— Реальность тоже слишком хорошая, видимо? — спросил Антон. — Иначе как спутать-то?
Ириса кивнула.
— Да. Итог — уничтожение от себя же, возможно кто-то всё же выжил, но связь с их миром утрачена.
— Кто-то прислал хитрую программу для самовыпила туземцев? — спросил Матвей. — Или сами постарались?
Ириса вздохнула.
— Сами. Ловушка... неочевидная. Тормозится экспансия, резко падает рождаемость и желание вообще иметь детей, даже через маточные репликаторы. Серьёзные проблемы с комплектацией даже личного состава десанта, не говоря уж о боевом флоте, и тем более — Корпусе Дальней Разведки. Церра вот этот барьер не прошла, но в общем-то близко подошла. Йенно Мьюри прошла — и теперь усиленно помогает всем желающим разбить об него голову, ещё и деньги с того получают. Технологии записи сознания и создания развитого железа ИИ у них, кстати, вполне есть, они могут создавать ВР с ускоренном временем — машинный транс, угу, дозапись. При отказе тела — получается по сути срыв, когда сознание в ВР вполне себе живо... только вот выйти из неё уже нельзя — тела-то нет, а клонирование с загрузкой сознания не освоили, сложно это. А играть в игру и жить в ней — это немного разное всё же. Не все любят. И не всегда это вообще можно. Поэтому могут просто стереть, если товарищ место не оплатит.
— А у вас что было? — спросил Антон.
Ириса вздохнула, вспоминая.
— Технологии загрузки и записи сознания, и за счёт этого — бессмертие для всех. Но память-то всё время растёт, а мозги не резиновые. Поэтому таких товарищей приходится переселять в специально отведённую ВР. А это тоже сложно, потому что объём. Ну и с файлами можно напутать, а тогда не будет сознания. Перед тем, как мы сюда попали, говорили, что мы на грани появления сверхсознания скоро будем.
— И что тогда? — спросил Антон.
Ириса пожала плечами.
— Внедрение новых технологий становится мгновенным. Массовое и полноценное использование нанотехнологий с саморепликацией и так далее. Но я не знаю, дошли ли мы. Богомолы этот барьер давно прошли, правда, потеряли человечность.
— Как бы до космоса тоже далеко не так просто дойти, — дипломатично заметил Антон. То ли от его красивых глаз, то ли просто от скуки, но Ирису, как говориться, "понесло", и она заговорила о вещах, о которых Маахисы обычно говорить избегали, ссылаясь на то, что человечество к ним ещё не готово...
— После выхода к звездам общество обычно достаточно сильно меняется, — возразила Ириса. — Но да. Вообще, наши ученые заметили одну закономерность: этап выхода к звездам проходится достаточно быстро, а торможение развития техники после него не сильно тормозит общее развитие, если строй — именно фактический строй, а не тот, что официально заявлен:
— коммунизм. Тормозится на нашем уровне... если тормозится вообще, но масс-переход одни мы потянули же;
— абсолютная монархия, как на Сторкаде. Там, правда, напортачили с системой воспитания наследников, есть риск, что получат торможение, и, возможно, смену строя. И нужны работающие механизмы как по вылету из дворян, так и по приёму в их ряды, а у сторков с этим... плохо;
— конституционная монархия, как у мьюри до Федерации, но власть монарха НЕ формальность, и тоже нужны работающие механизмы как по вылету из дворян, так и по приёму. У мьюри их не было, на чём они и погорели;
— технократия нэйкельского образца, тоже монархия по сути, — дворянство в виде Уважаемых Семей у них вполне есть;
— в некоторых редких случаях религиозная диктатура, с ОЧЕНЬ широким пониманием религии — это может и идея какая-то быть. Дайрон в общем-то сюда. Тормозится где-то на уровне мьюри, а в некоторых случаях и Богомолов.
А вот если демократия, по факту — олигархия или что ещё хуже — реально власть народа, то всё плохо. То, что есть сейчас у мьюри, — это уже очень хорошо. Да, бывают исключения. Но цели у общества должны быть, и на воспитание надо очень серьёзно закладываться. И о "правах ребёнка" не слишком много думать, иначе будет очень плохо.
— Детей пороть полезно или нет? — немедленно спросил Антон.
Ириса смутилась.
— Иногда таки полезно.
— Иногда почему? — продолжал напирать мальчишка.
— Чем выше контраст эмоций при обучении — тем чётче реагируют нейросети мозга, — наконец нашлась Ириса.
— А почему это только детей касается? — спросил вдруг Серый.
Ириса пожала плечами.
— Взрослых тоже можно. У нас иногда делают.
— В каких ситуациях? — тут же спросил Антон.
— Сушка котов в микроволновке и прочее такое всё, — она задумалась. — Вообще говоря, привитие всяких положительных принципов — штука полезная и необходимая, но воспитание, классическое, по крайней мере, предусматривает систему безусловных запретов, за нарушение которых таки заухи и попопе. Что повышает КПД привития положительных принципов примерно на 100500 %. Хотя технология да — допускает возможность сразу вбить правильное отношение. У нас запрещено создавать такие вещи кроме как по специальному разрешению, ну и использовать их тоже нужно разрешение. Но тут могут быть варианты, ЧТО будет разрешением.
— Если товарищ не уважает наш строй — он даёт нам разрешение вбить в него уважение? — усмехнулся Антон.
Ириса поморщилась.
— Так нет. Это к нэйкельцам.
— Бегает по улицам и кусает прохожих, называя себя графом Дракулой? — спросил вдруг Матвей.
— Да. У нас считают, что разумное существо не должно заплывать жиром. Поэтому правило простое: или товарищ найдёт себе занятие — или занятие найдут ЗА него. Если он что-то делает, хотя бы на берегу речки сидит, его никто никуда тянуть не будет.
— И что на берегу делают? — спросил Антон.
Ириса улыбнулась.
— Занимаются творческой работой. То есть сочиняют стихи и пишут картины. Ну, придумывают их, по крайней мере. А ещё там рыбу ловить можно. А вот если товарищ лежит на диване кверху попой в режиме 24/7 — вот тут ему обеспечат культурный досуг. Хотя реально так бывает редко.
— Такая сознательность? — насмешливо спросил Антон.
— Скучно ничего не делать, — Ириса пожала плечами. — Хотя, конечно, находятся иногда экземпляры...
— А у мьюри что? — спросил между тем Серый.
— У них демократия. Хочешь — работай, не хочешь — помирай с голоду. Капитализм.
— И обучение платное? — спросил Антон.
Ириса задумалась, вспоминая.
— Государственное да, — наконец ответила она. — Корпоративное — нет. За счёт фирмы. Прогуливать можно, но...
— Не сдашь экзамен — будет тебе попопа? — насмешливо спросил Антон.
Ириса улыбнулась.
— Да. Точнее, даже так: "не сдашь экзамен, я подумаю что с тобой делать, есть несколько вариантов..."
— Посадить в карцер, послать копать огород, поставить в угол на горох? — спросил Андрей.
— Нет. Напрасная потеря времени.
— Ремень, розги, крапива? — предположил Антон.
Ириса снова улыбнулась.
— Можно и так.
— Богатый выбор... — буркнул Серый.
Ириса снова улыбнулась, на сей раз, уже ему.
— Пунктов больше. Даже фирмы специальные есть. Которые предоставляют услуги по стимуляции учащихся.
— Видимо, там богатейший выбор различных девайсов, — сказал Матвей. — Включая дохлую змею — или даже НЕ дохлую — и крапиву 100500 сортов. Специально выведенную для попопы.
Ириса кивнула.
— Да. Необучаемого всё равно устроят на работу... адекватную навыкам. Но специалисты нужны. Поэтому тут более традиционный вариант. И более выгодный для корпорации — защита инвестиций, так сказать. В образование.
— Брр! — Антона даже передёрнуло. — Не хотел бы я учиться в такой школе...
— Мьюри тоже не хотят, — уже хмуро ответила Ириса. — Даже часто требуют перевести их в нормальную школу, то есть в государственную, где хотя бы не бьют. Только вот почему-то такие требования кончаются хорошо если долгосрочным контрактом с выбором условий не самой личностью вовсе, и не на Мьюри Прайм, а где-нибудь в колонии Змеиная Дыра. Потому что если ты в семье работников корпорации родился — будешь учиться в корпоративной школе и работать будешь там, куда пошлют. Астероид пилить какой-нибудь.
— Всех берут в космонавты? — насмешливо предположил Антон.
Ириса кивнула.
— Да. Многих очень. Космическая цивилизация же.
— Всех, кто хочет? — спросил Андрей.
— Да. И даже многих, кто НЕ хочет, потому что им и дома хорошо.
— И родители детей пугают — будешь хорошо учиться, заберут в космонавты, будешь пилить ёлку на далёкой планете, а тебя волк будет грызть? — предположил Антон.
— Нет. Образование — это гарантия, что работа не будет совсем уж рабской.
— А уровень образования какой? — спросил Серый. — У корпов и у госов?
— А примерно как у меня дома в Атлантиде, — ответил Матвей. — В частных школах всяких, где руководство готовят — хороший очень. Конкуренция же — протупишь, конкуренты сожрут. Поэтому приходится вон из шкуры лезть. В общенародных всяких школах... мы ж не можем истязать детей негров алгеброй. Пусть растут дебилами.
— Да, — кивнула Ириса. — Быдлу ж вредно много знать, а надо работать. Мне у мьюри не раз встречались книжки и фильмы, где рабство для персонажа или группы — это в плюс. При том, что в реальности — обычно в минус.
— Ну, юноша прекрасной красоты, типа Талки, могут ваять и тортиками кормить, а какого-нибудь манагера — НЕ прекрасной красоты — приставить выгребать говно и вообще бить палками, потому что манагеров много, а юнош прекрасной красоты один, — предположил Матвей.
Ириса кивнула.
— Да. Хотя обычно это называется свободным выбором — в камеру распыления или ошейник на шею и на аукцион, и не факт далеко, что не будет ошейник медленной смерти.
— Это вообще как? — спросил Антон.
— А так. Не купили в течении указанного времени — значит, товарищ никому не нужен. А содержание рабов тоже денег стоит. Поэтому если ошейник не сняли — при покупке так положено делать — через указанный срок он вводит яд. Такой, чтобы кончина была максимально зрелищной — конвульсии, пена изо рта, всё такое.
— Это за что там? — Сергей нехорошо прищурился.
— За забывчивость. При покупке дома, например. Покупает некий господин дом — но, вот беда, недоплачивает. И полиция тут как тут. Вам сообщили неверные данные о цене? Всё верно сообщили — и цену, и отдельно сумму налогов, которую вы НЕ заплатили. И тем самым оскорбили Уважаемого Граждана-продавца, который право имеет не платить налоги. Ну и если товарищ отказывается уплатить, с учетом штрафа полиции, конечно, а начинает шутки шутить с налоговой службой Йенно Мьюри, как раз есть шанс попасть на аукцион. Налоги там очень любят собирать. Капитализм же. Приставы, банкротство, продажа ликвидных активов, тушки — тоже. Кое-кто из так попавших после ознакомления с доступными вариантами просил сразу в камеру распыления.
— Ошейник ещё хуже?
— Медленной смерти? Да. Но есть и другие варианты, где не прибьют сразу, но будут очень жалеть, что не.
— Например? — напряжённо спросил Антон. Такое вот будущее ему совершенно не нравилось. Пусть не на Земле, пусть чёрт знает где в глубоком космосе — всё равно...
Ириса пожала плечами.
— Электроды в нервы и болевая стимуляция, с отслеживанием состояния организма и перерывами на сон, и даже с питанием — либо будут трубку изо рта убирать каждый раз после питания, потому что надо ж дать клиенту возможность выразить голосом свои чувства, либо просто дырку в груди сделают и будут лить питание через зонд. При этом вполне можно "клиента" вмонтировать в мебель, часть дырок открыть для использования, ненужные части тела — отрезать. В общем, это надолго.
— Это за что там такое? — ошалело спросил Антон.
— За убытки родной корпорации, например. Там ущерб такой может быть, что никакой контракт пожизненный уже не покроет. И даже распил тушки на органы не покроет. А у нас, конечно, демократия, но это НЕ значит, что по долгам не надо отвечать. Тем более способом, с которым согласились при подписании контракта на работу. Или за нарушение одного из базовых законов — вы ж клятву давали, когда принимали гражданство, а клятвопреступление — страшное зло.
— У нас просто паспорт выдают, и клятвы никакой не требуют, — буркнул Антон.
Ириса пожала плечами.
— На Йенно Мьюри гражданство даже по рождению — требует принятия. С клятвой верности правительству. Не принимать можно... но чревато — вышлют нафиг. А если личность финансово несостоятельная — нужно ей помочь выполнить свои обязательства. И не надо это сравнивать с продажей рабов с аукциона на всяких там Джагганах. Да — нельзя делать пожизненный контракт, но данный товарищ отработает обычный срок в 10 лет... и тут же получит требование оплатить остаток долга. И по новой, с новым владельцем — ну, будет каждые 10 лет новый жизненный опыт. В конце концов, есть лаборатории, которые объекты на опыты закупают, и совсем не обязательно под хирургические лазеры медкапсулы постоянно. Просто поставят исследовательский вариант нейроимплантов — не серийный, а который все сигналы наружу выдаёт и позволяет точное воздействие. Ну и что, что вместо черепа у вас теперь конструкция сложная — внешняя часть защитный кожух, внутренняя — распределение сигналов, а из затылка торчит кабель, идущий в модуль обработки на спине. А если его отключить хоть ненадолго — товарищ не факт, что вообще думать сможет, и хорошо, если для работы сознания не нужен ещё стационарный кластер. При этом на месте глаз и ушей интерфейсные коннекторы, чтобы входящие сигналы тоже контролировать. Тело тоже может быть не совсем своим, но это от конкретных задач зависит уже.
— Бррр! — Антона передёрнуло. — Тут в самом деле лучше ошейник с ядом. Или это тоже повезло?
Ириса хмуро взглянула на него.
— Бывает даже и так. "Нихель" продаёт, например, "биоискинов", для поддержки монстров "c интеллектом, сравнимым с человеческим" в ВР. Причём это даже не мебель с дырками, а гораздо хуже. Психика искорёжена в конец, общения нормального нет, стимуляция болевых центров и так далее.
— Мозг в банке, который играет за орка, и все аЩуЩЩения, когда того орка файерболлом жарят — натуральные? — непонятно предположил Матвей.
Ириса кивнула.
— Да. Только не за орка — орки ещё говорить могут. Хедкраба какого-нибудь. Который только пищит, когда его в 100500-й раз бьют монтировкой.
— А у вас такого нет? — спросил Серый.
— У нас нет. Были, правда, случаи, когда товарищи либо сами отказывались входить в состав Союза, либо получили отказ на заявку, потому что муравьиный лжесоциализм... ну и вели исследования в данной области, успешно. Конечно же, не на рабах, а на молодых добровольцах, готовых на любой подвиг, чтобы послужить знанию. На студентах обычно -у профессора они всегда под рукой. У них же не капитализм. Так были созданы первые нейропроекторы и проведены глубинные исследования разума, что много им дало. Настолько много, что власти Союза ОЧЕНЬ забеспокоились на тему того, что самим хочется такие технологии. Потому что получились очень умные товарищи.
— Получается, что у них, этих лжесоциалистов — преимущество? — хмуро спросил Серый.
