— Ладно, наполняйте рога — сказал Априус — и за дело.
— А строить то из чего не выдержал гном, пока разливали пиво — из сена, что ли хижину?
— Да ну Охтар, а магия на что? — Воскликнул Серентин — будь мы простыми мастеровыми — тогда да, каменный бы складывать стали, а если дано нам, чарами материю уплотнять, да землю перестраивать, то чего же мудрить?
Тут прибежали Куру, и Яша, за которыми неотступно следовал Тиран. Ему вручили наполненный пенящимся пивом, рог, и пояснили, что нужно делать. Воины стали в круг, и вскинули руки к небу, в торжественном салюте, наполненные до краев рога, взлетели вверх, не расплескав и капли, затем часть их содержимого, плеснули на место будущей застройки, и, не отрываясь, выпили остальной, хмельной напиток. И ту перед глазами парнишки развернулось такое действо, что доживи он до весьма преклонных лет, все равно будет помнить каждый миг, создания своего первого жилища.
Из-под земли полезли толстые корни, переплетаясь и изгибаясь, поднялись на высоту, четырех — пяти человеческих роста, взрыхленная земля, тут же стала заволакиваться чуть красноватым туманом, а когда тот рассеялся, перед изумленным Тиграном, высился аккуратный двухэтажный теремок. С резным крыльцом, козырьком и ставнями, добротный и зовущий, заселиться прямо сейчас и жить.
— Ну входи, осматривайся — добродушно прогудел Атарк — тебе тут долго хозяйничать.
Тигран несмело пошел по ступенькам, и осторожно толкнул дверь.
— Ну все, тут уже делать нечего — осматривая совместное творение, проговорил Рус — отправляйтесь пока солнце высоко, вам же лучше все охватить будет.
— Да, при солнце оно конечно как-то спокойней — кивнул Рудольф — хоть мы и видим в темноте аки кошки, но в незнакомое место лучше при солнышке соваться.
— Они вообще-то еще лучше нас видят — напомнил Киан — и под водой тоже.
— Вы сильно там не разгуливайтесь — предупредил Априус — нам еще в остальные миры заглянуть надо, и дальше лететь...
— А сам-то ты, где будешь? Поинтересовался Серентин.
— Да тут еще три материка — ответил Априус — но туда нас не звали. Вот я так одним глазком, и хочу посмотреть, кто там живет, и чем промышляют.
— А, вон даже как — себе самое интересное оставил.
— Можем, поменяться — усмехнулся Рус — мне кажется, у змеиного народа будет интересней.
— Да нет, уже же все наметили...
— Ну, тогда нечего медлить. Вперед!
Априус некоторое время смотрел как прямо с места, исчезают его подручные, отправляясь еще в неведомые края, Когда рядом не осталось никого, кроме эльфов которые пошли в теремок вслед за Тиграном, и зверокоманды, он проговорил, немного нахмурив чело:
— Ну что Куру кажется, пробелы в нашей с тобой длинной истории начинают заполняться. И мне не очень нравится, какими именно сведениями. Выходит, что пока нас носило по петлям Времени — почти все миры изрыгнули из своей плоти Предтеч — только эти Предтечи были совсем-совсем не людьми, и не эльфами у которых от людей не так уж и много отличий. Вначале, оказывается, довольно долго правили ящеры!!! У них была собственная цивилизация, разбросанная по разным планетам. И это меня сильно будоражит — мы-то знаем, как все начиналось, видимо гибель Эльдариуса, дала толчок для развития иных видов, а хомо, если где и появились, то в единичном случае.
— Значит Уахинбар в момент своего наибольшего могущества, попросту выжег рассадники властвующих во многих мирах, нагов и виевичей, тем самым почти их всех, уничтожив,... но сюда кое-кому из них удалось сбежать вовремя.
— Похоже, не только сюда... Мы их много где встречали, не нагов — рептилоидов. Я даже боюсь, и представить, кого еще приютил этот мир.
— Насколько я понимаю, ты как раз собираешься это выяснить?
— Да, и извини — вас с собой не беру. Хотя.... Нет Яшу возьму, поплывем морем. И Рунина можно запустить на разведку, а вот ты братец Куру, продолжишь обучать Тиграна, тебе ведь не впервой, если вспомнить дикие племена Кайлана.
— Мне-то не впервой, только мы вроде не за этим сюда пробирались...
— Если ты его обучишь, как следуете, то он столько страха в округе посеет, что как раз выйдет все согласно плану. К тому же я не в гости, иду как остальные, а на разведку, так что буду скоро.
— Ладно — проворчал куатар — оправляйтесь уже скорее, да возвращайтесь побыстрей, а то я тут со скуки сдохну...
— Да ты и соскучится, не успеешь, как мы вернемся — проронил попугай — главное чтобы остальные возвратились прежними, я вот боюсь, как бы наших хирдманов змеедевки не охмурили, а то они до таких больно падки
— Они сейчас как бы и не они — ответил куатар — даже лучше будет, если свяжутся с ними — такое уж точно никто светлой стороне не припишет.
— Ну все Куру. Мы отправляемся...
Заклинание переноса, и вот уже выдающийся из моря риф.
— Отсюда нам налево, все три материка в том направлении — проговорил Априус — ты Рунин, пойдешь над поверхностью, и обследуешь второй, по очереди, ты Яша под водой — опыт у тебя есть, доберешься до первого. Ну а я прямым ходом туда, на самый крайний махну.
— Так чего же ты тогда Куру не взял? — Поинтересовался попугай.
— Потому что — не стал Априус — вдаваться в подробности. — Ну, все пошли.
И они отправились каждый, своим путем.
* * *
Априус вынырнул из подпространства, на самом краю, длинного насыпанного из крупных камней мыса, выполняющего то ли функцию волнореза, то ли предохраняющего берег, от размытия. Ближайшая и охватываемая обычным взглядом, часть суши была все захваченная тропическим лесом. Никаких портов, пристаней, или еще каких-либо сооружений видно не было. Если тут и обитали людские или не людские племена, то они ни чем свое присутствие не выказывали. Или находились еще на диком уровне развития, и ничего такого не строили.
Но аборигены этого мира, Руса интересовали мало. Со слов Арджуна, здесь проживали выходцы из третьей расы, в свое время населявшей Ки — всякие там исполинские создания, с физиологией, над которой поизощрялся некий безумный гений, или попросту сама планета, сделал их такими, чтобы они смогли выжить в постоянно изменяющейся среде.
Обнаружить место обитания большого количества таких созданий, было интересно, и одновременно опасно. Априус конечно в своих силах не сомневался, но раз эти божки сумели сбежать, от всевидящих Очей Прежних Владык, и не попали под взоры Нынешних, они уже изначально хитры, и опасны. И если и, правда, прошло, то количество тысячелетий, о котором говорил Наг, то уровень силы этих беглецов, должен был вырасти невероятно. Если конечно они совершенствовались, а не деградировали.
Рус постоял немного, для вида покрутил головой, сделал глаза угрожающе красными, и мощно взмахнув крыльями, тяжело полетел к джунглям. Он и сам сейчас, с точки зрения людских, и некоторых лесных народов, был ни кем. Иным. Как демоном, только вот ему ли было не знать, сколько различных видов, нелюди именуется этим словом. В пору развития первых человеческих языков, и еще на многие тысячелетия, после слово "daemon" означало существо, занимающее промежуточное положение между богом и человеком. У некоторых народов, боги и демоны вообще именовались одним словом "асуры", и не разделялись на виды, а обозначали любое существо, обладавшее сверхъестественными способностями. Различие между понятиями "бог" и "демон" появилось только в более поздний период. К богам стали относить все "светлые" существа, благосклонные и милосердные к людям, к демонам же — "темные" силы, враждебные к человечеству. Причем, у разных народов были различные критерии определения светлых и темных сил. Поэтому одни и те же существа у одних народов стали именоваться демонами, а у других — богами. И страшная внешность тут не причем.
Поэтому Априус не боялся, что его примут за чистое Зло, и начнут осыпать градом заклятий, или стрелять из всяких там техномагических штук. А если и начнут, так он тоже не лыком шит, почитай от рождения, только и делает, что учиться премудростям волшбы, и чароплетения, а возраст его уже давно перевалил за триста.... За триста сотен тысяч лет, если считать жизнь не только тела, но и сознания. Так что кое-чему он научился, мог постоять не только за себя, а за целые области Вселенной, но для настоящих высот, не хватало только, утраченной некогда божественности — она так и не вернулась, а без нее управлять всеми эшелонами наивысшей магии невозможно. По многочисленным капиллярам Сферы, конечно, все еще текут потоки Силы, но по-настоящему воспользоваться ними, без ущерба для многочисленных существ, уже не получится, доступ давно закрыт, осталась только память...
Он расправил крылья, и плавно пошел над верхушками деревьев вдоль морского побережья. Нашел впадающую реку, руководствуясь тем соображением. Что местные жители предпочтениями не очень отличаются от змеиного народа, и будут обить на речных берегах. Мутная, желтая река, несла свои воды, бурным потоком, и Априус летя над ней, быстро осматривал раскинувшиеся по ее бокам джунгли. Магическое зрение, определило, высившихся на поросшей высокими травами, великанов, намного раньше обычного взора, и он круто взял, вправо и лишь потом спикировал, вниз. Рус не стал накидывать незримость, и просто спикировал в лес. А там пройдя к самым крайним зарослям бамбука, стал разглядывать троих верзил. Как он вскоре понял, это были обычные пастухи, видимо кастовое разделение было присуще почти всем разумным видам. Огромное стадо крупных ящеров паслось, поедая высокую, доходящую до груди Априуса траву. В стаде было только два вида — утконосые и с маленькими головами, ламбеозавры и прозавроподы, отличительным внешним признаком, которых было наличие длинного хвоста и тело, скорее похожее на бочку. Эти названия всплыли в голове Априуса, как только он пристальнее рассмотрел скот фоморов — быстро прочитанным книге в библиотеке Углича, что-то да оставили в памяти.
Он присмотрелся к пасущим стадо великанам — гиганты пастухи, совсем не были похожи на знакомых по Даарии, Прасам, те были как обычные люди, только сильно увеличенные, эти же имели более грубые черты, непропорциональность тела, рук, и ног, была сильно заметна. Массивные животы свисали толстыми бурдюками, толстые выпяченные губы, под огромными носами, делали лица уродливыми. Из одежды на них, были только набедренные повязки, да кожаные ремни, перехватывающие бицепсы. Три глаза зорко следят за пасущимся стадом,
— Нда — подумал Априус — те еще красавчики, что-то мне не хочется вступать с ними в беседу. Боюсь, толку не будет.
Он попятился назад в заросли густого кустарника, и, отойдя на солидное расстояние, снова поднялся в воздух. С края леса, он видел недалекие горы, и собирался посмотреть, что лежит за ними. Пришлось немного пролететь над джунглями, огибая равнину, с пасущимся стадом, а затем вновь лететь на север. И вот, наконец, и горная гряда, с массой скалистых уступов, на которые можно сесть. Что он и сделал, приняв минимальные меры предосторожности.
Взгляду открылось обширное плато, по которому мерно, никуда не спеша, двигались исполинские рептилии. Местность была низинная, с полноводной, извивающейся петлями рекой, из которой выглядывали многочисленные островки. Хватало, и кустарников, и деревьев, и всевозможных трав. Все плато, видимое отсюда, было буквально заполнено разнообразными динозаврами. В зависимости от размеров и длины шеи все ящеры питались разной растительной пищей: — хвощами, мелкими папоротниками, не пропускали и низкорослые цветущие и хвойные растения, а так же листвой всевозможных деревьев различной высоты.
Априус застыв на краю уступа, заворожено глядел на эту умиротворенную картину, такое ему приходилось видеть впервые. Ящеров за свою долгую жизнь, он конечно не раз встречал, но не в таком количестве, и не таких разных, собранных в одном месте. Изизавры, гадрозавры, игуанодоны, мирно соседствовали друг с другом, правда, границы соблюдали, не особо пересекая территорию чужого стада.
Некоторые виды были знакомы ему не понаслышке. И не по образам, виденным в фолиантах, например Игуанодонов, больших растительноядных динозавров, он помнил еще по своему родному миру. Этот вид постепенно переходил от передвижения на двух конечностях к передвижению на четырех. Передние лапы были короче задних на четверть, опирались на три центральных пальца. Большие пальцы имели шипы, использовавшиеся для защиты. Пятый палец на лапе — длинный и гибкий. Задние конечности приспособлены только для ходьбы, а не для бега. На них имелось только три пальца. Позвоночник и хвост игуанодона поддерживают окостеневшие сухожилия. Пища перетиралась при движении челюстей вдоль. У динозавра были щеки, в которых пища удерживалась при пережевывании.
Рус повел глазами влево там чуть поодаль от игуанодонов, ближе к невысоким деревьям, и растущим группами кустарникам, расположились плоские платеозавры, в длину достигающие всего шесть метров, но имеющий на передних конечностях большие когти, от чего они казались опасными хищниками, а на самом деле были медлительными растительноядными животными с мелкими зубами.
Априус усилил зрительный фокус, и теперь видел и бредущих по дальней стороне диплодоков имевших длину туловища до двадцати семи метров, и их близких родственников апатозавров, направляющихся в сторону реки. В отличие от диплодоков, тела апатозавров были более плотные, хотя и не такие длинные, на колоннообразных ногах было массивное тело. На длиннющей шее — небольшая голова, а позади туловища не менее длинный хвост. Жизнь в стаде создавала ряд преимуществ: так эффективней можно было защищаться от хищников, только ходить апатозавры приходилось, приподнимая хвосты, иначе сзади идущие сородичи, могли их отдавить.
Сейчас стадо двигалось на водопой, обходя участок, где на берегу реки, нежась, словно гиппопотамы, купаясь в грязи насыпавшихся туда листьях, расположились брахиозавры. Только что вылупившиеся из яиц брахиозавры были крошечными по сравнению со своими родителями, Априус знал, пока кожа детенышей была мягкой, но с возрастом твердела и покрывалась чешуей. При передвижении брахиозаврам приходилось держать конечности полностью выпрямленными — тело было настолько массивным, что кости могли бы треснуть под его огромным весом, если бы он чуть-чуть согнул ноги.
В небе над плато, парили странные птицы, которых Рус определил как археоптериксов — первых пернатых ящеров. Энциклопедия, прочитанная в земной библиотеке, дала ему хорошие познания о вымерших много миллионов лет назад существах, и теперь он мог определить, кого же видит. Это были единственные не четвероногие ящеры, обитающие на этом плато.
Априус повернул голову вправо, и опять удивился мирному сосуществованию — в этой стороне соседствовало два броненосных вида. Впереди, неспешно, покачивая большими спинными гребнями, брели, стегозавры, их тела имели довольно необычные пропорции: задние конечности по своим размерам значительно превосходили передние, вследствие этого спинной хребет ящера изгибался огромным горбом. Для защиты от преследователей на самом кончике хвоста находились четыре острых шипа длиной около двух локтей. А вот за ними, топали те, кого бы Априус предпочел иметь в своей пока еще не набранной армии — трицератопсы.
