Восточный поход Юлия Цезаря

Услышав эти слова Кассий, моментально вспомнил Красса. Когда тот на вопрос одного из трибунов, когда консул намерен выступить в поход, ответил, что для него специально протрубят дважды и обида обуяла его душу. Ведь прежде Цезарь всегда отдавал должное его таланту стратега и делился своими военными планами.

Покидая военный совет, Кассий не смог сдержать чувств и пожаловался Дециму Бруту.

— Он нас всех подозревает. Меня, тебя, Петреуса, всех тех, кого простил и приблизил к себе после Фарсала.

— Подозревать — это его право — осторожно ответил ему Брут. Будь ты на его месте, ты тоже подозревал бы.

— Будь я на его месте, то никогда бы не пошел в поход на парфян в союзе с армянским царем! — зло воскликнул Кассий. — Никогда не думал, что к закату лет благоразумие покинет сознание Цезаря и его место займет откровенный авантюризм. Несомненно, его прародительница Венера отвернулась от него и отдала во власть богини Мании, которая ослепила его своим безумием.

— Если это так, то наше дело только выиграет от этого, — осторожно произнес Брут. — Цезарь хочет идти походом на парфян, так пусть идет и пусть его постигнет судьба Красса. Никто из нас от этих действий Цезаря не пострадает. Ты остаешься наместником в Антиохии, я иду вместе с Вентидием в Армению, и нам остается только наблюдать, как он сложит голову под ударами парфянской конницы.

— Надеюсь, что на этот раз бессмертные боги будут к нам более благосклонны, чем на мартовские иды! — проворчал Кассий, хмуро подняв взор к небесам.

* * *

Вопреки ожиданиям, Карры не оказали никакого сопротивления римскому войску, что переправившись через Евфрат возле Зевгмы, вторглось на земли парфов. Вернее они вторглись на земли их союзника царя Осроены Ману.