевого цвета, после чего Кристина, воспользовавшись моментом, вскочила и попыталась проткнуть ему череп. Её удар остановил фиолетовый сгусток энергии, прошедший ей через обе руки и пробивший их насквозь, рапира выпала из её рук. Кристина закричала от боли и повалилась на землю.

— Я смотрю, тебя чуть не убили две людских женщины, — к ним приближался Мильмьён, в руках его было два пистолета такой же формы, что и его снайперская винтовка.

— У меня все было под контролем, я просто развлекался, дал им немного почувствовать себя у власти, — усмехнулся тот. — Вот если б я использовал силы... — после этих слов его глаза налились темно-синим светом.

— Как скажешь, — спокойно ответил тот.

— Кристина! — Изабелла подбежала к ней и осмотрела её руки.

— Ах вы сволочи, да я... — не успев договорить она получила сильный удар по лицу от Фардреда. Второй рукой он схватил её за шиворот, чтобы её снова не унесло от его мощного удара, который разломил впереди Луну на пару сотен метров. Своей ногой он прижал Кристину к земле по той же причине, что удерживал её сестру. Фардред сделал еще несколько неторопливых ударов по лицу девушки, чтобы та перестала сопротивляться.

— Ну что, нравится, сука? — довольным тоном спросил тот. Изабелла была не в состоянии ничего ответить.

— Ублюдок, ты поплатишься за это! — прокричала Кристина.

— Заткнись, стерва, до тебя тоже очередь дойдет.

— Что-то ты слабо ударил, — сказал Мильмьен.

— Это еще почему? — спросил тот, на что стрелок указал ему посмотреть вперед, указывая на небольшие разрушения, которые оставил обладатель шестнадцатого круга.

— Хм, всего пару сотен метров. Эй, ты! Насколько вы укрепили Луну? — спросил он Кристину.

— Хрен я тебе что скажу! — с презрением ответила она и плюнула ему в лицо, за что получила удар ногой.

— Какая упертая, ну да ладно, и без тебя справимся. Я думаю, что процентов на пятьсот, судя по разрушениям, стать слабее я все-таки не мог, -предположил Фардред, и наконец заставил Мильмьёна улыбнуться.

— Ну, так, на чем мы остановились? — Фардред посмотрел на Кристину маниакальной улыбкой.

— Кажется, ты хотел с ними совокупиться, — снова безразличным тоном ответил Мильмьён.

— Ах да, момент истины, — Фардред потянулся к её нагруднику, чтобы сорвать.

— Фардред, берегись! — прокричал Мильмьён.

Ренианец повернулся и едва успел спастись от огромной секиры.

— Анурий, уноси отсюда девочек в крепость, я задержу их! — Ярослав словно стена встал перед двумя ренианцами, крепко сжимая свою секиру и с презрением смотря на противников.

— Фух, это было близко, — произнес Фардред, который осматривал свою небольшую рану на груди.

— Очень близко, — подметил его соратник.

— Что это за полуголый мужик? Эдера на него нет... — Фардред оглядел Ярослава с ног до головы, ведь сам он был ростом на две головы ниже, а его товарищ и того больше.

— Может, он сам хотел совокупиться с ними? Поэтому, наверное, полуголый? — все также безразлично говорил Мильмьён.

— Эй ты, здоровый тупица, если ты сам хотел этих женщин, то можем договориться, сначала мы, а потом ты, — насмехаясь, подначивал его Фардред, чем очень хотел вывести из себя Ярослава.

— Кажется, он злится, — монотонно пробубнил Мильмьён

— Наверное, хочет первый, — сказал Фардред, отвечая своему соратнику, словно не замечая рядом стоящего Ярослава.

Ярослав яростно взмахнул своей секирой, разнеся все в радиусе почти километра. Ренианцы увернулись, подпрыгнув вверх. Мильмьён обстрелял его сверху из своих пистолетов, чьи заряды нанесли поверхности так же немалый урон.

— А он сильный, — сказал Мильмьён, продолжая парить наверху.

— Я и один справлюсь, — гордо ответил Фардред.

— А я и не говорил, что ты не справишься, — улыбнулся тот.

— Догони того, что увел женщин, но не убивай, я обещал прикончить его.

— Хорошо, — Мильмьён последовал за Анурием.

Ярослав попытался его остановить, преградив тому путь, но Фардред не дал этого сделать. Ренианец пронзил ему правую сторону груди и скинул обратно вниз, затем ринулся за ним. Не дав Ярославу опомниться, он снова пронзил его, на этот раз спину, и, увернувшись от взмаха его секиры, плавно приземлился на поверхность. Фардред посмотрел на Ярослава со сквозной дыркой в груди, но тот продолжал стоять на ногах, как ни в чем не бывало. Анурий спешил обратно на планету. В отличие от Кристины, которая могла передвигаться самостоятельно, Изабелла все еще не пришла в себя.

— С ним ведь все будет в порядке? — посмотрела назад Кристина, волнуясь за Ярослава.

Анурий постоянно оглядывался по сторонам, будто знал, что никто так просто их не отпустит, прогулка по космосу отнимала у них много сил. Он знал, что любые слова утешения прозвучат глупо, но все равно, повернулся к Кристине и сказал:

— С ним все будет хорошо, это же Ярослав.

Мильмьён возник перед ними из ниоткуда. Их догнали куда быстрее, чем надеялся Анурий.

— Бери свою сестру и убегайте! — скомандовал он.

— Что это ты раскомандовался?! Я сама решу, как мне поступить, вдвоем мы с ним быстро управимся!

Анурий перекинул Изабеллу сестре и ответил:

— А Изабелла тоже справится? Мы не сможем заботиться о себе и о ней. Беги в орден, я скоро присоединюсь.

— Никуда я...

Анурий разозлился и накричал на неё, не дав ей сказать больше ни слова, на этот раз Кристина подчинилась и поспешила в орден.

Мильмьён провожал взглядом девушек, но оставался неподвижным. Они его не интересовали, а вот желание сразиться с сильным противником было куда сильнее. К ним присоединились воины из легиона, которые направлялись в наземную атаку на планету, но Мильмьён приказал им не вмешиваться и на душе Анурия заметно полегчало. Кристина и Изабелла вошли в атмосферу планеты, и первой пришлось передать часть своей силы, чтобы её сестра не сгорела в атмосфере.

Глава 9

Кровавое безумие

Ильмарион стоял на вершине замка и вдыхал свежий воздух полной грудью. Ветер без устали колыхал его плащ. Бард не отрывал взгляд от ночного неба и с нетерпением ждал, когда сможет помочь друзьям. Ожидание безумно утомило всех в этой крепости. Наконец, он увидел, как корабли ренианцев входят в атмосферу, рыча своими двигателями, как дикие звери.

— Значит, наше время пришло... Дутанор, Джорелл, друзья мои, сегодня все свои убийства, я посвящаю вам, — шепотом сказал Ильмарион самому себе.

По рации прозвучала долгожданная фраза Улькиуса.

— Они вошли в атмосферу, всем приготовиться!

Замок заскрипел и начал преобразовываться. На стены замка поднялись лазерные орудия, такие же, что и на Луне, но куда меньше размером.

— Ильмарион, мы выводим его! — крикнул по рации Изентриэль.

— Хорошо, — Ильмарион разогнался и прыгнул с крыши почти километрового замка.

Он достал небольшой нож и начал им притормаживать, то и дело втыкая его в стену. В нескольких сотнях метрах внизу, стены замка отворились, словно двери, и оттуда начала выдвигаться просторная площадка. На её краю возвышался огромный охотничий горн метров пятнадцати в высоту. Он был цвета темной бронзы с гравировкой их ордена и множеством прямоугольных углублений, которые простилались по всей его длине. Так же на платформе было одиннадцать барабанов.

Ильмарион приземлился на платформу, немного присев, чтобы смягчить удар. Он не спеша поднялся и посмотрел на рог, на его лице появилась довольная гримаса, хоть её и не было видно за маской. Бард был очень доволен работой. На платформу забежали десять человек, наряженные так же, как и он. Каждый занял свое место перед барабаном, кроме их лидера, который чего-то ждал. На платформу также поднялись Джек и Стэмшур.

Ренианцы из легиона Эдера выпрыгнули из своих транспортных кораблей прямо в воздухе. Около двадцати солдат сконцентрировали свою мощь и направили на барьер ордена поток илуния. Защита начала поддаваться и, в конце концов, рухнула, опустившись на землю сверкающими огоньками. Воины неприятеля один за другим начали десантироваться. Настенные орудия ордена открыли огонь, как только завеса пала. Имея тридцать восемь стволов для уничтожения живой силы противника, они делали семьдесят шесть тысяч выстрелов в минуту концентрированными зарядами илуния. А также могли поражать цели, передвигающиеся со скоростью в полтора раза меньшей скорости света. Жаль только, что боезапас таких орудий быстро кончался. Небо заполонили огни и мертвые ренианцы. Лишь воины легиона стопроцентным составом преодолели воздушную защиту, играючи отбивая летевшие в них снаряды. Около пятидесяти из них приземлились в лес.

— Теперь, можно начинать, — с довольным лицом, Ильмарион сел на место и дал команду своим людям, его глаза запылали красным пламенем. — Теперь вы на моей территории, территории звука.

Ильмарион продудел в огромный рог и его звук разнесся по всей округе. Углубления горна засветились красным светом, а барабаны заиграли воинственным ритмом, сопровождающимся мужскими голосами. Ильмарион вновь призвал свой оркестр, но на этот раз, чтобы развлечь смерть.

Приземлившиеся в лес ренианцы почувствовали, как впервые за многие тысячелетия колотится их сердце, а руки дрожат. Они не понимали в чем дело, их тела отказывались слушаться.

В глубине леса показалось четыре светящихся пары глаз, голубые, оранжевые, желтые и темно-зеленые. В засаде их ждали четыре зверя, спрятавшиеся за деревья. Их души переполняла мощь и желание сражаться из-за мелодии Ильмариона, словно их сила была безгранична. Успев лишь заметить их глаза, ослабевшие ренианцы начали падать один за другим, растерзанные на части, пронзенные насквозь стрелами, которые разрывались внутри них. Они пытались хоть как-то взять ситуацию в свои руки, но это было невероятно тяжело.

Эндрел, Адэхи, Пэйта и Энэпей были облачены под стать их прозвищу. На Эндреле была шкура льва, золотая маска в форме морды этого зверя и золотой нагрудник с поножами и наручами. Вооружен он был длинными когтями, так же, как и Энэпей. На Адэхи была шкура волка, те же доспехи серебряного цвета и серебристый лук, украшенный впереди множеством острых клыков, а место, откуда вылетала стрела, было похожа на пасть волка. На Энэпее была шкура пумы и черный матовый нагрудник с такого же цвета наручами и поножами. Пэйта являлся обладателем леопардовой шкуры и носил её на левом плече. В руках у него была большая деревянная дубина с шипами и ромбообразный выпуклый щит, обвешанный шкурами других леопардов.

Эндрел и Энэпей мгновенно появлялись, разрезая ренианцев, а затем так же мгновенно исчезали в глубине леса. Тысячи стрел вылетали из-за деревьев с огромной скорости и взрывались, едва долетая до цели, неся страх и разрушение, подходившим подкреплениям ренианцев.

— Это все из-за этой мелодии, мы слабеем, нам нужно как можно быстрее её прекратить! Этот сраный музыкант при помощи звуковых волн распределяет по всему полю свои частицы! — прокричал один из ренианцев и сжал свои зубы от злости.

— Хорошо, я передам указания остальным! — один из ренианцев начал немедленно докладывать в командный центр.

Точечными ударами с космоса ренианцы уничтожили орудия землян, затем удары начались по платформе, где играл Ильмарион. Множество снарядов попали в цель, но разбились об барьер, выставленный Джеком и Стэмшуром. Ильмарион снова продудел в рог и души его соратников переполнились новой силой.

— Командующий, снаряды платформу не берут! — докладывали командиру легиона.

— Стреляйте по ним из наших кораблей. Та рухлядь, что сейчас пытается пробить их барьер, не справится с этим, нужны наши основные корабли. Мы явно недооценили защитные способности землян, — приказал командир легиона.

— Господин, но ведь император строго настрого запретил стрелять по их планете из наших основных кораблей, это может навредить водной среде.

— Прокляни меня Эдер! Я совсем забыл про этот приказ. Воля императора — закон, в таком случае, передай моим солдатам, в первую очередь сконцентрироваться на разрушении этой платформы. Атакующий миллиард пусть пока развлекает вражеских воинов.

Те же солдаты, что разрушили основной барьер, начали стрелять по платформе, едва получили новый приказ. Джеку и Стэмшуру пришлось сильно поднапрячься, чтобы удержать его.

— Изентриэль, сделай что-нибудь! — прокричал Стэмшур, который чувствовал, как их с Джеком барьер начал давать слабину.

— Уже делаю, сладкий, ты только не нервничай, — усмехнулся испанец.

Длинные световые лучи начали пронзать головы ренианцев одного за другим. Изентриэль стрелял с позиции почти на вершине замка. Устроившись поудобнее, в руках у него была винтовка, создающая пронизывающий заряд илуния. Его левая рука была продета внутрь оружия, где в неё было вставлено множество трубок, поглощающих из него илуний, который затем преобразовывало оружие. Со стороны казалось, будто его оружие стало с ним одним целым. Его броня почти осталась неизменной со встречи с ренинацами, кроме рук, которые были покрыты черными пластинами. Изентриэль посмотрел в оптический прицел и вздрогнул от увиденного.

— Ребята, там Изабелла и Кристина, кажется, у них проблемы!

Кристина, что есть сил, мчалась от преследования, стараясь не нарваться на ренианцев впереди. Изабелла все еще была без сознания, что сильно ухудшало их положение.

— Что, где они?! — тут же откликнулся Юлиан.

— В нескольких километрах надо мной, кажется, Изабелла без сознания. Они не смогут прорваться через ренианцев. Эти ублюдки держат небо над крепостью в плотном кольце.

— Изабелла без сознания?! — сердце Юлиана бешено заколотилось, безрассудство тут же овладело им, и он был готов оставить свою позицию. -Изентриэль, можешь сказать мне точное расстояние? — быстро спросил он.

Изентриэль вновь посмотрел в прицел.

— Да, три тысячи тридцать четыре километра от земли до них.

— Ты посчитал высоту замка? — спросил Джек.

— Обижаешь, в измерении расстояний я спец.

— Изентриэль, дай мне немного времени, прикрой их. — Юлиан вышел в центр площади, где уже проходило сражение, но благодаря Ильмариону у простой пехоты ренианцев было мало шансов.

На нем был фиолетовый доспех с красной розой на нагруднике и фиолетовом плаще с золотой каймой. Латы на руках были покрыты шипами. В ножнах висела шипованная рапира с красной рукояткой, сделанной в виде бутона. Он положил обе руки на брусчатку и сосредоточился. Розовая волна стремительно прошлась по всей площади. Юлиан открыл глаза, откуда пламенем вырывался розовый свет и прокричал от напряжения. Из площади вырвались огромные шипы. Сначала они пронзили всех врагов на площади, после чего устремились вверх. Все защитники отвлеклись на это зрелище. Изентриэль наблюдал за всем через прицел. Шипы поднялись на ту высоту, где находились девушки, по пути они еще раз разветвлялись и пронзали находившихся рядом врагов. Один из шипов добрался до девушек и обхватил их, полностью укрыв собой, затем устремился обратно вниз, доставив их к Юлиану.

"Хм-м, хороший контроль, парень, не зря Линтранд взял тебя в высшие защитники. Заставить сорняки под брусчаткой впитать илуний, а затем преобразовать их в это, да еще и так искусно контролировать, не задевая своих. И правда, талантище", — сказал самому себе Изентриэль, восхитившись только что увиденным.

— Изабелла, Изабелла! — Юлиан пытался всячески привести её в чувства. — Что с ней такое, почему она не приходит в себя? — спросил он Кристину.

— Я не знаю, она получила несколько ударов по лицу, но это не должно было её так обессилить.

Юлиан огляделся по сторонам, пытаясь что-то придумать.

— Я отнесу её Улькиусу, оставайся здесь, — сказал он Кристине и взял свою возлюбленную на руки.

Рог продолжал издавать протяжные звуки, вызывающие мурашки по коже, а барабаны отбивали грозный ритм. Пока Ильмарион раздавал всем свои силы, воины людей превосходили ренианцев.

— Нет, я не брошу свою сестру, мы пойдем вместе! — настойчиво сказала Кристина, и Юлиану пришлось быстро согласиться, так как времени на споры у него не было.

— Юлиан, не смей бросать свой пост! — кричал ему Изентриэль, который все прекрасно видел.

Ответа не последовало, Юлиан забежал в крепость и понес Изабеллу к лифту, ведущему на полигон.

— Юлиан! Юлиан! Эмоциональный засранец, зря его только расхваливал! — испанец неодобрительно фыркнул и, посмотрев в прицел, прострелил голову какому-то случайному бедолаге из ренианской армии.

На площадь тут же начали стягиваться силы ренианцев, без Юлиана люди стали сдавать позиции, не смотря на мелодию. Джек вышел из барьера и спрыгнул вниз, чтобы удержать площадь. Юлиан бежал по коридорам полигона в поисках Улькиуса. Наконец, найдя профессора в его кабинете, он немедленно попросил вылечить свою возлюбленную.

— Что с ней?! — Улькиус вскочил с кресла, взяв Изабеллу из рук Юлиана, отнес её на кушетку, где начал осматривать.

— Я не знаю, Кристина сказала, что её всего пару раз ударили по лицу. Улькиус ты можешь что-нибудь сделать?

— Да, а ты должен вернуться наверх и помочь остальным.

— Нет, я не брошу её!

— Ты сейчас же пойдешь наверх и поможешь остальным. Если они умрут, то один ты её не сможешь спасти, — Улькиус говорил без эмоций, полностью погрузившись в осмотр Изабелла, пытаясь разобраться, что же с ней произошло.

— Пусть Кристина идет! — упирался Юлиан, не желая уходить.

Улькиус тяжело вздохнул и закончил осматривать Изабеллу, сделал пару шагов назад и встал на месте, засунув руки в карманы.

— Что ты делаешь?! — негодующе спросил Юлиан.

— Я и пальцем не пошевелю, пока ты не пойдешь наверх.

-Да как ты смеешь!

— Смею! Раз тебе плевать на жизнь своих товарищей, то мне тоже плевать на жизнь твоей возлюбленной! Либо ты прекращаешь истерику и идешь наверх, либо ты смотришь, как Изабелла умирает!

— Она умирает?! — воскликнул тот, не ожидая такого поворота событий.

— Да, умирает, и благодаря тебе, наверняка умрет, если ты не пойдешь наверх!

Кристина стояла в ступоре и не могла произнести ни слова, смотря на ссору. Она не верила, что может вот так вот потерять свою сестру.

— Хорошо, я пойду наверх, только спаси ей жизнь! — Юлиан поцеловал свою жену в губы и, прикусив свою нижнюю губу, развернулся в сторону двери, вскоре покинув полигон.

Немного придя в себя, Кристина подошла к Улькиусу и спросила его:

— Она правда может умереть?

На лице Улькиуса появилась ухмылка.

— Да нет, всего лишь сотрясение и истощение. Я просто припугнул паренька, чтобы сопли тут перестал разводить. С Изабеллой все будет в порядке, сейчас я подключу ей аппарат для закачивания илуния и все. Теперь, давай я тебя осмотрю.

Пока Улькиус осматривал Кристину, к нему в кабинет ввалился Лонут, который был все еще в тяжелом состоянии.

— Ты почему вылез из своей постели? — спокойно спросил его Улькиус, продолжая осмотр.

Лонут облокотился спиной об дверной проем и с усилием произнес:

— Илкарцы, я слышал по рации, что часть моего выжившего народа прилетела к вам на помощь. Я должен быть там и сражаться с ними плечом к плечу, — Лонут все еще тяжело дышал. Новый илуний еще не успел адаптироваться к его организму, из-за чего илкарец испытывал неприятные боли по всему телу. Хотя и мог с некоторой эффективностью уже использовать новообретенные частицы.

— Хорошо, иди, — спокойно ответил профессор, чем вызвал крайнее удивление у Лонута и даже Кристины.

— Что, ты правда отпустишь меня? — прокашлявшись спросил илкарец.

— Ты никогда не был здесь пленником, лишь моим пациентом. Так что ты волен делать все, что хочешь.

Лонут не стал задерживаться и поковылял в сторону лифта. Едва он успел сделать несколько шагов вдоль стены, как из кабинета Улькиуса прозвучало несколько слов напутствия.

— Но послушай вот что. Какой прок будет от тебя твоим собратьям в твоем нынешнем состоянии? Думаешь, Авгулт или Алдриан смогут сосредоточиться на битве, пока буду знать, что где-то в гуще сражения находится их, едва стоящий на ногах, брат?

Лонут тут же остановился. Он больше чем кто-либо хотел помочь своему народу, но Улькиус был прав. От злости он ударил кулаком по стене и выругался себе под нос, после чего направился обратно в свою постель.

По всей планете начались ожесточенные схватки. По совету Улькиуса армии людей переместились поближе к берегам, там и происходили сражения. Люди, вместе с высадившимися илкарцами, бились против ренианцев. За пять лет человечество не успело создать достаточно сильную армию, но успело обзавестись технологиями для борьбы с таким сильным противником. При поддержке сильной и обученной пехоты илкарцев, пусть и в небольшом количестве, эта битва не казалось такой уж безнадежной. Однако, любое сражение, где появлялся легион Эдера, тут же шло в пользу ренианцев. Все солдаты легиона были на пятнадцатом кругу и, в большинстве своем, имели несколько тысячелетий боевого опыта за плечами. Грозные воины, которые уничтожали необученную пехоту людей сотнями тысяч, и лишь илкарцы могли встать на их пути, чтобы прикрыть собою воинов, едва дошедших до десятого круга.

Линтранд из последних сил бился против Дарбрелта, илуний уже почти залечил раны обоих, и пытаться победить на этом не имело никакого смысла. С невероятной скоростью они перемещались по всей темной стороне Луны, разрушая её от столкновения их оружий. Столь разрушительная битва не могла остаться незамеченной, и внимание к ней было приковано почти всей элитной верхушки ренианцев, а также Алдриана и Авгулта. Не смотря на то, что в космосе все еще шли бои между звездными кораблями и тех, и других, лишь бой самых сильных был им по-настоящему интересен.

— Сомнений быть не может, Линтранд бьется с Дарбрелтом, — сказал Алдриан.

— Да, я удивлен его стойкостью. Дарбрелт сильнейший воин ренианцев. Однако я думаю, что Линтранд не сможет выиграть, — Авгулт внимательно следил за экраном, пытаясь анализировать каждое увиденное им движение. — Они крепко укрепили Луну, я знаю, что где-то на пятьсот процентов, но даже этого укрепления не хватит, чтобы планета выдержала их бой, — договорил император.

* * *

Джунгран облокотился спиной об стену. Он убил трех легионеров, но на этом его силы были фактически исчерпаны. Все попытки выбраться из этой комнаты были тщетны, и он лишь зря потратил на это драгоценные силы.

— Браво! — хлопал в ладоши командующий кораблем. — Ты уложил трех легионеров, не каждому такое под силу, можешь считать себя великим воином, — улыбался тот, довольный увиденным зрелищем.

— Катись в задницу со своей похвалой! — прокряхтел самурай и сплюнул кровавую жижу. — Прячешься за спинами своих солдат, а сам наверняка из себя ничего не представляешь, обыкновенный кусок дерьма.

Улыбка исчезла с лица командующего, и он не спеша направился к Джунграну.

— Командующий Мальтус, — окликнул его один из легионеров.

— В чем дело? — холодно ответил тот.

— Не нужно вам марать свои руки об этого жалкого ублюдка, позвольте...

— Кто я? — перебил его тот.

— Э-э...командующий, — с опаской ответил ренианец, переглядываясь с остальными соратниками.

— Я давал тебе команду делать мою работу за меня?

— Н-нет...

— Тогда стой и смотри. Как мне будет нужно, я непременно к тебе обращусь.

Солдат промолчал и последовал приказу, не отводя взгляда от командующего. Мальтус вплотную подошел к Джунграну и посмотрел на него.

— Ну, вот он я, — сказал тот, надменно разведя руки в стороны, полностью открываясь для удара.

Джунгран замахнулся на него обеими руками одновременно, но Мальтус быстрее нанес ему удар ногой прямо в грудь, вмяв Джунграна в непробиваемую стену. Самурай упал на колени, а на месте стены, куда только что вбил его Мальтус, появилась трещина, которую так отчаянно пытался пробить Джунгран. Самурай с трудом смог снова встать, опершись двумя своими руками на меч. Он вновь попытался атаковать, но получил серию ударов. Нерушимая стена разрушилась и Джунгран вылетел в соседний коридор.

— Ну что, представляю я из себя хоть что-то? — с ухмылкой спросил его ренианец.

Самурай расхохотался, показывая свои окровавленные десна и зубы.

— Ничего, все такой же кусок дерьма, — Джунгран снова показательно плюнул в сторону. — Но ко всему прочему, ты трус, который никогда не сразится с тем, кто сильнее.

Мальтус взбесился и быстрым шагом направился к Джунграну. Самурай посмотрел на гравировку своего меча и на его лице появилась искренняя улыбка, его разум словно перенесся из этого места, в более прекрасное. Мальтус подошел на расстояние удара и замахнулся рукой. Джунгран поднял взгляд и его глаза наполнились силой. Он молниеносно пронесся по всему коридору и остановился перед двумя ренианцами стоявших позади. В помещении наступила секундная тишина. За спиной Джунграна легионеры рассыпались на части, словно мясной пазл. Самурай вложил свой меч в ножны, а его илуниевые руки исчезли. Мечи попадали на пол вместе с хозяином. Мальтус стоял еще несколько секунд в недоумении, все его тело было в глубоких порезах, которые уже начали затягиваться. Он обернулся назад и затем не спеша пошел к Джунграну, проходя мимо разрубленных солдат, его взгляд был направлен лишь на самурая, не замечая своих мертвых соратников.

— Поднимите его на колени, — приказал он двум легионерам, которые все еще были в шоке.

— Вы, что, оглохли?! Я сказал, поднимите его на колени! — прокричал Мальтус.

Те тут же отошли от потрясения и поспешили выполнить приказ, пока командующий не сорвал на них злость. Они схватили самурая за руки и подняли, повернув лицом к Мальтусу.

— Поднимите ему голову, я хочу, чтобы он видел.

Один из легионеров схватил его за волосы и заставил смотреть Джунграна вверх. Сквозь полуопущенные веки Джунгран глядел на Мальтуса. Ренианец поднял руку и в ней не спеша начало появляться его оружие. Длинное копье черного матового цвета с рунической резьбой ренианцев. Его лезвие было красивой формы с мелкими зазубринами с одной стороны. На другом конце древка был крюк. Джунгран закрыл глаза и очутился совсем в другом месте и в другом времени. Он тысячи раз видел этот сон. И ему захотелось прокрутить в его в голове последний разок.

— Папа...папа.

Молодой жизнерадостный Джунгран стоял на берегу и смотрел на восходящее солнце. Он обернулся на крик, и его лицо засветилось еще большей радостью. Маленькая девчушка бежала к нему, игриво смеясь.

— Кто эта очаровательная малышка? — он поднял ребенка вверх и усадил себе на плечи. — Хорошо спала? — спросил он.

В дверном проеме стояла его жена и с улыбкой наблюдала за любимым мужем и своей дочерью.

— Да, — ответила девочка с черными, как смола волосами. То и дело болтая ножками, сидя у папы на шее. — А мне снился сон, — интригующе сказала она.

— Да? И какой же?

— Мне приснилось, что мы всегда будем вместе! — радостно прокричала она.

— Да ты у меня предсказательница, — пошутил Джунгран и, сняв её с плеч, начал с ней кружиться.

— Почему? — сквозь радостный смех спросила дочка.

— Разве может быть как-то иначе? Разве может быть как-то иначе... — эти слова отдались эхом в голове Джунграна и по его щекам покатились слезы.

Мальтус занес над собой копье и пронзил его голову с такой силой, что на выходе из его тела оно пронзило пол. Кровь потекла рекой и залила один из мечей Джунграна, обволакивая рисунок на его мече.

В этот момент в сердце остальных защитников что-то стукнуло, все поняли — что-то произошло.

— Перекличка! — прокричал Линтранд прямо посреди боя с Дарбрелтом.

— Откликнулись все, кроме Джунграна и Бория.

— Джунгран! Борий! — еще раз прокричал Изентриэль и снова, тишина.

— Нет-нет-нет. Может у них рация вышла из строя? Может еще что-то? Они не могли погибнуть! — не веря кричал Изентриэль.

Первой заплакала Кристина, а следом слезы прокатились по щекам всех остальных. Оплакивать друзей и сражаться за судьбы миллиардов одновременно, это было самое тяжелое испытание за всю их жизнь.

Борий стоял окруженный все теми же ренианцами, весь израненный и без сил. Он не хотел сообщать о том, что еще жив и, тем самым, подвергать жизни своих друзей опасности в попытках спасти его. Отчаянно отбиваясь от ударов со всех сторон, он всё же пропустил несколько. И вот, холодная сталь пронзает его тело. Ему кажется, будто все его троянские сородичи сейчас смотрят на него. Они смотрят и ждут, когда же он присоединится к ним, но это ложь, никакой загробной жизни нет, а души его старых друзей уже давно стерты, навсегда. От этой правды ему вдвойне больней. Он не смог спасти их, не смог поступить как было нужно, и погубил своих близких.

"В этот раз, я все сделал правильно", — подумал он про себя, и с чувством выполненного долга, все же с улыбкой, встретил смерть.

Мальтус и его ренианцы, убедившись, что Джунгран не вернулся с того света, так и оставили его сидеть посреди комнаты, даже не вытащив копье.

— Линтранд, мы вывели всех солдат с Луны, на ней остался лишь один из твоих людей и еще один сражается в открытом космосе неподалеку. Скажу тебе, дела у них обоих идут не важно. Я могу отправить кого-нибудь им на помощь, — предложил Авгулт.

— Нет, я сам разберусь, от вас мне необходимо лишь прикрытие огнем.

Линтранд замахнулся своим молотом и ударил об землю, чем вызвал сильное землетрясение и взрыв в радиусе сотни километров, тем самым заставив Дарбрелта отступить. После чего тут же отступил.

— Что это он задумал? Убегает? Нет, на него не похоже, — Дарбрелт огляделся, затем, немного подумав, решил, что лучшим вариантом будет отправиться на Землю.

Ярослав лежал, больше не в силах подняться. Фардред перерезал ему все сухожилия. Конечно, боли Ярослав не чувствовал, но прекрасно понимал, что это конец.

— Ты неплохо меня развлек, мне как раз нужно было размяться, — Фардред медленно шел к Ярославу, игриво вращая глефу пальцами.

— Но на этом я вынужден закончить, те малышки наверняка уже по мне соскучились, — Фардред замахнулся, но внезапно почувствовал, как к нему что-то быстро приближается.

Он в последний момент успел пригнуться, увернувшись от молота Линтранда. Однако, промазав, тот резко повернулся и смог-таки достать его прямо по туловищу. Фардреда, буквально взвывшего от боли, унесло на многие километры. Линтранд схватил Ярослава и утащил его с собой. Ренианец лежал, зарытый в землю Луны, и постанывал.

— Этот ...ублюдок... сломал мне все ребра... да откуда он вообще взялся? — Фардред прощупал свои сломанные ребра и, убедившись, что илуний начал их сращивать, решил некоторое время не двигаться, чтобы не мешать этому процессу. — Ладно, хер с ним, посмотрю пока на звезды, они сегодня на удивление красивы, если не считать парочки миллионов тел вокруг, — ренианец на мгновение забылся и захотел лечь поудобнее, но едва шелохнулся, как тут же стиснул зубы от адской боли и бросил эту затею.

— Ты Фардред, верно? — услышал он голос над ним. Тот повернул голову и увидел стоящего рядом Дарбрелта.

— А, господин Дарбрелт, я бы преклонил перед вами колено, но сейчас я, к сожалению, не могу этого сделать, — с болью в голосе произнес он.

— Этого мне не нужно. Скажи, я почувствовал нужный мне всплеск силы. Я так понимаю, ты сейчас столкнулся с кем-то сильным?

— Да, этот ублюдок напал на меня со спины и хорошо приложил своим молотом...

— Молотом? Значит это тот, кто мне нужен... Ты не знаешь, куда он направился?

— На Землю, схватил своего товарища, которого я уже был готов прикончить и утащил его вместе с собой.

— Спасибо, — Дарбрелт исчез, оставив Фардреда зализывать раны.

— Фух, а я уж испугался, что он меня прикончит за мой проигрыш. Видимо, сегодня он в хорошем настроении, — с облегчением произнес Фардред.

Анурий бегал за Мильмьёном, попутно пытаясь, не нарваться на выстрел. Такой бег по космосу очень сильно вымотал воина, и ему срочно нужно было что-то предпринять. Мильмьён поднял пистолеты вверх и стрельнул огромными сгустками. Пролетев еще повыше, они расщепились на десятки тысяч мелких частей. Анурий насторожился, глядя на них. В эту же секунду Мильмьен оказался прямо перед ним, прижав пистолет вплотную к его лбу. В последний момент Анурий успел отдернуть голову влево, и выстрел снес ему правое ухо. Атлант попытался сокрушить своего противника в ближнем бою, но тот снова увернулся от всех ударов и отлетел от него на безопасное расстояние. Вдруг Анурий почувствовал резкую боль в животе, он глянул вниз и увидел, что ранен.

"Как?", — подумал он про себя.

"Все дело в скорости, пока ты уворачивался от моего пистолета, совсем растерялся и забыл про другой", — так же сказал про себя Мильмьён, видя озадаченное лицо противника.

Он показательно потряс своей рукой, в которой у него был другой пистолет, чтобы Анурий понял, в чем дело. Затем тут же соединил их в одно целое, и они превратились в его снайперскую винтовку. Мильмьён взял его на прицел и быстрыми точными выстрелами не давал залечить эту рану. В сочетании с этим, на Анурия посыпались сгустки энергии на огромной площади, полностью сковав его передвижения. Атлант понял, что ему ничего не остается, кроме как использовать еще одну сферу. Создав её прямо посреди падающих сгустков, которые тут же засосались, он всеми своими силами направил её на Мильмьёна. Однако тот оказался куда быстрее и в силах сопротивляться её притяжению. Успев понять, что проиграл, Анурий начал задыхаться. Он исчерпал все запасы илуния, лишь сдерживающая космическая оболочка все еще осталась на нем. Анурий начал терять сознание. Мильмьён посмотрел на него через свой оптический прицел и, увидев в каком тот состоянии, опустил оружие.

"Значит, у тебя больше не осталось сил...", — подумал он про себя. — "Так даже лучше, помучаешься перед смертью".

— Мильмьён! — вызывал его по связи Фардред измученным голосом.

— Что такое, мой друг? У тебя измотанный голос, неужели тот полуголый красавец тебя так сильно потрепал? — с подоплекой подшутил над ним Мильмьён.

— Не время для шуток, беги оттуда, слышишь! К тебе приближается опасный противник!

— Опасный противник? — удивленно переспросил тот. — Сам император Авгулт, что ли? — ухмыльнулся снайпер и через прицел решил посмотреть в сторону Луны.

Едва он поднес глаз к прицелу, как перед ним во весь рост появился воин в белоснежных доспехах. Мильмьён дернулся от неожиданности и собрался отлететь назад, однако молот Линтранда успел достать его по голове, полностью размозжив её. Отец схватил своего сына и потащил двух защитников на Землю, передавая Анурию немного своей силы, чтобы он преодолел атмосферу. Почти дойдя до атмосферы Анурий смог прийти в себя. Простонав, он открыл глаза.

— Линтранд, Ярослав? Как вы здесь оказались? — спросил тот.

— Я спас тебя и убил того стрелка, набирайся сил, нам еще понадобится твоя помощь.

— Ну и отделали же тебя, — с улыбкой произнес Ярослав, который искренне был рад видеть товарища в добром здравии.

— А сам-то, похож на изрезанный кусок мяса, — сказал ему Анурий, в ответ на что, Ярослав лишь рассмеялся.

— Все, Линтранд, можешь отпустить, я могу передвигаться самостоятельно, — сказал Ярослав, и лидер тут же предоставил ему свободу движения. Высший защитник полетел вперед на помощь ордену, оставив отца с сыном наедине. Анурий находился сбоку от Линтранда, тот держал его правой рукой.

— Прости меня, за то, что наговорил у тебя в покоях... просто я был невероятно зол. Тебе всего-то нужно было сказать мне пару слов.

— Все нормально, и ты меня прости, нужно было рассказать тебе об этом давным-давно. Но давай отложим этот разговор, сейчас нужно сосредоточиться на войне, — сказал Линтранд.

— Да ничего, одиннадцать тысяч лет ждал и еще немного подожду, — уставшим голос пошутил тот.

Они пролетели еще немного, до планеты уже было рукой подать. Войдя в атмосферу, они благополучно преодолели её. Небеса расступились, и их взгляды предстало новое поле битвы. Звук рога и барабанов донесся до них и дал прилив сил.

— Да уж, работенки у нас еще очень много, — произнес Линтранд.

Вдруг, серый луч сверкнул сбоку и прошелся в четверти метра от лица Линтранда. Он на мгновение потерялся, но не мог не заметить, как полегчал Анурий. Линтранд поглядел назад и ужаснулся, от Анурия осталась лишь рука, которую он крепко сжимал.

На границе с атмосферой завис Дарбрелт, в руках его было оружие павшего Мильмьёна. Он молча отвел взгляд от прицела и ухмыльнулся, затем снова принялся разглядывать в прицел последствия своего попадания. Луч долетел до ордена и упал на деревню. Мощный взрыв серой энергией прошелся по площади перед первыми воротами и стер все на своем пути, оставив стоять обугленные, прилегающие к площади дома и сильно потрепанную первую стену замка. Взрыв не пощадил ни друзей, ни врагов и убил всех воинов ниже тринадцатого круга. Кому-то посчастливилось просто исчезнуть, а кому-то не повезло, и пришлось умирать в муках, полностью сгорая и снаружи, и внутри. Линтранд приземлился посреди пепелища. Он крепко прижимал к себе руку сына, стоя на коленях. Над площадью и деревней повис густой смог. Первым Линтранда увидел Ярослав, который искал их после того, как приземлился.

— Линтранд, Линтранд! — он подбежал к нему и непонятливо начал оглядывать стоящего на коленях лидера. — Что с тобой? — Ярослав подошел к нему с лицевой стороны и увидел, как тот сжимает чью-то руку. — Чья это рука? Стоп, где Анурий, он же был... — ответ пришел к нему сразу же. Ярослав приложил руку к лицу и немного отвернулся, слегка пошмыгивая носом. Он не мог смотреть на то, что осталось от товарища.

— Парни! — из смога к ним выбежал Стэмшур, который в этот момент все еще бился на площади. — Эй, Линтранд, ты чего? — произнес он, также увидев того на коленях. Сквозь смог, он наконец-то смог разглядеть своего лидера поближе, и оторванная часть тела в его руках не могла не привлечь внимание. — Ч-чья это рука? — спросил Стэмшур.

— Анурия, — подавленным голосом ответил за Линтранда Ярослав.

— Анурия? Нет... значит, еще один из нас пал. — Стэмшур подошел к Линтранду и, опустившись сбоку от него на правое колено, положил свою руку ему на плечо. Воинственная мелодия Ильмариона все еще разносилась по местности, барабаны стучали, а звук рога заставлял кровь врагов стынуть в жилах. Смог сковал поле битвы, и теперь лишь звуки боя и предсмертные крики могли рассказать о происходящем вокруг. — Война еще не окончена, Линтранд, соберись, позже мы будем оплакивать наших павших товарищей.

— Это сделал он... — гневным шепотом произнес тот.

— Кто сделал? — переспросил Стэмшур.

— Он... Дарбрееелт! — проорал Линтранд, и сильная темная волна оттолкнула Ярослава и Стэмшура.

К стекающим слезам Линтранда прибавилось и стандартное пламя из глаз. Он посмотрел на небо и, слегка присев, оттолкнулся с невиданной силой, просто исчезнув на месте. Командующий, обезумел от горя.

— Линтранд, постой! — прокричал по общей связи Ярослав, в надежде, что тот внемлет ему.

— Эй, что там с Линтрандом, что вообще происходит? — спросил Улькиус.

— Улькиус, Линтранд сорвался, он поддался своей натуре, — взволнованно сказал Ярослав.

— Что? Как это произошло?

Стэмшур и Ярослав переглянулись, не зная, как помягче было передать эту новость, но думать не было времени.

— Из-за Анурия, он умер и Линтранд сошел с ума...

— Анурий, мертв? Нет... Сначала Джунгран, потом Борий и вот теперь он. Сраная война! — крикнул Изентриэль. — Ничего, друзья, мы за вас отомстим, обязательно отомстим! — Изентриэль шмыгнул носом и принялся отстреливать ренианцев, не экономя силы, то и дело останавливаясь, чтобы вытереть слезы.

Улькиус понимал, что теперь, когда Линтранд в таком состоянии, за главного остается он.

— Улькиус, с Линтрандом все будет в порядке в его нынешнем состоянии? -спросила его, рядом сидящая Кристина.

— Хм-м, я не знаю, насколько силен враг, но у Линтранда необычный дар.

— И какой же?

— Его настоящая сила в бою — это не разум, которым он обычно руководствуется, а гнев, бессмысленный и беспощадный. В конце концов, гнев — это сущность его силы и души... Ампелайос боялся его не просто так, и только недавно я это понял. Ведь лишь ему одному удалось на собственной шкуре узнать, каков он, Линтранд в гневе...

— О-о, похоже, мне удалось призвать его настоящую сущность, видимо, тот парень был для него очень важен, — Дарбрелт все еще смотрел в прицел и видел, как Линтранд направился к нему. Ренианец был очень горд от проделанной работы. Он знал, что еще пару секунд, и враг будет здесь.

"Все обладатели чёрных глаз стараются по максимуму себя контролировать, но вот если вывести их, тогда-то и начинается веселье", — размышлял Дарбрелт.

Как он и предполагал, Линтранд вскоре появился перед ним. Он тут же яростно набросился на Дарбрелта. Вместе, они выпускали такое количество силы, что вокруг них образовывалась небольшая временная атмосфера. Молниеносно они перемещались среди сражающихся звездных кораблей, круша все на своем пути. Линтранд нанес сокрушающий удар сверху, но Дарбрелт нарочно остался стоять на месте, показывая, что не боится его. Он скрестил клинки и остановил молот, началось противостояние силы.

— Наконец-то мир снова увидит противостояние двух обладателей шестнадцатого круга! — оскалив зубы, радостно прорычал Дарбрелт. -Отличная разминка перед турниром!

— Эта разминка закончится для тебя смертью, мразь! — Линтранд полностью потерял рассудок от гнева.

— Ну-ну, успокойся. В конце концов, гнев — это двигатель смерти. Я убил какого-то слабака, а твой гнев убьет тебя.

— Не называй его так!

Они оттолкнулись друг от друга и сцепились вновь, ударные волны сотрясали все окружающие их корабли.

* * *

— Каковы наши потери? — спросил Авгулт.

— Мне докладывают о десятках миллионов. Потери людей среди солдат уже превысили отметку в четверть миллиарда, — ответил Алдриан.

Император поднес руку ко лбу и потер его.

— Это настоящие безумие... Столько жертв... Да простят меня предки за то, что я втянул бедных людей в этот ужас.

— Император, среди кораблей замечен сильный всплеск энергии, — докладывал Авгулту один из подчиненных.

— Выведи на экран, — потребовал тот. Перед ним, и стоявшим рядом Алдрианом, предстала картина битвы двух воинов.

— Это те, о ком я думаю? — спросил Алдриан. Авгулт внимательно присмотрелся.

— Тот, что в белом, должно быть, Линтранд, наверняка все еще бьется с Дарбрелтом.

— Две глефы и серые глаза, нет сомнений, это снова Дарбрелт, — сказал Алдриан, всмотревшись получше. — У Линтранда нет шансов.

— Да...нет, — Авгулт встал из своего кресла.

— Ты куда?

— Ты прав, у одного Линтранда нет шансов, но вдвоем мы сможем его одолеть. Оставляю командование армией и флотом на тебя. Не подведи меня, — Авгулт положил свою руку ему на плечо и, кивнув головой, вышел из командного центра Мильбрана.

Алдриан проводил брата, затем оглядел командный центр, все взгляды были устремлены на него в ожидании приказа. Он посмотрел на кресло императора, затем аккуратно и с трепетом сел в него. Алдриан сжал губы и спустя пару секунд произнес:

— Всем кораблям, отлететь как можно дальше от битвы тех двоих. Оставшиеся наземные отряды, пусть направятся к крепости людей и помогут им там. Правый фланг, огонь по Луне, не дайте ренианцам установить там противокорабельные орудия.

— Есть, господин Алдриан! — все тут же принялись исполнять приказ.

"Еще немного... нам осталось продержаться еще немного", — сказал про себя Алдриан.

Глава 10

Последний латланец

— Стэмшур, тащи свою задницу сюда! Мне явно не хватает твоей помощи, — кричал Джек, который с трудом удерживал барьер платформы.

— Хорошо, сейчас буду. Энэпей, пришли кого-нибудь в деревню вместо меня!

— Не могу, у нас в лесу сильный враг. Они неплохо стоят даже ослабшие.

— Ладно, Юлиан, оставляю деревню на тебя и остальных солдат. Я помогу тебе, как смогу, — Стэмшур оттолкнулся от земли и полетел к платформе.

— Не бойся, Юлик, дядя Изентриэль поддержит тебя огоньком сверху. Ты главное свисти, если что, — шуточно произнес тот, и отстрелил пару голов позади Юлиана.

— Очень благородно с твоей стороны, но сам как-нибудь справлюсь, — ответил ему Юлиан и дабы не отставать от испанца, превратил голову одного из ренианцев в решето.

Стэмшур взлетел к платформе, где Джек в одиночку удерживал барьер.

— Опусти барьер, иначе я не смогу к тебе присоединиться, — сказал тот, паря в воздухе.

— А ты не мог зайти через замок, чтобы мне не приходилось опускать барьер?

— Ты же сказал, что тебе срочно нужна помощь? Ну, хочешь, я вернусь обратно и зайду как полагается?

— Нет, я уберу барьер, только быстро залетай!

— Будет сделано, о великий.

— Ну ладно, я убираю.

Джек убрал барьер и Стэмшур тут же влетел внутрь.

— Ну вот, видишь...

— Берегись! — Джек увидел, как следом за Стэмшуром, что-то стремительно приближается.

Он понял, что даже секунды ему не хватит на то, чтобы поставить барьер обратно. Ильмарион также прекратил играть и, поняв то же самое, вскочил со своего места и с криком "Назад!" устремился в замок. Сильный взрыв уничтожил всю платформу и проделал в замке немаленькую дыру. Напротив разрушенной платформы появился Фардред с большим отрядом ренианцев из крушащего миллиарда. На их броне красовался с символ в виде красной цифры "1", также вместе с ними Фардред привел пару около десяти легионеров Эдера.

— Я ждал этого момента, отсталые животные, — довольный собой, сказал ренианец.

Затем он прокричал "Вперед!" и указал своей глефой на проделанную дыру в замке. Все, кроме Фардреда тут же залетели туда, однако, были вынуждены поубавить свое рвение. Ренианцы оказались в большом помещении, где когда-то строился горн и сама платформа. Перед ними собрался большой отряд людей и илкарцев, которые стояли бок о бок друг с другом. Спереди отряда стоял Ильмарион. Вооруженный чем-то, напоминавшим гитару по форме. К тонкому стальному стержню, за который он держался, было прикреплено тонкое лезвие один в один по форме похожее на корпус гитары. Оружие было цвета стали с белыми узорами веток с листвой, расползающихся по лезвию. Так же спереди отряда стояли Джек и Стэмшур.

— Сдавайтесь, и быть может, мы позволим вам быть нашими рабами, — уверенно сказал один из стоящих впереди ренианцев.

— Ха! Я трахал королев, так что трахнуть тебя будет проще простого, — с улыбкой ответил ему Ильмарион, чем разозлил противников.

Оба отряда уставились друг на друга, никто не решался сделать первый шаг. Вдруг, один из солдат людей в темно-фиолетовых массивных доспехах, пробился сквозь ряды и вышел вперед троицы высших защитников. На плече у него была огромная черная шипованная палица. Он оглядел стоящих напротив ренианцев, затем поднял свою палицу вверх, и закричал так, что некоторые из них аж вздрогнули. К нему присоединились остальные соратники, боевые кличи людей и илкарцев слились воедино. Глаза воина загорелись черным светом, и тот бросился в одиночку на отряд ренианцев, сходу прибив одного из них палицей, словно большого комара. Бравый воин в одиночку раскидывал передние ряды. Джек, Стэмшур и Ильмарион переглянулись, после чего последний с ухмылкой пожал плечами и кинулся на помощь неизвестному, за ним последовали все остальные. В замке началась резня. Фардред не стал заходить внутрь, он огляделся и заметил, как кто-то чуть выше отстреливает много ренианской техники и солдат. Не став медлить, он поспешил на выстрелы.

— Эй, что там у вас? Я почувствовал сильную тряску внизу, это из-за неё мелодия прекратилась? — Изентриэль все так же неподвижно лежал на полу в замке и отстреливал врага. Он почувствовал сильный всплеск силы со стороны стены, напротив которой лежал. Изентриэль успел откатиться с оружием в сторону, после чего вскочил на ноги и отскочил еще дальше назад. Он быстро переделал свое оружие в два пистолета с приделанными к ним штык-ножами. Сквозь пыль к нему навстречу вышел ренианец в сине-красном доспехе, вооруженный глефой.

— Я предлагаю тебе преклонить колени. Стрелку не тягаться с воином в узком помещении, — уверенно произнес тот.

— Может быть, но уверен, вдвоем у нас все получится, — раздался голос позади ренианца. Около проделанной им дыры стоял Ярослав. Он жаждал добраться до ренианца.

-Я искал тебя, сучонок, — Ярослав замахнулся секирой, но ренианец оказался проворнее и увернулся от удара.

Гигант перегородил путь к Изентриэлю, встав между ренианцем и ним.

— Ярослав! Как же ты вовремя! — обрадовался Изентриэль.

Фардред не смог удержаться и усмехнулся Изентриэлю в лицо.

-Да, твой друг прав, ты как нельзя кстати. Я тут как раз ищу тех двух малышек, мы с ними не закончили. Ты случайно не знаешь, где они могут быть? — Фардред развел руками и присел на корточки, показывая двоим защитникам насколько ему наплевать на них.

— О чем это он? — спросил испанец, которого раздражала манера поведения этого напыщенного ренианца. Буквально все бесило в нем, но испанец был не глуп и прекрасно чувствовал, Фардред куда опаснее, чем выглядит.

— Он хочет изнасиловать Кристину и Изабеллу. На Луне у него почти получилось, но мы успели ему помешать.

— Так значит, это из-за этого ублюдка они были в таком состоянии? — в голосе Изентриэля проступил гнев.

— Ой, какие мы злые, я прямо испугался тебя, — продолжал выводить из себя Фардред.

— Усмехайся сколько угодно, в итоге тебе размажут башку, как твоему жалкому дружку.

Фардред тут же переменился в лице после упоминания о Мильмьёне. Он был одним из немногих, ради кого Фардред был готов отдать жизнь без всякого вознаграждения.

— Признаю, тут ты меня смог задеть, браво, здоровяк, один-один, — Фардред не спеша поднялся с корточек. — Но в отличие от тебя, я могу убить обидчика за оскорбление своего товарища, — ренианец окинул взглядом двух оппонентов.

Воцарилась небольшая пауза, Ярослав и Изентриэль с двух сторон обходили Фардреда. Тот стоял неподвижно, смотря в сторону Ярослава, за оскорбление его падшего товарища. Вдруг он исчез и появился перед Изентриэлем. Испанец едва успел увернуться от его выпада и выстрелил в ответ. На помощь тут же подоспел Ярослав, который взял Фардреда на себя, дав Изентриэлю отойти на удобное расстояние для выстрела. Верхние этажи замка в буквальном смысле начали разваливаться. Даже будучи укрепленным на пятьсот процентов, он не выдерживал мощи сражающихся и, в том или ином месте, стены начинали рушиться. Особо заметно это было на этажах, где сражались два больших отряда. В лесу также происходило кровопролитное сражение. Мелодии больше не было, и легионеры вновь обрели полную силу. Среди деревьев столкнулось все три расы. Вся территория ордена с новой силой захлебнулась в сражении, и проходило оно далеко не в пользу людей.

* * *

Линтранд и Дарбрелт продолжали удивлять весь мир битвой двух обладателей шестнадцатого круга. Они снова добрались до Луны, где уже успели обосноваться ренианцы и начали возводить укрепления, чтобы сделать Луну отправочным пунктом для захвата Земли. Словно ураган двоица пронеслась по всей поверхности планеты, после которого остались серьезные жертвы. Каждый их взмах, каждый удар наносил небесному телу ужасные повреждения. Два сильнейших воина этой битвы выбрали себе место сражения, и никто не смеет находиться рядом с ними в этот момент.

"С этим человеком что-то не так", — думал про себя Дарбрелт во время сражения. — "Я чувствую в нем нечто непонятное мне".

— Кто ты? — наконец спросил тот.

— Я тот, кто убьет тебя! — кричал обезумевший от горя и злости Линтранд.

"Прости меня, сын мой, одиннадцать с половиной тысяч лет я оберегал тебя как Анурия, и не смог уберечь и пары дней, как своего сына...", — мысли Линтранда были как в тумане, но одна была определенна ясна: "Месть!"

— Пришло время подохнуть вместе со своей любимой расой, — сказал Линтранд и, отпрыгнув от Дарбрелта, просунул руку в проделанное им отверстие в броне.

Он достал оттуда пульт в форме цилиндра, отдернул верхнюю крышку, за которой обнаружилась красная кнопка.

"Что, во имя Эдера, собирается сделать этот глупец?" — взволнованно подумал Дарбрелт.

Едва тот нажал кнопку, как ответ не заставил себя ждать. Ренианец почувствовал сильное возмущение под собой.

— Даже так, — улыбнулся ренианец.

Взгляды многих были прикованы к Луне, как вдруг ярким светом она взорвалась прямо у них на глазах, уничтожив все на расстоянии в пару сотен тысяч километров мощной ударной волной илуния. Крушащий миллиард ренианцев понес немыслимые потери. Лишь три самых больших корабля и транспортники легиона смогли устоять. Когда свет погас, похвастаться своим выживанием могли совсем немногие, находившиеся в этот момент рядом с Луной.

Тело Линтранда безвольно бороздило космос. Он истратил все силы на то, чтобы пережить такой взрыв. Его доспех был частично разрушен или расплавлен.

— Как это может быть! — кричал император ренианцев. — Откуда, откуда у них столько илуния, чтобы заминировать целую планету, пусть даже такую маленькую?! Это невозможно! Такие ужасные потери... — император Алутар глядел на пустоту вокруг, туда, где еще минуту назад были десятки тысяч кораблей.

— Я... я сотру всех их до единого, жалкие люди! Выводите сюда войска! Всех, всех до единого сюда! Немедленно! — в ярости кричал Алутар, брызжа слюной на своих подчиненных.

Никто не хотел перечить императору, и приказ был отдан. Солнечную систему тут же окружило шесть пространственных дыр, подобных огромной дыре у планеты Земля.

— Связаться с инженерами и техниками, пусть немедленно воссоздадут разрушенный спутник, иначе наш новый дом пострадает! У вас есть несколько часов, быстро! Запускайте на планету стабилизаторы, пусть удержат её в нормальном состоянии. Нам очень важно, чтобы она сохранилась в нынешнем состоянии.

— Господин, мы зафиксировали еще шесть разломов, — сообщили Алдриану.

— Сколько же их еще, как нам сражаться с такой армадой? — полушепотом произнес тот.

— Господин, что будем делать? — спросил его испуганный подчиненный.

Брат императора мысленно просчитывал возможные варианты, которых было не так уж и много. Он до последнего не хотел прибегать к этому, но выхода не оставалось. Наконец, взяв себя в руки и сделав уверенное лицо, сказал:

— А разве не ясно? Мы будем сражаться и если надо умрем, иначе мы недостойны зваться илкарцами! — Алдриан нажал на боковые кнопки кресла и положил руки на подлокотники. В них тут же впилось множество трубок, начавших качать из него илуний для усиления корабля.

— Прикажи всем командующим кораблей сделать то же самое!

-С-сэр, но ведь ваша сила!

— Я знаю и без тебя, что моя сила уходит навсегда, но какой от неё толк, если мы все умрем? Лучше я буду без силы, но еще немного поживу и даже принесу своему народу победу, если повезет. Вперед, братья мои!

Корабли икарцев один за другим засияли разными цветами илуния благодаря силе их капитанов.

— Император Алутар, корабли илкарцев...

— Я прекрасно вижу это, — перебил император. — Они в отчаянии и понимают, что не выживут. Да будет так, у нас тоже есть для них сюрприз. Подключайте рабов, пусть станут подпиткой для наших кораблей!

* * *

— А-а, вот ты где, — Дарбрелт наконец-то отыскал Линтранда, на ренианце не было ни царапины. Линтранд приподнял голову и, увидев это, совсем отчаялся.

— Это невозможно, как ты все еще можешь быть в таком состоянии?

— Ты хороший боец, но ты лишь недавно стал таким, а я такой уже не одно тысячелетие. Ты даже не представляешь, насколько я силен, — Дарбрелт подлетел к Линтранду, и, прокрутив в руках свои клинки, направил их к его голове.

Линтранд вздрогнул, но быстро понял, что лезвия замерли. Он поглядел в сторону и увидел воина в светло-зеленых доспехах. Своими длинными пальцами он удерживал обе руки Дарбрелта, прижав его кисти вплотную друг к другу.

— Что-то ты ослабел, Дарбрелт, никак устал? — с издевкой спросил тот.

— Сам император Авгулт, какая честь. Я бы даже преклонил колено, но преклоняться перед теми, кто слабее, не в моих правилах, — Дарбрелт смотрел ему прямо в лицо своими серыми глазами. В ответ, император сверлил ренианца пронзительными оранжевыми глазами.

— Не зарекайся раньше времени, ты еще обязательно преклонишь колени, — сказал император, после чего обратился к Линтранду. — Ты зря решил сдаться. Он только выглядит так хорошо, на деле же, засранец истратил очень много сил после того взрыва. Признаюсь, я удивлен таким безрассудством, — улыбнулся Авгулт, все еще находившийся под впечатлением после взрыва целого спутника. Тем не менее, император не сводил взгляда с Дарбрелта, даже когда говорил с Линтрандом.

— Кто сказал, что я сдаюсь? Я просто решил немного отдохнуть. За меня сразится мой друг, — вдруг неожиданно сказал Линтранд.

— Твой друг? — илкарец и ренианец наконец оторвали взгляд друг от друга и посмотрели на Линтранда.

— Да, я уже чувствую, как он приближается.

— В таком случае, надо тебя убить пока твой друг не явился, — Дарбрелт разорвал захват Авгулта и снова накинулся на Линтранда. Однако ему быстро пришлось отступить от копья императора.

Вооруженный длинным серым копьем с тонким лезвием и тяжелым щитом, спереди усиленным илунием, Авгулт заслонил собой Линтранда.

— Как скоро твой друг будет здесь? — спросил Авгулт.

— Я уже здесь, — ответил Линтранд чуть более грубым, дрожащим голосом.

— Чего? Ты о чем это, Линтранд? — удивился Авгулт такому высказыванию.

— Кто ты? — насторожившись, спросил Дарбрелт.

Авгулт посмотрел на ренианца, после чего вновь повернулся к Линтранду. Глава ордена немного воспрянул, его руки вновь схватились за молот и крепко удерживали его, но сам он оставался неподвижным.

— Линтранд, ты слышишь меня?! — снова спросил император, стараясь не терять Дарбрелта из виду, то и дело поглядывая на обоих.

— Он слышит, но не может ответить, сейчас я вместо него.

— Что за чушь ты несешь?! — не сдержался Авгулт.

— Это не Линтранд, тебе же ясно дали понять, — фыркнул Дарбрелт. — Я почуял это в битве с ним, будто в нем живет кто-то еще... Так кто ты? — Дарбрелт подлетел немного вперед, но Авгулт тут же угрожающе выставил копье, предупредив, что если тот приблизится еще хоть на метр, то он убьет его.

— Мое имя, Дуирла?н, — Линтранд также немного передвинулся ближе.

— Такого имени я никогда не встречал среди ныне живущих... Лишь один, известный мне, носил это имя, но это невозможно, — задумчивым голосом произнес Дарбрелт.

-О чем ты говоришь? — спросил Авгулт.

— Я говорю о том, что носитель этого имени умер одиннадцать с лишним тысяч лет назад. Командующий латланской императорской гвардии, Дуирла?н расчленитель.

— Да, так меня когда-то звали, но это кровожадное прозвище мне никогда не нравилось, — подтвердил тот.

— Как ты очутился в этом теле? — спросил Дарбрелт.

— Так я тебе и рассказал, слизняк. Именно ваша поганая раса начала подстрекать остальных на войну против нас.

— Хм, обида — черта слабохарактерных ничтожных созданий, — в своем репертуаре произнес ренианец.

— Сейчас я тебе покажу обиду, — усмехнулся Дуирлан. — Авгулт, верно? -обратился к нему латланец.

— Да.

— Как я понял, ты на моей стороне. Линранд подкопил мне немного сил, но это будет ненадолго, — латланец в теле Линтранда оглянулся по сторонам. — Как жаль, что я не научил людей великим технологиям, которые знаю сам. Хотя пытался, воздвиг для них руками Линтранда великий город давным-давно, но люди оказались ничуть не лучше тех, кто уничтожил нас. Стерли сие великое творение и тем самым сделали большой шаг назад в развитии...

— Какая печальная история, я даже готов расплакаться, но моя раса не умеет плакать! — сострив, Дарбрелт кинулся на Авгулта и Дуирлана.

Ренианец поражал своей скоростью, но на этот раз её было недостаточно против двоих. Один всегда прикрывал другого и не давал Дарбрелту зайти со спины или провести какой-либо другой обманный маневр. Дуирлан уверенно пользовался молотом Линтранда, в чем-то даже лучше него. Авгулт смог ударить ренианца в сторону Дуирлана своим шипованным щитом, нанеся ему множество мелких колотых ран. Латланец подстроился, и нанес летящему к нему Дарбрелту сильнейший удар в грудь. Тот отлетел и пробил собой один из кораблей ренианцев.

— А ты неплох, древний, — довольный силой предков, сказал Авгулт.

— Спасибо, но увы, в моем распоряжении лишь ничтожная часть силы, которой я когда-то владел, — латланец посмотрел на молот и вспомнил былые дни, когда его народ процветал, а вселенная была одной сплошной идиллией под их чутким руководством. — Ты илкарец, верно? Неожиданно видеть твою расу в космосе.

— Да, но лучше бы мы здесь и не появлялись. Галактическое сообщество использовало нас, чтобы создать удобную мишень. От моего народа осталось совсем мало и даже сейчас, мы продолжаем погибать здесь, -Авгулт посмотрел вперед, высматривая Дарбрелта, и давая время Дуирлану накопить немного силы.

— Так значит, они стали настолько ужасны... Развить целую расу, чтобы уничтожить, — от услышанного, Дуирлана захлестнул гнев.

— Ты вагантем анима? — вдруг спросил Авгулт.

— Да, меня убили, но чудесным образом я смог сбежать и вселиться в тело Линтранда. Я умер на шестнадцатом круге и думал, что это конец. Скорее всего, так и было бы. За мной кто-то явился, вернее, за моей душой, кто-то очень сильный и ужасный... Я сразу понял, что мне его не одолеть.

— Хм, как долго ты еще сможешь сражаться?

— Недолго, благодаря этой маске Линтранд смог накопить мне сил, пока сражался сам.

— Так значит, эти слезы...

— Именно, это переработанный илуний из глаз.

-Умно... — улыбнулся илкарец, позавидовавший такой хитрости.

— Это технология моего народа, мы всегда умели сохранять силу... Жаль, что я могу появиться, лишь, когда собственные силы Линтранда почти на исходе, что случалось всего один раз на моей памяти.

Вдруг они оба насторожились, уставившись в одну и ту же точку.

— Он возвращается, — сказал Дуирлан, чувствуя приближение Дарбрелта.

— Ну что же, пришло время напомнить этому миру о моём народе, и как последнему латланцу, эта честь выпала мне.

Дуирлан поднял руку вверх, и в ней появилось нечто наподобие молнии, только черной. Тот метнул её, что есть сил, во флот ренианцев, и миллионы воинов на кораблях исчезли навсегда.

Глава 11

Власть победителей

Солнечную систему заполонили ренианцы. К этому времени на Землю высадилось порядка двух миллиардов противников. Они не жалели сил, чтобы завладеть планетой людей, этой прекрасной жемчужиной.

Под замком, среди многочисленных коридоров расположились местные жители. В комнате, похожей на складское белое помещение, на руках у темноволосой девушки расположилась маленькая девочка в милом платье в горошек. Марта сжалась в клубочек от страха и слышала, как над ними проливается кровь.

— Мама-а, а с дядей Стэмшуом все будет холошо? — все так же не выговаривая букву "р", она потянула маму за рукав, дабы привлечь к себе внимание.

— Не переживай, дорогая, все будет хорошо. Дядя Стэмшур сильный, он всех победит, — женщина погладила дочь по голове, и той стало спокойнее.

Взрывы за это время усилились, и с потолка посыпалась штукатурка. Один из местных жителей не выдержал и с криками резко встал.

— Это конец! Ренианцы уже пробились сюда, теперь лишь вопрос времени, когда они будут здесь! Нам нужно бежать отсюда, бежать, как можно дальше! Защитники умирают один за другим, не нужно быть гением, чтобы это понять! — в ответ на него тут же накинулись те, кто свято верил в своих героев.

— Заткнись! Ты что такое несешь, они там сражаются не на жизнь, а на смерть! Пока ты тут сидишь в безопасности и хнычешь, они умирают за нас! — сказал другой житель.

Между всеми взрослыми вспыхнул конфликт. Марта все это слышала, девочка очень боялась за Стэмшура и, воспользовавшись суматохой, протискалась сквозь толпу и вышла из комнаты, держа в руках плюшевого медвежонка. Снаружи была суматоха, все бегали туда-сюда и не замечали девочку, одиноко идущую к лифту. Марта много раз спускалась сюда вместе с дядей Стэмшуром и запомнила, как пользоваться лифтом и куда нужно идти. Нажав кнопку, девочка стала ожидать свой транспорт, который отвезет её в объятия любимого дяди.

* * *

В пылу сражения Ильмарион не заметил, как вдруг отделился от остальных и бился где-то около своих покоев. Один из ренианцев выстрелил в него сгустком энергии. Тот заблокировал его своим мечом, и тогда ренианец напал на него врукопашную. Ильмарион ловко перекинул его через себя и разрезал, пока тот был еще в воздухе, затем мощными и сокрушительными ударами он разрубил двух противников, стоящих перед ним.

Джек и Стэмшур переместились в тронный зал, и теперь там было не протолкнуться. По всему замку начались бои, на верхних этажах все также бились Ярослав, Изентриэль и Фардред. От некогда прекрасного зелёного леса уже ничего не осталось, и место превратилось просто в обугленное поле.

На остальной планете люди продолжали сражаться около берегов. Ренианцы не пользовались силой во всю мощь, чтобы не задеть воду. Гнева императора они боялись куда сильнее, чем жалких попыток людей и илкарцев сопротивляться. Вдруг, позади людей, с небес в воду упали стометровые опоры, раскинувшись по всей длине сражения. Задние ряды отвлеклись и продолжили смотреть, что же будет дальше. Опоры начали трансформироваться, и затем между ними появилось силовое поле. Пехота ренианцев отступила назад и передние ряды людей и илкарцев воскликнули от радости. Однако праздновать было рано.

Данные платформы состояли на вооружении лишь у ренианской армии и выполняли две функции. Во-первых, защитное поле ограждало воду от практически любого воздействия илуния, так как нужны были колоссальные силы для того, чтобы пробить барьер. Во-вторых, только ренианцы использовали стабилизаторы планет, чтобы оставлять их состояние в первозданном виде, не давая тем самым илунию впитываться в планету без их ведома.

Ренианцы остановились и стали в линию. Вперед, по всей длине фронта, вышли легионеры Эдера. Они сконцентрировали всю свою силу в руках и ударили об землю. Объединенную армию людей и илкарцев накрыло сильным потоком илуния из-под земли, буквально стерев большую часть солдат. Подобный сценарий происходил почти по всей планете. Столбы удерживали Землю в нормальном состоянии, пока инженеры ренианцев возводили новый спутник.

* * *

Адэхи забрался в горную расщелину и отстреливался оттуда. Его стрелы были точны и почти невидимы. Скопление ренианцев было обречено на смерть. Его стрелы взрывались при попадании, разбирая врагов на части. Он стремительно перебирал пальцами, оттягивая тетиву, голубая стрела образовывалась и тут же улетала прочь в нужном ему направлении. Пэйта свирепствовал, уничтожая всех покусившихся на жизни землян. Его темно-зеленый взгляд истончал неутолимую ярость. Энэпей и Эндрел прикрывали своего товарища, привлекающего внимание всех врагов в округе. Однако рениацы наступали все сильнее и сильнее, им не было числа. На место каждого убитого приходила еще сотня, а на место убитого илкарца или человека никого не было, каждая потеря тут же чувствовалась.

* * *

Вскоре Джек и Стэмшур поняли, что в тронном зале они остались одни. Друзья переглянулись и встали рядом друг с другом, выставив щиты вперед. Затем из их щитов появилась стена цвета их глаз, которая расползлась по всей длине тронного зала. Крича, они помчались вперед, едва стена коснулась одного из ренианцев, как он тут же исчез, став ничем. Увидевшие это остальные ренианцы, тут же бросились бежать из тронного зала. Самые смелые и сильные из них попытались остановить защитников, но их попытки провалились, и барьер стер неприятеля не оставив от них и следа. Джек и Стэмшур выбежали из тронного зала, снаружи все еще шли бои. Они продвигались вперед, попутно следя за своим тылом и убивая всех, кто решит зайти им за спину. Ильмарион с несколькими оставшимися людьми, в том числе и с тем, что был вооружен массивной палицей бились в коридорах. Фардред с трудом уклонялся одновременно от ударов Ярослава и выстрелов Изентриэля, пропуская то один удар, то другой. Ренианец истратил много сил, ко всему прочему, ему пришлось потратить приличный запас илуния на восстановления тела, после того, как молот Линтранда напомнил о его ничтожности. Ярослав раскрутил свою секиру и со всей силы взмахнул ей, разрубив всю верхнюю часть замка по диагонали. Огромные куски крепости падали вниз, придавив невнимательных зевак.

-Ты попал? — спросил Изентриэль. Ярослав промолчал, вглядываясь вперед сквозь пыль. — Да! — вдруг довольным тоном произнес тот. — Осталось только добить! — прокричал товарищ и скрылся за пыльной завесой.

— Нет, стой! — Изентриэль сделал шаг вперед, но тут же услышал звуки боя впереди.

— Черт, сраная пыль, ничего не вижу.

Звуки боя быстро прекратились, и наступило затишье.

— Ярослав? Эй, ты там? — Изентриэль прислушался.

Он боялся использоваться улучшенное зрение, так как без маски, пожар из его глаз тут же станет виден по ту сторону завесы. Наконец, впереди послышались шаги, которые затем снова затихли. Из пыли что-то вылетело, испанец едва успел увернуться от этого. Он посмотрел назад и увидел секиру Ярослава, воткнутую в стену.

— Беги, Изентриэль! — услышал он и тут же обернулся. Перед ним стоял Фардред, левой рукой удерживая Ярослава за голову.

— Беги, не стой столбом, это моя вина! Ублюдок явно был сильно ранен, я собственными глазами видел! — сквозь сдавливающие тески ренианца, прокряхтел Ярослав.

Фардред тут же загоготал.

— Зрение, порой, бывает обманчивым, — он поднес клинок к виску Ярослава и медленно провел им до подбородка, оставив тому тонкую кровавую линию в подарок.

— Значит так, я советую тебе сложить оружие и сказать мне, где прячутся те две красотки. Тогда я сохраню жизнь тебе и твоему другу, — Фардред играл на дружеских чувствах Изентриэля, то и дело, оставляя его товарищу новые кровавые линии на лице.

— Не слушай его, Изентриэль, шли эту падаль в задницу со своим предложением. Он так и так убьет меня, — Ярослав глубоко дышал, впервые, Изентриэль видел страх в его глазах, но все та же решимость не покинула его старого приятеля.

Испанец медленно опустил пистолеты и с обнадеживающей улыбкой посмотрел на Ярослава.

— Вот так-то лучше, а теперь скажи мне, где прячутся девушки?

— Ты что это творишь, Изентриэль?! Я тебе ясно сказал, беги отсюда! За меня не беспокойся, быстренько убью проводника душ и вернусь назад, вот увидишь. Лучше позаботься пока о девушках и нашем ордене в мое отсутствие, — Ярослав изредка рыпался в тисках Фардреда в ожидании слабины хвата, но тот постоянно был начеку.

— Эй, Ярослав, — на повышенном тоне сказал тот. Испанец посмотрел ему в глаза и добавил:

— Не умеешь ты врать, — Изентриэль резко поднял руку и выстрелил Фардреду между глаз.

Тот увернулся и в этот же момент другой рукой оторвал Ярославу голову. Все произошло за долю секунды, но Изентриэлю показалось целой вечностью, смотреть, как падает голова его друга. Он прокричал и сделал сильнейший выстрел в их сторону. Луч был невероятной силы, он осветил все поле битвы и растворился где-то вдали. Сам Изентриэль выпрыгнул из замка вниз, попутно отстреливая из воздуха ренианцев, которых приметили его глаза. Перед замком он увидел Стэмшура и Джека, сражающихся с целой армией, и стремительно полетел к ним. Расстреляв всех вокруг товарищей, Изентриэль приземлился за их спинами.

— Изентриэль?! Рад, что ты жив, дружище! Что там произошло наверху? Мы с Джеком видел яркий луч, твоя работа? — спросил Стэмшур, в один взмах срубив головы парочке ренианцев.

Испанец прекратил стрелять, его руки дрожали от гнева.

— Ярослава больше нет... — он всхлипнул и быстро протер рукой лицо, чтобы отогнать слезы.

— Значит, это все-таки конец? — Джек оглядел огромную армию, окружающую троицу. Они прекратили свои нападения, так как их напугали недавние потери.

— Война не проиграна, мы все еще дышим, можем продолжать борьбу! — воодушевился Стэмшур, который всегда был до ужаса оптимистичен.

Товарищи собрались с духом и последними силами. Совершив еще один рывок, они бросились в толпу, раскидывая всех на своем пути. Стена Джека и Стэмшура выжигала ублюдков пачками. Такое рвение не могло не приковать к себе внимание сильных мира сего, и ренианец, который в одиночку смог остановить их стену своим клинком заставил друзей понять это. Воин играючи разрубил стену, и она исчезла, дальнейшие попытки тратить на неё силы были бессмысленны. Из толпы выпрыгнул легионер и мощным ударом обрушился на троицу, в результате чего, им пришлось разделиться.

Маленькая девочка очутилась недалеко от тронного зала. Она продолжала крепко сжимать своего медвежонка. Замок был усеян мертвыми и раненными, чьи крики с ужасом расползались по всему замку. Не зная куда идти, Марта начала подниматься по широкой винтовой лестнице.

Легионеры Эдера загнали Стэмшура обратно в тронный зал, Джеку пришлось биться перед замком, а Изентриэль в итоге бегал по обугленным останкам зданий и отстреливался с высоты. Стэмшур встал посреди дверного проема и, словно стена, не давал пройти ренианцам, сведя на нет их численное превосходство. Однако легионеры пробили стены замка и все равно попали внутрь. Защитник тут же устремился к одному из легионеров и пронзил мечом его плечо, тот упал, и следующим ударом Стэмшур размозжил его голову своим щитом. Рядовые солдаты окружили его, он поднял свой меч и в зале поднялся мощный вихрь, который проедал своих врагов, словно стая термитов. Лишь четверо смогли устоять на ногах вместе со Стэмшуром.

— Что за жалкая атака... — произнес один из них, презренно плюнув в сторону.

Вчетвером они накинулись на Стэмшура, и в помещении поднялся еще один вихрь, но уже из клинков и движений сражающихся. Большая толпа скопилась у входа в зал, но никто не осмеливался туда заходить. Слабым всегда было интересно посмотреть на битву сильных. Джек услышал знакомый шум ветра, он огляделся и увидел, как у входа в замок столпились те самые зеваки. С боем он медленно начал пробиваться туда, боясь, что опоздает.

Стэмшур заблокировал удар одного из ренианцев, но тут же пропустил от другого, и клинок пронзил ему ногу. Следующий хотел напасть со спины, но защитник просчитал это и отскочил в сторону, попутно, в одно движение, разрубив тому голову. Вновь сильная боль пронзает его, на этот раз в спине, затем снова и снова и, словно по волшебству, боль куда-то исчезает вовсе, заменяясь на приятное бессилие. Стэмшур падает на колени, слыша смех своего врага. Ренианец замахивается для финального удара по голове, — "Нет, еще не все...", — подумал про себя Стэмшур и в последний момент блокирует его щитом, пронзая ренианца мечом в брюшную полость, после чего, с почти звериным криком разрубает его вверх от живота до головы.

— И это все, что вы можете?! Жалкие слабаки! — едва стоя на ногах, крикнул Стэмшур. Как вдруг, услышал с правой стороны знакомый детский голос, зовущий его.

— Марта?! — с ужасом в глазах Стэмшур смотрел на маленькую девочку, стоявшую в дверном проеме.

— Дядя Стэмшу! Дядя Стэмшу, вы живы! Я так боялась, что плохие дяди вас убили! — девочка со всех ног бросилась бежать к Стэмшуру.

— Убейте девчонку! — прокричал один из ренианцев.

— Нет, Марта! Не подходи!

"Защити её, слышишь, соберись и спаси эту малышку!" — говорил Стэмшур сам себе.

Ренианцы немедленно помчались к девочке, от их вида Марта остановилась и закричала. Она зажмурила глаза, что есть сил, съежившись в невинный комочек. Сквозь темную завесу своих век Марта услышала сильный толчок и всплеск энергии, сталь пронзила плоть, и что-то с криком рухнуло на землю, наступило короткое затишье. Девочка набралась смелости и открыла глаза. Перед ней стоял Стэмшур, слева от него в стену был впечатан один из ренианцев, которого меч пригвоздил к стене.

— Беги отсюда, Марта...

Ослабший от ран и истощения, Стэмшур рухнул в полусознательном состоянии.

— Дядя Стэмшу! — девочка подбежала к дяде и обняла его.

Защитник видел, как один из ренианцев подходит к нему и со всей силы бьет ногой девочку. Её болезненный крик ранит его сильнее, чем сотни тысяч колотых ран. Затем, тот же ренианец ставит ногу ему на грудь, чтобы и без того безвольный Стэмшур не смог подняться. От бессилья в глазах защитника начинает темнеть, он видит, как к девочке без сознания подходит один из ренианцев и поднимает её за шкирку, словно щенка, смеясь при этом, как ненормальная гиена. Стэмшур вытягивает руку и изо всех сил тянется ею к маленькой девочке. В руке ренианца, который над ним появляется что-то похожее на гарпун, и он резко пронзает им сердце Стэмшура.

— Нееет! — Джек стоял на другом конце зала.

Он пришел как раз в тот момент, когда плоть его друга поддалась острому лезвию гарпуна. Позади него у входа лежало много мертвых ренианцев, еще недавно столпившихся здесь. Легионеры посмотрели на него и двинулись в атаку. Джек не сводил глаз с того, кто пронзил сердце Стэмшура. Первый ренианец пропал из поля зрения. Джек сделал шаг в сторону и взмахнул мечом по дуге в пустоту, однако, там не было пусто, как могло показаться на первый взгляд. Так же неожиданно, как и пропал, ренианец появился в том месте, куда ударил Джек, но на этот раз разрубленный надвое. Части его тела покатились по полу и кубарём вылетели из тронного зала. Джек прикрепил щит на руку и направился к убийце Стэмшура. Ренианец сделал несколько стремительных выпадов копьем, но Джек с легкостью их все отразил. Последний выпад он отбил в сторону щитом и тут же ухватился рукой за древко копья, после чего резко дернул его в свою сторону. Ренианец полетел в сторону Джека и нарвался на выставленный им вперед меч. Клинок вонзился в рот неприятеля.

— Ты недостоин легкой смерти, мразь, но я спешу, — с этими словами Джек разрубил ему голову. Он посмотрел вперед и увидел, что Стэмшур перебрался к трону и облокотился на него спиной.

— Стэмшур! — Джек подбежал к нему и начал тут же осматривать его рану. — Я думал, что ты уже мертв! Видимо, у тебя осталось немного илуния, ну ничего, друг, держись, сейчас я передам тебе часть своего, и ты обязательно выживешь! — Джек торопливо сорвал со своей руки доспех и начал прикладывать руку к груди товарища, но Стэмшур остановил его.

— Нет, я не позволю тебе тратить силу на меня, лучше помоги Марте... — с трудом проговорил он, и указал рукой на лежащую в углу девочку, которую один из ренианцев оставил, когда в зал ворвался Джек.

— Марта! Что ты здесь делаешь? Девочка, ну как же так... — в один прыжок он очутился около её тела. Глаза Джека налились слезами, он аккуратно взял девочку на руки и поднес к Стэмшуру.

— Прошу, спаси её, Джек, а на меня силы не трать.

— Что за чушь ты несешь! У меня еще много сил, я спасу тебя и Марту, мы обязательно выживем, вот увидишь!

— Эй, эй, перестань, мое время пришло. Не трать свои силы зря, лучше побереги их и выполни свой долг, — Стэмшур поднапрягся и подтянул к себе товарища. — Я чувствую, как остатки илуния растворяются в моем теле, без них мне конец. Защити наш орден, Джек, любой ценой, а я буду ждать тебя здесь. Буду, как и всегда, сторожить этот трон. Как освободишься, навести меня, стоять на страже одному всегда было скучно... — он искренне улыбнулся Джеку, и свет его оранжевых глаз потух навсегда. Джек осторожно прикрыл их своей рукой, затем поднес свой лоб к его и, просидев так пару секунд, не спеша поднялся. Он принялся реанимировать девочку. Джек влил в нее поток илуния, затем еще один, Марта никак не реагировала.

— Ну же, Марта, давай, давай! Прошу тебя, очнись! — в слезах он снова влил ей ещё один поток, но снова все было безрезультатно. Джек захныкал еще сильнее, его слезы скатывались по щекам и падали на лицо Марте. Он поднял тело девочки и вложил его в руки к Стемшуру. Джек просидел еще немного, пытаясь собраться духом, шум на улице наконец-то заставил его подняться.

Тронный зал был практически разрушен и усеян мертвыми телами. Джек медленно шел к выходу. Снаружи уже не доносились звуки битвы, и слышался лишь крик ренианцев, считавших себя победителями. Всюду горели дома, а на них воздвигались ренианские флаги. Джек молча вышел наружу, и все взгляды устремились на него. Сквозь толпу к нему тут же пробилось девять легионеров, искавших, на ком еще утолить жажду боя.

-Скоро я присоединюсь к тебе, Стэмшур, потерпи еще немного, — сказал он чуть слышно.

Мощные раскаты силы осветили небеса. Все тут же отвлеклись на них, и Джек в том числе. Сквозь облака падали три светящихся точки. Это была самая сильная троица, участвующая в битве. Они падали вниз и сражались все это время. Дарбрелт сконцентрировал мощь в одной руке и направил её на Авгулта, тот увернулся и сгусток энергии достиг земли. Невероятной силы взрыв поднялся в небеса, и серая энергетическая сфера расползлась по всей округе, убив каждого, кто осмелился стать у нее на пути. Вся местность была окончательно выжжена дотла и лишь один замок смог устоять. Кладка кирпичей почернела во многих местах от множества взрывов и языков пламени, которые непрерывно окружали её все это время. Живописная местность обрела мрачный вид. Авгулт помог подняться Линтранду, который вновь был самим собой. Он огляделся и, узнав местность лишь из-за замка, ужаснулся, пошатнувшись на месте.

— Нет, этого не может быть, мой орден... мой дом. Ты ублюдок, Дарбрелт! Слышишь меня ты, тварь, я убью тебя! — прокричал в его сторону глава ордена. Дарбрелт стоял метрах в пятидесяти от него.

— Твой дом разрушен, твои люди убиты, ты не смог спасти их, не сможешь и себя, — холодно ответил он.

— Это мы еще посмотрим... — пробубнил себе под нос Линтранд. — Слушай, Авгулт, у меня осталось сил на одну сокрушительную атаку, я смог накопить их благодаря своей маске.

— Что от меня требуется?

— Ты должен заставить стоять его на месте хотя бы секунду, когда я крикну "Давай".

— Хорошо, я постараюсь.

Линтранд опустил свою ладонь императору на плечо и подбадривающе посмотрел ему в глаза.

— Я рад, что бьюсь с тобой бок о бок.

Авгулт кивнул головой в знак уважения, и вдвоем они направились к Дарбрелту. Их схватка сотрясала землю, от каждого их столкновения, от каждого удара земля разлеталась во все стороны. Улькиус, который находился все еще внизу, понял, что как только потолок полигона даст слабину, сюда хлынут войска ренианцев. Он все это время поддерживал огромное поле, чтобы удержать полигон от разрушения, но его силы были на исходе.

— Дарбрелт! Ты что творишь? Кто давал тебе право убивать наших солдат? -связался с ним император Алутар, не оценив его недавний выстрел.

— Простите, император, я сейчас немного занят, но так бывает, когда сражаешься сразу с двумя обладателями шестнадцатого круга.

— Что? С двумя? Тебе нужна помощь? — гнев императора тут же сменился на милость, в его голосе зазвучала даже некая гордость за своего подчиненного, а также волнение.

— Нет, но тут осталось еще много крыс, пришлите сюда только легионеров, которых случайно не убьет наш поединок, — Дарбрелт разговаривал с Алутаром, одновременно сражаясь.

— Хорошо, но впредь старайся не убивать своих, иначе я буду вынужден принять меры. И заканчивай уже скорее, хватит с ними играть.

— Слушаюсь, император, — недовольно ответил тот.

Авгулт подпрыгнул и нанес удар копьем в прыжке, однако Дарбрелт перенаправил удар в землю и, не выдержав, она все-таки раскололась, открыв путь к полигону.

— Давай! — прокричал Линтранд.

Авгулт просто схватил Дарбрелта и стал удерживать на месте, но его сил было недостаточно, и ренианец с легкостью разорвал захват, затем ударил Авгулта локтем по лицу и вонзил свой клинок ему в бок. Линтранд немедленно атаковал ренианца и заставил его отступить от илкарца, не дав тому добить его.

— Ты как? — спросил Линтранд.

— Не важно, я ошибся, ублюдок, кажется, еще полон энтузиазма, — Авгулт прикрыл рукой рану, и смотрел на стоявшего впереди ренианца, пытаясь придумать хоть какой-то план.

Тем временем, высадившиеся легионеры уже направлялись на полигон через проделанную дыру.

— Куда это вы собрались, ублюдки! — завидев их, Линтранд собирался остановить ренианцев, но рука Авгулта остановила его раньше.

— Нет, если мы не убьем Дарбрелта, все старания будут напрасны. Один я не справлюсь с ним.

— Думаю, поиграли и хватит, я достаточно размялся перед турниром, пора заканчивать нашу игру.

— Что этот ублюдок там промямлил? — злобно спросил Линтранд.

— Не слушай его, он пытается нас спровоцировать.

Тем временем Дарбрелт выставил древки своих секир напротив друг друга. Они начали удлиняться, пока вовсе не соединились друг с другом, став единым целым. Сами клинки также немного увеличились. Лезвия нового оружия смотрели в противоположные стороны.

— Не нравится мне это... — сказал Линтранд.

— Это всего лишь уловка, сейчас ты убедишься сам, — Авгулт кивнул головой в сторону Дарбрелта и соратники побежали на него.

Они снова схлестнулись в битве, но на этот раз Дарбрелт действительно словно стал сильнее. Он играючи отбивался от всех их атак. Линтранд раскрутился вместе с молотом, превратившись в смертоносный вихрь, но Дарбрелт остановил его одной рукой. Удар был настолько сильным, что снес часть ландшафта и поднял пепел, осевший на земле снова в воздух, по всей территории ордена начался пеплопад. Ренианец был раздражающе спокойным, этот мощный удар он даже не почувствовал. Дарбрелт крепко сжимал руку Линтранда, Авгулт бросился ему на выручку, но получил удар ногой, который отбросил его назад и сломал щит, получивший на себя удар.

— Теперь, ты понимаешь разницу в наших силах? — оскалив зубы в мерзкой улыбке, спросил Дарбрелт, все еще удерживая одной рукой Линтранда.

Они смотрели друг на друга, краем глаза Линтранд увидел позади Дарбрелта скрывающиеся фигуры, это были четыре зверя, вернее, три. Адэхи расположился в горах и, прицелившись, отпустил стрелу. Она мгновенно достигла ничего не подозревающего Дарбрелта и вонзилась ему в спину. Он тут же отвлекся и посмотрел назад, там его поджидали Энэпэй, Эндрел и Пэйта. Они набросились на него и заставили отпустить Линтранда. Лидер ордена следил за их передвижениями и подготавливал последнюю атаку. Дарбрелт отбросил нападающих волной илуния и схватил за руку отлетающего Энэпея, подтянув к себе со всей силы, он пронзил его сердце, после чего схватил за шею и оторвал тому голову.

— Энэпей! — крикнул Линтранд.

— Не вмешивайтесь, господин! Мы знали, на что шли, лучше скорее подготовьте то, что вы задумали, — кричал ему Эндрел, сражающийся вместе с Пэйтой. — Что бы, наша жертва не была напрасной!

Дарбрелт уклонился от бокового замаха Пэйты, и тут же вспорол ему живот, затем ловким разворотом рассек его пополам. Эндрел прокричал и взмахнул когтями крест-накрест, высвободив из них огромные потоки в форме когтей. Дарбрелт перенаправил их в сторону и стремительным выпадом пронзил Эндрела. Он поднял его пронзенное тело над собой, держась за древко своего оружия. Дарбрелт отвел свободную руку в сторону и замер, словно восхищаясь самим собой и своей силой. Кровь Эндрела лилась ему прямо на шлем. Адэхи вздрогнул от ужаса, он собрал все свои силы и выпустил гигантскую стрелу размером с товарный вагон. Она понеслась к ренианцу, разрывая перед собой землю на куски. Дарбрелт оглянулся назад и, скинув с оружия тело Эндрела, словно какую-то грязь, он разрубил стрелу, состоящую целиком из илуния на две части. Разлетевшись, они устремились вдаль и врезались в часть горного хребта, просто стерев его с лица планеты. Однако за стрелой спрятался Авгулт и как только Дарбрелт разрезал её, за ней тут же появился заново воссозданный щит императора, которым он ударил по ренианцу как следует. Дарбрелт отлетел назад, Линтранд воспользовался этим и сделал ему подсечку своим молотом, после чего тут же поднял молот вверх. Падая, ренианец видел, как молот разрывается от накопленной энергии. Линтранд прокричал и со всей силы, и опустил свой молот на Дарбрелта, вмяв его в землю. Все вокруг затряслось, земля над полигоном разрушилась, а весь горный хребет растворился во тьме его удара. Гигантский столб пыли и пепла с новой силой взлетел вверх. Адэхи смотрел, на приближающуюся ударную волну, и опустил свой лук.

— Все ради победы, — сказал он, и волна накрыла его.

Дальше горного хребта удар не пошел, врезавшись в фиолетовый щит, который затем так же исчез.

-Простите меня, но, кажется, я истратил на это все силы, — Улькиус стоял на коленях и тяжело дышал, расположившись на веранде с видом на полигон.

Он посмотрел вверх и увидел, как вниз падают огромные куски земли. Рядом с ним стояли очнувшиеся Изабелла, Кристина и Юлиан, который спустился вниз еще до того, как самая сильная троица перенесла свою битву на Землю. Полигон уже успели заполонить легионеры Эдера, но падающий на них потолок заставил отвлечься и уйти в защиту.

— Бежим отсюда, бежим, пока они отвлеклись. Я уже подготовил нам корабль, — тихо прошептал Юлиан на ухо своей любимой. В этот раз он ее окончательно разозлил и, не выдержав, она оттолкнула его от себя.

— Беги, проваливай отсюда, трус! Я была о тебе лучшего мнения! Я останусь здесь и буду сражаться!

— Как ты не понимаешь, это конец, мы проиграли эту войну, бежим отсюда, пока не поздно!

— Да ты совсем охренел, твою мать! — крикнула Кристина. — Изабелла, и вот за это ты вышла замуж?!

— Он показался мне сильным и надежным, когда-то, но я ошибалась...— с грустью сказала она.

— Изабелла, я всего лишь хочу защитить тебя.

— Нет, ты хочешь сбежать, а я твоя уважительная причина!

— Прошу, не говори так...

— Ну, что будем делать? — спросила Изабелла, не замечая мольбы своего возлюбленного.

— Спустимся вниз и сразимся! — сказала Кристина.

— Я бы не советовал этого делать, — эхом пронесся голос откуда-то с коридора.

Шаги становились все отчетливей, и из-за угла показался Лонут.

— Я смотрю, тебе полегчало, Лонут? — спросил его Улькиус, который был очень рад его видеть.

— Да, спасибо тебе большое, если бы не ты, я бы, скорее всего, уже умер.

— Ты говорил, что нам лучше не спускаться к ним, это еще почему? -недовольным тоном спросила Кристина, с ног до головы осматривая илкарца.

— Вы знаете, кто там, внизу?

— Какие-то вонючие ублюдки, ждущие смерти, и что? — сказанное Изабеллой заставило илкарца улыбнуться, впервые за долгое время. Такой глупой самоуверенности он еще не видел.

— Эти, как ты сказала, вонючие ублюдки, самые сильные воины империи ренианцев. Легионеры Эдера, каждый из них минимум на пятнадцатом кругу, и меньше вы не найдете. Они провели сотни, а то и тысячи лет в сражениях, а не в тренировочных боях как вы. И едва вы спуститесь туда, вас убьют.

— Да как ты смеешь? — возмутилась Кристина, но Лонут тут же перебил ее на повышенном тоне.

— Более того, судя по всему, вы уже встречались с некоторыми из них. И поэтому, вы здесь, среди раненых и слабых.

— Тогда, что ты предлагаешь? — спросил Юлиан.

— Найдите свиток для записи на турнир и бегите. Бегите так далеко, как можете, только записавшись на турнир, у вас будет немного времени...

Защитники переглянулись.

— Но где нам его взять? Я понятия не имею, — сказала Кристина.

— Я знаю, — коротко ответил Улькиус. — Я объясню вам, куда идти.

— Стой, а как же ты Улькиус? Ты самый сильный из нас! И чем больше нас будет, тем выше шансы на выживание, полетели с нами, — предложила ему Изабелла.

Улькиус прекрасно понимал, что так поступить наиболее логично, но в этот раз он сильнее всего слышал не зов разума, а другой, зов сердца. Неожиданно для себя, он сказал:

— Нет, я останусь здесь, со своими орденом и друзьями, вместе с Линтрандом. Я прожил достаточно, чтобы умереть.

— Но Улькиус...

— Не перебивай меня, девочка моя. Я истратил все силы на барьер, чтобы Линтранд не разнес планету. Мне с вами не по пути, нужно приглядеть за этим безумным дураком.

— Ну а ты, Лонут? Нам понадобится проводник в неизвестном нам мире...

— Простите, но я тоже остаюсь. Я должен встретить смерть вместе со своими братьями и своим народом.

— То есть, вы все остаетесь, а нам значит нужно бросать своих друзей и бежать, да?! — возмутилась Кристина.

— Да, именно так. Я знаю, что это не справедливо, но больше некому. Теперь судьба всех людей в ваших руках.

— Ты слышала их, Изабелла, а теперь пошли, не нужно затягивать с этим, — Юлиан торопливо схватил её за руку, но та, снова не замечая его, отшвырнула руку и обняла Улькиуса. — Я буду помнить о вас всегда, спасибо вам за все, — со слезами сказала она. Кристина последовала примеру своей сестры и после недолгих прощаний, они зашли в лифт, который повез их вверх. Улькиус и Лонут посмотрели вниз с веранды, вся местность была в пыли, и ничего не было видно.

— Ну, каков план? — спросил Лонут.

— Сил у меня не осталось, но, думаю, одного смогу забрать с собой. Подождем их тут, в узких коридорах у нас будет больше шансов, чем на открытой местности.

— Согласен.

— Господин Алдриан, наши щиты больше не выдержат, вам нужно уходить! -кричал пилот Мильбрана.

— Нет, Авгулт доверил мне этот корабль, и я не брошу его!

— Сэр, все наши корабли уничтожены, огромный флот ренианцев ведет огонь только по нам!

— А то я не знаю... — Алдриан чувствовал, с какой скоростью улетучивается на поддержания щита илуний внутри него. Причина, по который Алдриан терял свои силы навсегда, а не на время, была проста. Капитан корабля мог подпитывать щит двумя способами. Первый позволял командующему восполнить утраченные запасы илуния, как ни в чем не бывало. Второй же способ забирал силы владельца навсегда, вмешиваясь в днк и вырывая оттуда "небольшие резервуары", где вырабатывался и накапливался илуний. В дальнейшем, эти хранилища увеличивали свою производительность в сорок раз, пытаясь тем самым предотвратить свою смерть, в надежде, что их прежний владелец успеет вновь соединить их со своим днк, но беспощадно сгорали в жерле механизма, увеличивая мощность щита. Алдриан немного подумал и сказал:

— Соберите оставшуюся энергию и направьте на орудие, время финальной атаки.

Экипаж подчинился и сделал, как он сказал. Алдриан направил всю свою энергию на корабль и Мильбран исчез из поля зрение ренианцев и появился спустя какое-то время посреди скопления транспортных кораблей.

— Огонь! — прокричал он. Мильбран вновь распустил тысячи игл и лишил ренианцев нескольких сотен тысяч солдат.

"Ну, вот и все, брат мой. Я сделал все, что мог, для меня была честь быть твоим братом..." — Алдриан выпрямился на троне и умиротворенно поглядел в иллюминатор. Орудия ренианцев зарядились, и десятки тысяч стволов расстреляли гигантский Мильбран. Корабль был больше не в силах удерживаться на орбите и земное притяжение потащило его на планету.

— Да! — обрадовался император Алутар. — Сдохните, поганые илкарцы! Теперь-то вы поняли?! Поняли, что значит власть и сила победителей!

— Император Алутар, — связался с ним один из подчиненных.

— Ну что там еще? — улыбаясь, спросил тот, наливая себе в бокал лучший алкоголь, тем самым праздную очевидную для всех победу.

— К нам приближается небольшой корабль...

— Небольшой корабль? Что еще за небольшой корабль? Сбейте его, если понадобится.

— Кхе-кхе, господин, это корабль с опознавательными знаками легиона справедливости...

Услышав это, император тут же потерял дар речи вместе с остальными, находившимися с ним в одном помещении.

Глава 12

Рухнувшая империя

Юлиан, Изабелла и Кристина бежали вверх по винтовой лестнице. Лестница была усеяна телами, никаких раненых. Поднявшись, троица вбежала в тронный зал, вернее, в то, что от него осталось. То, что они увидели, заставило их сердца сжаться, а глаза покраснеть и налиться влагой. У трона лежало тело Стэмшура, а рядом с ним жизнь покидала и Джека. Около них столпился отряд ренианцев, и один из них прокручивал нож у него в сердце. Джек увидел своих друзей, замерших в шоке у входа. Он посмотрел на них, и из глаз его покатились слезы счастья, Джек улыбнулся своим друзьям и закрыл глаза. Выполнив последнюю просьбу Стемшура, он составил ему кампанию у трона, теперь ему не будет одиноко.

— Ну вот, веселье закончилось, — сказал тот, кто проворачивал нож в сердце Джека и затем поднялся. Он развернулся и им оказался Фардред.

— Какой приятный сюрприз! — воскликнул тот. — А я вас как раз искал, воистину, судьба сегодня на моей стороне. Юлиан вышел вперед, закрыв собой девушек.

— Мужики, вы только гляньте, какие красотки. У меня было много разных женщин, далеко не все они были ренианками, и далеко не все по обоюдному согласию... — ухмыльнулся тот, по залу прошелся негромкий смешок всего отряда. — Но вы только подумайте, первые из галактического сообщества, кто опробует людских женщин! У меня лишь от одной мысли уже стоит! — Фардред шаг за шагом не спеша продолжал, приближаться к троице.

— Ни шагу дальше, ублюдок! — пригрозил ему Юлиан, выставив свою рапиру вперед.

— У-у-у, какой грозный защитник, ну и что ты сделаешь, а? — Фардред специально сделал еще шаг, затем еще и еще. После чего исчез и появился около Юлиана, нанося ему боковой удар своей глефой. Юлиан подставил рапиру и заблокировал его.

— Хм-м, неплохо, — довольно произнес ренинаец. — Парни, убьем его, а потом развлечемся с девушками.

Девять ренианцев побежали на Юлиана, но путь им преградили десятки шипов, появившихся со всех сторон. В результате чего четверо тут же были пронзены насквозь и разорваны ими на части. Фардред начал атаковать Юлиана, а девушки в свою очередь накинулись на оставшихся ренианцев, при поддержке его шипов. У обоих противников была отработанная техника ударов, оба прекрасно уклонялись, атаковали и оборонялись. Также Фардреду нужно было постоянно уклоняться от острейших шипов, которые то и дело появлялись откуда-нибудь в большом количестве. Они переместили сражение наружу, пустынная местность снова наполнилась звуками боя. Один из шипов смог пронзить Фардреда в голень. Он тут же оступился и, собравшись в последний момент, смог перенаправить удар Юлиана от своей головы, в шею. Фардред отскочил от него назад, но Юлиан не давал ему ни секунды отдыха. Он напирал и напирал, ему не терпелось убить ренианца за его слова в адрес Изабеллы.

— Я убью тебя! Ты будешь страдать, за то что угрожал ей! — прокричал Юлиан.

— Нет, я буду трахать её! — ответил тот и прямо посреди боя прижег себе обе раны. — Какой-то у нас не честный бой, я один, а твоих шипов здесь и не счесть, — произнес он и растворился в воздухе. Спустя мгновение вокруг Юлиана появилось с десяток копий Фардреда.

Он огляделся и быстро воткнул свою рапиру в землю, начав пропускать через неё энергию. От земли появилось розовое свечение. Копии ренианца разом налетели на Юлиана, ловушка захлопнулась, и тысячи игл вырвались из-под земли непроходимой стеной, пронзив всех вокруг. Сам Фардред оказался наверху, анализируя своего противника. Юлиан увидел это и тысячи шипов ринулись вверх за неприятелем. Ренианец принял вызов, и ринулся им навстречу. Он снова растворился, и на этот раз клонов Фардреда стало еще больше. Они летели вниз, уклоняясь и попутно разрезая шипы. Нескончаемым потоком иглы вырывались из земли, пронзая то одного, то другого. В конце концов, остался лишь один. Фардред пролетел все шипы и появился перед лицом Юлиана, но тут же остановился, почувствовав сильную жгучую боль. Один из шипов вырвался прямо из-под ног Юлиана и пронзил Фардреда насквозь. Затем еще с десяток проделали с ним то же самое. Юлиан поднес ренианца поближе своими шипами и, плюнув тому в лицо, сказал:

— Я же говорил тебе, мразь, — со злобной, самодовольной ухмылкой произнес Юлиан.

— Прошу, не убивай меня, пощади, — испуганно прорыдал Фардред, не желая умирать и не веря в свое поражение.

Юлиан нахмурился, и шипы безжалостно растерзали свою жертву. Победитель огляделся и увидел, что девушки еще сражаются. Он сделал шаг в их сторону и упал, за его спиной послышался смех. В спине Юлиана торчал нож, а к нему приближался Фардред.

— Наивный и глупый. Жалкое ничтожество, ты и вправду поверил в свою победу.

Юлиан изо всех сил пытался встать, но не мог даже пошевелиться. Шаги ренианца становились все отчетливее и угрожающе.

— Что, не получается? Хочешь, открою секрет? В тебе яд, дружище. Мои частицы понемногу попадают тебе в кровь, и твой илуний с ними просто не справляется, а знаешь почему, м? — Фардред схватил Юлиана за волосы и злобно прошептал ему на ухо. — Потому что я на круг выше тебя, я лучше тебя, сильнее, опытнее, ну и плюс модифицировал свои частицы. Я ходячий яд, -рассмеялся тот. Он с улыбкой посмотрел на Юлиана и указал ему на девушек, заставив посмотреть в тронный зал.

— Я так понял, одна из них тебе очень дорога, какая, это не важно. Важно то, что ты будешь лежать здесь и смотреть, смотреть как я изнасилую до смерти обеих, — Фардред крикнул от восторга и со словами "Должок за копию". -Плюнул Юлиану в лицо, оставив лежать его снаружи.

Изабелла и Кристина убили по одному легионеру, как вдруг первая заметила, что шипы больше не помогают им. Она обернулась в поисках Юлиана и увидела мужа лежащим снаружи.

— Юлиан! — Изабелла направилась к нему, боясь, что он уже мертв.

— Далеко собралась? — раздался голос за спиной и, не успев отреагировать, Изабелла получила сильный удар по лицу. — Держите её, парни, — приказал он двоим оставшимся ренианцам. Кристина попыталась сопротивляться, но Фардред был слишком силен для нее. Он быстро обезвредил девушку и затем отравил. То же самое он проделал и с Изабеллой, чтобы они не могли дать отпор. Фардред приказал вытащить их наружу к Юлиану и сестер поволокли из тронного зала на улицу, волоча их ноги по земле.

— Ну что, какая из них тебе дорога? — спросил Фардред безвольного Юлиана, но тот продолжал молчать. — Не хочешь говорить? Ну ничего, я тебе помогу ответить, — он начал срывать броню с Кристины и смотрел на Юлиана, затем улыбнулся и пошел к Изабелле. Едва он сорвал с нее нагрудник, как увидел в глазах Юлиана злость и гнев. Фардред заулыбался, а затем его смех пронесся по округе. — Так вот значит кто, с неё, пожалуй, и начну.

Изабелла все еще могла немного двигаться, так как яд не успел полностью подействовать. Она отчаянно пыталась сопротивляться, пока Фардред срывал с нее одежду.

— Вы только посмотрите, без одежды она еще сексуальней, уже не терпится опробовать! — Фардред быстро разделся сам и залез на неё сверху.

Изабелла стучала ему по груди и царапала спину, но все было без толку. Хаотично размахивая руками, она нечаянно сорвала амулет, висевший на шее у ренианца. Он поднапрягся и насильно вошел в Изабеллу, от боли она тут же вцепилась в него ногтями.

— Ублюдок, не трогай её, сукин ты сын! Прекрати! Слышишь меня, я убью тебя, мразь! — кричал во весь голос Юлиан. Он рыдал, его сердце разрывалось на множество частей. Всеми силами он пытался подняться, но яд не отпускал его.

— О-о, как же хорошо, это просто восхитительно! Еще ни у одной женщины не было так приятно! — Фардред все сильнее и сильнее продолжал двигаться внутри Изабеллы, не замечая визга Юлиана.

Кристина умоляла отпустить сестру, она тоже ревела, но больше ничего не могла поделать. Юлиан закрыл заплаканные глаза, но крики и стоны его возлюбленной коварно пробирались в его ушные раковины и пронзали душу. Он проклинал бога за то, что тот подарил ему слух.

— Разве ваши мужчины не говорили вам, что делают с женщинами на войне, а? — Фардред перевернул её на живот и продолжил. — Присоединяйтесь, ребята, попробуйте, у нее еще много дырок, куда можно пристроиться, — Фардред ускорился и затем испустил в неё своё семя.

— Фух, ну, а теперь пришла твоя очередь! — он подошел к Кристине и начал срывать одежду с неё.

Она не отрывала взгляд от своей сестры. Теперь её насиловали двое ренианцев одновременно, но она не издала не звука, а лишь лежала и слезы капали из её глаз.

"Прости, прости меня, сестренка, я не смогла сдержать свое обещание... не смогла. Почему это происходит с нами вновь? Ведь мы стали такими сильными. Не должно все было вот так вот закончиться, не должно...", — думала про себя Кристина, пока Фардред, словно животное брал её вновь и вновь.

— О да-а, не зря... не зря, я пролил столько крови! Ради такого можно пролить еще столько же! — восхищенно кричал Фардред под одобрительный смех соратников, насилуя девушек.

Юлиан ничего не мог сделать, он проклинал любовь... Влюбившись, он стал слабым, стал думать о ком-то кроме себя самого. Он познал себя с другой стороны, со слабой стороны. В глубине души он понимал, если б не Изабелла, все было бы иначе. У него было великое будущие одного из самых талантливейших солдат, но он проиграл в битве с любовью... Теперь ему оставалось только лежать, пока перед ним насилуют его любимую женщину.

* * *

Ильмарион лежал, облокотившись на стену недалеко от своих покоев, его грудная клетка поднималась вверх, жадно наполняясь кислородом. У него больше не было сил, а запас его илуния был близок к нулю.

— Как же давно я так тяжело не дышал, — сказал он самому себе. — Сейчас бы вина и вздремнуть... — Ильмарион прикрыл глаза, наслаждаясь заслуженным отдыхом.

Вокруг него лежали мертвецы, как люди, так и ренианцы. В стороне бард услышал неприятный шорох, который не предвещал ничего хорошего. Один из ренианцев все еще был жив и отчаянно полз к нему по телам с ножом в руке. Тот самый, который предложил ему и всем своим врагам сдаваться, и быть может, им будет позволено стать рабами.

— Что, серьезно? Ты даже не можешь спокойно насладиться отдыхом перед смертью? — усталым тоном сказал ему Ильмарион, глядя, как ренианец продолжает ползти по трупам, пыхтя от каждого усилия.

— Наслажусь, когда убью тебя, грязный человечишка, — стиснув зубы, прокряхтел тот.

Он прополз еще немного и, ухватив Ильмариона за ноги, поднял нож над головой и, подтянувшись, из последних сил нанес удар. Ильмарион остановил его руку своей, и уложил на лопатки, сев на ренианца сверху. Он зафиксировал ему одну руку, а затем, сжав его кулак двумя руками, со всей силы начал опускать его руку с зажатым в ней ножом к глотке. Ильмарион заорал от перенапряжения и, поднатужившись, наконец, пробил ему горло. Ренианец начал захлебываться в собственной крови, издавая булькающие звуки. Ильмарион выхватил у умирающего нож и, крича, начал наносить ему удары ножом по лицу. Он выплескивал на него все свои остатки злости и гнева, а когда он успокоился, то с дрожью в руках выронил нож и сел рядом с убитым, от чьего лица остались лишь какие-то ошметки.

— Я же говорил, что трахну тебя... — с довольным лицом сказал Ильмарион, усмехаясь при каждом вздохе.

Напротив него, так же облокотившись на стену, сидел тот самый человек с огромной палицей, который еще недавно в одиночку врывался в ряды неприятеля. Жаль, уже нежилец. Перед ним лежал мертвый ренианец с той самой палицей у себя в голове, еще один развалился прямо на нем, а другой лежал с переломанной шеей у него в руке. Ильмарион улыбнулся, глядя на эту картину и сказал:

— Ты хорошо сражался, жаль, я не знал тебя при жизни.

Ильмарион просидел в гордом одиночестве еще какое-то время, то и дело, теряя сознание от бессилья. Наконец, очухавшись, он заметил, что снаружи стало слишком тихо после того мощного взрыва, который вызвал удар Линтранда. Ильмарион поднялся при помощи стены и, опираясь на неё, побрел в свои покои. С трудом он добрался до балкона и вышел наружу. Он посмотрел вниз и замер... Место, открывшееся перед ним, было совершенно незнакомо, выжженное поле, с гуляющим по нему ветром предстало перед бардом. Вокруг не было ни гор, ни леса, а вместо деревни была огромная дыра, которая уходила в полигон. Стены замка были сильно разрушены, а в тех местах, где еще остались постройки, полыхал пожар. Он использовал остаток сил и усилил зрение, чтобы найти хоть кого-то из друзей, но увидел лишь смерть. Внизу было лишь отчаяние, пустота и пепел.

Ильмарион опустил голову и зарыдал.

— Неужели это не сон? Неужели это все происходит наяву... за что?! За что мы заслужили все это?! Джунгран... Борий... Джек... — Ильмарион начал перечислять всех тех, кто ему дорог и с каждым именем рыдал все сильнее. -Дутанор, Джорелл, неужели вы и правду мертвы? Неужели... это конец... мы проиграли.

Он перелез через перила и сел на их край, создав скрипку в своих руках на последние силы.

— Я обещал, что сыграю для вас напоследок... Эту мелодию, я посвящаю вам, друзья мои, в память о лучших моментах, проведенных с вами, — смычок задвигался и печальная, но восхитительная, трогающая душу мелодия разлилась по округе.

"Ильмарион...", — мелодия донеслась до ушей Изентриэля, он находился в покоях Линтранда со свитком в руке, думая, что после того взрыва в живых не осталось никого.

Все спутники земли были разрушены, а из-за огромного выброса илуния связь не работала. Испанец засунул свиток за пазуху и помчался со всех ног в поисках своего товарища. Мелодия эхом заполняла все коридоры и комнаты опустевшего замка, полного мертвецов. Концерт для мертвых. Из-за эха Изентриэлю тяжело было определить, в каком месте играет Ильмарион и поэтому, он решил начать с его комнаты, так как тот всегда играл там. Изентриэль использовал силу и начал простреливать этаж за этажом, лишь бы быстрее спуститься вниз.

"Когда-нибудь, ты услышишь одну из моих мелодий и поймешь, что я играю в последний раз", — в голове Изентриэля вертелись эти слова, сказанные когда-то Ильмарионом, и над которыми он тогда знатно посмеялся. "Только не делай глупости, ублюдок, не смей этого делать". Изентриэль добрался до последнего этажа, но мелодия уже замолкла. Скрипка растворилась и, сняв с себя маску, Ильмарион аккуратно положил её на перила рядом с собой. Он закрыл глаза и оттолкнулся руками вперед. Земное притяжение тут же подхватило его, и ветер приятно начал обдувать все тело.

"Я иду к вам, друзья мои".

— Ильмарион! — он открыл глаза и увидел Изентриэля, стоящего на балконе, и все сильнее отдаляющегося от него.

"Прости, дружище, нужно было посмотреть наверх". Его изуродованное лицо напоследок улыбнулось и, пролетев еще немного, Ильмарион упал в объятия смерти.

— Нееет! — Изентриэль приложил руку к лицу, не желая, чтобы душа Ильмариона увидела, как он плачет.

Рядом с собой он нашел лежащую на перилах маску. Его горе прервал шум новой волны транспортных кораблей ренианцев, подлетающих к планете.

"Я обязательно спасу человечество...", — он схватил маску и убежал прочь, к подготовленному кораблю.

* * *

Линтранд пришел в себя. Постанывая, он с трудом поднялся и заставил себя оглядеться. Вокруг был непроходимый слой пыли, однако, в паре метров ему удалось разглядеть щит Авгулта. Постоянно шатаясь из стороны в сторону, Линтранд все-таки дошел до места, и нагнулся, протянув руку, чтобы поднять щит. Но в этот же момент кто-то сильно наступил на неё ногой, придавив к щиту. Линтранд посмотрел вверх и увидел, что его окружили сотни светящихся глаз. Затем мощный импульс прошелся по округе, унося с собою пыль. Как только она пропала, Линтранду предстала вся картина. Он продолжал смотреть вверх, затем слегка начал смеяться, после чего его смех стал и вовсе безумен. Вокруг него столпились тысячи ренианцев, а его руку зажал ни кто иной, как Дарбрелт. Линтранд уже вовсю отчаянно хохотал. Огромные валуны раскинулись по всему полигону, возвышаясь над их головами. Ренианцы повылазили из всех щелей, словно головорезы из засады.

— Это что, сраная шутка? Как? Как?! Почему ты все еще стоишь на ногах? Ты должен быть мертв, или хотя бы потрепан, но ты стоишь здесь, как ни в чем не бывало! Я схожу с ума... — Линтранд продолжал хохотать.

— Разница между мной и тобой слишком очевидна. Как я и говорил, я владею шестнадцатым кругом несколько тысячелетий, а сколько ты? Год? Может быть чуть больше? Кстати, только погляди, кого мы нашли, — Дарбрелт дал команду и из толпы приволокли Авгулта. Один из ренианцев врезал ему по ногам и поставил на колени, держа за руки. Император поднял глаза и увидел лежащего рядом Линтранда.

— Хороший ... был ...бой — улыбнулся он ему своей кровавой улыбкой. Авгулт был потрепан и сильно избит, из его многочисленных ран сочилась кровь.

— Да, жаль, не смогли прикончить этого ублюдка, — ответил ему улыбкой Линтранд. Ренианцы перестали держать его за руки, когда Дарбрелт встал перед императором. Авгулт устало поднял на него свой взгляд.

— Что-то они там долго возятся...

Лонут и Улькиус все это время ждали легионеров в узких коридорах, как и планировали, но никто так и не пришел.

— Да, они уже должны быть здесь... — двоица переглянулась, и побежала обратно к застекленной веранде с выходом на полигон.

* * *

Мильбран падал на Землю с бешенной скоростью, в кресле все еще сидел Алдриан, который с высоко поднятой головой приготовился к своему финалу. В этот же момент Дарбрелт достал свое оружие и прицелился к шее Авгулта, чтобы нанести чистый и точный удар. Император посмотрел наверх, сквозь огромную дыру в потолке, небо сияло тысячами звезд, а пепел медленно спускался вниз, словно снег. Хотелось бы ему затеряться среди этих сияющих огоньков в небесах, но выбор был сделан. Он закрыл глаза и приготовился.

"Прости меня, брат, мне очень жаль, что я был слишком ослеплен властью и гордыней. Теперь, я оставляю наш народ в твоих руках...". Дарбрелт занес свой клинок, и голова Авгулта слетела с плеч. Могучий Мильбран, последнее наследие империи илкарцев упал на планету. За ним последовал сильнейший взрыв, и корабль разлетелся на части. Империя ренианцев пала вместе с кораблем и головой своего императора.

Илиан сидел в кресле, как вдруг, что-то кольнуло у него в сердце, он схватился за грудь и упал на колени. Немного придя в себя, он понял, что произошло. Из его глаз закапали слезы. Тонкая нить, которая продолжала связывать братьев между собой, оборвалась.

"Теперь ваш долг уплачен, я прощаю вас, братья мои...".

* * *

Император Алутар созывал все войска к себе, и было очевидно, что он очень нервничает.

— Почему ты так боишься их, отец? — позади императора стоял юноша с синей чешуйчатой кожей и длинными волосами в виде щупалец, сплетенных сзади в косу. Он был очень статным и высокого роста, его выделяли выразительные синие зрачки. Ренианцы с такими глазами рождались один раз в тысячу лет, и считалось, что им предначертана великая судьба.

— Я боюсь не Легион справедливости, а их лидера, и поверь, не просто так. Бояться это естественно, сын мой, — ответил Алутар, следя за тем, как его войска стягиваются к его кораблю.

— А разве это не признак трусости? — бестактно спросил тот.

— Принц, как вы говорите со своим отцом? — сделал ему замечание старый генерал.

— Все нормально, он не должен бояться спрашивать, — Алутар повернулся к своему отроку и сказал:

— Я не боюсь смерти, лишь за свой народ. Бояться, но смело дать бой и просто стоять, не шевелясь от страха — это разные вещи. Бояться нужно, Акрэ?лий, это поможет тебе выжить, но бездействовать никогда не надо.

— Теперь я понимаю, отец, спасибо тебе за наставление, — Акрэлий кивнул головой в знак уважения. — Я слышал, что их лидер некий Илиан, это же горстка фанатиков, разве могут они доставить нашей империи неприятности?

-Они все сильные и обученные бойцы, но в целом ничего такого, с чем бы не справились наши воины, но Илиан это совсем другое дело... Если мы сейчас ввяжемся в войну со всем их орденом, то потом станем легкой мишенью для других империй. Ведь мы потеряем слишком много солдат на этих двух войнах.

— Но что им здесь надо?

— Может быть, они посчитали наши действия против слабой расы не справедливыми, и пришли им на помощь? — предположил молодой командующий из элиты.

— Может быть все что угодно, нужно сначала выяснить, зачем они здесь, но всем войскам быть наготове. Зовите сюда Дарбрелта, сейчас же, — приказал Алутар.

— Насколько силен этот Илиан? — вновь любопытствовал Акрэлий.

— Скажи, знаешь ли ты его прозвище? — спросил отец.

— Да, я слышал, что в простонародье его называют Справедливым.

Алутар улыбнулся, ожидая подобного ответа.

— Да, Справедливый, но никто не знает его второго имени. Он известен лишь узкому кругу самых сильных и самых влиятельных планетарцев, и неизвестен остальным потому, что тогда его мощь и влияние тут же возрастет. Илиан Испепелитель! — прокричал воодушевленно Алутар, разведя при этом руками.

В зале, где сидела лишь верхушка ренианской власти тут же настала полная тишина. Все сидели с открытыми ртами.

— Не вяжется с Илианом Справедливым, не так ли? — на лице императора была самодовольная ухмылка.

-Н-ну, ну а у тебя, отец, есть иное прозвище, о котором нам не известно? — в итоге спросил его сын.

Алутар не ответил, но объявил об окончании совещания, попросив всех удалиться, кроме сына. Оставшись наедине, император наконец полушепотом произнес:

— Да, есть...

— И какое же? — с опаской спросил тот.

— Мертвый император...

* * *

Илиан смотрел вдаль из окна своих покоев. Его братья мертвы, а это значит, что раса илкарцев пала. Конечно, он знал, что во вселенной еще наберется с пару миллионов тех, кто давно покинул свой родной мир и живет своей жизнью, но они больше не имели права называться илкарцами.

— Господин Илиан, в системе появилось несколько кораблей, — передали ему двое подчиненных.

— Уничтожьте их, — угрюмо и с нежеланием разбираться ответил тот, даже не вдаваясь в подробности.

— Господин, это корабли илкарцев...

— Что?! — он тут же оживился.

— Да, это четыре транспортных корабля вашей расы, они только что вошли в систему. Постойте-ка...

— Что там еще? — нахмурившись спросил Илиан.

— В систему вошло еще двенадцать кораблей, это ренианские перехватчики последнего поколения. Кажется, они преследуют корабли илкарцев.

От услышанного гнев захватил Илиана, его глаза наполнились бурным желтым пламенем. Он выбил свое окно и в один сильный прыжок выпрыгнул далеко за ворота своей крепости, приземлившись на пустынной местности. Илиан сделал еще пару шагов вперед, затем остановился и посмотрел вверх. Илкарец сконцентрировался, и его объяла невероятная мощь, ярчайший свет озарил местность на многие десятки километров, а вокруг него поднялся энергетический столб света. Освободившаяся мощь Илиана приподняла его в воздух.

— Отлично, мы нагнали этих грязных илкарцев, — радовался командующий одного из перехватчиков. Этот вид корабля был хорошо вооружен и немалого размера. На вытянутый овал металлического цвета, летящий в вертикальном положении, с двух сторон было прикреплено по три конструкции в форме плавников, причем, средние были самыми большими. Все конструкции являлись турбинами.

— Капитан, мы вторглись в систему Праведного Света, она принадлежит...

— Я знаю, кому она принадлежит, — перебил тот. — Насрать на этих фанатиков, мы следуем воле императора. Они должны заткнуться и не высовываться, пока мы не решим свои дела здесь, а если им что-то не понравится, то мы и их уничтожим!

Самоуверенность капитана затмило яркое свечение, оно буквально ослепляло и озаряло собой всю систему.

— Что происходит? — серьезный вид капитана сменился на панику, обладатель пятнадцатого круга вдруг почувствовал, как начала высыхать жидкость внутри его организма.

— Я, я не знаю, сэр, сканеры показывают, что окружающие нас звезды, начали резко пульсировать и переполнились энергией...

— Вон...Убирайтесь прочь...— бубнил себе под нос Илиан. — Вон из моей системы! Растворитесь в священном пламени справедливости! — он закричал, и в небесах стало видно, как от звезд вышло по одному потоку в неизвестную сторону.

— Как такое возможно...— капитан и его команды смотрели, как от звезд со скоростью света к ним устремились мощные потоки энергии. Они настигли их корабли в считанные секунды, не оставив от них и следа. Перехватчики последнего поколения исчезли так же внезапно, как и появились. Убедившись, что дело сделано, Илиан отозвал свою силу, и в системе снова стало спокойно, будто бы ничего и не произошло.

— Я позабочусь о них, братья мои...— Илиан остался стоять на месте и не сводил взгляда с небес, ожидая приземления своего народа.

Илкарцы благополучно высадились на планете, это были преимущественно женщины и дети, а также около десяти тысяч здоровых мужчин, чтобы продолжить род. Всего илкарцев осталось около полумиллиона. Пока они не освоятся, Илиан приказал им расположиться внутри ордена и вокруг него.

— Полмиллиона из восемнадцати миллиардов, когда я покидал их. Все, что осталось от моего народа... — сказал он, стоящему рядом подчиненному из расы бри?нроков.

Его народ был подавлен и напуган. Илиан хотел заговорить с ними, но как он смеет? После того, как бросил их на произвол судьбы.

— Ты все сделал правильно, Илиан, не вини себя за справедливые решения, -ответил ему бринрок.

— Господин, в систему вошел еще один корабль, — снова раздался голос по связи.

— Ренианцы вернулись, чтобы отомстить? — с ухмылкой спросил тот.

— Господин, в это трудно поверить, но это наш Виномниус, те, кого вы отправили неделю назад на помощь людям...

— Какого черта они вернулись? Немедленно свяжитесь с ними и скажите, пусть поторопятся!

Корабль приземлился на свою платформу, он был изрядно потрепан. Отсек опустился, и оттуда начали выходить солдаты ордена. Это было ужасное зрелище, кто-то был сильно ранен, кто-то измучен, а кого-то и вовсе выносили мертвым, накрыв чем-нибудь сверху. Стоны легионеров пронеслись по площади.

— Расступитесь, расступитесь я сказал! — Илиан проталкивался сквозь столпу зевак. Он пробился вперед и увидел идущего к нему Гринтреда. Его самый доверенный подчинённый также был весь изранен, а доспех пробит во многих местах.

— Гринтред, что произошло? — глаза Илиана бегали по всем солдатам, выходящим из корабля. — Я не вижу Джорелла и Дутанора, а Гилдриэль, где они все?

— Они предали нас, Илиан, а Гилдриэль мертв... Эти двое перебили почти всех наших планетарцев. Нас застали врасплох, мы не ожидали от них такого...

Илиан не поверил своим ушам, но глаза прекрасно видели израненных братьев, от удивления он покосился назад, но взял себя в руки и спросил:

— Что значит предали? С чего бы им предавать вас? И даже если так, как им вдвоём удалось вас так потрепать? Вы же не гребаные новобранцы!

— Джорелл стал каким-то странным после того как вернулся. Он нес какую-то чушь про предательство. Обвинил нас в пособничестве ренианцам и ни с того ни с чего, напал на нас. Илиан, Джорелл стал очень силен.

— Нет, я не верю в это, Джорелл не мог нас предать! — он закрыл глаза, потирая ладонью лоб.

— Ты обязан в это поверить! — прокричал Гринтред. — Или ты доверяешь чужаку больше, чем своим братьям?! Мы вместе проливали кровь врагов не одну сотню лет! И вот ты называешь нас лжецами?! — Гринтред подошел вплотную к своему господину. — Да что с тобой, Илиан? Половина твоих соратников мертвы, какие еще доказательства тебе нужны?! — он указал рукой на потрепанный корабль и тела своих товарищей. — Иди, загляни в ангар и полюбуйся, что натворил твой драгоценный Джорелл!

Илиан ничего не ответил, и молча пошел в свои покои, чтобы все обдумать. Уходя, краем уха он услышал, как подчиненный бринрок с которым он беседовал до этого, подошел к Гринтреду. Подчиненный спросил, жив ли его брат, на что получил отрицательный ответ, подкрепленный тем, что Джорелл собственноручно убил его. Илиан не верил во все это, он отказывался верить. Его мысли, глаза, слух, все его чувства не хотели верить в такое вероломное предательство. Неужели Джорелл провел его? Илиан был уверен, что они стали хорошим друзьями, эти новости разбивали ему сердце. Он снова и снова прокручивал в своей голове момент отправки Джорелла вместе с его воинами, пытаясь понять, где же он допустил ошибку.

Глава 13

Заново рожденный

Когда я впервые встретил его, он был

напуганным мальчишкой с полным отчаянием в глазах.

Когда же он покинул меня, этим мальчишкой стал я...

Илиан об одном из своих учеников(с).

Неделя до начала военных действий. Илиан следил за подготовкой корабля и бойцов, когда к нему подбежал Дутанор с вытаращенными глазами.

— Илиан, скорее, с Джореллом что-то не так! — испуганно прокричал тот.

Он немедля бросил все дела и тут же помчался вместе с Дутанором вниз. Лифт доставил их к месту упокоения Джорелла, двери открылись и оба выбежали оттуда сломя голову.

— Вот об этом я тебе говорил, я просто сидел рядом и тут началась вся эта хрень! — в комнате были сильные перебои с электричеством, а сам Джорелл бился в конвульсиях. Жидкость то и дело выплескивалась из резервуара на пол.

Они подбежали к нему и Илиан вытащил тело из жидкости, которая сохраняла его тело в надлежащем состоянии все это время.

— Раз он начал шевелиться, это ведь значит, что он ожил, да?! — спросил Дутанор, продолжая испуганно смотреть на конвульсии друга.

— Да, но что-то не так... Подержи его!

Илиан засучил рукава и начал направлять ему свою силу.

-Что ты делаешь?

-Его тело отторгает душу, он слишком долго пробыл там. Это должно помочь, — сила Илиана обволокла тело, и оно слегка засветилось.

Свечение пропало спустя несколько секунд, и мертвец перестал двигаться. Его друзья застыли в ожидании.

— Ну же, очнись, Джорелл...

Он внезапно открыл глаза и резко поднялся с тяжелым и глубоким вдохом.

— Джорелл, слава богу ты вернулся! — обрадовался Дутанор и решил обнять товарища на радостях. Он успел положить руку ему на плечо, однако Джорелл тут же сильно схватил её.

— Эй, эй, ты что творишь?! Это же я, Дутанор!

Джорелл крепко сжимал его запястье, причиняя юноше сильную боль.

— Джорелл, ты узнаешь нас? Успокойся! — Илиан положил свою ладонь ему на подбородок и слегка приподнял, заставив посмотреть на себя. Джорелл пристально уставился на него, его дрожь начала утихать, дыхание нормализовалось и Дутанор почувствовал, как хват друга ослабевает.

— Я... узнаю твое лицо, — удивленно сказал он и затем перевел взгляд на Дутанора, — И твое лицо тоже... — губы Джорелла растянулись в искреннюю улыбку. Дутанор чуть не заплакал от радости и наконец крепко обнял товарища. Илиан положил руку на плечо Джорелла и так же был искренне рад его возвращению.

* * *

Джорелл оделся в ту же одежду, в которой прибыл сюда в первый раз. Илиан бережно хранил её до его возвращения. Накинув на себя последним штрихом свой темно-синий замшевый тренч, он вышел из комнаты. Снаружи его уже заждались товарищи.

— Ты что там так долго копаешься? — возмутился Дутанор на чьем лице все еще держалась глупая улыбка при виде живого друга.

— Да так, воспоминания нахлынули, будто бы это все снится мне, и на самом деле я еще там... — в глазах Джорелла была тоска и радость одновременно. Что-то изменилось в нем, и это что-то было известно лишь ему одному.

— Понимаю тебя, -поддержал его Илиан, который и сам пробыл продолжительное время по ту сторону. Он знал, что те, кто пробыл там длительное время, возвращаются оттуда совсем другими. Вопрос лишь в том, смог ли Джорелл сохранить свой рассудок или же стал кем-то другим?

— Ну, ты, наверное, голоден? В моих покоях нас ждет чудесный стол.

— Нет, не голоден, но по вкусу я просто безумно соскучился, — друзья посмеялись и, Дутанор обхватив рукой его плечи, растер Джореллу волосы на голове своим кулаком.

— Прямо как в старые времена, даже не вериться, — довольным тоном произнес молодой человек.

Друзья собрались за столом. Дутанор предлагал Джореллу попробовать то одно блюдо, то другое, аргументировав тем, что инопланетная кухня просто прекрасна. На протяжении всего застолья Илиан тщательно наблюдал за Джореллом, пытаясь понять, насколько же он изменился. Он анализировал буквально все, его голос, манеру говорить, жесты, мимику, ему важно было понять, что с ним все хорошо. Их застолье прервал чей-то стук в дверь. Илиан мысленно поворчал, но встал из-за стола и подошел к двери. По другую сторону стояли двое. Джорелл, хоть и болтал в этот момент с Дутанором, прислушался краем уха к диалогу Илиана с кем-то еще. Собеседник за дверью говорил мощным взбудораженным басом.

— Илиан, я слышал, что Джорелл вернулся, где он?

— Да здесь он, здесь, проходи давай.

В комнату тут же ввалился бри?нрок.

— Джореееел! — радостно и импульсивно прокричал тот, разведя руками.

— Ха-х, Гилдриэль! — Джорелл вскочил, и они крепко обнялись, да так, что бринрок поднял его в воздух, так как был ростом под два с половиной метра. Он опустил его и дружески шлепнул по плечу.

— Проклятый ты затейник, вернулся все-таки! Дай-ка тебя разглядеть, — он поставил Джорелла перед собой и отчётливо осмотрел. — Хмм, да, вижу, ты стал сильней, — он сделал серьезную гримасу, которая продержалась не долго, и улыбка вновь растянулась во весь рот, — Ну наконец-то ты не будешь падать, как размазня и сможешь подраться со мной куда подольше!

Бринрок любопытно глянул за спину Джорелла и добавил:

— А что это вы тут делаете? — подозрительным тоном спросил гигант и его взгляд тут же пал на накрытый стол. — О-о, сколько вкусностей, че то аж жрать захотелось.

— Что ты несешь, такие, как мы, никогда не голодны, — со стороны двери раздался еще один голос и в комнату вошел Гринтред. Гилдриэль посмотрел на него и махнул на того рукой.

— Ай заткнись уже, вечно ходишь тут со своей недовольной зеленой рожей. Настоящий бринрок голоден всегда! Му-ха-ха, — загоготал Гилдриэль.

— А я смотрю, ты сегодня в ударе, — Илиан был очень рад видеть бринрока в прекрасном расположении духа. С тех пор, как Джорелл погрузился в сон, тот места себе не находил.

— Ну конечно же! Друг вернулся с погребального путешествия, да я готов десять раз пробежать все великие поля Бринрокии от счастья!

— Ну, тогда почему бы тебе не присоединиться к столу? И ты, Гринтред, тоже присоединяйся, — пригласил их глава ордена.

— Сочту это за честь, господин, — Гринтред поклонился и аккуратно сел за свое место. Гилдриэль плюхнулся в кресло со всего размаху и ногой чуть не опрокинул стол. Едва все приступили к еде, как Гринтред обратился к своему лидеру.

— Все готово для отправки.

— Хорошо, о ренианцах что-нибудь известно?

— Да, они мобилизуют войска, вот-вот начнется война.

— Что-о?! — вскочил из-за стола Дутанор. — Джорелл, я понимаю, ты только что вернулся, но нам нужно срочно лететь!

Джорелл посмотрел на приятеля не понимающим взглядом и спросил:

— Что? Лететь? Куда это еще?

От неожиданности Дутанор на мгновение потерял дар речи.

— Мм, этого я и боялся... — почесав голову сказал Илиан.

— Что за фигню ты несешь, Джорелл, что значит куда?!— вспылил Дутанор. — Я обещал, что врежу тебе, как только снова увижу, но вроде успокоился, и вот ты сейчас снова напрашиваешься!

— Успокойся, малыш, это нормально, что он не помнит об этом, радуйся, что хоть тебя запомнил, — вмешался Гилдриэль, который уже набил себе еды за обе щеки.

— Что, о чем это ты?

— Джорелл, ты помнишь для чего оставался в том мире на такое долгое время? — спросил его Илиан, на что тот отрицательно покачал головой.

— Просто чудесно, я всегда знал, что ты туговат на память, но чтобы настолько... Ты там пробыл всего два года. Как можно забыть о кровопролитной войне всего за два гребаных года?!

— Две тысячи, — тут же поправил его Джорелл, не спеша отхлебнув из бокала.

— Что? — будто не расслышав, переспросил Дутанор

— Две тысячи, я пробыл там две тысячи лет, — повторил тот.

Дутанор повернулся к сидящим за столом и те покивали ему головой в знак того, что его друг не врет. От шока тот сел обратно на свое место, и не сводя глаз с Джорелла, осушил свой стакан до дна.

— Как это, две тысячи? Я пробыл там тридцать минут и когда вернулся назад в мир живых там тоже прошло всего лишь полчаса, — недоверчиво сказал тот.

— Видишь ли, большая часть воинов, как только убивают проводника душ тут же возвращаются назад, но если ты там останешься хотя бы на день после его убийства, то время сильно замедлиться. Об этом знают не многие и очень тяжело оставаться там достаточно долго потому, что там ты теряешь связь с реальностью, — рассказывал Илиан. — Сам я там пробыл лишь пять веков, на большее, меня не хватило. Конечно, я хотел, чтобы Джорелл сам тебе об этом рассказал, если б счел нужным, но вижу, что ты парень хороший и к тому же его лучший друг, думаю, тебе можно довериться.

— Спасибо, — с почтением ответил Дутанор и затем посмотрел на товарища. — И что ты там делал столько времени? — спросил его Дутанор.

— Это долгая история, на которую, судя по всему, у нас нету времени. Ренианцы наступают и вам нужно действовать. Джорелл, — обратился к нему Илиан. — Твоя раса на грани исчезновения. Огромная армия ренианцев направляется к людям, у них не хватит сил, чтобы остановить такую армаду даже при помощи моего народа. Загляни при помощи илуния в глубины своего разума, теперь тебе подвластна такая способность. Те, кто живет очень долго постоянно пользуются ей, доставая нужные воспоминания из глубин своей памяти.

Джорелл кивнул головой и его глаза загорелись темно-синим свечением, которое, словно дым от костра выходило из его глаз. Он просидел так где-то минуту, все это время никто не отрывал от него взгляд, кроме Гилдриэля, который продолжал уплетать еду с великим энтузиазмом. Джорелл снова вернулся к ним и на этот раз по его глаза было видно, что он все вспомнил. Оглядев сидящих за столом, тот вскочил со словами:

— Нам нужно немедленно отправляться. Люди нуждаются в нас!

— Вот это по-нашему! — довольно произнес гигант и стукнул кулаком по столу.

Гилдриэль встал во весь рост и поднял бокал.

— Тогда выпьем напоследок. За победу и славный бой! — все поддержали его и с криками "За победу!" осушили свои стаканы.

Глава 14

Предательство

Все было готово к отправке на войну. Дутанор ждал Джорелла около покоев Илиана, который был внутри и о чем-то беседовал с главой ордена. Двери распахнулись, и товарищ вышел оттуда с хмурым лицом.

— Все в порядке? — спросил Дутанор.

— Да, все нормально, — отмахнулся тот. — Илиан, мы пока пойдем, догонишь нас! — прокричал Джорелл и вместе с Дутанором направился наружу.

— О чем вы там беседовали?

— Я уговаривал его помочь нам, но тот уперся как баран.

— Да уж, жаль, конечно, его помощь нам бы не помешала.

— Вот и я о том же! Что это за такое важное дело, ради которого он бросает на произвол судьбы свой народ и нашу слабую расу?

— Ну, он хотя бы отправляет с нами своих собратьев и корабль, — обнадеживающе сказал Дутанор.

— Лучше бы он поручил свое дело легионерам, а сам отправился с нами.

— Слушай, ну не может же один Илиан быть сильнее сотни тысяч своих собратьев и мощного корабля... — недоумевая, сказал Дутанор.

— Разве? — Джорелл посмотрел на него и приподнял обе брови вверх.

— Да что же он за монстр такой...

Илиан нагнал друзей уже около корабля.

— Что ж, надеюсь, в скором времени вы вернетесь, — на лице Илиан была печальная улыбка. Было видно, он не хотел, чтобы ребята покидали его.

— Вернулись бы куда быстрее, если б ты полетел с нами, — снова заладил Джорелл, все еще надеясь на чудо.

— Я же говорил тебе...

— Да знаю, знаю, у тебя есть на то свои причины... Эх, ну да ладно, спасибо тебе за все, друг, — Джорелл протянул руку Илиану и тот ответил взаимностью.

— Возвращайся, нам еще о многом нужно рассказать друг другу.

Джорелл молча кивнул и направился на корабль.

— Не переживай, я пригляжу за его людской задницей, — сзади к илкарцу подошел Гилдриэль.

— А кто приглядит за твоей? — Илиан посмотрел тому в глаза и улыбнулся.

— Гринтред, конечно, не самый приятный малый, но своих в беде не бросает, — ткнув Илиана в бок, сказал тот.

— Ну, тут не поспоришь, удачи вам. Пусть справедливость придаст вам сил.

Все погрузились на корабль, и взмыв в небеса на золотом дредноуте, исчезли. Они быстро покинули систему Праведного света и вошли в кротовую нору. Джорелл подошел к Гилдриэлю, который непринужденно что-то обсуждал со своим собратом. Он был бесстрашен и в хорошем расположении духа, не смотря на то, что летел воевать с целой армадой. В глазах некоторых легионеров читался страх или волнение.

— Долго нам лететь? — спросил Джорелл, прервав разговор бринрока с собратом.

— Не очень долго, корабль у нас мощный, так что дня два-три.

— Ладно, пойду пока к себе в покои.

— Может, сразимся в тренировочной комнате? Заодно посмотрю, насколько ты стал сильнее, — с предвкушением предложил тот.

— Давай не сегодня, пока я хочу отдохнуть от драк.

— Понимаю. Если что, ты знаешь, где меня найти, дружище, — Гилдриэль развернулся и направился тренироваться в гордом одиночестве.

Джорелл побрел в свою каюту, желая немного расслабиться, однако отдых пришлось отложить, так как Дутанор уже ждал его с расспросами.

— Нам так и не удалось как следует поговорить, — сказал он, стоя около двери.

— О чем? — неохотно спросил тот.

— Да обо всем, ты две тысячи лет шлялся по миру мертвых. Что ты там делал? Что видел? Я хочу знать все.

— Увы, а я не хочу об этом рассказывать.

— В смысле не хочешь? Почему?

— Просто не хочу. Если ты не против, мне хотелось бы побыть в одиночестве и сосредоточиться.

— Да что с тобой такое, Джорелл. Прежний ты уже во всю бы рассказывал мне о своих приключениях! Ты стал каким-то серьезным и чуждым.

— Так бывает, когда проживаешь пару тысячелетий. Просто дай мне немного времени прийти в себя. Обещаю, со временем я тебе все расскажу.

— Пфф, потом мне уже не надо будет. Да и вообще, надеюсь, ты хоть чему-то научился, а не дурака валял там. Иначе человечество точно обречено, — обиженно ответил юноша, подначивая товарища.

— Я прошел настоящий ад ради человечества, не смей упрекать меня в том, что я валял дурака!

Дутанор фыркнул себе под нос и, что-то бормоча, вышел из комнаты, направившись, куда глаза глядят.

Джорелл зашел в свои покои и рухнул на кровать, закрыв глаза.

"Я бы с радостью рассказал тебе, но после такого знания, спокойный сон навсегда покинет тебя...".

Ему бы не хотелось видеть сны. Картинки, которые представали перед ним, оставляли желать лучшего, но от них нельзя было избавиться. Ужасное кино, которое показывал ему его мозг, заставляло дрожать в своей постели.

Он проснулся от сильного шума снаружи.

— Ну что за дела, в кои-то веки удалось немного расслабиться... — Джорелл сонно потер глаза и, недовольно пробубнив, встав с кровати.

Он вышел наружу и направился в сторону криков. Джорелл тут же приметил, что их корабль не движется, они просто стоят на месте.

— Джорелл! — к нему сломя голову бежал Дутанор.

— В чем там дело?

— Скорее, пока дело не дошло до бойни!

Джорелл немедленно перешел на бег и последовал за другом. Они миновали сеть коридоров и вбежали в просторную столовую, где собралось около тысячи планетарцев, и было очевидно, что братья разделились на два лагеря. С одной стороны, стоял Гилдриэль, орущий что-то противоположной стороне, а меж двух огней стоял Гринтред, который пытался это прекратить. Джорелл пробился сквозь толпу к Гилдриэлю и все тут же замолчали, устремив свои взгляды на него и стоящего позади Дутанора.

— Почему мы должны умирать из-за его прихоти? — высокий инопланетянин указал на Джорелла из противоположной стороны.

Он был намного выше самого высокого человека, когда-либо жившего на Земле и очень стройный. Его кожа имела тусклый желтоватый оттенок. Подбородок был вытянут, а на голове имелись короткие золотистые волосы. У него были длинные тонкие пальцы и четыре черных глаза, по два с каждой стороны. Темно-синие точки, окруженные черными радужками, являлись зрачками. У него был плоский нос, а ушные раковины слегка заострены. Принадлежал он к расе фельсо?нтов.

— Мы орден справедливости, а не защитники слабых! Разве это не справедливо, когда слабые проигрывают сильным? Это естественный отбор, почему мы должны биться за них? Слабые проигрывают! Твою мать, да это закон природы в конце конов. Ты же не бросишься спасать травоядного от хищника? Будет не справедливо лишать его добычи, его еды! Гринтред, ты же сам против того, чтобы идти на эту войну, почему ты все еще не с нами?

Гринтред промолчал, опустив глаза.

— Что ты несешь, длинный сукин сын! Это наш священный долг, помогать слабым! Мы же не какие-то тебе безмозглые животные! Что может быть справедливого в том, когда вооруженная новейшими технологиями раса, нападает на куда более отсталую?! — прокричал Гилдриэль.

— Это уже их проблемы, нужно было быстрее развиваться, — большая часть солдат была за фельсонта, и поддержала его одобрительными криками.

— А что ж, ты не сказал об этом в лицо Илиану? — подначивая, спросил Гилдриэль. Тот тут же затих. — Я так и думал, — бринрок оскалил свои зубы, и легкий смешок вырвался в сторону предателей. — Ты трус, трепещущая тварь. Вы все слабаки и трусы! Вам слабо было сказать об этом лично Илиану, потому, что вы трясетесь за свои жалкие, ничтожные, не стоящие и того, чтобы отсосать у меня жизни.

— Ах ты мразь, да как ты смеешь! — толпа мгновенно завелась.

— Хватит! — пытался перекричать их Гринтред.

— Решай, Гринтред, либо ты с братьями, либо с этими предателями, которые позорят наш орден! — крикнул фельсонт. — Разве ты не видишь, Илиан больше не думает о нас. Один раз мы уже все серьезно поплатились за его ошибку. И вот он вновь совершает её, бросая нас на убой! Если ты слаб — то твоя участь подчиняться или сдохнуть! Кому, как ни тебе, знать об этом. Ты самый достойный из нас, лучше бы тебе возглавить наш орден, а не Илиану!

— Что ты сказал? Покойнику не престало много разговаривать, — разгневался Гилдриэль, и направился к фельсонту. Инопланетянин изменился в лице и на нем отчетливо появился страх, который заменил недавнюю самоуверенность. — Стой спокойно, обещаю не мучить тебя слишком долго, — бринрок уверенно шел к предателям, но рука Гринтреда неожиданно для всех преградила путь великана.

— Что ты делаешь? — нахмурившись, спросил его Гилдриэль.

— Прости меня, но он прав, Илиан уже не тот, за кем я пошел когда-то. Я думал, что это только я накручиваю себе из-за сильной любви и преданности к нему. Но сейчас я увидел насколько подкреплено мое опасение. Пойми меня, Гилдриэль, Илиан мне как отец, но он сошел с истинного пути.

Эти слова, словно клинок пронзили сердце Гилдриэля и разрезали на множество мелких частей. Тот, от кого он меньше всего ожидал услышать такую речь, встал у него на пути.

— Прошу тебя, уйди с дороги, и я забуду о том, что ты сейчас сказал. Не заставляй меня поднимать на тебя руку, друг мой, — Гилдриэль сделал еще небольшой шаг вперед и вплотную приблизился к Гринтреду.

— Мне очень не хотелось, чтобы до этого дошло, но с места не сделаю ни шагу. Я не хочу терять братьев ради никому не нужной расы на краю вселенной, в битве с одной из самых могущественных армий.

Напряжение в комнате накалилось до предела.

— Хватит, достаточно! — крикнул Джорелл.

— Джорелл? — удивленно посмотрел на него бринрок.

— Хватит, Гилдриэль, не нужно кровопролития. Если вы не хотите идти на войну, не идите. Скажите Илиану, что я передумал и более не нуждаюсь в вашей помощи. Не нужно напрасных смертей, вы же братья, Гилдриэль, не дай случиться бойне.

— А ты все в своем репертуаре, да? Беспощаден к врагам, но не можешь поднять руку на своих, — улыбнулся бринрок. — Уже слишком поздно, я собираюсь рассказать об их вероломстве Илиану, и они это прекрасно понимают. Ублюдки просто не позволят мне сделать это, — он подошел к Джореллу и положил свои руки ему на плечи. — Ты ступай, у тебя своя война, не нужно тратить свои силы здесь.

Джорелл оглянулся и с улыбкой сказал ему:

— Их куда больше, чем вас.

— У меня достаточно острый клинок, — с гордостью произнес тот. — Для меня было честью, познакомиться с тобой, дружище, — Гилдриэль крепко обнял его и даже слегка всхлипнул, что было признаком крайнего уважения к Джореллу с его стороны. — Ну все, вали уже, в ангаре ты найдешь небольшой корабль.

Джорелл кивнул и, пожелав удачи, отправился с Дутанором на поиск транспорта.

— Ты уверен, что не хочешь ему помочь? — поинтересовался Дутанор.

— Я хочу помочь ему больше, чем кто-либо, но мы должны поспешить на Землю.

— Понимаю, я рад, что человечество все еще важно для тебя.

"Будь оно все проклято... Те, кто мне не безразличен, снова погибают, спасая меня", — думал Джорелл, минуя огромные помещения Виномниуса.

Между тем, корабль начало разрывать от междоусобицы. Используя эффект неожиданности на дальних участках дредноута, предатели вырезали ничего не подозревающих собратьев еще до того, как те поняли в чем дело. Все сто тысяч легионеров вступили в конфликт.

Зажатые в прочных коридорах корабля, укрепленного на полторы тысячи процентов, и являвшегося одним из самых укрепленных дредноутов во вселенной, никто из обладателей пятнадцатого круга не мог сбежать. Дутанор и Джорелл бежали мимо убивающих друг друга солдат, стараясь не вмешиваться в конфликт.

— Вон они! — прокричал один из легионеров, указав на двух людей. Шестеро собратьев тут же поспешили к нему на помощь и перегородили собою узкий коридор.

— Стой и смотри, — гордо сказал Дутанор и призвал свой доспех с оружием.

Он стремительным выпадом пронесся по коридору и оказался позади легионеров, те ничего не успели понять. Удар был настолько быстрым и молниеносным, что они простояли еще секунду, прежде чем развалились на кровавые части.

— Ха, шестерых обладателей пятнадцатого круга словно и не было, — с чувством полного достоинства сказал юноша. Джорелл просто пробежал мимо него со словами: "Побежали уже, чего там встал", — не оценив рвения товарища.

— Эй, я для кого тут показывал!

— Молодец-молодец, а теперь шевелись давай.

Дутанор тут же снова обогнал Джорелла, пронзая всех врагов впереди себя своей конагинатой. Словно глупый юнец, он красовался своей силой перед товарищем, ожидая комплиментов в свой адрес, но их все не было. Они миновали узкие коридоры, и вышли к просторному ангару с самолетами. Там столпилось около ста воинов в ожидании их. Джорелл вышел вперед Дутанора, показывая жестом своей руки, что разберется с этой толпой сам.

В столовой к этому моменту шла самая настоящая бойня. Братья кромсали и резали друг друга с такой жестокостью, словно были заклятыми врагами всю свою жизнь.

— Те, кто противится мощи справедливости, не братья нам! Убивайте всех! -кричал фельсонт в плотно облегающем темно-зеленом доспехе, увешанный разными тканями и тряпками, чтобы казаться больше.

— Так вот значит, каков твой путь, ублюдок! Сегодня ты убил больше своих братьев, чем погибло за всю историю ордена! — прокричал Гилдриэль, скрестив клинки с Гринтредом.

— Их смерть только укрепит нас,— хладнокровно ответил тот.

Гилдриэль был в кровавом доспехе с черными вставками и такого же цвета плаще. В руках у него было оружие, похожее на Гуань Дао, но с пятью лезвиями, расправленными в разные стороны. Словно веер, клинок был черного цвета, украшенный рубинами и бринрокскими письменами, внешне напоминающими разные волнистые линии и загогулины. Его глаза были желтого цвета, как и у многих из тех, кто был на его стороне.

Из толпы на него прыгнул бринрок-предатель. Гилдриэль резко взмахнул своим клинком, перерубив его надвое, и снова ринулся на Гринтреда. Две разные справедливости сошлись в поединке. Любой, кто попадался им под руку, был обречен. Битва очень быстро переросла в варварство. Кто-то перегрызал шейную артерию одному из противников, а кто-то голыми руками разрывал своего собрата надвое. В ход пошли все средства, от ножек стульев, до чьих-то оторванных конечностей. С каждым взмахом своего клинка, Гилдриэль краем глаза смотрел по сторонам и наблюдал весь этот ужас.

— Посмотри! Посмотри вокруг, это твои братья? Вот эти варварские отродья?! И когда ты успел стать таким сильным, Гринтред? Еще год назад ты мне и в подметки не годился!

— У меня есть свои тайны, скоро я стану сильнее всех в этом мире! Ну а что касается твоих замечаний, так в битве все средства хороши! Война и есть одно сплошное варварство!

— Не задирайся слишком сильно! — Гилдриэль оттолкнул его и сделал круговой взмах. С его клинка слетела желтая волна и перерубила всех вокруг. Устояли лишь немногие.

— Ха-ха. Гилдриэль, да ты совсем обезумел, даже своих не пощадил! — засмеялся выживший фельсонт.

— Хех, моих тут уже не осталось, последний пал до моего удара. Так что я немного сократил вашу численность, — ехидно ответил тот.

— Что? Ах ты мразь! Убьем его парни!

— Подходите все сразу, проще будет перебить вас! — воинственно крикнул Гилдриэль.

Спустя минуту все решилось. Гилдриэль лежал среди мертвых товарищей и смотрел на друга, возвышавшегося над ним.

— Давай, Гринтред, чего ты медлишь? Прикончи меня и на этом все кончится.

У делдаркца был печальный взгляд, он смотрел на Гилдриэля, занеся свое оружия над ним, его рука дрожала, но никак не решалась нанести последний удар.

— Ну же, Гринтред, прикончи его, и вернемся домой, — подначивал его фельсонт. Делдаркец продолжал стоять неподвижно. — Ну же! — прокричал ему тот со всей силы прямо в ухо, как вдруг фельсонта охватила резкая боль. Он посмотрел вниз и увидел, как Гринтред пронзил его своим необычным оружием насквозь. Клинок скользнул вверх и разделил верхнюю часть фельсонта надвое.

— Заткнись, ты меня раздражаешь, плоскозадый ублюдок, — сказал Гринтред в стиле своего друга.

Гилдриэль на секунду был шокирован такой выходкой, но затем засмеялся что есть мочи сиплым голосом, отхаркивая светло-красную кровь. Все вокруг пошатнулись, когда фельсонт рухнул на пол.

— Моя школа...— хрипло произнес тот.

— Прости меня, я не хотел, чтобы все так закончилось... — опустив голову, сказал делдаркец.

— Что сделано, то сделано. Надеюсь, ты найдешь, что ищешь, — Гилдриэль закрыл глаза, давая знак Гринтреду, и тот вонзил ему в сердце копье. Он пропустил через конец острия свои частицы, и они тут же расползлись по венам Гилдриэля, обеспечив ему тем самым легкую и достойную смерть. Гринтред простоял еще несколько секунд над хладным телом и, вытащив свое оружие, посмотрел на испуганных собратьев.

— Не бойтесь, я вас не убью, просто не люблю, когда мне кричат в ухо, запомните это.

В столовую вбежал еще один делдаркец и поначалу замешкался, осматривая помещение, усеянное трупами, но быстро вспомнил, зачем прибежал.

— Что с Дэку?ром? — спросил он, указывая на тело фельсонта.

— Он мертв, разве не видно...— ответил Гринтред.

— Кто его убил?

— Гилдриэль, — ответил тот, окинув злобным взглядом своих товарищей, давая им понять, чтобы все держали рот на замке.

— Дерьмо, ладно, теперь у нас есть ты.

— Это точно, так в чем дело? — поинтересовался новый лидер предателей.

— Пойдем, ты должен это видеть... вы все должны... — испуганным голосом сказал легионер.

Они стояли у входа в ангар и наблюдали невероятно кровавую картину. Сотня их братьев была раскидана и размазана по всему ангару. Их части тел валялись далеко друг от друга, а какие-то даже приклеились к стенам и потолку, все было забрызгано кровью. Вишенкой на этом кровавом торте стало еще одно зрелище. Посреди ангара образовалось шестнадцать высоких шипов, пронзивших тела многих легионеров, которые висели на них словно мясо на шампуре, а их кровь стекала по шпилям на пол.

— Во имя справедливости... что здесь произошло?! — Гринтред не верил своим глазам, хотя еще совсем не давно, его товарищи творили вещи едва различные от тех, что произошли в ангаре.

— Дэкур послал сюда их, чтобы не дать людям улететь.

— Это просто ужасно, какая кровожадность... Так вот, каким ты стал, Джорелл... Или же ты был таким всегда? — в слух подумал Гринтред. -Надеюсь, ты сдохнешь на своей войне. Такие как ты недостойны существовать.

— Мне только что доложили, что все предатели перебиты,— отвлекли от мыслей Гринтреда.

— Хорошо, сколько нас осталось?

— Где-то сорок с лишним тысяч, вполне неплохо.

— Да, но что мы скажем Илиану, когда вернемся? Об этом должен был позаботиться Дэкур... — сказал один из тех, кто видел, как на самом деле умер прошлый предводитель восстания.

— Не волнуйся, я что-нибудь придумаю, — уверенным тоном ответил Гринтред.

Легионеры захотели убрать тела своих братьев из ангара, но Гринтед приказал пока оставить их так.

* * *

Джорелл и Дутанор влетели в пространственную дыру, которая доставит их поближе к солнечной системе. На корабле царило молчание. Дутанор снял шлем и плюхнулся на скамью.

— Сколько нам лететь? — спросил он, сидевшего за штурвалом товарища. Тот поставил корабль на автопилот и встал с кресла.

— Где-то неделю, — ответил он, медленно подходя к Дутанору.

— Целую неделю?! А точно нельзя побыстрее? Люди нуждаются в нас! — юноша посмотрел на друга. Джорелл встал напротив Дутанора и злобно заглянул ему в глаза.

— Чего это ты так на меня уставился?

Джорелл резко накинулся на ничего не ожидавшего Дутанора и, подняв двумя руками вверх, прижал к стене.

— Твою мать, Дутанор, что за херня произошла в том ангаре?! — прокричал он.

— Ты че так взъелся?! Это всего лишь моя сила, — довольно ответил тот.

— Да ты совсем охренел что ли?! Что за кровожадность, ублюдок, о чем ты думал, вытворяя такое?! Кто тебя этому только научил?!

— Мне не нравится твой тон, отпусти меня, — холодно приказал юноша.

— Пока не скажешь, кто тебя этому научил, так и будешь болтаться тут!

— Обойдешься! Ты мне не рассказываешь о своем путешествии, вот и я тебе ничего не расскажу! А теперь отпусти меня, я сказал! — Дутанор использовал силу, и из-за его спины вылезли две кровавого цвета руки, которые прибили Джорелла к противоположной стене.

— Значит так, да? Видел бы тебя Ампелайос... посмотри на себя, кем ты стал...

— Но он не увидит, а знаешь почему? Потому что ты лично прикончил его! Надеюсь, ты еще не забыл об этом?!

Джорелл поменялся в лице, его взгляд упал вниз, и по нему стало понятно, что он и вправду уже позабыл, как пронзил грудь старика.

— Я так и думал... Ты даже этого не помнишь. Тогда сделай любезность, не учи меня морали и тому, как использовать силу. Они желали нашей смерти и были врагами, к ним, у меня нет пощады.

— Дутанор, я не знаю, кто тебя научил этому, но то, что я увидел... — Джорелл тяжело вздохнул. — Теперь, мне понятно, как ты стал таким сильным за такой короткий срок. Надеюсь, тебе известны все последствия использования своей силы?

— Не переживай за меня, ради абсолютной силы я готов на все! — злобно улыбнулся юноша.

— Силы? Думаешь, что ты сильный? — Джорелл положил свою руку и сжал кровавые тиски, удерживающие его. Одна из рук тут же лопнула, словно шар и затем та же участь постигла и вторую.

Дутанор замешкался и вызвал еще несколько, но Джорелл с легкостью их разорвал и одной рукой схватил приятеля за горло, подняв в воздух. Дутанор попытался освободиться из захвата и даже сломать Джореллу руку, но все было тщетно.

— Хватит, ты сломаешь мне шею... — прохрипел тот.

— Да ну? А что так легко? Куда же делась твоя хваленая сила? А?! — крикнул тот и сжал горло еще посильней.

— Хватит, хватит!

Джорелл разжал руку и Дутанор рухнул на пол, ухватившись за шею.

— Вот что значит сила, а у тебя жалкая пародия на неё. И в отличие от тебя, я могу постоянно совершенствоваться исключительно за счет своих сил. А тебе лишь одна дорога...

— Ты... ты не использовал свою силу, твои глаза не были активны! — дрожащим голосом выговорил тот, все еще отходя от хватки.

— Если бы ты не был нытиком, жаждущим силы любым путем, тоже когда-нибудь так смог. Откажись от этого, Дутанор, и начни нормальные тренировки, иначе, назад дороги не будет...

— Да пошел ты! Философ, тоже мне. Всю мою жизнь меня презирали и унижали те, кто сильнее меня! Какую бы чушь там не говорил Ампелайос, но он предал меня, бросил, ради того, чтобы тренировать тебя! А потом и ты бросил меня ради того, чтобы улететь на поиски силы, бросил потому, что я был слаб... Так ты написал в той сраной записке, которую мне вручил Ильмарион! Все плохое, что произошло в моей жизни, было из-за моей слабости, но теперь я силен! Я разрываю сотню обладателей пятнадцатого круга, словно насекомых, ты и сам видел это! Теперь ты не оставишь меня из-за того, что мне не хватает сил! — Дутанор с пылом вскочил на ноги и уставился на Джорелла.

— Следуя по выбранному тобою пути, однажды ты сам оставишь всех, кого любишь. Я увидел и узнал достаточно за те пару тысяч лет, что провел по ту сторону. Тех, кто выбрал тот же путь что и ты, никогда не ждало ничего хорошего... — Джорелл договорил, и оставил Дутанора наедине со своими мыслями и злобой, сев обратно в кресло пилота.

Глава 15

Линтранд

Они солгали — и я убил их.

Линтранд (с)

На окраине одной небольшой деревушки, одиннадцать с половиной тысяч лет назад, дрались два мальчика, а другие, столпившись вокруг, подбадривали того, что побеждал.

— Так его, бей этого лгуна! — кричали дети.

— Я не лгу, — сквозь слезы прокричал мальчик.

— Нет, ты лжешь! Наглый врун. Бей его! — все дети накинулись на него разом, и начали пинать ногами, улыбаясь и издевательски смеясь при этом.

— Вы что творите, поганцы! — к ним бежала женщина.

Добежав, она влепила сильную пощечину одному из них, и тот, заплакав, убежал прочь, а вместе с ним и остальные.

— Сынок, ты в порядке? Что ж вы за твари такие... посмотрите, что вы наделали, — женщина заплакала и взяла на руки свое дитя. Он был до смерти напуган, весь крови и сильно трясся.

— Все хорошо, все позади, я здесь, — успокаивала она его.

— Вон, вон она, — послышался жалобный детский голос со стороны. Это был тот мальчишка, что получил пощечину, а рядом шли его родители.

— Это ты ударила моего сына, Агата?! — гневным тоном спросил его отец.

— Только посмотри, что Адонис и другие ребята сделали с моим сыном! — оправдывалась женщина.

— Это разборки мужчин! Кто дал тебе право, женщина, лезть в их дела и к тому же, бить моего сына?! — отец мальчика тут же дал ей пощечину в ответ за сына.

— И это, по-твоему, по-мужски? Толпой избивать одного? Так только трусы поступают! — храбро ответила она, прижав сына посильнее к груди и не обратив никакого внимания на пощечину.

— Да как ты смеешь, потаскуха! — крикнула жена мужчины. — Потрахалась не понятно с кем, а теперь твой выродок доставляет неприятности нашим детям! Да и еще нагло врет! Ходит и рассказывает, будто сын великого воина, — женщина усмехнулась вместе с мужем.

— Но это правда! Мой папа великий воин и однажды он вернется! — вдруг прокричал ребенок.

— Заткнись, щенок! Значит так, еще раз увижу твоего выродка рядом с моим сыном, или еще хоть раз ты поднимешь руку на чье-либо дитя, я буду с тобой разговаривать совсем иначе, — пригрозил мужчина и всей семьей они поспешили уйти.

Мальчик с мамой сидели у себя в доме, и та промывала его раны.

— Почему они называют меня лжецом? Ты ведь сама мне говорила, что мой отец великий воин! — возмутился мальчик.

— Ты должен прекратить об этом говорить, Линтранд. Люди завистники и не любят хвастунов.

— Но я не хвастаюсь, а говорю как есть! Адонис же постоянно говорит, какой богатый у него отец. Почему мне нельзя говорить о том, какой мой отец великий?! — Линтранд топнул ногой и, обиженный, ушел к себе на кровать.

Мама тяжело вздохнула и последовала за ним. Сев на кровать она положила руки ему на плечи.

— Пойми, Линтранд, слова Адониса подкрепляет его отец, который живет рядом с ним.

— А когда вернется мой папа?

— Я не знаю, может быть, он никогда не вернется. Ты должен это понимать, сынок.

— Нет, не говори так! — разозлился тот. — Вот увидишь, однажды папа вернется, а до тех пор, я буду всем напоминать о нем!

Прошел год, затем еще один, а за ним еще шесть лет. Девятилетний мальчик вырос и окреп. Юноша вспахивал землю и иногда поглядывал в сторону моря с высокого склона, на краю которого находился его дом. Привычка выработалась у него за множество лет.

— Эй, шлюхин сын, мой отец интересуется, когда твоя мамаша зайдет к нему, — около ограды стоял Адонис со стражниками и парой-тройкой друзей. Они издевательски смотрели и смеялись над Линтрандом.

Молодой человек молча продолжал делать свою работу.

— Эй, я к тебе обращаюсь, убогий! Или ты забыл свое место? Я спрашиваю, когда твоя мать придет к моему отцу? Главе деревни, если ты вдруг позабыл.

— Я не знаю, — угрюмо ответил тот.

— Так иди и спроси её!

— Её сейчас нет дома, — все также продолжая делать свою работу, отвечал Линтранд.

— А где она? — немного подумав, Адониса вдруг осенило, и уголки его губ вытянулись в улыбку. — А-а-а, она сейчас у кого-то еще? Ха-ха, как закончит у него сосать, скажи ей, пусть идет к моему отцу.

Линтранд снова промолчал, но внутри него все кипело от злости.

— Дерзкий щенок, отвечай, когда к тебе обращается господин! — крикнул один из стражников. — Позвольте проучить этого наглеца!

Линтранд прекратил обрабатывать землю и приготовился к побоям.

— Нет, — неожиданно сказал Адонис. — Он совсем недавно получил свое, верно, Линтранд? — с ухмылкой сказал сын старосты.

Юноша тут же положил правую руку на торс, закрывая синяк, который итак был спрятан под льняной рубахой.

— Ладно, пойдемте. А хотя, — остановился тот. — Забыл тебе кое-что сказать. Я тут недавно спросил у бывшего старосты, любопытно стало, знаешь ли. Кто же твой отец? И знаешь, что он поведал мне? Он сказал, что твой отец был простым рыбаком, который как-то приезжал в деревню рыбой торговать. Он рассказывал девушкам удивительные выдуманные истории. И только твоя мать повелась на них, — уже еле сдерживаясь от смеха, юноша продолжал рассказ. — Она раздвинула свои ноги перед якобы великим воином. Он трахал её как потаскуху, все то время, пока был тут, а потом просто уехал торговать дальше, оставив её одну, — Адонис и вся кампания рассмеялись.

— Твоя мамаша наврала тебе, так как ей было стыдно признаться в том, что она оказалась наивной шлюхой!

Линтранд со всей силы сжал кулаки, но ничего не мог противопоставить им.

— Ладно, пойдем отсюда.

Кампания ушла, и Линтранд с облегчением вздохнул, сев прямо на землю. Спустя час пришла его мать.

— Заходил Адонис, сказал, что его отец ждет тебя, — холодно сказал юноша, сидящий на ограде, выходившей к морю.

— Хорошо, только помоюсь.

— Это правда? — всхлипывая, спросил тот.

— О чем ты? — спросила мать, достав при этом лобковый волос из своего рта.

— Мой отец был всего лишь рыбаком?

— Э-э, кто тебе это сказал? — женщина замешкалась от такого внезапного вопроса.

— Адонис, а ему бывший староста. Он сказал, что мой отец приехал сюда рыбой торговать, травил байки у костра, а ты ему поверила...

— Что ты такое говоришь? Тоже мне, нашел, кого слушать, — взволнованным тоном продолжала оправдываться она, не веря, что сын и вправду сомневается в ней.

Линтранд спрыгнул с ограды и быстрым шагом подошел к матери.

— Тогда поклянись, поклянись мне всеми богами, что мой отец и вправду великий воин! — он посмотрел на неё своими заплаканными глазами.

— К-клянусь.

— Значит, клянешься, да? А что ты скажешь на то, когда услышишь, как я прошелся по всем старцам, что живут у нас в деревне. И все, как один сказали, что у нас не было никогда никакого великого воина. А вот рыбаков было хоть отбавляй. И их рассказы были всем известными байками, чтобы затащить наивных девушек в постель и хорошо скоротать время... — Линтранд увидел, как его мать теряет контроль над ситуацией и не знает, что ответить.

— Ты только что поклялась мне... Ты всю мою жизнь твердила, что мой отец великий воин, а я ходил как дурак, и кричал об этом на всю деревню! Ведь был ужасно горд, за несуществующего человека, которого считал своим отцом!

— Сын...

— Нет, я не сын тебе, а ты мне не мать! Иди, тебя ждет отец Адониса, чтобы ты ублажила его! — Линтранд перемахнул через ограду и ушел в сторону моря по крутому склону.

— Линтранд, постой, не уходи, давай все обсудим! — она впопыхах побежала за ним по склону, но оступилась и кубарем покатилась вниз.

На мгновение, озлобленный Линтранд улыбнулся, но тут же очухался и побежал к ней на выручку. Его мама катилась вниз по крутому склону, ударяясь о камни. Линтранд бежал что есть мочи, стараясь сам не споткнуться. Агата долетела прямиком до песчаного берега.

— Мама! — сын подбежал к ней и начал осматривать. Она не шевелилась и не дышала, смерть настигла её мгновенно.

— Мама, очнись, ну же, прошу тебя, не умирай! — зарыдал тот. — Я был не прав, извини меня, только не умирай, умоляю. Мама!

* * *

Линтранд сидел во тьме своего дома. Прошло уже полгода, как его матери не стало. Он винил в этом исключительно себя, запивая свое горе вином. "Сын шлюхи и рыбака, зачем я появился на свет?" — думал тот. Его пьянство прервал стук в дверь. Поначалу он и не думал вставать, но неизвестный начал стучать еще сильнее и напористей.

— Кто там? — пьяным голосом спросил Линтранд.

— Я ищу Агату, — послышался приятный, но в тоже время грубый мужской голос за дверью.

Линтранд открыл глаза и вздрогнул от увиденного. В дверях стоял высокий мускулистый воин, снаряженный черным панцирем, поножами и тяжелым черным плащом. Его голову украшал шлем с черно-белым гребнем. Вооружен он был бронзовым щитом, висевшем на спине, на поясе у него был меч, а в руке длинное копье.

— Кто ты? — спросил он. — Неужели её муж? Правда, слишком молод ты для мужа.

— Я её сын, Линтранд, а кто вы? — юноша не сводил глаз с могучего воина.

— Сын? Значит, она все-таки вышла замуж...

— Нет, я никогда не видел и не знал своего отца. По слухам, он был каким-то рыбаком, который совратил её.

— Что, совратил?! Рыбаком?! — злость почувствовалась в его голосе. — Где она?

— Мне очень жаль, но она умерла... полгода назад... — всхлипнул Линтранд.

Воин застыл в ступоре. Он снял шлем и за ним показался зеленоглазый смуглый мужчина, с темными длинными волосами и выразительным взглядом.

— Я Арес, её старый знакомый. Прошу, расскажи мне все о том, как она жила и как умерла.

Линтранд пригласил его в дом и рассказал обо всем. О том, как она жила, как говорила, что его отец был великим воином и о том, как ложь раскрылась и привела к её смерти. Под конец разговора, мужчина сидел, опустив голову, и держался за неё двумя руками.

— Так значит, говоришь, никогда не видел отца?

— Никогда, — печально ответил юноша.

— Что ж, знаешь, ты на удивление высокий и крепко сложенный юноша, пусть и работаешь в поле. Но самое удивительное, это твои выразительные зеленые глаза, прямо, как мои... — он поднял голову и посмотрел на Линтранда теми самыми глазами. Юноша просидел в шоке какое-то время, затем его глаза покраснели, и он зашмыгал носом.

— Так, получается, что ты мой отец?

— Да, Линтранд, я твой отец. У тебя прекрасное имя, именно о сыне с таким именем я мечтал.

— И вы великий воин?

— Ну, насчет великого не знаю, но кое-что в военном деле смыслю, и я точно не рыбак, — с улыбкой ответил Арес.

— Но где ты был?! Почему не приходил так долго?! Тебе что, было наплевать на нас?! — тут же начал злиться юноша.

— Прости меня, Линтранд, но я воин и мое место там, где война... Я ушел сражаться и о том, что Агата беременна, даже не знал. Меня серьезно ранили под конец войны и долгое время я пролежал в кровати, и еще больше времени восстанавливал свои силы... Если б я только знал, что у меня будет сын, то не бросался бы так безрассудно в битву, — Арес положил руку своему сыну на плечо.

— Какой же я дурак... Моя мама все это время говорила мне правду, а я так накричал на неё. Как я мог довериться тем, кто меня презирал! — правда обрадовала и поразила Линтранда одновременно. — Он был рад, что его отец на самом деле великий воин, и то, что мать не лгала ему все это время. Но мысль о том, что он предал свою родную кровь, поверил тем, кто ненавидел его всю жизнь, разрывала на части и затмевала собой всю радость.

— Я убью их, убью их всех! — прорычал юноша. — Они издевались надо мной, издевались над моей матерью, называли меня лжецом и били за правду о тебе...

— Успокойся, сын! — вдруг грубым воинским голосом крикнул тот, и Линтранд тут же подчинился. — Ты не воин, тебя просто убьют.

Юноша опечалено опустил глаза, сжав кулаки.

— Но я воин.

Линтранд посмотрел на отца, его глаза были полны решимости и злости, он жаждал отмщения не меньше его.

— Отец?

— Я очень любил Агату. И все, что ты мне рассказал, ранило мое сердце. Я оказался ужасным мужем, и еще более ужасным отцом. Клянусь, что защищу честь своей семьи. Пусть и запоздало, но никто не посмеет безнаказанно оскорбить тех, кто мне дорог. А когда все закончится, мы уйдем с тобой и начнем все заново, обещаю, больше я не покину тебя.

Адонис и его отец развлекались в компании женщин и вина, пока Линтранд не зашел к ним в особняк.

— О-о, кто к нам пожаловал? Неужто сам сын шлюхи собственной персоной, -провоцируя, сказал Адонис. В это время на его коленях сидела полуобнажённая красавица.

— Прояви уважение к моей матери, она уже давно мертва.

— Ты слышал это, отец? Уважение к его матери. Ха! Да она шлюхой была, с чего вообще проявлять к ней хоть какое-то уважение, особенно к мертвой.

Отец Адониса рассмеялся.

— Не, ну иногда мне, конечно, жаль, что её больше нет с нами, так сосать член больше не умеет никто, — отец и сын рассмеялись громче прежнего, а также стражники, что были внутри.

— Тогда, может быть, ты проявишь уважение к моему отцу? — после этих слов в помещение вошел Арес, огромный мужчина, внушающий страх в сердца слабых лишь одним своим видом. Улыбки тут же пропали с лица Адониса и его отца, их сердца забились быстрее.

— Э-э, что, твой отец? — глаза Адониса не сходили с воина, стоящего перед ним.

— Да, мой отец, рыбак, помнишь?

— Послушай, Линтранд, чего тебе здесь надо? Зачем ты пришел сюда вместе со своим отцом? — спросил его отец Адониса.

— В чем дело? Куда делась твоя дерзость и оскорбительное поведение в адрес моего сына?! — грубым тоном спросил Арес. После такого глава деревни замешкался, но тут же постарался взять себя в руки.

— Да кто ты такой?! Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне?! Я глава этой деревни и одно мое слово, как тебя заколют вместе с твоим сынком.

— Я Арес, муж Агаты, над которой вы издевались и сделали ее жизнь невыносимой, отец Линтранда, чью правду вы втоптали в грязь, а затем всей деревней втоптали в грязь и его самого. Я тот, кто вернет вам долг! -прокричал со всей силы воин. После того, как находившиеся в особняке услышали его имя, в их глазах появился отчётливый страх.

— Арес...Арес, — перешептывались стражники в зале.

— Отец, не тот ли это Арес, что способен сокрушать сотни воинов в одиночку?! — с ужасом в голосе спросил Адонис.

— Бред все это, если такой Арес и существует, то это точно не муж той шлюхи и этого недоноска.

— Ты оскорбил мою жену в последний раз! — Арес указал копьем на главу деревни.

— Да я её не только оскорблял, но еще и как следует трахал! Стража! — крикнул тот. Одиннадцать стражников тут же преградили путь Аресу, но не нападали.

— Что такое? — спросил Арес. — А-а, видимо ждете подкрепление с улицы? -ехидно улыбался воин. — Подкрепления не будет.

— Ты лжешь! — прокричал Адонис.

— Нет, он не лжет, — встрял в разговор Линтранд. — И не только стражники не откликнуться на ваши мольбы о пощаде. Снаружи больше не осталось мужчин.

— Что? Зачем вы убили простых граждан?!

— Они солгали мне, и я убил их. Всех до одного, кто потешался надо мной и моей матерью, всех, кто отравил меня своей ложью. Они молили меня о пощаде и плакали, но моя рука не дрогнула ни разу, — хладнокровно ответил Линтранд. — А ты, Адонис, не надейся на легкую смерть, как и ты, Капанеус, вы оба сдохните в муках.

— Убить их, убить! — провизжал Адонис. Но стражники оставались неподвижны.

— Там же было почти тридцать солдат, и он убил их всех? Да что мы можем... — перешептывались они.

— Идиоты, он наверняка убил их по одному, иначе мы бы прознали об этом, а теперь убейте их, или он убьет вас! — еще раз скомандовал Капанеус.

Стражники, набравшись мужества, ринулись на Ареса и Линтранда. Отец закрыл собою сына и, выставив перед собой свой массивный щит, остановил бегущую на него толпу. Точными и стремительными ударами копье пронзало одного стражника за другим. Щит Ареса был словно неприступная стена, а его мастерство находилось далеко за пределами, доступными простому солдату и вообще человеку. Увидев, как его солдаты падают один за другим, глава деревни встал с трона и бросился наутек. Однако так просто от Ареса было не уйти. Мощным ударом щита он оттолкнул оставшихся троих стражников и, освободив себе пространство, метнул со всей силы копье вдогонку главе деревни. Копье пронзило его ногу прямо у запасного выхода, и толстяк рухнул на живот. Линтранд бросился на Адониса и повалил его. Он начал бить его по лицу так сильно, как мог, выплескивая на него всю злость и обиду, что накопилась у него за всю жизнь.

— Стой, стой, пожалуйста, хватит, — проревел тот. Линтранд остановился и посмотрел на него.

— Пожалуйста, остановись. Прости меня, Линтранд. Я просто завидовал тебе, понимаешь? Я всегда знал, что твой отец великий воин и поэтому так себя вел. Умоляю, пощади меня, мне так жаль. Не убивай меня, — Адонис ревел что есть сил, сопли текли у него из носа, а столько слез Линтранд не видел за всю свою жизнь.

— Хорошо, я прощаю тебя, — ответил запыхавшийся Линтранд.

Адонис с надеждой посмотрел на него сквозь заплаканные глаза. Линтранд вытащил кинжал и пронзил его грудь, он наносил удары снова и снова, пока юноша не перестал плакать и дрыгаться под ним.

— Я прощаю тебя, жалкий кусок дерьма, иди с миром, — Линтранд сел рядом с трупом, чтобы отдышаться.

Он оглядел комнату в поисках отца. Все стражники были мертвы, а великий воин шел к главе деревни, который отчаянно пытался уползти с копьем в ноге. Арес подошел к нему и тут же схватился за копье, повернув его в бедре. Глава деревни заверещал от боли.

— Не надейся сдохнуть быстро, твоему сынку придется подождать тебя часок-другой в загробном мире. Ты будешь умирать долго, за каждое оскорбление моей семье ты ответишь сполна.

На рассвете, Линтранд и Арес вышли из деревни, оставив висеть на копье голову Капанеуса. Они спустились вниз по склону, и пошли вдоль песчаного пляжа.

— Ну и куда теперь? — спросил Линтранд, ужасно довольный свершившимся правосудием.

— Я покажу тебе этот огромный мир, сын мой. Мы будем путешествовать, и я научу тебя всему, что умею сам. Больше никто не посмеет назвать тебя лжецом, а тот, кто все-таки сделает так, умрет от твоей руки.

— Да, отец, — с улыбкой сказал тот, и с тех пор юноша следовал за ним повсюду, пока смерть отца не разлучила их. Отныне он не терпел лжи и почти никогда не врал сам. Ибо он Линтранд, сильнейший из людей.

Глава 16

Слезы и пепел.

Линтранд наблюдал, как тело Авгулта падает на землю. Он знал, что теперь пришел его черед. Ему не о чем жалеть, кроме гибели Анурия. Он прожил достаточно, чтобы ему стала безразлична судьба тех, кто останется после его смерти. Он спасал людей всю свою жизнь... он устал... Дарбрелт над ним занес свой клинок и приготовился пронзить его череп. Однако в последний момент остановился. Линтранд удивленно посмотрел на своего палача, тот с кем-то разговаривал по связи, изредка кивая головой. Линтранд огляделся — всюду были ренианцы, бежать было некуда. Вдали он разглядел два силуэта за застекленной верандой. Это были Улькиус и Лонут.

"Бегите, бегите отсюда, прошу вас...", — подумал он про себя.

— Линтранд, Линтранд! — прозвучал голос в его голове. Это был Улькиус со своей телепатией. Глава ордена не отвечал ему.

— Я чувствую, что ты где-то рядом, ответь мне.

"Почему он не отвечает? Может, он без сознания?" — профессор просчитывал все возможные варианты в своей голове. Лонут стоял рядом с ним и осматривал поле боя.

— Нет! — внезапно прокричал он.

— В чем дело? — испугался Улькиус от неожиданного крика.

— Нееет, Авгулт! — Лонут в истерике начал стучать по стеклу, но благо, оно было звуконепроницаемым.

— Что, Авгулт, где? — Улькиус использовал свои оставшиеся немногочисленные силы для улучшения зрения. Он мельком оглядел местность внизу и тоже содрогнулся. Окруженный ренианцами, лежал обессилевший Линтранд, а рядом с ним находилось тело Авгулта.

— Вот дерьмо, вот дерьмо. Что же делать? Так, спокойствие, Улькиус, возьми себя в руки, ты же умный, ты гений!

— Сукины дети, я убью вас, убью вас всех! — Лонут ударил по стеклу, и оно с треском осыпалось вниз.

Тысяча легионеров Эдера тут же устремили свои взгляды в сторону шума. Лонут безрассудно прыгнул вниз к толпе ренианцев. Улькиус стоял с широко распахнутыми от удивления глазами, затем с улыбкой выдохнул.

— Так вот что значит безрассудный поступок, — Улькиус прыгнул вслед за Лонутом и приземлился около него.

— Прости меня, но я не смогу жить со знанием того, что не попытался отомстить за смерть брата, — Лонут грозно смотрел на толпу легионеров, он знал, что ему не справиться с ними, но эмоции не давали ему стоять в стороне.

— Спасибо тебе, — неожиданно ответил Улькиус. — Если б не ты, мой разум не позволил бы мне сделать такую глупость. — Они смотрели друг на друга и их глаза зажглись. Фиолетовый свет Улькиса и желтый из глаз Лонута. Тела обоих покрылись броней. Улькиус был в фиолетовом тренче, укрепленном металлическими пластинами, на которых были прекрасные узоры в венецианском стиле. Пластины располагались на сердце, по бокам от подмышек до ягодиц и вокруг шеи. Лишь в самых жизненно важных местах для илуниевого война. Голова его была не прикрыта. В руках у профессора был остроконечный посох, на одном из концов которого светился небольшой фиолетовый огонек. Лонут был в том же доспехе, что и при первой встрече с Джореллом. В руках у него было два клинка. Один был прямой, белого цвета с длинной желтой полосой посередине. А другой, словно сложенный из множества игл, выглядел устрашающе.

— Что, еще двое?! Да откуда вы только все беретесь? У меня нет времени возиться с вами, — рассердился Дарбрелт, который явно спешил после разговора по рации.

— Разберитесь с ними, император приказал мне незамедлительно явиться к нему, — отдав приказ, Дарбрелт тут же исчез, оставив судьбу троих в руках тысячи легионеров.

На мгновение все замерли в ожидании первого хода одной из сторон. Один из ренианцев резко дернулся, чтобы убить лежачего Линтранда, но тут же напоролся на щит, окруживший его. Улькиус воткнул свой посох в землю, и из-под земли вырвалось фиолетовое пламя в радиусе ста метров прямо посреди ренианцев. Лонут, воспользовавшись суматохой, влетел в ряды врагов, как и Линтранд, который встал, и из последних сил начал хаотично махать молотом.

* * *

В считанные минуты Дарбрелт прибыл на корабль императора. Силы ренианцев максимально сосредоточились в космосе. Он быстрым шагом вошел в командный центр, где сидел Алутар.

— В чем дело, господин? — приклонив голову, спросил тот.

— На границе солнечной системы мы обнаружили небольшой корабль. Его опознавательные знаки говорят о том, что это легион справедливости.

— Что им здесь надо? Неужели они решили помочь этим слабакам.

— Нам это не известно, пока корабль остается неподвижным, но нужно выяснить, зачем они здесь. Если тут весь орден во главе с Илианом, и он настроен помочь людям, то у нас возникнут серьезные трудности.

— Они падут перед нашей мощью, как и все прочие, — самоуверенно провозгласил Дарбрелт.

— Несомненно, но непредвиденные потери нам не нужны.

— Император, от корабля отделились две цели, — вмешавшись в разговор, доложил один из рядовых.

— Они хотят поговорить с нами? — спросил Алутар.

— Не знаю, по крайней мере, они с нами не связывались.

-Господин, они приближаются! — крикнул ренианец.

— Остановите их! Выпускайте воинов! Дарбрелт, иди наружу!

Неприступной стеной корабли и войска ренианцев преградили путь неизвестной им двоице и тут же открыли огонь в их сторону. Один из трех самых больших кораблей ренианцев разлетелся прямо на их глазах. Аккуратно разрезанные части разлетались по космосу, а нападающие спокойно полетела дальше. Солдаты не ожидали такой прыти со стороны неприятеля, но собрались и ринулись за ними вдогонку.

* * *

Линтранд оживился после того, как Дарбрелт улетел в космос, решил воспользоваться этим шансом. Он превращал внутренности ренианцев в кашу одним ударом своего молота. Однако легионеры действовали осторожно и грамотно, стараясь бить Линтранда издалека. Улькиус выставил свой посох вперед и прицелился. Из того места, где сверкал огонек, выстрелил сильного поток илуния около тридцати метров в диаметре.

— Беги, Линтранд! — прокричал он, и рухнул на землю.

Литранд увидел коридор, который сделал для него профессор и побежал сломя голову, отбиваясь от преградивших ему путь ренианцев и тех, кто заблокировал выстрел Улькиуса. Сильная боль пронзила его спину и Линтранд упал. Снайпер пробил ему грудную клетку прямо посередине. Линтранд попытался подняться, но его тело тут же пронзил клинок. От дикой боли он стиснул зубы, но продолжал ползти, отчаянно цепляясь руками за землю. Еще с десяток клинков поразили его плоть, и стало ясно, что ему не уйти.

"Все-таки придется передать бремя тебе, Джорелл. Жаль, что вы с Дутанором не успели... Отныне, ты станешь другим человеком. Огромный груз ответственности будет давить на тебя сильнее, чем что-либо. Теперь ты самый сильный человек в мире...", — Линтранд посмотрел на Лонута и Улькиуса, слабо улыбнулся и произнес:

— Простите меня, ребята, но боюсь, вам придется пойти со мной...

Он сконцентрировал в сжатом кулаке невероятную мощь. Едва ренианцы перевернули его на спину, как тот разжал кулак и со словом: "Бум", — испуганные ренианцы взлетели на воздух, как и всё на полигоне. Мощнейший взрыв разнес стены гигантского подземелья кусок земли под замком, в результате чего, рухнула последняя стена.

Среди пыли слышался кашель и вопли легионеров, которые выжили, не смотря на взрыв, а также женские крики. В глубине коридоров было много крупных отсеков, где прятались женщины и дети, многие легионеры прошли туда, пока их собратья бились с Линтрандом и остальными. Ренианцы делали все, что хотели с пленниками. В одном из кабинетов сидели Лонут и Улькиус. Профессор быстро пришел в себя.

— Что произошло? — спросил он.

— Линтранд устроил огромный взрыв. Я успел прийти в себя, чтобы телепортировать нас сюда, на большее у меня, к сожалению, не хватило сил.

— Что это за крики? — вдруг с ужасом в глазах спросил Улькиус, до которого наконец дошли душераздирающие вопли.

— Ренианцы нашли отсеки, где прятались ваши женщины и дети...

— Мы должны им помочь! — Улькиус изо всех сил попытался стать, но Лонут посадил его обратно.

— Нет, это будет очень глупая смерть.

— Тогда я выбираю глупую смерть! — профессор встал и, шатаясь, побрел к выходу из кабинета. Илкарец догнал его и огрел по голове. Улькиус снова потерял сознание и Лонут оттащил его от выхода.

* * *

Двоица вошла в атмосферу Земли.

— Действуем согласно плану, — сказал Джорелл.

— Слушай, мне показалось, или там Луны не было? — подметил Дутанор.

— Ты тоже заметил, да? — с ухмылкой произнес Джорелл. — Кажется, мы пропустили серьезную заварушку. Ренианцы уже, скорее всего, начали создавать новый искусственный спутник, им нужна эта планета в первозданном виде, а без Луны уже будет не то.

В мыслях Джорелла все еще было то райское место, из которого ему пришлось улететь, и куда он мечтал вернуться все то время, пока был вдали.

— Посмотри, наша планета полыхает, она раздирается войной, — с ужасом Дутанор смотрел на множество красно-оранжевых пятен на теле планеты.

— Я заметил, сосредоточься, мы приближаемся.

Друзья были близки к ордену. Они пролетели слой облаков и увидели орден с высоты птичьего полета. Оба не могли поверить своим глазам. Ничего не осталось, лишь одинокая потрепанная крепость стояла посреди гигантской равнины, а перед ней красовалась огромная яма, ведущая на полигон. Все вокруг было выжжено дотла, а мертвая тишина пугала еще больше, чем пугали бы звуки боя. Они повисли в воздухе и пытались разобраться в увиденном. С неба, словно снег, падал пепел, вызванный многочисленными взрывами в этой битве.

— Нет...нет! — Дутанор рванул к замку, что есть сил.

— Дутанор, стой! У нас мало времени! — Джорелл посмотрел в ту сторону, куда направился его товарищ и сразу же понял, в чем дело.

— Мне очень жаль... — произнес тот и направился на дно полигона.

Дутанор приземлился около мертвых тел. Ими оказались Изабелла, Кристина и Юлиан. Он упал на колени и прижал Изабеллу к себе.

— Нет, пожалуйста, очнись, ты не можешь умереть! Не можешь! Прости меня, если б я только был рядом... — Дутанор рыдал, прижимая со всей любовью Изабеллу. Её прекрасные волосы были полностью запачканы кровью и грязью. Недалеко он услышал кашель, Дутанор оглянулся и увидел, что Юлиан еще жив. Он поцеловал Изабеллу в лоб и аккуратно положил.

— Ты ублюдок! — он подошел к Юлиану и схватил его за ворот. — Ты не смог защитить её! Никчемный кусок говна, ты же гений, мать твою, почему ты не защитил Изабеллу?! Или ты только говорить и трахаться умеешь, а?! — Дутанор кричал с такой яростью, что его лицо приобрело красный оттенок, а слюни то и дело вылетали изо рта.

— У...бей меня, — с огромным трудом выговорил Юлиан, и слезы покатились по его щекам. — У...бей, про...шу тебя.

Дутанор на мгновение замер, не ожидая таких слов, но злость снова овладела им.

— Трус, да будет так! — в порыве гнева Дутанор обхватил шею Юлиана двумя руками и с душераздирающим хрустом сломал её. Опустив переломанную шею Юлиана, он снова посмотрел на мертвую, оголенную Изабеллу.

— Ублюдки, кто это сделал с тобой... я клянусь тебе, любимая, что найду их и заставлю умолять меня о смерти! — он снова наклонился над ней и не мог больше пошевелиться от ужаса. Его глаза бегали по её телу, смотря на все ужасы, которые с ней произошли. Наконец, пристальный взгляд заметил что-то у неё в кулаке. Дутанор разжал его, в нем был амулет Фардреда, который Изабелла сорвала с его шеи.

Падая на дно полигона, Джорелл увидел, что его уже там ждут. Полтысячи легионеров, оставшихся в живых после предсмертного удара Линтранда, смотрели в небеса и были готовы к его приземлению. Джорелл приземлился на пепелище своего рая в свободном от ренианцев месте. Злость от увиденного разрывала его изнутри. Его настоящее я вырывалось на потеху публике.

— Вы, алчные твари, заплатите за все, что натворили здесь! Я убью вас, убью вас всех! Никто из вас не вернется домой, ваши жены станут вдовами, а дети сиротами! Вы заплатите за каждого убитого человека сполна! — Джорелл со всей силы надрывал свой голос. Ренианцы рассмеялись.

— Что за верещащая девчонка? Девочка моя, ты ошиблась противником. Перед тобой не юнцы, которых можно напугать животным визгом, — сказал один из них, среди легионеров снова пошли смешки. Говоривший начал медленно приближаться к Джореллу.

— Мы зло, человек, от нашей силы дрожат целые империи, армии разбегаются, а непослушных и слабых детей пугают рассказами об ужасных легионерах перед сном! Проваливай туда, откуда пришел, ничтожество! — ренианец исчез и в одно мгновение появился около Джорелла, нанося ему боковой удар зазубренным двуручным мечом.

Земля затряслась от ударной волны, когда меч ренианца настиг цель, и разошлась на многие километры вокруг. От увиденного, улыбка покинула самодовольное лицо ренианца. Джорелл спокойно удерживал его удар одной вытянутой рукой, держа свой меч жалом к земле. Он не напрягался, его кисть не дрожала, но больше всего ренианца поразил свет его глаз, которого не было... Джорелл не использовал силу, в то время как в глазах ренианца горел оранжевый пожар, а обе руки дрожали, пытаясь пробить его блок.

— Да, вы несомненно зло, но я зло куда больше и ужаснее, чем все вы вместе взятые, — с дрожью и злобой в голосе сказал Джорелл.

В глазах ренианца появился страх, во рту пересохло, а сердце заколотилось в бешенном темпе, словно он просто ренианец. Джорелл же говорил спокойно и размеренно.

— И как я уже сказал, сегодня вам не вернуться домой, вы обретете вечный покой в этом чудесном месте, — из-под тьмы капюшона резко вырвался темно-синий свет. Джорелл оттолкнул ренианца в сторону и тут же разрубил его своим огромным двуручным мечом от правого плеча до левой ноги, устремившись на толпу ренианцев и разрубив еще одного бедолагу пополам с невиданной скоростью. Затем он просто исчез, буквально растворившись в воздухе. Легионеры насторожились и внимательно смотрели по сторонам. Вихрь прошелся по рядам ренианцев и раскромсал сотню из них на мелкие части. Джорелл показался позади них, и ренианцы тут же направили к нему сотни мощнейших сгустков илуния. Джорелл выставил вперед руку и притянул весь поток к себе. Сконцентрировав всю эту мощь в своей ладони, он сжал кулак, и вся накопленная сила лопнула словно шарик. Он максимально отвёл меч назад и взмахнул им. Режущая сила в виде дуги слетела с его меча и со скоростью света пронзила еще половину легионеров, оставшимся пришлось спасаться, взлетев вверх. В это же мгновение, Джорелл переместился по центру полигона и наклонился назад, так, чтобы его грудь стала параллельна небесам и, растопырив руки, он высвободил невероятный поток темно-синего илуния, который занял всё пространство полигона. Ренианцам некуда было деваться, и поток смел их, унося в небо и освещая всю окрестность. В этот момент к ордену подлетала часть войска, а им навстречу летел тот самый луч. Дарбрелт понял, что солдаты не успеют увернуться и спастись. Он встал вперед и направил такой же поток в ответ.

— Дарбрелт! — закричали от радости солдаты, напуганные еще секунду назад. — ренианец чувствовал, что его сил не хватает, чтобы остановить поток.

— Бегите! Бегите отсюда! — проорал он, но было слишком поздно.

Поток Джорелла пробил луч Дарбрелта, и темно-синяя пелена накрыла несколько десятков тысяч солдат, стоящих за ним. Поток продолжал лететь, разрывая корабли, и почти добрался до императорского, но его сила иссякла, и он растворился.

— Что это такое было?! — больше удивленным, чем испуганным тоном спросил Алутар, увидев такой мощный поток.

Несомненно, из людей никто не может обладать такой силой, это кто-то из легиона справедливости, — вслух размышлял император. — Немедленно отправляйте туда несколько мертвых хранителей.

— Но господин, вы думаете это хорошая идея? Они же сейчас разбросаны по разным уголкам нашей империи, кроме Дарбрелта, соответственно, — спросил его один из командующих.

— Твое дело исполнить мой приказ! А думать о том, хорошая это идея или нет, нужно мне!

Изентриэль успел отлететь на пару сотен километров, как его внимание привлек огромный столб света, уносящийся в небеса. Небольшой отряд ренианцев, оставшихся в подземных лабораториях, бежал по коридору, чтобы узнать, в чем дело. Их внимание привлек лифт, который спускался к ним. Девять ренианцев решили подождать его приезда.

Недалеко от этого же места сидели Лонут и Улькиус, который был все еще без сознания. Илкарец прислушался, двери лифта открылись и по коридору пронеслись отчаянные крики, которые быстро утихли. Лонут аккуратно подполз к двери, чтобы посмотреть, в чем дело. В коридоре всюду были разорванные трупы, а около лифта стоял незнакомый ему человек. В руках у него было конагината. Дутанор держал перед собой тело ренианца и высасывал из него фиолетовый поток илуния. От увиденного Лонут сильно дернулся и громко выдохнул. Человек тут же повернул к нему голову и в одно мгновение появился около двери. Он открыл её и огляделся, его взгляд тут же пал на Улькиуса. Дутанор подошел к нему и проверил пульс. Лонут замер в ужасе и не мог произнести ни слова. Убедившись, что Улькиус жив, человек встал и пошел к выходу. Он повернулся к Лонуту и, приложив палец ко рту, издал звук "тсс", после чего аккуратно закрыл за собой дверь.

Оставшиеся ренианцы перебили почти всех женщин и детей, оставив всего пару сотен девочек и девушек, которых они насиловали в многочисленных комнатах глубоких коридоров. Одна из стен первой комнаты разлетелась на части. Ренианцы тут же спохватились и начали разглядывать место разлома. Сквозь дыру, медленным шагом зашел человек с конагинатой на плечах. Он оглядел комнату и сказал:

— Праздник члена окончен, мрази, больше он вам не понадобятся, — Дутанор скинул конагинату с плеч и принялся рубить легионеров.

Комнату за комнатой, ренианца за ренианцем, никто не уйдет от него. В одном из помещений Дутанор нашел сотни тел убитых людей, но одно из них привлекло его внимание больше всего. Он ринулся к нему со всех ног и перевернул. Его зрачки расширились от ужаса, самые страшные опасения подтвердились.

— М-мама? Мама! — истерично прокричал тот. — Нет, за что, за что мне все это?! Прости меня, это моя вина! Я не должен был оставлять вас здесь, не должен был! — Дутанор рыдал над убитой матерью, и гнев все сильнее заполнял его душу. В глубине коридоров продолжали слышаться стоны, которые дошли и до Дутанора. Опьяненный горем, он встал и пошёл на крики. Каждый встреченный им ренианец испытал адскую боль, когда юноша высасывал его жизненные силы. Молодой человек обезумел от крови и горя. Дутанор прижал одного из ренианцев к стене и показал ему медальон Фардреда.

— Скажи мне, кому принадлежит это медальон, и тогда я не убью тебя так жестоко, как твоих товарищей, — он пристально посмотрел на легионера своими красными глазами.

— Это медальон Фардреда! — тут же прокричал плененный ренианец.

— Фардреда?! Как мне узнать эту мразь?! Отвечай!

— У него темно-красные доспехи, и он пользуется глефой. Это правда, не убивай меня этим ужасным способом! — взмолился тот.

— Хорошо, ты мне — я тебе, обещание есть обещание. Дутанор встал и отсек ренианцу голову.

Джорелл стоял посреди полигона, ожидая новую партию врагов, когда его кто-то окликнул.

— Кто ты такой!?

-Я ждал тебя, — вдруг сказал Джорелл. Позади него стоял Изентриэль.

— Что значит, ждал, мы знакомы?

— Нет, но я почувствовал, как ты возвращаешься обратно и думаю, что у тебя есть то, что мне нужно.

— Я вернулся из-за свечения, которое пронзило ренианцев. Это ты сделал? Ты сражаешься с ренианцами? — настороженно спросил испанец. Он не знал Джорелла лично и не мог доверять ему просто так.

— Да, — Джорелл повернулся к Изентриэлю и посмотрел ему в глаза своим темно-синим взглядом.

— Так кто ты такой?

— Мое имя Джорелл.

— Джорелл, неужто? Это значит, что Дутанор тоже здесь?

— Да, он тоже здесь. Мы разделились, но сейчас не об этом. Скажи мне, где свиток для записи на турнир?

— Свиток, зачем он тебе?

— Чтобы спасти человечество, естественно...

— А сил-то у тебя хватит? Может, лучше Дутанору отдадим?

— Послушай, у нас нет времени на споры. Сейчас сюда прилетят озлобленные ренианцы и тогда ситуация усложнится.

— Я не знаю тебя и не могу доверять лишь твоему слову. Вдруг ты не тот, за кого себя выдаешь? Найдем Дутанора, если он подтвердит твои слова, проблем не будет.

— Послушай меня, я... — Джорелл вдруг прервал свою речь и нахмурился.

— Ну, что ты?

— Пригнись! — он рванулся к Изентриэлю и пронзил пустоту за ним. Вдали поднялась дымка пыли. Маскировка исчезла, и перед ними предстал Дарбрелт.

— Героизм — причина глупой смерти, — в своей манере произнес тот.

Однако пока он произносил свою философскую мысль, над ним уже навис Джорелл и снова нанес удар. Дарбрелт подставил клинки в надежде заблокировать его, но огромный меч Джорелла играючи пробил защиту. Дарбрелт успел уклониться в последний момент, однако ударная волна снесла его далеко в сторону. Ренианец всячески пытался остановить полет, но волна неумолимо утаскивала его за собой, пока он не врезался в стену полигона. Едва он соприкоснулся с ней, как снова появился Джорелл. Дарбрелт отбил его меч в сторону, но тут же получил удар по зубам. Из кулака Джорелла вырвался пористый поток илуния и разнесся по стене и телу Дарбрелта. Так как укрепленная илунием стена была уже полностью разрушена, то удар пришелся по простой почве. От пористого покрытия земля просто растворилась, а от мощи удара, Дарбрелта унесло на сотни километров вместе с почвой. На огромной территории начались ужасные землетрясения, а Джорелл стоял напротив гигантской дыры высотой с полигон. Дарбрелт, немного придя в себя, восстал в кромешной подземной темноте.

— А он сдерживается... видимо, боится разрушить планету ... — сплюнув кровь, произнес тот. — Эх, если б я не был измотан после битвы с теми двумя... Ну да ладно, так даже интереснее, — он напрягся и оттолкнулся, полетев обратно к Джореллу.

— Быстрее, дай мне свиток! Я жизнь тебе спас, немного доверия я заслужил! -прокричал Джорелл, подбежав к Изентриэлю.

— Л-ладно-ладно, с ума сойти можно, вот это силища... — Изентриэль пошарил рукой за пазухой и достал тот самый прозрачный свиток.

— Держи, надеюсь, ты знаешь, как его активировать.

— Никак, он сам активируется, по моим подсчетам у нас минут шесть. Нужно приготовиться к бою.

Изентриэль огляделся и увидел тело Линтранда. Глава ордена смиренно лежал на земле, поверженный, но не склонившийся.

— Нет, Линтранд! — испанец подбежал к нему и увидел, что все тело его лидера проткнуто насквозь. Изентриэль упал на колени и склонился над телом Линтранда, не сдерживая слез.

Джорелл стал рядом и молча опустил голову. Он уважал Линтранда, но если у него и были какие-то чувства к этому человеку, то они давно растаяли после двух тысяч лет загробной жизни. Неподалёку, он так же увидел тело илкарца, и по броне узнал в нем Авгулта.

"Значит, император в итоге принял правильное решение...", — подумал он.

— Крепись, оплакивать мертвых для нас пока непозволительная роскошь, — произнес Джорелл, стараясь поднять испанца.

Слова Джорелла тут же подкрепил шум приближающихся транспортных кораблей и криков солдат, ревущих от жажды вступить в бой. Изентриэль медленно встал и призвал свои пистолеты.

— За тебя, Линтранд, за вас, братья мои...

С правой стороны, где находилась одна из комнат с жителями деревни, кусок стены разлетелся на кусочки. Оттуда вылетел ренианец и упал на землю, следом за ним вышел Дутанор. Ренианец был без сил и пытался ползти, судорожно хватаясь за камни и перебирая ногами почву. Дутанор быстрым шагом нагнал его и раздавил бедолаге голову своей ногой. Он посмотрел вперед и увидел Изентриэля, который, в свою очередь, уставился на него.

— Изентриэль! — радостно прокричал тот, разведя руки в сторону.

— Дутанор? Дружище, ты ли это? Как я рад тебя видеть! — для уставших от кровопролития глаз испанца, живой и полный сил Дутанор был отрадой.

Юноша тут же обратил внимание на тело, лежащее рядом с Изентриэлем, и не мог не узнать в нем Линтранда. Он спокойно подошел к телу и встал на одно колено рядом с ним, отдав дань уважения. В этом бою он потерял слишком много дорогих ему людей, и плакать уже просто не было сил. Все казалось лишь кошмаром, затянувшимся и невероятно реалистичным.

— Дутанор, нам нужно биться дальше. Свиток не будет активен еще около шести... нет, уже четырёх минут, — "обрадовал" Джорелл.

— Что? Твою мать, сегодня будут хорошие новости или нет?

Крики ренианцев стали куда громче, первые из них уже спускались к полигону.

— А-а-а, сволочи! Сдохните, будьте вы прокляты за всю эту кровь! — Изентриэль отстреливал их, как удобные мишени в тире, так как среди первых рядов почти все были простыми солдатами.

Дутанор встал и выпустил в воздух небольшой луч, который долетел до середины вражеского войска и затем разлетелся на десятки тысяч сверкающих частичек. Они медленно начали падать обратно и приковали к себе внимание ренианцев. Затем частицы засветились, и из каждой вылетело по тысяче тончайших игл. Они продырявили всех над полигоном и вместо самих ренианцев, вниз долетела лишь их кровь, стекающая ручейками из их тел. Изентриэль смотрел вверх, где вместо ночных звезд в небе повисли тела мертвых врагов.

— Господи, Дутанор, я и не знал, что ты так силен... — с восхищением сказал тот.

— Спасибо, хоть ты рад моей силе.

— А кто может быть этому не рад? — удивился Изентриэль.

— Да знаю я тут одного, — Дутанор мельком окинул взглядом Джорелла.

— Расслабляться рано, то были слабаки, раз так легко умерли, — приметил Джорелл, ожидая рыбу покрупнее.

Небесные колья исчезли, и все тела рухнули вниз. Ренианцы последовали за телами и в ярости налетели на людей. Они быстро заполняли весь полигон, словно саранча. Товарищи старались сдерживаться, так как знали, что укрепленной земли фактически не осталось, и планета может разрушиться от любого неосторожного удара, ренианцы также понимали это. Каждый старался как можно прицельнее вести огонь или наносить удар, не затрагивая при этом почву. Одним своим взмахом Джорелл вызывал невероятные ударные волны, которые растворялись в нужный ему момент. Дутанор ловко орудовал своей конагинатой, сражаясь в толпе, и словно ураган из клинков разрезал ренианцев в округе. На поле боя вернулся Дарбрелт, который взял Джорелла на себя. Начался невероятный поединок на мечах, который не щадил тех, кто оказался на пути этого сражения.

Воины скрестили мечи, и началось противостояние грубой физической силы.

— На что ты надеешься, герой? Думаешь, сможешь остановить нашу армаду, защитить свой жалкий народ? — скрипя зубами, выговорил Дарбрелт.

Джорелл вплотную приблизился к лицу Дарбрелта и, смотря на него своими темно-синими глазами, сказал:

— Я надеюсь стереть вашу сраную расу с лица вселенной, — после чего что-то запищало у Джорелла прямо посреди боя и тот, с криком: "Дутанор, давай", — отскочил от Дарбрелта и вместо него ренианцем занялся он.

Джорелл прижался к стене и, воткнув свой меч в землю, создал непроходимое поле вокруг себя. Находившиеся рядом легионеры накинулись со всей силой на поле, стараясь разорвать или испепелить его. Понемногу, барьер начал отступать перед мощью почти трехсот легионеров, которые разрушали барьер со всех сторон. На помощь ему пришел Лонут, который отважился выглянуть на звуки боя, и все еще желал отмщения за свой народ.

— Я выиграю для тебя немного времени, Джорелл. Возьму часть легионеров на себя.

Джорелл кивнул ему. Лонут огляделся в поисках кого-то, и увидел Улькиуса, который, словно тень, шел сквозь битву к телу Линтранда.

— Улькиус! Улькиус, твою мать! — Лонут решил его убрать отсюда, но уже достаточно привлек к себе внимание легионеров, которые переключились на него.

Улькиус шел мимо бойцов, с полной апатией в глазах, никто не обращал на старика внимания, так как все были заняты теми, кто все еще оказывает сопротивление. В особенности всех привлекала битва Дутанора и Дарбрелта. Улькиус спокойно дошел до тела Линтранда и повалился рядом с ним, рыдая и смотря на тело того, кто не мог умереть.

— А вы сильны, где же вы были раньше, когда люди нуждались в вас? — начал провоцировать Дарбрелт своего оппонента.

— Заткнись! Ни слова больше! — перед мысленным взором Дутанора всплывали тела Изабеллы и его матери, которых он оставил здесь.

— Как же так? Бросили свой народ на произвол судьбы? Если б хоть один из вас был здесь изначально, кто знает... может быть, все те, кто был тебе дорог, остались бы в живых, — Дутанор был идеальной мишенью для Дарбрелта, который всегда ловко выводил своих врагов из себя, заставляя их совершать ошибки. Но в этот раз ошибку совершил он сам, не зная, что в массовых сражениях Дутанор отныне почти непобедим.

— Заткнись! — проорал взбешенный Дутанор и, не пожалев сил, ударил в пол.

Красная волна разлетелась по округе, и отовсюду вылетели колья. Они пронзили больше половины солдат, подняв их тела вверх. Глаза Дутанора разгорелись пуще прежнего, и пронзенные солдаты начали передавать свою силу по этим кольям обратно в землю и затем по ней к Дутанору.

— Ты... не может быть... грязный выродок, — Дарбрелт вздрогнул от увиденного, и накинулся на Дутанора с невероятной яростью, позабыв обо всем. Юноша сверкал, словно новогодняя елка, и одной рукой остановил Дарбрелта.

— Сила, любой ценой, — сказал тот, и ударил Дарбрелту кулаком по подбородку. Ренианец стремительно полетел вверх, но Дутанор схватил его за руку, и от мощи удара та не выдержала и оторвалась. Ренианец покинул поле боя, оставив свою руку Дутанору. Юноша засмеялся, как безумец.

"Ненормальный ублюдок, он же тут сейчас все разрушит", — сказал сам себе Джорелл, наблюдавший картину внутри барьера, но при этом не мог не улыбнуться. Все это время его рука сжимала свиток и передавала в него илуний Джорелла.

Дарбрелт вылетел за пределы атмосферы и остановился на её границе.

"Почему его не было здесь раньше?".

— Я смотрю, тебя прилично побили, Дарбрелт, — раздался голос над ним.

Он оглянулся и увидел трех ренианцев. Среди них был император Алутар, другие двое выглядели не менее угрожающе.

— Та парочка оказалась очень хороша, я их недооценил. Не поминаю, почему они не были с людьми в самом начале сражения?

— Не прибедняйся, Дарбрелт. Ты сражаешься уже неделю, и ко всему прочему, в одиночку убил двух обладателей шестнадцатого круга, — сказал один из ренианцев, что прибыл с императором.

— Спасибо за комплимент, друг мой. Ты прав, я совсем потерял счет времени. Значит, мертвые хранители решили присоединиться?

— Да, когда наш брат сражается один против многих, мы не можем стоять в стороне. Мы лишь смиренно ждали приказа императора и, едва получив его, тут же бросились на помощь.

— Это прекрасная новость. Люди оказались сильно недооцененными. Мы теряем слишком много легионеров, нам не хватает обладателей шестнадцатого круга.

— А как же Фардред? — спросил второй хранитель.

— Он еще новичок. Ему заметно не хватает боевого опыта в использовании новой силы.

— Хм-м, понимаю, прости, что взвалили на тебя такой груз.

Броня мертвых хранителей была искусно выполнена в темных тонах с множеством украшений, пластин и письменности.

— Отставить разговоры. Дарбрелт, ты сказал, что те воины люди. Ты уверен в этом? Я думал, что это Гринтред и Гилдриэль, — попытался разобраться в ситуации император.

— Да, это определенно люди и очень сильные.

— Тогда почему они прилетели из космоса, да еще и на корабле легиона справедливости? Ничего не понимаю... Ладно, нужно остановить их. Вперед, твоя рука как раз отросла.

— И вправду, — вдруг заметил Дарбрелт.

— У тебя силы-то еще остались после такого боя? — поинтересовался один из хранителей.

— На битву за империю и свой народ у меня всегда будут силы.

— Вот уж не зря тебя прозвали Кровавый Патриот, — сказал другой хранитель.

— Не люблю это прозвище, — прорычал Дарбрелт.

— Как скажешь.

Дарбрелт немного подвигал своей новой рукой, и они двинулись на Землю. Дутанор разошелся не на шутку, но его пыл тут же остудил один из прибывших хранителей, который молниеносно ударил ему по груди огромным ромбовидным щитом, с выступающим посередине лезвием в форме дуги. Отлетевшего Дутанора уже был готов подхватить второй хранитель с двумя клинками, присоединенными к его предплечьям. Вовремя заметив это, Дутанор притормозил свой полет конагинатой, воткнув ее в землю, и затем резко взлетел вверх. Изентриэля прижали к барьеру, он с трудом отстреливался, стараясь не схлопотать смертельный удар. Сюда же прижался и Лонут, который, в итоге, еле вытащил Улькиуса из толпы, пока кто-то все-таки не приметил старика. Ренианцы столпились у барьера, окружив бедную троицу.

— Эм, Джорелл, не хочу отвлекать тебя, но не мог бы ты побыстрее, у нас тут уже свиданием с проводником душ попахивает... — сказал Изентриэль, оглядывая их незавидное положение.

— Я же сказал, что от меня тут ничего не зависит, часок другой и все будет в шоколаде.

— Что? — Изентриэль повернулся к Джореллу с ошарашенными глазами, но, заслышав его легкий смех, повернулся обратно, слегка выдохнув. Впервые, ему было не до шуток.

Позади кто-то расталкивал ряды ренианцев. Вперед вышел Дарбрелт и Алутар. Солдаты не ожидали увидеть императора на поле боя, но все немедленно преклонили колено.

— Сдавайся, все кончено! — в приказном тоне сказал Дарбрелт.

— Нет, все только начинается, — Джорелл поднял руку вверх.

В его сжатом кулаке был свиток, напитанный силой. Он засиял и Джорелл выпустил его из руки. Свиток немного пролетел вперед и неожиданно вместо свитка появился некто. Это был планетарец из расы фельсонтов. Он выглядел величественно и гордо. На нем была белая мантия с фиолетовым символом в виде шестнадцати кругов. У четырехметрового гиганта были длинные серебряные волосы, и такого же цвета кожа. Радужка его глаз была песочного цвета.

— Великий хранитель пути, — сказал император Алутар и преклонил колено, вся его свита незамедлительно последовала его примеру. Звуки боя в мгновение утихли.

— Я слышал, что здесь великая битва многих миллиардов... — сказал тот и огляделся. — Хм-м, здесь фактически нет мертвых тел. Воистину, здесь было сражение достойное вселенной, — довольным тоном произнес тот.

— Кто это, и как отсутствие тел может стать признаком великой битвы? -поинтересовался у Лонута Изентриэль.

— Я великий хранитель, тот, кто стоит над всеми обладателями силы и заставляет их следовать правильному пути, — услышав вопрос, вмешался тот. — Отсутствие тел говорит о том, что здесь выплескивалось такое огромное количество силы, что мертвые растворялись в ней.

— Самый известный случай это Призрачная битва, — полушепотом сказал Изентриэлю Лонут.

— Призрачная? Почему?

— Потому что когда несколько миллиардных армий сошлись в битве, после неё не осталось никого и ничего... Ни тел, ни кораблей, ни выживших, — снова вмешался Великий хранитель.

Тем временем, взор хранителя пал на мертвое тело Авгулта.

— Так значит, император Авгулт мертв... Империи илкарцев, по всей видимости, пришел конец. Кто убил его?

— Я, великий хранитель, — покорно ответил Дарбрелт.

— А-а, Кровавый Патриот, мне следовало бы догадаться. Я так же вижу тело еще одного сильного воина, человека, это тоже твоя работа?

— Да.

— Ты сталь очень силен, Дарбрелт, но я здесь по другому вопросу.

— Кто-то из вас воспользовался свитком для записи на турнир, и я лично прибыл сюда, чтобы посмотреть на происходящее здесь и внести в список призвавшего меня.

— Это был я, — раздался голос позади хранителя. Он повернулся и посмотрел вниз.

— Как твое имя?

— Джорелл, — ответил тот, задрав голову вверх, стараясь смотреть в лицо хранителю.

— Хорошо, Джорелл, твой илуний и твое имя занесены в базу данных, отныне ты участник турнира. Твой народ надеется на тебя.

— А что с войсками ренианцев? По закону, они должны покинуть этот сектор и улететь обратно на свои владения.

— Да, это так, — хранитель повернулся к императору Алутару и сказал:

— Вы должны немедленно покинуть данную систему и не предпринимать никаких враждебных действий относительно этой расы до конца турнира.

— Хорошо, — холодно ответил Алутар и крепко сжал кулаки от гнева.

Хранитель исчез и оставил враждующие стороны наедине друг с другом.

— Сукин сын, как ты посмел записаться на турнир?! Это место для воинов, коим ты не являешься! — разгневался император.

За Джорелла ответил Изентриэль, который показал Алутару средний палец.

— Вы что, не слышали этого хранителя? Катитесь нахрен отсюда, и чтобы духу вашего здесь не было, — сказал Дутанор, который, подходя к барьеру, толкнул плечом одного из мертвых хранителей.

— Ты ничтожная тварь, пожиратель, как ты посмел показаться здесь?! Дерзость — обеспечивает владельца мучительной смертью, — скрипел зубами Дарбрелт, окидывая юношу презренным взглядом.

-Что ты сказал, пожиратель? — переспросил его один из хранителей.

-Да, я лично видел, как этот сукин сын поглотил пару сотен наших ренианцев!

Солдаты тут же ахнули, и обстановка накалилась до предела. Еще чуть-чуть, и битва была готова возобновиться в любой момент.

— Тихо! — прокричал император. — Мы вынуждены подчиниться, иначе все плохо кончится. Но мы еще вернемся, а это ничтожество, что записалось на турнир, не продержится там и дня. Уходим, воины, соберемся с силами и накопим гнев. А ты! — он указал на Джорелла. — И не надейся на победу!

Спустя полчаса войска ренианцев покинули солнечную систему, остались лишь те, кто строил новый спутник для Земли, с разрешения Джорелла. Теперь оставшиеся наконец-то смогли спокойно оплакать погибших. Улькиус все еще не проронил ни слова и, склонившись над Линтрандом, слезы катились по его морщинистому лицу. Дутанор и Изентриэль принесли уцелевшие тела защитников, которых смогли найти. Джорелл наклонился над телом Ильмариона и, закрыв ему единственный глаз, сел рядом с ним. Последним Дутанор принес тело Изабеллы, накрытое серой тряпкой. Он медленно опустился с ней на землю, его пальцы прошлись по её лицу и губам. Дутанор снова винил себя в смерти других. Изентриэль сидел посреди тел своих павших товарищей и напивался вином Ильмариона, которое он обнаружил у него в комнате. В руке у него была маска друга. Недалеко от себя он увидел Джорелла, сидящего около тела Ильмариона. Он взял с собой несколько бутылок и, сев рядом, дал одну Джореллу.

— Ну, за тебя, Ильмарион, — сказал испанец и осушил залпом полбутылки. -Ильмарион рассказывал о тебе, он говорил, что ты хороший малый и мы поступаем очень плохо, обвиняя тебя в смерти Ампелайоса.

— Мы хорошо поладили с ним за короткое время. Жаль, мне пришлось покинуть его, так и не узнав получше... — с грустью в глазах признался Джорелл.

— Он был душой кампании, черт возьми! Никто во всем мире не играл так превосходно, как он.

— Это точно. Я не мог не заметить, что его тело словно расплющено, как он умер, ты знаешь?

— Он покончил жизнь самоубийством, я не смог его спасти, вот же дурак, зачем он так со мной? — по щекам испанца потекли слезы.

— Покончил жизнь самоубийством? Но зачем ему было такое делать?! — Джорелл недоумевающе посмотрел на тело товарища.

— Здесь была настоящая бойня, гребаная бойня, черт возьми, — поддавшись, наконец, вину и эмоциям, захныкал Изентриэль, его голос дрожал. — Всюду были трупы, куски мяса, кровищи было словно целый океан. Я никогда такого не видел, Джорелл, никогда. Мы храбро сражались, но этого оказалось недостаточно, нас разбросало по всему полю битвы. Бедняга Ильмарион... Орден был для него жизнью, его семьей, он сам говорил, без ордена, ему нет смысла жить. Он пытался найти выживших, пытался изо всех сил, но всюду были только мертвые. Ну почему ты не посмотрел наверх, почему?! — Изентриэль схватил тело Ильмариона за воротник и начал трясти, задавая один и тот же вопрос. Джорелл тут же отцепил его. Сидевшие неподалёку Лонут, Улькиус и Дутанор еле сдерживались, чтобы вовсю не зарыдать из-за крика Изентриэля. Они дрожали, а на землю с их глаз тихо падали редкие слезы.

— Тихо, тихо приятель, не нужно так, ты чего, — успокаивал его Джорелл.

— Прости, просто... я отказываюсь верить во все это, оглянись вокруг, посмотри, что осталось от некогда прекрасного места. Как мы будем сражаться с ними дальше, как?!

— Никак, если я проиграю турнир, то мы все обречены. Но я клянусь тебе, Изентриэль, и всем вам, что сделаю все, чтобы этого не произошло. Ильмарион верил в меня и Линтранд тоже, я не подведу их, постараюсь не подвести.

Изентриэль выдохнул и протер свои глаза от слез.

— Ты хороший парень, Джорелл, теперь я вижу, почему Ильмарион так хорошо о тебе отзывался. Я поверю в тебя, и будь, что будет.

— Спасибо, я не подведу твое доверие.

Джорелл посмотрел на Лонута, который сидел около обезглавленного тела Авгулта.

— Лонут, выпьешь с нами? Это помогает.

Лонут кивнул и охотно присоединился к ним.

— Эй, может, и Дутанора позовем? — спросил Изентриэль.

— Вряд ли ему это сейчас поможет, лучше пока не трогать его, — сказал Джорелл, глядя на бледную тень товарища.

Лонут осушил бутылку и, немного расслабившись, спросил Джорелла:

— Ну и каковы твои дальнейшие планы?

— По-моему, все очевидно. Полечу на турнир и постараюсь выбить для нас победу. Лонут, у меня к тебе просьба.

— Какая?

— Я почти не знаю ни того мира, ни его традиций или истории, даже куда лететь на турнир не в курсе. Не успел изучить, как следует, все это. Поэтому мне нужен тот, кто знаком с тем миром. Ты согласишься сопровождать меня?

Долго не думая, Лонут ответил:

— Для меня это будет честью.

— Я тоже пойду с тобой, — позади кампании угрюмо стоял Дутанор.

— Куда же я без тебя, — с улыбкой ответил ему Джорелл, на время позабыв о том, кем становится его приятель.

Я останусь здесь и позабочусь об Улькиусе, да и надо связаться с остальными людьми, объяснить их командующим ситуацию.

Изентриэль посмотрел на бедного старика, который все еще сидел, словно призрак, у тела Линтранда.

— Значит, решено, скоро мы отправляемся на турнир. Нужно выиграть его любой ценой.

Джорелл поднял свою бутылку вина вверх и со словами: "За павших героев", — они почтили память тех, кто умер ради идеи, ради защиты своего народа.