* * *
Море было ближе, чем казалось, и всего через пару часов они добрались до него. Вместе с остальными Антон поднялся на гребень прибрежной дюны. Игорь очень опасался за плоты, но они оказались на месте. "Смелый" стоял метрах в сорока от берега, приткнувшись к отмели, справа и слева от него к ней приткнулись "Стойкий" и "Отважный". За ними до самого горизонта голубело пустынное море...
Антон вздохнул и обернулся, глядя на волнистую равнину. Уже далеко за ней высились мозаичные силуэты гор. Их рыжеватые гребни выпирали из зеленоватой тени, словно паря в воздушной смутной дымке, и они казались сейчас просто эскизом к какой-то довольно унылой картине...
Он боялся появления тварей, но равнина, насколько хватал глаз, оставалась совершенно пустынной. Лишь в небе на юге белело что-то вроде смутного, полупрозрачного облака. Туча птиц над плавнями, как сказал не раз бывавший там Игорь. Антон вдруг понял, что сам он никогда там не побывает, не увидит, что лежит за этими далёкими уже горами, и его охватило незнакомое, горькое чувство. Их путь в этом мире завершался и они покидали его, так и не познав всех его тайн и чудес...
* * *
Наконец, все взоры обратились на тройку незваных попутчиков. Даже просто шагать рядом с ними оказалось не очень-то весело, а проводить с ними неделю на плоту и подавно никто не мечтал, судя по общей мрачности физий. Даже тихие Бродяги смотрели на них неодобрительно.
— В общем, так, — наконец хмуро сказал Серый, глядя на Пампуса и Ана-Ю. — Тут три плота. Мы поплывём на "Смелом". Вы можете выбрать любой из оставшихся и плыть, куда вам угодно, хоть к самой Цитадели Хозяев.
— Но я не умею им управлять! — возмущённо заявил Пампус. — Это не моё дело, и вообще, я...
— Научишься. Пошли, ребята.
* * *
До плота они добрались с трудом — перед отмелью оказалось глубоко и пришлось идти по грудь в воде, подняв рюкзаки над головой. Наконец, Антон с облегчением выбрался на палубу "Смелого". Он был большим, из толстых бревен, с высоко поднятым дощатым настилом, даже с перилами — сделанный добротно и на совесть. Команда его тут же деловито забегала, проверяя всё, что можно и готовя плот к отплытию.
Усмехнувшись, Антон взглянул на берег. Пампус и Ана-Ю всё ещё стояли там, растерянные, и он был рад, что никогда больше их не увидит...
* * *
Снять "Смелого" с отмели оказалось непросто. Поднятый парус не помог, не помогли и запасённые командой шесты. Пришлось вновь прыгать за борт и отгребать песок теми же шестами и ногами. Это заняло чуть ли не целый час, но в конце концов плот всё же снялся с мели и неторопливо поплыл на запад...
* * *
Отдыхая, мальчишки сели на теплую палубу плота, навалившись на перила и удобно уперевшись босыми ногами в бревна. По морю гуляли невысокие волны, их то и дело захлестывала прохладная вода, но Антону это нравилось. Он молча смотрел на медленно уплывавший назад берег. Пампус с Ана-Ю всё же перебрались на "Стойкого" и сейчас возились на нём, пытаясь поднять опущенный на палубу парус с тяжеленной реей. Получалось не очень. Всё же, троих для такого маловато, понял Антон. На "Смелом" это было непросто и для них восьми, несмотря на блоки...
Ему стало стыдно... но и иметь таких попутчиков не очень-то хотелось. И без них на плоту оказалось довольно-таки тесно — помимо них троих и экипажа Игоря тут были ещё и Бродяги, очень довольные тем, что их приключения уже в любом случае закончились...
А наши? — невольно подумал Антон. Ну, доплывём мы до этого острова, ну, разберёмся с этим жрецом, ну, сделаем Флейту, ну, приплывём с ней к Певцам... а дальше что? Сидеть на Драконьем Пляжу и ждать бог весть сколько, пока кто-то из Драконов туда прилетит? А что, если это просто очередная местная легенда, и вся наша возня ни о чём?..
Мальчишка недовольно помотал головой. Думать о таких вот вещах совершенно точно не стоило. Так или иначе, они довольно скоро узнают, правда ли это...
* * *
День проходил сонно и лениво. Мальчишки сидели на палубе, отдыхая и принимая воздушные ванны. Море, к радости и облегчению Антона, оставалось пустынным. Ему всё время казалось, что Пампус с Ана-Ю поплывёт вслед за ними — то ли чтобы отомстить за то, что их бросили, то ли чтобы просто попасть на остров Белого Древа, а он не хотел ни того, ни другого. Уж кем ещё, но Пампусом он был сыт по горло. Да и Ана-Ю не казались приятными соседями, несмотря на их вежливость. Всё же, есть люди, которых жизнь ничему не учит, мрачно подумал мальчишка. И которые будут упрямо гнуть своё, даже если уже и ёжику понятно, что оно не гнётся... Или виноват всё же странный здешний мир, который консервирует не только возраст, но и, так сказать, характер?..
Антон вздохнул, понимая, что правды он никогда не узнает — разве что доведётся спросить у самого Мастера, если он вообще тут существует и захочет с ними говорить. Потом осмотрелся. Бродяги жались в кружок посреди плота — бескрайняя водная гладь их пугала. Игорь с ребятами был занят своим делом. Юго-восточный ветер посвежел, плот шёл довольно быстро — глядишь, и неделя не потребуется, они доплывут до острова раньше...
Антон вновь вздохнул, поймав себя на мысли, что ему уже не очень-то хочется возвращаться. Целый незнакомый мир вокруг, Ирка под боком — чего ещё надо?.. Но и это от него уже не зависело. Всё решил Димка, когда разбил Хорунов и разгромил их Безвозвратный Город. Теперь пути назад уже не было, только вперёд — и домой...
* * *
Солнце неспешно плыло на запад и горы проступали всё отчетливей, превращаясь из мозаики выступающих гребней в иззубренную рыжеватую стену. Вечером, облитые закатным багрянцем, они стали куда величественнее, словно целая стена пламени. Их вершины ещё долго розовели, когда внизу уже стемнело, а потом таинственно серебрились на фоне темно-синего неба, становясь далёкими призраками и постепенно растворяясь в темноте...
Ночью горизонт растаял в смутной мгле, но ориентироваться было несложно — впереди, на западе, поднимался смутный купол Таллара. Антон подошёл к носу "Смелого" и замер, глядя на него. Сзади налетал ветер, влажными и теплыми волнами обтекая его. Ощущение было почти чувственное, словно всё его почти нагое сейчас тело одновременно ласкают сотни призрачных рук. А когда все они вдруг исчезали, весь миллион чутких волосков на его коже начинал нетерпеливо вибрировать во всё нарастающем ритме — и, когда ветер обдавал его вновь, Антон весь вздрагивал, расставляя пальцы босых ног и мягко поджимая живот. Руки его невольно поднимались, словно он собирался взлететь, но вот это уже никак не получалось. Сердце его невольно замирало при мысли, что впереди ещё целая ночь — ночь посреди моря...
* * *
Весь следующий день Антон иногда поглядывал назад — он всё ещё боялся, что Пампус с Ана-Ю плывёт за ними. Но они никого не заметили — ни днем, ни новой ночью, и теперь мальчишке казалось, что они остались последними людьми в мире бескрайней воды...
* * *
В полдень следующего дня горы окончательно растаяли в воздушной дымке. Заметив это, Антон вновь вздохнул. Видеть, как скрывается за горизонтом земля, по которой ему уже никогда не доведется ступать, было очень грустно...
— Чего вздыхаешь? — спросил сидевший рядом Серый. — Нам всего-то дней пять плыть осталось. Или четыре даже. И всё. Игорь говорит, что там просто рай. Ливадия.
— Пять дней — это долго, — буркнул Антон. — Раньше я, дурак, хотел на плоту через океан поплыть, как Тур Хейердал. Ну вот, плыву. Сбылась мечта идиота... Тесно, скучно, на обед — сырая рыба...
— Да лучше уж так, чем пробиваться через подземелье с кобольдами, — хмыкнул Серый.
— Да уж! — Антон невольно передёрнулся, вспомнив их безумную поездку на аэросанях по ледяному туннелю. Сейчас он сам уже не мог поверить, что всё это было с ним на самом деле. — Но не в этом дело. Просто... грустно, что мы, по сути, возвращаемся уже. А что мы тут видели, кроме кобольдов и леса этого поганого? Почти что ничего. Ни здешних знаменитых плавней, ни пустыни с румутами, ни Города Снов. Даже Столицу — и ту не посмотрели толком. А теперь и не посмотрим.
— Так остаться не выйдет уже. Теперь или мы мир спасём, или Червь его сожрёт, и вся недолга.
— Да я понимаю всё это, — буркнул Антон. — Но всё равно... могли же хоть в Столице задержаться на недельку, поговорить с ребятами про их племена, про миры, откуда они родом...
— Мне тоже грустно, если хочешь, — признался Серый. — Я же тоже хотел пройти по здешнему миру, со всеми тут познакомиться... а оно вон как вышло. Всё здесь держалось на том, что ребят Червю скармливали. Нафиг такой мир.
— Ну, нафиг, — согласился Антон. — Но сердцу не прикажешь же.
— Не прикажешь. Но мы же не прямо сейчас отбываем. Остров этот увидим, пляж Певцов ещё... там мы не один месяц наверняка будем сидеть. А может, и больше.
— Ага, именно что сидеть. Ждать у моря Дракона. Который запросто может и не прилететь. Или послать нас нафиг с нашей Флейтой. Если Найу вообще не придумал это всё...
— Да ладно тебе, не дрейфь, — Серый сжал его плечо. — Как говориться, доплывём — увидим.
* * *
Ещё четыре дня спустя Антон стоял у перил "Смелого", глядя на приближающийся уже остров Белого Древа. В самом деле, где-то в его середине возвышалось громадное, метров в сто высотой дерево с белой, словно у березы, корой, но невероятно толстое и разлапистое, похожее на какой-то африканский баобаб. Отсюда оно казалось ещё небольшим, но сердце у мальчишки пело: неделя плавания на тесном плоту изрядно задрала его. Романтика, конечно, но даже сходить по нужде тут оказалось непросто, все были на виду. Страждущим приходилось слезать в воду и делать всё, держась за специальную поперечину на корме, да ещё и в нарочно сделанной деревянной клетке, чтобы шустрые морские обитатели не откусили самое дорогое. Это называлось "покормить рыб" и служило вечной мишенью для не слишком-то приличных шуток — но все ходили хмурые и злые, стараясь не замечать друг друга, и лишь железная дисциплина, установленная Игорем, позволяла избегать ссор...
— Хорошо идём, — сказал стоявший рядом Серый, и мальчишка покосился на него. Когда друг рядом — это здорово, конечно, но когда он всё время рядом — это напрягает...
— Через час где-то будем на месте, — добавил Игорь, и мальчишка повернул голову. — Ветер сегодня хороший.
Антон кивнул. В самом деле, ветер, несмотря на жару, дул сегодня ровно и сильно — не совсем в нужном направлении, но и это тоже хорошо. Им же не только туда, но и потом обратно, а прямо против ветра не попрёшь, не пароход...
— Надеюсь, что всё обойдется без шума, — сказал он, повернувшись к Игорю. — Ты же общался уже с этими Типнаями, они вроде бы нормальные ребята...
— Они-то да. Но вот жрец их, этот Ны`ай`оэг... чёрт знает, что он запоёт, когда узнает, что нам нужна ветвь их священного Белого Древа, в котором они прямо живут...
— Ну, это мы скоро от него лично услышим...
* * *
Антон знал, что так оно и будет, но его терзали скверные предчувствия. В конце концов, их здесь всего восемь (Бродяг можно было не принимать в расчёт), а Типнаев — всё-таки десятка три. Если им предложат пойти нафиг — на этом сказка и закончится. Останется лишь высадиться на какой-нибудь необитаемый остров и ждать там конца света...
Антон недовольно мотнул головой, выбрасывая из неё мрачные мысли. Остров Белого Древа был уже близко, и теперь он мог хорошо его рассмотреть. Он в самом деле очень походил на парк: совершенно земные мачтовые сосны и редко растущие тануры, высокие, узкие, цилиндрические деревья с очень плотной листвой, такие идеально ровные, словно их выточили на токарном станке. Смотрелось всё это красиво, словно они и впрямь оказались где-нибудь в Ливадии, а не посреди озера-моря в диком мире...
Уже можно было рассмотреть и собравшихся на берегу туземцев, одетых в стиле Виксенов — в весьма скромные по размеру желтенькие фартучки и бусы, намотанные, наверное, вообще на все места, где они только могли удержаться. Игорь в больших красках рассказывал, как Типнаи встретили их настоящим представлением, раскрасившись с головы до пят и даже нацепив на спины поддельные крылья. Сейчас никаких людоедских танцев не было, они просто стояли, глядя на плот. Оружие у них правда было, но, как и говорил Игорь, фиговатое: тонкие, явно самые простые луки, копья без наконечников — просто длинные заостренные палки, плетёные, декоративные скорее щиты... Да и им они размахивать не пытались, смотрели скорее с интересом...
Наконец, "Смелый" мощно ткнулся в берег — и Антон, в числе первых, спрыгнул на песок. Один из местных мальчишек вышел им навстречу. Как без труда догадался Антон, это и был Ны`ай`оэг, жрец Высокого Неба, главный здесь. Как и все его соплеменники, выглядел он странновато — небольшая голова, широкие скулы, раскосые глаза, крупный нос. Кожа у него, как и у всех Типнаев, была красновато-жёлтая, этим они очень походили на индейцев. Фигуры у них тоже были странноватые — тонкая, удлинённая талия, широкие плечи, длинная шея. Игорь рассказывал, что гравитация у них на родине меньше местной и жить в этом мире им поначалу было очень тяжело. Впрочем, всего через пару лет они обросли неплохой мускулатурой и в общем приспособились...
— Приветствую вас, — вежливо сказал жрец, по здешнему обычаю прижав скрещенные ладони к груди и даже слегка поклонившись. — С чем пожаловали?
Антон оглянулся на Серого — но тот замялся, видимо, подбирая слова. Найу тут же вышел вперед.
— Я — хранитель тайны Драконьей Флейты, — с неожиданной важностью сказал он. — Сделать её можно лишь из ветви Белого Древа, и я пришёл сюда, чтобы сделать это, ибо время настало. Наконец-то настало!
По нестройным рядам Типнаев пробежал удивлённый ропот. Даже физия жреца стала откровенно ошарашенной. Уж верно менее всего он ожидал услышать это...
Сердце у Антона замерло — в этот миг решалась судьба всего мира, ни больше, ни меньше...
— Воистину настало! — провозгласил Ны`ай и повернулся к соплеменникам. — Близится срок Вознесения, и наше пребывание здесь уже почти закончено. Ликуйте же, братья!..
Антон длинно выдохнул.
* * *
Шагая вслед за жрецом, он непрерывно крутил головой. Остров Типнаям достался роскошный, и впрямь очень похожий на парк, с округлыми кустами и аккуратными тропинками. Мальчишка то и дело задирал голову, глядя на тридцатиметровые, наверное, свечки тануров. Вблизи они казались ещё более неестественно правильными, хотя Ны`ай и уверял, что ничья рука их не касалась. Землю покрывала густая невысокая трава, там и сям её щипали йерики — что-то вроде небольших здешних оленей, которых Типнаи приручили. Хищников на их острове, ясное дело, не водилось вообще — в самом деле рай, да и только...
Жили они здесь уже, без малого, пятьдесят лет — с тех самых пор, как сбежали сюда с побережья, где в те годы ещё властвовали Хоруны. Обо всём этом Антон уже знал от Игоря, но всё же вежливо слушал жреца. Хотелось спросить, кто жил в этом благодатном месте до Типнаев — ну не пустовало же оно! — но он чувствовал, что вопрос будет некстати...
