Парагвай-2

— Ну, полную мощность они получат через все сорок минут, а не двадцать пять. А сейчас мы их скорость по нашим приборам прикинули: выходит шесть-семь узлов. Даже ближе к шести, если возьмут курс на перехват.

— Петр Никодимович, очень прошу сделать так, чтобы англичанин поверил: мы идем к Датским проливам.

— Сейчас посмотрим... есть цели впереди на радаре?

— На курсах от двухсот восьмидесяти до сорока по компасу — чисто, откликнулся Фуэнтес.

— Тогда еще два часа сохраняем курс двадцать. Можно добавить ход до семнадцати. В темноте англичанам трудно будет оценить правильно нашу скорость. А там они нас точно потеряют из вида, и мы сможем повернуть на вест.

В назначенное время парагвайское судно так и сделало.

Интерлюдия

Конец интерлюдии

Английские моряки были правы в своем предвидении реакции парагвайского судна. Если бы оно пошло вправду в Штеттин или, того далее, в Гамбург, то в Датских проливах оно имело все шансы слегка подзадержаться — и не по злобности датских властей, а лишь по причине соблюдения должного порядка прохождения этого узкого места. Но одну ошибку они сделали принципиальную. Это была неправильная оценка скорости парагвайского парохода. Вот почему английские корабли так и не увидели наглеца, когда тот входил в Ла-Манш. А отдать приказ другим кораблям Королевского флота о перехвате в Па-де-Кале было решительно невозможно: телеграфная связь Дувра с континентом тогда просто не существовала.

Но, разумеется, радар на 'Корморане' не бездействовал. Возможно, именно поэтому даже в отнюдь не пустом проливе парагвайский пароход удачно не показался на глаза посторонним. Всего-то и дела: темное время суток, хороший ход и вовремя перекладываемый руль. А уж в Атлантическом океане вероятность встречи и вовсе сошла почти что на нет.

Конечно, в заливе Ла-Плата парагвайское судно мог видеть не один каботажник. Но специфика южноамериканского судоходства не поощряла чрезмерное любопытство. Мало ли какие дела могут быть у чужих сеньоров? Идут себе, никого не трогают — ну и ладно. Приветствие флагом — это только для военных, а те и вовсе не попались вблизи. А давать сигнальные гудки тогдашним судам было чаще всего нечем. Паровые суда в этих водах можно было легко пересчитать по пальцам.

В результате если кто из местных видел 'Корморан', то предпочел прикинуться невнимательным.

Глава 5. Куда уходят деньги

Река Парана не была пустынной. По ней то и дело сновали торговые суденышки. Большинство носило парагвайский флаг; те гордо тарахтели не слишком мощными дизелями, выдавая скорость узлов этак на девять. Бразильских не встретилось вообще; зато были два боливийских совсем уж малых парусника, наблюдались также аргентинские торговцы. Будем справедливы: никто из них не выказал враждебных намерений.

— У нас создалась некоторая репутация, — небрежно заметил первый помощник. — Парагвайский флаг стали уважать.

— Не уверен, что вы правы, Владимир Федосееевич, — осторожно возразил капитан. — Как по мне, так самый вид 'Корморана' внушает почтение. Он раза этак в два больше любого из этой... мелочи.

— А по водоизмещению — раз в восемь. Да, Петр Никодимович, по штурманским прикидкам, проходить Асунсьон будем во второй половине дня, а то и в сумерках. Предлагаю не останавливаться. Всем нужен отдых, экипажу как не больше всех. Да и вам самому.

Это было правдой. На лице Васильева легко читался жестокий недосып.

— И потом же, — продолжал мягко нажимать Корольков, — наверняка прямо на следующий день пожалуют гости из столицы. К тому времени и вы, и я будем в бодром состоянии.

Прогноз оправдался почти полностью: ибо недосып ликвидировался также не вполне. Но военнослужащим и морякам не впервой случалось подниматься по сигналу тревоги и подобным.

К моменту, когда отец Эрнесто нарисовался в мэрии (так это здание называл Федоров), она же аюнтамьенто (местные жители предпочитали именно такое название) все граждане русского происхождения уже там находились.

Священник продемонстрирован истинно иезуитскую дипломатичность. Он со всей учтивостью осведомился о здоровье путешественников, поинтересовался состоянием судов, порасспросил о неотложных нуждах. И лишь по получении должных ответов последовало:

— Был ли успешен ваш поход?

Делать нечего, пришлоось давать полный отчет: как по прибыткам, так и по сопутствующим обстоятельствам.

Замзав проявил осторожность.

— ..и да, святой отец, мы отыскали это месторождение алмазов, которое, повторяю, никому ни в Европе, ни в Америке не известно. И не просто неизвестно: парусникам оно просто недоступно. Очень сложные там навигационные условия. Что до прибылей, то мы добыли там сколько-то камней; вот отчет. Но мы продали отнюдь не все. Часть мы хотели бы приберечь как исходный материал для алмазного инструмента. Для нас это применение номер один.

По мимике достопочтенного священника трудно было констатировать удивление — так, легкий намек на таковое.

— Вы не ослышались, отец Эрнесто. Наименее ценные, то есть самые неподходящие для использования в ювелирных целях, мы хотим пустить для производства инструментов. В частности, мы планируем изготовить буры для увеличения добычи нефти... то бишь земляного масла. В нашем списке эти камни отчеркнуты синим. А вот в этом списке перечислены те камни, которые мы продали немецкому промышленнику Фаберже. Общая цена — вот она. Также мы купили нужный нам металл. Вот отдельный список. Но нам удалось приобрести нечто гораздо более ценное, чем дорогие самоцветы.

Лекторская пауза.

— Мы уговорили на переезд в Эсперанцу профессионального гранильщика из Амстердама. Правда, это работник не самого высшего класса, но у него есть шанс вырасти в мастерстве. Главное, он будет учить наших людей. Тогда Парагвай сможет поставлять ограненные драгоценные камни,то есть самые дорогие.

Конечно, это было преувеличением. У Яна Алеша всего лишь была возможность стать настоящим гранильщиком. Оба русских инженера хорошо знали, что для такой работы необходимы природные способности, не говоря уж о накоплении громадного опыта. Но в заводской лаборатории имелись плюсы, которых были лишены самые лучшие голландские мастера. Алмазные диски с электроприводом. Возможность точно определить кристаллографическую ориентацию плоскостей любого кристалла — и не только алмаза. Знание законов кристаллографии — а ведь амстердамские мастера постигали их интуитивно.

Оказалось, однако, что и отец Эрнесто припас сколько-то козырных карт в рукаве.

— Господа, у меня имеется для вас новость. Буквально позавчера вечером до нас добрался полномочный представитель сеньора Дэвиса полковник Бреммер. И он желал бы нанести вам визит с целью переговоров, причем без отлагательств. Да хоть и завтра.

Зав и зам переглянулись и дружно кивнули.

— И еще одна новость, которая может вас коснуться, — интонации голоса служителя культа показались Федорову вкрадчивыми. — В правительство Парагвая через Аргентину поступило предложение Российской империи открыть в Асунсьоне торговую миссию.

И снова последовал обмен взглядами. Но на этот раз в них отчетливо проглядывались два вопроса: 'Откуда?' и 'Какого черта им тут понадобилось?'

Стоит отдать должное Федорову: он умел думать быстро.

— Отче, если у вас есть какие-то мысли на этот счет, то мы их охотно выслушаем.

Похоже, выдержка отца Эрнесто имела свои пределы. Ничем другим нельзя было объяснить появление на его лице мимолетной самую чуточку снисходительной усмешки, означавшей (по мнению завлаба): 'Вы хочете мыслей? Их есть у меня.'

— В ваше отсутствие от имени доктора Михайловского в Данцигский университет ушла статья насчет новых методов лечения как туберкулеза, так и... э-э-э... разных заразных заболеваний. Осмелюсь предположить, что на глаза заинтересованных лиц она попалась. По времени такое возможно.

— Да, конечно, — и тут не чуждый дипломатии завлаб счел нужным резко переменить тему. — Преподобный отец, надеюсь, вы не сочтете за труд организовать доставку части вырученных денег в Асунсьон?

Ответ отца Эрнесто был мягок, как пуховая подушка.

— Думаю, будет лучше, если кто-то из вас это сделает. Предпочтительно вы, сеньор Вова. Если будут вопросы по вашему путешествию, то именно вы ответите наилучшим образом.

Корольков кивнул. Возразить и вправду было нечего.

Тем же вечером трое русских (капитан Васильев отговорился занятостью на судне) устроили междусобойчик с очень хорошей закуской и тем, что к этой закуске полагается.

— Ну что, ребята, начнем с гостя из южных штатов? Возражения? Нет? Первое, что вижу: пусть тебя, Володя, не смущает воинский чин посланца. К твоему сведению, в южных штатах 'полковник Джексон' означает (скорее всего) 'господин Джексон', а если кого обзовут 'майор Джонсон', то перевод примерно такой: 'эта шантрапа Джонсон'. Может, посланец и в самом деле имеет отношение к армии, но, скорее всего, нет. Добавления?

— Я полагаю, этот Бреммер имеет в портфеле предложения по продаже оружия и патронов.

— Хотела бы я знать, чем эти ребята платить намерены. Но точно кредит бы им не открыла.

— Тут согласен, Тамара Ивановна, но позволю себе еще гипотезы. Содействие в развитии южной промышленности, вот что им может понадобиться. Поставка металлургического оборудования, а в этом случае — также энергооборудования.

— Паровые машины?

— Уж это наверняка, но не в них затык. Что будем с бездымным порохом делать? Продавать его как таковой или установочку для производства?

— Второй вариант нереален, мальчики. А ну, считайте на пальцах. Прокатные станы вместе с печами будут отъедать пятьсот киловатт мощности. Это даже если ужать номенклатуру проката до предела. А производство азотной кислоты само по себе — мегаватт. С запасом, конечно. Чтоб и на вспомогательное оборудование хватило.

— Вот тут, Тамара Ивановна, мы вас и поправим. Станы можно крутить и от паровой машины напрямую, без электродвигателя. А вот азотная кислота — тут все правда, без электричества никуда.

— Есть еще вариант. Забабахать им бессемеровский процесс. Пусть закупают чугун хоть в Пенсильвании, хоть в Бирмингеме. И потом переделывают в сталь.

— А когда сам Бессемер его предложил?

— Еще предложит. В 1856 году.

— Не пойдет. Вызовет подозрения — что у англичан, что у северян. Уж молчу о том, что сопрут.

— Тогда предложить им нашу сталь. Углеродистую, конечно. Пусть катают, что хотят, но сами. Станы им поставим.

— Извините, мальчики, но вот совершенно боковой вопрос. Этот Бреммер — он какое отношение к Германии имеет?

— Вы подумали, что немец? Из одной фамилии ничего такого не следует. Хотя... Дэвис мог из ТВОЕЙ фамилии, Вова, сделать неправильный вывод. Тогда именно тебе участвовать в переговорах. И прощупать его связи.

— Стоп, ребята. Для начала: не забудьте, что самой-то Германии еще нет, а в наличии кучка королевств. Но это дело третьей очереди, а есть куда более ядовитый вопрос. Предоставлять ли южанам технологии, а если да, то какие именно. Навскидку даю: унитарный патрон. Это революция, как ни крути. Также: устройство магазинной винтовки. Третье: технология нарезки стволов.

— Сразу скажу с позиции химика: капсюли с азидом свинца куда как трудно делать самим на нынешнем уровне. Другими словами, предлагаю продавать патроны.

— Думать надо. Но у меня уже прикидки имеются на кое-что другое. Вот, пожалуйста: в этой папке предложения по производству чугуна и стали. Здесь: по прокатному производству. Между прочим, вот данные из США: в ходе их гражданской войны девяносто процентов потерь пришлось от артиллерийского огня. Коль скоро делаем ставку на Юг, то там толковые артиллеристы могут найтись, а вот умные тактики — сомневаюсь. Ну, а пушки у них только покупные.

— Как понимаю, мальчики, у вас есть о чем поговорить с этим джентльменом с Юга. Но это не снимает ту проблему, о которой я говорила. Энергия! Вот что нам надо. То есть им. Что можете предложить?

-Тамара Ивановна, мы привезли почти тонну бронзы. Этого хватит на восьмисоткиловаттную турбину с гарантией; а если поколдовать с формой роторов, то и мегаватт потянем. Медь на провода, сколько помню, у нас была. Как насчет электротехнической стали? У нас ведь уже есть заготовки. Значит, можно на листопрокатном наделать листы для статора и для трансформатора. Честно скажу, с трансформаторным маслом могут быть проблемы. Не очень представляю, каково оно с точки зрения химсостава.

— Вопрос не простой. В материалах, что у нас были, на сей счет указаний крайне мало.

— Ну, в самом крайнем случае сделаем трансформатор более тяжелым, с запасом то есть. Масло... ну, какое получится, то и применим.