Ощерившись, я глубоко вздохнул и... со всей дури влупил кулаками по укрывающей землю брусчатке. Можно было бы, наверное, обойтись и без битья камней руками, но пока такой подвиг мне не под силу. Зато с ударом... Земля дрогнула и брусчатка шрапнелью ударила во все стороны, скрывая тварей в облаке пыли и грязи. На миг мне показалось, что дело сделано, но... уже через секунду химеры вырвались из зоны поражения. Да, теперь они двигались не так быстро и резко, но сказать, что они стали менее опасными, хм... я бы не стал в этом уверять.

Надо отдать должное уму этих химер. Споткнувшись на моей атаке, они не стали рваться вперёд в атаку, стараясь как можно быстрее добраться до горла нарушителя. Нет, получив по сопатке, твари притормозили и теперь начали медленно расходиться в стороны, одновременно, осторожно по шажочку сокращая расстояние до цели. То бишь, до меня.

Тихой очредью хрустнули расстёгивающиеся крючки плаща, руки легли на рукояти заряженных серебряной зерновой картечью дросданов, но спешить разряжать монструозные стволы в медленно приближающихся с двух сторон тварей, я не стал. Рано...

Расстояние между нами сократилось до двадцати шагов, когда я решил, что время пришло. Очевидно, к тому же решению пришли и твари. Они одновременно сорвались с места, устремляясь ко мне по прямой, и... это и стало их последней ошибкой.

Грохнули всеми тремя ствола дросданы, и нападавшие с химеры словно напоролись на бетонную стену. Убить даже таким мощным зарядом тварей нереально, но вот остановить на пару мгновений, заставить их замереть на месте... это мне удалось. А больше и не надо.

Прыжок назад с места для разрыва дистанции... Химеры дёрнулись было следом, но тут же остановились. Какой-бы взрывной ни была их псевдорегенерация, но даже ей нужно хоть полминуты, чтобы залатать самые тяжёлые раны, затянуть их псевдоплотью, вот и вынуждены собачки тормозить, только следят за мной побелевшими-помутневшими глазками, готовые, тем не менее, сорваться в действительно самоубийственную атаку, едва я дам повод. Но моё отступление смешало программу тварей. А мне эта заминка дала возможность...

Распахнув пасть как можно шире, я пригнулся к земле и... рёв переходящий в инфразвук накрыл химер. Твари, ещё не оправившиеся от ран, сначала вздрогнули, а через миг задрожали словно от озноба. Тугие мышцы заходили волнами, чёрная кожа вдруг начала местами белеть, а ещё через секунду лапы химер подломились, словно лишились костей и твари рухнули наземь. Теперь их уже не колотило от озноба, тела "собачек" Леддинга словно трясло в эпилептическом припадке, ломавшем кости и рвавшем сверхупругие прочные мышцы тварей будто прогнившее мясо.

Я еле успел заткнуться и поднять перед собой щит из брусчатки, когда тела химер вдруг вытянулись струной и... рванули как хороший шрапнельный снаряд. Два снаряда. Спасибо, доктор...

— Тук-тук, есть кто в домике? — удивительно чисто, без малейшейго намёка на хрипы и перханье, проорал я, вломившись в первый склад. А в ответ тишина...

Глава 6. Мёртвые с косами, живые с вопросами

Первый из двух складов порадовал меня лишь пыльной пустотой и сквозняками, гоняющими клочья пыли и обрывки полусгнившей мешковины меж деревянных столбов, поддерживающих высокую крышу этого амбара-переростка. И ни единого намёка на присутствие рыжей сволочи... да вообще, хоть какой сволочи. Пусто, как в выпитой бочке эля! Даже на пыльном и грязном полу не нашлось никаких следов... свежих, по крайне мере. Будто сюда никто не заходил лет пять, минимум.

Я вздохнул и, внимательно оглядываясь по сторонам, двинулся прямиком через зал к дальней стене, где был расположен ещё один вход на склад. В отличие от первого, через который я вломился в этот пустой и гулкий зал, он представлял собой гигантские ворота с врезанной в одну из створок дверью... закрытой, как и сами ворота, на банальный засов. И если дерево ворот и двери оказалось старым и даже изрядно подгнившим понизу, то про засов я такого сказать не могу. Более того, когда я добрался до него, то убедился, что не только сам брус засова может похвастать новизной, но и металлическая фурнитура, удерживавшая свежетёсанное дерево, выглядит так, словно только что вышла из-под руки кузнеца... Кому понадобилось запирать пустой, давно заброшенный склад? Глупый вопрос. Не зря же здесь химеры Леддинга крутятся. А вот зачем ему это понадобилось... вот это уже интереснее. Впрочем, надеюсь, что скоро я смогу прояснить этот вопрос, в числе прочих.

Вламываться бешеным носорогом во второй склад, я не стал. Осторожно выдавил старую, дышащую на ладан, низкую дверцу, прорезанную в одной из боковых стен, и уже не стараясь шуметь на всю ивановскую, почти вежливо вошёл в точно такой же зал. Правда, это помещение не могло похвастать той же девственной пустотой, что и первый склад. Здесь нашлось место каким-то бочкам, ящикам и мешкам... не пустым, и явно не старым. Собственно, именно это и стало причиной, по которой я не стал врываться на склад с громом и грохотом. Разглядел в широченную щель меж рассохшися досок входной двери горы всякой тары, загромождающей зал, и, представив, как буду гоняться за рыжим колобком в этих лабиринтах, решил чуть облегчить себе жизнь. Ну а для полного комфорта...

Я осторожно топнул ногой по каменному, изрядно замаранному грязью полу и, прислушавшись к гравитационному эху, решительно направился в дальний угол склада, туда, где ощущалось присутствие пары подвижных объектов, размером меньше чаберса, но крупнее среднего хафла. Приём, которому я научился, благодаря лекциям Падди, уделившему немало времени рассказам о способностях и умениях разных рас, сработал, как и должно. Так что, к закутку, отделённому от зала тонкими дощатыми стенами, из-за которых слышался спор на повышенных тонах... но на совершенно незнакомом языке, я подошёл во всеоружии.

Вот только с применением его, дело как-то сразу не задалось. Я был в паре шагов от хлипкой дверцы, ведущей в каморку кладовщика, когда спор за ней превратился в натуральный ор. А стоило мне вломиться к спорщикам, как по ушам сначала резанул пронзительный женский визг, и тут же громыхнули подряд два выстрела. Куда полетела первая пуля, я сначала не понял. Вторая же впечаталась в мою грудь, и если бы не врождённая защита турса, тут бы синему и конец пришёл. Но ничего. Шлёпнуло-треснуло, так что я только вздрогнул и... ответил со всех шести стволов разом. От неожиданности. Пальцы-то на спусковых крючках дросданов лежали. А они у меня чувствительные, мда. Спусковые крючки, в смысле. Не пальцы, ими угли из огня тягать можно без всякой боли.

Я даже вякнуть не успел, как в поднявшемся неожиданно густом облаке порохового дыма мелькнула чёрная ткань какого-то то ли платья, то ли плаща, а следом, чуть ли не в тот же миг, откуда-то справа полыхнула ослепительная вспышка... и я остался один в маленьком задымлённом помещении, посреди которого, раскинув в стороны руки-ноги, распластался на полу рыжий вейсфольдинг, уставившийся в далёкий потолок невидящим, остекленевшим взглядом.

Мне даже подходить к Леддингу не надо было, чтобы констатировать его смерть. О ней вполне явственно свидетельствовало пулевое отверстие чётко в центре лба, явно организованное его исчезнувшей собеседницей. От зерновой-то картечи, которой мои дросданы заряжены были, ему бы голову целиком снесло, если вообще, всё тело к драххам не разворотило бы! Тут же, дырочка махонькая, аккуратная... и судя по отсутствию лужи крови и мозгов на полу под затылком вейсфольдинга, патрон был невеликого калибра и малой пробивной силы. Пара линий, максимум. Дамский револьвер, должно быть. Вот, кстати, о дамах, а куда эта снайперша пропала-то? И как?

Помахав рукой, чтоб разогнать остатки и без того почти рассеявшегося порохового дыма, я огляделся по сторонам и тяжело вздохнул. Картина маслом, что тут ещё скажешь? Труп на полу, рама от старого ростового зеркала в правом углу, древняя рассохшаяся конторка в левом, куча выбитой щепы в стене напротив, и ни следа таинственной и очень меткой крикуньи. Впрочем...

Присмотревшись к старой, украшенной затейливой резьбой пустой раме, в которой когда-то было закреплено большое ростовое зеркало, я всеми своими куцыми магическими способностями, пробуждёнными Падди Берриозом, ощутил исходящие от деревяшки эманации чего-то... эдакого. Волшебного, ага. Может, портал? У нас же тут в последнее время, прямо мода на них какая-то пошла!

Подумал я так, почесал затылок... повторил процесс, на этот раз убрав дросданы в кобуры и... не решился соваться к странному артефакту. Драхх его знает, как его магия прореагирует с юным турсом?! Разорвёт на сотню мелких голубых носорожиков, и что потом делать-то? Не, ну его...

А вот перед трупом Леддинга я никакого пиетета не испытывал, и потому, ничтоже сумняшеся занялся его обыском. Ну а что? Я всё равно не намерен бежать в полицию, чтобы сообщить о происшедшем на моих глазах убийстве. Ещё чего! Во-первых, бравые добберы, скорее всего, меня первого в преступлении и обвинят, у них не заржавеет, а я потом задолбаюсь доказывать, что не верблюд. Во-вторых же, я ведь обещал доктору Тодту новый материал для его экспе... исследований. А слово надо держать. Особенно данное такому уважаемому господину как наш добрый танатолог. Оно и для кармы полезно, и для выживания невредно, это любой житель Граунда подтвердит.

Брезгливость? Откуда бы ей взяться у голубого носорога, отправившего на тот свет уже с десяток уродов, с прошлым инженера-пустотника, не раз занимавшегося демонтажом жилых отсеков станций пострадавших от боевых действий? Нету у меня такого органа. Отмер за ненадобностью.

Обыск Леддинга был скорым и... довольно результативным. По крайней мере, помимо всякой ерунды и мелочи, водящейся в карманах любого туврского обитателя среднего достатка, я обнаружил и несколько вещиц на которые довольно резко отреагировало моё чутьё на магию. И были это не только артефакты, но и заклятые, а может и проклятые вещи. Такие, например, как маслянисто сверкающий золотым блеском соверн и небольшой, но солидный блокнот, обтянутый матово-чёрной кожей, а также странно-тёплый свинцовый карандаш с серебряным колпачком. Артефактов же я обнаружил всего два. Первый вполне удачно маскировался под пухлые трёхкрышечные карманные часы на длинной и толстой золотой цепочке, а второй... вторым оказались очки с боковой защитой, очень похожие на виденный мною у Дайны инструмент для работы с артефактами. Эдакие гогглы с несколькими откидными линзами над левым "оком", и парой капсул содержащими какую-то алхимическую дрянь, соединёнными латунными трубками с правой, толстой и полой линзой. Странный агрегат, но... у меня есть Падди, уж он-то разберётся с этими очками. Впрочем, о чём я? Ему же и с остальными магическими прибамбасами возиться придётся. Других специалистов в этом деле у меня всё равно нет. Дайна в отъезде, а напрягать Старого Уорри... Да ну его к драхху! Чем я с ушлым стариком расплачиваться буду? Не-не, лучше к Падди. От белобрысого-то хоть обедом в Огрове отбрехаться можно... ну, двумя-тремя, точно. Наверное. Надеюсь. Эх... да и ладно, выбора-то всё равно нет.

Хм, кстати, об оплате... А не прошвырнуться ли мне по складу? Вдруг, там чего интересного-полезного отыщется? Нет, может быть, конечно, что там всякий хлам для виду набросан, но... сомневаюсь я, что-то. Ой сомневаюсь. Ну не тот человек был рыжий Лейс, чтобы не воспользоваться такой оказией к своей выгоде. А бесплатный склад для хранения всякого-разного, в наших местах, именно что удачная оказия, не иначе. Это любой торговец и контрабас подтвердит.

Но прежде чем лезть в завалы бочек, мешков и ящиков, я решил закончить с разбором на месте. Иначе говоря, закончив с обыском тела рыжего вейсфольдинга, так хитро сбежавшего от моих вопросов, я принялся за осмотр каморки кладовщика. И начал, разумеется, со старой конторки, притулившемся в левом от входа углу комнаты. Нет, я не думал, что смогу обнаружить там какие-то драгоценности или, тем более, записи, изобличающие Лейса Леддинга в чём-то предосудительном, но попытка ж не пытка, как говаривал один одиозный политический деятель далёкой эпохи. И вообще, чем чёрт не шутит, когда бог спит? Вот я и...

Ну, можно сказать, что чёрт пошутил. В выдвижном ящичке конторки, в котором раньше, должно быть, хранились перья и чернильница, я отыскал аж три артефактных механизма, идентичных обнаруженному мною у Леддинга в кармашке жилета. А кроме того, там же нашлись и листы исписанной каллиграфическим почерком бумаги. Инструкция в трёх экземплярах, полагаю, как раз для тех самых артефактов, притворяющихся карманными часами. Мда, находочка, однако.

К сожалению, ничего другого в многочисленных выдвижных ящиках мне отыскать не удалось. Пусто там было, хоть шаром покати. Причём, судя по скрипу и скрежету, с которым эти ящики буквально выдирались из жалобно поскрипывающей конторки, их не трогали с тех самых пор, как Старые магазины оказались не у дел.

К раме в противоположном углу комнаты, я соваться не собирался, а больше в каморке кладовщика и не было ничего интересного. Ни шкафа, ни полок для бумаг. Ничего. Собственно, на этом я и завершил обыск этого невеликого помещения. Покосился на распластанное по полу тело Леддинга, вздохнул и, придя к выводу, что на этот раз рыжий вейсфольдинг от меня точно никуда не сбежит, почесав затылок, вывалился из каморки в большой зал. Пришла пора полюбопытствовать, что за товар складировал здесь ушлый праттер.

Контрабанда, она бывает разная. Предметы роскоши, дорогой алкоголь или специи, это один коленкор. Обход пошлин во все времена давал торговцам доход, способный добавить к ежедневному меню толику деликатесов, без особого риска для жизни и здоровья. Другое дело, артефакты, заклятые, проклятые и зачарованные вещи, алхимия. Это уже зона интересов здешних магов, и тут, без должных связей в их среде, ушлый торговец пожелавший обойти акцизное ведомство, может нарваться на серьёзный удар, как минимум, по своей мошне, а то ведь и в места не столь отдалённые загреметь можно. В тот же Норгрейт, например. И третье, то за что светит даже не нижний каземат Норгрейтской тюрьмы, а казнь через повешение с краткой... или не очень краткой остановкой в Дан Регайл. Список предметов, за контрабанду которых можно угодить на постой в эту крепость, невелик. В него входит литература, запрещённая к распространению королевскими эдиктами, отравляющие вещества, как магического, так и химического происхождения... и боевое оружие, магическое или нет, без разницы. Охотничье, кстати, проходит по той же статье, что и контрабанда предметов роскоши. А вот боевое, это Дан Регайл, без вариантов.

Собственно, именно с последним мне и довелось столкнуться на складе, прихватизированном Леддингом. На кой хрен такой геморрой сдался рыжму, я без понятия, а его уже не спросить. Но факт остаётся фактом. В первом же распотрошённом мною ящике, я обнаружил разложенные ровными рядочками-стопочками, закутанные в промасленную бумагу словно куколки, винтовки. Не охотничьи нарезные ружья, а боевые многозарядные винтовки саксготтского производства. В жестяных коробах обнаружились пачки с патронами для них. В квадратных, плотно сколоченных ящиках — уложенные будто яйца в солому, тяжёлые банки ручных гранат-колотушек с деревянными ручками. В мешках — кожаная солдатская "сбруя" с подсумками для патронов и аптечными пеналами. В бочках же... да, в бочках оружия и прочих прибамбасов военного назначения не было, зато нашлось вино и бренди. Весьма неплохого качества, между прочим.