Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Книга третья: Эпоха Барсума


Статус:
Закончен
Опубликован:
18.07.2018 — 18.07.2018
Читателей:
4
Аннотация:
Великое путешествие во времени и пространстве продолжается! Власть Ричарда стала ещё больше, он теперь практически бессмертен и владеет могучей магией. Но количество страшных тайн, которыми он владеет - слишком тяжёлый груз для единственного разумного.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
 
 

Однако Марленусу этого показалось мало, и он решил нанести ещё более дерзкий удар — похитить и поработить саму Журавля. И первая часть у него даже получилась. Абигайль могла справиться с любым горианским воином в честном бою, но тут о честном бое речи не шло — её схватили спящую, ночью, пятеро на одну, с использованием усыпляющего препарата.

Схватить-то схватили, а вот дальше возникли проблемы. Мясник-14 в то время ещё была на Горе. Да, Марленус знал о её силах, и целый отряд тарнсменов-камикадзе пожертвовал собой, чтобы отвлечь её на время похищения. Но предполагалось, что стоит оторваться хотя бы на несколько пасангов, и чудовище потеряет их след. "Пророчица" ведь была теперь у них, а про Контессу они ничего не знали.

И действительно — Мясник-14 их преследовать не стала — зато в погоню бросился Джон Картер. Точнее, не совсем в погоню... в заранее указанную Контессой точку встречи. Вместе с остальными барсумцами он накрыл отряд Марленуса на стоянке — и вежливо попросил вернуть то, что им не принадлежит.

Двое кандидатов в убары убаров сошлись в поединке. Марленус оказался действительно хорошим фехтовальщиком, вероятно одним из лучших на всём Горе. Он был практически равен Картеру в силе и скорости, при этом в полтора раза превосходя его в весе (роста противники были почти одинакового, но Марленус оказался заметно шире в кости, в плечах и особенно в бёдрах). Вот только Джон был одним из лучших В СОЛНЕЧНОЙ, а это несколько иной уровень.

Клинок Картера был легче, он жалил, как змея, колющими выпадами, особенно неприятными для бездоспешного противника, используя земные приёмы фехтования. Марленус предпочитал более классические рубящие удары, для чего его тяжёлый меч подходил больше — но у него был также и щит, что заметно уравнивало шансы. На один удар от Марленуса приходилось три от Картера, но горианин во многих случаях мог одновременно парировать атаку и рубить — барсумцу же каждый раз приходилось выбирать что-то одно. А горианские сплавы, пошедшие на оружие военачальника, не уступали барсумским. Выбить же щит ударом плеча или ноги было нереально именно из-за превосходства Марленуса в весе — скорее уж обратный удар щита вывел бы Картера из равновесия.

Это всё затянуло поединок почти на три минуты — фантастически много для бойцов такого уровня. Однако в итоге Джон всё-таки сумел достать врага классической связкой "голова-ноги". Двойной удар в голову — первый парируется мечом, на отбивание второго времени уже нет, Марленус вынужден закрыться щитом — теряет из виду оружие противника и обнажает ноги — по которым и получает тут же. Конечно, удар по голеням не убивает на месте, однако существенно снижает бойцовскую прыть, а ведь Картер и так имел превосходство в скорости. Добивание охромевшего Марленуса было уже делом техники. Однако, впечатлённый мастерством противника, Джон предложил ему почётную капитуляцию. А тот, не будь дурак, взял да и принял предложение. Лишь через пару лет он смог узнать подробнее, что за человек Марленус, но к тому времени возможности прибить гада в честном бою у него уже не было, а становиться киллером Картер не хотел. Да и к тому же, если бы он начал убивать всех, кто ему на Горе не нравился, ему пришлось бы как минимум ополовинить человеческое население Противоземли.

— Ну уж конечно, не по доброй воле, — хохотнул призрак. — После твоего клинка я стал калекой, мои воины ушли от меня — на Горе не любят увечных...

— Рана была не так уж страшна, я же помню! Горианская медицина не хуже барсумской, а на Барсуме излечивают всё, что не убивает на месте...

— Не всё, но многое, уж с моей-то ногой они бы справились — клинок у тебя был чистый, достойный воина, без яда или грязи. Только вот каста врачей лечить меня отказалась. Кто-то кому-то сказал несколько слов... А моих собственных лекарских навыков не хватило для столь сложной операции. Я стал бродягой, отверженным и презираемым всеми ничтожеством. Так что когда пришла эта ведьма и предложила исцелить мою ногу, я не сомневаясь принял её предложение. Травить меня желающих не осталось, убить к тому времени можно было гораздо проще. Да даже если бы я и ошибся, если бы её волшебная мазь оказалась отравой — жизнь к тому времени была для меня небольшой потерей. На одной чаше весов возможность вернуть всё, на другой — потерять почти ничего. Разве мог я тогда заподозрить, что ей не жизнь моя нужна была, а душа? Я никогда не верил в эти сказки Посвящённых. Да и они никогда не говорили, что душу можно украсть. Мазь подействовала как чудесное лекарство, уже через день я мог нормально ходить, через два — даже бегать... а через три меня свалил ужас, о котором я не хочу вспоминать. Моя душа была отнята и перенесена в этот меч.

— Возможно, ты заслужил это, учитывая все твои злодеяния, Марленус. Однако также возможно, что это твой шанс искупить их.

— Ха! Земной глупец! Когда я был Марленусом из Ара, я никогда не сожалел о том, что делал. И теперь, когда стал Ледяной Скорбью — не собираюсь начинать. Я пойду с тобой, и буду рубить твоих врагов. Но не ради какого-то там "искупления" — а потому, что мне по нраву такое посмертие!

Мне снился сон. Я был мечом.

В металл холодный заточен,

Я этому не удивлялся.

Как будто был здесь ни при чем.

Мне снился сон. Я был мечом.

Взлетая над чужим плечом,

Я равнодушно опускался.

Я был на это обречен.

Мне снился сон. Я был мечом.

Людей судьей и палачом.

В короткой жизни человека

Я был последнею свечой.

В сплетеньи помыслов и судеб

Незыблем оставался я.

Как то, что было, есть и будет,

Как столп опорный бытия.

Глупец! Гордыней увлечен,

Чего хотел, мечтал о чем?!.

Я был наказан за гордыню.

...Мне снился сон. Я БЫЛ мечом.

Объединение вычислительной мощности Преторианской брони и психической силы хорошо заряженной Ледяной Скорби позволяло прорубить само пространство, создавая портал в Эмпирей или из него. Проход держался долю секунды, однако реакции Картера вполне хватало, чтобы проскочить в него за это время.

К сожалению, такой относительно свободный доступ был возможет только в открытом космосе. На планетах порталы искажались гравитационными полями и случайно перемещаемыми атомами. Для компенсации этих помех ресурсов доспеха уже не хватало — прыжок в атмосферу или из атмосферы был доступен лишь крупным кораблям или через стационарные установки.

Тем не менее, стационарный портал строить не понадобилось. Достаточно было откачать воздух в достаточно большом помещении Сардара и создать там нулевую силу тяжести. Благо, управлять гравитацией Жрецы-Короли научились давным-давно.

Картер прорубил дыру в пространстве и ушёл (вернее, нырнул головой вперёд) в ад 8 мая 1923 года — вскоре после возвращения Ма-Алефа-Ака, которому решено было ничего не говорить об эксперименте. Во-первых, меньше знает — крепче спит, во-вторых — меньше риск утечки информации к Дракону, в-третьих — Костепилка всю жизнь терпеть не могла выслушивать нотации.

Внезапная атака со стороны Эмпирея застала Дракона врасплох. Некая сущность, невидимая и недосягаемая для неё, уничтожила Обелиск в точке Лагранжа системы Солнце-Земля. Ну, вернее, как "уничтожила"? Обелиски не живые, поэтому убить их нельзя. И даже сломать трудно, из-за голографического принципа их работы. Чтобы Обелиск перестал принимать сигнал от Братских Лун, его нужно раздробить в мельчайшую пыль — если останется кусочек хотя бы размером с песчинку, он сохранит работоспособность. Ну, или расплавить можно. Но на это тоже нужно море энергии. У единичного демона, или кто он там, такой энергии нет. Первая же атака лишила Красный Обелиск его многомерной ауры. Однако материальная часть осталась неповреждённой, так что не прошло и минуты, как энергия снова заструилась в накопители. Дракон немного успокоилась, хотя ей было непонятно, кто или что может атаковать артефакт из Эмпирея. Конечно, Дракон не большой специалист по нейрофизике, мозги не под то заточены. Но даже её знаний (возможно, с небольшой помощью шарда) хватало, чтобы понять — экипаж любого корабля превратится в зомби задолго до приближения к Обелиску, корабль без экипажа просто не найдёт пути к сердцу эмпирейного шторма, а демон будет Обелиском поглощён. Когда шторм временно утих, радары пространства скольжения зафиксировали некий малоразмерный объект — не менее метра и не более пяти. Что бы это ни было, оно вряд ли сможет серьёзно повредить...

В следующую секунду температура Обелиска мгновенно упала до всего нескольких градусов Кельвина. А ещё через миг пространство содрогнулось... и замороженный артефакт взорвался микроскопической ледяной крошкой. Словно закалённое стекло, по торцу которого ударили молотком.

Ни одного кусочка, способного сохранить работоспособность. Ни одного из триллионов.

Шард не мог дать ответа, как такое возможно. Это был не механизм, пусть даже самый сложный, это было проявление нейрофизики.

Тем не менее, имя Джона Картера даже на секунду не пришло Дракону в процессор. Наиболее вероятной она считала версию, что столкнулась с какой-то очередной гадостью Матери-Змеи. На втором месте среди подозреваемых был Ковенант.

— Не знал, что так можно — обратить всю энергию Обелиска на его же разрушение, — задумчиво сказал Картер, уходя из обледеневшей пещеры, засыпанной обломками, в которую превратился участок Эмпирея после его последнего удара.

— Можно? — хохотнул Марленус. — Неправильное слово! Правильное слово — нужно! Если бы я не перенаправил поглощённую силу в удар, мы бы с тобой уже не разговаривали сейчас. Это ядовитая сила, Джон Картер. Она сразу же начала изменять меч и меня.

— То есть повторить такой удар мы уже не сможем?

— Сможем, но за каждый придётся платить свою цену. Сейчас, когда я знаю, чем это грозит, выблевать заразу мне легче. Но всё равно, я уже немного не такой, каким был. Раз шесть-восемь выдержим, но не больше десяти точно.

Картер задумался. С одной стороны, у Дары Кон и есть всего десяток Обелисков, в худшем случае дюжина. С другой — даже если уничтожить все, её роботы не отключатся, резервные источники энергии останутся. А она со временем сможет сделать ещё.

— А можно ли нанести удар так, чтобы НЕ поглощать его ядовитую силу?

— Хм. В принципе можно. Но он выйдет многократно слабее, а эти рогатые камни очень прочны. Мой тебе совет — не трать времени. Укради женщину, а Домашними Камнями врага можно будет заняться и позднее.

— Ну да, чего ещё ждать от горианина, — хмыкнул Джон. — Которую женщину? Дару Кон или Фортуну?

— А хотя бы и обеих! — развеселился Марленус. — Но если владычица будет в твоих руках, рабыню ты вернёшь безо всякого труда.

— Вопрос в том, как её найти... Она очень хорошо прячется.

— Кого из нас сделали умнее, срастив с думающей машиной?

— Это верно. Тогда проруби мне путь к Барсуму, я подумаю по пути.

Они прошли примерно две тысячи шагов по вечно изменчивому пространству, которое не было пространством, когда Картер снова взялся за рукоять.

— Марленус...

— Ледяная Скорбь, — отрубил меч. — Называя меня именем, которое я носил в человеческой жизни, ты позоришь меня, напоминая о проигрыше. Хочешь нормального разговора — зови новым именем.

— Хорошо, Ледяная Скорбь. Скажи, а разве души демонов, которых мы рубили раньше, не были ядовиты?

— Были, конечно, — хмыкнул артефакт. — Только эти ничтожные учебные демоны, созданные ведьмой, в миллионы раз слабее, чем Обелиск. Я переваривал их полностью раньше, чем они успевали на меня подействовать.

— Значит, как говорил земной врач Парацельс, все лекарства в больших дозах — яды, и все яды в малых дозах — лекарства?

— Выходит, что да, — глаза демона на рукояти слегка мигнули.

— И мы можем набрать досточно силы для уничтожения Обелиска, не отравившись и не превратившись в чудовищ, если заглатывать не всю силу сразу, а отсекать её малыми порциями, чтобы ты успевал их переварить?

— Да, но тогда нам придётся прорываться к Обелиску сквозь шторм. Он будет лишь слегка ослабевать при каждом ударе и восстанавливаться между ними.

— Пробьёмся, — Картер на секунду отключил блокировку мозга и сотворил из ничего барсумский одноместный флаер. — Я всегда был неплохим лётчиком.

— Ты прожил на Горе больше лет, чем на Барсуме, Картер. Почему же ты всё ещё верен красной планете? Почему ты призвал эту машину, а не тарна?

— Если бы ты прожил на Земле несколько столетий, Марленус, разве ты полюбил бы её?

— Землю? Нет. Грязное место. Досадно мне, коль слово "честь" забыто, и коль в чести наветы за глаза.

— Вот ты и сам ответил на свой вопрос. Вы, гориане, очень много рассуждаете о чести, но вы понятия не имеете, что это такое.

— Осторожно, Картер. Ты опасно близок к порогу, переход которого заставит меня обратиться против тебя. Даже у мёртвых есть больные места.

— Я всего лишь ответил на твой вопрос. Не хочешь слышать ответов — не задавай вопросов.

— Это верно, — неохотно согласился Ледяная Скорбь. — Мне ещё многому следует научиться. Но и тебе тоже.

Второй Обелиск рассыпался пылью. Третий. Четвёртый. Все с интервалами менее часа. Дракон уже не сомневалась, что потеряет их все. Не то, чтобы это было фатально. Обелиски — не единственные источники энергии для её машинерии, даже не самые главные. Да, самые удобные, при этом неисчерпаемые. Но у неё есть множество других, в том числе и более мощных. Временно переключиться на генераторы, не связанные с Эмпиреем, найти и уничтожить этот фактор угрозы, потом сделать себе новые Обелиски. Это её и настораживало. Слишком просто, слишком очевидно. Похоже, что противник лишь расчищал себе путь для следующего удара. Или не себе? Матери-Змее? Или может быть, Ковенанту?

С отвратительным скрежетом, разнёсшимся на световые годы, последний Обелиск рассеялся пылью, истаял чёрным дымом. Джон отвёл свою воздушную лодку подальше, ожидая, пока утихнет шторм, вызванный его последней судорогой. Спустя полчаса по его субъективному времени в Эмпирее впервые за долгие годы воцарились тишина и спокойствие. Не полные, само собой, не абсолютные. Населённые планеты, рассекая пространство по замысловатым спиралям, по-прежнему оставляли за собой эхо человеческих и нечеловеческих страстей, медленно таявшее в космосе. Жажда крови Барсума, стремление к революционным переменам Земли, похоть Гора, медленное загнивание в собственном соку Амтора — всё это никуда не делось, хотя прогрессорская работа Ковенанта и Дракона немного смягчила их нравы. Но по сравнению с тем перманентным торнадо, что здесь бушевал — это была именно тишина.

И в этой тишине Джон Картер взмахнул Ледяной Скорбью, на миг сняв блокировку воображения — и перед ним встали два десятка зверей, которые могли присниться землянину разве что в кошмарах — десять барсумских калотов и столько же горианских слинов.

— Искать! — скомандовал Джон, дав им понюхать платок Контессы, и твари метнулись во все стороны, обшаривая Эмпирей. У слинов острее обоняние, зато калоты быстрее бегают.

123 ... 979899100101 ... 107108109
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх