"Милорд, вы хотите меня использовать здесь или забрать с собой?"
"Второе, — ответил я. — Здесь у меня осталось одно дело, а потом мы уйдём".
"А если я кое-кого возьму с собой? — спросил он. — У меня есть друг и ещё одна женщина..."
"Тогда вы сейчас идёте не к нам, а к тем, кого хотите забрать. Приезжайте к выходу из парка, мы заберём вас оттуда вместе с каретой".
Закончив разговор с магом, я связался с Сандеем.
"Вы сейчас где, сержант?"
"Мы, милорд, на полпути к Главному храму".
"Ускорьте движение, — приказал я. — Планы поменялись, поэтому уйдём раньше, а сейчас займёмся Главным храмом. Если не встретимся возле него, идите на шпиль Академии. Напротив её центральных ворот вход в большой парк, оттуда вас заберут".
Мы рассредоточились и пошли к видневшимся из-за домов храмам. Первыми шли наши братья, потом я с Бродером, а дружинники следовали за нами по другой стороне улицы. До Главного храма добирались пятнадцать минут и встретили только один патруль конных дружинников. Они почтительно поклонились братьям, а на остальных не обратили внимания. Я опасался того, что наши братья вызовут удивление, но узнал у барона Сольдера о восстановлении братства Госмара. На большой круглой площади были построены три храма, которые отличались только размерами. Вход в главный храм охранялся, но нас провели братья, двое из которых убежали вперёд. Мы шли по коридору, не встречая жрецов, и беспрепятственно приближаясь к молельному залу. Я надеялся, что обойдёмся без применения силы. В самом деле, кому может прийти в голову мысль ограбить Главный храм? Такого не случалось ни разу за всю историю саев. Когда подошли к тяжёлым двустворчатым дверям, услышали разговор на повышенных тонах. Сначала что-то неразборчиво говорил чужой голос, потом ему ответил наш Пард. Послышался вскрик и звук падения тела.
— Пришлось успокоить, — сказал Гел о жреце, когда вбежали в зал. — Оказывается, все братья на казарменном положении.
Свечей здесь не было, их заменяло много масляных светильников, горевших ярким пламенем без копоти и вони, поэтому зал был хорошо освещён.
— Как забрать такую махину? — озадаченно сказал Пард, когда подошли к розовой глыбе алтаря.
— На мою свадьбу приносили алтарь в два раза меньших размеров, — сказал я, — и его несли два жреца. А Верховный жрец погрузил в алтарь руку по локоть, так что он может быть не из камня. Давайте не будем терять время. Четверо встали вокруг него, а пятый пробует приподнять угол кинжалом. Если получится, просунем верёвки.
Обошлись без кинжала и верёвок. Стоило брату Зеду потянуть алтарь на себя, как он оторвался от пола.
— Удержите двое? — спросил я братьев. — Канал не открывается. Быстро уходим!
Уйти тихо не получилось. Когда мы прошли две трети пути до выхода, из бокового коридора появился жрец, который изумлённо замер, вытаращив глаза на братьев, а потом увидел остальных и ударил магией. Братья её не почувствовали, меня и Бродера замутило, а дружинники повалились как подкошенные.
Гел метнул нож раньше, чем жрец успел поднять шум.
Я быстро убрал у себя дурноту исцеляющим воздействием и теперь делал его для каждого дружинника. Не сразу, но оно подействовало. Парни с трудом поднялись на ноги и побрели вслед за братьями. Гел обогнал нас и первый вышел из храма. Мы услышали вскрик, звуки ударов и звон упавших на камни копий, прошли мимо лежавших стражников и пересекли безлюдную площадь. Я не знал, из-за чего рядом с храмом не получилось открыть портал. Не хотелось думать, что эта неудача из-за самого алтаря. Нужно было бежать, но дружинники с трудом переставляли ноги.
— Оставьте нас, милорд, — пробормотал кто-то из них. — От нас вместо помощи один вред.
— Разговорчики! — прикрикнул я на него. — Сейчас подойдут ваши товарищи, они помогут. Мы никого здесь не бросим!
С дружинниками сержанта Сандея встретились через несколько минут. Нас уже видели саи, а не заметить алтарь мог только слепой, поэтому за нашими спинами слышались изумлённые вскрики и вопли. Учитывая, что все саи могли мысленно общаться, следовало ожидать, что скоро о краже алтаря узнает вся столица. Но как бы ни возмущались свидетели похищения, нам они не помешали, это сделал патруль, в котором было двадцать вооружённых арбалетами всадников. Видимо, им уже передали об алтаре, потому что нас сразу же обстреляли. Попали только в Бродера, которому болт пробил руку. Братья устали и могли нести алтарь только вчетвером, а дружинники Сандея помогали пострадавшим товарищам, поэтому драться могли только я и Гел. Я взял в этот поход кольт и беретту, которые в считанные секунды расстрелял в патрульных, и, подхватив осевшего на камни мага, бросился бежать по улице, предоставив Гелу прикрывать остальных. Если бы не смог привести в чувство Бродера, мы оттуда не ушли бы. Как я ни спешил, но пришлось остановиться, чтобы извлечь болт, обвязать руку и начать лечение. Помимо этого, я снял с шеи шнур амулета и вложил его в безвольную руку мага, сжав её в кулак. Амулет нас и спас. Ярко-красное сияние заметно ослабело, но Бродер почти сразу пришёл в себя.
— Хватит, — сказал он, возвращая мне шнурок. — Где остальные?
— Бегут за нами, — ответил я. — Кроме вас, никого не зацепили, но нашумели на полгорода. Пробуем открыть канал, а если опять не получится, оставим алтарь. Я открываю, а на вас стабилизация!
К счастью, на этот раз всё получилось. Первыми в чёрный круг вбежали братья с алтарём, а потом занесли потерявших сознание дружинников. Следом ушёл Гел, а мне, чтобы это сделать, пришлось отпустить Бродера.
— Не упадёте? — спросил я. — Хватит сил?
— Хватит, — ответил он. — Да идите же, принц!
Наверное, он ещё и выругался про себя, но мне было страшно оставлять его одного на этой площади, бледного и шатающегося, а не оставить было нельзя, потому что в канал он должен был войти последним. К счастью, маг появился вслед за нами в американском ангаре. Когда мы отправлялись отсюда в Госмар, присутствовал один дежурный, сейчас зрителей хватало.
— Не вздумайте свалиться, — предупредил я Бродера. — Может, подзарядить?
— Выдержу! — сказал он и открыл канал в новый дворец.
В него вошли в том же порядке, только в конце я пропустил вперёд мага. Рядом стояли братья с алтарём. Дружинники уже унесли своих товарищей к магам барона Ольта, а Гел взял на руки Бродера и понёс к дворцу.
— Не ставьте здесь алтарь! — прикрикнул я на братьев. — Вижу, что устали, но вы знаете, куда его нести. Не нужно, чтобы его касался кто-нибудь другой.
Я хотел рассмотреть алтарь, а пока шёл, связался с одним из магов Ольта, который занимался здесь лечением.
"Я только что закончил с его мудростью Бродером, — сказал он в ответ на вопрос о состоянии пострадавших. — Кости не перебиты, и вы всё сделали вовремя. Сегодня пусть отдохнёт, а завтра будет здоров. А вот с остальными нужно разбираться. Я вижу множественные повреждения, но не могу понять, чем они вызваны. Наша магия их лечит, но эффект сохраняется недолго. Если жрец ударил их своей силой, нужно ждать, пока не исчезнет его воздействие, а потом лечить. Я думаю, что на выздоровление потребуется два-три дня".
Для алтаря приготовили одно из подвальных помещений. Стараясь не зацепиться одеждой за ящики, громоздившиеся штабелями до самого потолка, добрался до нужной комнаты. Дверь была открыта, и возле лежавшего на плитах пола трофея стоял Алексей.
— Алтарь светится, — сказал он, — и рядом с ним приятно стоять.
— На вид обычный камень, — сказал я. — И братья его нормально несли. Как же Гордой погружал руку в камень?
— Наверное, так. — Алексей положил руку на светящуюся розовым светом плиту.
— И что ты сделал? — спросил я, глядя на его утонувшую в камне конечность.
— Просто этого захотел, — ответил он, по земной привычке пожав плечами.
— А если попробует не жрец, а маг? — спросил я и осторожно притронулся к алтарю.
Током не ударило, я вообще ничего не почувствовал, хотя погрузил руку в камень по локоть. Вспомнив, для чего это делал Гордой, тоже захотел получить амулет.
— Ничего себе! — изумлённо сказал я, вытащив шнурок с висящим на нём пятном тумана.
— Что это? — с любопытством спросил Алексей.
— Это могущество! — ответил я. — Если я прав...
Я вторично опустил руку в алтарь и достал второй накопитель магии. Когда таких амулетов набралось семь штук, я решил, что их пока хватит.
— Эта штука предназначена для накопления энергии, — объяснил я. — Маг собирает её только до тех пор, пока не заполнится под завязку. "Завязка" у всех разная, но даже у самых сильных она невелика, а в него войдёт в сто раз больше силы. И её потом можно использовать самому или отдать другим. Я заряжал своих магов и отбивал летевшие в меня пули. Таких амулетов саи получили из рук бога только три штуки, и все утеряны, кроме висящего на моей шее.
— А жрецы не могли получить, потому что амулет был у магов? — догадался он. — Хорошо придумано. — Алтарь у жрецов, а амулеты у магов.
— А жрецы с магами не ладят, — подхватил я, — и не допустили бы их к алтарю. И задумано так, что вещами бога могут пользоваться только маги, а его слугам противопоказано их использовать. Исключение — сам алтарь и выдаваемые им жреческие амулеты. Жрецы, наверное, и сами не знали об этой возможности. Такой амулет могут носить только сильные маги. Вешать его на шею слабому нельзя: амулет выпьет его полностью. А сейчас подержи их.
Я отдал ему шнурки и лёг на алтарь. Почему-то была уверенность в том, что мне это не повредит. Так и вышло. Некоторое время я плавал в розовом свете, потеряв ощущение тела и времени, потом как-то почувствовал, что пора уходить.
— Что-нибудь чувствуешь? — спросил Алексей, отдавая мне амулеты. — Знаешь, а у тебя глаза светятся розовым. Совсем немного, но в темноте видно.
— Наверное, пройдёт, — сказал я. — Ты тоже жрец, а никакого свечения нет. А с тем, что я получил, ещё нужно разбираться. Я долго лежал?
— Всего несколько минут, — ответил он. — Можно подержать один амулет?
— Попробуй, — протянул я ему шнурок. — Только не вздумай его надеть. Ты ведь у нас жрец.
Алексей зажал в одной руке амулет, а вторую сунул в алтарь. Достал он её тоже с амулетом, только пятно в нём ярко светилось зелёным светом. Прежде чем я успел хоть что-то сказать, он надел шнурок на шею.
— Не ругайся, — сказал друг, увидев выражение моего лица. — Мне как-то дали понять, что не будет никакого вреда. И мой амулет, в отличие от ваших, уже заряжен! Наверное, бог ограничил не своих слуг, а всех остальных, только у жрецов не хватило ума это понять. Ну что, уходим?
— Уходим, — решил я. — Ключ у тебя с собой? Тогда запирай комнату и никого сюда не впускай.
Когда мы вышли из подвала и стали подниматься на второй этаж, столкнулись с Алёной, которая с двумя сумками в руках спускалась по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек. Увидев нас, она попыталась остановиться, но это не получилось из-за сумок. Когда на вас прыгнет даже лёгкая девушка, это не доставит удовольствия. Я едва удержался на ступеньках, а она выронила сумки и вцепилась в меня, как утопающий в спасательный круг.
— Можете больше не обниматься, — сказал я перепуганной девчонке. — Что было в ваших сумках? По грохоту похоже на кирпичи.
— Извините... милорд, — сказала она, разжав объятия. — Честное слово, я не хотела! А в сумках сгущёнка. Ребятам она нравится, вот я и несла заболевшим.
— Сладкий яд, — сказал я. — Ладно, всё равно её у вас надолго не хватит. Связь хоть установили? Не сожрали вашу экспедицию?
— Нет, у них всё нормально, — ответила она. — Уже подстрелили и изучают несколько тварей! Мне американский радист дал свои частоты, так наши с ними связались и договорились о помощи. Не в работе, а если что-то случится.
— Завидуете, — сказал я. — Когда говорили о тварях, даже облизнулись. Ладно, когда в экспедиции созреют до лошадей, пусть через вас передадут. И не носитесь так по лестницам, тем более с грузом. Поверьте, что в переломах ног нет ничего хорошего, даже если мы залечим их за несколько дней.
Оставив её собирать раскатившиеся банки, мы зашли к Алексею и обсудили последовательность наших российских заказов.
— Закажите в Штатах помповые винтовки, — сказал он в конце разговора. — Для охотников это прекрасное оружие, а большая часть работы по очистке ляжет на них. И берите патроны не только с картечью, но и с пулями. С тем, что вы набрали, далеко стрелять не будешь. И по пулям нужно смотреть, что предлагают: у них разное останавливающее действие.
— Непременно закажу, — пообещал я. — Раз с вами закончили, сейчас договорюсь с Гератом, чтобы сходили в Госмар за оставленным магом. Хотел забрать сам, но не получилось.
Чтобы забрать Дорена, моим магам потребовалось около получаса.
— Хорошо, что вы нас дождались, — сказал я сидевшему за кучера Арсену, когда его карета выехала из чёрного круга портала. — Узнали об алтаре?
Маг спрыгнул с козел и подошёл ко мне.
— Зачем вы это сделали? — спросил он, закрывшись защитой.
— Конечно не для того, чтобы отомстить, — ответил я. — Ваши жрецы не виноваты в том, что натворили дармины, они сами пострадали. Главное, что магия жрецов даёт надежду справиться с тварями. Вы прекрасно знаете, как жрецы относятся к магам, а у меня нет времени их переубеждать.
— А взяли в Госмаре, потому что нас всех уже похоронили, — заключил он.
— Отчасти вы правы, — согласился я. — Я никого не хоронил, тем более вас, но уверен, что все, кто не сбежит из герцогства, вскоре погибнут. И моей вины в этом нет. Если вы считаете иначе, можете вернуться обратно или устраиваться у нас самостоятельно. Такой сильный маг, как вы, не пропадёт, а я обойдусь без ваших услуг. Мне нужны единомышленники, а не те, кто отработает из-под палки, плюнет в мою сторону и уйдёт, унося с собой полученные здесь знания.
— В таком случае я ещё подумаю, милорд, — поклонившись, сказал он. — Как мне отсюда выехать?
— Поезжайте туда, — махнул я рукой в сторону ворот. — Я предупрежу, чтобы вас выпустили.
Он взобрался на место кучера, хлестанул лошадей и повёл карету к видневшейся в конце двора дорожке. Я не знал, кто сейчас дежурит на воротах, поэтому пришлось связаться с Дарком.
"Пропустите карету моих гостей, лейтенант, и прикажите, чтобы приготовили мою".
Я больше не стал задерживаться и вместе с Бродером уехал домой. Не терпелось разобраться в новых возможностях, но изучение жреческой магии пришлось отложить из-за жены. Встреча у нас была просто замечательная, пока Адель не узнала о ранении Бродера.
— Рассказывай всё! — потребовала она, слезая с моих коленей.
Пришлось рассказать о нашем набеге на храм со всеми подробностями.
— Ну и глупо! — высказалась она, когда я закончил. — Что стоило взять ещё одного мага? А если бы Бродеру болт попал не в руку, а в глаз? Твой накопитель не умеет воскрешать, поэтому вы там глухо застряли бы. Мне страшно подумать, что с вами сделали бы за кражу алтаря!
— Я исправлюсь, — сказал я, не став с ней спорить. — Малыш, это тебе.
