Если из артиллерийско-танковой засады кто-то выживет, значит, такова судьба. Жаль, что без постоянной обработки и провокаций химией внушение не долговечно. Продолжительный сон выветрит ментальную установку, гормоны 'счастья' не могут постоянно вырабатываться, а спустя десять-двадцать часов препараты потеряют свои свойства, и подопытный будет чувствовать лишь лёгкое наваждение, оставшись со своим старым мировоззрением. Возможно, Корабль и умеет создать универсальных солдат из людей, но каждый раз отказывает мне, стараясь навязать свои принципы отношения к человеческой жизни. Хотя не стоит уговаривать совесть. Ни первые они и не последние, я их ни сколько не жалею. Добровольцы полковника Лабонна пришли сюда убивать за деньги, а не спасать от большевизма русский народ, как писали продажные французские газеты. С практически подавленным инстинктом самосохранения и жаждой расправиться с врагом, в Акулово отправлялось пушечное мясо. Любой Советский суд, узнай бы, что они творили пока шли к Москве приговорил бы этих выродков к повешенью. Тот же Макрон проходя через Смоленскую деревню, мог угостить ребёнка конфетой, а в соседнем селе застрелить родственницу этого дитя. Просто взять и лишить гражданского человека жизни потому, что селянка не захотела отдать ему курицу. Товарищ Сергей вообще хотел их бросить подыхать на морозе, а так, хоть шерсти клок. То-то немцы удивятся, если им достанутся солдатские жетоны 638-й пехотного полка. Ничем не лучше и вишистские (основную их часть составляли бывшие туземные войска из Туниса, Алжира, Сенегала, Марокко) дезертиры. Когда Александр вёл набор, приходящий на собеседование контингент наполовину состоял из них и разбавленный ворами, убийцами и преступниками всех мастей арабов-суннитов. Последние не прочь были поживиться на войне, уверенные, что служить им придётся на охране продовольственных складов. Так что случайных прохожих там не будет.
'Принято, начинаю печать и обучение'.
'Сапёрный взвод нужно укомплектовать прожекторами, материалами и техникой для работы с промёрзлым грунтом плюс набор 008-аэростат. Помимо минирования они будут собирать ДОТ проекта 6-41 и тройку ЖБОТов по ленинградскому образцу с броневой пластиной. Пожалуйста, используя уже готовые сооружения в зоне ответственности, рассчитай оптимальные с точки зрения обороны места установки. Изделия разместить на ГаЗ-22-Т'.
В 32-й дивизии совсем нет подходящих тягачей и это ахиллесова пята Красной армии. Смогли создать хороший двигатель, но трансмиссия никуда не годна или наоборот, одно ни как не вяжется с другим. С ГаЗ-22-Т такая же петрушка, пусть и вышло немного иначе. Танки стране оказались нужнее, и перспективный тягач в серию не пошёл, даже когда на него поставили двигатель от ЗИС-16. Корабль напечатал под сотню модернизированных тягачей и сейчас самое время их выпускать в работу. Пригодятся, пусть и не по основному профилю. Когда начнётся наше наступление, транспорт и всю хозяйственную часть строительного управления из Кубинки быстро приберут к рукам артиллеристы, как впрочем, и все работающие экземпляры полигона.
'Принято'.
Вот чем Раппопорт молодец, так это умением консолидировать вокруг себя нужные кадры и заводить знакомства. Как он умудрился заполучить с прошлого, довоенного места службы призывников в свой особый строительный батальон, который по численности уже превышал штатный в несколько раз и передать мне? Когда-нибудь я обязательно спрошу, а пока несколько сот человек оказались так сказать в резерве за тысячи миль от своей части, учась непонятно где строительному делу настоящим образом. Чтобы такое провернуть, нужны связи начиная от уровня местного военкомата в Средней Азии и заканчивая наркоматом в Москве. Нет, это была не ошибка, комиссариат работал строго по разнарядке, но иногда и русла рек не навредив природе можно слегка поправить. Сам же он с тремя ротами проверенных строителей, привлекая красноармейцев стройбата, заключённых, вольнонаёмных и в порядке трудовой повинности возводил укрепления. Рыл траншеи, строил аэродромы, хотя не входил в систему ГУАС (Главное Управление аэродромного строительства) НКВД, или подкрашивал внезапно обнаруженные лично им объекты фортификации и включал в список. На все невероятные сроки от начальства Наум Давыдович лишь пожимал плечами, просил вдвое больше ресурсов в надежде получить хотя бы сколько, и обязуясь сдать объект на день раньше, предлагал свой план. Он всё держал в голове, либо в сердце, либо в портфеле из крокодиловой кожи, вследствие чего мог ответить на любой неудобный вопрос без заминки. Если ему называли срок 'вчера', он исполнял и выдавал документы с нужной датой, и возможно, благодаря этому восьмого ноября огрызаясь на подготовленных позициях советские войска не оставили Тихвин, хотя город и фронт были в критическом положении. За несколько месяцев войны он прослыл специалистом совершающий в своей отрасли невозможное, и так совпало, что кровь из носа, как нужно было помочь одному человеку, 'начальник попросил'. Анекдот про пулемёт без патронов и коммуниста не на пустом месте возник. В суровые времена, порою, требовали выполнить запредельное, и грамотные руководители знали, кто сможет попытаться, а с кем не стоило связываться. Имел ли смысл отказывать? Сейчас 'трудовой десант' получил шанс отличиться, а капитан Раппопорт поставить у себя в табеле очередную галочку и его начальнику вновь скажут, что Главное военно-строительное управление НКВД не бросает слова на ветер. Для группы красноармейцев, чьи пока ещё чёрные петлицы украшали скрещенная кирка с лопатой, внезапно начинался новый виток службы. И коль вспомнили нашего хитрого друга, стоит его озаботить, в срочном порядке заглянуть на станцию, где без угля, практически 'под метлу' оказался санитарный поезд. Старый паровоз он найдёт куда пристроить, а новенький, с дополнительным хозяйственным вагоном и тендером, забитым под горку крупным Пенсильванским антрацитом поспешит от передовой уже сегодня. Впрочем, а не прицепить ли прачечный комбинат? Девятнадцать вагонов и цистерн с котельной и электростанцией сейчас самое то. На сентябрь этого года в составе Красной Армии состояло всего 9 банно-прачечных поездов. Сотрудники Наркомата путей сообщения формировали их, как могли из всего, что попадалось под руку, а в Туле скопились разбитые вагоны, которые теоретически подлежали ремонту. Управление обозно-хозяйственного снабжения (УОХС) такой поезд с руками оторвёт и не спросит откуда. И обязательно помочь углём. Топливо для топок, несомненно, подвезут, но это будет бурый подмосковный ('Москва'), хуже которого только изгарь и сырые дрова, которые сейчас запасают на всём протяжении железной дороги. Значит, пока Раппопорт будет действовать точечно, будем привлекать Сыча. Если у СССР, согласно мобилизационному планированию должен был быть создан запас угля на год, то почему бы 'Осиновой роще' не обеспокоиться запасами вдоль путей следования, как это сделано от Архангельского порта? Укрытый склад с сортом 'ПЖ' где-нибудь в Лаптево или Шульгино, вмещающий пирамиду Хеопса. Почему бы нет. Да и после Серпухова возле Авангарда не помешает. Так-с, где сейчас Василий Гаврилович Жаворонков и тут же удивился, когда Корабль обозначил его место нахождения. Что же его так в дом отдыха тянет?
* * *
Разбуженный дневальным лейтенант Михаил Сабецкий только успевал моргать и тереть глаза. От постоянных ночных взрывов и тарахтящих моторов пригнанной техники выспаться не удалось. Сначала эти интернационалисты с приказом занять позиции на танкоопасном направлении перед Акулово и уходящие к Кубинке пустые тягачи, свернувшие не на ту дорогу. Потом сапёрный взвод, который вместо наведения минного поля под светом развешанных по столбам прожекторов стал строить укрепления. Час там, пока согласовали взаимодействие, проложили связь и разработали условные сигналы. Час тут, пока в темноте определили, где и что копать и на сон почти ничего не осталось. Казалось, только что потерял сознание и окунулся в мир грёз после сокрушительного удара о край набитой сеном подушки, как снова вынырнул в реальность. И кому жаловаться? 'Всем сейчас тяжело', — совсем по-взрослому рассудил двадцатидвухлетний лейтенант и пошёл смотреть, что у этих 'тюбетеек' получилось.
Множество людей роились вокруг почти возведённого за последние часы ДОТа, чёрные просмолённые стены которого усиленно засыпали землёй. Ни мата, а ведь всем известно, что с крепким словом работается веселее, ни перекуров, ни костров согреть озябшие руки, только суровая работа на пределе сил и улетающий с лопат грунт, как от землеройной машины. Блестя остатками консервационной смазки, казематная пушка нагло поглядывала на дорогу, внушая надежду, что теперь уж точно отобьёмся. Всего одна, но это на одну больше чем ничего. Обойдя фортификацию, Сабецкий с удивлением присвистнул — у них появилось ПВО. Теперь лейтенант пребывал в приподнятом настроении и всем своим видом показывал, что жизнь-то налаживается. Рядом с шатром гуськом, в размеренном темпе, без перерыва, напоминая муравьёв у рассыпанного сахара, строители таскали наполненные песком мешки, окружая бетонный стакан со снятой с ТБ-3 турелью. Спаренные 'авиационные дегтярёвы' (ДА-2) с самодельным стальным щитком грозная штука, только нужны пулеметчики, которых в фугасно-огнемётной роте не предусмотрено и лейтенант сделал зарубку на память — озадачить старшину стрелкового взвода. Нашёл же он бойцов на ЖБОТы. По-хорошему, сюда бы пульвзвод, да только кто будет его слушать. Там, где оно нужно, автоматического стрелкового оружия всегда не хватает. Вот зачем водителям недавно убывших тягачей похожие на маузеры с прикладами автоматы? Им карабин за глаза, но нет. Пока он сетовал на свойственную всем ротным несправедливость распределения, появились трое с кувалдами и колышками. Не успевши выкурить папиросу лейтенант, уже провожал их взглядом. На том месте другие начинали крутить витки колючей проволоки, чтобы вражеские штурмовики не пробрались к укреплению. Быстро, до невозможности быстро. Вроде только начали, раз! И сделано. В детстве Сабецкий видел, как старик-ложкарь режет ложки на рынке. Точные, годами выверенные движения. Здесь было то же самое, хотя откуда у пацанов опыт? Сказал бы кто со стороны, вот только из его бойницы всё смотрелось немного иначе. Люди действовали так, словно сто лет совершали эту работу изо дня в день. Даже лишнего шага не делали и всё молча, как механизмы на шестерёнках. Жутковато, но достаточно эффективно.
Глядя на успехи, лейтенант оживился и пошёл дальше. 'Эх, сюда бы старшего политрука роты Анисимова, — подумал он. — И все его отговорки, что бойцов достаточно и проповеди про исследования Максимильяна Рингельмана (чем больше включено людей в работу, тем ниже становится их производительность) рассыпались бы как карточный домик. Тут тебе и мотивация и сплочённость, и наверняка добрый кнут'. Впереди творилось вообще вавилонское столпотворение. Не бойко говорящие по-русски красноармейцы в ватниках, согнувшись под внушительной тяжестью, как Ленин на субботнике, двигались на распев под речёвку. В сторону от разгружавшихся грузовиков на гусеницах они перетаскивали железобетонные столбы, катили по доскам кольца для ЖБОТов и тут же, в вырытых ночью окопными зарядами и выровненных кирками и лопатами ямах возводили прочные укрепления. Насколько хватало глаз, по полю раскинулся рукотворный массив противотанковых заграждений, объединённый военным архитектором в единое целое. Невероятно, но они успели возвести и ЛОТы (ложная огневая точка). Очарованный великолепием, Сабецкий ускорил шаг, в глубине души ощущая страх, что всё это мираж, и он вот-вот исчезнет.
В начале десятого часа, когда выпавший снег слегка припорошил многочисленные следы, а экскаватор и бульдозер с краном уже убыли в сторону Кубинки, в сопровождении прошедшего не один ремонт старенького броневика на трёх автомобилях приехал капитан Раппопорт с военным инженером. Не из штаба дивизии Полосухина, как стоило ожидать, а из 10-го Управления ГУВВС КА бригинженером Андреевым. Прибыли не одни, с двумя командирами пониже рангом, военным корреспондентом Васильевым и артиллеристами. Раппопорт, Андреев, со словами: 'Какой там обед, голубчик! Столько дел, столько дел...' и два его зама зашли в шатёр из плотной маскировочной сети, куда бойцы стройбата тут же потащили дымящийся самовар с корзинками. Выглядело это немного странно, но и работа сапёрного взвода пестрела неожиданными решениями. Пока пушкари прятали грузовик и обживали ДОТ, машины комиссии стали похожи на лабораторию Усачёвского рынка в свои лучшие времена, принимая в себя не иначе как на исследование перетянутые шпагатом бумажные свёртки, мешки, тюки, коробки и даже деревянные ящики. Как только места стало не хватать, и красноармеец с раскосыми глазами принялся присматриваться к крыше кузова 'паккарда' с самаркандским ковром в руках, внутри шатра громко зазвенел телефон. С этого момента всё закрутилось и ускорилось, казалось, даже снег стал падать с неба быстрее. Начальники-проверяющие довольно быстро закончили свои дела, и сбились, как вороны в кучку, дабы предаться последнему созерцанию заслоняющих окрестности объектов и выкурить по сигарете; а в это время военкор пофотографировал всё, что можно и намеревался дойти до переднего края, где в лесу прятался прибывший резерв. Сабецкий глядя в купленный у старьёвщика театральный моноколь и зная место расположения, едва смог отыскать зарывшуюся на небольшом холме в снег и хвою пушку, а этот с фотоаппаратом, словно чувствовал. Как магнит притягивает железо, Васильев стремился оказаться возле орудия. Обойдя бетонные тетраэдры, он уже пролез между сложенных в кучки деревянных обрезков и прочего мусора, от которых тянулись провода, как над лесом взметнулась зелёная ракета — условный сигнал дозора.
Даже без поднятой тревоги стало понятно, что немецкое наступление началось. Высоко в небе показались бомбардировщики противника, заработала дальнобойная артиллерия и со стороны Дютьково открыли огонь гаубицы по занятым врагом Малым Семёнычам. Что такое для танков пройти семь километров по редколесью? От силы час. Стоило поторопить комиссию, но там, похоже, ситуацию понимали не хуже него.
Всё случившееся бригинженер Андреев воспринял, как бы шутя, будто каждый день принимает объекты под свистом снарядов над головой и по-отечески обозвал Раппопорта редкостным занудой и крючкотвором, но знающим своё дело. Однако нюхнувшему пороху лейтенанту наигранная бравада была заметна. Как и не стала неожиданностью игра хитроватого капитана, похожего на убаюкивающего своим мурчанием кота. Для начала он поддержал авторитет командира из главка, создавая на фоне своей трусливости образ бесстрашного, как гранитная скала начальника. Пару раз предложил укрыться в ДОТе или вообще поспешить в тыл. Вскоре капитана поддержали остальные, советуя в один голос поберечься. Председатель комиссии капризно отмахивался, но под нажимом шустро поставил свою подпись в документах. Раппопорт же, получил от Андреева автограф, восхитился его выдержкой и, усевшись в кабину последнего уходящего грузовика со строителями убыл. Бригинженер так же не задержался. Поправляя новенькую кобуру с подаренным пистолетом, пробурчал про не забытые традиции своим торопящимся помощникам, пожелал Сабецкому держаться, хорошего настроения и, оставив корреспондента фиксировать историю на плёнку, кортеж растворился в снежной круговерти. Да так шустро, что даже черти не догнали бы.
