Феникс

— Не тебе решать, — обрываю его протесты. — Чья кровь, с тем и буду договариваться. А уж что предложить я найду.

— К слову, а что с ней не так? — Киваю в сторону Беллы. — Вы нервничаете от моего присутствия, волнуетесь за нее, за себя, это нормально... А ей будто... все равно. Как я поняла, мое нахождение тут — это довольно опасное мероприятие. Как минимум, из-за цвета глаз и времени, которое прошло после моего обращения. А твоя Белла, Эдвард, словно... Словно...

— ... Даже не знаю, как сказать. Она не нервничает, смогла спокойно уснуть, будто нахождение в одной машине с тремя вампирами для нее это обычный вторник.

Что-то с ней серьезно не так. А учитывая, как она льнет к Эдварду...

Плюс то, что мне сказала Элис, про то, что её запах для него обладает гораздо более сильным эффектом промывки мозгов...

И то, что она это знает и все равно лезет к нему, и вообще, у них отношения...

— Она просто устала. И переволновалась, — попыталась пояснить провидица. — Два дня на ногах, полеты на самолетах, пересадки, постоянное волнение, что мы не успеем спасти моего брата. А теперь она с ним и все закончилось хорошо.

— Хе, серьезно? — кидаю наполненный скепсисом взгляд на Элис.

— Ну... — она сделала вид что внимательно смотрит на дорогу. — А еще мой брат несколько месяцев назад ее бросил, нагрубил, оставил одну в лесу, она все это время была в депрессии, думала, что Эдвард ее бросил как игрушку. А тут узнает, что он, считая, что она умерла, пошел прощаться с жизнь. И оказывается вот такие чувства испытывает. И они снова встретились после опасных событий...

— Как злобно, — даже не пытаюсь посмотреть на парня. Позволяю ему прочитать тонны осуждения из моей головы.

— Дайте угадаю, ситуация из-за которой вы посчитали что она умерла, случилась как раз из-за ее реакции на расставание? Ей было плохо, да? Прям настолько что случилось что-то, что можно принять за смертельное событие? — размышляю вслух. — Она что, пыталась покончить с собой?

От Эдварда повеяло прям могильным настроением... А Элис решила все же пощадить брата... Да и кажется она мне все это рассказывает просто для того, чтобы Эдварду было плохо.

— Вроде нет, но там все странно. Она бросилась с обрыва в воду... Но говорит, что ради веселья, а не чтобы умереть, — голос Элис наполнен сомнениями во всём этом. — Но там была такая высота, такая погода, что шансов выжить было очень мало.

— Понятно. Это крайне ненормально, и точно не ради веселья, — согласно киваю. — Виноват точно Эдвард.

Элис тоже кивает. Я бы поставила на то, что в голове Элис сейчас тоже тонны осуждения.

Обдумаю эту историю как-нибудь потом. Подальше от Эдварда. Да, Эдвард, подальше от тебя. Мои выводы могут тебе не понравится, знаешь ли.

Если вообще буду обдумывать. Но, наверное, буду. Когда сяду за компьютер и буду писать книгу. По мотивам реальных событий, так сказать.

— А как так вышло что ты не увидела факт ее выживания? — задаю ключевой вопрос. Который меня сейчас волнует больше, чем драматические события в жизни парочки психов.

Это так-то стратегически важная информация. Надеюсь, мне скажут.

Эдвард, к слову, тоже заинтересованно посмотрел на Элис.

А ты что еще не узнал из ее головы?

— Нет, не узнал. Она об этом не думала, а больше направляла свои мысли в сторону будущего и настоящего, смотрела картинки из видений, а не тратила время на прошлое, — подал голос Эдвард. Ну хоть не рычит, а говорит. Прогресс! Из животного родился человек! Аллилуйя!

Ну так, она же только что рассказывала о прошлом, разве у нее в голове не было больше подробностей?

— Не было, — ответил он на незаданный вопрос.

— Хей, не надо тут устраивать разговор, в котором я слышу только одну сторону, — прозвучало возмущенно со стороны Элис.

— Тогда не скрывай намеренно причину ошибки в видении, — тихо, вымученно, сказал Эдвард Элис.

— Ну раз Феникс побывает в Форксе, то, наверное, можно и заранее сказать... — задумчиво протянула Элис. Кажется, специально пытается позлить брата.

— Только не говори мне, что... — снова Эд превратился в генератор ауры страданий.

— Хе-хе, да ты правильно понял, — подтвердила Элис. Но что именно подтвердила? В ее голосе прям звучит радость от чужих страданий.

Но чьих? Мне, например, не нравится не понимать, о чем речь.

Это месть за недавний половинчатый мысленно-звуковой разговор?

Или главное тут то, что Эдварда очень не порадует?

— Она связалась с оборотнями...

Что блядь? Оборотни? О нахуй! Волки! Зоофилия!

— ... Пока нас не было, они спасли ее от Лорана, защищали все это время от Виктории, потом один из них заимел виды на нее, и она, как я заметила, к нему тепло относится... И как ты знаешь, оборотни — горячие парни, которые любят постоянно ходить полуголыми.

Эдварду стало реально хреново. Ну или нет. По его мороженному лицу и телу фиг поймешь, стало ему хреновее или нет. Ощущение такое, что это ныне его нормальное состояние — генератор ауры страданий. Где единственная надежда и свет — это Белла рядом с ним...

— ... И моя способность видеть будущее — не работает как положено, если в деле участвуют волки, — а это уже было сказано мне. — И из воды ее вытащил оборотень.

Волки! Волки! Полуголые горячие парни!

А Белла крута. Мутит и с кровососом, и с волком... Мощно. Уважуха.

Не обращаю внимание на совершенно нечитаемый взгляд Эдварда в мою сторону. У меня тут новости века.

— А насколько они горячие? И насколько крепкие? А в образе волков? Они обращаются в полнолуние или по желанию? — ом, кажется, новость об оборотнях чуток пробила мой самоконтроль...

— Они воняют мокрой псиной и ненавидят вампиров, — решил повлиять на мой взорвавшийся мозг Эдвард. Видимо мои бзики даже его отвлекли от того, чем он там занимался в своей голове. — Вампиры крепче, но у волков неплохая скорость и зубы способные нас ранить.

— Не беда. Запах не проблема, — специально вспоминаю как пила из канализации и свою реакцию на это. — Ненависть к вампирам, говоришь? Долбить можно и с любовью, и с ненавистью.

— Они на тебя просто нападут и попытаются убить, — устало, как будто говорит с ребенком, подала голос Элис. — И, скорее всего, у них получится. Или нет? — засомневалась она в конце. И правильно засомневалась!

Эх... Ладно... Повеселилась, можно возвращать мозги обратно.

Но все же, оборотни оказывается существуют! Ну, сразу, наверное, не выйдет, но у меня впереди вечность. Если шанс не нулевой, то имея достаточно времени, любой ненулевой шанс достигает сотни процентов.

О, ля-ля...

Голова теперь заполнена сплошными оргиями с вампирами, с оборотнями, в обоих формах. Какое же хорошее место — наш мир. В нем столько всего прикольного. Интересно, а инопланетяне есть?

А вообще, отлично...

Вдох, запах Беллы. Выдох. Вдох, Белла. Выдох.

Забавно... Когда я вдыхала только ради того, чтобы что-то сказать, 'аура' Беллы не особо лезла мне в мозги. А вот стоило начать просто дышать, ради ритма, как она начала вбивать мне гвозди в мозг. Жечь горло и катализировать вторую чакру...

Вдох, выдох, вдох, выдох...

Оборотни есть. Картина мира дополнена. Пока можно отодвинуть в сторону мои психи, и сосредоточиться на важном.

— Если они такие злые, как вы с ними вообще уживаетесь? — уточняю снова стратегическую информацию.

— У нас договор и разделение территории, если вкратце, — пояснила Элис. — А ты серьезно хочешь трахнуть оборотня?

Договор, да? Значит, волчата не так опасны, раз вместо истребления одной из сторон — тут возник договор. А значит шансы... На 'горячие'... хотя бы приколы — повышаются. Становится интереснее и интереснее.

— Она серьезно. — с видимым отвращением влез Эдвард в женский разговор. — В волчьем обличии тоже.

— Ого, — широко раскрытые глаза Элис. И карикатурное удивление. — Тебе точно подойдет фамилия Денали.

— Ты ведь уже охотилась? Как у тебя вышло вообще, ты ведь обратилась в Вольтерре, я так поняла, прямо под городом, а в городе запрещена охота, — спросила Элис. — Да и ты была без знаний, без опыта, без помощи, совсем недавно обратилась, была голодной, а вокруг люди и их запахи. Как скрыла последствия?

Странно, разве она не могла увидеть в каком-то из вариантов будущего мою историю?

— Ну... Обратилась, дождалась ночи, сбежала из города, выпила косулю в лесу, потом пересидела день в чужой квартире в небольшом городе, съела мишку, и засела в Вольтерре собирать сведения, подслушивая Вольтури, и смотрела как этот болезный шлялся туда-сюда по городу, как неприкаянный, — по мере моего рассказа, кажется, шок настиг и Элис, и Эдварда.

— То есть... — прозвучало от Эдварда почти надтреснуто, — ... ты вообще не убила ни одного человека?

— Ну да, — киваю. — Мне показалась очень подозрительной реакция организма на человеческий запах, так что я решила, что мне не нужна психологическая зависимость от того, что хранится в венах каждого живого человека. Вы же изучали механику зависимостей? Я вот изучала. И зависимость от человеческой крови — это огромная вонючая куча дерьма, которая испоганит мне всю жизнь. Оно мне надо?

Вдох. Белла. Выдох. Вдох.

— ... Так что я просто пошла в лес и выпила то, что является едой, а не наркотиком. Мне кажется, что это очень разумно и логично, — звучит мой ответ.

Разумность и логичность даже у меня иногда работает и получает приоритет. Иногда.

Так, когда я успела превратиться в новые ворота, а они — в баранов?

— И это не потому, что у тебя большая сила воли, не потому что ты хочешь сохранить душу и не грешить убийствами... А просто ради себя... — кажется, он сломался. Да что у него в голове за тараканы живут? Так вот где нужно искать инопланетян? В голове Эдварда? Там у него парк насекомых будто из 'Звездного Десанта'?

Знаете... Очень часто мне кажется, лично мне, без ссылок на какие-то труды, и статьи, что все моральные и психологические травмы, которые человек, ну или не совсем человек, испытывает, он получает их не тогда, когда случается травмирующее событие, а гораздо раньше. В детстве, во время развития, социализации, воспитания... А травмирующие события — просто вскрывают нарыв и вытаскивают деструктивные паттерны, заложенные ранее.

Да, не всегда это плохо. Зачастую такие паттерны идут в комплекте с положительными... Как две стороны медали. Но есть в мире и воспитании детей почти по всему миру — много вещей, положительные стороны которых почти ничего не дает, кроме иллюзий, а деструктивные — способы иногда даже убить, в случае каких-то событий.

Мы учим детей быть хрупкими, а потом удивляемся, почему они ломаются. Мы называем это 'воспитанием чувств', а по факту — мы просто закладываем в них механизмы саморазрушения на случай, если мир окажется не таким, как в сказках.

Я, конечно, не профессионал, и это просто мои мысли... Возможно не полностью верные, или даже полностью ложные...

Но это просто рассуждения на отвлеченные темы. А не какие-то серьезные убеждения, которые управляют моей жизнью.

Эх...

И снова я отвлеклась и заморочилась чем-то не особо важным в данный момент... Ну, благо это не заняло так уж много времени, и был у меня всего один зритель, которому, может быть, это будет даже полезно.

Но есть у него один плюс.

Я так поняла не в твоих, Эдвард, привычках озвучивать то, что творится в головах окружающих. Ну, кроме особых экстренных случаев. Или, когда кто-то использует твой дар и свои мысли чтобы обратиться напрямую к тебе, просто не вслух.

А дальше для меня все слилось в единую непрерывную игру...

Эдвард закрылся в себе, Элис начала звонить своим контактам чтобы мы все смогла улететь без проблем...

А я же... Более не отвлекающаяся на разговоры начала утопать в штормовых водах...

Запах Беллы... Езда на машине, недавние мысли об оборотнях... Воспоминания о вампирах с Пира Вольтури, присутствие тут рядом двух Калленов...

Все тело будто превратилось внутри в один сплошной оголенный нерв... Боль от жажды, которая заставляет фокусироваться на цели, туннелирует восприятие, огонь возбуждения, который делает так, что весь окружающий мир становится ярче, заметнее...

А кожа... Стала чувствительнее... не только так, будто все тело стало эрогенной зоной, а буквально чувствительнее, без какого-либо иного подтекста.

Знаете, это самое ощущение, когда случился слабый ожог, или долго тереть кожу до покраснения, или на Солнце обгореть и чувствовать, как одежда стала наждачкой...

Тогда каждое прикосновение к такому чуть-чуть поврежденному месту — становится более заметным... Более значительным.

Хотя... когда я была человеком, у меня такое проходило довольно быстро из-за регенерации.

Вот что-то такое, только без боли, и не из-за повреждений, у меня случилось со всем телом прямо сейчас.

Не только тот факт, что мозг фокусируется на ощущениях, пусть и в определенном ключе, но и сами ощущения стали ярче. Даже без учета оттенка и реакции. Так сказать, будто толщину кожи уполовинили. Или почти обнулили.

Думаю... Раз уж мне не доступен сон... Придется искать другие способы перемотки времени. Медитации, или вот такое состояние, когда мысли текут медленно, вяло, а мозг занят ощущениями.

К слову, жажда вампиров не похожа на жажду воды у людей. Это нечто среднее...

Между тем самым возбуждением, с которым я знакома очень плотно...

И тем самым голодом, который возникает не тогда, когда человек голодает несколько дней, а тем голодом, когда это начинает приводить к тотальному истощению, когда голод отключает мозг, когда пробуждает животные инстинкты, тот самый голод, который иногда заставляет людей есть обувь, или даже других людей.

Разве что анатомически ощущение фокусируется не в животе, а в горле.

Ну, думаю, оно немного не дотягивает до голода, который превращает людей в животных. Но все же близко, да.

Мне есть с чем сравнивать, потому что я не сразу узнала, что мне нужно много питаться, особенно если я долго была в усиленном-возбужденном состоянии, или что-то значительное регенерировала. Скажем так, однажды я вскрыла морозильник. И поймала себя на том, что кусаю кусок замороженного мяса. А все потому, что в течение пары дней питалась как обычно, но при этом почти все время провела в розовом тумане. Это было еще в самом начале в первый год после появления способностей...

Я уже проходила через стадию 'безумного зверя'. Я уже совершала ошибки, уже теряла контроль, опыт имеется. И он применим и к жажде крови вампиров.