Ведь механический завод АУЦ, сразу же разделившийся на собственно Царско-Сельский Механический Завод ЦСМЗ, и Центральное НПО Точного Машиностроения, НПО "ЦентрТочМаш" — он и замышлялся в качестве довольно скромного предприятия с ограниченной производительностью. Тысяча, от силы полторы тысячи единиц в месяц... Между тем это был ЕДИНСТВЕННЫЙ завод в Империи, способный выпускать автоматическое оружие серийно! Все остальные производили только винтовки и револьверы. Даже станковые пулеметы — и те планировалось закупать за границей. Поскольку пока военная наука испытывала к этому виду оружия острое недоверие.
Поминавшийся уже генерал Драгомиров острил: "Если бы одного и того же человека нужно было убивать по несколько раз, то это было бы чудесным оружием. На беду для поклонников быстрого выпускания пуль, человека довольно подстрелить один раз, и расстреливать его затем, вдогонку, пока он будет падать, надобности, сколь мне известно, нет". Юморист, понимаешь. Просто Жванецкий в погонах.
Комиссия по перевооружению крепостей, испытывавшая пять закупленных в начале 90-х годов у фирмы "Норденфельд" пулеметов конструкции Максима, нашла, что "в крепостной войне пулеметы могут принести несомненную пользу". И рекомендовала закупить — ровным счетом четыре сотни пулеметов! Это на всю Россию!
И стоили они недешево — по три тыщи рублей за штуку. За всю партию — миллион двести тысяч. "Зачем платить такие деньги за то, что все равно нам не потребуется?" — рассуждали окопавшиеся в кабинетах Военного Ведомства бюрократы в погонах. "И тем более когда столько других расходов?" — продолжали свою мысль они.
8.
Расходы по военному ведомству действительно были изрядными — и делились они на две категории. Средства, расходуемые на содержание армии, именовались обыкновенными или повседневными расходами. А то, что назначено было для повышения боеспособности армии, именовалось расходами чрезвычайными. Так вот, военный министр во "Всеподданнейшем отчете по Военному Ведомству" исчислял необходимые чрезвычайные расходы в сто пятнадцать миллионов рублей в год! Поскольку: "Имелся целый ряд "мероприятий, либо начатых и незаконченных, либо новых, вполне подготовленных, но не начатых из-за недостатка средств". Требовалось улучшать личный состав и бытовые условия (одно улучшение офицерских квартирных окладов — это на четыре миллиона рублей "чрезвычайного" бюджета ежегодно!), увеличивать мобилизационную готовность, переустраивать в соответствии с требованиями времени органы управления и командования, развивать материальную часть"...
Причем "развитие материальной части" — это были относительно скромные замыслы. Модернизация 87-мм пушек образца 1877 года (по 48 орудий на пехотную дивизию и 24 или 32 на стрелковую бригаду) установкой их на лафет нового образца. Перевооружение трехлинейками резервных войск и создание мобилизационного их запаса. И ещё — полевые кухни. И все!
И пока что никаких ОФИЦИАЛЬНЫХ рычагов управления Военным Ведомством у Её Величества не было. А неофициальных на такое предприятие, как, скажем, развертывание производства тех же станковых "Максимов" в Туле вместо закупки их за границей, просто не хватило бы.
Конечно, может показаться, что завод, производящий в год до восемнадцати тысяч единиц автоматического оружия — более чем достаточно. Так вот — недостаточно! К началу 1937 года в частях РККА имелось 95 тысяч одних только ручных пулеметов ДП-27 и под две сотни тысяч единиц другого автоматического стрелкового оружия — пистолетов-пулеметов, автоматических винтовок, станковых пулеметов... Елка считала это количество НОРМОЙ, достаточной для вооружения войск мирного времени и резервных частей первой линии. За четыре года Великой Отечественной было произведено более полутора миллионов пулеметов всех типов, ДП и его модификаций — львиная доля. А ещё — более шести миллионов пистолетов-пулеметов (гениальная все же машинка ППШ!) и полтора миллиона самозарядных и автоматических винтовок! В год — 2,25 миллиона единиц автоматического оружия!
ТАКИЕ производственные мощности на дороге не валяются. Тем более, что мощности русских заводов были недостаточны даже для производства обычных магазинок — полмиллиона винтовок в год на пике производительности. В феврале Ванновский представил "Всеподданнейший доклад по Военному Ведомству", подводивший итоги 1894 года и освещавший перспективы 1895-го. Так вот, оказалось, что когда в 1891 году на вооружение приняли трехлинейку, то потребности первой очереди, которые надлежало удовлетворить до весны 1895 года, ведомство расценило в два миллиона винтовок. За три года. Так пятьсот тысяч пришлось заказывать во Франции!
Российские оружейные заводы страдали двумя коренными недостатками. Их было мало, всего три штуки, и устроены они были из расчета потребностей мирного времени. Для удовлетворения же усиленной потребности периода перевооружения "должны были служить временное усиление деятельности заводов (например, введение ночных работ) и заказы на частных заводах". В этом самом усиленном режиме, при работе днем и ночью, годовой объем продукции Императорского Тульского Оружейного Завода составлял 265 тысяч винтовок, в Ижевске в год выпускали 160 тысяч, а в Сестрорецке — 75 тысяч стволов. Итого — полмиллиона в год.
9.
На переоборудование казенных заводов надежда маленькая. Если на отдел станковых пулеметов в Туле или Сестрорецке бюджета ещё хватит, то вот на все остальное...
Вряд ли. Очень, очень, очень вряд ли.
Следовательно, завод по производству автоматического оружия надо строить на средства Дома. А ещё лучше — не один, а несколько заводов. Специализированный, по ручным пулеметам — скажем, в Коврове. В Нижнем Новгороде — IBM, специализирующаяся по газоотводным узлам и ударно-спусковым механизмам, и фабрика спортинвентаря, производящая пневматические ружья "Кадет" и винтовки "Кадет-2"... Винтовка калибра 5,6 мм — две или 2,2 линии, в зависимости от того, как мерить — и выглядящая в точности как пехотная трехлинейка. Только соответственно уменьшенная и облегченная, чтобы мальчишки могли её поднять и выстрелить. И не один раз. А столько, сколько потребуется.
Стволы — это отдельная песня. Любые сколько-нибудь разумно устроенные оружейные заводы всегда рассчитаны на "полный цикл", то есть производят не только все оружие, но и все, что потребляется в ходе его производства. Включая и сменную оснастку для нарезки стволов. Казенные оружейные заводы России, имеющей двухмиллионную полевую армию и миллион человек запаса, должны были производить полмиллиона винтовок в год. И пятьдесят тысяч единиц личного оружия. Если бы личное оружие имело иной, отличный от винтовочного калибр... Это обошлось бы существенно дороже "единого" варианта.
Именно поэтому для замены 4,2-линейных револьверов "Смит & Вессон", стволы которых нарезались на том же оборудовании, что и стволы 4,2-линейных винтовок системы Бердана, будет принят револьвер конструкции Нагана, калибр которого — 3 линии или 7,62 мм — совпадает с калибром принятых на вооружение взамен берданок трехлинеек Мосина.
Основная мысль здесь совершенно правильна и глубоко разумна. Стандартизация действительно удешевляет производство. Если, конечно, это производство по-настоящему МАССОВОЕ. Однако переход на гораздо более мощный по сравнению со старым черным бездымный порох и вызванное им уменьшение калибра привело к тому, что пули, несмотря на большую силу удара, имели меньшее останавливающее действие. У винтовок это не критично. Ещё бы, при дистанции реального огня, начинающейся с восьмисот метров...
Личное оружие, дистанция огня которого составляет менее двух дюжин шагов — совсем другое дело. Здесь этот показатель имеет РЕШАЮЩЕЕ значение. Поскольку если первая пуля не остановила бегущего на вас противника, а просто пробила его насквозь и унеслась дальше... То выстрелить второй раз вы можете и не успеть.
Ну, то, что для армии — это ладно. Хотя, конечно, бой в окопах, где с трехлинейкой, имеющей с примкнутым штыком длину метр семьдесят три, попросту не развернуться... Но, опять-таки, ладно. В конце концов, пистолеты-пулеметы именно поэтому и появились! А ещё есть автоматические пистолеты, дробовики... Ручные гранаты, наконец!
А вот в полиции... Или — особенно! — в службе безопасности...
Елка точно знала, что у неё — паранойя. Но все же Александра Федоровна никогда не расставалась с оружием. И настоятельно просила мастеров, уже развернувших работы в недостроенных цехах ЦСМЗ, максимально ускорить разработку и производство первой партии оружия для "новых фрейлин", Дворцовых Гренадер и частей Гвардии, а также себя, любимой. Пока в список "к производству" входили только револьверы и помповые дробовики! Самозарядные и штурмовые пистолеты, самозарядные карабины под пистолетный патрон, пистолеты-пулеметы, ручные пулеметы и самозарядные винтовки оставались пока мечтой.
Голубой, как лацканы новых мундиров финских стрелков.
Завод мог выпускать оружие любого калибра — экспериментальными и установочными партиями в две-три-пять сотен стволов. Основных же калибров, таких, чтобы штамповать пока предусматривалось три: 5,6 мм "Спорт", он же .22LR, 7,62 мм, три линии "нового стандарта"... И "старый стандарт" — 4,2-линейный, или 10,67 мм. Все равно оборудование, на котором производились "Смит-Вессоны", пойдет на списание — так чего ж добру пропадать?
Планы насчет калибра 9 мм были пока туманны. Вообще-то хороший калибр. Не слишком мощный, отдача суставов не выбьет и руку не сломает, и при этом — отличное останавливающее действие. Вот только... не стандарт! Нарезать на ЦСМЗ пару десятков или пару сотен стволов... Да хоть пару тысяч! Не проблема. А вот массовое производство...
10.
Кстати, о массовом производстве. До 1895 года в России имелось всего два патронных завода — "Петербургский арсенал" и частный Тульский завод. В 1894 году построили ещё один завод, в Луганске — производительностью до 130 миллионов патронов в год. Тульский завод мог выдать "на-гора" до 90 миллионов патронов, Петербургский — до 170 миллионов. Итого — 390 миллионов патронов в год.
Поскольку потребность в патронах рассчитывалась исходя из опыта, устаревшего на четверть века... То даже и для армии, вооруженной только винтовками, этого было совершенно недостаточно. Генералы считали, что на каждую винтовку необходимо иметь: в полевой пехоте по 600 патронов, в резервной по 500, кавалеристам по 400, в инженерных войсках по 120, а в запасных батальонах по 135.
Опыт русско-японской войны подтвердил, что эти нормы занижены минимум вдвое.
А ведь ещё есть пулеметы. И сколько же патронов надлежит иметь на один станковый пулемет? Исходя из того, что его огневая производительность приравнивает его к двадцати пяти винтовкам? А сколько патронов должно приходиться на один "ручник"?
Да ещё следует помнить, что патроны будут нужны не только в Европейской России.
Следовательно, из трех патронных заводов, постройка которых совершенно необходима, как минимум один должен располагаться как можно дальше на восток.
11.
В глубокой тишине подвального тира металлические щелчки проворачивающегося барабана звучали громом. Особенно — по контрасту с легкими, едва слышными хлопками и змеиным с присвистом злым коротким шипением. Которое и дало намек на название.
— И как вам "Аспид", дорогая?
— Потрясающе!
— Чувствуете, как он в палец отдает? — при взведении курка два пера V-образной боевой пружины "Нагана" поджимались друг к другу, а при нажиме на спуск верхнее перо, поворачивая курок, резко уходило вверх. От этого движения нижнее перо получало обратный импульс, который, воздействуя на спусковой крючок против нажима стреляющего пальца, не должен давать спуску "провалиться". Одна из двух "изюминок", благодаря которым был вообще принят на вооружение револьвер, устаревший более чем на двадцать лет. Однотипный по способу извлечения стреляных гильз "Кольт SAA", прославленный в десятках тысяч вестернов "Миротворец" — хотя гораздо более точным переводом обозначения "Писмейкер" было бы слово "Умиротворитель" — поступил на вооружение кавалерии Соединенных Штатов аж в 1873 году, двадцать два года назад! И благодаря которым он продержался так долго.
— Ещё бы. Но, насколько я разобралась, это ведь не обязательно?
— Вы правы. Необязательно. Просто сильные пружины и нет времени отлаживать каждую мелочь.
Семь выстрелов — серия. "Новый стандартный" калибр револьвера обеспечивал барабану меньший диаметр, чем у сорокачетырехкалиберного, 10,67-мм (а если мерить по пуле, так и вообще 11), "Смит & Вессона", вмещая при этом больше патронов. Поскольку на ствол была одета трубка интегрированного глушителя, выбрасыватель пришлось переделать. После этого внешне "Наган" стал совсем похож на "Миротворца" — отличия заключались только в дизайне рукояти, имевшей совсем другие очертания... И — внешне — все! В мастерских АУЦ, кстати, как раз доделывали несколько образцов "Нагана" калибра 4,2 линии — который от "Миротворца" внешне вообще практически не отличался. Дурацкая идея, конечно... Но Сергей Юрьевич, отец Елены Зелениной, в детстве был без ума от "Великолепной семерки". И сумел — отчасти — заразить этим восторгом и дочь.
Пока тезки, выбивая по одной гильзе за раз, перезаряжали револьверы, дежурившая по тиру девчонка в сером с белым лацканом кителе мариинского училища фрейлинской службы сбегала сменить мишени. Её Величество уложила в девятку шесть из семи пуль. У её статс-дамы дела пока шли похуже — Александра Михайловна не поднималась выше шестерки. Впрочем, учитывая, что стрельбой она занималась меньше пяти недель, результат был впечатляющий.
— А...
— Вы что-то хотели спросить, дорогая?
— Да, Ваше Величе... Извините. Миледи. Почему "Наганы"? Ведь они же неудобные! А "Смит-Вессоны" можно вообще одной рукой разрядить. Да вы же сами это и показывали. А эти пружины ведь можно и на них установить. Ведь можно?
— Пружины? Можно, конечно. А глушители?
— А разве нельзя?
— О, дорогая!.. — императрица сочувственно покачала головой и защелкнула дверцу барабана. — Самое главное, наши генералы хотят иметь стандартное оборудование для нарезки стволов, поэтому калибр стрелкового оружия, то есть винтовок, и личного оружия должен совпадать. А поскольку любой револьвер обычной конструкции при использовании патрона калибра 7,62 будет слишком слабым... Вот, посмотрите сюда. Зазор между рамкой и передним срезом барабана видите? Здесь, в "Нагане", он значения не имеет, поскольку сам барабан имеет механизм, продвигающий его вперед. В результате устье гильзы, целиком закрывающее пулю, вдвигается в ствол и полностью перекрывает зазор. Увидели? У обычных же револьверов, такого устройства не имеющих, на прорыве пороховых газов между стволом и барабаном теряется до трети полезной энергии выстрела! Поэтому, кстати, на них нельзя и глушители устанавливать. Ведь звук выстрела создается именно расширением пороховых газов! А если исключить ту треть энергии, что тратилась на бесполезный шум... Понятно, почему в "Нагане" при меньшем импульсе отдачи и приложенной мощности эффективность сравнима с гораздо более крупными калибрами?
