Неправильный лич (2 часть)

Часть 2

Глава 1

Карра

Встала, потянулась. Ночь прошла спокойно. На караван никто не напал. Ночная стража кончилась вполне благополучно. Значит, можно полежать в телеге на мягком душистом сене, почитать книжку.

— Карра, завтракать будешь? — окликнул меня наш кашевар. Вообще эти обязанности по идее делились на всех поровну, но почему-то так получилось, что их выполняли только мы с Никром.

Никр был улыбчивый парень. И не скажешь, что наемник, у которого за плечами не один год сражений.

— Нет, — отказалась я, — Спать хочу — не могу.

— Тогда дуй в телегу, — распорядился парень. Я сделала вид, что послушалась. Пусть себе думает, что хочет. Мне пустяк, а человеку приятно.

Я путешествовала с караваном в южные халифаты. Мне захотелось посмотреть, каков здесь юг. Подумано, — говорить мне было некому, — сделано. Почти без проблем я устроилась охранницей в первый караван, который шел нужным мне маршрутом.

Маршрут каравана шел через Вольные баронства — именно так, с большой буквы. Это был обширный кусок земли, поделенный мелкими барончиками и даже парочкой графов. Южные халифаты находились в хроническом состоянии войны, так что правитель Средиземья — вряд ли это был Алисандр, так как Вольные баронства существовали и двадцать, и сорок лет назад, — решил, что лучше пусть Баронства приносят хоть какую-то пользу, служа буфером между Средиземьем и Халифатами.

Поучив немножко историю и географию перед путешествием на юг, пока мариновалась в приграничном городке в ожидании подходящего каравана, — я выяснила, что хоть внешние границы южного Халифата сохраняются, то внутри они постоянно меняются. Это происходит из-за того, что халифы, — правители, — постоянно ведут войны между собой за право быть "первым среди равных".

В Баронствах же было относительно спокойно. Там не делили землю — по крайней мере, не в том смысле, как этот вопрос звучит в халифатах.

В Вольных баронствах проживали мелкие барончики, которые, однако, владели достаточным количеством земли, чтобы раздавать ее своим наследникам. В результате в Баронствах постоянно царствовал период феодальной раздробленности.

В средневековье самой главной ценностью была земля: потому что на ней можно было пахать и сеять, пасти стада, в общем, обогащать себя натуральным хозяйством. Каждый человек в средние века готов был ногу отдать за кусочек земли. Этот период — когда государство разваливается на части, потому что каждый сам в своей земле хозяин, — переживали все страны, империи и прочие образования.

То же самое творилось в Вольных баронствах. Слоган Баронств был: "На своей земле я главный хозяин, царь и бог в одном флаконе; и делать я буду что захочу!" И существовала только одна проблемка. Наследники.

Земля делилась между наследниками, клочки главной ценности средневековья становились все меньше и меньше. Пока не находился умный и смелый старший сын — им обычно оставляли побольше, — и не собирал все раздробленные земли по кусочку обратно под свою руку. И из нескольких десятков маленьких баронств получалось три-четыре больших. Происходило это регулярно, и особых проблем Средиземью не несло.

Но вот купцам конечно же хотелось попасть в период, когда в составе Вольных Баронств было от двух до пяти цельных земельных владений. Почему? Пошлины. Они были завышены в три раза, к тому же на территории Вольных Баронств действовал девиз-закон: что упало, то пропало, то есть переходило в собственность владельца земли. Сами понимаете, что с такими офигенными условиями барончики повадились самостоятельно определять, чему падать, а чему нет.

Купцы обиделись. Но ведь не водить караваны раз в двадцать лет? И придумали: возьмем солидную охрану — которая заодно и в Халифатах поможет. И будем тихим сапом красться через эти гадкие баронства, а в случае нападения будем полагаться на охрану.

И вот такой охраной я и устроилась. Договор был простой: я и другие наемники охраняем вместе караван на пути через Вольные Баронства и до точки назначения в Южных Халифатах. За спокойный день нам платят сто риз — достаточно большие деньги, — в случае нападения сумма увеличивается: сто риз за каждого убитого тобой. В конце пути — в Халифатах, — мы могли продлить контракт на обратный путь.

Лично я с большим сомнением относилась к тому, как именно купцы считают убитых в бою. В запале боя как-то не обращаешь большого внимания на внешность и приметы твоего противника. Мне повезло — у меня фотографическая память, к тому же и отстоять свою точку зрения могу. А то бы ободрали меня, как в Чеховской "Размазне".

Ночью так же засчитывалась убитая нежить, буде таковая появиться. Шла она даже по большей цене, чем за человека: сто пятьдесят риз одна морда.

Все путешествие при удачном раскладе занимало около девяти месяцев — далековато, но как раз столько, чтобы градоправитель Лонна забыл обо мне.

Причем пять месяцев из девяти наш караван шел по родному Средиземью. Это я потом узнала, что караван шел от самой столицы. А перед этим сунулась с предложением наняться в охрану, когда больше половины пути было пройдено. Разумеется, меня хотели отшить, но какой-то из подручных караванщика, добрая душа, напомнил, что в пути какого-то наемника прикончили лесные разбойники. Меня попытались побить — это был своеобразный тест на воинский уровень. Я всех раскидала, даже не переходя в боевой режим. В итоге я пошла дальше с караваном, заняв место погибшего наемника.

Из тех приграничных городов, которые я знаю, мне больше всего по красоте нравился Эмпиль. Он был весь такой с башенками, с красивыми и ухоженными стенами, с подвесным мостом, — прямо и не скажешь, что город крепость! Располагался Эмпиль, однако, в очень стратегически удобном месте — река Путевая в этом месте делала изгиб, и образовался как бы природный ров. Нужно было перегородить только одну сторону, которая к тому же была обращена на север, в сторону Средиземья.

К счастью, этакую красоту с башенками защищала магия — в этом городе поселился какой-то маг. Ну и, само собой, ему не понравилось, когда однажды к нему не очень вежливо постучались в дверь и хамски потребовали выйти наружу и отдать все, что есть, целиком и полностью.

С тех пор Эмпиль имеет второй название — Злой город...

По обороноспособности же первым был Торренс, через который мы проходили с караваном. Мне это название напомнило популярный пиратский сайт скачивания... Никто не мог понять, почему я постоянно хихикаю с ностальгическим выражением на лице.

Дальше мы с караваном шли вдоль по реке Жиловке. Переходя через границу, я на самом деле убедилась, насколько грабительские пошлины в Вольных баронствах. Двадцать риз с человека! Да на эти деньги можно неделю питаться!!!

Пройдя развилку между реками, мы перестали вести себя благопристойно и почти без помех преодолели границу баронства дель Маркаб и дель Кархатена. Здесь баронства и прочие землевладения называли по имени рода, поэтому сохранялась приставка "дель".

В целом, караван пока продвигался тихо, и нас пока не заметили. Если заметят, будет больша-ая буча...

На следующий день, когда была моя смена дежурить днем, я подбежала к главе каравана, — я по-прежнему передвигалась пешком, вызывая удивленные взгляды других наемников, — и спросила:

— А почему баронство называется дель Кархатена? Что-то нетипичное название для Средиземья.

— Это все потому, что рядом Халифаты, — последовал ответ, — Иногда вольные бароны вступают в браки с выходцами юга. И постепенно род сменился. Раньше эта земля принадлежала барону дель Бёргла. Теперь, как видишь...

Я кивнула, поблагодарила за ответ и вернулась на свое место.

— Карра, я все никак не пойму, от чего ты не ездишь на лошадях? — подъехал ко мне Никр.

— Они меня боятся, — равнодушно ответила я.

— Правда? — изумился парень, — Не верю!

— Хочешь, проверим? — с нехорошей усмешкой я резко шагнула вперед и вбок, оказавшись рядом со смирной лошадкой Никра. Едва почуяв мой запах, кобылка встала на дыбы, едва не сбросив Никра и не прибив меня копытом по башке. Я быстро присела и откатилась в сторону. Вскочив на ноги, обернулась — Никр утихомиривал свою лошаденку.

— Не пойму, что с ней такое, — пожаловался Никр, — Обычно никак не реагирует вообще ни на кого, а тут такое...

Мы замолчали. Я бежала легкой рысью, соответствующей общему темпу каравана. Все же с телегами не удается двигаться быстро.

— А я слышал, что лошади бояться только нежити, — внезапно задумчиво протянул Никр.

— Никр, милый, нежити боятся не только лошади, но еще и собаки. А у меня дома пес. Волкодав. Посему заткнись и не сбивай мне дыхание! — раздраженно сказала я.

Вот только я солгала. Дышать мне не было нужно. И собаки меня недолюбливали... Впрочем, ты, уважаемый читатель, это хорошо знаешь.

* * *

Никр

Наемник перегнулся через седло и поправил перевязь своих дорожных мешков. Его не на шутку озадачило происшествие с лошадью, и он думал об этом весь этот и следующий дни.

А Карра идет себе, не обращает внимания. На самом деле бежит, но делает это с такой легкостью и непринужденностью, как будто идет прогулочным шагом.

Остался еще один день. И караван покинет территорию Вольных баронств. Все шло очень хорошо... даже слишком хорошо. Никр привык полагаться на свое чутье и опыт. И последний подсказывал: такое затишье не к добру...

— Карра, тебе не кажется, что слишком тихо вокруг? — спросил Никр, стараясь казаться беспечным.

— Ага, — весело кивнула девушка, — Я тебе по секрету скажу, только ты никому... За нами слежка со вчерашнего дня. Впереди каравана, позади и несколько человеков посередине.

— Людей, — поправил наемник, лихорадочно анализирую информацию.

— Никр, — дернула его за ногу Карра, — Сколько отсюда до замка барона дель Кархатена?

— Чуть меньше дня ездой, — без запинки ответил парень.

— Тогда чего ты трясешься? — легкомысленно улыбнулась Карра, — Стопудово, войско барона прибудет к самой границе, пошлину требовать, хи-хи!

— Карра, но как же так, — успокоиться Никр не мог, — Слежка за нами! В любой момент могут напасть те, кто за нами следит...

— Блин, Никр! Я, конечно, руководствуюсь принципом, что случай бывает всякий, но не когда уверена стопроцентно! Ну хочешь, я сниму всех следилок? — этим смешным словом обозвала девушка следящих за караваном людей.

— Хочу, — пожал плечами парень. В том, что Карра отнюдь не боится крови, а даже наоборот, он уже успел убедиться. Равно как и остальные не столь сдержанные охранники.

Была парочка случаев, когда девушку с мечами приняли за экзотическую добровольно-принудительную подстилку для оголодавших без женщины мужиков, но "подстилка" сама быстро разрешила конфликт. Первого отшитого ею она только лишь предупредила, но когда к ней полезли во второй раз, Карра озверела и стала крошить всех подряд. Прибывший караванщик разбираться долго не стал и навешал люлей всем подряд. Хотел было оштрафовать Карру за то, что она травмирует рабочую силу, но прежде посмотрел ей в глаза.

Что он там увидел, для Никра навсегда осталось тайной, но седая прядь в волосах мужчины, повидавшего за свою жизнь многое, сказала ему куда больше простых слов. С тех пор Карру старались не трогать вообще.

А на следующий день на караван было совершено нападение, и тут уж девушка расстаралась вовсю, показывая все, на что способна. Опасливое уважение окрепло и смешалось с ужасом. Теперь Карру боялись в открытую.

Никр же просто помог ей. Взял у нее котелок с водой и донес сам. Наградой стала немного неуверенная приветливая улыбка. С тех пор он старался показывать, что девушка "его". Работало, как ни странно! Бояться Карру не перестали, но градус страстей определенно снизился.

Спустя еще одну битву, когда он старался держаться ближе к Карре, прикрывая ей спину, он заметил, что кровь ей очень нравится. Если она считала, что противник гарантированно ей проиграет, она любила поиграться с ним. Нанося аккуратные удары своими мечами, так, чтобы было побольше крови, Карра с удовольствием смотрела на вид залитого красной жидкостью противника, вдыхала отдающий железом запах. Это пугало. По настоящему пугало, как пугает ночной кошмар, когда просыпаешься с липким ужасом в душе, и остается только одно желание: спрятаться, убежать, забиться в щель, чтобы тебя не нашли!

Спустя двадцать минут девушка выскользнула из леса и пристроилась рядом с Никром.

— Сделано, — доложила она, — Следилки все валяются с перерезанными горлами.

— Спасибо, — кивнул Никр, — Знаешь, теперь мне стало намного спокойнее! — попытался он сыронизировать, но получилось не очень, и он сам это понял.

До вечера все было спокойно.

Напали ночью. Сначала сняли часовых из лука. Потом множество людей вдруг высыпало из окружающего стоянку леса и стало метаться от одного вскочившего воина к другому, убивая их. Завязалась драка, все смешалось в кучу малу.

Карра куда-то исчезла в самом начале, так что Никр с удвоенным усердием вертел головой, пытаясь ее высмотреть. К девушке у него было отношение отеческо-опасливое. Вроде как обычные люди, родители, относятся к своему отпрыску-гению. Вроде и маленький, заботы требует и опеки, но умнее, чем ты сам.

Оказавшийся перед наемником мужчина взмахнул коротким мечом, а когда Никр пригнулся, подскочил ближе и стукнул его по голове круглым щитом.

В глазах потемнело, парень опрокинулся на землю. Голова закружилась и сильно заболела, навалилось странное оцепенение и растерянность.

"Шок," — отстраненно подумал Никр, — "Сейчас добьет."

Не добил. Помешала черная тень, выскочившая откуда-то сбоку. Выставив руку вперед, она заставила мужчину прикрыться щитом. Тот спустил щитом удар вскользь, вынуждая Карру раскрыться, — теперь Никр разглядел ее лицо, — но девушка быстро шагнула вперед и немного вправо, прикрывшись щитом нападающего, и пырнула его другим мечом, левой рукой. Тот вскрикнул от боли и упал на одно колено. Карра попала ему в живот.

Выдернув клинок, девушка полоснула по горлу воина. Отступив спиной к безучастно сидевшему на земле и пытающемуся унять головокружение Никру, она закинула один меч в наспинные ножны, освободившейся рукой схватила наемника за шиворот и отволокла его к ближайшей телеге. Тот начал потихоньку приходить в себя и пытался ей помочь, перебирая ногами. Но у него не очень-то получалось. К тому же Никра слегка подташнивало.

Пинком под зад запихнув парня под телегу, Карра рыкнула: "Сиди здесь!" И вновь ринулась в гущу битвы.

После побоища, окончившегося победой караванщиков, стали подсчитывать убитых и раненых. Из каравана погибло четыре человека — все, кто стоял на посту, пять легкораненых, один средней тяжести. Ну и Никр, у которого было легкое сотрясение мозга.

— Никр, ты как? — спросила девушка у наемника, когда все закончилось и караван вновь стал двигаться — плевать, что темно, могут прислать подкрепление. К тому же уже скоро заря.

— Нормально, — с трудом выдавил наемник, — Только голова болит и кружится...

— Тошнит? — деловито осведомилась девушка, что-то припоминая.

— Есть немного, — кивать Никр не стал. На любое резкое движение голова отзывалась гудящей болью.

"Я колокол," — подумал он, — "Колокол. В меня бьют колотушками. И я гужу. Или гудю? Да какая разница. Я... м-м-м... издаю звон. Надо поменьше шевелиться. А то мысли какие-то завелись непонятные..."

— Сиди и не шевелись, — приказала Карра, усаживая его на телегу, — Та-ак... — она что-то пробормотала себе под нос, держа пальцы рук у парня на висках. К удивлению Никра, тошнота медленно стала сходить на нет, и боль стала легче. Но до конца, к сожалению, не исчезла.

— Голов еще денька два поболит, — как-то устало проинструктировала его Карра, — Голову береги. Понял? А сейчас спи давай...

Глава 2

Карра

Границу Вольных баронств мы пересекли спокойно. Однако расслабляться не следовало. В Халифатах все воюют со всеми, исключение делается только на базарах и рынках, где продавалось все, что только можно было продать. В том числе и живой товар, и контрабанда, и редкости вперемешку с подделками. Всё.

Путь каравана лежал не в окраинный халифат, как я сначала думала, а дальше на юг. Караванщик хотел попасть на самый большой базар, который бывал только раз в году. Там можно было сорвать очень и очень большой куш.

Я вылезла из крытой повозки, в которой сидела рядом с Никром, у которого все еще не проходило сотрясение мозга, и осмотрелась.

Вокруг расстилалась степь. Жаркая, сухая, солнечная, до самого горизонта укрытая ковром пышно цветущих трав. Я облизнула губы. Это разноцветье недолговечное. Всего одну-две недели продлится пора цветения степных трав. А дальше ландшафт снова станет однообразным и унылым. Трава, трава и трава. Никакого разнообразия.

Спрыгнув на землю, я пошла вровень с повозкой, придерживаясь за нее рукой. Мне было неспокойно. Караванщик заметил, что я вылезла "на свет божий" и подозвал меня взмахом руки. Скоро привал, караван идет медленно, высматривая подходящее место для обеда. Почему бы и не поговорить?

— День добрый, — подошла я ближе к караванщику. Это был мужчина лет сорока, с черной густой бородой и белой прядкой в волосах, появившейся, к моему стыду, моими усилиями. Хотя... сам виноват.

-И тебе здравствовать, — степенно ответил тот, не останавливая свою кобылу, впрочем.

— Вы меня звали? — решила я подходить к сути дела.

— Что? А, да, — огладил свою бороду мужчина, — Я спросить хотел, будешь ли ты продлевать контракт?

— А не рановато ли? — не спешила я с ответом. Если честно, я не знала, продлевать мне контракт или не стоит. Вроде обратно возвращаться можно будет... да только что я там одна буду делать? Сын в академии учится, а больше у меня никого нет... Да и юг манит, притягивая обещаниями чуда, редкостей. Нашептывает на ухо вечером у костра странные истории любви, ненависти и предательства... Любят наемники байки, ох как любят!..

— В самый раз, — не согласился со мной караванщик, — Карра, я бы хотел, чтобы мы с тобой по прибытии в Халифаты контракт расторгнули.

— Почему? — поинтересовалась я.

— Во-первых, мне не с руки пользоваться услугами столь... опасной наемницы, — как-то осторожно начал караванщик, — Мои ребята тебя боятся. Общий враг сплачивает коллектив, но лучше бы тебя не было. Во-вторых, я предлагаю тебе подумать о твоей безопасности.

— Вы о чем? — насторожилась я.

— В Халифатах считают, что женщина призвана быть рабой мужчины. Там "бесхозную" девушку вполне могут взять себе в рабыни-наложницы любой желающий, — поведал мне караванщик.

— То есть вы предлагаете... — медленно начала я, и караванщик ловко закончил за меня:

— ...рассчитать тебя и отправить в Средиземье прямо сейчас.

Я задумалась.

— Увы, достопочтенный, — неожиданно соскользнуло у меня с языка это обращение, — Я отправилась с вашим караваном отнюдь не ради денег. Я направилась с вами именно для того, чтобы лицезреть своими глазами Южные Халифаты. Я хочу узнать подробнее о них. Хочу узнать, чем жители юга дышат, как и о чем они думают, хочу узнать их дух. По этим причинам я откажусь от вашего предложения.

— Ваше дело, — пожал плечами караванщик, — Я рассчитаю вас в тот же момент, как мы прибудем в Халифаты. А далее мы расторгнем контракт.

— Идет, — кивнула я. Уже уходя, повернулась и спросила караванщика:

— Все продается и покупается, да? — тот вздрогнул и внимательно посмотрел на меня.

— О чем вы?

— Да так, в голову пришло, — пожала плечами я.

Никр

Наемник сидел в повозке, страдая и наблюдая за реакцией Карры. Как и всякого мужчину, больше всего его задевало равнодушие. Черноволосая девушка сидела, низко наклонив голову и занимаясь заточкой своих клинков.

— У меня голова болит, — капризно протянул Никр. В обычное время вполне нормальный человек, во время затяжной болезни он становился просто невыносимым. Однако девушка вполне стойко переносила его потуги вывести ее из себя.

— Врешь, — равнодушно отозвалась Карра, — голова у тебя перестала болеть еще день назад.

— Карра, тебя даже злить неинтересно, — разочарованно заметил наемник. Девушка улыбнулась и повернула к нему голову.

— Поверь мне, ругаться я умею. Но не хочу, — как-то легко сказала она.

— О чем с тобой говорил караванщик? — сменил тему Никр.

— Он хотел рассчитать меня сейчас, — чуть помолчав, неохотно буркнула Карра.

— Ты отказалась, — утвердительно констатировал парень.

— Ну да, — кивнула девушка, — А что?

— В Халифатах для девушки, да и для мужчины тоже, вообще-то, небезопасно.

— Я уже знаю эту новость, — вежливо заметила Карра. Только по этой показной вежливости Никр догадался, что Карра раздражена.

— И почему же ты не возвращаешься назад? — решил прояснить для себя мотивы поведения девушки Никр.

— Тебе-то что? — огрызнулась Карра, после чего встала и спрыгнула с повозки. Никр остался в одиночестве.

Карра

Я сидела тихо и не шевелясь. Мне не хотелось тревожить спящих. Была ночь. Луна скрылась за плотными тучами. Тихо вокруг. Только трава немножко шелестит под ласковыми касаниями ветра.

А во мне медленно пробуждался голод.

Мне хотелось подойти к кому-нибудь живому, ласково коснуться шеи, плеч... приобнять, а затем укусить за шею, где пульсирует желанная жилка.

Я зримо представляла, как на шее человека появляются небольшие ранки от укуса, затем набухают кровью, и через секунду ручейки красной жидкости стекают прямо на плечо и грудь... Вкусно, наверное.

Не хочу пить кровь. Хоть немного сохранить остатки человечности. Не превратиться окончательно в нежить. Трудно удержаться...

Столько добычи рядом!.. К любому подойди и кусай — он даже сопротивляться не буде от неожиданности... Нельзя!

Я встала и вышла за пределы освещенного костром круга. Стражу можно и в темноте нести.

Напрасно я это сделала! Теперь еще больше кажусь себе нежитью, которая подбирается ночью к огням человеческих жилищ и смотрит, смотрит голодными глазами, подвывая от голода...

Полувсхлип-полувздох вырвался из моей груди. Да что ж это такое?! Лучше бы я умерла двадцать пять лет назад, чем вела вот такое вот существование совершенной, но нежити. И зачем Геральт меня создал?..

Неужели он не мог взять кого-то еще?.. Пусть кто-нибудь другой мучается, я не хочу!

Стоп! Хватит себя жалеть. Ненавижу себя за это...

А может, если я не человека... какого-нибудь кролика... или еще какого-нибудь зверька... Может, можно?

Я встала и крадучись направилась глубже в лес. Поймаю и прикончу... и кровь выпью... И меня перестанет терзать этот голод!!!

— Карра! — я вздрогнула и замерла испуганным зверьком. Повернулась.

Никр подошел ближе, так же оказавшись в полной темноте.

— У тебя глаза... светятся, — тихо проговорил он.

— Я знаю... — хрипло прошептала я. Господи, сколько в нем крови! Мне бы и половины хватило... Не буду его трогать. Нельзя...

Никр облизнул губы. В его глазах отражались красные огоньки моих светящихся зрачков. Он шагнул вперед и хрипло спросил:

— Карра, можно тебя поцеловать?

— Да... — прошептала я, закрывая глаза.

Это было восхитительно. Я пила эмоции Никра, впитывала их в себя и насыщалась энергией до отказа. Он двигался медленно, а его поцелуи были полны нежности. Это было самое вкусное, что я пробовала в своей жизни...

Он оторвался от меня только под утро. Слава богу, мне хватило разума поставить заклинание "полог", которое скрыло нас от чужих взглядов.

Я села и потянулась. Было раннее утро. Никр уснул еще два часа назад, я же сидела и смаковала ощущение сытости, которое не покинет меня еще месяца два. К моему сожалению, я использовала Никра только как добровольный источник энергии. Оказывается, такая энергия вкуснее...

— С добрым утром, — поприветствовала я открывшего глаза наемника, собирая разбросанные по земле вещи. Он молчал, не отрывая от меня взгляда.

Белье, повязка на туловище, штаны и сапоги... Рассовать по укромным места оружие, намотать на руку цепь. Куртка сверху. Я готова.

— Карра... — позвал меня Никр, садясь и смотря исключительно в землю.

— А? — я подошла и села рядом.

— Я... тебя не обидел? — с трудом выдавил Никр.

— Нет. А должен был? — с некоторым удивлением осведомилась я.

— Я вчера был слегка пьян, — сказал наемник, отводя глаза в сторону, — Мы там с ребятами выпили немного... Я мог сделать тебе больно...

— А-а-а, ты про это, — протянула я. Хм, а я даже не заметила, — Нет, ты не обидел меня. Мне было хорошо.

— Правда?

Я кивнула, встала и протянула Никру руку. Он ухватился за нее и поднялся.

— Одевайся, — кивнула я на его одежду, — Скоро караван проснется.

* * *

Больше на эту тему мы с Никром не разговаривали. Я была этому рада. Не хотелось бы объяснять, почему я вдруг накинулась на него. И так же не хотелось признаваться, что я банально подпиталась его энергией.

Никто из каравана об этом не узнал. Подумав, я решила не подчищать Никру память. Если умный, сам догадается, что болтать не нужно. Если нет — от меня не убудет.

Вскоре мы прибыли на место. Я с любопытством оглядывалась. Разумеется, мой женский взгляд первым делом выловил, в чем тут ходят женщины. Оказалось, что здесь практикуется паранджа, только разных цветов, с узорами и даже целыми картинами, вытканными или нарисованными на достаточно тонкой и легкой ткани. Впрочем, это не уменьшало того факта, что девушки были закрыты с ног до головы. Бедные, как им даже в легкой, а не глухо-черной ткани ходить в такую-то жару...

Мужчины преимущественно ходили с голым торсом, в свободных шароварах с широким поясом — вроде моих. Изредка попадались оригиналы, которые одевали жилетки или безрукавки, расшитые стекляшками — а может, и настоящими камнями, кто знает?

Цвет кожи у южан был смуглым и даже очень смуглым. Мелкие черты лица, черные брови и черные кудрявые волосы у мужчин делали их достаточно привлекательными. К тому же редко кто из южан запускал свое тело — почти все ходили с ярко выраженными кубиками пресса и щеголяли мускулами на руках и груди.

Караван наш разместился в хоммар — гостинице. Это было большое строение, в котором можно было разместиться на постой. Тут же и кормили, но за отдельную плату.

Караванщик объявил, что все желающие расчета подходят к нему сегодня, а кто хочет продлить контракт, придут завтра. Логично и удобно, на мой взгляд.

Поразмыслив хорошенько, я пришла к выводу, что лучше разорвать договор, и подошла получить свои деньги. За четыре месяца мне накапала очень и очень приличная сумма — впрочем, и услуги я старалась оказывать по высшему разряду. Узнав, что почти столько же заработали остальные наемники, я чуть ли не пожалела купца. Остановило меня только то, что на торгах он окупит эту сумму с избытком.

К моему небольшому сожалению, Никр решил отправиться в обратный путь вместе с караваном. Я же решила пока оставаться в этой хоммар, пока хоть немного не изучу порядки и местность. Все равно торги продлятся около двух недель, так что до окончательного расставания с Никром еще куча времени. А там, может, я обратно надумаю возвращаться...

На следующий день я наняла за символическую плату переводчика и путеводителя по городу в одном лице и потребовала показать мне город, а так же занялась составлением простейшего разговорника.

Оказалось, базар здесь и вправду грандиозный. Продавалось здесь всё и все, причем некоторые вещи ценились даже больше, чем человек.

Проводник объяснил мне, что белые рабы и в особенности рабыни ценятся здесь больше. И тех и других приобретают сластолюбцы, потому как для черновой работы пригодны и соотечественники. У белых же под палящим солнцем юга кожа скоро становилась загорелой, а потом и почти такой же смуглой, как и у коренных обитателей Южных Халифатов. Поэтому белых рабынь почти не выводили на солнце, а если и выводили, то укутанных наглухо.

Побывав на рабском рынке, я потребовала привести меня в книжную лавку. Купив там несколько тетрадок и письменные принадлежности, принялась усердно запоминать маршрут, дабы потом нарисовать карту.

Бродила по городу я до вечера. За это время у меня двадцать три раза пытались срезать кошелек, но меня спасало то, что он хранился у меня в женском сейфе — то бишь за пазухой, между моими прелестями. Собственно, там же я и спрятала свой плеер — мало ли что, вдруг кто-нибудь из южан позарится на непонятный "артефакт"?

Вернувшись домой поздно ночью, — нет, я бы и дальше бродила, но мой проводник устал. Настолько, что чуть ли не на коленях умолял пресветлую госпожу отпустить его домой к детям и жене, — я села на кровать и принялась усердно составлять карту. Провозившись с этим занятием до зари, я снова вышла на улицу в поисках аборигена, который хорошо знает язык.

Пораскинув мозгами, я пришла к выводу, что изучать язык путем расспросов местного сброда не вариант. Во-первых, в их лексике преобладает "феня" и матерные выражения. Во-вторых, в этом мире не редкость было разветвление языка на Высокий и Низший — то есть на первом говорили аристократы и образованные жители города, на втором — трущобные жители и крестьяне. Конечно, особых различий не было, скорее в Высокой разновидности языков отличалось произношение некоторых звуков и слов. Но ведь что престижнее-то, а?..

Посему я решила пойти в местную библиотеку — она называлась "актебар", — и поговорить с местным библиотекарем. Уж он-то обязательно должен говорить на Высоком, ну или хотя бы на литературном языке.

Пользуясь картой, я быстро нашла ближайшую актебар и, аккуратно тронув пальцем колокольчик, — этот обычай вчера я подсмотрела у горожан, — подождала секунду и прошла внутрь.

Внутри оказалось пусто и тихо. Помещение было светлым, просторным и чистым. Рядами стояли полки с книгами. Мне понравилось.

— Есть тут кто? — крикнула я, впрочем, не надрывая глотку.

— Я иду, пресветлая госпожа, — раздался тихий голос откуда-то сбоку. Я повернулась. Из неприметной с первого взгляда дверки выходил типичный житель Халифатов: среднего роста, смуглый, жилистый, узкоглазый. У него было умный взгляд и очень пластичное лицо. Это я поняла по тому как оно сначала отобразило подобострастие перед высокородным, потом в задумчивости хозяин лавки оглядел меня, и оно сменило сразу несколько выражений, подготовленных для разных типов покупателей. И наконец, так и не выбрав манеру поведения, южанин показал мне свое настоящее лицо.

— Ценю ваше мастерство, — начала я разговор, внимательно присматриваясь к выражению глаз хозяина лавки.

— Мастерство чего? — переспросил тот.

— Мастерство лицедейства, — застенчиво улыбнулась я и шаркнула ножкой, как бы в смущении.

— Проходите, почтенная мудан, — поклонился хозяин, — Меня зовут Сауд.

Глава 3

Карра

— Чем я могу услужить вам? — голос у Сауда был мягкий и завораживающий. Такое ощущение, будто черным шелком гладят по спине.

— Я бы хотела за самые кратчайшие сроки изучить язык Южных Халифатов, и желательно Высокий, — проговорила я.

— На это потребуется около десяти лет, — иронично усмехнулся Сауд.

— Я очень быстро учусь, — покачала головой я, — От вас мне нужно, чтобы вы помогли мне составить словарь-разговорник, и показали словесные конструкции. Больше ничего. Разумеется, я согласна оплатить ваш труд.

— Однако почему вы пришли именно ко мне? — задал мне вопрос мужчина.

— Я подумала, что раз вы библиотекарь... — начала я.

— Продавец книг, — с мягкой улыбкой поправил меня Сауд.

— Пусть так, — согласилась я, — Если вы продавец книг, само собой вы умеете читать и писать. И вы должны владеть высоким, литературным языком. Ведь мне не нужно запоминать трущобные ругательства, мне нужно научиться выражаться грамотно и правильно.

Я надеялась, что этим коротким монологом я смогу убедить Сауда помочь мне. Впрочем, похоже, что моя затея не увенчалась успехом:

— К сожалению, я вынужден отказать вам, — с идеальной: умеренно скорбной, умеренно сожалеющей улыбкой произнес Сауд, сплетя пальцы, — Это работа не по моей части. Возможно, вам следует обратиться к частному учителю?

Я склонила голову, принимая отказ. Ну что ж, в таком случае мне придется смириться и покинуть поле боя с максимально возможным достоинством.

— Я подумаю над вашим советом, — поднялась я из кресла, — А сейчас, к сожалению, мне пора.

И я вышла из помещения на улицу. К кому бы мне еще обратиться?

* * *

К сожалению, до вечера я так и не смогла найти никого на роль учителя. Нет, поначалу я сунулась к частным учителям, но даже одно занятие стоило от пятисот до тысячи риз. Так что не мне уда соваться. Ведь еще за постой нужно платить. Я не учитываю покупку еды, но вот место проживания мне нужно — я уже наслушалась слухов о том, что после захода солнца появляться на улицах не следует — если тебе дорога жизнь, конечно же.

Поразмыслив, я пришла к выводу, что мне ничего другого не остается, как купить себе словарь. Но я не была уверена, что в Халифатах найдутся такие книги.

Собственно, так и оказалось. Ни словарей, ни учебников — на юге практиковалось только частное обучение. Зажиточные горожане могли отвести своих детей в школу, где их обучат чтению, письму и счету, но это так же был не вариант.

Я сидела на подоконнике своей комнаты, наблюдая закат. Красиво тут. Красная краска расплескалась по всему небу, а облака, наоборот, окрасились в мягкий золотистый цвет. По противоположному краю неба протянулась пока еще узкая полоска тьмы. Однако это ненадолго. В степи темнеет быстро: каких-то полчаса, и весь город накроет пелена непроницаемого мрака, в объятиях которого будут шастать разные диковинные создания.

О да, на юге обитала нечисть. Была она, правда, другой — не привычные домовые, лешаки и так далее — все, к чему я привыкла за годы жизни в Средиземье. Я смогла различить мулю, индрик-зверя, множество базарников — мелкая нечисть, которая питается человеческими эмоциями. Обычно обитают в шумных местах и занимаются тем, что подзуживают купцов и покупателей на ожесточенный торг.

Процокал копытцами бабай — ага, я тоже смеялась, когда услышала упоминание этого национального русского кошмарика. В этом мире бабаи были относительно разумными, относящимися к семейству козлиных — так же как и фавны. Питались бабаи мясом. Сами понимаете, чьим...

Иных я и вовсе не могла распознать. Диковинные создания... Непохожие на привычную мне нежить и нечисть.

На город окончательно опустилась ночь. Взошла луна. Я улыбнулась ей, как старой подруге. Да-а, сколько ночей без сна — потому что не нуждаюсь в нем вовсе, — провел я с тобой на пару, размышляя о всяком? Бывало, иногда ты мне отвечала, подруга. Подбрасывала мысль интересную... А сколько полнолуний лежат зарисованными у меня на чердаке избушки?..

Мимо окна пробежала джинна — стройная девушка в одних лишь шароварах, с не развитой, как у мужчины, грудью, лысая и со змеившейся по спине татуировкой дракона. Она подпрыгнула и ухватилась за карниз, подтянулась и уселась рядом со мной на подоконник. Я заметила, что сквозь нее слегка — совсем незаметно, если специально не обращать внимание, — просвечивает косяк.

— Подруга, иди к нам, — широко ухмыльнулась джинна.

— А давай, — согласилась я и спрыгнула прямо вниз.

* * *

Алифа ибн Сауд

Было страшно. Впервые Алифа оказалась на улице после наступления темноты. А ведь ее папа предупреждал ее, чтобы она не выходила наружу после заката! Но нет, не послушалась, пошла гулять с подругами и проспорила желание — побывать на улице в запретные часы.

Было как раз полнолуние. А ведь даже самые маленькие дети знают, что это как раз самое вольное время для духов-ифритов, джиннов и прочих мелких бесей! В это время они становятся стократ сильней, и их почти нельзя победить ни силой, ни хитростью. Просто не успеваешь — духи успевают скушать тебя раньше, чем ты только заикнешься о том, что так нечестно.

После захода солнца Алифа сначала походила по улицам города, но никого из так любимых ребятней сказок и легенд о храбрых юношах и хитрых девушках, которые умудрялись одной лишь силой ума победить или обмануть могущественных джиннов и прогнать злокозненных бесей — а то и вовсе заставить служить себе.

"А ведь отец мой, да не закатится светило его лет, всегда говорил мне, что хитрый победит сильного только по той причине, что он от прямого удара увернется и вонзит кинжал исподтишка, в спину. Причем отравленный, " — подумала Алифа.

Около половины двенадцатого девочка стала замечать странные... тени. Они скользили по домам, по мостовой, с тихим шорохом проносились с крыши на крышу и изредка даже осмеливались опасливо до коснуться до нее, проходя совсем рядом. Их прикосновения были разными: одни обжигали как раскаленное железо, так что хотелось кричать от боли; другие наоборот — замораживали кожу так, что становилось больно; третьи вообще своими касаниями внушали панический страх и вызывали желание бежать куда подальше.

Теней становилось все больше, они стали отчетливыми и стало видно, кто резвился на улицах ночного города. И самое страшное — эти существа больше не стеснялись присутствием человека! Они уверенно подходили к ней и трогали, гладили по волосам, брали за руки и насмешливо улыбались. Эти улыбки были разными: одни насмешливые, другие презрительно-удивленными, некоторые были немного сочувственными, но большинство было удовлетворенными.

После каждого подобного "приветствия" Алифа ощущала, как теряет часть сил. Она не знала доподлинно, что с ней делают духи, но смутно догадывалась об этом.

Девочка не знала, что если она останется на улице еще хотя бы на полчаса, то ее уже не выпустят. Нечисть высосет ее до капли, и утром найдут высохшую оболочку. Пока же... ей давали время уйти. Все же она еще дитя... Хотя какая разница тому же волкодлаку, кого жрать — ребенка, взрослого или даже ведьмака, который призван бороться с тьмой?

Интуитивно Алифа старалась избегать прикосновений бывших теней — уже бывших, потому как теперь она отчетливо различала, кто к ней подходит, кто носится по улицам, весело гикая, а кто шебуршится в мусорных кучах, доедая труп какого-то трущобного жителя, который не смог найти укрытие до темноты.

Очередной дух, возжелавший подержать ее за руку и потрепать по волосам приблизился к ней, смотря голодными глазами. Подумав, девочка отнесла его к ифритам. Отступая задом, она прижалась спиной к стене.

Ифрит подошел и протянул свою руку с ужасными когтями, черными и блестящими в свете луны, загнутыми, словно серпы. Алифа с необыкновенной отчетливостью поняла, что хочет жить. Очень хочет, а сейчас умрет.

Осознав это, девочка с неожиданной быстротой пригнулась и метнулась вбок. Возмущенный возглас ифрита, от которого так нагло убежала добыча, полетел ей вдогонку. Но напрасно она думала, что если отбежит подальше, то он отпустит ее. Дух пошел за ней.

— Иди сюда!!! — крикнул он ей в ярости. "Видимо, он очень голоден," — отстраненно подумала Алифа, переходя на быстрый бег. Это было ошибкой. Теперь дух загонял ее. Загонял свою законную добычу.

По негласному закону ночного города, от духов нельзя было убегать. Убегающий человек считался безоговорочной добычей того, кто его догоняет. Если он по какой-то причине стоит на месте или идет шагом, то его могут скушать все, кто захочет. Можно даже улизнуть — при определенном везении, конечно. А вот Алифа теперь стала главным блюдом ифрита. И никто даже из гастрономических побуждений за нее не вступится.

Дыхание сорвалось через две минуты, в боку заболело, а ноги стали свинцовыми. Алифа ощущала себя загнанной дичью. А вот ифрит был силен и свеж, только еще более голодными стали глаза.

"Мне конец," — обреченно подумала девочка. Никаких иллюзий она уже не питала.

— Эй! — крик отвлек не только девочку, но и духа, который прогулочным шагом шел за ней. Ифрит остановился, недоуменно рассматривая полуголую джинну, которая несколько натянуто улыбалась и махала ему рукой. Он стал медленно закипать. У него из под носа уводят добычу, когда он почти поймал ее!

Внезапно взгляд у ифрита стал недоуменным, он опустил взгляд ниже, на свою грудь. Алифа остановилась и, не выдержав, согнулась пополам, уперевшись в последний момент руками в колени — иначе бы она упала в пыль.

Послышался сочный звук, как будто кто-то с размаху вонзил нож в какой-нибудь фрукт. Ифрита шатнуло, он так же недоуменно пялился на свою грудь. Он стал медленно поворачиваться, но вслед за ним повернулся и кто-то за ним, стала видна черная куртка и короткая стрижка. Пока не понять было, мужчина это или девушка.

Он замахнулся мечом, который держал обоими руками и еще раз с неприятным хрустом вонзил лезвие в спину ифрита. Тот пошатнулся и начал падать.

Этот кто-то не стал давать противнику шанса подняться и сразу начал рубить голову. Это выглядело отвратительно. Наконец рогатая башка ифрита, сидящая на толстой шее, отвалилась и, глухо стукнувшись о землю, покатилась по мостовой. Алифа упала на четвереньки и ее вырвало от отвращения.

— Ну-ну, тихо, — вытерев меч, незнакомый воин направился к девочке. Та скорчилась, дрожа от ужаса и отвращения. Подняв голову, Алифа увидела, что воином, убившим ифрита, оказалась черноволосая девушка. Она спокойным, внимательным взглядом изучила скорчившуюся девочку, потом достала из кармана платок и вытерла Алифе лицо.

— Тебя бы умыть еще... ну да ладно, и так сойдет, — пробормотала она себе под нос.

— Ты в своем уме?! — зашипела подошедшая джинна — та самая, что махала рукой, отвлекая ифрита, — Ты же отняла законную добычу!

— Была его добычей, стала моей, — хладнокровно пожала плечами черноволосая, — Мне, в-принципе, эта девчонка не нужна... но совесть, дура такая, покоя не дает! — утомленно-раздраженно рявкнула девушка, одним движением подхватывая пискнувшую Алифу на руки, — В любом случае, у вас тут что, специальная стража на это дело есть? — полюбопытствовала черноволосая, встряхивая короткостриженой головой, — Не пойман — не вор, а здесь, кроме нас, никого нет. А ты, дорогая моя, либо будешь молчать, либо замолчишь навсегда. Уж поверь, моих сил хватит на то, чтобы упокоить джинну!

— Верю, — тихо бросила джинна, исподлобья рассматривая невозмутимую и уверенную девушку.

— Как тебя зовут? — обратилась к девочке черноволосая.

— Алифа ибн Сауд, — с достоинством ответила та. Ее отец был достаточно известным человеком — ведь он имел самую большую книжную лавку в городе! У него не стеснялись покупать книги и для родов халифов!

— Хм... — протянула девушка, — А где ты живешь, девчушка?

Карра

Воздух пьянил. Нет, разумеется, я не дышала, но было в царившей здесь атмосфере что-то такое... пьянящее, терзающее самые потаенные струны, заставляющее забыть о предрассудках и отдаться только одному настойчивому желанию...

— Это еще что, — усмехнулась джинна, заметив мое нервозное состояние, — К концу ночи здесь даже, бывает, такой разврат устраивают... Я стараюсь к тому времени уйти.

Я кивнула. Да, всякое возбуждение хорошо в меру. Одно дело, когда тебе хочется бегать, носиться по крышам домов, залитых лунным светом, другое — когда просыпается желание разорвать чью-нибудь глотку и вдоволь напиться крови.

Несколько часов кряду я бегала, прыгала, скакала с крыши на крышу, захлебываясь смехом и ликующими воплями. Иногда я пересекалась со знакомой мне джинной, но почти не обращала на нее внимания. Меня захлестывало безудержное чувство веселья... "А все-таки есть своя прелесть в шабашах," — отстраненно подумала я, останавливаясь и с любопытством наблюдая за охотой, которая разворачивалась прямо у меня перед глазами.

— Кто это? — набегавшись к середине ночи, я постепенно успокаивалась. Джинне же хотелось еще, ее глаза пылали жадным блеском.

— Это? Дух, ифрит, — равнодушно пожала плечами та.

— А это?

— Человечка какая-то, — еще более равнодушно, даже не взглянув, со сдержанным раздражением проговорила джинна. Мол, можно еще повеселиться, так чего я о таких глупостях спрашиваю?..

— Отвлеки этого... ифрита, — приказала я, прикидывая, какие уязвимые места могут быть у этой махины.

— Как?! Это же... — вытаращилась на меня джинна.

— Как хочешь, — равнодушно заключила я, провожая пробегающую мимо девчонку взглядом и аккуратно заходя за спину вальяжно проследовавшему за ней духу.

Ифрит выглядел как довольно крупный и сильный мужчина, с ярко-красной, будто только что в крови искупался, кожей. У него были черные когти на руках, весьма неудобные, на мой взгляд — слишком длинные. Присутствовали так же клыки. Ну и довершала картину толстая черная коса до пояса. Одет дух, кстати, был только в одни лишь шаровары и сапоги. Что у них тут, мода такая — полуголыми ходить?

Не долго думая, я вонзила ему лезвие меча прямо в спину. Что значит "неблагородно"?! Действенно — и это главное!

Пришлось еще несколько раз тыкать ифрита лезвием меча, прежде, чем он соизволил бухнуться на землю. Тогда я методично принялась отрубать ему голову. Девочка, ради которой, я, собственно, и трудилась, в ужасе пятилась от меня, потом согнулась, и ее стошнило. Ну ничего, бывает — желудок слабый, неприспособленный к крови и кишкам наружу... Хотя какие тут кишки...

Меня-то вид отрубленной головы или вывалившейся требухи не пугает с тех пор, как Геральт начал натаскивать меня на реальных противниках. Я очень смутно помню то время, что провела под воздействием ошейника, иногда всплывает какой-нибудь кусочек... Иногда неприятный, а иногда просто отвратительный...

— Как тебя зовут? — подойдя к девочке, я оказала посильную помощь — вытерла ее платком. Дала бы и попить — но нечего. Сама не пью почти, так что не ношу с собой фляги — многие наемники предпочитали в любом месте и в любое время таскать с собой "минимум выживания". В него входила фляга с водой, кремень и кресало, нож и оружие — желательно. Так же многие держали моток тонкой веревки — если попадет в лес человек, ему хоть будет из чего силки связать. Остальные вещи были важными, но и без них вполне можно было обойтись, например котелок и трут.

Узнав имя девочки, я так же не поленилась узнать, где же обитают ее безалаберные родители. Заодно отвадила от себя джинну. Она была... м-м-м... малость труслива и малодушна. Эти качества автоматически исключали ее из круга моих знакомых.

Так как самостоятельно передвигаться без остановок Алифа — так звали девочку, — смогла бы явно нескоро, я подняла ее на руки и направилась... в хоммару. Ну да, я направилась в свой номер, причем быстро.

Это решение было продиктовано чисто из опасения: "Мало ли что..." Вряд ли я и Алифа вместе походи на картинку нежити, загоняющей свою добычу. Так что по определению вызовем подозрения и косые взгляды. Да и глупо шастать по ночам в компании маленького ребенка. Верну утром.

К тому же где-то на дне души шевелилась гаденькая мыслишка о том, что поделом родителям этой девочки — чтобы следили за ребенком получше.

Глава 4

Карра

В данный момент я испытывала чувство дежавю. Стоя перед подозрительно знакомой лавкой и сжимая ладонь Алифы, я пристально разглядывала входную дверь, пытаясь понять, с каких пор я стала такой тупой, чтобы не заметить того, что фамилия девочки просто кричит о том, что она дочь знакомого мне библиотекаря?

Вздохнув, я протянула руку и притронулась пальцем к колокольчику. Тот отозвался мелодичным звоном.

Ничего. Тишина. Толкнув дверь, я поняла, что она заперта. Подождав минут пять, мы с девочкой переглянулись и пришли к одному выводу. Пожав плечами, я взглядом показала на дверь. Ее взгляд выразил сомнение, но она послушно кивнула — мол, попробуй.

Я хлопнула рукой по колокольчику, не скрывая раздражения. Тот протестующе звякнул, мне пришлось потрясти его хорошенько, чтобы эта игрушка выдала хоть какое-то подобие нормального звона. И опять никакой реакции.

Я пробормотала себе под нос ругательство на русском. Да где этого... где его носит?! У него дочь пропала, а он шляется где ни попадя!

Нет, я могла еще постучать сапогом или кулаком, но, подумав, я решила просто аккуратненько выломать дверь— чтобы ее можно было восстановить.

— Алифа, ты не против, если я дверь выломаю? А потом мы подождем твоего папу внутри, — решила я все-таки проявить подобие вежливости и заручиться согласием второй хозяйки дома.

— А что нам остается? — рассудительно решила Алифа, — Ломай. Но, может, ты просто вскроешь замок?

— А твой папа дверь на засов не запирает? — спросила я.

— Нет, у нас замок хороший.

— М-м-м... Боюсь, не получится — у меня нет специальных отмычек. Придется ломать, — подумав, прикинула я. Даже заколки никакой нет, вот жесть!

С дверью я справилась с третьего раза. Нет, с петель я ее не снесла, своими ударами я просто выломала кусок косяка в том месте, где находился замочный штырь. Открыв малость — совсем чуть-чуть! — перекосившуюся дверь, я прошла внутрь, взяв по пути Алифу за руку.

— Есть кто дома? — на всякий случай гаркнула я. Разумеется, мне никто не отозвался, но спросить надо. Мало ли, вдруг отец Алифы просто от горя накачался вином до самой макушки и дрыхнет где-нибудь...

— Вы, может, кушать хотите? — Алифа притворила дверь и по-хозяйски прошла на кухню.

— Нет, спасибо, — спохватилась я, вспомнив, что не накормила девочку, когда мы пришли в хоммару. Хотя когда мне — я сразу ее уложила спать, потому что от усталости Алифа просто свалилась с ног, едва я поставила ее на землю. Но это все оправдания... могла бы и утром ее покормить.

— А я поем, — заявила Алифа с каким-то вызовом. Я подумала, что она никогда не забудет прошедшую ночь. И о том, что теперь девочка явно не будет бояться страшилок и сказаний о духах и демонах.

— Мне уйти? — прямо спросила я.

— Нет, останьтесь, — покачала головой девочка, — Я видела вас, когда вы приходили к моему папе. Может, он сделает то, что вы просили.

— Ты знаешь, что я просила его сделать? — спросила я.

— Нет, — покачала девочка, сооружая себе бутерброд.

— Я просила его помочь мне в изучении вашего языка, — проговорила я, — Почему он отказал мне? Я предлагала ему плату.

— Моя мама была учителем, — с небольшой паузой произнесла Алифа враз погрустневшим тоном, — Она умерла семь лет назад.

— Прости, — тихо прошептала я.

В этот день больше никаких изменений не произошло. Сначала я просто сидела с Алифой на кухне, развлекая и себя, и ее разговорами. Спустя полчаса я попросила показать мне буквы алфавита. Девочка не отказала. Запоминала я все очень быстро, поэтому через час мы перешли к произношению. Вскоре Алифа просто диктовала мне разные слова на языке южан, я тщательно записывала их на языке Халифатов, потом писала транскрипцию и, наконец, перевод. За несколько часов мой словарь пополнился изрядным количеством слов и выражений.

К вечеру никто в доме не появился. Алифа попросила меня не уходить в хоммару и дождаться ее отца в доме. Я подумала и согласилась: мало ли что, вдруг кто в дом ломиться станет? А тут я, с топором наперевес... Ну ладно, не с топором, а с мечами, но смысл тот же.

Уложив девочку спать, я сидела внизу, в помещении с книгами, и повторяла изученное за день. Шепотом произнося незнакомые слова, я так же не забывала прислушиваться к ночной тишине. Это происходило почти без моего внимания, машинально: я просто перешла в боевой режим. Я давно уже заметила, что в нем я усваиваю новую информацию гораздо лучше, чем в обычном состоянии. Наверное, это происходило потому, что боевой режим предназначен для действиях в экстремальных условиях. То бишь активизируются все доступные резервы организма, в том числе и умственные.

Раздались шаги. Я резко вскинула голову, и, услышав тяжелую, шаркающую, как у глубокого старика походку, неслышно встала и замерла слева от входной двери. Свечи мне были не нужны — ночное зрение еще никто не отменял, и прелести виденья в темноте — тоже. Поэтому вошедший окажется в полной темноте, и его глаза не сразу привыкнут к мраку комнаты. Вспомнив, что мои глаза светятся красным, я прикрыла веки, продолжая смотреть на мир сквозь щелочки между веками, еще и прикрытые ресницами.

Странно, что-то неправильное слышалось мне в походке. Так мог ходить столетний старик, но никак не достаточно молодой мужчина — ведь это должен быть Сауд, если только... Но ведь Алифа не говорила ничего о том, что к ним могут прийти незваные гости. Стало быть, оглушим гостя и расспросим.

Только тихо надо будет это сделать, аккуратно. чтоб девочку не разбудить. Я вытащила из наспинных ножен меч и прокрутила в руке, прислушиваясь к тому, как скрежещет ключ в замке. Он что, дурак, этот ночной визитер — не видит, что ли: дверь сломана?!

Дверь с противным — и, главное, очень громким, — скрипом распахнулась и внутрь шагнул человек. По сторонам он даже не смотрел. Я удовлетворенно улыбнулась и аккуратно тюкнула его гардой меча по затылку. Тут главное — не переборщить, а то так даже сотрясение мозга можно заработать.

Человек пошатнулся, — похоже, он вообще не ожидал, что на него могут напасть, — у него подогнулись колени и он упал ничком. Послышался отчетливый хруст. Он что, себе нос сломал?

Я пожала плечами — его проблемы, в конце концов. Разговаривать это почти не мешает — по крайней мере, не мне, — посему лечить не буду. Не убирая меч, я взяла его левой рукой, — слава Богу, что я обоерукая! Хотя и так пырнуть мечом очень даже можно, — а правой перевернула человека на спину. Внимательно изучив его лицо, я смачно выругалась. Догадываетесь, кто это был?!

Глава 5

Карра

Сижу и мрачно изучаю пока не пришедшего в себя Сауда. Нос я ему подлечила — жалко де... дурака все-таки. Чего приперся, спрашивается?! Вот и получил.

Я конечно, сейчас несправедлива по отношению к Сауду. Но, блин!.. Я, может, уже план допроса составила, а тут приходит сам виновник всей ситуации и получает от меня в затылок! Ну и по носу — от пола, но тут я не виновата, честное слово! Ну почти...

Хотя чего я его жалею? Сам заслужил, сам и получил. Не уследил за ребенком, получил шишку на затылке... Но, видимо, судьбе показалось мало — за совершенных грех она наградила раба Божьего Сауда еще и сломанным носом... Тьфу, о чем я думаю?!

Мужчину я перенесла на диванчик. Негоже ему валяться на полу — он деревянный, жесткий и холодный. Это во мне человеколюбие сейчас заговорило. Я закинула ногу на ногу и принялась штудировать изученные за день слова и алфавит языка Халифатов.

Сауд ибн Аббас

Сауд заворочался и застонал сквозь зубы. Голова болела, но не сильно. Открыв глаза, он ничего не увидел. Темнота. Неужели он ослеп?!

Однако постепенно зрение привыкало к мраку и мужчина понял, что он всего лишь находится в полной темноте. Знать бы, кто его заботливо перенес на диван... в его собственном доме. Ну да, это та комната, где он хранит книги и принимает покупателей. Что это значит?

Сауд сел и вздрогнул, наткнувшись взглядом на два красных, как угли огонька напротив. Они были небольшие, со бусину размером, круглые. Зависнув неподвижно в воздухе примерно на уровне его лица, эти огоньки пристально изучали сидящего перед ними человека.

Сауд осторожно поднялся и отступил на шаг назад. Ничего не произошло, и тогда он стал отступать к входной двери. Кто знает, какая нечисть пробралась к нему в дом?

Внезапно огоньки взлетели повыше и направились к нему. Он попятился быстрее, но красные точки перед его лицом сделали рывок вперед и темнота, казалось, сгустилась, стиснув его руку железной хваткой.

— Куда собрался?! — прошипела темнота женским голосом. Дернув Сауда на себя, темнота — на самом деле это должна быть женщина, но Сауд по прежнему не видел контуров ее тела, — невидимая гостья швырнула его на диван, на котором Сауд недавно "отдыхал".

— Сиди здесь, — прошипела женщина. Красные огоньки, — должно быть, это были зрачки, — отдалились и пропали. Но Сауд не осмеливался подняться и вновь предпринять попытку к бегству.

Раздалось какое-то шебуршание, затем приглушенное ругательство. Ворчливым тоном незнакомка поминала Сауда и всю его родню за то, что здесь не найти спичек и свечей. Что она имеет в виду?

— Где у тебя свечи? — Сауд даже сначала не понял, что это к нему обращается незнакомка.

— Они слишком дорогие, у нас их нет, — отозвался мужчина, — Давайте я разожгу камин.

— Ты ни... ничего не видишь в темноте, — чуть запнулась, проглатывая ругательство, девушка — Сауд понял это по голосу, — А жаль. Тогда бы вообще не пришлось бы возиться... Лучше уж я поколдую...

Пробормотав себе под нос непонятное слово, девушка приблизилась. На ее руке стал разгораться небольшой шарик теплого желтого света. Сначала очень тусклый, потом он стал ярче, и наконец высветил силуэт стройной высокой девушки. Ее лицо Сауд сразу же узнал. Но теперь на нем не было безмятежного спокойства, которое он видел раньше. Теперь на лице девушки были написаны эмоции, и это оживляло его. До этого бледноватое личико красавицы — а ведь она была красивой, эта девушка, — казалось, принадлежало... трупу, как это не кощунственно прозвучало бы.

— Меня зовут Карра, — представилась недавняя гостья Сауда, — я надеюсь, мое лицо вы еще помните. А то так и не познакомились полноценно.

— Что вы делаете в моем доме? — Сауд встал, чтобы оказаться наравне с девушкой. К тому же, его с детства приучили к правилам вежливого обхождения с дамами.

— Я? — наигранно удивилась "дама" — Я всего лишь жду одного не слишком радивого отца, который позволил своей дочери выйти на улицы города после заката солнца.

Сауду показалось, будто ему врезали под дых. Он задохнулся от страха. За прошедший день эмоции несколько притупились, но боль от потери дочери — ведь никто из тех, кто выходил из дома после заката солнца не вернулся, — все равно продолжала подтачивать Сауда изнутри. И вот теперь эта наглая, бесцеремонная девка словно специально ковыряется пальцем в ране.

— Подите вон! — не в силах сдерживаться, крикнул Сауд, — Как можете вы осуждать меня? У вас даже детей нет наверняка! Вы думаете, я не боюсь за нее? Да с тех самых пор, как Алифа, солнышко мое, пропала, я ищу ее по всему городу! Хотя скорее уже не найду... — потухшим голосом закончил свою вспышку ярости Сауд.

— Хм, — покачала головой Карра, — Насчет детей: у меня взрослый сын, так что можете быть спокойны. Насчёт вашей дочери — можете сказать мне спасибо. Пойдемте наверх, — девушка схватила мужчину за руку и потащила по лестнице наверх, где была комната его дочери.

— Вот, — шепотом произнесла Карра, открыв дверь и вталкивая Сауда внутрь, — Только тихо...

Мужчина сначала оторопел, потом сделал несколько неловких шагов ставших вдруг негнущимися ногами. Он раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но слова не могли протолкнуться сквозь перехваченное спазмом горло. Он резко опустился на колени возле кровати мирно спящей девочки, как будто ему подрубили сухожилия.

— А... Алифа, девочка моя... — запнувшись, прошептал Сауд.

— Насмотрелся? — спустя минуту ядовито прошипела Карра, — Пошли вниз, там поговорим.

Сауд тяжело поднялся, но горе уже начало потихоньку отпускать его. Плечи, ранее сгорбленные и придавленные к полу неимоверной тяжестью потери, расправились, с лиц стала уходить печать обреченной скорби и печали.

— Значит, ребенка я тебе вернула, — подытожила девушка, легонько толкая его в грудь так, чтобы он мягко упал на диван, — Половина задачи выполнена.

— А вторая половина? — поинтересовался Сауд, наблюдая за Каррой, которая устроилась напротив в кресле, положив руки на подлокотники и выпрямив спину так, что походила на королеву. Разумеется, у южан не было королей и королев, а был только один правитель — халиф, и его наложницы. Была Драгоценная наложница — самая старшая, Золотая наложница — рангом пониже, Хрустальная и Медная.

— Вторая половина — стребовать с тебя нужную мне услугу, — перешла на ты Карра.

— Ты по-прежнему хочешь учиться нашему языку? — Сауд уперся локтями в колени, сцепив руки.

— Да, хочу, — твердо повторила девушка, — Ты б знал, как скучно — жить почти вечно, и ничего не делать...

— Что значат твои слова? — напрягся мужчина.

— Ничего для тебя они не значат, — отмахнулась Карра, — Так что ты решил? Есть ли у тебя совесть, а? — она странно усмехнулась.

— Хорошо, — покорно склонил голову Сауд, — я обучу тебя нашему языку. Ты будешь жить в моем доме, есть со мной одну пищу. Взамен того, что ты спасла мою дочь, — медленно проговорил он, рассматривая не меняющееся на протяжении всего монолога мужчины лицо девушки. Странная она... но пока он видел от нее только добро. А если что-то не так пойдет, то он может сходить к своему ближайшему соседу и купить кое-какие мелочи... так, водичка, намоленная разными жрецами, пара амулетиков... ничего серьезного...

Но все же он узнает, кто она такая. Даже если он пригласил эту девушку в свой дом, то это не значит, что он стал полностью ей доверять.

— В-общем, я берусь тебя учить, — подвел итог Сауд, прикрывая глаза веками, чтобы Карра не увидела хищных огоньков в его глазах.

Прошло два месяца

Карра

— И как будет звучать фраза "Рада познакомиться с вами, почтенный рогель Саид"? — Сауд потер переносицу. Я усмехнулась. За два месяца я достигла изрядных успехов в изучении южного языка. Ночью я предпочитала не впадать в транс, а повторять изученное за день или даже изучать новое.

Хотя я даже не совсем понимала, впадаю ли я в транс. Это полезное качество я открыла случайно: просто у меня как-то получилось соотнести отдых и монотонную зубрежку глаголов. Очнулась я только утром, когда раздались шаги вставшего Сауда. Он застал меня сидящей скрестив ноги, с отсутствующим лицом и просвечивающими даже сквозь кожу век красными зрачками, тихонько бубнившую себе под нос глаголы.

По словам Сауда, тогда вид у меня был жутковатый.

— Фурса саида, Сауд мух-тарам, — улыбнулась я, делая быстрый жест кончиками пальцев. Это был знак приветствия, означающий, что вы рады видеть старого знакомого.

— Не паясничай, — отозвался мужчина, не поддержав мою маленькую шутку, — Ты прочитала те книги, что я тебе дал?

— Да, конечно, — кивнула я. Сауд дал мне неделю назад три не слишком больших книжки, шрифт в которых был крупным и разборчивым, наказав прочитать их за неделю, иначе он во мне крупно разочаруется. Я добросовестно прочитала их еще три дня назад, а оставшееся время употребила на чтение гораздо более интересных вещей: например, легенды и сказания Южных Халифатов.

Это была книжка гораздо сложней, мне пришлось с ней помучиться. Собственно, еще и сейчас мучаюсь. Я решила пока не говорить Сауду о том, что малость опережаю программу обучения. Оно мне надо? Задаст еще что-нибудь неподъемное, а мне мучайся, буковки разбирай... К тому же, стыдно признать, но эту книгу я взяла из его личной комнаты, а это уже воровство. Так что не стоило наживать себе лишний геморрой, лучше потом просто верну книгу на место...

— Вот и напиши мне примерный пересказ каждой из них, — ехидно улыбнулся Сауд, протягивая мне стопку пустых листов и перо с чернильницей. Я насупилась, но послушно стала писать. Сам Сауд заварил себе чай и стал читать книгу, изредка поглядывая на меня.

Руки машинально выводили незнакомые — но уже привычные, — буквы, а разум тем временем, если честно, витал в облаках. Я все думала о легендах и сказках Халифатов. Там довольно много раз встречалось упоминание различной нежити и нечисти. Описания были пугающе реалистичны, а способы, какими герои расправлялись с нежитью, пугали даже меня. Прикинув сказки на реальную жизнь, я пришла к выводу, что некоторые "рецепты" подействовали бы и на меня.

Вообще, эта книга была скорее бестиарием, чем сборником старинных легенд. На полях были записаны комментарии некоторых читателей, и они были весьма странными. Например, рядом с историей о том, как храбрый батыр победил джинна, было записано: "Крайне быстр. Уязвимое место — сердце, кол-вом 2. Возможно, подействует серебряное напыление? Проверить" — последнее слово было подчёркнуто дважды.

Или еще один, он касался призрачной орды — что-то вроде армии зомби, которые восставали каждые сто-двести лет и принимались крошить всех направо-налево. На этот раз он занимал гораздо больше места и неизвестному автору этого комментария пришлось вложить лист чистой бумаги. Там было написано:

"... Несмотря на то, что эту армию называют "Призрачной ордой", настоящих призраков она напоминает весьма мало. Скорее, это просто заложные покойники, которые могут восстанавливать свои тела несколько чаще, чем остальные.

Как известно, местом гибели "Золотой орды" — ныне Призрачной, — был Манихолм. Теперь же там располагается обширное захоронение, — хотя на самом деле никто не хоронил павших там воинов, — называемое "курган Мертвая голова". Между прочим, курган на самом деле напоминает отрубленную голову.

Так вот, эманации смерти около Манихолма были столь сильны, что образовавшимся заложным покойникам удается восстанавливать свои тела за сотню-другую лет., а не за двести-триста, как в Средиземье либо в Сильвии и Плиаде. В Таннии заложным требуется всего лишь двадцать-тридцать лет для восстановления тела, а на территории Восточных Халифатов заложные покойники вообще поднимаются каждую весну. Связано это, видимо, с обилием носителей магии смерти и с количеством магических источников. Всем известно, что именно на востоке растет Цветок Жизни...

Все это дает основания предполагать, что Призрачная орда является не нашествием призраков, а нашествием покойников, одержимых своим последним желанием — убивать всех на своем пути. По имеющимся у меня данным, в бывшей Золотой Орде имелось достаточно много берсеркеров — воинов, способных впадать в боевой транс..."

На этом запись заканчивалась. Я оторвалась от воспоминаний и проглядела свою работу. Ага, закончила. Слава трансу!

— Сауд, я готова, — невозмутимо известила я мужчину, — Сауд? — я оглянулась. Никого рядом со мной не было. Я встала и аккуратно сложила исписанные листы в стопочку, закрутила чернильницу крепко-накрепко, поставила сверху и рядом положила перо.

Ступая очень тихо, я прошла на первый этаж и заглянула в дверную щель, которую Сауд специально оставил для меня. Это я поняла по тому, что как раз сейчас мужчина принимал покупателей.

Я неслышно отошла от двери и направилась обратно. Кто знает, на сколько это затянется, а вот то, что я так влеклась, что не заметила звона колокольчика у входной двери, меня огорчило и насторожило. Надо бы позаниматься физической подготовкой. Мало ли, вдруг я навыки утрачиваю? Тьфу-тьфу.

Я забралась на диван и села, скрестив ноги. По дому я ходила босой, в одних лишь штанах и повязке на грудь. На улицу я выходила редко, потому как помнила слова караванщика, который хотел спровадить меня из охраны до того, как мы вступили в Халифаты. Ни к чему людЯм глаза мозолить.

Разумеется, я не жила нахлебницей. Еще в первый день, не спрашивая у Сауда согласия, я взяла тряпку и ведро и как следует отскребла его дом от пыли. Нет, он не был совсем запущенным .но было видно — живет одинокий отец. Теперь не было. Теперь я вообще взяла все хозяйственные заботы на себя, отплачивая этим за ночлег и обучение. Кушать-то мне не хотелось...

Я вернулась в свои мысли. Обдумывая странные комментарии на полях "Легенд", я уцепилась за другое воспоминание. В этой книге было довольно много упоминаний о Цветке Жизни. Я даже нашла легенду, которая была связана с ним. Мол, есть такой цветок — вроде Каменного из "Хозяйки Медной горы" Бажова. По легенде, если прийти к нему с человеком, и он скажет, что любит тебя и готов жизнь отдать за тебя, то цветок заберет его жизнь и тело, а взамен наделит тебя бессмертием. при этом автоматически излечивались любые раны и повреждения.

Не знаю, правда ли это. Обычно в сказках Цветок жизни упоминался в контексте добровольного пожертвования во имя любви. Герой или героиня приносили своего умирающего или уже умершего возлюбленного к цветку, говорили нужные слова — цветок, как и было обещано, оживлял любимого. Тот, в свою очередь. клялся в любви — и цветок оживлял главного героя. В результате счастливый конец и любовь до гроба.

Я так поняла, что когда слова звучали одновременно, происходил парадокс и цветок клинило. В результате у главных героев получалось его обдурить.

Я серьезно задумалась над перспективой. Сомнительно, конечно, даже вообще существование этого цветочка, но если в комментариях написано о том, что он существует на востоке, в Халифатах... то у меня появляется шанс. Шанс снова ожить. Стать нормальным человеком, пусть и слабой девушкой, без магии и без впечатляющей силы. Но зато... зато я снова стану живой.

Ну что ж, вторую цель на будущее я уже определила. Язык южан я уже наполовину выучила. Доучу, и буду искать информацию про этот цветок.

Пару неделями раньше

Дантос дель Артар

Дела у вельможного лича обстояли из рук вон плохо. Разложение уже перекинулось со спины на остальные конечности, достигнув даже головы. Теперь Дантос представлял собой классический образчик нежити, прямо из учебника ведьмаков и некромантов взятый, то бишь: полуразложившийся труп, от которого воняло жутко, со злобно горящими красным светом глазами, скрежещущий при малейшем движении голыми костями. К тому же скоро Дантос мог лишиться дара речи: начинали гнить голосовые связки.

Пока что лич еще мог передвигаться, хотя некоторые мышцы и связки ему пришлось заменить магическими имплантатами.

Хуже всего было то, что при этом Дантос во всех подробностях ощущал, как разлагается его плоть, полностью прочувствовал боль разрушающегося тела. И при этом лича преследовал постоянный, невозможный голод.

Только теперь Дантос полностью понял, насколько комфортным было его существование. Хочешь подпитаться — пожалуйста, любая служанка в замке осведомлена о... скажем так, вкусах хозяина. Хочешь заниматься магией — пожалуйста, тебе не нужно экономить резерв, потому как опять таки любая служанка...

Теперь же, как говориться, лафа закончилась. Разумеется, Дантос по прежнему оставался градоправителем, но он уже начинал искать себе преемника. Будь проклят день, когда он кинулся на эту девку! Если бы он не совершил глупость, то уже был бы здоров, а ненавистный отпрыск Иллусков оказался бы в могильной яме.

Хотя он все еще искал эту целительницу. Однако теперь ему мог бы помочь разве что могущественный некромант. Но из чистого упрямства... нет, из чистой упертости! — Дантос продолжал поиски... наверное, чуда. Потому что он чувствовал, что только чудо уже может ему помочь.

— Господин, — постучали в дверь, — У меня для вас новости.

— Входи уже, Тор, — устало вздохнул градоправитель Лонна.

— Знаете, похоже, у вас есть еще шанс, — подойдя ближе, доверительно произнес вампир, — Я услышал упоминание о нашей целительнице.

Лич мгновенно обратился в слух и замер на месте с неестественной неподвижностью. Неестественной для живого...

— По слухам, в приграничном городе была замечена странная наемница — черноволосая, бледнокожая, с двумя мечами за спиной. Искала караваны, которые направлялись в Южные Халифаты. В вольных баронствах она покрыла себя не слишком приличествующей для девушки славой — одна перебила половину отряда барона дель Кархатена, который направился чтобы задержать и разграбить караван, тайно переходящий его земли.

— И где она сейчас? — подался вперед Дантос.

— Э-эм-м... В Южных Халифатах, господин, — проговорил Тор.

— Что?!

Глава 6

Карра

Я тихо встала. Еще ночь, никто меня не увидит. Подхватив свои клинки, так же тихо вышла на улицу. Босые ноги ступали мягко и неслышно. Ступни приятно холодили камни мостовой. Я усмехнулась. Хорошо, что кожа сохраняет способность воспринимать тактильные ощущения — Геральт любезно оставил мне это. Я помотала головой. Что-то не к добру я вспомнила про своего создателя. Неприятно говорить так: "мой создатель". Как будто я... не знаю... горшок глиняный. Или шкатулка деревянная. Их же тоже "создали".

Я подошла поближе к окну дома. Задрав ногу, поставила ее на карниз и зацепилась руками. Подтянувшись, встала полностью. И дальше таким же способом стала забираться на крышу. Нет, я могла и быстрее. Но мне некуда было торопиться.

Забравшись на крышу, я поняла, что на ней вполне можно тренироваться, и можно даже не искать другую. Пустырей в городе было не найти, а те, что были, еще задолго до моего появления превратились в свалки. Посему я решила, что лучше подобрать себе обширную крышу.

Крыша этого дома была достаточно плоской, чтобы мне не приходилось балансировать на грани падения, и достаточно ребристой, чтобы можно было цепляться, если все же потеряю равновесие. Впрочем, даже если упаду — беды не будет. Второй этаж даже для обычного человека некритичен.

Раздевшись до нижнего белья, я осторожно вытащила клинки из ножен, немного полюбовалась на то, как почти полная луна играет на лезвии клинка. После чего я встала в стойку и... понеслась.

Оказывается, от тренировок можно получать удовольствие. Я вспоминала приемы борьбы, прыгала и носилась по крыше, иногда подходя к самому краю. Ни на минуту я не потеряла равновесия, ни на секунду я даже не позволила появиться такой мысли, что могу упасть!

Рассвет я встретила полностью удовлетворенной. Но к завтраку я снова почувствовала знакомое подсасывание где-то глубоко внутри, не в желудке, а глубже. Это было предвестником энергетического голода. Я готовила завтрак Сауду и Алифе и думала, где мне достать парочку достаточно сильных человеков. Плюс еще нужно было устроить все так, чтобы их никто не хватился.

Я облизнулась, представив, что ко мне попался маг — вроде Ламиля. Тот был очень вкусным. Вкуснее него был только Никр, но там другое... Там он добровольно и с радостью делился со мной энергией, хоть и не знал об этом. Интересно, а если бы попробовать добровольно кого-нибудь вроде Ламиля...

Нет, все же не получится. Я печально вздохнула. Эльфы — они гордые. Человечку не полюбят и на близость с ней не пойдут.

С Саймоном мне тоже кое-что перепало, хотя я не стремилась к этому специально. Но он оказался... другим. Не сладким, я пряно-кислым, острым. Это тоже было вкусно, но постоянно... не-ет, на это я не согласна!

Я задумалась. С каких пор я стала мерить мужчин тем, каков у них вкус? Но, наверное, так даже лучше. По крайней мере, избавляет от ненужной влюбленности. Нет, любовь — это хорошо, это замечательно! Я бы и рада потерять голову от любви, но, должно быть, она слишком крепко прибита гвоздями опыта, раз не желает отправляться в свободный полет.

— Карра... — раздалось сзади.

— Мархаба, Сауд, — поприветствовала я его. Это означало: "Привет, Сауд".

— Гм... я же умею разговаривать на твоем языке, — заметил мужчина, подходя сзади и наблюдая за моей готовкой.

Я нервно встряхнула головой. Сосущее чувство внутри не отпускало ни на минуту. Это заставляло хищно поводить носом, чуть пригибаться к земле и... встряхивать себя мысленно за шкирку, возвращая к привычной манере поведения.

— Сауд, отойди, — резко потребовала я. Сейчас брошусь. Он слишком близко. Блин, не охота обижать его... да только лучше обиженным, да живым, чем довольным, но мертвым!

— Что случилось? — переспросил он, отходя на шаг назад. Я обернулась. Сауд был уже полностью одетым, — Я тебя чем-то обидел?

— Нет, — мотнула головой я. Зрение почему-то было странно расфокусированным, но взгляд все время возвращался к шее стоящего напротив мужчины.

Да что со мной такое?! Не-ет, сегодня в доме Сауда мне явно не стоит показываться.

— Я погуляю пойду, — резко бросила я Сауду, буквально вылетая из кухни, — На весь день. Может, больше.

— Куда ты?.. — крикнул мне мужчина, но я уже хлопнула дверью.

Завтра полнолуние. Есть шанс отожраться еще на два месяца вперед.

* * *

Я бесцельно бродила весь этот день по городу. правда, в основном я пряталась в тени — открыто ходить по улицам я перестала, поняв, что на меня слишком много обращают внимания. Причину этого я поняла, когда ко мне в первый раз попытались пристать. Я совсем забыла о том, что из одежды на мне только штаны и повязка от бедер до подмышек. Даже обуться забыла.

К сожалению, высосать досуха пристававших ко мне мужиков не получилось. Слишком много благосклонно взирающего на это народу оказалось вокруг. Пришлось ограничиться избиением... Ну хоть душу отвела.

Под вечер мне уже выть хотелось от голода. Господи, только бы не броситься ни на кого... Надо держать себя в рамках. Сегодня полнолуние, на улицы выйдет много нечисти. Можно будет спокойно насытиться "собратьями". Все лучше, чем высасывать людей... Да и энергии я получу больше.

Я сидела на крыше на корточках, как большая лягушка. Почти не меняя позы — только глаза двигались, — я осматривала стремительно пустеющие улицы. Народ спешил попрятаться от наступающей ночи. Пра-авильно... боитесь... боитесь нас, ночных созданий... Ведь мы сильнее, ведь вы для нас — добыча... и только...

Стоп! Откуда такие мысли? Этого еще не хватало! Того и гляди, горло кому-нибудь перегрызу... Тьфу-тьфу-тьфу!!!

Я облизнулась и оперлась о руки. Лягушка готова прыгнуть. Я заметила первого нечистика. Им оказался мелкий базарник. Я усилием воли подавила немедленный позыв кинуться вперед и сожрать его, высосать до такой степени, чтобы осталась одна труха... Нет, нужно подождать что-нибудь покрупнее.

Улицы довольно быстро наполнились нежитью и нечистью. Я наблюдала, выискивая добычу. Я предполагала, что заманю ее в какой-нибудь переулок и с удовольствием прикончу, а потом со спокойной душой вернусь обратно в дом к Сауду... Но внезапно я увидела огромного, явно сытого демона, который лениво прогуливался по улицам. Я увидела его ауру, она буквально истекала магией.

В мозгу что-то щелкнуло. Улицы содрогнулись от дикого рева голодного лича.

Темная тень метнулась с крыши одного из домов. Впечатавшись в грудь демона, замершего от удивления и ошеломления, девушка — теперь было видно, что это особа женского пола, — подтянулась на его плечах и с утробным рычанием впилась в его губы. Здоровый демон даже не успел ничего понять, как начал ошеломительно быстро усыхать, и через минуту превратился в отличную мумию. Мумия осыпалась горкой костей, а девушка спрыгнула с нее, приземлившись на четыре конечности. Увидев ее взгляд, ближайшие духи бросились бежать, не смотря на честь и достоинство, на то, что хрупкая девушка вовсе не выглядела сильным противником.

В ее глазах, полыхавших яростным красным огнем, жил ГОЛОД. Беспощадный, жестокий, жадно тянущий к себе и желающий сожрать все, что находилось в пределах досягаемости.

Рев повторился, и девушка просто пошла по улице. она шла быстрым шагом, а все живое за несколько десятком шагов от нее истлевало, а ГОЛОД в глазах девушки все не утихал. Больше она не издала ни звука, но эманации смерти, расходящиеся от нее, словно волны, заставляли не только нежить и нечисть, но и людей жалобно скулить и прятаться в самые глубокие норы в попытке спрятаться, уберечься от того, что сейчас ходило по улицам города.

Увидев, что вся потенциальная добыча убежала из пределов досягаемости, девушка взмахом руки создала сеть заклинания, которое окутало весь город подобно сети. "Сеть" стала сжиматься, силой выгоняя добычу навстречу личу. Девушка оскалилась, приветствуя первого претендента на ее поцелуй.

Эту ночь Южные Халифаты запомнили надолго. А поголовье нечисти и нежити в отдельно взятом городе уменьшилось примерно наполовину.

Обратно девушка шла с сытой и блаженной улыбкой на губах. Ее зрачки ослепительно сверкали красным так, что освещали лицо девушки до подбородка. ГОЛОД был удовлетворен. Теперь можно отдохнуть во временном пристанище...

Сауд весьма удивился, когда дверь, недавно починенную, вынесло внутрь со страшной силой. Внутрь вошла Карра, со странной и почему-то очень странной улыбкой на губах. Ее глаза повергли мужчину в ужас. Он попятился. К его счастью, девушка не удостоила мужчину даже взглядом. Пройдя неровной походкой до лестницы, девушка с немного дергаными движениями, как кукла, поднялась наверх, дошла до ее любимого дивана и рухнула на него лицом вниз. И больше не пошевелилась.

Сауд задумался: а нужно ли было беспокоиться об этом... существе? Хорошо, что Алифа давно спит. Калечить психику ребенка таким зрелищем... не хотелось.

Осторожно приблизившись, Сауд притронулся к спине девушки. Убедившись, что никаких негативных последствий лично для него не будет, мужчина перевернул девушку, все еще блаженно улыбающуюся, на спину. Зрачки у нее светились даже сквозь веки. А руки были холодные, как лед.

Сауд сглотнул и отступил назад. Одно время Карра ему даже начала нравиться, но страх вытеснил эту привязанность. Он очень надеялся, что ему хотя бы объяснят, что это было.

Сунув руку под подушку, Сауд достал книгу. Он знал об этом. Он позволил Карре читать ее, сразу поняв ее намерения, как только не досчитался книги в своем кабинете. Девушке захотелось почитать что-нибудь посложнее? Пожалуйста. Он не будет мешать.

Раскрыв книгу, Сауд нашел нужную страницу в конце — Карра еще не дошла до этого места, — и увидел крупный рисунок распростертого человеческого тела. На нем разноцветными линиями были выведены энергопотоки. Рядом стройные ряды формул показывали, как создается подобное существо.

Сауд закусил губу и начал читать:

"Это существо в Средиземье называется личем, и является никем иным, как поднятым мертвецом с вложенной душой. Такой тип нежити способен к саморазвитию — как умственному и магическому, так и физическому. Лич характеризуется такими качествами: быстрота, огромная физическая сила, выносливость, невероятная обучаемость, отличная способность к регенерации.

Высшие личи способны применять магию. Кроме того, у них обостренный слух, обоняние и осязание. Питание физическое личу не нужно. обычны личи вполне удовольствуются собственным резервом энергии, в крайнем случае они способны вытянуть ману из окружающего пространства.

Высшие личи способны питаться энергией окружающего мира, собственными запасами маны, могут высосать человека или другое существо досуха. Возможна подпитка высшего лича с помощью накопителей.

Большую роль для лича играет подпитка кровью. Как известно, кровь — самая лучшая подпитка для нежити. Но высшие личи вполне способны всю свою не-жизнь без особых усилий питаться энергией своих жертв.

Большинству личей нравится добровольно отданная энергия, и в таком случае нежить даже может оставить своей жертве жизнь. Известны случаи, когда высшие личи специально держали нескольких сожителей-любовников для того, чтобы иметь постоянную подпитку. Своих доноров нежить имеет обыкновение ценить и уважать, защищать и исполнять большинство прихотей.

Уничтожить же высшего лича крайне трудно..."

Сауд захлопнул книгу и сжал пальцами виски. Ему казалось, голова сейчас лопнет. Карра... лич... и это очень даже может быть... она не ела и не пила ни разу, с тех пор как появилась в его доме... не спала... и ее светящиеся зрачки... почему до сих пор он не пытался докопаться до сути этого существа, что безмятежно лежит сейчас на диванчике?

— Карра... что же ты наделала... — вспомнив жуткий рев, дважды раздававшийся этой ночью, простонал Сауд.

— М-м-м... Сауд? А что, уже утро? — раздалось снизу. Мужчина опустил полубезумный взгляд на ее лицо. Девушка безмятежно улыбалась. Как будто ничего не помнила...

— Карра, что ты помнишь?

— Тебя помню, — хмыкнула она. Видимо, сейчас лич была в прекрасном настроении, — И как сбежала из твоего дома тоже. Извини, кстати...

— А что еще ты помнишь? — Сауд присел на корточки, заглядывая в лицо Карре.

— М-м-м... — девушка потерла лоб ладонью, — знаешь... ничего конкретного... есть очень хотелось... даже не есть, а ЖРАТЬ... Ой! — она зажала себе рот ладонью, сообразив, что сказала лишнее.

— Карра. Ты. Лич, — раздельно и с утвердительной интонацией произнес Сауд. На самом деле почти проорал, но это мелочи...

— Да. И что? — прямо и угрюмо взглянув ему в глаза, спросила девушка.

Сауд не знал, что ответить. Он промолчал, а Карра грустно усмехнулась.

— Я уйду, — пообещала она, — Если захочешь. Хоть прямо сейчас.

— Оставайся, — помолчав, вздохнул мужчина, — Что с тобой еще делать... Не убивать же...

— Хм, Сауд, тебе не кажется, что ты несколько опоздал со своим последним предложением? — невинно хлопнула глазами Карра.

Глава 7

Дантос дель Артар

Дантос не любил лошадей. И те его не любили. В общем, взаимная симпатия. Но сейчас он раздумывал над двумя вещами, а именно: как отвертеться от необходимости залезать на ненавистное животное; и как на него залезть, если первое не удастся.

Дело было в том, что целительницу, которая, оказывается, преспокойно наслаждалась жизнью в Южных Халифатах, необходимо было привезти в Лонн. Если это не удастся, то требовалось поехать самому. А на всякий случай лучше самому поехать и проконтролировать транспортировку строптивой девицы к дому.

То, что "строптивая девица" может не захотеть лечить его, Дантос даже не принимал в расчет. У него почему-то не возникало в голове такой мысли, что Карра окажет сопротивление. Поэтому девушка априори должна была с радостной и благодарной улыбкой бежать к нему с воплями: "Давайте я вам услужу чем-нибудь, а потом зарежусь с радостной улыбкой на лице!"

— Тор, может, вы сами поедете? — тоскливо простонал лич, представляя, как будет громыхать своими костями, которые теперь ничем почти не прикрывались. Мяса-то почти не было... Мышцы и связки лич заменил магическими конструктами. Это не было полноценным выходом, к тому же теперь ему требовался хороший некромант... Но ведь Карра дель Иллуск и являлась некромантом, хоть и не любила пользоваться своим даром.

— Нет, господин, ваше присутствие обязательно, — с легким поклоном жестом пригласил его Тор, скрывая за опущенными ресницами злорадный блеск глаз.

Лич попытался тяжело вздохнуть, потом прошипел про себя ругательство и стал примериваться к лошади. Ничего, он ее оседлает...

Карра

Мне было хорошо. Это блаженное ощущение сытости... Я валялась на диване, читала книжку "Легенды...", которую мне сунул в руки Сауд с просьбой не выходить на улицу сегодня, не подходить к окнам и вообще не выходить из этой комнаты. Мне впервые в жизни, — точнее, в смерти, — хотелось спать. Я именно хотела спать, а не чувствовала усталость. К тому же у меня было настолько хорошее настроение, что хотелось оделить им всех вокруг. Это вообще ни в какие рамки не вписывалось. Я не хочу делиться!

Улыбка никак не хотела сползать с лица. Я листала книгу в поисках более подробного описания Цветка Жизни. Пока что мне не везло. Сауд почему-то освободил от занятий и вообще от всех дел по дому на сегодня и куда-то ушел. Скучно...

Я встала и пошла делать свою часть работы. Убрать дом, приготовить еду и повторить язык. Я думаю, это займет меня до вечера. а потом можно будет спросить у Сауда, что такое Цветок и где он расположен...

Мужчина вернулся поздно, где-то в одиннадцать часов.

— Сауд! — воскликнула я, все еще улыбаясь.

— Ты еще не пришла в себя? — как-то мрачно поинтересовался тот.

— В смысле? — я даже улыбаться перестала.

— У тебя с ночи, когда ты вернулась, на лице дебильная и сытая улыбочка, — пояснил Сауд, — И глаза красным светятся.

Я насупилась, потом прикрыла глаза и попыталась подавить свою эйфорию. К моему удивлению, у меня это получилось. Открыв глаза, я невозмутимо покосилась за наблюдающего за мной мужчину, после чего вытащила из-под дивана клинок. Сауд ощутимо напрягся. Я едва заметно усмехнулась и чуть выдвинула лезвие, посмотревшись в него, как в зеркало. Чудно, значит, у меня получилось.

— Я готова к конструктивному диалогу, — доложила я о своем состоянии Сауду.

— Ну слава богам, — язвительно усмехнулся тот, — Что мне тебе сказать?

— Что в городе? — задала я самый пока что животрепещущий вопрос.

— В городе паника. Власти пытаются успокоить жителей, но это почти не помогает. Высушенные трупы нежити до сих пор не убрали -так много их. Собираются отряды для патрулирования улиц. На улицах началась торговля псевдо-амулетами и артефактами, — коротко отрапортовался Сауд.

— Них... ну... были-ин, — промычала я, пытаясь не сматериться в голос. Что я наделала?!

— И я о том же, — иронично приподнял бровь Сауд, — Лучшим выходом было бы для тебя затаиться, а лучше вообще куда-нибудь уйти за пределы города.

— Хорошо, — кивнула я, планируя в уме план отхода. Если по ночам теперь будут шастать патрули — а я ведь не знаю ни маршрутов отрядов, ни количество стражей, ни вооружения, — то мой отход существенно усложнится. М-м-м... Придется выдвигаться днем. Но у меня весьма и весьма приметная внешность... Попрошу Сауда купить мне нечто вроде паранджи, которое носят здешние женщины.

Хотя нет... Здесь женщины поодиночке не ходят, только с сопровождением. Как же быть?

— Карра, ты здесь? — пощелкал у меня перед носом пальцами Сауд, — Тебе не нужно никуда уходить. Пересидишь у меня. Соседям я скажу, что ты уехала — бывшая любовница из Средиземья. Когда все уляжется, перекрасим тебе волосы, чуть подправим лицо и сможешь выходить на люди.

— Нет, Сауд, — мотнула я головой, — Сюда могут прийти. Кто-нибудь мог увидеть, как я шла сюда после обеда... То есть ужина, — мужчина как-то странно посмотрел на меня, но ничего не сказал, — Если... нет, когда — будем рассчитывать на худшее, — сюда придут, то лучше, если ты добровольно позволишь стражам осмотреть дом. Тогда ты получишь минимум ущерба, к тому же меня они не найдут.

Так, а ведь можно накинуть иллюзию! Да, этот вариант неплох... Ведь энергии у меня — хоть бесплатно всем нуждающимся раздавай. Сделаю заклинание покачественней и напитаю энергией побольше... но еще нужно будет спрятать все концы, чтобы маги — коли таковые будут на воротах, — не заметили слишком подозрительного сгустка маны. А так — небольшой магический фон, мало ли, вдруг наемник просто пользуется какими-то амулетами?

— Карра, тебе нельзя уходить! Ты даже язык не доучила... — нас прервал стук в дверь. Громкий и требовательный. Я вскочила и одновременно с Саудом бросилась к двери. Спустившись вниз, мужчина принялся открывать дверь, я же стала слушать.

Шаги... тяжелые... потом еще одни, подозрительно знакомые... вскрик ужаса... Это Сауд. но затем следует тишина — должно быть, ему зажали рот ладонью.

— Здравствуйте, почтенный господин, — вежливый какой голос... да это же Тор!!! Что он здесь делает?! Это точно за мной... Р-р-р!!! Выпью досуха!!!

— Мы знаем, что с вами сожительствует некая девушка. Она черноволоса, красива на лицо и имеет татуировку в виде нетопыриных крыльев на спине. Вы ее знаете? — Господи, да ведь ему профессиональным дознавателем работать надо! Не-ет, этот урод будет умирать долго... Поднять... ну не ногу, но язык — на мою собственность! На моего учителя! Он меня еще доучить должен!

— Нам очень нужно пообщаться с этой девушкой, — просипел кто-то. Что у него за голос такой — искусственный как будто...

— Зачем вам она?

— Не твое дело, — в голосе сипевшего явно послышались гневные нотки.

— Господин, будьте сдержанным, — посоветовал Тор. Ага, так здесь и этот гад, градоправитель Лонна! Как удачно все сложилось...

На секунду я подумала, что неплохо было бы вытянуть из этого весьма сильного лича энергию, но сразу же передумала: он может запросто вырваться за то время, что я буду тянуть из него ману. Да и Тор вряд ли будет сидеть на месте. Посему буду упокаивать эту нежить быстро и, по возможности, чисто.

Тихий голос в голове шепнул: "Режим боя активирован". Я улыбнулась, вытянула клинки и аккуратно, но быстро приоткрыла дверь, шагнув в проем.

Потанцуем...

Дальнейшее я видела как бы со стороны. Вот шагаю вперед. Легким шагом — на самом деле в этот момент я ускорилась, но поняла это только осмыслив поединок позже, — подхожу к Дантосу, по пути делая размашистое движение рукой и ласково касаясь кончиком клинка шеи Тора. Прикосновение было легким, почти невесомым, но свои мечи я держу в идеальном порядке. Быть вампиру с перерезанным горлом.

Дантос, похоже, что-то чувствовал, потому что реагировал подозрительно быстро. Впрочем, это не помешало мне начать свою вязь боя. Пользуясь тем, что лич был, похоже, истощен, — к тому же эффект неожиданности следует учитывать, — я вскоре навязала ему свою манеру боя, вынудив уйти в глухую оборону.

В теле ощущалась сумасшедшая легкость, я даже засмеялась от необычайного ощущения. Это было ошибкой. Лич подловил меня и с хрустом и скрежетом, — наверное, ребро задел, — вонзил меч чуть повыше живота. Послышался чей-то вскрик, я же нахмурилась и подалась назад, снимаясь с лезвия. С**а! Теперь зашивать придется, иначе может со шрамом регенерировать.

Теперь я действовала осторожнее. Дантос выглядел несколько ошарашено и пришибленно. Я кружила вокруг него, сковывая неостановимым потоком ударов. А сама тем временем рассматривала лича.

Видимо, та штука, что была у него на спине, прогрессировала на все тело. Теперь Дантос выглядел, мягко говоря, не очень. Большинство мягких тканей заменено магическими конструктами — я видела один такой, схематично зарисованный в книге, доставшейся мне от ведьмы. И даже знала, как его построить, вот!

Хорошо, что я не дышу. Ведь разлагающийся ходячий труп — а никем иным бьющийся со мной лич не был, — имеет обыкновение сильно вонять. А так я могу не отвлекаться на такие мелочи, как неприятный запах.

Я поднырнула под широкий рубящий удар лича — у него двуручный меч, тяжелый и не слишком удобный, на мой взгляд, — и мельком огляделась. Тор уже пытался собрать себя в кучку, зажимая рукой перерезанное горло. Пора заканчивать...

Чтобы завершить бой, пришлось попотеть, но через три минуты — безумно трудные минуты, я скажу! — лич лежал носом в пол, а я сидела сверху.

— Только вякни — удавлю, — пообещала я Дантосу самым нежным и добрым голосом, на который была способна. Тот побарахтался секунды две, но потом обмяк, признавая поражения. Я скривилась. Эта победа была... нечистой. Да, именно так. Дантос был слабее меня, к тому же вымотан. У него было совсем мало энергии, я это чувствовала... Да и вкус она имела какой-то... м-м-м... гниловатый, что ли? Как будто пищу с вышедшим сроком годности съела. Фу!

Я поскорее попыталась свернуть свою обширную ауру в компактный и очень твердый кокон, чтобы не подцепить еще энергии Дантоса.

— А я думал, что ты высосешь меня до капли, — повернув голову под невозможным для живого человека углом, прохрипел лич. Именно что прохрипел — голос у него был глухой, сипяще-хрипящий и чуть механический, как будто говорил сильно барахлящий синтезатор речи.

— Тебя есть — только с голодухи согласишься, — буркнула я, — С очень большой голодухи. Невкусный ты... — Дантос издал какой-то странный звук, как будто подавился.

— Тор, если мне что-нибудь из твоих действий не понравится, то я прикончу сначала этого трупака-недоделка, а потом встану и прибью тебя, — предупредила я стоящего на четвереньках вампира. Глубокий порез на горле у него еще не затянулся. Ха, ему еще день-два молчать! И это только в лучшем случае!

Обернувшись, увидела Сауда, который в это время тихо сидел. На полу. Сполз туда по спине, когда ноги от страха подогнулись. Ну вот только не надо мне говорить, что это я его так напугала!

— Сауд, ты в порядке? — спросила я. Не, конечно видно, что он живой и вроде целый, но мало ли что... Пожилой человек, в конце концов...

— Я не пожилой! — вяло возмутился мужчина. Я что, это вслух сказала?

— Извини, Сауд, я сделаю вид, что не знаю, что тебе тридцать пять! — ухмыльнулась я.

— Самой-то сколько? — попытался сострить Сауд.

— Я почтенная дама, — гордо расправила плечи я, — Мне целых... подумать только... мне целых сорок пять лет!

Дантос повторно подавился чем-то, а Тор широко-широко раскрыл глаза.

— Да ты, мать, мне в бабки годишься! — нервно заржал Сауд.

— Ладно, посмеялись и хватит, — подождав с минуту, пока мужчина сбросит стресс, подвела итог я, — Какого вы сюда заявились, а? Чего вам дома не сиделось? Зачем вы мне жизнь портите, гады?! — с каждой своей фразой я встряхивала Дантоса за плечи. Его голова моталась туда-сюда, грозя расквасить ему нос. Собственно, при особо сильном толчке он и влетел своим клювом в твердые доски пола.

Сауд захохотал, стуча кулаками по полу — он до сих пор так и не встал.

— О-о-о, я не могу! Карра, у тебя судьба такая — всех об этот пол мордой бить!!!

— Не издевайся надо мной! — патетично провозгласила я, не забывая тем временем провозить лича мордой по доскам. Ничего, это моральная компенсация за то, что он меня голой увидел и... и больше ничего!

— Итак, что вы имеете мне сказать? — с любезной улыбочкой пропела над ухом Дантоса я.

— Простите меня, Карра, — неожиданно, через силу, выдал тот.

Я так удивилась, что выпустила из кулака его волосы, и он опять стукнулся лбом об пол.

Где-то на периферии захохотал Сауд.

Глава 8

Карра

Дантоса я все же не отпустила, пока тот не рассказал мне, за каким лядом они приперлись. Узнав же причину, я искренне умилилась. Так значит, ему полечиться захотелось! Так чего тогда дверь вышибал и как бешеный бросался?!

Дантосу я отказала в... скажем так, очень категоричной форме. Ну не вызывает у меня этот ходячий зомби иных чувств, кроме злости и раздражения! Ну и добавим сюда желание убить — точнее, упокоить. Ну или уничтожить, все же личей не упокаивают. Это зомби или заложного мертвяка можно поднять, а потом уложить в могилку. А вот личи либо сами вылезают, как подснежники — и "ментовские", и обыкновенные, — либо их создают. И вот тогда их в могилку обратно не загонишь! Личей можно только уничтожить: лишить тела, душу оторвать и развеять, а тело потом добить с помощью грубой силы. Ну и еще сколько-нибудь способов — много ведь умников на свете.

Так вот, Дантосу я отказала. Но тут Тор "включился" в диалог, пытаясь жестами — так как горло у него все еще было перерезано, — показать, как я была не права. Ну, я показала ему кое что, что помнила еще со своей прежней жизни, когда я еще жила рядом с супермаркетом и жаловалась на то, что он вообще не находится прямо в моем доме...

Тогда Тор молитвенно сложил руки на груди, состроив такое лицо, что Сауд снова заржал, как сивый мерин.

— Значит так, — рявкнула я, — Прекратили балаган!

* * *

ли! Что за цирк? Если уж вам так надо избавиться от этого проклятия, обратились бы к толковому некроманту, а не ко мне!

— Но ты ведь тоже некромантка, — возразил мне Дантос.

— Дальше что? — ядовито осведомилась я.

— Ты же хотела плату! И была согласна! — не выдержал лич, — Ты получишь вдвое больше!

— А то я не догадываюсь, что дальше ты попытаешься прикопать меня на ближайшем не занятом участке земли. И даже не потрудишься земельку помягче выбрать, — ехидно процедила я.

— Это неправда! — возмутился лич, — Мы можем договориться! Я поклянусь...

— Посмертием? — деловито уточнила я. Дантос дернулся, но кивнул.

— Вот и хорошо, — заключила я, — А теперь обсудим размер платы...

Параллельно я искала у Сауда прочные нитки хорошую иголку. Во-первых, мне нужно было зашить свою куртку и придумать, как восстановить целостность повязки, которую я ношу вместо нижнего белья. А во-вторых, мне нужно было помочь собственному телу и слегка подлатать рану в животе. Нет, потом я все равно вытащу нитки, но ведь лучше, чтобы плоть хоть что-то скрепляло и держало на протяжении всего процесса выздоровления, правда?

Мне было не привыкать себя штопать. И от вида собственных внутренностей я в ужас не приходила. Относилась к этому в большей степени философски: ну бывают такие случаи в моей... практике, хе-хе, ну так что — рыдать от осознания того, что распарывание и последующее зашивание живота я переношу с благостной миной, ничем не показывая своего недовольства?

— Сауд, где у тебя нитки и иголки? — недовольно вопросила я, копаясь на полках. Мы все уютно расположились в кабинете у Сауда. Алифа тихо и мирно спит, посему можно на время о ней не беспокоиться.

— Тебе зачем? — полюбопытствовал он.

— Ну мне же надо пузо зашить, или пусть так будет?! — недовольно рявкнула я. Не люблю быть дырявой. К тому же меня насквозь проткнули — двуручник — это о-го-го какая дырка! — и восстановление будет проходить долго... Ы-ы-ы! Что ж за день такой, а?

— Держи, — мужчина открыл маленький шкафчик и сунул мне плетеный короб. Открыв его, я обнаружила мечту швеи: шелковые и обычные нитки, пара ножниц, разнообразные иголки, ленты и — я умилилась! — канва с пяльцами.

— Сауд, ты что, крестиком вышиваешь? — съехидничала я, аккуратно снимая куртку и повязку.

— М-м-м... — мужчина покраснел и неопределенно махнул рукой. Пока я огорченно рассматривала испорченную вещь, мужчины рассматривали меня. Сначала они смотрели только на мою грудь, но потом взгляд Дантоса переместился на мою татушку, он что-то неразборчиво прорычал и отвернулся.

Тор и Сауд же наткнулись взглядом на дырку, оставленную мечом Дантоса. Разумеется, лицезрение... подобного им не понравилось. Все трое мужчин гипнотизировали взглядом стенку.

Я усмехнулась. Забавно, никто из них не отвернулся просто из чувства стыдливости или такта. Я не говорю уж об уважении...

Слава богу, плеер, лежавший в кармане, был цел. Если бы Дантос его испортил, то его ждало бы медленное и мучительное уничтожение, о чем я не преминула ему сообщить. Тот посмотрел на меня, что-то увидел и передернулся.

Я же начала сначала с куртки. Бинты — это ладно, в конце концов, куплю у лекарей. Но вот куртка... такая хорошая была! Р-р-р...

— Дантос, ты мне должен, — заявила я, сшивая края разреза.

— За что?!

— За одежду. Это мой единственный комплект был, — Тор поперхнулся, — Я в нем двадцать лет проходила, и он верно служил мне все это время! — настал черед кашлять Сауда, — А из-за какого-то упыряки пучеглазого мне ее зашивать!!! — теперь проняло и Дантоса.

Как девушка, я любила хорошо одеваться. И дома, в своей избушке, у меня было несколько платьев. Да-да, бальных платьев. Знаю, что дура. Знаю, что мне негде в них ходить. Но хочется!

Но "на люди" я, конечно, выходила в наиболее удобной одежде — в том самом "единственном комплекте". Потому что так удобно. Можно бегать, ногой с разворота врезать, и в темноте потеряться тоже не проблема — все черное. И движения ног скрадывает — штаны расклешенные. И вообще, у меня еще много полезностей в курке натыкано...

— Итак, давайте обсудим с вами размер оплаты, — довольным тоном спустя пятнадцать минут внимательного молчания заявила я. Куртку я шила слегка в ускоренном режиме — ну да, я лучший "юзер" боевого режима в нестандартных ситуациях!

— Я хочу плату в двойном размере, плюс доступ... м-м-м... куда бы мне податься... — я всерьез задумалась, в какой книжице можно найти достоверные сведения о том, где найти Цветок Жизни.

— Сауд, самая крупная библиотека?

— В Академии Магии, в Средиземье, — спокойно ответил тот.

— Не, туда я сама пройду... М-м-м... Ладно, а самая древняя? — вопросительно посмотрела я на мужчину.

— Там же, — последовал ответ.

— Ладно... Тогда денежная оплата моего труда, плюс накопители магической энергии — пятьдесят штук. Разумеется, заряженных...

В каждый такой накопитель вмещалось столько энергии, что мне месяц спокойно существовать без подпитки можно. К сожалению, стоил такой накопитель... м-да-а, лучше не вспоминать.

— И само собой, Дантос, мне требуется клятва посмертием о том, что не тронешь ни ты меня, ни отдашь приказ кому-либо о том, чтобы помешать мне наслаждаться жизнью... радикальным методом. Идет?

— Идет, — согласился тот, и я поняла, что могла запросить и побольше. Блин, продешевила... А сильно его припекло, однако!

Тем временем я принялась ковыряться пальцами в дырке в животе. Тор отвернулся и сделал странное глотательное движение. Чего это он? Зашив поврежденные внутренности, я принялась к мягким тканям, а потом и коже. Со спиной было хуже. И попросить некого... Вздох.

— Сауд, помоги мне, пожалуйста, — попросила я.

— Я не лекарь!!! — открестился тот сразу. Да тут лекарь и не нужен, дурак! Вслух я этого, разумеется, не сказала.

— Я помогу, — сделал шаг вперед Дантос.

— Иди нах... — вяло отозвалась я, забирая корзинку и направляясь к двери, — Не надо. Вообще ко мне не подходи... унитаз на лыжах...

— Что? — раздалось недоумевающе из-за захлопнувшейся двери. Я уже была в коридоре.

На диване я еще попыталась кое-как скрепить порез на спине, но — увы, — работать без глаз на затылке было затруднительно. Поэтому я аккуратно сложила "инструментарий" в короб и поставила его под диван. Туда же я запихнула свою куртку и мечи. Рассвет. Скоро опять вставать и готовить еду. Убирать дом. Будить Алифу. Сауд, скорее всего, будет спать, как и Тор. А вот Дантос будет шляться по всему дому. Это не есть хорошо. Хм...

Я улеглась в свою любимую позу — на спине, руки сложены крестиком на груди, мечи достала и положила по бокам. И задала себе в голове условие: проснуться и мгновенно перейти в боевой режим, если к двери комнаты Алифы хоть кто-то подойдет. Ну и вообще, если что-то случится. Теперь можно и отдохнуть — мозг тоже не железный. Ему и спать когда-то нужно... А то с ума сойти можно. Представляете: сумасшедший лич, к тому же полный сил, да еще женского пола! Явление народу Сатаны...

Дантос дель Артар

Лич бесился. Тихо, да. Но от этого легче не становилось. Ему было противно, мерзко, неправильно и противоестественно просить прощения у этой девчонки из рода Иллуск, но... Но! Треклятое "но"... Это зараза была еще и некроманткой.

А еще вельможный лич, — хотя сам себе он в этом не признавался, — завидовал. Тому, что Карра была под завязку наполнена энергией, что она выглядела как живая, причем отличить от людей ее с первого взгляда было невозможно — по крайней мере, сам Дантос сначала не отличил. Это потом он понял, что имеет дело с такой же представительницей не-мертвых, как и он сам.

Как же его плющило, когда он смог просканировать девчонку магическим зрением, и увидел настолько ярко сияющую от обилия энергии ауру, что глаза резало! Сам-то он, по ощущениям, "жил впроголодь". В животе подсасывало близкое чувство голода. Проклятье, он уже и забыл, как это — не иметь подпитки под рукой!

"Да, избаловала меня жизнь в Лонне", — философски заметил Дантос, поудобнее умащивая свою мертвую задницу в кресле. Лич любил комфорт. Пожалуй, это было практически единственным телесным удовольствием, которое было доступно ему после смерти. Наслаждение удобными вещами и женщинами. Запахи он ощущал, но вкус — нет; а тактильные ощущения притупились, и теперь он спокойно мог даже взяться за раскаленное железо, не почувствовав этого.

Тем удивительнее для него было то, что у Карры все тактильные и обонятельные ощущения остались в целостности и сохранности — это было ясно заметно. Да, у девушки присутствовала некая... равнодушность к повреждениям, но боль она ощущала — это точно. Правда, как раз ощущения боли у нее и притупились. Ну не может нормальный человек, пусть даже и мертвый, только лишь морщиться от того, что его проткнули насквозь!

Дантос вздохнул. За двести лет своего существования он настолько привык к тому, что не может спать по ночам, что мог без особого ущерба для психики проводить ночи бодрствуя. Единственное условие — думать о чем-то одном. вот лич и размышлял сейчас о своем главном шансе на спасение, и одновременно о том, что этот шанс оказался с зубками куда большими, чем он рассчитывал.

Как бы так вывернуться, чтобы не приносить клятву посмертием? Клятву жизни принести можно — он уже мертв, а девушка, похоже, частенько не проводит четкой границы между собой и людьми. отвлечь ее внимание, заморочить чем-нибудь не очень важным, а потом искусственно создать спешку по какому-нибудь поводу и принести удобный вариант клятвы. Ну вот, приблизительный план он составил, теперь можно заняться продумыванием клятвы... При подходящих условиях он приведет этот план в исполнение.

Лич довольно вздохнул. Вот же ж!.. столько лет уже не дышит, а привычка вздыхать — осталась. Надо же...

Карра

Встала я где-то в полдень. Поднявшись, аки зомби, — то есть шатаясь, — я поплелась к бадье с водой. У меня было полное ощущения, что я живая, и страдаю сильнейшим похмельем. Нарычав на выглянувшего из незанятой комнаты Тора, я дотащила свои косточки до умывальника и сунула туда голову целиком. Блаженство...

Так, а теперь нужно разобраться. Чегой-то меня плющит с утра пораньше? Обычно мне после транса было хорошо, я чувствовала себя морально, а иногда даже и физически отдохнувшей. Тем более, что совсем недавно я "поела", если можно так выразиться.

Я начала копаться в себе, пытаясь определить, что не так с моей аурой. Пятой точкой я чувствовала, что дело в ней.

Вытащив голову из умывальника, я стала вытирать волосы и лицо. Потом прошла в ванную, заперла дверь на задвижку и стала набирать ванну. И одновременно сканировала себя.

Опустившись в горячую воду с головой, я легла на дно ванны и закинула руки за голову. Хорошо... Переключив свое внимание на плотно сжатую ауру, я начала аккуратно расправлять ее, раскрываться, приводя свою энергетическую оболочку в естественное состояние.

Аура заполнила все небольшое помещение ванной комнаты. Я лениво отметила, что до этого она была меньше. Видимо, большой прилив энергии сказался. Кстати, разумная нежить вкуснее, чем обычная; вкуснее даже, чем иные люди... Надо запомнить...

Вот оно! В центре моей ауры темнело небольшое, но оч-чень нехорошее на вид пятно. Было такое ощущение, что оно просто разъедало меня изнутри. Я передернулась от омерзения. Что ЭТО такое?!

Пятно было темным и пульсирующим. Оно находилось прямо в центре моей ауры, там, где впитывалась и расщеплялась чужая энергия. Я уже говорила, как происходит сам процесс насыщения: моя аура обволакивает ауру жертвы, после чего сжимается и впитывает в себя чужую энергию и ману, если такая есть.

Если после первичного насыщения остаются "непереваренные" остатки, то они плавно перемещаются внутри ауры в сердцевину, где последовательно рассасываются.

Я задумалась. Догадаться, что вот эта черная штуковина есть чья-то бывшая энергетическая оболочка, было нетрудно. Но вот как от нее избавиться?

Я попыталась выдавить из себя этот сгусток. Было трудно, я рычала от напряжения, выгибалась всем телом, пытаясь удержать эту зловредную нашлепку, — она ведь определенно не хотела выдавливаться и цеплялась за мою ауру, как только могла! — но в конце концов, у меня получилось исторгнуть зловредный элемент из себя. тот повисел немного в воздухе, после чего медленно рассеялся. Я смогла расслабиться и обозреть себя изнутри.

Зрелище было... не радостное, прямо скажем. Но и не смертельное. Там, где я протаскивала этот инородный сгусток, поверхность ауры была... потасканной, что ли? Иначе и не скажешь. Какие-то заусенцы, шероховатости... Я принялась приводить все это "богатство" в порядок.

Но, определенно, я себя чувствовала уже лучше.

Глава 9

Карра

Из ванны я выбралась уже в довольно сносном настроении. Меня огорчала потеря ресурсов, затраченных на извлечение из своей энергетической оболочки инородного пятна, да и вода уже остыла... Но все же утешало то, что я ее заметила раньше, чем последствия стали критическими для меня.

На кухне я встретила голодную Алифу и Сауда, которых требовалось накормить. С удрученным вздохом принялась за завтрак. Дантоса пока не было видно, как и Тора... А, нет, вот он, выполз, зараза.

— А я надеялась не увидеть сегодня твою рожу, — сообщила я вампиру. На голе у него красовалась повязка. Общался он все еще жестами. Однако жрать хочет! У-у-у, проглот!

Приготовив завтрак, я спросила разрешения у Сауда и принялась изучать книги из его личной библиотеки, в поисках оптимального решения проблемы Дантоса, а так же информации о Цветке Жизни. Конечно, в первую очередь меня интересовали координаты его местонахождения, но и побольше узнать бы об этом цветочке я бы не отказалась. На пустом месте легенды не возникают, так что нужно поискать.

— Карра! — кричит Сауд откуда-то снизу, — Карра! Ты где? Иди сюда!

Я усмехнулась. Ну да, попробуйте меня найти. Да, я сказала, что иду в библиотеку. Вот только буквально пять минут назад меня видел выходящей из дома Тор, а Дантос вообще не видел с ночи. Алифа же, добрая девочка, согласилась не выдавать меня.

Я предвидела, что спокойно поработать мне не дадут, поэтому предприняла некоторые превентивные меры. Например, повесила отводящее заклинание на дверь библиотеки: благодаря ему ни у кого и мысли не возникнет, что я там; на себя лично — заклинание невидимости и опять же отводящие чары. И небольшой звуковой щит, обезопасивший меня от таких проколов, как шелест листов бумаги или неосторожные шорохи.

Я вновь углубилась в чтение. Итак, что там у нас? Из разговора с Тором я узнала нужные мне подробности проблемы вельможного лича, поэтому более-менее представляла, что искать.

Меня интересовала информация насчет проклятия — чтобы знать, что это вообще такое; а так же информация о перемещении души в другое, свободное тело. Насчет первого я уже почти все выяснила, поэтому сейчас искала второй пункт.

Благодаря тому, что Сауд обучал меня очень хорошо, я уже довольно сносно говорила на языке Южных Халифатов. Соответственно и книги читать тоже могла.

Вот что я нашла насчет проклятия... Оказалось, что это заклинание заставляет плоть гнить заживо, причем часто награждает свою жертву мучительными приступами боли. Я припомнила, как корчился Дантос на полу своего кабинета, когда пытался узнать, кто меня привел в замок. Н-да, это должно быть очень больно, раз даже лича проняло...

Снять проклятие было возможно... Но, увы, этот вариант не для нас. У Дантоса почти все тело заменено магическими конструктами — кости ведь не будут двигаться сами по себе, им нужны связки, мышцы, хотя бы их заменители... Поэтому в некромантии поднять скелет сложнее, чем нормального зомби.

Посему я пришла к выводу, что самый рациональный выход из сложившейся ситуации — это переселить душу Дантоса в другое тело.

В книгах я нашла только вариант переселения демона в другое тело; и в таком случае "старая" душа вытеснялась на задворки сознания. Но такой способ позволял заселить демона в тело лишь на неопределенный, но достаточно короткий срок времени.

Поэтому я стала искать дальше. И, наконец, нашла!

Речь шла о том, что можно взять "пустой сосуд, который покинула предыдущая душа" и переселить в нее новую душу. В таком случае переселение произойдет навсегда.

Над осмыслением термина "пустой сосуд" пришлось пораскинуть мозгами. но потом я все-таки додумалась да решения загадки: пустая душа, это человек-овощ. Он живет, дышит, принимает пищу, но при этом не реагирует на внешний мир, не думает, не ощущает боли или удовольствия.

После размышлений над этим любопытным материалом, я решила при описании "чудесного способа излечения" Дантосу и Тору заменить "пустой сосуд" на мертвеца. А что? Дантос ведь и так мертвый, так что ему будет пофигу.

Мысль стала развиваться. Хм. Для того, чтобы этот труп не стал заложным покойником, придется обработать его... то бишь превратить в лича. А с этим я уже не справлюсь...

Мне в голову пришла идея... Не так: ИДЕЯ!

Я усмехнулась. Мне просто необходимо узнать, над каким проектом сейчас работает мой создатель!

Геральт

Мужчина довольно наблюдал. Его создания резвились на "игровой" площадке. Так некромант любовно называл тренировочный зал.

Задание было простым. Добраться до шкатулки, открыть ее, — там была спрятана хитрая головоломка, — после чего вернуться обратно и принести Геральту предмет лежащий в шкатулке. Разумеется, остальные участники будут активно мешать. Но! Ни в коем случае не использовать магию и не дайте боги поломать предмет. Задание будет не засчитано и проигравший наказан. Как — уже другой вопрос. Способов много...

Некромант внимательно наблюдал. Это состязание было придумано им сравнительно недолго. Карру он тренировал по-другому. Геральт недовольно поморщился. Вот бы сейчас его любимое создание сюда! Он бы сразу понял, что не так в его повторных экспериментах.

Он пытался намекнуть ей, чтобы девушка затаилась. Король в последнее время стал... неуравновешенным. Назревала война. Геральту не хотелось бы стать одной из жертв этой страшной дамы, которая съедает все на своем пути.

Тем временем один из личей уже добрался до шкатулки и пытался открыть ее, одновременно отбиваясь от других, менее быстрых и удачливых претендентов. Но другой не-мертвый, более молодой внешне, незаметно приблизился к шкатулке, поглядел на головоломку, и так же тихо отошел в сторонку, притворившись, что его уже вывели из игры.

Геральт заинтересованно вытянул шею. Ага, этот по типу своего характера похож на Карру. Ну-ка, что ты будешь делать дальше?

Первого претендента уже давно и прочно связали поединком с остальными мертвецами. А второй вяло изображал битву с двумя другими противниками. На лице у него было написано олимпийское спокойствие.

Вот оно! Второй претендент резкими ударами разметал своих противников, подскочил к шкатулке и несколькими движениями рук переставил фрагменты головоломки так, что они образовали какой-то хитрый и сложный рисунок. Шкатулка открылась, лич застыл на какое-то неуловимо короткое мгновение, но почти сразу же очнулся, выхватил из шкатулки предмет и спрятал его за пазуху, после чего быстро побежал, пока на него не обратили внимания.

Но то мгновение, что он стоял, рассматривая что-то внутри шкатулки, дорого ему обошлось. Его заметили и теперь пытались отобрать заветную цель. Вскоре лич стал сдавать. Подождав, пока ему нанесут несколько средней тяжести ран, Геральт раздраженно посмотрел на песочные часы, которые стояли рядом с ним. Песок в них иссяк уже минут пять назад. Тьфу! Столько работы, похоже, даром!

Крикнув погромче команду, некромант стал спускаться вниз. Личей делали из добровольцев, потому он не стал надевать на них абсолютные ошейники. Только для страховки. Карра... она — уникум.

— Я недоволен, — объявил свою волю Геральт, — Когда песок истек, — он показательно потряс часами, — Ни один из вас даже не приблизился к шкатулке. Почему?

Ему не ответили. Правильно, он еще не разрешал говорить. Мужчина продолжил:

— Мое прежнее создание могло бы уложить вас на лопатки за пять минут. А она женщина! К тому же первый эксперимент, то бишь сотворена с некоторыми ошибками, которые я исправил при создании вас! Вы более совершенные модели, и тем не менее не можете выполнить простейшее задание!

Геральт помолчал, обдумывая, после чего перешел на деловой тон и кратко перечислил, какие навыки необходимо отточить каждому из мужчин. После чего почесал затылок, крякнул и пошел в лабораторию.

Совсем скоро он может создать нечто похожее... венец творения... Женщину. Женщину с большой буквы.

Карра

— Мне нужен портал! — заявила я, спустившись вечером из библиотеки.

— Ты где была? — подпрыгнул от неожиданности на месте Сауд.

— Неважно, — терпеливо повторила я, — Мне нужен портал в Агилер.

— Зачем? — включился в диалог Дантос.

— Там живет один мой хороший знакомый, который сделает тебе новое тело, — посветила я мужчин насчет своего плана.

— Ты думаешь, это сработает? — скептически спросил лич.

— Не попробуешь — не узнаешь, — спокойно ответила я, — К тому же, риск — благородное дело.

— Это кто сказал?

— Неважно, — отмахнулась я, — Так как, сможете вы удовлетворить мою просьбу?

— Смогу, — подумав, ответил Сауд, — В городе есть стационарный портал. Правда, перемещение недешево стоит...

— Ничего, — усмехнулась я и повторила, — Кто не рискует — тот не пьет шампанское! А в вашем дурацком мире даже хороший коньяк днем с огнем не сыщешь...

На меня возмущенно посмотрели. Ну да, ну да, алкоголь — дело святое...

Глава 10

Карра

Сауд пытался напялить на меня те тряпки, которые носят женщины Южных Халифатов Я пыталась сопротивляться... Пыталась — потому что даже сама понимала, что так будет лучше. Но, увы, я протестовала против этих ужасных... одеяний... женщина во мне пробудилась!!! Как не вовремя...

— Карра, ты же умная девушка, — пытался донести до меня Сауд, — Ты же понимаешь, что это нужно...

— Я понимаю, — кивнула я, пробуя пальцем остроту лезвия одного из моих клинков. Мужчина, стоящий напротив меня, почему-то вздрогнул, — И я даже одену это... Но, черт возьми, обязательно идти сейчас?!

Я еще не выяснила кое-какую информацию о цветке жизни... Хотя... Может, мне Геральт сможет помочь? Да нет, вряд ли... Он... как бы помягче выразиться... по ругой части... И сказаниями всякими, равно как и легендами, не интересуется. Увы.

— Чем скорее, тем лучше, — непреклонно заявил подошедший Дантос, — У меня уже все... заменено имплантатами, он сделал паузу, картинно оглядев себя.

— Хорошо, — покладисто кивнула я. Ах ты ж зараза такая... Готов силком меня отсюда уволочь... Но... МНЕ НУЖНА БИБЛИОТЕКА САУДА!!!

— Не надо так кричать, — отскочил от меня как ошпаренный лич, — Если так уж... гм... нужно, так бы и сказала.

Твою дивизию. Я проорала это вслух. Но Дантос реально меня достал...

— Зачем тебе моя библиотека? — поковыряв мизинцем в ухе, спросил Сауд.

— М-м-м... Мне нужно одно растение... довольно редкое... — промямлила я, — Думаю, мне хватит... пяти часов. И тогда можем отправляться.

Я повернулась на каблуках и снова ринулась в библиотеку... Кошмар! Для того, чтобы прошерстить все книги, в которых теоретически могло быть упоминание о моем втором шансе на жизнь, да еще за такое короткое время, мне пришлось пролистывать книги в полутрансе, полагаясь на свои... инстинкты? Программы, заложенные Геральтом в мой мозг? Не знаю, как это назвать...

Кто-то может подумать, что это круто: как же, ты теперь супермашина, неубиваемая, почти не ощущаешь боли, можешь не дышать сколько угодно, — о да, эта супер-способность всегда занимала важное место! Как будто героям часто приходится сидеть под водой в ожидании жертвы... ой, то есть главного злодея, — имеешь боевой режим, и даже входишь в транс, — жаль, что не боевой, а так, чтобы подрыхнуть!

И, для любителей пикантности, добавим, что ты находишься вроде как на "темной стороне"! Это ведь... прикольно? Интересно?

А на самом деле это страшно. Знать, что из тебя сделали машину для убийства... Отняли прошлое, оставив только лишь одно напоминание об этом — любимую вещицу в былой жизни... Отняли имя, семью, твою жизнь и твой родной мир... Даже посмертия, и того лишили! Уж кому как не мне о нем говорить?..

И иногда даже не можешь сопротивляться инстинктам, которые в тебя вложили... И осознание того, что ты никогда не умрешь окончательно... что ты вечно будешь в этом подвешенном состоянии, между жизнью и смертью... Никогда не сможешь вновь осязать всей кожей теплый ветерок весной, не почувствуешь это особенное ощущение, когда из лютого мороза входишь в горячую комнату, и сначала вообще ничего не чувствуешь, кроме одуряющего тепла и маленьких иголочек по всему телу...

Это страшно. Безумно. До дрожи. И отчаяние от того, что такое положение не изменить...

Но ведь ты сильная, Карра? А надежда — это такая вещь, которая может заставить барахтаться и, что удивительно, побеждать даже слабаков. А я... не. Не слабая.

Дантос дель Артар

"Иногда эта девушка меня пугает", — навязчиво крутилась в голове у вельможного лича одна и та же мысль. Карра была... другой, и это настораживало. Да, редко когда встречались девушки-личи. Но все равно — какая-то общая концепция поступков и реакций прослеживалась у всех. Карра тоже иногда вела себя как обычная девушка... а иногда словно менялась ролями с кем-то внутри себя. И начинался цирк ужасов...

Девушка ходила со странным выражением лица, теребя ниточки своего артефакта, которые постоянно заправляла в уши; с головой погружалась в какое-то дело и откровенно игнорировала всех тех, кто мог ей помешать. Все окружающее она рассматривала с жестким логическим подходом: "черное-белое", "полезное-бесполезное", "уничтожить на месте-подождать до следующего случая"...

Это пугало. Складывалось впечатление, что логика у Карры... машинная.

Впрочем, Дантос уже начал к этому привыкать. Как и к своему нынешнему положению. Уже не так остро реагируя на то, что полностью лишился тела, — одни кости остались. Ха! — лич стал более философски относиться к бытию вообще. Если Карра сказала, что раздобудет ему новое тело — что ж, значит, так тому и быть. Он подождет немного. Вот только энергии у него становилось все меньше и меньше...

Геральт

У некроманта тем временем дела шли вовсе не плохо. Последний, самый лучший проект был почти готов. Алисандр профинансировал только лишь десять личей, все как один мужского пола. "Сильно его задело то отношение моей девочки", — внутренне усмехнулся Геральт, — "Двадцать лет прошло, а до сих пор кривится, когда о ней упоминают... впрочем, это случается не так уж часто."

Еще одного лича заказал Владилен. Зачем — не сказал, но... намекнул. Геральт тогда сильно задумался и отослал Карре весточку. Интересно, прислушалась ли к его словам девушка?

Да, он получил ее ответное "послание", и даже почти все сумел расшифровать. Навел кое-где справки, выяснил о появившемся отпрыске дель Иллуск и успокоился. И стал готовиться потихоньку.

К чему? К перевороту.

Дружба между королем и его вернейшим другом, герцогом Владиленом, довольно сильно пошатнулась. Герцог планировал сместить существующую династию. В конце концов, у него тоже были права на престол: все герцоги и даже некоторые бароны были в родстве с королевской семейкой. Владилен был то ли двоюродным, то ли троюродным племянником младшего брата предыдущего короля, дражайшего папочки Алисандра.

Разумеется, с такими птичьими правами на престол, перед Владиленом было столько конкурентов на уютное креслице и прикольный головной уборчик, что устранить их всех с помощью "несчастного случая" было сродни несбыточным мечтам. Правда, легче было склонить всех на свою сторону, а потом просто резко показать клыки и показательно разорвать кого-нибудь из протестующих. Тогда остальные испугаются и заткнутся...

Владилену успешно удавалось сохранять видимость дружбы с королем, и Алисандр до сих пор почти ничего не замечал. Да, кое-какие мелкие оплошности герцог Владилен допускал, но быстро заметал их.

Владилен был подобен змее. Он мог бесконечно долго выжидать, притворяясь вашим лучшим другом, любовником и даже женихом. Потом получал желаемое и удалялся. Всем известен метод его "охоты" на девушек... Сердцеед! Что с него взять?

Но Геральт ни в коем случае не сомневался, что он не пропадет. Такими специалистами, как он не разбрасываются. Тем более что герцог сам выказал ему свое расположение — значит, хотя бы до того, как некромант выполнит заказ Владилена, сам он будет в безопасности.

Конечно, Геральт понимал, что это "покровительство" — штука эфемерная, особенно по отношению к птицам настолько высокого полета, как герцог. Но... просто больше не за что было цепляться в нынешних условиях.

Карра

— Я готова, — мой голос прозвучал немного приглушенно из-под покрывала. У Сауда не нашлось ничего особенно богатого или красивого. Поэтому меня одели в однотонные тряпки, с весьма скромным узором по подолу и рукавам. Да и то — это были вещи покойной жены Сауда.

— Сауд, спасибо тебе, — я постаралась передать мужчине все, что чувствовала по отношению к нему. Всю благодарность. Всю признательность. Симпатию с небольшой примесью покровительства.

— Не за что, — пожал плечами тот, поправляя на мне покрывало, — Ты готова, — заявил он проникновенным тоном Нейтири из Аватара. Я заржала как конь.

— Про... простите... Ой, ха-ха... я не могу, — хихикала я, — Сауд, тебе бы актером пойти... Извини... Прошлое напомнил.

— Ладно, — встал с дивана Дантос, — Пойдем. Сауд, проводишь нас?

— Конечно, — согласился тот, склонив голову.

Я усмехнулась. Пора навестить своего "папу".

Глава 11

Карра

Портал оказался отнюдь не чем-то вроде арки с белым или голубым сиянием внутри. Это бы просто четко очерченный круг на земле, огражденный по периметру невысоким забором с калиткой. Однако охраняли эту калитку и забор будь здоров! От стражи у меня глаза разбежались...

Как выяснилось, велся строгий учет всех людей, перемещающихся через телепорт. Записывалось, кто, куда, когда, и подпись перемещающегося. Дантос сказал, что в Агилер мы сразу не переместимся, потому что там нет портала, а вот в Миарат — столицу — переместиться мы можем.

— Кто? — колючие глаза мага-клерка, который начал допрос, мне не понравились категорически. Посему я молчала, предоставив право говорить Дантосу и Тору. Сауд так же не спешил рассыпаться в прощаниях, молча стоя рядом со мной и скрестив руки на груди.

Маг, кстати, выглядел примечательно. Нет, вообще он был одет почти так же, как и обычные южане, но на груди у него была огромная татуировка: круг из каких-то иероглифов, а внутри солнце, прикрытое облаком.

— Забавная картинка, — тихо привлекла я внимание Сауда, глазами показывая на как-то даже горделиво распахнутую грудь мага.

— Хм... Это погодник и огненный, — заметил Сауд, приглядевшись, — К тому же сын мага в третьем поколении...

— Ты это все из татуировки узнал? — заинтересовалась я.

— Да. Магам такую делают по окончании обучения. Ее не вывести ничем.

— Глупо, — со вздохом заметила я.

— Почему?

— Ну... она же теперь навсегда...

— И что? — усмехнулся Сауд, — Магам на юге многое позволено. Так что отнюдь не глупо выставлять татуировку напоказ, а скорее благоразумно.

— Но ведь у вас нет Гильдии магов, так? И отомстить за своего сородича будет некому.

— Отомстить? — посмотрел на меня, как на сумасшедшую мужчина, — За что? Кто в здравом уме попробует напасть на мага?

Я промолчала.

— А тут не делают татуировки в виде крыльев, — спустя некоторое время спросила я.

— А-а-а... Делают, — протянул Сауд, — Это обозначение применяется для детей тьмы. В "Легендах", которыми ты интересовалась, должно быть упоминание о них.

— М-м-м... — промычала я. Что-то не припомню... Может, пропустила? Не понимаю...

— Ладно, расскажу сейчас... Дети тьмы — это такие как ты: личи и некроманты, а так же темные маги, демоны и прочие, что классифицируются как "темные". Они вроде как многократно сильнее обычного "светлого", но темных мало и группа обычных магов легко может с ними справиться.

— А... понятно, — разочарованно протянула я. Я думала, что здесь что-то интересное, а оказалось, просто общее название всех отличающихся от людей существ.

Дантос тем временем закончил расплачиваться и махнул мне рукой, чтобы я зашла в круг телепорта.

— Прощай, Сауд, — повернулась я к мужчине, — Боги дадут, еще встретимся.

— Прощай, Карра. Но не давай напрасных обещаний и пустых надежд, — усмехнулся Сауд. Я чувствовала, что мы с ним больше не увидимся. Что ж, этот человек не самый плохой в моей жизни... Мне будет, что вспомнить.

— Я иду, — повысила голос я, видя, что Дантос проявляет нетерпение.

— Вы тоже мертвец, девушка? — с ехидцей в голосе уточнил маг. Все дело было в том, что лич не посчитал нужным хотя бы плащ надеть, и поэтому всем было видно, что он нежить. Но... он был правителем. И его все знали — кто же не слышал городе Лонне, где правит нежить и человеку места нет?

— Сибни анна актом фэйр, — холодно проговорила я. Дантос уже зарегистрировал и меня, и себя, и Тора. Чего он еще хочет?

"Избавьте меня от шуточек". У мужчины вытянулось лицо. Он молча пропустил меня в калитку, вслед за Дантосом.

Я вошла, но не увидела никого. Так... значит, он уже переместился? Тогда мне остается только ждать.

Внезапно я ощутила покалывание. Тело сжали какие-то тиски, а потом... меня не стало.

Я сопротивлялась яростно и жестко, используя всю мощь, которая была доступна мне. Так сильно, что неведомое существо, стиснувшее меня в кулаке, предпочло не связываться со слишком кусачей добычей.

Что-то ударило меня в пятки. Я пошатнулась. Открыла глаза. Оглядевшись, я поняла, что стою на горе. Точнее, на уступе высоко на землей, перед входом в пещеру. Не поняла...

Я поспешно отошла от края. Случай — он всякий бывает... Мало ли, нога поедет, или камушки посыпятся — и я вместе с ними... Оглядевшись, я довольно быстро заключила, что кроме меня здесь никого нет. Что это было? И что мне теперь делать?

Может, меня выбросило на полпути от Миарата? Кто знает. Но отсюда надо выбираться... и прямо сейчас. Я прикинула плюсы и минусы варианта, в котором я пытаюсь спуститься по довольно крутой скале. Не-ет, без специального снаряжения и страховки — ни-ни!

Но и по пещерам плутать не хотелось... мало ли что: может, там какие-нибудь чудища водятся. Или обвал, тьфу-тьфу-тьфу. Это ж я долго откапываться буду, если, конечно, меня не засыплет так, что я даже рукой не шевельну.

Но другого варианта просто нет! Или я застряну здесь, или пойду в пещеру... Магия — не вариант... Чтобы полететь, нужно дохрена энергии, а у меня ее сейчас нет. Точнее, я пока не хочу ее тратить... Вот как совсем припрет, тогда и... Да-а-а... Я, оказывается, скряга!

Я вздохнула. Ладно, хватит топтаться на месте! Нужно действовать.

Покивав своим мыслям, я стянула через голову одеяние южанок и обвязала вокруг пояса, предварительно сложив пополам. Получилось что-то вроде короткой юбки, которая в принципе не помешала бы мне пробежаться или хорошенько махнуть ногой, чтобы засадить пяткой в зубы кому-нибудь.

Пещера внутри оказалась сухой и теплой. К моему облегчению и легкому удивлению, это оказалась не совсем пещера, а что-то вроде шахты или тоннеля, ведущего вглубь. Ведь могло оказаться, что это просто была большая полость в скале, заканчивающаяся тупиком. И тогда мне пришлось бы придумывать другие способы выхода из этой за... кхм.

Пол тоннеля медленно, но верно уходил вниз. Но потолок оставался высоким, что меня радовало. Ведь мне могло не повезти, и пришлось бы пробираться на четвереньках, согнувшись в три погибели.

На стенах были видны следы от подпорок, кое-где даже сохранились деревянные столбы и перекрытия. Я хмыкнула. Ну-ну, не мне судить, конечно, но по-моему, это бесполезно. Решит гора просесть — и эти подпорки только хрупнут, как спички.

Я прикоснулась ладонью к дереву и обнаружила, что оно настолько древнее, что легко крошится под моими пальцами, превращаясь в неприятно облепившую пальцы труху.

Поморщившись и вытерев пальцы о штаны, я продолжила путешествие. Слава всем богам, что я вижу в темноте. Я вытащила из сапога стилет и попыталась прочертить на каменной стене линию. Лезвие проскрежетало по камню, но оставило за собой довольно заметную царапину. Я успокоилась и продолжила идти дальше, время от времени оставляя на стенах полосы со стрелками.

Минут через двадцать крепежи на стенах исчезли, я поняла, что этот тоннель не был шахтой, как я сначала думала. Если бы это было так, то подпорки были бы по всему протяжению выработки. А тут даже строительный мусор не валяется. Просто тоннель. Гладкий, явно рукотворного происхождения, но при этом в нем ничего не добывалось... Может, это вход в какое-нибудь святилище, заброшенный храм или что-нибудь в этом роде? Да ну, вряд ли такое возможно... Но как вариант следует учитывать.

В голове у меня мерно тикал таймер. Я блуждала по пещерам уже два часа. При этом тоннель неуклонно вел меня вниз. Спуск не был крутым, но он был постоянным. Я не понимала, как можно было сделать такой тоннель. Это же просто невозможно! Такие ровные стены, пол, и градус спуска тоже такой ровный, что создается впечатление, что его — тоннель — вырубили по линии. Или наметили точку в скале, высчитали угол наклона, потом проткнули скалу чем-то вроде гигантской иглы, и получилось вот это.

Бр-р... Что за мысли в голову приходят? "Гигантская игла..." Надо ж такое придумать... Хотя кто знает? Может, я и права. Только это была, разумеется, не игла, а магия.

Я задумалась. А что? Почему бы и нет? Тогда зачем вначале тоннеля подпорки? Может ли быть такое, что сначала это была шахта, и ее делали люди, потом пришел маг, разогнал людей и проделал этот тоннель... Бредовая идея... Это целый архимаг должен быть тогда! А для чего ему делать тогда этот тоннель?..

Ладно. Гадать можно до бесконечности, и мне это ничего не даст. Лучше дойти до конца и посмотреть, что там.

Дантос дель Артар

Приземление произошло вполне удачно, на взгляд лича. Их не распылило по дороге, не выронили где-нибудь по пути — в общем, донесли до места в целостности и сохранности.

— Тор, — позвал лич, открывая глаза.

— Я здесь, господин, — отозвался тот слева.

— Где Карра?

— Не знаю. Может, она сейчас появится. Она ведь зашла в круг портала после нас, — обеспокоенным тоном произнес вампир.

Прошло минут пять. Дольше ждать не было смысла поэтому Дантос вышел из круга, тем более, что маг, ожидающий их, уже подавал им знаки рукой, чтобы они не задерживали других путешественников.

— Ну и где эта мертвая задница?! — выругался лич, идя по городу. Он направлялся к ближайшему трактиру, чтобы снять комнату.

Тор благоразумно промолчал, не желая злить своего господина еще больше.

На самом деле, ждать девушку не имело смысла. Если она переместилась позже них, то пошла отдельным рейсом. Значит, либо распылилась по всему континенту и более не существует, либо ее выбросило где-то посередине. И тогда смысла нет ее ждать. Но так же нету смысла предпринимать что-либо, ведь Дантос не знал, к кому она собиралась отвести его. Оставалось все-таки надеяться на лучшее и ждать ее...

Черт бы ее побрал, эту мертвую задницу!

Глава 12

Карра

Спуск продолжался. Тоннель нисколечко не поменял свой угол наклона, и это... не сказать, чтобы огорчало, но мне уже становилось скучно.

Вскоре я... почувствовала. Воздух в тоннеле был очень сухим, а сейчас мне почудилось, что он стал более влажным. Хм, может, мне и правда почудилось? Разве что я вскоре найду подземное озеро.

Или конец тоннеля, залитый водой. Обидно будет... Три часа плутаю по этому тоннелю — ну, не сказать, что плутаю: он же прямой! Но обидно ведь! — и окажусь перед тупиком. Не-ет, лучше бы этого не происходило!

Но самые мои худшие подозрения не оправдались. Спуск действительно закончился всего лишь пещерой с таким высоким потолком, что его своды терялись далеко во тьме — далеко даже для моего зрения.

В центре пещеры уютно расположилось озеро. Оно было абсолютно круглой формы, за исключением небольшой выемки, расположенной прямо напротив выхода из тоннеля. Озеро было похоже на блюдце с отбитым краем. Его поверхность мерцала каким-то странными радужными переливами. Красиво... Я подошла поближе.

Вокруг озера рос странный светящийся зеленовато-синим цветом мох. Он довольно толстым ковром покрывал все пространство вокруг озера метра на два. На вид вроде не ядовитый... и мягкий... Хотя ведь не даром говорят, что чем ярче гадина — тем она ядовитей? Да и странно это — то, что граница между голым камнем и пушистым покровом мха так резко очерчена. Мало ли, вдруг он какой-то плотоядный или ядовитый?

Я подошла плотную к кромке мха. Достав стилет, тихонько ткнула. Ничего не произошло. Понюхав лезвие стилета, я удивилась: мох вообще ничем не пах. Вообще! Этого не может быть! Даже если запах нейтральный, даже если он совсем слабый — он должен присутствовать, и я должна его учуять! А тут...

Я настороженно перевела взгляд на мох и удивленно вскинула брови. Дыра в светящейся пушистой массе затягивалась прямо на глазах; новые волокна прорастали с фантастической скоростью.

Нет, в этот мох я не полезу! Хотя вроде интуиция молчит и не подает сигналов об опасности.

Стоп! А с чего это вообще такое навязчивое желание залезть в этот мох? Неужели магия? Тогда это точно какой-нибудь плотоядный грибок. Нужно держаться от него подальше.

Наверх я подниматься не стала. Чувствуя приближающуюся головную боль — верный признак того, что мне нужно немного "помедитировать" и немного отдохнуть. Тело не устает — а сознание запросто, так что...

Я отошла от мха подальше и села, скрестив ноги. Мечи по привычке достала и положила на колени. Закрыв глаза, я с удовольствием погрузилась в транс.

Геральт

Некромант удовлетворенно кивнул. Его задумка оправдала все ожидания. Новый лич прекрасно себя чувствовала и уже радовала своего создателя успехами и разумной инициативой. Ее обучал пока не сам некромант, а его предыдущие создания. Пока только боевым искусствам и магии. Но даже сейчас его творение — он решил назвать ее Инга. В переводе с языка северян это означала "властная", — выкидывало порой такие фокусы, что Геральт не знал, то ли за голову хвататься, то ли хвалить и радоваться.

Да, мужчины-личи проигрывали девушке в коварстве и хитрости, а так же медленнее принимали решения. Там где Инга действовала, наполовину полагаясь на интуицию, они... э-э-э... как бы это сказать... руководствовались жесткой логичностью. То есть для принятия верного по их мнению решения им нужно было собрать минимальное количество фактов, проанализировать их и тогда уже подобрать оптимальный вариант.

Да, личи думали быстро. Но женщина была еще быстрее именно потому, что интуитивно находила правильный вариант. Но... пока что Инга проигрывала "технически". Ничего, ей нужно только поднабраться опыта. Впрочем, она удивительно быстро развивается...

Да, Геральт не отказался бы изучить сегодняшнюю Карру и понаблюдать — хоть немного, — ее прогресс. Она ведь удивительно быстро обучалась, могла впитывать информацию тоннами, причем почти мгновенно отделяла "зерна от плевел", отличая подлинную информацию от той, которая не стоила внимания. Геральт как-то специально дал ей такое задание: с помощью нескольких научных трудов составить описание расы демонов.

Причем ни одна книга не была целиком верной. Но Карра умудрилась всего за три дня составить портрет типичного демона, сравнив содержание всех томов. Так же она умудрилась найти достаточно эффективные способы удержать демона, пленить, ну и еще несколько нюансов обращения с этим народом. Как она догадалась об этом — Геральт так и не понял. Он узнал об этом, только поверив каждый способ на практике.

Некромант вздохнул. Переворот намечался через месяц. Герцог Владилен очень просил его просидеть все действие в своей лаборатории, одолжив только на время с десяток своих "подопытных мышек". Геральт же полностью согласился с таким развитием событий — ему не улыбалось орудовать мечом или магией, чтобы размазать по стенке парочку озверевших от крови и вседозволенности победителей. А ведь они могли и все реагенты в лаборатории побить...

Н-да. Геральт положительно не любил революции и перевороты; а так же бунты и прочие беспокойства. Все, что ему было нужно — это его лаборатория, "подопытные мышки", как выразился герцог, и достаточное количество материала. Некромант был ученым до мозга костей...

Карра

Я очнулась от ощущения опасности. Мгновенно перейдя в боевой режим, вскочила с места и на всякий случай отступила на два шага назад. Это было своевременным решением: полотно мха едва ли не коснулось моих пяток. Я отскочила еще на метр, пряча мечи в ножны, а мох издал какой-то странный звук — вроде урчания и замер на месте.

Не поняла... Мне что, почудилось? Я же только что ясно видела, как светящийся пушистый ковер рябил, как вода, с каждой волной приближаясь ко мне на несколько сантиметров. Я прищурилась. А если...

Заклинание было достаточно энергоемким, но не слишком затратным. В самый раз, в общем. Маленький огонек необычного, красного, как кровь пламени заплясал в десяти сантиметрах над моей рукой.

Людям такое было бы сложнее сделать. Слишком горячо "адское пламя", как иначе называют это заклинание, что я нашла в записях ведьмы лет десять назад. Оно почему-то было задвинуто далеко-далеко в гору неопрятных листков, служащих чем-то вроде дневника для той молоденькой ведьмочки, которая исчезла — может, погибла, — при неизвестных обстоятельствах и оставила мне свой дом и свои знания в наследство.

Человек смог бы безболезненно подойти к "адскому пламени" на метр, а создание его на таком расстоянии требует большой концентрации. Мне же, как уже мертвой, жар не причиняет особых неудобств, хотя, разумеется, я не буду рада, если суну руку в это пламя. Все же достаточное количество боли я ощущала.

Осторожно приблизившись к сохранявшему полную неподвижность мху, я занесла руку над пушистым покрывалом. Светящаяся масса будто почувствовала угрозу и попыталась отползти, но делала это слишком медленно. Я быстро дала команду заклинанию и отскочила подальше.

Файербол — да, я читала фэнтези и знаю, как называется такая штука! — нырнул вниз, врубился в податливую массу мха, после чего волной разошелся во все стороны, охватывая пламенем всю поверхность растения. Поверхность мха начала как-то странно дергаться, при этом он еще и чадил невыносимо.

Через минуту все было кончено. В воздухе витала копоть, воняло гадостно — я зажала пальцами нос. Поразительно, даже при том, что я не дышу — запах настолько силен, что я его улавливаю! Капец...

— Тьфу! Гадость какая... — пробурчала я, закрывая лицо рукавом. Попытавшись отогнать от себя хлопья сажи я взмахнула пару раз рукой, но это только ухудшило положение. Я не выдержала и побежала обратно, в тоннель.

Переждав там часика два, я вновь вернулась в пещеру. Впрочем, бегство мне не слишком помогло: гарь могла выйти только через тоннель или осесть на пол. Но там хоть было полегче...

Вдобавок я осознала, что налипшая на лицо и руки сажа не оттирается! Никак, вообще!

Зарычав от досады, я подошла к озеру и стала скидывать с себя одежду. Ну, если вода не поможет — то это вообще конец...

Опустившись на колени, я мимоходом отметила, что вода жутко холодная. Но меня это не остановило. Попытавшись оттереть плечи, я обнаружила, что вода хоть с трудом, но отмывает сажу и гарь. Долго провожусь, похоже...

Умывшись, я посмотрела в воду, пытаясь увидеть свое отражение. Но вода даже не была прозрачной — в глубине у нее было радужное мерцание, переливающаяся всеми цветами радуга... Завораживающе прекрасно... Я не заметила, как склонилась ниже... ниже... и погрузилась с головой.

Вскрик не удался — только вода в рот попала. Я подскочила, но меня не пустили — поверхность воды стала как пленка из резины: упругая и не рвущаяся. Жидкость вокруг меня затвердела, превращаясь в желе, зафиксировав на минуту, после отпустила и вытолкнула на поверхность.

Я открывала и закрывала рот, пытаясь осознать, что это сейчас такое было? Что это, мать вашу?!

Внезапно раздался плеск, как будто в воду свалилось что-то тяжелое. Прямо передо мной в воду упало... упал. Это явно был кто-то человекоподобный, и мужчина, по-моему.

Став на колени, как и я, клацающий зубами от холода... парень? Ни чего себе!!!

Я впилась взглядом в дрожащего и синеющего на глазах парня лет двадцати пяти. У него была очень бледная кожа и светлые волосы, до лопаток. А глаза черные, с голубыми искорками зрачков в глубине. Необычное сочетание...

— Ты кто?! — я опомнилась и прикрылась рукой. Во второй уже давно был меч.

— Я? — он даже удивился.

— Ну не я же! — отозвалась я, вставая. Он еще шире открыл глаза, следя за мной завороженным взглядом. Я попятилась, подхватила второй меч. Плевать, что я тут голая, главное — жить охота! А он опасен, явно опасен! У меня от одного вида этого странного парня, даже не смотря на то, что он вымок до нитки и дрожит от холода, и вообще выглядит жалко, поджилки трясутся!!!

— Э-э-э... я отвернусь... — пробормотал тот самый парень, отводя взгляд. Я настороженно положила мечи на землю и быстро стала одеваться.

Янлин Тацуми-Нага

Сижу я значит, пью тихонько, отмечая выходной на службе у Ацами-хана... Единственный на все пятьдесят лет, между прочим!.. И тут меня выдергивают прямо из моего уютного логова, тащат через десяток миров в какой-то совсем дальний, пихают в озеро с жутко леденющей водой и сообщают ласково так на ушко: ты, мол, Янлин Тацуми-Нага, должен служить этой достопочтенной госпоже, что сидит напротив тебя голышом!

Не убил я ее только от неожиданности. Мы, демоны-тени, больше тепло и солнышко уважаем... а уж никак не подземелья с ледяными озерами! З-замерз...

— Поворачивайся... — раздался тихий голос. Я поднял взгляд. Девушка стояла напротив меня, с явной угрозой поигрывая двумя мечами, зажатыми в руках. Ну-ну...

— Ты кто? — повторила она этот вопрос, но уже совсем спокойно. Если сперва я заметил на ее лице такую же гамму возмущенно-испуганных эмоций, как и у меня, то теперь оно было абсолютным бесстрастным, как у старших демонов.

— Янлин Тацуми-Нага... к вашим услугам, почтенная Госпожа... — а куда мне деваться? Бросив взгляд по сторонам, я вспомнил и узнал это место. Это было Озеро Судьбы.

Давно эта история случилась. Один из наших крепко разозлил Играющего-со-Смертью, демона, который занимается учетом умерших душ и сдает отчеты Богам и Богиням, которые потом сдают отчеты Творцу... А потом он, — то бишь Творец, — решает, чего дальше делать с Богами, Играющими и с обычными, или низшими, — как нас по другому называют, — демонами...

Не о том речь. Играющий разозлился, что его пои... кхм. Темная история была, я уже не помню подробностей... Я, собственно, и не застал ее, но мне рассказали старшие. Играющий создал озеро, точнее некоторую меру магической субстанции, которая в выемке в горах принимала форму озера; и заколдовал его так, что любой девушка и любой мужчина, проведший нужный обряд, получал в слуги себе демона-тень противоположного пола...

Но, зараза такая, не сказал, в чем заключается этот обряд... Только усмехался таинственно и злорадно, говоря, что очень простое условие... Пока его не прибили...

Разумеется, первой жертвой подобного произвола был сам обидевший высшего демона... После парочки других подобных случаев тени собрались и скопом пробили тоннель, чтобы эта поистине неубиваемая хрень, которую создал Играющий, стекла глубоко в гору. Чтобы до нее было трудно добраться, понимаете?

Обрушили склон, снаружи организовали качественный обрывчик. Вокруг озера всеядный мох один ботаник любитель нарастил — в общем, подстраховались.

Меня волнует вопрос — как?! Мы же так старались! И вот нашлась какая-то особо упертая... личность! Пробралась, проскользнула, провела обряд и, что самое обидное, не повезло именно мне!!!

— ...как-как? — услышал я обрывок фразы девушки.

— Янлин Тацуми-Нага... — терпеливо повторил я. Да-а, это что — все жители этого мира такие отсталые?

— На китайца похож, — внезапно разулыбалась девушка, — Итак... Какого хрена ты сюда явился?! — внезапно рыкнула она таким голосом, что я аж подскочил.

— Вы сами меня вызвали, — напомнил я ей.

— Нет, не вызывала, — покачала головой моя нынешняя хозяйка. Да, я пару раз попадал в пентаграммы магов, но никогда надолго. И обычно это были достаточно честные сделки...

— По крайне мере, сознательно я этого не делала, — добавила немаловажное дополнение Госпожа.

— Можно мне встать? — если она поставит жесткие запреты — мне не сдобровать... но, похоже, она вообще не понимает, что происходит... Что ж, это на руку мне...

— Вставай... а то на цуцика похож... — слегка презрительно проговорила девушка. Пришлось проглотить молча... — Меня можешь называть Каррой... Рассказывай давай, что это за озеро такое, и тащи свою задницу сюда!

Блин. Это приказ. Не не послушаешься... Сволочь она! Просто змея подколодная.

Я постарался в самых расплывчатых словах пояснить девушке, что из себя представляет Озеро Судьбы.

— Демон, значит? — промурлыкала она, — Похож, похож... Красивый, однозначно...

Нет, только не это!!! Неужели она меня спать с собой заставит?!

Мне чуть не дали в челюсть — спасибо увернуться успел.

— За что, госпожа?! — воскликнул я.

— За то что мысли такие думаешь, — хладнокровно пояснили мне, — У тебя лицо такое было... я себя старой извращенкой, соблазняющей невинного молоденького девственника почувствовала.

— Простите, госпожа, — девственника... ага... это задело больше всего.

— Прощаю... Ладно, наверх пошли, а то ты уже синеешь... И одежду снять бы, но сухого нет... — задумчиво пробормотала она.

Пока мы шли, — вперед Карра меня не пропустила, — причем мне становилось все холоднее, я смог удостовериться, что это именно то Озеро, а не его похожий аналог.

Задрав правый рукав, я с огромным неудовольствием полюбовался на проявляющуюся на моем запястье татуировку принадлежности.

— Что это у тебя? — обратила внимание на меня госпожа, — Покажи. О! Красиво как.

— У вас тоже должна такая появиться, — неохотно произнес я, — На правом запястье, вот тут, — я лично отодвинул рукав черной куртки и, слегка заигрывая, пробежался пальцами по татуировке хозяйки на запястье девушки. Чем лучше она ко мне будет относиться, тем в более комфортных условиях я буду существовать, так что неплохо будет, если она в меня влюбится.

— О, еще одна, — Карра достаточно флегматично отреагировала и на появление рисунка на своей коже, и на легкий флирт, который я себе позволил.

Задавать вопросы я не стал, и мы пошли дальше. С меня капала вода — точнее, та странная субстанция, которая и сотворила эту мерзость со мной...

— И что, ты теперь должен мне служить? — с неподдельным интересом уточнила девушка.

— Да, госпожа, — кивнул я, поеживаясь.

— И долго?

— Вечно.

— Тю-ю! — воскликнула Карра, — А ниче мне подарочек выпал! Ради этого можно было и три часа спускаться и запачкаться немного... А что ты можешь? — теперь на меня смотрели, как на потенциальный предмет мебели, оценивая внешность, мускулатуру и прочие неизвестные мне критерии отбора.

— Я выполню любой ваш приказ, госпожа, — предпочел я не распространяться насчет своих возможностей.

— Я приказываю, — мило улыбнулась девушка. Я еле удержался, чтобы не скрипнуть зубами.

— Я воин, госпожа. Я плохо владею магией, но весьма искусен в битве.

— Не повезло, — почему-то сделала странный вывод девушка; а посмотрев мне в глаза, добавила:

— Подраться я и сама могу. Что еще?

— У меня больше нет никаких особенных способностей, госпожа.

— Мне обязательно повторять то, что я приказываю тебе рассказать про себя? — с милой и немного ироничной улыбкой спросила Карра.

— Я умею летать, — неохотно проронил я, — И я — тень, — с мрачной гордостью добавил я. Может, не высший демон, но нас всегда считали самыми лучшими воинами.

— Подробнее. И это приказ.

— Я могу принимать форму тени. В таком состоянии мои воинские навыки удваиваются.

— В общем, ничего особенного, — помолчав, заключила эта... девица. Да я был лучшим воином в отряде Ацами-хана! И тут мне в лоб — "Ничего особенного!" Да это как в душу плюнуть!

Через три часа мне было откровенно плохо. Чего тени не переносят, так это холода. Мы любим солнце, огонь, тепло. Нежность, ласку и так далее...

— Будь здоров, не кашляй, — пожелала мне в десятый раз Карра, когда я разразился глухим кашлем и чихнул в конце.

— Да хватит уже! — разозлилась она, — Выберемся отсюда, я тебя вылечу, только сейчас мне не надоедай!

Все. Теперь мне не чихнуть, и не кашлянуть.

— Что у тебя за лицо такое? — через десять минут спросили у меня.

— Вы запретили мне чихать, — прогундоносил я, — Теперь я не могу это делать...

— Дурак! Отменяю предыдущий приказ, — девушка усмехнулась, — Интересно, тебя так любое чувство можно заставить испытывать? А если так попробовать... Приказываю, перестань чувствовать себя плохо!

Мне не стало легче, если честно.

— Значит, на состояние организма не работает, — с каким-то странным огоньком в глазах заключила девушка, — Возможно... Надо попробовать...

Внутренне я содрогнулся. Что же меня ждет, с такой хозяйкой? Не хочу!!!

К счастью, больше экспериментов надо мной не проводили; и вскоре мы с моей хозяйкой вышли на свет дневной. Хотя... уже был вечер. Солнце клонилось к закату, расцвечивая небо во все оттенки красного.

Но я был далек от лицезрения всех этих красот. На вершине горы — а мы находились на уступе высоко над землей, — дул пронизывающий ветер, а так как моя одежда все еще была влажной, то перспектива стать первым демоном, который простудился, замаячила у меня прямо перед лицом. Я чихнул, съеживаясь еще больше и пытаясь спрятаться за Каррой.

— Ты ведь можешь летать? — уточнила у меня девушка.

— Да, госпожа, — пролязгал я — зубы стучали.

— Спусти меня вниз. Я приказываю.

Блин. Полет меня окончательно вымотает. Но — приказ есть приказ... Руку уже начинало покалывать около татуировки, поэтому я поторопился с выполнением приказа.

— Мне нужно будет взять вас на руки, госпожа, — предупредил я девушку.

— Действуй, — кивнула она.

Глава 13

Карра

Демон был красив, даже очень. Он выглядел как парень лет двадцати пяти, с очень бледной кожей и светлыми волосами, которые достигали плеч и был собраны в низкий хвостик. С довольно приятными чертами лица, хотя и имея крайне сдержанное и, я бы даже сказала, хмурое лицо, так что почти нельзя было понять, какие эмоции тот испытывал, демон был мне симпатичен.

Его глаза смущали меня. Они были черными, но зрачки были бело-голубыми, яркими, похожими на искры. И еще они пульсировали — иногда разрастаясь так, что закрывали радужку, иногда сужаясь в булавочное острие, а иногда и вовсе вытягивались вертикально в тоненький волосок!

Одет он был в темно-коричневую плотную рубашку без пуговиц и со шнуровкой на груди, облегающие штаны и черные сапоги. На бедрах сидел широкий пояс с массивной пряжкой; к нему была прикреплена перевязь с клинком с помощью обоймиц. Это был "ублюдочный меч", бастард. Он интересен тем, что легче, чем его старший брат — двуручник, — и при этом возможно оставить длинную рукоять для хвата обоими руками. Таким образом этот меч можно было держать и одной, и двумя руками.

С другой стороны пояса был прикреплен не слишком большой трехгранный кинжал — скорее для колющих, а не режущих ударов. Больше никакого оружия, равно как и доспехов, на демоне не было.

То, что он воин, немного разочаровало меня. Я-то ожидала какого-нибудь мага... Но что есть — с тем по жизни и танцуем. Так что нужно пользоваться, раз мне на голову свалилось подобное... с-сокровище, мать вашу!

Предупредив меня, демон зашел спереди меня, после чего подхватил под задницу и взял так, как матери носят грудничков. Я обхватила его руками и ногами. После чего демон шагнул назад, прямо с обрыва в пропасть.

Не заорала я только потому, что давно привыкла бросаться в пике на метле, когда осваивала это "средство передвижения". Стиснув челюсти до хруста в костях, я сдавила ногами и руками бедного парня так, что он крякнул и попытался отцепить мои конечности от себя... не получилось. Пришлось терпеть.

Секунд через пять мы перестали падать а стали... парить? Скорее планировать с большой скоростью. Демон поддерживал меня, спуск был ровным, поэтому вскоре я расслабилась, позволив Янлину вздохнуть.

Завороженная полетом, я рассматривала местность, проносящуюся подо мной, и параллельно вспоминала карту, чтобы определить, куда мы попали.

Так-так, две дороги — точнее одна, которая появилась где-то в районе подножия гор рядом с подозрительными пещерками и потом раздвоилась, — невдалеке виден лес...

— Вниз! — крикнула я. Янлин, ставший еще белее, чем был, кивнул и мы рухнули вниз.

Я не заорала и в этот раз. Все равно мы приземлились вполне благополучно, зависнув в метре над землей и опять рухнув.

— Ай!.. Госпожа, за что?! — я оседлала демона и слегка придушила. Чтобы не пугал так дальше.

— За все хорошее, — пробурчала я, отпуская шею Янлина.

Итак... мы были в горах Страха, тех самых, чье название мне не очень понравилось своей пафосностью. Ну-ка, чем они примечательны?

Я попыталась вспомнить, что такого интересного добывается в этих горах... по-моему, какие-то редкие самоцветы, большего не могу вспомнить. Значит, те подозрительные пещерки и дыры в земле были не чем иным, как шахтами, на этот раз настоящими.

Но меня сейчас интересует не это, а расположение дорог и ближайшего к нам приличного трактира. Да ладно, хватит любого, где есть чистые постели и поесть моему новому... приобретению. Что-то плохо он выглядит. Верно, его истощил полет.

Я встала с униженно взирающего на меня демона и подала ему руку, чтобы он встал. К моему удивлению, он воспользовался помощью. Я думала, что гордость не позволит ему принять помощь женщины, да еще и той, которая выдернула его из родного мира и затащила в рабство. Что ж, тест на вшивость ты прошел; что будет дальше — посмотрим.

— Пойдем. К ночи дойдем до приличного заведения, там приведу тебя в порядок, — пояснила я наши следующие действия.

Добираться до Агилера придется достаточно долго, так что лучше отправить записку Дантосу и Тору. Встретимся там.

А еще лучше, дать им записку, чтобы Геральт помог им. Ну, я надеюсь, что он поможет по моей просьбе. В крайнем случае, об оплате договоримся.

Вопрос — как передать послание? Голубем — ну, в этом мире подобное практиковалось, но не факт, что у трактирщика найдется птица, выдрессированная лететь в Агилер или Миарат.

Хм. Ведь сын мне показывал кое-какое заклинание... "Вестник", кажется... Да, это вариант.

Янлин шел рядом, молча и его лицо не выражало никаких признаков неудовольствия или вообще чего-нибудь, кроме безмятежного спокойствия.

Мы вошли в лес. Я вспомнила его название: Странный лес. В Средиземье их два: первый — этот, второй — расположенный за эльфийским лесом. Помнится мне, во втором Странном лесу жил какой-то архимаг... Враки, наверное. Хотя случай — он всякий бывает...

Я немного ошиблась с определение расстояния. К первому трактиру мы вышли не к ночи, а к утру. Только-только занимался рассвет. Я обеспокоенно посматривала на демона, но он пока показывал себя молодцом.

— Скоро уже, — пробормотала я, вспоминая, есть ли у меня деньги? Вроде было немного монет в женском сейфе, да остаток выручки, заработанный во время охраны каравана, лежал в кошельке... в другом женском сейфе. Нормально...

Ну а если денег не окажется, то можно войти и так. Жаль хозяина... но Янлина мне жаль больше.

Подойдя к негостеприимно закрытым воротам, я со злобной ухмылкой выслушала лай кобеля, который бесновался за забором. Не достанешь, зараза такая! Но в этом есть свои плюсы — мне не придется драть горло и отбивать кулак, хозяин и так сейчас к нам прибежит, разбуженный лаем здорового, судя по шуму, пса.

— Кого там Темный принес на ночь глядя?! — рычание не хуже, чем у пса.

— Так утро уже! — крикнула я.

— Девка?.. — недоуменная пауза.

— Пусти в дом, хозяин! Мы путники. Мирные. Нам бы поспать и поесть...

— Идите вы отсюда подобру поздорову, — прогудели из-за забора, — А то псов спущу.

Я скрипнула зубами. Ах ты, урод...

— Не нужно, хозяин! — продолжая тоном жизнерадостной дурочки, заканючила я, — Пусти переночевать...

Собак все-таки спустили. Я усмехнулась и опустилась на четвереньки. И зарычала. Пес — он все-таки был один, — заскулил и убрался обратно под ноги хозяину, который выглянул наружу.

Это был явно в прошлом наемник. Богатырский рост, широкие плечи и разукрашенная шрамами морда — все, как полагается.

— Оборотень, что ли? — хмуро уточнил он, наблюдая, как я встаю с колен.

— Почти, — прошипела я, — Чего не пускал-то?!

— Мало ли что тут ходит, да еще и по ночам? — флегматично пожал плечами трактирщик; тем не менее отошел чуть в сторону, позволяя нам пройти внутрь двора.

— И то верно, — вынуждена была согласиться с ним я, — Ну так что, пустишь переночевать-то?

— Пущу, почему б нет, — согласился хозяин, — Кушать будете?

— Мяса побольше, для двух здоровых мужиков. Два кувшина вина, две кружки. Я сама заберу в комнату, идет? А, да, комнату одну. Но с двумя кроватями. Есть такая?

— Есть, — ответил хозяин, показывая нам наше временное жилище. Меня оно полностью устроило — не слишком большое, но чистое и, что самое главное, запиралось изнутри на засов.

Демона я оставила в комнате, сама же отправилась договариваться об оплате и забирать еду. Пришлось подождать с час, пока не растопят камин и не пожарят мясо. Когда я поднялась наверх, демон уже, кажется, спал.

— Янлин, — тихо-тихо позвала я.

— Да, госпожа? — он сразу приподнялся на локте, как будто не дремал только что на кровати, даже не сняв одежду.

— Есть будешь?

— Да, госпожа, — он оживился, пододвинул к себе тарелку и стал насыщаться. Я налила себе и ему в кружки вино и стала медленно цедить свою, рассматривая демона.

— Сколько тебе лет? — мой вопрос застал его врасплох, и он перестал есть на секунду.

— Мне девяносто семь, госпожа, — ответил Янлин.

— А каков срок жизни демонов?

— Мы долгожители, — расплывчато отозвался тот, после чего продолжил прерванный процесс жевания.

Я усмехнулась. Хорошо, пусть он пока воспринимает меня как врага. Но мне хочется, если уж у меня появился слуга-демон, чтобы он был привязан ко мне не только этой татуировкой, что появилась на его и моей руках. Мне придется постараться... Но, думаю, это будет того стоить.

Закончив есть, Янлин выжидательно посмотрел на меня.

— Что? — спросила я.

— Могу я поспать, госпожа?

— Можешь не спрашивать про такие вещи. Спи.

Сама я легла на соседнюю кровать, по привычке положив мечи вдоль тела и скрестив руки на груди. Все, отдых. Янлин явно проснется завтра или полностью здоровым, — если сможет восстановиться за этот срок, — или полностью больным, если сытный ужин и крепкий сон не помогут. И тогда мы стопроцентно задержимся на несколько дней здесь. И я еще успею отправить письмо и Дантосу, и Геральту.

Глава 14

Янлин Тацуми-Нага

Я проснулся рано утром, когда моя хозяйка еще спала. Она лежала в довольно странной и неестественной позе, но я решил не будить девушку. В конце концов, она должна была сильно устать. Так что пусть отдохнет.

За ночь я пришел в себя. Все-таки регенерация у демонов отличная, так что я при желании даже смог бы повторить полет. Волшебство мне было подвластно, но только таким образом — то есть, кроме полетов, я не был приспособлен ни к чему. Это было немного обидно, но ведь тени — они для этого и созданы, чтобы быть защитниками магов. Так что пенять не за что.

— Ты куда? — тихо спросили позади. Я обернулся. Этого не может быть! Я же двигался очень тихо, человеческое ухо не различило бы звука моих шагов.

— Умыться, госпожа, — ответил я.

— На дворе есть ведро, — пояснили мне, — Там налита вода, но она холодная. Для умывания.

Я ужаснулся. Неужели они тут настолько отсталые?

За свою не слишком долгую для демона жизнь я побывал в достаточно большом количестве миров, поэтому имел представление о таких полезных вещах, как горячая ванна или всемирная сеть. Да и в моем родном мире отнюдь не гнушались техническими новинками. Но здесь... Это прям средневековье какое-то!

— Я понял, госпожа, — вежливость прежде всего, но умываться ледяной водой я бы и врагу не пожелал...

Я поплескал себе в лицо водичкой, но у меня так и не хватило духу опрокинуть на себя ведро с холодной колодезной водой. Н-да, закаливание — не для меня...

На свет выползла Карра, которая так же направилась к умывальнику. Девушка мылась долго и со вкусом, совершенно не стесняясь моего присутствия. Нет, догола она не раздевалась, но белье свое мне показала.

— Нравлюсь? — иронично спросила она, поворачиваясь ко мне лицом. На ее бледной коже блестели капельки воды.

— Что?

— Ты на меня так пристально пялишься, что я подумала, что привлекла твое внимание как женщина, — пояснили мне. Я передернул плечами и промолчал.

— Ну на "нет" и суда нет, — рассудительным тоном заметила Карра и, развернувшись, направилась к своим сложенным вещам, которые лежали на чурбачке рядом с бочкой с водой.

— Янлин, иди поешь, если хочешь, а я пока наверх поднимусь... Потом спущусь и мы пойдем дальше, — очертили мне распорядок дня уже совершенно равнодушным тоном. Карра одела куртку и быстрым шагом направилась ко входу в дом.

Не понял... Это она так обижается, или ей правда все равно?

Карра

По счастью, у хозяина постоялого двора нашлось несколько листочков бумаги и перо с чернильницей, правда, за них он запросил довольно много... но мне ведь и нужно чуть-чуть, правда?

Написав Дантосу короткую записку, в которой кратко описала свою ситуацию, разумеется, умолчав о Янлине. Так же я попросила его не ждать меня, а выдвигаться в Агилер и там идти к Геральту с запиской от меня.

В письме для некроманта я более подробно описывала случившееся со мной и предлагала ему работу: он делает для Дантоса тело, которое может двигаться и служить ему временным обиталищем, а потом мы на месте договариваемся о плате.

Мне, конечно, не хотелось, чтобы Геральт делал для Дантоса такое же тело, как и у меня — мне ведь не нужно, чтобы лич стал мне сильным соперником? Поэтому я приписала в конце пару строк, понадеявшись на то, что Геральт поймет мою просьбу как надо.

Воссоздав заклинание "вестника" по памяти, я отправила две записки по одному адресу, предварительно наложив еще одно заклятие на ту, которую Дантос должен был передать Геральту. Некромант-то сможет его вскрыть, а вот лич... сомневаюсь!

Удовлетворенно вздохнув, спустилась вниз. Демон меня приятно удивил скоростью своей регенерации. Когда мы пришли сюда, он выглядел полуживым, а сегодня утром уже был как огурчик... Хм, надо запомнить, что Янлин не любит холод. Может пригодиться.

Мужчина уже сидел за столом и ел. Я присела напротив него и стала смотреть, как он есть. Пялился а меня все время, пока я мылась... Теперь почувствуешь, как я себя ощущала, когда мне лопатки сверлил пристальный взгляд почти незнакомого мужчины!

Демон подавился и закашлялся. Я отвернулась, досадуя про себя. Так, лучше потрачу время с толком: обдумаю, как бы мне максимально сократить путь отсюда и до Агилера?

Сейчас мы находимся в Странном лесу. До конца леса еще два трактира, и от каждого до каждого примерно день ходу... Блин, ну почему Янлин не такой, как я?! Если бы он так же не уставал, мы могли бы проходить за сутки в два раза быстрее! Обзавелась слугой, называется... Теперь мучайся, следи, ухаживай за ним — а то сдохнет, болезный, от голода и усталости!

Так, не отвлекаемся! На том участке пути дорога почти вплотную подходит лесу, то есть мы выйдем прямо на перекресток. Налево будет Лонн, а направо Вольная Жизнь — одна из трех деревень, которые окружают мой лес.

Хм. А ведь у меня есть метла. Это хорошая идея, в принципе... Решено: не будем заходить в Вольную Жизнь, пройдем по дороге между Малыми выселками и Жизнью, потом дойдем до моего леса, там возьмем метлу и прямиком по воздуху до Агилера. Не охота мне снова Янлина для полетов использовать — я, конечно, экстрим люблю, но не до такой степени!

— Госпожа, я закончил. Выдвигаемся? — привлек мое внимание демон. О, он уже проявляет инициативу? Это хорошо! Разумная инициатива всегда на пользу!

— Да, Янлин. Пойдем. Нам надо как можно быстрее достигнуть границы Странного леса.

— Да, госпожа.

Мы шли, и шли, и шли. Разговаривать нам с демоном было пока не о чем, поэтому молчали. Из разнообразной нечисти, обитающей в Странном лесу, на нас пока никто не напал — скорее всего, это происходило из-за того, что вся нежить и нечисть исподволь чувствовала мою природу и силу. Вот и спрятались, кто куда успел...

Тишь да гладь. Как у меня дома. Хорошо...

Стоп, не расслабляться! Ж... Интуиция подсказывает мне, что такое затишье не к добру! Ну или это так судьба испытывает наши нервы...

— Госпожа.

— Ась?

— Птицы не поют.

Я кивнула. Точно, не ошиблась моя "же"! Что-то будет... Лучше нам убраться с дороги.

— Янлин, давай пойдем через лес, — я свернула с дороги и углубилась в чащу. Мужчина покорно последовал за мной, продираясь сквозь переплетение ветвей кустарников. Ойкнув, демон прижал пальцы к локтю — поцарапал.

— Что там? — уточнила я.

— Царапина. Все хорошо, госпожа, — отозвался тот.

— Уверен? — больше для проформы уточнила я. Янлин кивнул. И мы пошли дальше.

Однако спустя пятьдесят метров путь нам преградило полотнище почти прозрачной, с капельками какой-то жидкости, похожей на кровь, паутины. Нити этой паутины облепляли все деревья вокруг, образуя тупик со слегка загнутыми краями.

— Это что? — тупо спросила я, разглядывая повисшее передо мной препятствие.

— Не знаю, госпожа, — ответил демон, — Давайте поищем обходной путь?

— Ага, — эхом отозвалась я, роясь в своей памяти и разыскивая, что же это за хрень такая...

— Янлин, это Плотоядная паутина, — минут через пять заявила я.

— Что-что? — переспросил тот, задумавшись о своем.

— Я читала об этом в "Легендах и сказаниях". Это один из видов нежити, паразит. Питается кровью и мясом своих жертв.

Я повернулась на пятках и обозрела уже смыкающиеся за нашими спинами полотнища паутины. Полупрозрачная преграда серебрилась впереди, слева, справа, и вот теперь сзади... Пока паутина была далеко, но все же... мы опоздали.

— Госпожа? — Янлин обеспокоенно повернулся, и стал всматриваться, силясь разглядеть полупрозрачную паутину.

— Мы опоздали, Янлин, — проговорила я.

— Э-э-э... М-м-м... А как она действует? — неожиданно поинтересовался демон.

— Да просто, — я уже думала, как нам отсюда выбраться, но ответила:

— Заманивает, как нас, и окружает, а после медленно облепляет и высасывает, как паук свою жертву. Потом паутина уползает, а от жертвы остаются только кости, обтянутые кое-где кожей.

— А палкой ее отодвинуть нельзя? Или мечом?

— Не-а, — покачала головой я, — Она по ней и нападет. Не дура... а жаль. Хотя... у меня посеребренные лезвия, может, и пройдет этот фокус...

Не прошел, паутина шипела, как залитые водой угли, и дымилась, но не собиралась нас выпускать из своего плена. И медленно, но верно сужала кольцо своих смертоносных "объятий".

— Что будем делать? — спустя минуту молчания, напряженно спросил Янлин.

— Окапываться, — буркнула я.

Глава 15

Карра

Рыть было нечем, поэтому пришлось ковырять землю мечами, палками, которые подворачивались под руку и, собственно, руками. Даже мне было бы неприятно попасть в "объятия" Плотоядной паутины. Она бы обглодала меня до костей, а душа осталась бы привязана к голому костяку. И лежала бы я, вся чистенькая, беленькая и красивая — но, увы, совершенно неподвижная. И лежала бы так, наверное, вечность. Пока кости не рассыплются в прах.

Мы торопились, но дело все равно шло гораздо медленнее, чем хотелось бы. К счастью, под слоем дерна и земли оказался слой глины и песка, и копать стало легче. Я поглядела на небо, отгребая в кучу землю. Закат уже. Быстрее...

К ночи мы вырыли узкую нору, в которую и заползли, постаравшись утрамбоваться настолько тесно, насколько это было возможно. На лицо сыпалась земля, песок хрустел на зубах. Я закрыла глаза, выругавшись сквозь зубы. Янлин только скрипнул зубами — кажется, я ему коленкой под ребра уперлась...

Через час паутина полностью закрыла снаружи отверстие норы. Она находилась прямо перед моим лицом, и я была вынуждена наслаждаться острыми ощущениями от того, что эта липкая дрянь усеянная красными каплями желудочного сока ходит волнами и тянется к моему лицу. К счастью, не дотянулась.

Я врезала пяткой назад, вынуждая охнувшего демона сжаться еще сильнее и заползла еще чуть дальше, отодвинувшись от полотнища паутины еще на пяток сантиметров.

Целую ночь так сидеть... Господи-и!..

Закрыв глаза, я погрузилась в транс. Вряд ли Янлин сможет уснуть, а мне затекание тела не грозит, так что могу немного отдохнуть. Главное, дождаться утра...

Янлин Тацуми-Нага

За всю ночь я так и не смог уснуть, да, собственно, и не пытался. Сложившийся пополам, с костлявыми коленками Карры, упиравшимися мне в живот, да еще и когда земля хрустит за воротником и в волосах, и на зубах, и вообще везде... Слов нет!!!

К утру я продрог и все тело затекло так, что я не мог даже рукой пошевельнуть. Карра за всю ночь ни разу не шевельнулась, поэтому новых синяков на моем теле не прибавилось. Когда наступил рассвет — об этом я узнал по тому, что девушка завозилась и стала выползать из норы, — паутина исчезла. Карра выглядела недовольной. То есть, я не считал, что она должна была прыгать от радости после такой ночи, но и не делать такое лицо, как будто у нее родственник помер! Живыми остались — и ладно...

— Что случилось, госпожа? — я стоял на четвереньках и разминал шею, потягивался — в общем, пытался восстановить чувствительность в теле. Конечности начало покалывать иголочками, я стиснул зубы. Да, это тебе не ногу отсидеть...

— Янлин, давай быстрее приходи в себя, — раздраженно бросила мне Карра, — Мы кучу времени потеряли...

Я заткнул свое возмущение куда подальше. Во-первых, она мне хозяйка... как бы. Во-вторых, девушка куда-то торопится, а отец меня учил быть вежливым с дамами... Да е-мое! У нее что, совести вообще нет?!

— Пошли, Ян, — повторила Карра. Я застыл с открытым ртом. КАК ОНА МЕНЯ НАЗВАЛА?! Да это худшее из всех оскорблений, что может сказать мне моя нынешняя госпожа! Назвать сокращенным именем, как своего как минимум любовника, а как максимум — своего раба для постельных утех. Да если только кто увидит... ну, из наших... да вообще! Хоть кто-нибудь! Мне же потом не жить...

— Госпожа! Не называйте меня так!!! — крикнул я девушке вслед, поднимаясь с четверенек и бросаясь ей в вдогонку. Как жаль, что я не могу придушить ее...

— Почему?

— Это неприлично, — как не хочется быть вежливым и объяснять ей все это.

— Это нормально, — возразила мне Карра, после чего зашагала дальше. Я остался кипеть от возмущения и злости.

Карра

Вскоре Янлин нагнал меня, правда его лицо приобрело еще более угрюмое выражение. Он шел молча, но его возмущение и обида ощущались прямо-таки на интуитивном уровне. Мне бы ничего, но если я хочу наладить с демоном отношения, мне нужно учитывать и его эмоции и пожелания...

Я остановилась, развернулась к Янлину и прямо спросила:

— Что не так?

— Госпожа, не называйте меня кратким именем, — так же коротко ответил мужчина.

— Почему?

— Это неприлично.

— Конкретней, — раздраженно приказала я.

— Знающие люди могут подумать, что мы с вами... любовники... — чуть запнувшись, выдавил демон с непроницаемым лицом. Если бы не маленькая пауза в его фразе, я бы вовсе не подумала, что он смущен.

— Вот так надо было объяснять с самого начала, — назидательно сказала я, — Я поняла, извини.

Ну вот, и проблема разрешена. Оказалось, что у демонов, действительно, как у китайцев, обращаться по имени — оскорбление... Ну ладно, это не так страшно.

Я снова пошла по дороге, засовывая в уши наушники и включая плеер. Н-да. Чувствую, у Янлина еще столько заморочек...

Геральт

Некромант думал. Записку он получил, гостей разместил. Теперь же мужчина размышлял о предложении Карры. Надо же, спустя двадцать лет подала о себе весточку. Геральт думал, что ему нужно, чего он хочет от Карры. Переворот был почти готов. Но... бойцов у него уже достаточно.

Хм... Кажется, он знает, что потребовать от своего создания. Инге... нужно помочь. Она немного импульсивна и несдержанна. "Думаю, Карра сможет ей помочь", — усмехнувшись, подумал Геральт. Да и остальные... "мальчики"... ха... тоже могут почерпнуть кое-что из богатого опыта своей "старшей сестры".

Встав, Геральт направился к своим новым подопытным. Да-да, теперь лич и вампир перешли в разряд добровольных подопытных мышек. Почему бы не поставить на них парочку-другую экспериментов, если они сами пришли к нему в руки? Тем более, что... у него есть нечто... необычайное!.. То, чего еще никто не видел... и даже не считал чем-то реальным, а не историей из детской сказки...

И... ему интересно посмотреть, как это работает! В этом и заключается весь интерес научных исследований — не столь важен конечный результат, как сам процесс... Да...

Определенно, этот эксперимент пройдет удачно! Ну а если он ошибся... Никто не мешает ему попробовать снова!

Играющий-со-Смертью Кёко Сакура

Отчет продвигался тяжело. Кёко старался изо всех сил, но уже просто не мог — и желания пытаться оставалось все меньше и меньше, — хоть как-то придать стройный и логичный вид событиям одного конкретного мира. Одна особа постоянно путала ему карты, но при этом... Но при этом она очень даже органично вписывалась в общую картину событий! Складывалось весьма противоречивое ощущение...

Кёко вздохнул и полез в Сеть. Нужно подробнее рассмотреть, что ли, биографию этой девицы... Может, тогда станет яснее...

Отчет упорно не складывался... Наконец Играющий-со-Смертью раздраженно выругался и закрыл Точку Входа. Как ни странно, но ничего путного биография "инородного элемента" не дала. Ее жизненный путь вообще никак не начинался — она не рождалась в этом мире, а сразу появилась в виде восставшего мертвеца с привязанной душой. И сразу начала путать карты. А откуда появилась — ни ответа, ни даже зацепки...

Кёко еще раз вздохнул и снова принялся приводить переданную ему от низших демонов информацию в пристойный вид. Многие вообще никак не оформляли свои работы... Впрочем, их тоже модно понять — взять хотя бы тех, которые следят за войнами и катаклизмами. Вот скажите на милость, почему очередной ядерный взрыв произошел в таком-то мире? Ведь что все нормально, и тут — бах! А бедному Играющему потом разбираться, приводить это все в порядок — чтобы не стыдно было сдать наверх...

Кёко пожевал губами и пошел сделать себе кофе. Но на полпути передумал и направился к мини-бару. На трезвую голову такое не напишешь...

Глава 16

Карра

Мост... был. Когда-то давно. Я почесала затылок.

— Где мост-то? — тупо повторила я. Янлин промолчал, но посмотрел очень... выразительно. Да, это слово подойдет больше всего.

Вместо моста был его... назовем это каркасом, и парочка бревен на этом каркасе. И все. Остальное, видимо, унесло течением, когда бревна и доски обрушились. Или местные жители прихватизировали.

Ну и как по этим деревяшкам переходить? Разве что в канатоходцы записаться. Хм. А это идея...

Бревна были шириной сантиметров двадцать. Река спокойная — ну, более-менее. Не горная речка, которая низвергается вниз как водопад, так что вполне проходимая.

— Янлин, ты умеешь ходить по канату? — спросила я, подхода к левой балке каркаса.

— Нет. А что? — умоляю тебя, Янлин, не тупи... Неужели ты действительно не догадываешься, что я затеяла?

К счастью, демон вполне прилично держал равновесие. И даже не сверзился в воду, хотя был момент, когда он опасно зашатался и споткнулся об оставшуюся на каркасе моста доску. Но ему удалось выровняться, и мы продолжили этот нелегкий переход.

Наконец, я ступила на твердую землю. Но! Кто, гад такой, разобрал на досочки этот мост? Ближе всех к этому месту Эльфийский лес, но эльфы живут только в самой чаще. Так что остаются Малые Выселки. Надо будет устроить головомойку жителям этой деревни... Если это сделали они, конечно же.

Янлин

Настроение у госпожи явно повышалось. Ритмично кивая в такт музыке, которую она слушала через техническое устройство, которое я видел в одном мире, она слегка улыбалась своим мыслям. Мы шли по лесу, по довольно широкой и очень ухоженной дорожке. Через каждые сто метров здесь попадались указатели, а на развилке Карра свернула на тропинку под надписью: "Хозяйка леса". Это она, что ли?

— Дом, милый дом, — пробурчала себе под нос девушка, отпирая ворота ключом, который извлекла из декольте. Я смутился и отвел взгляд.

— Проходи, Янлин, — позвала меня девушка, — Ты сильно устал?

— Порядочно, госпожа, — кивнул я.

— Значит, потерпишь, — совершенно нелогично заключила девушка.

Далее меня провели в дом, после чего Карра достала откуда-то старую метлу, на которую мне щедрым жестом предложили сесть. Не понял?!

Оказалось, что метла — это такое средство передвижения. Я, конечно, во многих мирах был... но такое — впервые вижу!

Несмотря на мои опасения, метла вполне сносно летала. Карра сидела с каменным лицом, но мне было немного страшно. Все же когда сам летаешь и когда тебя везут — это совсем разные вещи...

Свечерело. Лес, в котором жила Карра, уже кончился, и теперь под метлой расстилался другой — деревья здесь были в основном хвойные, хотя вообще это была полоса смешанных лесов — я про географическое положение сейчас говорю.

Спать хотелось так сильно, что я боялся свалиться. И, в конце концов, я задремал, вцепившись обеими руками в талию Карры. Разбудило меня приземление. Я поднял голову и встретился взглядом с девушкой. Она подождала, пока я слезу с ее метлы, и проговорила:

— Предлагаю выбор: или мы сейчас идем в гостиницу, но тогда придется платить, или мы сейчас идем чуть дальше, к моему знакомому, и не платим деньги.

— Давайте в гостиницу, — пробормотал я. Голова была как чугунная, а мысли какие-то заторможенные, как после дневного сна.

Карра покачала головой, но кивнула и повела меня куда-то по улицам. Я не обращал внимание на маршрут, мне было важно одно — поскорее упасть и заснуть. Двое суток на ногах, это даже для человека сложно!

Наконец, Карра выбрала подходящее по ее критериям заведение, и отправила меня сразу наверх, назвав номер комнаты. Я уже не услышал, как она вошла. Глаза слипались, а сознание почти сразу унеслось в темноту.

Карра

Да, все же я переоценила Янлина. Надо было пожалеть парня и позволить заночевать в моем доме. Ну ладно, мы вполне можем потратить немножко времени на здоровый сон и не менее здоровый и полезный транс. Часов пять — семь, пока не взойдет солнце. Потом я подниму демона, отведу в замок и пусть дальше отсыпается, отъедается и отдыхает. Мне, стопудово, придется участвовать в экспериментах Геральта — если я правильно помню его характер...

Интересно, как он выглядит сейчас?.. Изменился ли его характер? А что насчет его проектов? Определенно, нам будет о чем поговорить...

* * *

Встала я, как и хотела, на рассвете. Мозги были полностью отдохнувшими, я ощущала себя полностью обновленной. Янлин все еще спал. На миг мне стало жалко будить его, но я привычно подавила в себе чувства. Мне сейчас не это нужно. Не следует забывать о далеко идущих целях: найти цветок жизни, и использовать его по назначению. Ну и более близкие по достижению планы: отделаться от Дантоса и получить деньги от него. Они мне еще понадобятся...

Демон выглядел подавленно. Я подумала и заказала ему завтрак — все равно уже встал.

— Янлин, ты еще успеешь отоспаться, — подбодрила я мужчину, — когда придем к моему знакомому, я думаю, он не откажет тебе в комнате. А скорее, поселит нас в одну комнату. Но меня не будет в ней практически... Так что у тебя будет море свободного времени.

Меня наградили мрачным взглядом. Но ни одного слова не было сказано. Из чего я сделала вывод, что пока что демон терпит мое не слишком-то мягкое с ним обхождение.

Ну и наконец, стою перед воротами знакомого замка. Столько времени прошло, а до сих пор помню, как вышла из ворот, а там — город... Пришлось идти другим путем.

Я потерла лоб. Вообще-то, я мало что помню из того, что делал со мной Геральт после того, как надел ошейник. так, иногда что-то появится, какой-то смутный обрывок воспоминания. Или тело вдруг вспомнит какие-то новые приемы — обычно это происходило в стрессовых ситуациях. Или кусочек информации, заклинание и так далее... Не память, а поисковик какой-то! Неприятно и неудобно...

В ворота нас пропустили беспрепятственно — правда, мне пришлось сказать, что мы идем именно к "господину некроманту". Ну, я немного настояла... А не надо было хамить!

Идя по коридорам, я вспоминала. Воспоминаний было немного, но каждое было ярким и отчетливым. И Владилена вспомнила, и Алисандра... И как подделывала подпись Алисандра... Я захихикала. Смешно... А, вот та самая дверь. За ней располагается то самое помещение — лаборатория — где я впервые осознала себя после смерти.

— Я же просил не беспокоить! — Геральт, как всегда, в своем репертуаре... Наука и только наука... Даже охранку на дверь явно в спешке лепил... Любой бы стоящий маг вошел...

— Привет, — слегка громче, чем обычно, повторила я. Маг, стоящий ко мне спиной, медленно повернулся. В руках у него была зажата колба и какой-то инструмент непонятного для меня предназначения.

Я изобразила смущение и шаркнула ножкой:

— Я тут в гости зашла... не помешаю? — боже, какой пафос... и столько наигранности... Ужасно!

— А-а, это ты... Я сейчас немного занят, зайду попозже, — Геральт снова отвернулся и стал что-то делать на столе — мне было не видно, — Комнату займи ту же, где тебя Владилен поселил. Ну, после переворота, помнишь?

— Ага... — и это все?! Где радостная встреча создателя и его создания?! Почему такая равнодушная моська? Где, в конце концов, удивление от того, что я прошла сквозь его охранку?

Я фыркнула и развернулась, чтобы выйти. И когда уже закрывала дверь, позади раздалось тихое:

— Я рад, что ты пришла.

Я усмехнулась. Я тоже рада... как ни странно.