Спустившись вниз, Лоуренс застал там Арольда и Ив, сидевших на прежних местах. Их позы тоже казались теми же самыми, они сидели неподвижно, глядя в разные стороны, будто время для них остановилось.

— Кажется, ведьма чихнула, — припомнил Лоуренс одно из бытовавших поверий о способности ведьм останавливать время чиханьем.

Арольд лишь стрельнул глазами из-под почти прикрытых век в его сторону. Если бы Ив не ответила, Лоуренс мог усомниться в том, что что-то сейчас сказал.

— Я торговец, старик — нет. Не о чем говорить, — сказала она и указала на пустой деревянный ящик, так как больше ничего другого, похожего на стул, поблизости не было видно.

— Благодаря твоему содействию я смог встретиться с господином Риголо. Это господин с достаточно мрачным лицом, — сказал Лоуренс, усаживаясь.

Арольд, выглядевший так, словно он не вышел бы встретить и родную дочь, приехавшую его навестить, тут же протянул ему чашу с подогретым вином.

— Ха-ха, так и думал, — хохотнула Ив, говоря по обыкновению от мужского рода.

— Я позавидовал его особому умению, — признался Лоуренс.

Заметил? — спросило Лоуренса лукавое выражение, мелькнувшее на лице Ив, вслух же она сказала:

— Ты произвёл хорошее впечатление на Риголо. Надо думать, что ты мог бы практически разорить большинство торговцев, если бы вёл дела на пару с ним.

— К сожалению, таких намерений у него, кажется, нет.

Вероятно, таких людей и можно было называть бескорыстными.

— Его радости жизни заключены в том обветшавшем особнячке. Сад тот видел?

— Он великолепен. И такие огромные стеклянные окна — большая редкость, — ответил Лоуренс, намеренно используя торговую манеру говорить.

Ив приподняла опущенную голову, чтобы показать Лоуренсу улыбку на губах.

— Я бы не выдержал этого. Сошёл бы с ума, — сказала она.

Может, она и преувеличивала, но Лоуренс её понимал. Торговцу думать о получении дохода почти столь же естественно, как и дышать.

— Ну, ты слышал, что произошло на совещании? — показала лицо из-под капюшона Ив.

Арольд с явным недовольством взглянул на неё и отвернулся.

Лоуренс, удерживая на лице лёгкую улыбку удовольствия от беседы, держал под ней наготове своё торговое лицо. Он не мог не задаваться вопросом, не в этом ли состоял для Ив смысл свести его с Риголо.

— Кажется, на совещании пришли к какому-то выводу.

Разумеется, Ив могла верить или не верить тому, что Риголо действительно сказал это. Но это лишь в том случае, если бы ей прежде ничего не было известно. Однако, сравнивая это с тем, что ей наверняка уже было известно, она бы, несомненно, многое прояснила для себя.

— И в чём он состоит?

— К сожалению, до такой степени я не осведомлён.

Ив смотрела на Лоуренса из-под капюшона, как рёбёнок, терпеливо ожидавший, пока весь песок пересыплется в песочных часах, но, похоже, вскоре поняла, что выжидание ничего не изменит. Она отвернулась и отпила вина.

Теперь Лоуренс взял на себя инициативу:

— А господин Ив пытался что-то разузнать у него?

— Я? Ха-ха, он, видишь ли, относится ко мне с опаской. Но, правда это или нет, раз это сам Риголо сказал...

— Как ни странно, это действительно может быть правдой.

Если совещание пришло к выводу, наверняка нашлись бы и другие, кто не удержался бы и проговорился, а если этот вывод бесполезен для иноземных торговцев, то никто и не обеспокоится, даже если о нём узнают.

Кроме того, такого рода совещания обычно предполагают, что их решения будут обнародованы.

— Но меня кое-что беспокоит, — продолжил Лоуренс.

— Мм? — скрестив ноги, повернула к нему голову Ив.

— С какой целью господин Ив интересуется всем этим?

Лоуренсу показалось, что на губах Арольда мелькнула улыбка.

В разговорах торговцев их интерес часто остаётся в глубокой тени.

— Вот прямо в лоб. Словно ты одной мелочёвкой торговал или просто не умеешь толком вести переговоры.

Ив высказалась с удивительной для женщины резкостью.

Нет, возможно, она так резка именно потому, является женщиной-торговцем.

— Я такой, как все прочие. Я думаю только о том, как бы получить большую прибыль от этого. Что может быть ещё?

— Избежать огромных потерь, — ответил Лоуренс, припоминая случившееся в церковном городе Рюбинхайгене.

Даже понимая это умом, как-то не думаешь о подобном, пока не столкнёшься лично.

— У человека два глаза, но следить сразу за двумя вещами сложно, — сказала Ив. — Хотя, в известной мере, избежать огромных потерь будет правильным ответом.

— То есть? — спросил Лоуренс.

Ив почесала голову. Заметив это, Арольд усмехнулся под своей бородой. Казалось, эти двое были подходящими друг для друга партнёрами.

— Я торгую каменными статуями.

— Это святой матери? — уточнил Лоуренс, вспомнив такую в доме Риголо.

— Да, ты такую видел в доме Риголо? — принялась пояснять Ив. — Знаешь портовый город Кербе на западном побережье? Я там покупал статуи и продавал церкви. Это то, чем я торговал. Просто привозить и продавать — не очень прибыльно, но после освящения в церкви они продавались по высокой цене. В этих местах язычники были сильны. Ежегодно на них устраивали большой поход, и многие охотно покупали каменные статуи.

Алхимия Церкви. Как вера толпы в собственные предположения взвинтили цены на пирит в Кумерсуне, так и вера её приверженцев запросто обращалась в золото.

И кто бы не захотел получить себе кусочек от этого.

— К сожалению, я не мог получить от этого долю, но моя торговля шла неплохо. Но в этом году большой поход был отменён, и всё враз пошло прахом. Мне на собственном печальном опыте довелось убедиться, что никто не предаёт быстрее, чем Церковь.

Вероятно, остаться с кучей тяжёлых, громоздких, никому не нужных каменных статуэток на руках — участь горше не придумать. Расходы на перевозку велики. Мест, где их можно продать, мало. Если, полагаясь на доверие к заказчику, было закуплено много товара, все эти обстоятельства могут стать внезапным и смертельным ударом.

Лоуренс не думал, что такой торговец, как Ив, сосредоточила бы всё на одном деле, так что вряд ли её ожидало полное разорение, но её потери, безусловно, были значительными. Неудивительно, если её взор под влиянием разочарования обратился к каким-то сомнительным делам.

— Похоже, могущество Церкви начало ослабевать и на юге. И я подумал, что больше не могу доверять этому тонущему кораблю. И потому решил получить напоследок куш и смотаться в другое место.

Это, вероятно, означало, что она не могла перебраться в другое место, не получив сначала дохода.

— И коль скоро разговор зашёл об этом, мы обсуждали возможность отправиться на юг, если сможем получить большой доход.

Лоуренсу не пришлось спрашивать, с кем она собралась в путь. Сидевший рядом с ней Арольд пробурчал:

— Возможно, пришло мне время отправляться в паломничество.

Почти равнозначно желанию подыскать место для своего упокоения.

Эти слова Лоуренс слышал каждый раз, поселяясь на постоялом дворе Арольда, сейчас они вдруг обрели особый смысл.

— Таково положение, — сказала Ив, и взгляд Лоуренса обратился на неё. — Ты, как насчёт одолжить немного денег?

Вопрос прозвучал совершенно естественно и на первый взгляд не был связан с темой разговора. Однако Лоуренс не был особо удивлён, у него было какое-то предчувствие подобного поворота.

— Я получил очень достоверные сведения о содержании совещания. Я же могу осуществить всю подготовительную работу. Осталось только найти денег, — сказала Ив и пристально посмотрела Лоуренсу в глаза.

Взгляд её подавлял, почти угрожал, но Лоуренс понимал, что это было своего рода игрой.

— Я готов рассмотреть подробности вложения денег, и если выгода перекроет опасность, с удовольствием поучаствую в деле, — ответил он.

— Торговля мехами. Прибыль примерно вдвое против вложенных денег.

Лоуренсу хотелось бы взглянуть на торговца, который бы повёлся на предложение такого содержания и в такой форме, но Ив, разумеется, и сама понимала это. Её лицо приняло спокойное выражение, продолжила она уже без давления:

— Совет Пятидесяти должен был принять решение разрешить продавать меха иноземным торговцам — на определённых условиях.

— Источник сведений?

Вопрос был бессмысленный. Всё равно, что спрашивать женщину в таверне о её возрасте. Тем не менее, ответ Ив сам по себе позволял бы судить о многом.

— Церковь, — кратко сказала Ив.

— Уже после того, как она предала тебя? — тут же переспросил Лоуренс.

Ив, рассмеявшись, пожала плечами.

— Даже разругавшись с Церковью и разойдясь на том, оставить там кого-то, кто был бы готов помогать тебе, — обычный ход.

Конечно, Лоуренс не мог её доверять, однако не было похоже, чтобы она лгала. И этот ответ выглядел несколько достовернее, чем простое: "Мне Риголо сказал".

— И в чём суть?

— Они решили, что иноземные торговцы могут покупать меха только за наличные деньги.

Лоуренс ломал голову над возможным решением Совета с учётом торговцев, терпеливо ожидавших за воротами города, что могло означать чью-то готовность захватить всю торговлю мехами. Но, поразившись тонкости найденного выхода, он не смог удержаться:

— Не сказали, что запретят продажу. Но в то же время торговцы, приезжая издалека, не тащат с собой мешки денег.

— Именно. Но они не могут вернуться обратно с пустыми руками и, вероятно, купят меха на те деньги, что у них есть.

В таком случае, имея достаточно денег, можно было купить качественных мехов в Рэносе и отвезти в другие города. Но одна деталь беспокоила Лоуренса. Раз Ив рассказала об этом Лоуренсу, то он и сам мог теперь совершить сделку, обойдя Ив.

— Ты уверен, что тебе стоило мне это рассказать?

— Если хочешь получить небольшой доходец, вперёд, заключай сделку сам.

Прочесть выражение её лица, скрытого капюшоном, было невозможно. Может быть, она недооценивала Лоуренса, не считала его опасным соперником, а может, было что-то, что должно было помешать ему действовать самому.

Ему следовало осторожней высказываться и держаться. Приняв такое решение, Лоуренс стал ждать, что ещё скажет Ив.

— На самом-то деле у тебя, вероятно, не так много наличных денег, не так ли?

— Не буду оспаривать.

— Тогда не стоит упускать такую редкую возможность. Ты даже ничего не знал о Риголо. И ты же не знаешь в этом городе никого, кто мог бы одолжить тебе денег?

Этого Лоуренс также не мог оспорить.

Но по его спине пробежал холодок.

Ив обратилась к нему именно потому, что изначально рассматривала Лоуренса как источник средств для своего дела, возможно, дело в этом. Тогда она должна была располагать обширными сведениями. Сам Лоуренс совершенно ничего не знал об Ив.

— Однако я мог бы вернуться в другой город и там собрать деньги. Собственно, ты, вероятно, на это рассчитывала, обращаясь ко мне с просьбой одолжить денег.

Раз у него не было значительных денег, и занять он ни у кого не мог, другого объяснения не было.

Но Ив покачала головой.

— Конечно же, с учётом твоей одежды и одежды твоей спутницы, как и щедрой платы за проживание, думаю, ты бы смог собрать тысячу серебряков трени, постаравшись, как следует. Однако, подозреваю, пока ты этим будешь заниматься, все меха раскупят.

Изнанка изнанки — лицевая сторона.

Чем тщательнее осторожничал Лоуренс, чтобы не угодить в западню Ив, тем сильнее ощущал, что увязает в ней.

Вроде бы решение совещания, в первую очередь, должно было воспрепятствовать скупку излишне больших партий мехов. И вроде бы оплата только наличными выглядело удачным средством для этого.

— Не думаешь же ты, что те торговцы за городской стеной собрались, преследуя личные цели? — настаивала Ив.

— Какой-то богач устроил это, чтобы получить прибыль побольше.

— Точно. Торговая война.

— Торговая война...

Вероятно, какое-то новое понятие. Лоуренс никогда не слышал о таком, но от этого его как торговца пробивала дрожь.

— Вероятно, ты мало имел дела с морем. В портовых городах об этом говорят так часто, что торговцы в тавернах почти наверняка начнут болтать на эту тему, как только немного выпьют. Эта торговая война обещает быть ожесточённой. Конечно, она не возникла из ничего. Те, кто собирается напасть, уже хорошенько подготовились.

Это звучало разумно. Нет торговца, который бы не постарался тщательно рассмотреть товар, который он задумал купить.

— Скорее всего, болтающиеся снаружи торговцы уже продумали несколько возможных исходов совещания и подготовили ответные меры. Скажем, как насчёт числа людей в городе, располагающих деньгами?

Лоуренс, конечно, не мог узнать это за пару дней, но всё же он был торговцем. И быстро прикинул, исходя их размеров города:

— Здесь есть десятка два заведений с вывесками торговых домов... Крупных и мелких... Лавок, торгующих только определёнными товарами — двести-триста. И где-то столько же богатых ремесленников.

— В целом примерно так. Но ещё вопрос, сколько поставят свою прибыль выше интересов города.

Этого Лоуренс знать не мог. Не потому что плохо знал положение, просто люди всегда стараются скрыть своё стремление удовлетворить личные интересы.

— Что ж, если хотя бы один торговый дом предаст город, будет уже потеряно много мехов. А предложение открыть своё отделение в другом городе может запросто ослепить многих.

Обычно городские торговцы держатся один другого, и предать город, в котором они много лет вели дела, было бы для них не так просто, но перед лицом прибыли никто не станет хранить преданность вечно.

— Однако крупной компании предать город не так просто. За столько лет их торговые книги уже давно изучены, и количество их денег известно достаточно точно. Тайная передача денег пришлым торговцам была бы отслежена.

Лоуренс понял сразу:

— Даже если какие-то побочные деньги не были внесены в торговые книги, достаточно, чтобы совещание в конце решения приписало: "...и происхождение денег, которыми оплачиваются меха, должно быть подтверждено".

Деревянная дощечка под названием "свидетельство иноземного торговца" изначально выдавалась, вероятно, как мера предосторожности против непредвиденных каверз приезжих торговцев, но теперь для дощечек нашлось ещё одно применение.

Обдумывая сейчас это, Лоуренс вспомнил и необычайно тщательный обыск, которому подверглись он и Хоро при въезде в город. Возможно, так старались проверить, нет ли у приезжих большого количества наличных денег.

Сейчас совещание, надо полагать, уже завершено.

— Однако помимо крупных компаний есть ещё люди с деньгами. Особенно среди владельцев мастерских, обрабатывающих меха, и торговцев средствами по обработке, немалое число из них, вероятно, не видят хорошего будущего у переработки мехов в городе, считая её обречённой. Вполне возможно, что в поиске новых возможностей они могут постараться угодить тем, от кого и исходит угроза переработке мехов в городе. Возможно, решение Совета Пятидесяти действительно лучшее, но трудно поверить, что оно предотвратит скупку мехов. Повторю снова, — голос Ив наполнился холодным металлом, — меха в этом городе раскупят вмиг.