— Я, как уже говорилось и будет сказано ещё, не специалист. Знаю, что есть такой алюминий, он легкий и непрочный. Слышала о титане, который, вроде бы как раз самое то... есть ещё, вроде бы, какой-то бериллий... Словом, всякая редкость. Значит, ваше поле деятельности — металлургия и промышленная химия. А ещё — пропитка для обшивки. И для оболочек обычных дирижаблей. Строительством которых мы не имеем права пренебрегать!
И Александра Федоровна описала полковнику Кованько свои представления о "крейсерском" дирижабле жесткой конструкции, повергнувшие того в восторженный трепет вкупе с полным обалдением. Требования Её Величества звучали откровенной фантастикой — способность держаться в воздухе не менее тридцати шести часов и нести, окромя необходимой нагрузки, включающей собственный вес, собственный экипаж, оборонительное вооружение с патронами и топливо для двигателей, ещё полторы-две... а ещё лучше — три тонны бомб.
— Логика, господа, логика. Чтобы нести груз бомб, дирижабль должен иметь много подъемной силы. То есть либо один очень-очень-очень большой баллон... либо много-много не очень больших. Много-много не очень больших баллонов должны иметь либо каркас... либо общую внешнюю оболочку. Мои рассуждения правильны?
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
1.
Совместная с Гневной жизнь в Аничковом Дворце, помимо обычных между свекровью и невесткой сложностей, приносила и осложнения политического толка. Николай, искренне опечаленный вдовством матери, пытался успокоить её своим присутствием, исполненный чувства долга, часто обедал с ней и оставался после обеда. И, естественно, иногда советовался с ней по политическим вопросам — а она, естественно, давала советы. Аликс — да и Елка тоже — могли понять её отношение: для императрицы Марии Александра продолжала оставаться неловкой молодой немецкой девушкой, только недавно приехавшей в Россию, не знающих государственных дел и не подготовленной к ним. И хотя неожиданное выступление в ночь присяги в Ливадии несколько поколебало это отношение, но в дальнейшем, не находя поддержки, крымское впечатление угасло. Но понять — одно. А допускать и прощать — со-овсем другое.
2.
Сандро — великий князь Александр Михайлович — оказался удивительно полезен. Елку-то он удивил точно. Вопреки всем стереотипам этот конкретный великий князь оказался умен и талантлив, а прекрасное военно-морское образование было великолепно отшлифовано практическими навыками. Если бы не злосчастный титул... Какой бы вышел адмирал! Постоянное его присутствие где-то в ближайшем окружении было явной удачей.
Он и Ксения сопровождали царское семейство в пути, потом занимали смежные с покоями Ники и Аликс апартаменты в Аничковом Дворце, так как хотели быть ближе к вдовствующей императрице Марии Федоровне, затем, опять-таки совместно с ними, перебрались в подавляющий своими размерами и громадными, неуютными спальнями Зимний... Переезд обратно в Аничков тоже был одновременным.
Ранним февральским утром, пока весь дворец кипел суетой окончательных сборов — на сей раз Николай и Александра планировали перебраться в Царское уже окончательно — Её Величество заглянула попрощаться с семейством, стол близким Аликс и столь много для неё сделавшим. Заканчивавшая завтрак Ксения скорчила гримаску, но смирилась. Сестре Ники до родов оставалось месяца четыре, и гормоны в её крови разбушевались вовсю. Последние недель шесть великую княгиню клинило на ревности: Сандро проводил с Её Величеством времени больше, чем с молодой женой. И разговоры с Аликс его явно увлекали! Это было очевидное завлечение! Если не соблазнение! Женщина не станет просто так, безо всяких причин, обсуждать с мужчиной интересные только ему, но никак не ей вещи — вроде скорострельности артиллерийских установок главного калибра для новых эскадренных броненосцев, увеличения количества торпедных аппаратов на миноносцах или создания системы для управления огнем кораблей 1-го ранга... Если только не хочет его заманить!
Тем более что как раз последние пару месяцев императрица предпочитала одеваться просто вызывающе! С тех пор, как она, по праву Царствующей Государыни, приняла звание Высочайшего Шефа Лейб-Гвардии Уланского Её Величества полка, Аликс из положенного Шефу мундира просто не вылезала. Темно-синий с алым лацканом и того же цвета выпушкой, с золотыми эполетами и алыми обшлагами китель сидел безукоризненно и шел ей необычайно, алый воротник-стойка с синей выпушкой и двумя петлицами золотого галуна подчеркивал изумительную длину и стройность шеи и гордую посадку головы, а стягивающий талию золотой кушак обличал её невероятную тонкость и гибкость...
И если не считать вызовом именно эту красоту и изящество, то здесь придраться было не к чему. Скандал начинался ниже — там, где темно-синие с алой выпушкой шаровары бесстыдно... Совершенно неприлично! И ужасно аморально! Подчеркивали её... ноги.
Какая неблагопристойность!
Просто вызывающе!
Непристойное и в корне порочное создание!
Елка, до ушей которой все эти реплики, произносимые как бы вполголоса, но на самом пределе громкости, долетали вполне отчетливо, могла бы на это много чего возразить. Шаровары были именно шароварами, и подчеркивали они не больше, чем в её времена обычнейшие мешковатые спортивные штаны типа "Адидас". Это ж вам не дольчики, господа!.. И тем более не лосины кавалергардские. Которые Аликс, честно говоря, уже прятала в уголке гардероба. Надеясь как-нибудь под настроение приятно удивить Ники.
Уланский мундир Елка впервые надела потому, что верховая езда в "дамском" седле вызывала у неё тошноту. Дело заключалось не в опасении свалиться — Аликс, с детства привычная именно к такой посадке, никаких проблем ЭТОГО рода не испытывала. Беспокойство Елки было куда глубже... и куда проще. В время первой же их с Ники совместной верховой прогулки она прикинула, как будет отстреливаться, если вдруг что... и впала в острую тоску. Так что почетное Шефство и положенный к нему мундир оказались более чем кстати.
И Аликс и все придворные дамы могли сколько угодно зудеть о бесстыжем, совершенно неприличном и крайне, крайне неблагопристойном виде. Главное — что мужская посадка позволяла использовать все оружие, которое только можно навьючить на лошадь без вреда для стиля "амазонки". Конечно, станковый пулемет или ручник будут в данном случае несколько чересчур... а вот пара револьверов, карабин и шашка — самое оно.
3.
Ксения опасалась не напрасно. Не успела она и опомниться, как Её Величество сообщила, что собиралась пригласить их с супругом на верховую прогулку, но с этим можно не торопиться — поскольку еда должна как следует улечься в желудке — и, лихо брякнувшись в кресло, вытащила из-за голенища щегольского сапога свернутый в трубочку и в таком виде сплющенный журнал. Развернула, безуспешно попыталась расправить...
Сандро оставалось только застонать. Про себя, естественно. Опять "Разведчик"! Этот "первый в России частный военный журнал" служил трибуной для всяческих непризнанных военных гениев, рвущихся осчастливить армию очередной "решительно необходимой" реформой. И большую часть их идиотских предложений, опубликованных в клятском листке за последние два года, Аликс желала обсудить именно с ним! Сам великий князь даже не подозревал, какое на самом деле количество бреда публикуется в этом вроде бы почтенном журнале. Как-никак, неофициально "Разведчик" считался органом "драгомировским" и издавался он под сильнейшим влиянием Михаила Ивановича... Казалось бы, репутация! А вот поди ж ты...
— Мой принц, обратите внимание. Вот тут, где перепечатка из французского "Revue d'Artillerie", — полированный ноготок отчеркнул начало абзаца, а затем пару строк в следующей колонке. — "Скорость огня 6-ти-орудийной батареи германцы находят возможным доводить в некоторых случаях до 15 выстрелов в минуту". Я правильно понимаю?
— В смысле?
— Я правильно понимаю, что на одно орудие выходит два с половиной выстрела в минуту? То есть двадцать четыре секунды на выстрел? И то не постоянно, а "в некоторых случаях"?
— Хм-м... А что здесь...
— Сандро! — словно родная мамочка, огорченная глупой проделкой любимого дитяти. — Ты же мне сам рассказывал! Помнишь, на "Памяти Меркурия"? Ну, о скорострелках Канэ?
— А при чем здесь... А-а, ясно. Действительно...
Скорострельность 75/50-мм пушки на испытаниях во Франции составила 16 выстрелов в минуту. Конечно, у специальных, превосходно обученных канониров... Но тем не менее!
Фашистская 75-мм РАК-40, о которой Сандро, в отличие от Елки, понятия не имел, согласно таблице, давала 12-14 выстрелов. Советская дивизионная 76,2-мм образца 1902/30 года — 10-12. А скорострельность бесподобной ЗИС-3, считающейся лучшей в своем классе, Грабин, введя полуавтоматику, сумел поднять до 25 выстрелов в минуту!
По крайней мере, так было написано в справочниках, которые Елена теперь могла цитировать с любой страницы. Хоть и листала их дай Бог раза три, и то небрежно.
— Значит, я все поняла правильно... — трагически прошептала императрица. Александр Михайлович, пытаясь утешить, погладил затянутую в тончайшую замшевую перчатку узкую кисть. Глаза Ксении сверкнули настолько ярко, что Елка сразу же поняла: ещё секунда — и быть ей хладным трупом. — Сандро, с этим НАДО что-то делать!
— Моя королева, вы зря волнуетесь. Серго наверняка уже об этом подумал.
— Хочется верить. Однако что-то мешает... Знаете, мой принц, есть такая поговорка. О том, что на Господа, конечно, надеяться стоит. Но при этом и самому плошать не следует. А ваш младший брат, при всем моем уважении, все же не Господь. N'est-ce pas?
4.
На самом деле перепечатку французского "ревю" в "Разведчике" Елена обнаружила ещё недели три назад, и даже уже точно знала, как можно исправить положение. И даже в нескольких вариантах. И к Сандро она забежала поговорить о совсем других проблемах.
Во всем бардаке, что воцарился во флоте при генерал-адмирале Великом Князе Алексее Александровиче, были две... путеводных звезды. Если так можно выразится. Основные, главные беды флота, из которых уже позднее вырастали все остальные. Ну, то есть если не считать основной проблемой воровство — казенные карманы со своими собственными путали практически все чиновники. Главным ворюгой, конечно, был подававший пример генерал-адмирал, но остальные, уступая в размахе, ничуть не уступали в наглости.
Так вот — если не считать этого...
Во-первых, это была политика экономии. Пресловутое "убережение копейки".
Во-вторых, это была кадровая политика. Не менее пресловутый "ценз".
По крайней мере, так высказывался во время одного спора один из друзей-знакомых-друзей, активист клуба "Имперский Генеральный Штаб". Тогда они с Археологом, помниться, сцепились как раз насчет Цусимы... Археолог в том споре отстаивал ту версию, которую его противник назвал "традиционной чепухой". А вот тот парень... как же его звали-то? Прозвище ещё у него было забавное... друзья называли его Ган... А ещё — Эсминцем. Потому что фамилия его была Новиков, а все его речения начинались одинаково — "Если бы я был генерал-адмиралом..." ГАН — Генерал-Адмирал Новиков.
Да Господь с ним!
Не важно.
Оба тогда сыпали аргументами, постоянно их перевирая, не слышали друг друга... словом, вели себя как настоящие мужчины. То есть стремились не породить истину, а победить в споре. Тестостерон, что уж тут поделаешь! Многие, очень многие мужчины расценивают выражение "главное не победа, а участие" как всего лишь "отмазку вечных неудачников". В сердце, по крайней мере, в этом уверены почти все.
А те, что не расценивают и не уверены... они, строго говоря, уже не совсем мужчины.
Так, существа среднего рода с рудиментарными половыми признаками...
Встречала Елка нескольких таких...
В России их, слава Советскому Союзу и достигнутому в нем фактическому равноправию, пока ещё самый минимум... А вот в странах "победившего феминизма"... Особенно среди скандинавов... Помнила она одного шведа... здоровый был парень, этакий викинг, белокурая бестия, только без шлема...
Но только вглядись поближе... Боже, какая бездна разочарования!
Тряпка, инфантильный слабовольный мямля, манная каша в джинсах...
Да черт с ним. Она же не о феминизме с Сандро говорить пришла. Верно?
5.
О том давнем споре Елка вспомнила, перелопачивая память в поисках рецепта победы в Русско-Японской войне. С сухопутными войсками все было уже более-менее ясно — если не в деталях, то в общем и целом. Средства-то очень простые. Завершить все то, что уже начато в рамках проекта "Арсенал" плюс усиленное развитие горной и полковой артиллерии, ускоренное строительство Транссибирской железной дороги, развитие поблизости военной промышленности и заблаговременное развертывание О-2... Такая шутка. Особая Дальне-Восточная Армия. ОДВА. Как "Трио", только в другом роде... М-мда... А вот флот... Ну не попадались ей соответствующие книги по жизни, не попадались!
Если же учесть, что Дальний Восток — это, в основном, МОРСКОЙ театр...
Каждый раз, как Александра Федоровна задумывалась об этом, ей делалось худо. Из идей — только общие места: неожиданное нападение на рейде, гибель Макарова, абсолютная бесхарактерность всех остальных русских адмиралов, полностью предоставивших инициативу в руки японцев... Плюс та самая "экономия". Решили сэкономить на строительстве крепости, использовав старые китайские укрепления Порт-Артура — из-за чего, собственно, базу там и разместили... А потом сэкономить ещё раз, на численности гарнизона, количестве фортов и орудий — обвод уменьшили, не включив в него несколько важнейших высот, господствующих над крепостью... И ещё раз — удешевив строительство новых фортов и батарей, снизив их устойчивость с одиннадцати до шести дюймов. Ведь первоначально укрепления Порт-Артура рассчитывались на сопротивление 11-дм фугасам, а в процессе строительства решили, что такие форты не нужны, поскольку у японцев 280-мм осадных орудий нет и не будет, а укрепления, построенные по первоначальной смете, слишком дороги... и достаточно будет значительно более дешевых фортов, способных устоять перед 6-дм снарядами...
И никто, ни одна собака не подумала о том, что японцы могут просто вот так взять, и купить те самые 280-мм орудия!
По части флота "экономия" разгулялась особенно. И обошлась особенно дорого. Ради того, чтобы уберечь казенную копейку, решили не строить сухого дока — поскольку один такой у Тихоокеанского Флота уже имелся... Во Владивостоке! В результате пробоины, полученные в "День Марии" пришлось латать, заведя кессоны, и броненосцы, которые в сухом доке ввели бы в строй за пару суток, ремонтировались то ли два, то ли три месяца...
6.
Опять куда-то не туда мысли убежали... Елка досадливо тряхнула головой и вернулась к "мейнстриму".
О "цензе"... Насколько поняла Елка из того спора и ночного просмотра материалов, изначальный замысел был, в общем, разумным. "Ценз" — правила производства в следующий чин, учитывающие в первую очередь стаж плавания. Например, мичману для производства в чин лейтенанта требовалось 40 месяцев плавания. Лейтенанту для производства в чин кавторанга — 98 месяцев плавания, включая 58 месяцев в лейтенантском звании...
