Опустившись прямо на голый, плоский камень, он уселся лицом к водопаду, мысленно приказал Рунину и Куру — бдеть, а сам погрузился в поток сумбурных и разрозненных мыслей. Было яснее ясного, что незыблемость старинных заповедей ныне подверглась сомнению. Мимир оставил Источник — небывалый случай? Небывалый, вопрос по своей ли воле? С Источником Тьмы, тоже не все в порядке — надо бы спуститься посмотреть. Остается надеяться что третий, и самый главный, уберегут нынешние Владыки Царства Престолов. У которых забот правда полон рот, если судить по обрывкам дошедших слухов. Их старые враги, ни куда не делись, продолжают прощупывать Божественную Троицу, на прочность, искать слабые места. И неважно как эти Силы действуют, суть в том что они отвлекают Правящих, от более важных дел.... И тут как раз дракон этот непонятный поведал Картусу о появлении неких Неведомых Магов, чья сила его просто невероятно впечатлила. Что это значит — объявились еще одни противники существующего порядка?
Не многовато ли? Не сказать, что Априус был на стороне этих выскочек, что правят теперь в Тронных Залах Обители Богов. Амбициозные Маги которые только при великом стечении обстоятельств, да неожиданной помощи Просвещающего, заняли там, места Прежних Владык. Хотя тех Априус тоже не чествовал, если не сказать что был их врагом, не потому что свергли Древних, нет, а потому что карали смертью всех непокорных, навязывали свою Волю, и законы как надо жить. В Древности, конечно, тоже все было далеко не идеально, да только вот он Априус этого не застал, не успел так сказать. Юность мира неожиданно прошла, прервавшись с гибелью Эльдариуса, а тот новый порядок, что установили Предтечи, он не успел попросту прочувствовать, пришли эти Узурпаторы, ныне именующиеся не иначе как Павшие, и установили свои порядки и правила.
Поэтому как правильно и как должно быть он попросту не знал. Знал что всякая тварь, зарящаяся на безмятежное существование мирных жителей Сферы, должна быть уничтожена. Это как бы инстинкт выживания. И неважно кто это — чудовища, вампиры, упыри, перевертни, колдуны, или боги. Хотя конечно если бы не они человек, так бы и остался тупой, ни о чем не заботящейся скотиной, способной только жрать да размножаться. А так пришлось начать думать и делать. И вот это все время, развивающееся существо, он Априус и призван защищать. И без разницы человек это, эльф, гном, гоблин или любой другой прямоходящий разумник, которых на улицах того же Андориноса можно встретить сотнями.
И если сойдутся в единоборстве все эти претенденты на Высокие Троны Сущего, кровь именно этих мирян потечет реками, если не морями в таких то масштабах. Неважно на жертвенниках или в братоубийственных войнах. Вот тут ему уже не все рано, кто свергнет Божественную Троицу, и нужно ли позволять этому свержению случится. Сам-то он, никогда даже не помышляя о том чтобы взойти на эти Троны, но и оседлать их кому попало, тоже не даст.
А значит надо обыграть всех. Всех!!! Хотя суть конечно не в Тронах, а в Божественности, которой наделяются Избранные Правитель. Вопрос еще кто их этой Божественностью наделяет? Или это происходит согласно каких-то неведомых законов? Например, кого одобрит... кто?
— Птьфу ты — в сердцах плюнул Априус — как всегда, ничего не ясно и не понятно. Истины нет, одни догадки, а время идет.... Хоть бери меч да коси всех подряд, а когда никого не останется, садись думать.... В общем, получается, как не крути, а Большой Мир, ожидает очередная встряска — это я чувствовал всеми фибрами своей души. Видимо Кулури и Вил придется подождать.
— Куру! Рунин! Похоже, нас ждет еще одно путешествие. Правда придется для этого немного покорпеть над гексограммой, но иначе сложнее будет.
— И куда на этот раз? — Поинтересовался попугай.
— Туда где все началось. Туда где должен был прерваться мой жизненный путь, по сути, так и не начавшись. Я перестаю, что-либо понимать из происходящего с этим миром. А это не есть хорошо. Мы отправимся в исходную точку. Это нужно было сделать еще до прихода Узурпаторов, но теперь я знаю больше...
— Но мы же, там побывали мимоходом — заметил куатар — я, же предлагал тебе посетить уцелевшие миры.
— Тогда я был на привязи — сухо ответил Априус — теперь свободен и руки развязаны.
Решение вернуться в исходную точку, всего своего длинного пути, Рус, принял даже неожиданно для себя самого. Наверное, эту идею навеял источник, такое вполне вероятно, но подвергать сомнению мысль первой, пришедшую в голову, значит отказаться от подсказок подсознания, поэтому он и не отверг ее. За последние годы он твердо уяснил для себя одно — нет в пределах Вселенной ни одного вездесущего, всевидящего и всезнающего, а значит никто не в силах уследить за всем, что происходит в ее пределах, а тем более за ним. У всех этих сверхСил, есть другие заботы, есть свои враги и обращать внимание на каждый всплеск магических волн, они не в состоянии.
Теперь он освобожден от обязанностей Хранителя, перед ним открыта вся огромная Вселенная, и.... И он может позволить себе все. Даже постараться понять, кто же он Априус есть на самом деле, и где его место в иерархии вселенских Сил.
Когда-то давно, на Заре Времен, он считал себя человеком, пусть одним из первых, пусть не совсем обычным, пусть сыном богини, но человеком. Ибо тогда думал, что отец, хоть и обладал двумя парами рук, но тоже был человеком, а потом ... вскрылось много всего, такого, что голова шла кругом. И теперь чтобы все осмыслить, нужно было отправиться туда, где все началось. В точку, где когда-то был расположен его родной мир — Эльдариус. В точку, откуда он выбирался сквозь время, носимый его волнами и в прошлое и в будущее, пропуская целые эпохи, и теперь кроме них с Куру, нет ни одного живого существа, кто бы помнил настоящую Зарю Времен, додревние период Сущего, период, когда даже Старые Боги были молоды, если не юны.
Времена те не то, что забыты, они напрочь стерты из памяти Мира, ибо то было еще рождение, долгие и мучительные роды Вселенной. Ее питание как и у ребенка в чреве матери, еще было другим, она еще проявлялась в мире Яви, показывая один новый мир за другим. И ее сердце гнало по магическим артериям и аортам Энергию Сотворения, равномерно распределяя ее по всей Сфере. И этим сердцем был Эльдариус — мир сглаживающий, преобразующий и распределяющий дикую, необузданную Силу. А потом его не стало, и начались предродовые схватки, и Вселенная проявилась полностью, в том своем первозданном виде, какой ее запомнили Предтечи. Кто бы что ни говорил — с тех пор она очень изменилась, разрослась, расширилась, стала многогранней, многослойней, но все еще не до конца развившейся.
И теперь Силы, которые, так или иначе, зародились, пытались влиять на это ее развитие. Были они или нет тогда на Заре Времен, Априус так и не узнал, его познания до Катастрофы были чересчур малы, а после истины было не доискаться. Лишь одно он знал точно — всегда был Хаос, еще до того как Творец, упорядочил его малую толику, явив Большую Сферу Миров. Эта Сила, бесспорно, существовала еще до рождения этой Вселенной. Затем возникла предвечная Тьма — второй враг проявленного Мира, и началось, они стали появляться один за другим, в той или иной форме, такие различные, по сути, и схожие в одном — желании поглотить Сущее. Сущности и их Орудия, СверхСил и Боги, все те, кто сделал Вселенную такой, какой она есть теперь.
Еще одно чего Априус, не знал, это когда появилась Смерть, сразу ли в момент зарождения Сферы, или позднее? Тогда в пору его юности уже был Просвещающий, Великий Дракон-Змей, а значит, мог существовать и его собрат — Собиратель Атманов.
Вопросы, вопросы, вопросы. Вот она долгожданная свобода, которая может быть дает ему время на поиски ответов. И самый насущный из них это совсем не расстановка Сил, а необходимость уяснить главное — кто ты есть в этой жизни? В этой Вселенной, которая, облачена в форму эллипса, остров посреди океана Вторичного Хаоса. А для того чтобы решить кто же ты — нужно отправиться на место бывшего дома. И в этом поможет Источник.
И тут новая мысль неожиданно опалила мозг — а не воспользоваться ли моментом и приручить этот поток, как собирался после возвращения из ПраТьмы? Сейчас в этом ему никто не помешает, такой шанс, как говорится, выпадает раз за всю жизнь.
— Куру! — Позвал Рус, приятеля — подстрахуешь меня, если что. Я тут собираюсь подружиться кое с кем, хочу попытаться настроить Его на себя.
— А ты часом не сбрендил? — Поинтересовался попугай, усаживаясь на камни перед хозяином — такое никому, и никогда не удавалось, ну как мне кажется.
— Так я же не покорять его собираюсь или подчинять, так небольшое соглашение об обоюдной заботе что ли.
-Ну и чем это может быть чревато — насторожено спросил куатар — как тебя подстраховывать?
— Как, как? Да не знаю как, вытащишь из воды, да и все. Тебе вообще должно быть нипочем вся эта требуха, что должна случиться, если без спроса Мимира полезть в святые воды.
Он разулся, засунул сапоги в мешок, сделал знак куатару, следовать за собой, и подошел к источнику, там остановился, застыв на самой кромке невысокого берега. Живая трава зашевелилась под ногами, щекоча стопы, и пробуждая давно забытые ощущения.
— Тихо-тихо — прошептал Априус — не злись, я буду очень осторожен.
На самой кромке берега он стал боком к потоку, и протянул руку ладонью вниз. Так и замер, прислушиваясь, к ощущениям, настраивая себя на некий лад, В ладони сразу началось некое жжение, покалывание — словно происходила своеобразная настройка, появилось ощущение тепла, поднялось вверх по руке. Поверхность воды заискрилась, чуть забурлила, Априус вдруг вспомнился Урд, в тот самый момент, когда его вместе с захваченной заложницей, затянули воды божественного Источника. И тогда он, махнув на все сомнения рукой, просто шагнул в текучую воду, развоплощаясь за краткие мгновения этого короткого, прыжка. Тихий всплеск и наступил странный покой, сопровождаемый, ощущением мощной, необузданной Силы, что проходит сквозь все его естество, и понимание что Источник его принял, и причин тому несколько. Гадать какая из них самая верная, Рус, просто не стал. Он просто расслабился и ощущал, как струится его сознание, вместе с водами потока через невероятные бездны, он не ждал мудрости, или еще чего-то из области Знаний, просто впитывал в себя мощь Источника, и делился своей. Наверное, за всю долгую, жизнь этот ключ ничего подобного не испытывал, потому что зажурчал как-то весело восторженно, словно мурчит от удовольствия, громадный, но ласковый зверь.
И тогда Априус рискнул воплотиться, тело соткалось из распыленных мельчайших частиц, уплотнилось, и он до пояса, поднялся из воды. Осторожно поводил руками по поверхности, зачерпнул и брызнул себе в лицо, и обмер, глядя, как прямо на глазах его старая безрукавка и поношенные бриджи, превращаются в странные доспехи. Доспехи, состоящие из невероятного сочетания черной кожи, черного серебра, и еще какого-то материала. Неописуемо эффектные, идеально подогнанные, невероятно прочные, в нужных местах, доспехи, внушали чувство полной защищенности, даже мягкие перчатки не раздражали, а казались естественной кожей.
Априус, от всей души послал мерно струящемуся потоку, мощный импульс благодарности, и полез обратно на берег, где с раскрытой от изумления пастью и клювом, сидели его зверушки.
— Вот оно как — многозначительно, вымолвил попугай — а я уж думал, осиротеем...
— Я признаться тоже ничего хорошего не ждал — проговорил барс, сквозь приглушенное рычание
— Думали они — хмыкнул Рус — это не первый из Трех Великих Источников в котором, я гм... купаюсь. Просто вам не рассказывал. Да и предыдущий раз был для меня очень даже неожиданным. Воспоминания весьма смутны.... Но теперь думаю не придется измыслить способ как быстро добраться когда-то родных пределов. Мне кажется, Источник согласится помочь. Один раз он уже отправил нас с тобой братец Куру, помнишь?
— Помню, что отправил — глухо прорычал куатар — только вот совсем не по назначению. Мы оказались в Кайлане, отброшенные по времени в самое начало Древней эпохи.
— И там я обрел Силу, помогшую залатать дыру, образовавшуюся после гибели Эльдариуса и иже с ним. И дары, которые положили начало новому порядку. Хотя в чем-то я до сих пор сомневаюсь...
— Это да — барс наклонил лобастую голову, в знак согласия — и добавил, кивая в сторону Источника — хочешь сказать, он разумен?
— По-своему бесспорно, и почему-то к нам благоволит. Так почему же этим не воспользоваться. Перемещения с его помощью отследить невозможно, даже если очень захотеть.
Априус достал сапоги, и обулся, вновь подошел к руслу, в том месте, где берег становился каменистым, и откуда был виден небольшой водопад. Пристально всмотрелся в текучие воды, словно через них измеряя бездны, отделяющие его от родных горизонтов. Затем поднял руку, и начертал в воздухе руну "Райдо", немного подумал и добавил "Совелло" и "Тейваз". Первая руна символизировала хорошее начало Пути, и благоприятное путешествия. Солнечная руна освещала весь путь, а "Тейваз" символизировала победу, и достижение намеченной цели. Они засветились прямо в воздухе красным огнем, и Рус, проговорил имя каждой из рун, добавляя необходимую задачу в настоящем времени. Заклинание, и мир словно бы отступил назад, открывая неведомые ранее пути, Априус едва успел подхватить Рунина, и другой рукой взяться за загривок куатара.
Немыслимая бездна разверзлась под ногами и лапами, они, то ли падали, то ли скользили вниз, сквозь тонкие грани между слоями реальностей, порой, не понимая где верх, где низ, и сколько прошло времени. Лишь смутно угадывали направление. Априус не думал ни о чем, лишь усиленно вспоминал карту звездного неба, что было так хорошо видно с высочайших гор, Эльдариуса. Полет-падение длился, казалось вечность, но вот появилось ощущение некого спада в быстром скольжении вниз, а потом и вовсе, они ощутили себя в обычном междумирии. С единственной лишь разницей, что здесь вообще ничего и никого, не было, абсолютно пустые области. Но это явно была именно та, точка в пространстве, где когда-то располагалось Сердце Миров — родной мир Априуса и Куру. И свидетельство тому, была широкая, темно-коричневая стена, подымавшаяся бесконечно высоко вверх, и так же бесконечно тянущаяся в обе стороны.
Это был неизмеримо гигантский ствол, ствол Древа, что могли видеть лишь единицы, во всем Сущем, потому как для остальных оно стало, сокрыто, и представляло собой лишь иллюзию или миф. Здесь же, если стоять совсем близко, оно было вполне материальным, правда, за пределами досягаемости глаза черты гигантского ствола плыли, становились размытыми, почти призрачными.
Небольшой островок, земли — когда-тошний дар Кодра, что позволил тогда хоть как-то закрепиться здесь, совсем оплыл под тяжестью Исполинского Древа. Превратился из холма, в тонкую полоску земли, и корни Древа естественно давным-давно ушли на какие-то неведомые ярусы. Эпохи назад закончился магический дождь, вызванный себе в помощь именно им Априусом, но свое дело он сделал, росток пророс, еще как пророс, и вымахал до поистине невероятных размеров. Затем угасло искусственное солнце, отгорев положенное время, до конца освещая молодой побег, давая ему запас тепла, и стойкости на долги годы.
