Человек с мешком-2

Перехватив к бою на сей раз автомат, я, чертыхаясь, быстро стал карабкаться наружу. С Забавой позже разберусь. Но все равно странно как-то.

Снаружи же и в самом деле шла ожесточенная схватка. Шестеро остальных телохранителей Хозяйки не сдерживали даже, а теснили прочь солдат Кбелика. Да и его самого в придачу.

Та-ак. Ничего не понимаю. Но на всякий случай я полоснул очередью вверх. Куда-то в потолок.

— Прекратить!

Подействовало. Почти мгновенно все замерли. А Первые вслед за этим встали спина к спине, держа оружие наизготовку.

— Сдурели что ли?! Что случилось? — ничего внятнее я в этот момент спросить не смог. У меня вообще возникло вдруг ощущение, что крыша вот-вот отъедет. Не замковая. Моя собственная.

— Не знаем, — откликнулся Кбелик. Тяжело дыша. — Они вдруг на нас напали. Двое выскочили из хода, и все вдруг кинулись на нас.

— В чем дело?! — повторил я вопрос к оборотням.

Но те молчали. Затем, немного спустя, кто-то из них ответил, продолжая следить за окружающими:

— Спроси Шеро! Или — Хозяйку. Мы им подчиняемся!

Тоже, между прочим, хороший совет. Я полез обратно в "нору". Что, с ума они тут все посходили? Или это я спятил?

Внутри диспозиция за это время не изменилась. Четыре валяющихся тела, столбом стоявшая Забава и специфический запах содержимого ампул "Удара". Картинка!

— Забава!

Она вздрогнула и медленно повернулась. На лице — застывшая маска страдания. Но взгляд — вполне вменяемый.

— Что все это значит? — я уже и не старался скрыть свое недоумение. — Они что, взбесились? Так предупреждать же надо!

Я замолк, не зная, что сказать. Забава тоже молчала. Потом с мучительным вздохом словно включили звук:

— Прости нас, если можешь, джинн Гар! — самым натуральным образом воззвала она. — Мы должны были попробовать исполнить последнюю волю старой Повелительницы! Не презирай нас. Пожалуйста, — последнее слово она произнесла совсем тихо.

— Чего? — в самых лучших своих традициях переспросил я. Хотя и так было все ясно. Неясно только — чего же ради. Сама же ведь просила выполнить Предсказание. Заклинала даже! Зачем?

В конце концов, я так и спросил, не выдержав молчания:

— Зачем? — боюсь, что вопрос вышел у меня так же растерянно, как забавино "пожалуйста".

Забава не то вздохнула, не то всхлипнула. Пошатываясь, она медленно подошла к Шеро, все еще распластанному на ледяном полу и опустилась возле него на колени.

— Прощай, Первый Берущий след, — шепнула она с очень странной интонацией. Провела рукой по его лицу и закрыла глаза.

— Э-э, — сказал я. — Да он очнется! Электрошокер...

— Нет, — Забава покачала головой. — Он мертв. Твоя сила убила его. Я это вижу. А Целека убил шлем, — она повернулась в сторону одного из лежащих. Действительно, он упал именно на шлем. Да, бывает.

— Брана и Блеск скоро очнутся, — закончила Забава свой осмотр и медленно выпрямилась. Потом сделал шаг ко мне. — Я готова отвечать перед тобой. Посланец Великого Дома!

Надо было слышать, как она это сказала! Таким тоном отвечают, пожалуй, только в последней инстанции. Я почувствовал, что еще немного — и я их тут всех сам, лично, просто перекусаю.

Ничего же не пойму!

— Почему твоя охрана накинулась на меня, елки-палки?!

— Это был наш шанс, — вздохнув, ответила Забава ровным голосом. — Старая повелительница велела нам с Шеро сделать это. А остальным приказала помогать.

— Вам с Шеро? — ясней нисколько не стало. Что за сборище полоумных окружало меня все последнее время?

Вопрос, очевидно, чем-то поставил Забаву в тупик. Она молча смотрела на меня. И чувствовалось, что она то ли не хочет, то ли не может отвечать.

Кстати! Я ж совсем забыл про оставшихся снаружи! Извинившись перед Забавой, я высунулся из грота и именем Хозяйки велел оборотням сложить оружие. А Кбелику — присмотреть за этим.

Когда я вернулся обратно, Забава, похоже, решилась на ответ.

— Старая Повелительница, — сообщила она. — Хотела, чтобы мы захватили шлем. Шеро и я. Тогда бы наша страна стала во всей Дворанне самой сильнейшей. И мы бы правили всем континентом.

Так. Вполне объясняюще. Все, кроме того, что я хотел узнать.

— Да при чем тут вы с Шеро! И с какого боку при этом шлем? — у меня возникло слабое, но устойчивое подозрение, что я так этого и не узнаю. Тем более что время-то идет! — Кстати! Что там Шеро говорил насчет того, что замок вот-вот может распасться? Это правда?

— Правда, — подтвердила Забава. — Только не сейчас. А когда Дарек убьет Обеца. Тогда колдовство перестанет скреплять эти камни, и они начнут очень быстро рассыпаться. Но мы можем успеть выйти.

Еще того не лучше! Оказаться замурованными в этих каменных катакомбах!

Стоп.

— То есть, как? — я уставился на Забаву (Вид у нее был — тот еще, доложу вам). — Обец еще жив? Но как?...

— Он может жить без этого своего волшебного сердца, — голос Забавы звучал безразлично. — Как обычный человек. Но при этом он так же уязвим. И Дарек сможет с ним справиться. Мы все так и задумывали, Гар. Хотя если бы не ты... — она покачала головой. — Я была против нападения на тебя. Мне казалось, что ты мог бы быть хорошим... — она запнулась, — Нашим союзником. Но Повелительница сказала, что ты охраняешь только одного короля.

— То есть? — мне все это совершенно уже перестало нравиться. Но хотелось все же понять, о чем речь.

— Шеро и меня, — тем же равнодушным голосом произнесла Забава, — Подготовили так же, как Дарека и Рэру. Для тех же целей. Поэтому шлем мог послушаться Шеро, если бы его короновали.

Как-то я даже и не удивился нисколько, услышав это. Ну, подготовили и подготовили. Чего ж тут такого? Как Дарека и Рэру — путем искусственного отбора и скрещивания. Все понятно.

Непонятно же мне было другое. И об этом другом я и спросил. Стараясь не обращать внимания на измученный вид собеседницы. Как-никак она почти что пыталась меня укокошить совсем недавно. А пыталась ли?

— При чем тут этот шлем? — задал я вопрос, начавший интересовать меня уже давно. Вот только сейчас дождавшийся своей очереди. А и действительно — при чем?

Похоже, Забава видимо решила уже больше ничего не утаивать. Потому что без раздумий произнесла все тем же равнодушным тоном:

— Это шлем Древних Королей. Считается, что он Коронационный. Но одновременно им пользовались, чтобы вызывать силу и управлять ею. Древние Короли короновались этим шлемом и после того могли им пользоваться.

— А как же... — начал я. Но Забава поняла.

— Ну, ведь тот, кто должен стать возродителем рода — и сам практически Древний Король. Дарек ведь — им оказался? Вот и Шеро точно так же. Я теперь понимаю, что хотела Хозяйка с самого начала. С помощью "короля" Капки уничтожить Обеца. А затем... — она сглотнула. — А затем уничтожить и его и заменить своим — Шеро. Я была его названной невестой, — закончила она без всякого перехода. Закрыв глаза. Из под опущенных век медленно выкатились слезы.

— Господин магистр...

Я чуть не подпрыгнул. Обращение Кбелика меня застало врасплох. Я обернулся, стараясь не показать этого.

— Господин магистр, что делать? Этих, — он кивнул за плече. — Мы взяли под стражу. Прикажете ждать?

Я подумал.

— Готовьтесь выбираться отсюда. Тут, — я вспомнил, — Двое без сознания. Пришлите кого-нибудь. Лучше всего пусть свои же и забирают. Нам нужно вылезать из этих подвалов, — я подумал еще немного. Ничего не придумал. И в завершение кивнул.

Кбелик кивнул в ответ и исчез из прохода. Ну, и что теперь? Я посмотрел на Забаву.

— Пусть твои люди, Гар, не касаются шлема, — сказала она не открывая глаз. — Ты видимо не знаешь этого. Но он смертелен для всех, кроме истинных Королей.

— То есть, — медленно переспросил я. А как же тогда я его таскал в руках? Что за ересь? С чего этот шлем опасен? Нет ведь ничего! — А я как же?

— Ну, ты же джинн! — ответила Забава. В проходе стали слышны шаги идущих за бесчувственными оборотнями. — Забери же его! — велела она мне. Я, пожав плечами, нагнулся и вытащил странное изделие из-под тела упавшего на него. Ну, и что особенного? Ничего.

Я повертел шлем в руках. Подумал. И неожиданно даже для себя, в каком-то приступе озорства, вдруг нахлобучил его себе на голову. Ну — и який же я гарный хлопец?!

* * *

ГЛАВА 11.

НЕПРЕДВИДЕННЫЙ ФИНАЛ.

"Тут вообще началось —

не опишешь в словах..."

Так я и встал столбом — с этим "горшком" на голове. Поскольку совершенно неожиданно почувствовал себя...

Ну, как почувствовал? Наверное — как кусок железа на наковальне. Да не просто так, а под паровым молотом!

С огромной силой в меня вдруг словно вцепилась могучая рука. И принялась яростно трясти. А прямо перед собой — не глазами, а другим, внутренним зрением — я увидел лицо какого-то человека.

Никем иным, кроме как Обецом, быть не могущего. Каким-то образом без тени сомнения мне это передалось. Прямо в мозг, так сказать.

А кроме того так же ясно я понял — или услышал? — что Обец предполагал это. Заранее рассчитал такую возможность. И теперь, дождавшись, схватил меня — настоящего Короля!

Как раз того, который ему был нужен. Как выражаются в бульварных романах, если бы сие происходило на Земле: он схватил меня, торжествующе хохоча!

Превратив в свою марионетку, подчинив мою волю и сделав меня неиссякаемым источником великой силы. Не чета его предыдущим жалким крохам, выжимаемым на фермах из выращиваемых недоумков!

Великий его план удался! Он перехитрил всех своих самоуверенных врагов! И теперь мог сам, один, стать властелином Дворанны, а то и всего мира! Мог!

А?...

Мы с мои телепатическим визави одновременно поняли, что происходящее не совсем соответствует его плану. Потому хотя бы, что я ничего кроме короткого ошеломления попросту не ощутил.

И быстренько оправился от испуга. Обец же, по-видимому будучи более хорошо осведомлен о своих великих планах, впал попросту в шок. Потом, стремительно оправившись — в ярость.

Далее, судя по тому, что я успел ощутить — в неистовство! Только секундой позже до меня дошло, что какие-то мелькающие вокруг меня световые сполохи как-то с этим связаны.

Еще через секунду я сообразил, что Обец пытается раздавить меня. Как бы действуя со всей оставшейся у него силой. Годной для того, чтобы учинить небольшую бурю. А мне хоть бы хны.

Вот тогда Обецу стало страшно.

Как страшно не было уже за многие и многие годы. Его затрясло, словно промерзшего в ознобе. Так, что сердце ушло в пятки. Если оно у него еще было.

Мы не могли с ним общаться в прямом смысле слова. Скорее все это выглядело как череда неких безмолвных картинок. Часть смысла которых я сейчас передаю словами. Там все это было не так.

Мы не могли даже обменяться парой осмысленных фраз. Но содержание намерений и желаний друг друга ощущали как вполне конкретные безальтернативные данности.

И я так же, как сперва торжествующую радость, понял еще через миг, что теперь-то с загадочным властелином Крунира все кончено. Такое отчаяние и бессильная ярость излились от него.

Граничащие с совершенно детской обидой. Впрочем, это последнее я смог понять гораздо более подробно. Просто-напросто он не ожидал от судьбы такой подлости.

Все же было так точно рассчитано! И вдруг неведомо откуда, непонятно каким образом, объявился вовсе уж неясно кто! И в результате все пошло наперекосяк! От осознания этого Обецу почти до слез стало обидно. И жалко самого себя.

Он проиграл.

Ни сил, ни желания сопротивляться после такого капитального облома у него не было. Все заготовленные ресурсы были израсходованы еще раньше. Из-за непредвиденных осложнений.

Кто был этими осложнениями — я тоже отлично понял. А теперь, когда он потратил последние крохи, удерживая возле себя остравского выскочку — судьба неожиданно сунула ему под нос огромный кукиш.

Хитрый, в общем, шанс! Как пелось в одной известной пиратской песне из мультфильма. Обец прямо купался в своей обиде. Что, пожалуй, было даже странно.

Если конечно он, после стольких лет стрессового существования — да еще в условиях практически гнотобиотических, то есть искусственных — попросту не сошел с ума.

Оказавшись на борту парохода без билета. Или, еще проще, главой фирмы с отрицательным активом ( или пассивом? ) с большим количеством нулей. Банкротом то есть.

И оставалось ему только последнее средство.

Картинка вдруг изменилась. Да так резко, что я даже не сразу понял. Ну совсем как в кино. Я увидел Дарека и Рэру у него за спиной.

Король Остравы держал в руках свой приметный "лавровый лист". И вид у него был весьма грозный. Я бы, пожалуй, на месте Обеца убоялся.

И тут же я понял, что тот невысокий человечек в черном, что встает с трона в дальнем конце большого зала — и есть Обец. До него было не так уж и далеко.

Да и зал был в сущности пуст. Но расстояние все же приличное. Обец же, вскочив, сделал что-то совсем не подходящее для единоборства — побежал куда-то в сторону.

Похоже, я первым из всех понял, что он собирается удрать. Уйдет же! — мысленно крикнул я Дареку. И вдруг увидел, как тот вздрогнул и завертел головой. Потом увидел меня.

— Ты?! — удивился он ошеломленно.

Да?! Интересно, как это я для него выгляжу?!

— Да уйдет же! — крикнул я уже в голос. — У него там...

И тут я неожиданно понял, что ничего "у него там" нет. Обец бежал к окну. Что разрезало боковую стену от пола до потолка. И было выбито не то ветром, не то случайным снарядом.

А от окна до земли было не меньше двадцати метров. Летать же здешние маги отчего-то катастрофически не умеют.

— Погоди, — начал было я, решив не тревожить Дарека. Но он уже среагировал на мои предыдущие вопли. И реакция его была самой адекватной.

Размахнувшись коротко и резко, он метнул вслед бывшему хозяину Крунира свой топор. Быстрей все равно никто ничего сделать бы не успел. И Дарек не промахнулся.

Точно молния пересекла зал. Человек, затянутый в черное, переломился, как подкошенный и рухнул в нескольких шагах от окна.

— Эх, зря, — пробормотал я. Ну да ладно. Суждено же было по пророчеству будущему возродителю прикончить Великого колдуна? Ну вот вам и исполнение. Теперь стоит, пожалуй, подумать о насущном.

— Дарек, где вы? — спросил я. Поскольку из замка, похоже, следовало выбираться. Но не без главного героя же!

— В тронном зале, — начал отвечать Дарек, — в Главной башне...

Как ни странно, у меня в голове сразу возникло четкое представление: где это и как туда попасть от теперешнего моего положения. Я несколько озадаченно задумался. С чего бы это вдруг?

И тут понял! Шлем! Он давал нечто наподобие дистанционного управления этим творением обецова гения. Хотя изначально предназначался совсем для других целей. И в других местах. Например...

Я почти уже сумел увидеть, где, когда и для чего был изготовлен шлем. Но тут вдруг чья-то глумящаяся воля пресекла мои телепатические упражнения.

— Ничего ты не узнаешь, бродяжник! — никак иначе нельзя было перевести то ощущение, что у мня возникло. Я увидел Обеца, приподымающегося на локтях над полом. Изо рта у него текла струйками кровь. Казавшийся мертвым колдун был еще жив. И даже не настолько безумен, как я полагал. Или — наоборот?