— И кого с собой возьмёшь? — спросила Адель.
— Герата, — ответил я. — И нечего так жалобно смотреть. Даже без твоей выходки, я взял бы тебя только до вертолётной базы. С таким животом в Адбале делать нечего.
"Милорд, к вам пришёл Герат", — предупредил Коль.
Я провёл с секретарём разъяснительную беседу, после которой в его мысленном общении исчезли все титулы, кроме моего. Но к "милорду" я уже давно привык, как ко второму имени.
— Пришёл маг, и мы уходим, — сказал я жене. — Ничего не хочешь мне пожелать?
— Пусть у вас всё пройдёт хорошо! — сказала она, поцеловала меня в губы и добавила: — Удачи! И возвращайся скорей.
Я вышел из спальни к поджидавшему в гостиной магу, и мы с ним прошли каналами через цех к охотничьему домику, который теперь именовался вертолётной базой. Саму базу ещё предстояло оборудовать, но три вертолёта уже стояли на большом огороженном дворе. Тут же находился небольшой трактор, которым протягивали через канал установленные на колёсных платформах вертолёты. Бочки с горючим из-за опасности пожара выгрузили за забором. Пока их охраняли гвардейцы, но на днях мы собирались строить огороженное хранилище. Во дворе я увидел Николая, который крепил к вертолёту кинокамеры.
— Привет! — поздоровался я с ним. — Всё готово?
— Приветствую вас, милорд! — отозвался он. — И вас тоже, Герат. Сейчас закончу с камерами, и можно лететь. Жена возьмёт радиостанцию и будет держать с нами связь с земли. Я ей уже сказал, чтобы все выходили.
Вчера мы уложили Анну на алтарь, и теперь с ней можно было мысленно общаться. Николай закончил и полез в кабину, а во двор вышла одетая в комбинезон Анна, за которой шли два дружинника с "Печенегами". Они тоже должны были лететь и в случае необходимости защитить вертолёт от тварей.
— Подержи! — сказала Анна одному из дружинников, отдала ему в руку чемоданчик радиостанции, после чего забралась на сиденье трактора.
— Начинаем! — сказал я и открыл канал в цех.
Трактор медленно поехал к порталу и потянул за трос платформу со стоявшим на ней вертолётом. Как и при первой транспортировке вертушек, канал скачком увеличился до восьми метров, а "проглотив" вертолёт, принял привычные размеры. Вслед за техникой в портал забежали дружинники, а последними зашли я и Герат. То же самое повторилось в цехе, только на этот раз Герат открыл канал к казармам городской стражи Адбаля. Зима шла к концу, но здесь всё было по-прежнему серо, мокро и неуютно. Увидев нас, из одного из трёх зданий выбежали бойцы Сивцова вместе с ним самим.
— Здравствуйте, капитан! — первым поздоровался я.
— Майор, — поправил он. — Здравствуйте, милорд! Всем остальным тоже не болеть. Вы не нам привезли эту птичку?
— Нет, майор, — засмеялся я. — Это мы проводим разведку, а на время её проведения решили навестить вас. А вам уже мало бронетранспортера?
— Да нет, пока хватает, — ответил он. — Хотя и вертолёт был бы нелишним. Только не такой красавец, а что-нибудь отечественное, стальное и надёжное. Но кто же знал, что у вас резиновые каналы. Не боитесь на нём летать?
— Об этом спрашивайте пилотов, — сказал я. — Эта дама — ваша соотечественница. Начинаем!
Анна отцепила трос и забрала у бойцов радиостанцию, после чего парни заняли свои места в вертолёте. Николай запустил двигатель, и все поспешно отбежали подальше. С минуту вертолёт стоял на земле, потом медленно приподнялся, слегка наклонил вниз кабину и начал быстро набирать высоту.
— Пойдёмте в помещение, — сказал я Сивцову. — Где у вас профессор?
— Пойдёмте, милорд, — сказал он, забирая у Анны радиостанцию. — Позвольте поухаживать, тем более за соотечественницей. Мы уже и забыли, когда видели женщин.
Нас привели во что-то вроде столовой, куда быстро собрались члены экспедиции, за исключением тех, кто уехал на БТРе осматривать ловушки. Пока готовили чай, Анна раскрыла чемоданчик радиостанции, подсоединила антенну и вышла на связь с мужем.
— Сделай громче, — сказал я. — Пусть слушают все.
— Хотите узнать, откуда летят зверюшки? — спросил Григорьев.
— Да, профессор, — ответил я, — есть такое желание. Мне не очень интересно узнать причину этого нашествия, важно то, сколько оно продлиться.
— Мы в последнее время совсем не видели летающих тварей, — сказал он. — И в ловушки их стало попадать намного меньше. Может быть, заканчивается лёт?
— Возможно, — сказал я, — но причина может быть в том, что мы производим интенсивный отстрел тварей по всему северу.
— Будет жалко, если вы уничтожите эти формы жизни, — сказал Григорьев. — Они уникальны.
— Меня, уважаемый Илья Борисович, эти формы с их уникальностью уже достали! — ответил я. — Они уничтожили не одну сотню тысяч моих соотечественников и уничтожат ещё больше у наших соседей. Вот когда будем добивать их на чужой территории, тогда посмотрим, может быть, кому-нибудь и оставим жизнь. Когда их мало и питаются рыбой, они никому не мешают, хотя неприятно иметь таких соседей. Уникальность не основание для сохранения. Чикатило тоже был по-своему уникален.
— Было бы неплохо, если бы вы продали их нам, — сказал он. — Не всех, конечно, а хотя бы несколько особей разных видов. Мы не имеем с собой необходимого оборудования.
— Видим отдельных тварей, — раздался из динамика голос Николая. — Но их очень мало и летят намного ниже. Пока заметили только двух. Высота их полёта примерно пятьсот, направление — с севера на юг в сторону берега. Острова сначала исчезли, а теперь опять появились, и число их растёт, но пока совсем небольшие. Опускаюсь до трёх тысяч.
— Похоже, что под водой расположен горный хребет, — сказал Григорьев, — а может быть, и целая горная система. Отсюда и обилие мелей и островов на большом удалении от береговой черты.
— Видим много островов, — сказал Николай. — Их сотни! И это уже не голые скалы: на многих есть растительность. Есть и твари, хотя я не сказал бы, что их много. Интересно... Я опущусь ниже.
— Что вы увидели? — спросил я.
— Часть растительности возле берега изменила цвет. Похоже, что эти острова погружаются в воду. Вижу три больших острова... Нет, дальше они сливаются в один. На нём много зелени и тварей. Так, увидел парочку довольно крупных. Сейчас наберу высоту и постараюсь оценить размеры суши.
Минут десять динамик молчал, потом Николай опять заговорил.
— Остров очень большой. На глаз его площадь составит двести-триста квадратных километров. Дальше опять видны мелкие островки.
— Как далеко тянется побережье? — спросил меня Григорьев.
— Около трёх тысяч километров, — ответил я. — Я понял, к чему ваш вопрос. Если твари кишат по всему северу, скорее всего, такие же острова тянутся с запада на восток вдоль всего побережья.
— Очень необычный рельеф, — сказал профессор. — Я не припомню у нас ничего подобного.
— Могу дать объяснение, — мрачно сказал я. — Несколько тысяч лет назад Бог поднял для нас из океанских вод наш остров и сделал его таким, какой он сейчас. Это полностью объясняет разницу его флоры и фауны с соседними землями.
— За тысячи лет, учитывая узость проливов... — возразил кто-то из учёных.
— Нам было обещано, что тварям не будет сюда хода, — перебил я его. — Это один из постулатов религии. Пока жители следуют заветам... Но это неважно. Мне пришла в голову мысль, что окружающие нас мели и острова — это приподнятый участок океанского дна. Интересно, насколько изменилась береговая линия севера за последние тридцать лет?
— Хотите сказать, что материк тоже медленно погружается? — спросил профессор. — А какой рельеф на юге?
— Тоже много островов, но более крупных, — ответил я. — Там больше глубины, поэтому почти нет мелей и камней, препятствующих судоходству.
— Уже пять минут летим над чистой водой, — передал Николай. — Не видно никаких признаков суши.
— Возвращайтесь, — приказал я. — Вы сделали своё дело. Профессор, вы можете определить, погружается наш берег в воду или нет?
— Трудно сказать, — ответил он. — Нашествие тварей усилилось в последние годы?
— Да, примерно в последние пять лет.
— Тогда, наверное, смогу. Но ведь ваш материк может погружаться гораздо медленнее, чем "насыпка" вокруг него. Местные жители не могли этого не заметить. Если их спросить...
— Я спрошу, но и вы посмотрите. Здесь до берега всего километров десять.
Мы сели пить чай, прислушиваясь к редким сообщениям пилота. Через полчаса возник слабый гул, который усилился, и во дворе казарм на транспортную платформу приземлился наш вертолёт.
— Спасибо за гостеприимство, — поблагодарил я. — Значит, договорились? А я передам вам от себя презент — интересную книгу о динозаврах с соседних материков. Язык вы знаете, а помимо текста в ней есть и рисунки.
Мы без сложностей эвакуировали лётчиков и технику на вертолётную базу, а потом ушли во дворец.
— У меня к вам поручение, — сказал я магу. — У нас есть министр обороны, чему я очень рад, потому что уже не занимаюсь армией, а вот министра магии пока не было. Поздравляю вас с этой должностью!
— И что я должен делать? — усмехнулся он.
— Распределять работу моим магам, — ответил я. — Их у меня уже два десятка сильных и с полсотни более слабых. Кроме того, будете курировать Академию. Но это только пока. Из-за того что отсутствуют магические школы, а в Академию могут попасть только дворяне, многие способные к магии саи так и не становятся магами. Мало у кого есть деньги нанимать частного учителя, да и сколько этих учителей!
— Хотите организовать такие школы?
— Обязательно, — подтвердил я. — Конечно, не сейчас, а позже. И заниматься этим будете не вы, а работники вашего министерства. Пока вы только немного меня разгрузите.
— Милорд, вы действительно думаете, что наша земля погружается в воду? — спросил он.
— Есть такая мысль. Только тот русский правильно сказал, что погружение может быть намного меньше, чем на островах. А у нас почти повсеместно рельеф значительно выше уровня моря. Так что такое погружение ещё сотни лет не будет никому угрожать, разве что затопит отдельные участки трактов. Не стоит пока распространяться о моих догадках, они могут не подтвердиться. Проверим, а потом будем делать выводы.
Дома меня встретила жена.
— Рассказывай! — потребовала она. — Я не могу больше терпеть!
— А фильмы? — засмеялся я.
— Ну, Кирен! — она толкнула меня на стул и забралась на колени. — Надоели мне твои фильмы! Посмотрели один с Олей, а потом она ушла. Беру книгу, а она не читается. Мне нельзя нервничать! Быстро рассказывай, что вы нашли!
— Твари летят с островов, которые расположены в сотне дерашей от берега, — начал рассказывать я. — Дома им не сидится из-за того, что их острова медленно погружаются под воду. Это видно из-за погибшей от морской воды растительности. Твари на островах есть, но их там немного. К нам тоже уже почти не летят. Николай за время полёта видел только нескольких, а русский профессор жаловался, что в небе не видно тварей, и их стало мало попадаться в ловушки.
— Наши охотники? — спросила она. — Их работа?
— Наверное, — ответил я. — Восемь тысяч ружей и два десятка БТР — это серьёзно! К весне число боевых машин удвоим и двинем на север половину гвардии. Я думаю, что к началу сева полностью очистить все графства. Только в Зарду твари будут забираться от соседей, но туда можно стянуть больше сил.
— А что с соседями? Неужели никому из них не поможем?
— Будем принимать беженцев, — отведя взгляд, ответил я, — а в Гардарию несколько дней назад ушли маги и агенты Парда. Как только выяснят всё, что нам нужно знать, сразу же вернутся. Если с Паром можно договориться, начнём каналом перебрасывать ему оружие.
— А если нет? — спросила она. — Неужели из-за одного сая должны гибнуть все? Ведь от них к нам даже беженцы не дойдут!
— И что ты предлагаешь? — спросил я. — Вооружать тех, кто потом тебя же этим оружием...
— Нет, конечно, — ответила она. — Но многих можно вывести каналом! Два сильных мага смогут держать его столько, что пройдёт население небольшого города! А те, у кого есть накопители, могут вывести столицу! Сейчас такого не сделаем, но если всё станет плохо... Помоги хотя бы северянам. Эти никогда не забудут!
— Часть населения можно спасти, только нужно собрать больше магов и заранее договориться кое с кем из дворян. Я подумаю.
— Ты сейчас куда? — спросила Адель.
— Схожу к деду нашей Алёны, — сказал я. — Зеду на встрече намекнули, что меня хотят видеть. Сейчас в Москве пятнадцать часов — вполне подходящее время для визита. Я в прошлый раз забросил много крючков, посмотрим, на какие из них клюнут.
Светлов был дома и очень обрадовался моему приходу.
— Садитесь, — сказал он, сам садясь на диван. — Вы опять пришли тем способом, при котором нельзя ходить в туалет? Тогда не буду ничем угощать. Давайте сразу перейдём к делу. Запись нашего разговора заинтересовала многих очень влиятельных людей. Но пока что они слышали только слова. Один из них готов рискнуть, и его интересует тело вашего соотечественника. Отсутствие болезней, магия, пусть даже слабая, и две сотни лет жизни — это большое искушение. Его пример даст остальным возможность убедиться в том, что ваши слова не пустой звук. Вы не обиделись?
— Речь идёт о жизни, а меня никто из них не знает, — ответил я. — Почему мне должны верить на слово? Только вы неправильно меня поняли. Обычные саи живут не двести, а минимум триста лет, а с небольшими магическими способностями — и все четыреста. Двести — это по нашему счёту. Тела у меня есть, хотелось бы узнать, что мы получим за работу.
— Вас, кажется, интересовала ветроэнергетика? Так вот, он готов купить для вас шестьдесят ветряков ВЭУ-10/7 по десять киловатт и провести их установку и подключение своими силами. Сами ветряки со всем вспомогательным оборудованием стоят около тридцати миллионов рублей, но в дополнение к ним для вас отремонтированы пятьдесят станков разного назначения. Всё, как вы хотели, без каких-либо наворотов. Сейчас такого никто не производит, но после капитального ремонта они ничем не хуже новых и очень долго прослужат. Естественно, что к ним прилагаются все необходимые инструменты. Стоит это одного тела?
— Новая жизнь на несколько ваших сроков стоит гораздо дороже, но в первый раз не буду заламывать цену и соглашусь на то, что дают. Хочу спросить, что представляют собой эти ветряки?
— Очень качественные генераторы с одной лопастью и противовесом. Десять киловатт получите при ветре в десять метров в секунду. Прослужат лет пятьдесят, и единственное, что потребует замены или восстановления, — это аккумуляторы. В них они китайские, но очень качественные. Не нужно усмехаться: Китай делает много очень качественной продукции, надо только знать, у кого и что покупаешь, а вечного ничего нет.
— Передайте заказчику, что я согласен. Только ему потребуется пройтись к нам. И пусть возьмёт фотографию места, откуда нужно забрать оборудование. Расчёт с его стороны лучше провести сразу. Кто знает, как повлияет его новый вид на финансовые возможности. Вот монтажные работы можно выполнить потом.
