Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

2. Ассасин Жестокого Бога - Глава 1-5


Опубликован:
12.10.2011 — 12.10.2011
Читателей:
1
Аннотация:
Со времен устроенной Грэйлоном резни прошло тридцать лет. Но за это время случилось многое. Раса людей набирая силы раз за разом пытается взломать границы эльфийской империи. И юному ученику демона предстоит приложить немало сил дабы помочь своему народу выстоять. Вот только нужно ли ему это?
 
↓ Содержание ↓
 
 
 

2. Ассасин Жестокого Бога - Глава 1-5



Глава 1


Бледный свет луны проникал в открытое окно, освещая скромное убранство самой обычной комнаты на третьем этаже таверны. Она озаряла стол, стулья, две сдвинутые вместе кровати и двух молодых людей, чьи черты в настоящий момент скрывал легкий полумрак. Но, несмотря на тьму, атмосфера в комнате с каждой минутой становилась все жарче и жарче. И возможно сам неистовый бог любви и страсти избрал сегодня это здание, дабы превратить его на время в свой храм.

Она стояла перед ним в одной нижней рубашке. Тонкое полупрозрачное полотно, долженствующее прикрывать прелести её фигуры, не справлялось со своим предназначением, и парень отчётливо различал все изгибы и выпуклости прекрасного тела, и это сильнее и сильнее распаляло его страсть. Девушка тем временем медленно сняла бретель с плеча, полностью обнажив правую грудь. Почти полминуты она, ехидно улыбаясь, откровенно наслаждалась видом возбуждённого юноши, стараясь принять как можно более соблазнительную позу, а затем спустила и вторую бретель. Сорочка плавно соскользнула на пол к ногам своей хозяйки, и девушка, изящно переступив через белую ткань, наконец-то опустилась на кровать и, томно посмотрев на парня, поманила его пальцем.

Юноша моментально оказался рядом с ней, припал губами к её тонкой шее и медленно стал опускаться вниз, покрывая поцелуями тело девушки: покатые плечи, маленькие, упругие груди с бледно-розовыми сосками, белый плоский живот, пока ни достиг того нежного места, что располагается немного ниже пупка. Здесь он приступил к ласкам с особой тщательностью. Напрягая свою память, настолько это было возможно в данной ситуации, парень старался вспомнить всё то, чему он научился за время своего тесного общения с прекрасным полом, и, судя по реакции партнёрши, небезуспешно.

Дыхание девушки стало частым и прерывистым, она опустила веки, и из её приоткрытого рта раздался лёгкий стон, затем ещё один, погромче, и ещё. Через несколько минут он оторвался от своего занятия и пристально посмотрел на неё. Та нехотя распахнула глаза, приподнялась на руках и пересохшими губами прошептала: "Ну, давай же, что ты медлишь?", пошире разводя ноги в стороны. Разумеется, парень уже был в таком состоянии, что долго упрашивать его не пришлось. Впившись своими губами в губы девушки, он резко погрузился в бездну наслаждения, находившуюся между её гладких сильных бедер. В ту же секунду она перестала отвечать на поцелуй, отстранилась от партнёра, громко сладострастно закричала и откинулась назад, изящно изогнув спину, а спустя пару секунд её ноги крепко охватили талию юноши. Синхронные ритмичные движения тел затянули любовников в вихрь настолько сильных эмоций, что на какое-то время реальность для обоих просто перестала существовать.

— Лис! — простонала девушка. — Я хочу, что бы это длилось бесконечно!

— У нас впереди вся вечность этого мира, дорогая, — нежно ответил её партнер.

Луна стыдливо пряталась за облаками, не в силах вынести подобного зрелища. Комнату охватила тьма, но звуки ничто не могло скрыть. Протяжные стоны один за другим продолжали вырываться наружу, заглушая звуки природы. И это было хорошо.


* * *

В тесном зале таверны Хромой Кот царила духота, а так же шум от непрекращающихся разговоров. Хмурая осенняя погода, загоняя всех внутрь, волей неволей вынуждала заказывать как можно больше согревательных напитков. И чай среди них находился скорей всего на последнем месте. Оттого разговоры внутри не прекращались ни на секунду, а народу постепенно все пребывало и пребывало. Каждый стремился найти внутри убежище от дождя, а в планах некоторых стояло провести здесь не один день.

— Давай, северянин, твой ход! — весело произнес щербатый дровосек, бросая на стол кости. Лис тяжело вздохнул и почесал наращенную для маскировки щетину. Две звезды, такой ход перебить явно трудновато, но можно и попытаться. Без лишних раздумий он подхватил пару двадцатигранных костей и швырнул через весь стол. Дровосек с интересом глянул на результат и тут же рассмеялся. — Чародей и дева! Неплохо, но чуть-чуть не хватило!

Лис флегматично пожал плечами, без особых терзаний наблюдая за тем, как пара серебряных монет уходит в карман к его сопернику. Для него игра в данный момент была лишь средством убить время, а деньги не имели никакого значения. В крайнем случае, попозже можно будет этого самого дровосека подстеречь на лесной тропинке и продемонстрировать ему свои навыки управления ножом. Но это уже в том случае, если ему удастся отобрать всю наличность эльфа.

— А ты спокойный, — с уважением отметил один из друзей дровосека. — Уже пятнадцатый раз проигрываешь, а хоть бы мускул дрогнул.

— Не повезло здесь, повезет в другом, — философски отозвался Лис, вызвав очередной взрыв хохота и эмоций.

— Это точно! — проревел его соперник и хитро подмигнул, кивая в дальний угол, где сидела Авита. — Трактирщик — мой свояк и он много чего рассказывал про то, как от ваших прыжков пыль с потолка сыплется.

— Ну должен же я хоть что-то уметь, кроме того как проигрывать в кости, — ухмыльнулся Лис.

— Парень, да ты удачлив как эльф! — третий приятель дровосека, судя по внешнему виду лесной охотник, протянул Лису огромную кружку пива. Грэйлон, продолжая ухмыляться, принял дар и сделав пару небольших глотков заметил:

— Интересное выражение, первый раз его слышу.

— А как говорят у вас на севере?

— У нас говорят, удачлив как гном.

— Никогда не видел гномов, — проворчал дровосек. — Мифы и сказки все это.

— Так же как и удача. Стоит тебе только поверить, что в ее существование, как тут же ты осознаешь, что она растаяла как дым. Миф в чистом виде, — Лис еще раз приложился к кружке, после чего достал из кармана еще пару монет и положил на стол. — Продолжим? — Предложил он.

Партнеры по столу тут же поддержали предложение, и игра пошла по новому кругу. Эльф потихоньку, краем глаза изучал помещение. К этому моменту в зале собралось почти три десятка человек. Большую часть составляли жители двух ближайших городов, которых непогода застала в пути. Несколько охотников и лесорубов, пара бродяг и менестрель. Последний явно был залетной птицей, чем и привлекал внимание.

В настоящий момент большинство мужчин, собравшихся в зале, смотрели на певца весьма мрачно и неодобрительно. Что впрочем не являлось чем-то странным. Хозяин таверны держал для работы в зале с пяток молодых служанок, в обязанности которых входило не только разнос еды и уборка со столов. А так же беспрекословное позволение лапать себя во всех местах, а за отдельную монету и нечто большее, чем просто лапать. Но в данный момент вся пятерка стаей кружила вокруг менестреля. В их глуши, где красота оценивалась количеством целых зубов, певец казался как минимум посланником богов.

Его темные как крыло ворона волосы, водопадом струились по плечам, поражая своей гладкостью и блеском. Улыбка обнажала яркие белые зубы, способные затмить блеском даже самые яркие лампады. Темно карие глаза, наполненные грустью, словно говорили о том, что их обладателю в своей жизни пришлось многое пережить. А уж если учесть хорошую, качественную одежду и весьма изящную лютню, явно сделанную мастером, то становилось сразу ясно, почему менестрель превосходил всех присутствующих как минимум на три головы.

От мордобоя, на который намекали многие, посетителей удерживало две вещи. Первое — это угрожающее шипение хозяина, сразу замечавшего, что кто-то собирается перейти от слов к делу. Репутация трактирщика, способного голыми руками скрутить узлом любого буяна, в этом случае служила отличным щитом. Что касается второго, то все отлично помнили, как не далее, чем вчера этот хлыщ, с легкостью орудуя подвернувшейся под руку табуреткой, отделал троицу особо наглых фермеров, решивших плюнуть на все и навести справедливость. То, что певец при этом даже не запыхался и сразу продолжил песню, поразило всех еще больше.

Так же многие явно интересовались личностью музыканта, поскольку тот появился из ниоткуда с неделю назад и теперь фактически поселился на этом постоялом дворе, расплачиваясь за проживание концертами. Сам певец про себя особо много не рассказывал, отделываясь витиеватыми фразами в духе "Я путешествую по воле музыки. Куда она меня ведет, туда я и лечу". После таких фраз, служанки окончательно расплывались в умилении и были готовы отдаться менестрелю бесплатно.

В данный момент, певец неторопливо наигрывал одну из двадцати семи известных версий баллады О Битве В Маковой Долине, случившейся всего-то семнадцать лет назад. Слушая неторопливую грустную балладу, Грэйлон ухмылялся. По иронии судьбы эту битву воспели как у людей, так и у эльфов, несмотря на то, что исход боя для обеих сторон оказался неоднозначен. Причем, как часто такое и бывает, само сражение произошло совершенно случайно.

Новообразованный Альянс к этому времени посылал уже третью объединенную армию, избрав в качестве цели, владения клана Стального Кота. В армии насчитывалось примерно тридцать тысяч бойцов, но большую часть её составляло на скорую руку собранное ополчение. Эльфы в свою очередь поспешили выслать несколько отрядов, с целью пощипать обозы и хоть как-то ослабить вражескую группировку.

После нескольких небольших стычек, командующий армией Альянса решил схитрить и, посчитав, что сумел достаточно запутать противника, повел армию через Маковую Долину, тем более разведка доложила, что никаких эльфов на его пути нет. Но так уж совпало, что командир одного из летучих отрядов решил, что сумел выполнить свою задачу и, направившись на соединение с главными силами, умудрился проложить маршрут так, что он пересекал путь неприятельской армии.

Как бы это ни звучало странно, но разведка сплоховала и у эльфов, и в итоге столкновение двух группировок вышло совершенно неожиданным. Первыми среагировали остроухие и, пользуясь превосходством в маневре, атаковали Альянс прямо на марше. Условия атаки можно было назвать фактически идеальными. Извилистая местность, где дорогу зажало между холмами и рекой, не давала возможности маневрирования большой армии и значительно снижала информативность. Да и сами эльфы весьма удачно зашли прямо в хвост значительно растянувшейся колонны и, не останавливаясь, приступили к резне.

Остроухие уступали людям количественно почти в тридцать раз, что, впрочем, не мешало вырезать им отряд за отрядом. Да и сами люди в этом им весьма помогали, резво разбегаясь в разные стороны, уверенные, что попали в засаду. Большая часть прыгнула в бурную реку в надежде переплыть на другой берег, но это удалось мало кому.

Такими темпами, разгоняя всех перед собой, эльфийская конница с легкостью добралась до середины обоза, где её, наконец, и остановили, причем фактически чудом. В этом месте находились телеги с ранеными в предыдущих стычках с эльфами. Видя царящую панику и суматоху и осознавая, что им вряд ли удастся уйти от остроухих со своими ранами, увеченные бойцы на скорую руку перегородили дорогу телегами и тут же засыпали атакующую их конницу потоком стрел.

Эльфам пришлось потратить несколько минут на то, что бы пробиться сквозь заслон, но именно этих минут хватило, что бы в находящейся неподалеку роте наемников сумели навести порядок и создать новое заграждение. В этом месте остроухим следовало развернуться и быстро отступить. Но разгоряченные боем, уверенные в неотвратимой победе, они продолжали напирать, не замечая того, что у них в тылу нашлось несколько умелых командиров, которым удалось собрать воедино остатки уцелевших и беглецов.

Лишь после того, как им в тыл ударили остатки ополченцев, остроухие сообразили, что о победе теперь можно и не мечтать. Тем более голова колонны, наконец, сумела развернуться, и теперь на помощь наемникам спешило подкрепление. Эльфам пришлось пробивать дорогу фактически своими телами. Почти половина отряда полегла, позволив остальным вырваться из окружения. Потери людей, впрочем, тоже впечатляли. Пересчитав после боя выживших, полководцы ужаснулись, поскольку у них осталось не больше третий изначальных сил. Большая часть потерь при этом пришлась на утонувших и дезертиров.

После такого удара ни о какой войне уже не могло быть и речи. Альянс примерно три года восстанавливал силы, прежде чем сумел послать еще одну армию, вдвое меньше, но на этот раз состоящую полностью из профессионалов. Вся эта армия медленно, но верно сгинула, штурмуя эльфийские крепости, и песен о ней, как ни странно, не пели, в отличие от предшественников.

В той версии, что пел сейчас менестрель, героями являлись вовсе не наемники с увечными рыцарями, а элитная гвардия графа Лонксау, в реальности первая бежавшая с поля сражения. Но в отличие от истинных героев, граф сумел переплыть реку, а впоследствии заплатить многим певцам, дабы они изобразили картину несколько по иному. В итоге граф вовсе не прыгал в реку, срывая с себя остатки доспехов, а был туда скинуть ударом могучего эльфийского воина, использовавшего козни черных магов, и спасся лишь благодаря милости богов. Впрочем, большинство из находившихся в таверне о битве знали лишь через пересказы различных слухов, и тот факт, кто в ней являлся истинным героем, а кто нет, их ни капельки не волновал.

Грэйлон отпил еще немного и вновь бросил кости, дровосек тут же помянул демонов преисподней и мифических орков. Его противник сумел выбросить Глаза Бога, а это по умолчания отдавало ему победу. Впрочем, к этому моменту честная компания сумела вытянуть из полукровки немало наличных, так что небольшое поражение лишь только раззадорило их. И никто из них не обратил внимания на то, как яростно вспыхнули глаза у игрока. И уж естественно никто из них не услышал тяжелого стука копыт, полностью заглушаемого шумом таверны. Лис мысленно улыбнулся. Настало время действовать.


* * *

По случайному совпадению входная дверь раскрылась одновременно с ударом грома, поэтому большинство из находившихся в таверне испугано вздрогнули и оглянулись. По залу пронесся порыв ветра, заставивший трепетать языки пламени в лампах, а в дверном проеме появилась огромная, облаченная в доспехи фигура. Через мгновение фигура вошла внутрь, а следом за ней внутрь хлынул целый поток закованных в броню солдат.

— Не задерживайтесь, выметайтесь вон! — проревел вновь вошедший, и в ту же секунду солдаты набросились на посетителей. Грубо хватая их и угрожающе демонстрируя перед лицом обнаженную сталь клинка, они тут же выпихивали всех наружу под осенний дождь. Тех, кто пытался возмущаться и возражать, тут же хватали и выбрасывали. Убивать ни кого не убивали, но тем не менее без синяков не обошлось. На шум моментально выбежал хозяин таверны и, побледнев, тут же бросился к командиру.

— Что вы творите?! — испугано заикаясь, пролепетал он.

— А ты что, забыл?! — в голосе предводителя отряда слышались нотки возмущения. — Мы же тебя предупреждали!

— Но в послании оговаривался завтрашний день, — чуть посмелее отреагировал хозяин. — И я планировал...

— Обстоятельства переменились, — отпихнул его в сторону командир и продолжил своим зычным голосом свое объявление. — А ну живо все выметайтесь, а то по частям будем выносить!

После подобного заявления, посетители стали двигаться в несколько раз быстрее. Компания игроков, погрустнев лицами, устремилась к дверям одними из последних. Лис пристроился за ними, краем глаза продолжая внимательно изучать творящееся в таверне. От него не ускользнуло то, как Авита весьма гордо и с достоинством подошла к командиру этих головорезов и вяло поприветствовала его.

— Менестрель надежен?! — донесся до ушей Грэйлона его голос.

— Обычный дворянин, пьянчуга и бабник, — хмыкнула девушка. — Живет здесь, заливая свою скорбь дешевым вином, и поет слезливые песенки.

— Тогда его оставим! — и тут же крикнул, обращаясь к трактирщику. — Эй, хозяин, есть в этом сарае надежное помещение, что бы запереть певца? Он нам может потом понадобиться.

— Конечно же, есть, — полебезил хозяин. — У меня есть несколько кладовых, в которых даже осаду можно выдержать.

Уже выходя за дверь, Лис заметил, как менестреля окружило сразу трое солдат и фактически без объяснений приступили к обыску. Данный факт тоже следовало учесть при изменении плана, но эльф особо не беспокоился. Он ждал этого момента три недели и верил, что подготовил все хорошо и надежно.

Тем временем, завсегдатаи таверны, выгнанные под дождь, вполголоса ворчали. Большинство из них надеялось найти здесь убежище и уж никак не ожидали такой наглости. Впрочем, наличие суровых солдат, вооруженных до зубов как-то сразу снижало весь градус напряженности. Один за другим все расходились, кто в надежде добраться до города, а кто, рассчитывая найти убежище в лесу. По крайней мере, тот щербатый дровосек, тихонько убеждал своих друзей, что знает заброшенное зимовье не так далеко отсюда, где можно неплохо переждать ночь. Учитывая, что вся троица умудрилась прихватить почти все, что у них лежало на столе, включая выпивку и игральные принадлежности, то времяпрепровождение обещало выдаться веселым. Сам дровосек пару раз окликнул Лиса, но тот уже отошел в сторону, изучая нечто интересное.

Чуть в стороне от входа в таверну стояло несколько карет, окруженных стражей. Нормальный человек в такую погоду вряд ли бы сумел разобрать что-либо кроме силуэтов повозок. Но Грэйлон даже среди эльфов вряд ли мог считаться обычным. Его глаза с легкостью разглядели все, что ему нужно, включая гербы на дверях. Понимая, что слишком пристальное наблюдение привлечет внимание охранников, он направился к воротам. Основная часть народу к этому времени уже вышла на дорогу. Несколько человек, включая лесоруба с товарищами и охотников, свернули в лес. Следом за ними в темные заросли нырнул и Лис.

Особо далеко углубляться он не стал. Убедившись, что солдаты теперь вряд ли смогут его разглядеть, да и для магических способов наблюдения он недоступен, эльф тут же развил максимальную скорость, стремясь оббежать таверну по кругу. Мокрые листья хлестали его по лицу. Земля под ногами так и норовила превратиться в каток. Но пока что Лис бежал без особых затруднений. Ему потребовалось чуть больше минуты на то, что бы выйти к задней части таверны. Дождь припустил еще сильнее, окончательно сведя видимость к нулю, но эльфу это было только на руку.

Погодные условия позволили без особых проблем перепрыгнуть забор прямо под носом у расставляемого оцепления и добежать до росшего во дворе раскидистого дуба. В жаркие дни хозяин любил ставить столики в его тени, ну а Лис немного изучив местность, понял, что с одной из его веток крайне удобно прыгать на крышу таверны.

Он успел вовремя. Едва подошва его походных ботинок коснулась черепицы, как под деревом с которого он только что взлетел, появилось два солдата. И судя по основательности, с которой они там встали, эту позицию они заняли вовсе не для перекура. Сам эльф тут же на всякий случай еще раз осмотрелся по сторонам. На крыше никакого поста не выставили, что можно было посчитать халатностью. Впрочем, учитывая, какую ему пришлось проделать работу, он мог смело заявить, что халатностью здесь и не пахло.

Наружный выход чердака, с виду надежно запертый, открылся от легкого толчка и Грэйлон проник внутрь. Лис уже не раз здесь бывал за последние дни, поэтому с легкостью маневрируя между многочисленными коробками и сломанной мебелью, ждавшей своего часа, он проскользнул в дальний угол, где и присел на колени возле массивного сундука. Так же как и наружный замок, запоры сундука открылись на удивление легко. Эльф поднял крышку и планомерно принялся извлекать наружу ряд предметов, в свое время надежно упрятанных до своего часа. Два арбалета, один легкий и многозарядный, другой потяжелее, но рассчитанный на два выстрела. Две связки болтов, обычные и разрывные. Пара ножей, короткий меч, набор метательных лезвий, несколько магических амулетов ну и неизменный фриал.

По идее все это можно было носить и с собой, но тогда возникал риск привлечь внимание. Натренированный взгляд солдат могло насторожить такое количество весьма специфичного оружия, что автоматически вызвало бы ненужный интерес к персоне Грэя. Не теряя ни секунды, эльф тут же рассовал весь смертоносный инвентарь по своим местам и перешел к следующему этапу.

Еще полгода назад во время планирования операции Грэйлон встретился со старым вором, который за хорошую сумму рассказал немало интересного об этой таверне. Например, что еще тридцать лет назад она являлась самым заурядным воровским и разбойничьим притоном, где любили грабить неосторожных постояльцев. И грабили бы до сих пор, но, увы, нарвались не на тех, кого следует и в итоге пришлось незадачливым разбойничкам отправляться кому в бега, а кому и на виселицу.

Но эти подробности Грэя не интересовали. А вот схема потайных ходов сразу привлекла его внимание. Осторожно перебравшись на нужное место, он внимательно прислушался. В Обители ему пришлось три года тренировать свой слух, что бы вычленять даже слабое дыхание притаившейся за дверью засады. Убедившись, что его никто не поджидает, он осторожно приподнял скрытый люк. Перед ним открылся проем, ведущий с чердака в одну из комнат. Причем Лис даже знал какую. Именно эту комнату он занимал последние несколько дней, якобы проводя дни в праздности и безделье, а ночи заполняя сумасшедшими постельными страстями с Авитой. Непроизвольно он даже втянул воздух в легкие, наслаждаясь все еще царящим в воздухе ароматом её цветочных духов. Но времени и так оставалось не так много, и Грэй подошел к входной двери, где встал на колени.

В отличие от люка в потолке, небольшую дырку у низа двери он прорезал лично своими руками. И потребовалось немало уловок, что бы скрыть от девушки свои действия. Вытащив затычку, скрывавшую прорезанное место, эльф просунул в дыру небольшое зеркало, дабы изучить коридор. И тут же одернул руку назад, поскольку буквально в десятке шагов у выхода на лестницу, освещенного тусклым фонарем, стоял один из приехавших солдат. Похоже, что вновь прибывшие серьезно относились к своей безопасности.

Грэю не составило бы никаких усилий броском ножа убить этого стражника. Но пролетом ниже могли стоять его коллеги. Оставалось только одно, заставить этого охранника подойти к нему, при этом не поднимая тревоги. План на подобный случай он уже разрабатывал, поэтому тут же приступил к его осуществлению. Зеркало вновь было с осторожностью помещено в щель, после чего эльф достал фриал. Несколько секунд он поджидал момента, когда стражник повернется боком, после чего, зажмурившись буквально на мгновение, выдал не очень сильную вспышку света.

Наверное, нет другой такой вещи, которая подавала бы столько ложных сигналов, порождая множество мифов, легенд и страхов, как боковое зрение. Вещи, замеченные краем глаза, кажутся нереальными. А то, что очень часто в том месте, где казалось что-то мелькало, на самом деле ничего не оказывалось, автоматически делало это явление не очень заслуживающим доверия. Так случилось и в этот раз. Увидь стражник вспышку прямо перед своими глазами, он бы скорей всего тут же поднял тревогу. Но периферийному зрению, зная все его трюки, мало кто доверяет. Грэйлон это хорошо знал, поэтому почти ничем не рисковал.

Как и следовало ожидать, недоуменный солдат уставился во тьму, пытаясь понять, не причудилось ли ему. Объявлять тревогу, осознавая, что тебя могут поднять на смех из-за того, что в темноте что-то померещилось, не хотелось. Но чувство долга требовало пойти и проверить. Поскольку подозрительное место находилось в каком-то десятке шагов, стражник не выдержал. И тут же вынув меч из ножен, медленно и осторожно направился к подозрительной двери.

Грэй к этому моменту уже убрал зеркало и, прижавшись к стене, на слух определял местонахождение противника. Пять шагов, вот уже четыре, три, а вот он уже подошел к двери и тихонечко сопит, пытаясь обнаружить источник света. Дырку тот нашел почти сразу и Лис напрягся. Осмелится ли стражник войти внутрь или бросится за подмогой, от этого зависело, как поступать ему. Стражник осмелился и легким толчком отворил дверь, и эльфу оставалось только ждать, когда тот сделает первый шаг.

Охранник не прожил и секунды. Едва он переступил порог, как ему на шею упала легкая и прочная удавка, до этого притворявшаяся обычным веревочным браслетом на руке. Конечно удушение вовсе не легкий процесс, но у Лиса к этому времени набрался неплохой опыт. Одним рывком он сломал стражнику шею, после чего аккуратно придержал тело, не давая ему упасть на пол. Подтащив его к ближайшей кровати, он запихнул труп под нее и выбежал в коридор.

Проверив при помощи зеркала лестницу и убедившись, что на ней никого нет, он тут же побежал дальше. В этом крыле находилось несколько маленьких комнатушек, не обладавших особыми удобствами. Зато в них с большим удовольствием селились те, кому не хватало денег на полноценную комнату. А спать в общем зале не особо хотелось. Грэю требовалась третья, если считать от лестницы.

Ворвавшись внутрь, он перевернул ветхую лежанку заменяющую кровать. Сдвинув пару досок, которыми был оббит пол, он сразу нащупал кольцо и, потянув за него, открыл крышку очередного люка. Несколько секунд ушло на то, что бы замаскировать все следы своего присутствия, после чего Лис устремился внутрь. Короткая лесенка привела его в еще более скромное помещение, чем то, он только что оставил. В одном из углов виднелся еще один проход, ведущий вниз, но эльфа сейчас интересовала именно эта комната. Подойдя к нужной ему стене, он вынул из нее небольшую пробку. Открывшееся отверстие дало ему возможность изучить внутренний зал таверны во всей красе, не будучи замеченным.

А уж глянуть, учитывая специфику работы Лиса, там было на что. Посреди не очень большого зала стоял круглый стол, за которым сейчас сидело шесть человек. И каждого из них эльф знал довольно неплохо, правда, заочно. Во главе стола, если конечно можно было так сказать, сидел довольно крепкий седовласый мужчина. Тевон Луб, знаменитый тем, что, будучи еще в совсем небольших чинах, сумел возглавить орду паникеров и дезертиров, и спасти ситуацию в Маковой Долине. Сейчас он умудрился дослужиться до маршала и командовал всеми Вооруженными Силами Альянса. А судя по тому, что Лис сейчас видел, попутно исполнял роль посла от Союза. Сидящий рядом с ним Флерий Раго, так же занимал весьма высокие чины в Объединенной Армии. Уже один тот факт, что он занимался координацией действий всех армейских магов, не будучи последним, должен был насторожить любого. А по некоторым сведениям он обладал достаточно большим влиянием на руководство Альянса.

Напротив двух столь примечательных людей сидело четверо, обладавших гораздо меньших влиянием, но все же не менее интересных. Благородный король Зуперис Ильфотанский, правительница горного Гаривана леди Лаина и граф Мулкон Лебонский. Территории данной троицы правителей не отличались особыми размерами или ценными рудами. Зато они граничили с эльфийскими землями, и мало того, все три правителя отказывались враждовать со своими остроухими соседями. В течение долгих лет они умудрялись вести торговлю и даже быть посредниками в переговорах или обмене пленными. Естественно три столь уникальные территории, не могли не заинтересовать Альянс. Ведь как заманчиво провести свои армии через нейтральные территории да ударить прямо в тыл ничего не подозревающим и ненавистным остроухим.

Четвертый из присутствующих, мелкий седовласый старичок с суровым взглядом, правитель Витерии, король Перджем Пятый не мог похвастаться столь примечательными соседями. Но зато что через его владения проходили сразу две дороги, по которым путь до владений Стального Кота сокращался дней на десять. Так же это позволяло обойтись без напряженных переходов через Маковую Долину, в которую отныне, памятуя о судьбе третьей армии, мало какое войско решалось войти.

— ... условия нас не устраивают, — донеслось до ушей Лиса высказывание Мулкона. — Вы что, думаете, нас так легко купить?!

— Тот факт, что вы все собрались здесь, уже указывает на то, что вы готовы продаться, — бесцеремонно и совсем недипломатично ответил Тевон. — Речь ведь идет лишь о цене.

— Да я после таких слов! — вспылил Зуперис, но тут же был остановлен Перджем.

— Может и мне дадут, наконец, слово? — пробурчал старик. — А то я устал слушать этот детский лепет!

— Мы слушаем вас, — одновременно произнесли Тевон и Лаина. Остальные правители и Флерий молча выразили свое согласие.

— Начну с насущного. А какие у нас будут гарантии того, что у вас и на этот раз все получится?

— Моего слова хватит? — поинтересовался маршал.

— Боюсь, этого мало. Для начала обратимся к истории, — старик ненадолго задумался, подбирая слова. — За последние двадцать семь лет Альянс создал уже девять объединенных армий, каждый раз обещая сокрушение ненавистных остроухих. Вот только пока что дальше слов не идет. — Пердж откинулся в своем кресле и весьма ехидным тоном продолжил. — Начнем с Первой армии. Множество красивых слов о мести за принцессу Пелиану, а на деле собрали двадцатитысячное ополчение, которое сгинуло где-то в болтах, так и не дойдя до эльфийских земель. Вторая армия, здесь все выглядит гораздо лучше. Половина её полегла при штурме границы, но в итоге пару городов удалось разграбить. Правда, сами остроухие потом провели весьма суровый ответный рейд, уничтожив дотла почти с десяток городов и три десятка замков.

— Вот об этом мы и ведем речь, — мрачно добавила Лаина.

— Третья армия, — хмыкнул старый король. — Ну, Маковую Долину все помнят, тем более тут у нас и живой свидетель творившегося там имеется.

— Роковая случайность, — вновь кратко ответил Тевон.

— Возможно, но нам от этого не легче. Четвертая армия большей частью сгинула, штурмуя непреодолимое Троллье Ухо, и разбив лоб о Золотую Стену. Пятая армия вновь даже не дошла до поля боя, брошенная на подавления крестьянских волнений. Очень разумный ход, подавлять бунт солдатами, набранными из этих же деревень. В итоге вам пришлось собирать дружины и нанимать наемников, дабы усмирить уже разбушевавшуюся армию. Шестая армия вновь безуспешно долбиться об Золотую Стену. И при этом, как мне помнится, возглавляли её именно вы.

— Вы не ошибаетесь, — маршал по-прежнему не проявлял эмоций.

— Это хорошо. Кстати Седьмая армия, которою вам так же пришлось возглавить, почему-то благополучно погибла в том же самом месте.

— Мы были вынуждены отступить, — вкрадчиво вступил в дискуссию Флерий. — Потери составили меньше трети. Просто узнав о появлении в тех местах самого Карнэла Потрошителя, армию моментально охватила эпидемия дезертирства, пришлось уходить И Восьмую армию мы формировали уже на основе Седьмой.

— В любом случае результат нулевой. В отличии от той же Восьмой армии, которая не полезла в глупое ущелье, а вновь повторила рейд, проведенный Второй армией. И надо же, она же потом перехватила и остановила эльфийскую армию, отправленную в возмездие. Правда, ту возглавлял Кровавый Демон Ариус и доблестная Объединенная Армия прекратила свое существование. Конечно, эльфов потрепало так же весьма сильно и от дальнейшего похода они отказались. Но в любом случае Восьмая армия принесла неплохую добычу.

— То-то в тот год вы в основном расплачивались эльфийским золотом, — пробурчал Зуперис. — Хотя я удивлен, как его удалось утащить, имея Кровавого Демона за плечами.

Грэйлон довольно хмыкнул, услышав упоминание о своем отчиме и "добром" дядюшке-наставнике. Похоже, что их авторитет простирался весьма далеко. Куда дальше родных кланов.

— Ну и последняя армии, Девятая. И что мы можем видеть? И вновь безуспешное бодание с Золотой Стеной. Такое ощущение, что вам там медом намазано. Почти половина армий погибла, пытаясь прорвать оборону какого-то жалкого ущелья.

— Жалкого? — удивленно поднял бровь Тевон, наконец, проявив хоть какие-то эмоции. — Эта крепость единственная защищающая данный участок границы. Дорога единственная, но прорви мы её, и земли остроухих будут у нас как на ладони. Им даже нечем будет отбиться, поскольку основные их силы сосредоточены к северу и югу. Это будет все равно, что поиметь деревенскую девчонку зажав её в сарае.

— Вот только у девчонки в юбках спрятан нож, которым она вполне неплохо управляется, — парировал Пердж. — И, насколько мне известно, Десятую армию вы так же собираетесь бросить на штурм Тролльего Уха. После четырех поражений возможность победы выглядит чем-то эфемерным.

— Последние два штурма на самом деле являлись всего лишь проверкой обороноспособности остроухих, — вновь взял слово Флерий. — Теперь мы знаем их слабые места и...

— И что? Откуда мне знать, что вы выявили всё? Откуда мне знать, что у остроухих ничего не припасено в рукаве?

— После такого подробного рассказа, — возмущенным голосом буркнул Мулкон. — Я вообще жалею, что сюда приехал.

— А теперь слушайте меня, — голос Тевона налился свинцовой тяжестью, заставив четверку лордов прижаться к своим сидениям. Пердж правда попытался ответить возмущенным взглядом, но особого эффекта это не принесло. — В настоящий момент наши шансы сокрушить остроухих велики как никогда. Еще во времена моей молодости пределом мечтаний являлась возможность хоть немного пограбить пограничные области. Зато сейчас мы можем смело выставлять армии, сравнимые по численности. У нас появились возможности, о которых мы даже не смели и мечтать.

— Одной армии маловато будет, сокрушить такую могучую империю, — скептически отозвался Зуперис.

— А где вы видите империю? — хмыкнул маршал. — Так называемый Император правит лишь столицей и окрестными землями. Кланы подчиняются ему лишь номинально. Тот же Ариус выполняет его приказы лишь от того, что любит воевать. Остальные предпочитают решать только собственные проблемы. И даже договорись они о взаимопомощи, в случае реальной угрозы каждый будет сам за себя. В этом, кстати, и состоит наш план. Через ваши земли пройдут лишь части основной армии, но подвергнув остроухих серии мощных атак, мы заставим их думать, что именно на их участке и приходится главный удар. В таком случае Золотая Стена вряд ли получит подкрепления от своих соседей, что нам только на руку.

Четверка правителей молчала, погруженная в свои мысли. Замолчал и маршал со своим помощником. Грэйлон тем временем пользуясь затишьем, неторопливо обозревал помещение. Десяток солдат, разогнавших посетителей, все так же возглавляемый суровым командиром находился здесь же, заняв позиции у окон и дверей. По прикидкам Лиса снаружи находилось еще не меньше двадцати стражников. Но главную опасность в любом случае представляли волшебники. Последние в количестве пяти штук стояли как раз за спинами своих хозяев. Элита среди телохранителей, способные поразить всякого злоумышленника и защитить своего хозяина от любых угроз.

Грэйлон знал только о трех, остальные так и оставались для него безымянными. Сразу за Перджем находился Чион Прожигатель. Весьма сильный эксперт по огненной магии. Текив Повелитель Сетей прибыл вместе с Лаиной. С виду ничем не примечательный юноша с мечтательным лицом представлял собой немалую угрозу. Но взгляд Грэйлона приковала Авита. С суровым лицом подобно королеве льдов, она ничуть не напоминала тот ураган страстей, который эльфу пришлось испытать еще прошлой ночью. Красивая девушка, а еще один из самых опытных менталистов, состоящих на службе у Флерия. Интересно, знает ли она о том, что в её сканирующем пологе, который девушка с таким усердием незаметно возводила в течение последней недели, один хитрый эльф проделал несколько небольших, но все-таки весьма основательных дыр.

Если Авита сумела понять, кто такой скромный дворянин и профессиональный обольститель, скрывающийся под прозвищем Лис, то ему сейчас возможно не поздоровится. Но пока все шло по плану, и Грэй осторожно зарядил большой арбалет парочкой особых болтов, которые лежали отдельно от всех.

— Я готова озвучить свои требования, — внезапно удивив всех, произнесла Лаина.

— Слушаю, — маршал вновь перешел на односложные выражения.

— Тридцать процентов добычи, захваченной теми силами, которые я пропущу через свои земли.

— А слухи не лгали, — неопределенно хмыкнул Флерий. — Остроухие и вправду свернули всю торговлю с вами.

— Мое следующее требование, — правительница Гаривана проигнорировала выпад в свой адрес. — Обеспечить нам безопасность. У меня на границе с эльфами стоит восемь крепостей, в которых находится большая часть нашей армии. Если вы наполните их своими людьми, то тем самым дадите нам возможность, собрав все силы в кулак, отразить потенциальный ответный выпад.

— Серьезные требования, — уважительно склонил голову Тевон. — Но возможно я сумею предложить нечто лучшее...

Что именно он хотел предложить, так и осталось для Грэйлона загадкой. Одно из окон вдруг разлетелось вдребезги, и внутрь залы влетела стрела, пригвоздив мага Мулкона прямо к стенке. Операция, наконец, началась.


* * *

— Засада! — взвизгнул Мулкон, пораженный гибелью своего телохранителя. Один из солдат неосторожно поспешил высунуться в разбитое окно, но тут же свалился со стрелой в горле. Через мгновение упал и еще один из стражников. Четвертым упал сам Мулкон, который вместо того, что бы уйти с линии огня, так и остался стоять на месте, призывая своих людей.

Лорды тем временем, забыв про свою дворянскую спесь, усиленно прятались за предметами мебели. Больше всех растерялась Авита. Волшебница, отвечавшая за безопасность, никак не могла понять, откуда взялись враги, если её сила показывала абсолютную пустоту вокруг. Через секунду Флесий и Тевон прижали её к полу, а сами поспешили передислоцироваться к ближайшему окну. Точнее попытались это сделать.

Грэйлон к этому моменту уже с минуту держал их на прицеле и не мог не воспользоваться ситуацией. Два болта, вылетев один за другим, вонзились представителям Альянса прямо между лопаток. Правда, вместо того, что бы пробить одежду, доспех и нанести серьезные внутренние повреждения, оба снаряда с тихим звоном рассыпались на мириады осколков. А маршал и его заместитель аккуратно повалились на пол, где по расчетам Лиса и должны были проваляться часа два.

Выведя таким образом часть командования из игры, эльф волей неволей обратил на себя внимание. Первым на место, откуда вылетели стрелы, обратил внимания маг Зупериса. Он же и получил следующую стрелу прямо в горло. Следом разрывной заряд в буквальном смысле разнес голову Перджу. Недоуменный Чион, до этого фактически своим телом прикрывавший короля от стрел из окна, растеряно оглянулся. Тот факт, что его хозяин потерял голову, невероятно разозлил мага. И через секунду по комнате пронеслись два огромных огненных шара, правда, по счастью вовсе не в сторону Грэйлона.

Огонь аккуратно проделал в стене пару проемов, и весьма неаккуратно поджег одну из карет, среди которых, похоже, и скрывался стрелок. Положение становилось опасным, и Лис пошел на крайние меры. Сквозь щель в зал полетели три дымовые гранаты, и в то же мгновение стена, скрывавшая эльфа, разлетелась на куски. Сквозь обломки, сметая все на своем пути, пролетела сияющая паутина. Дерево, камень, железные гвозди, все, что попадалось у нее на пути, моментально оказывалось разрезанным на несколько частей. Правда Грэя она не задела, поскольку к этому моменту он летел вниз по туннелю.

В долю секунды он выбил плечом неприметную дверцу, покинув таким образом потайное укрытие и переместившись в зал. Рубанув клинком подвернувшегося под руку опешившего стражника, эльф, присев на колено, выпускал болт за болтом по мечущимся в дыму теням. По странному совпадению последняя стрела вылетела одновременно с мощным порывом ветра, разогнавшем весь дым. Быстро окинув взглядом поле боя, Грэй недовольно поморщился.

На полу, пробитые болтами лежало пятеро стражников, Чион и Зуперис. Чуть в стороне Лис разглядел Авиту, лежащую неподвижно в окровавленном платье. На ногах оставалось полдюжины солдат, уползающая в сторону выхода Лаина и стоящий прямо перед Лисом, весьма мрачный Повелитель Сетей. Их взгляды соприкоснулись, после чего в руках у волшебника словно сама собой начала расти огромная паутина. Грэй напрягся, поскольку слышал об этом заклинании. Тонкие воздушные потоки, которым придали вид нити, объединены в огромную паутину, от которой крайне сложно увернуться. Особенно если она начинает занимать большую часть помещения.

Текив бросил на эльфа взгляд, исполненный превосходством, и в ту же секунду его паутина растаяла как дым, а горло волшебника захлестнула петля. Маг тут же схватился за горло, пытаясь не дать удушить себя и перерезать её заклинанием, но мощный рывок заставил струну впиться в горло, перерезав его. Солдаты недоуменно смотрели на то, как бездарно погиб последний из волшебников, после чего перевели взгляд на стоящего за его спиной менестреля. Последний весьма флегматично отбросил струну и, подобрав валявшийся под ногами клинок, тут же отсек Текиву голову. Последнее явно попахивало перебором, но Грэй хорошо помнил о том, что даже мертвые волшебники способны на немалые сюрпризы.

Оставшиеся стражники на мгновение растерялись, и эта заминка стала для них роковой. По-прежнему не проявляя никаких эмоций, певец крутанул трофейным клинком и бросился в атаку. Численное преимущество противника его не особо смущало. Один из стражников попытался было атаковать Грэя, но получил метательный нож в глаз, после чего весьма неаккуратно шлепнулся на пол.

Прежде чем стражники успели что-то сообразить, менестрель на ходу срубил двоих из них. Третий получил болт в шею от успевшего перезарядить свой арбалет Грэйлона. На этом Лис потерял весь интерес к битве. Оставшиеся два солдата не составляли для Кориэла особой проблемы, а вот попытку Лаины покинуть помещение следовало пресечь. Правительница Гаривана уже находилась возле проделанного магом пролома, когда меткий арбалетный выстрел прервал ее путь. На этом Лис не остановился. Несмотря на то, что болты он сам лично пропитал мощным ядом, рисковать в данном случае он не имел права.

Женщина была еще жива, когда эльф хладнокровно перерезал ей горло, после чего обернувшись, убедился, что певец уже закончил свою работу. Из соседнего помещения, правда, доносился шум, из которого следовало, что часть оцепления, выжившее под обстрелом, пытается укрыться внутри таверны.

— Талиен жив? — на ходу поинтересовался Грэй, перезаряжая арбалеты.

— А что ему сделается? — невозмутимо ответил певец. — Ты же знаешь, что по части поиска безопасных укрытий ему равных нет.

— Тогда надо добить оставшихся.

Таланту менестреля можно было позавидовать. Так, например, он не только сумел весьма ловко выбраться из запетой кладовой и незаметно проникнуть в зал переговоров. Но он еще и умудрился заблокировать входную дверь, лишив таким образом собравшихся внутри надежды на подкрепления. Конечно, стражники могли попытаться обойти дом и проникнуть через пробитые стены. Но, учитывая наличие весьма хорошего стрелка, данный способ выглядел весьма проблематичным.

— Лис! — раздался из-за спины хорошо знакомый голос. Грэйлон обернулся и поморщился. Несмотря на пробитые отравленными болтами плечо и живот, Авита сумела подняться на ноги и теперь с залитым слезами лицом пыталась идти в сторону эльфа. — Все-таки ты оказался одним из них... — Слабым голосом произнесла волшебница.

— Значит, ты догадывалась, — Грэй слегка удивился.

— Подозревала... Но мне так хотелось, что бы ты оказался настоящим... Наверное поэтому я и забыла о своем долге...

— Мне пришлось очень постараться, что бы ты про него забыла, — эльф недовольно смотрел на то, как девушка, спотыкаясь и с трудом удерживая равновесие, пыталась подойти к нему.

— И значит, я для тебя ничего не значу? — голубые глаза маняще сверкнули, вызывая у Грэйлона странное море чувств.

— Я тебя ненавижу, — внезапно прошептал Лис. — Ненавижу за то, что ты смеешь быть похоже на неё!

Авита удивленно посмотрела на своего отныне бывшего любовника и тут же вскинула руки, но Грэй оказался быстрее. Разрывная стрела вонзилась девушке прямо между глаз. Обычно такие стрелы оставляли на месте попадания лишь кровавое месиво, но эта оказалась с изъяном и вся сила, выброшенная ей, ушла узким пучком вперед. В результате этого, голова волшебницы оказалась расколотой пополам. Лиса передернуло, поскольку даже оказавшиеся по отдельности глаза, казалось, смотрели на него с немым укором. Впервые за время проведения операции он оказался не в своей тарелке. Требовалось разрядиться, и он знал, как это сделать.

К этому моменту в дверь уже вломились, и едва Кориэл сорвал засов, как внутрь влетел один из стражников, впрочем, тут же напоровшийся на меч. Второй оказался умнее и отпрыгнул назад, намереваясь предупредить своих соратников, поэтому здесь пришлось поработать арбалету Грэя. Остальные солдаты, числом около десяти, столпились в противоположном конце зала, где усиленно пытались подловить неведомого стрелка. Несколько трупов, лежащих на полу, показывали, что дела у них шли неважно. А уж появление противника с тыла изрядно подпортило им положение.

Оба эльфа открыли стрельбу буквально сходу, правда, поскольку боекомплект Кориэла ограничивался двумя выстрелами, то певцу пришлось стать прикрытием Грэйлона. Тем более в ближнем бою он показывал значительно лучший результат, чем на расстоянии. Стражники тут же развернулись навстречу новой угрозе, но в спину им уже летели стрелы и с улицы. Попав между двух огней, телохранители уже мертвых правителей разом потеряли все шансы на победу. Фактически с этого момента началась бойня...


* * *

Разобравшись со стражниками, эльфы продолжили свой кровавый путь. Требовалось избавиться от свидетелей, которыми являлись служащие таверны, и Грэй с Кориэлом приступили к грязной работе. Пришлось прирезать хозяина таверны и его четырех служанок, так восхищавшиеся Кориэлом. Менестрель даже вздохнул, раз за разом опуская меч на ни в чем не повинные головы. Пришлось убить жену хозяина, её сестру и еще одну дальнюю родственницу, работавшую на кухне. Пришлось убить троих детей и одного их товарища, накануне пришедшего в гости и оставшегося на ночлег. Пара слуг, работавших на конюшне, так же не избежали печальной участи. Последним убили племянника хозяина, который спрятался в погребе в надежде, что его не найдут. Увы, но Грэй с Кориэлом хорошо запомнили, сколько всего постоянного народу обитает в этой таверне, поэтому не пропустили никого. Так же обыск позволил найти пару стражников, пытавшихся через крышу зайти к Талиену с тыла но, увы, слишком поздно осознавших, что уже проиграли.

Через полчаса после начала сражения в здании из живых кроме пары эльфов оставались только Тевон и Флерий, да и те в данный момент видели красивые сказочные сны, навеянные колдовством эльфов. Лис как раз вернулся проверить состояние их тел, застав там стоящего в обличии охотника Талиена. Грустный стрелок собирал выпущенные им стрелы.

— Вы в порядке? — даже не подняв в головы, спросил он.

— Пара царапин у каждого, — отмахнулся Грэйлон, стараясь не смотреть в сторону тела Авиты. — Учитывая, что им досталось немного больше, можно даже назвать это чистой победой.

— Значит, мы, наконец, сможем вернуться домой, — Лис ухмыльнулся. Если им с Кориэлом пришлось примерно месяц блуждать по округе, дабы создать имидж пары богатеньких и ищущих приключений бродяг, то лучник почти полгода прожил в здешних местах. Знай они о том, когда и где случится встреча, то скорей всего не пришлось бы прилагать столько усилий. Но, увы, Трай назвал им лишь примерный район, который и пришлось прочесать вдоль и поперек, пытаясь отыскать нужное место. И это им еще повезло, что встреча состоялась.

— Вернемся, куда мы денемся. Отдохнем и с новыми силами за работу.

— И все-таки мне кажется, что все быстро поймут, что эта история шита белыми нитками, — Талиен кивнул на тела маршала с его заместителем. — Вряд ли кто поверит, что бойню организовали именно они, а не кто-то с нашей стороны.

— Этим пускай Трай занимается, — отмахнулся Лис. — Как раз по его части. Если уж хочешь знать мое мнение, то все у нас получится. После того, как в этих странах узнают, что выжили только представители Альянса, которым несговорчивость этой четверки поперек горла стояла, то тут уже неважно будет, насколько достоверным выйдет покушение. Им просто никто не поверит, да и на любую попытку продолжить переговоры отреагируют весьма косыми взглядами. Пока суть да дело, несколько лет спокойных у нас будет.

— Спокойных, не спокойных, — вяло произнес появившийся на поле боя Кориэл. — В любом случае без работы мы не останемся. Хотя, если мне и дальше будет позволено работать в любимом обличии, то я особо и не возражаю. — С этими словами он приступил к наматыванию брошенной на пол удавки себе на руку. Увы, но обыскивающие певца солдаты даже подумать не могли, что струны лютни так же могут оказаться серьезным оружием.

— В таком случае уходим, — скомандовал Грэй. — Встречаемся у перекрестка, я вас догоню.

— Ты остаешься? — удивился Талиен.

— Мне надо забрать пару своих вещей, поэтому не буду вас задерживать.

Дождавшись момента, когда напарники уйдут в дождь, Лис развернулся и подошел к телу Авиты. Стараясь не глядеть на её изуродованное лицо, он прикоснулся к холодному телу рукой. Несколько секунд он сидел и в голове одна за другой всплывали картины предыдущих жарких ночей. Вспоминал, как они гуляли вдоль речки, собирая ягоды, а он хвалился своей ловкостью, на лету разрезая слепней пополам. Мысли текли неспешно одна за другой. Грэй настолько ушел в себя, что даже не услышал шагов за спиной, и вздрогнул лишь когда услышал голос.

— А все-таки она для тебя много значила, — Лис оглянулся. На лице Кориэла как обычно отражался положенный минимум эмоций, хотя в глазах светилось сочувствие.

— Много, но все же недостаточно, — эльф, наконец, нашел в себе силы встать и отвернуться.

— По-моему скажи хоть слово, и она пошла бы за тобой даже на край света.

-Я знаю, — Грэйлон вновь вздохнул и зашагал к выходу. — Я это очень хорошо знаю. Но... — Он посмотрел на менестреля. — Она так похожа на Пелиану, но все-таки это не она...

На этом разговоры закончились. Оба эльфа уходили все дальше и дальше, оставляя за спиной здание, заполненное смертью...


* * *

Так хорошо знакомое Лису судно, на котором за последние тридцать лет ему пришлось исходить немало мест, медленно и неторопливо плыло вниз по течению. Гребцы экономили силы, и их работу выполняло течение и легкий ветерок. За то время, пока Грэй выполнял свою работу, капитан как обычно успел неплохо поторговать. Причем сделка вышла настолько удачной, что по её итогам на радостях он выставил своей команде несколько ящиков хорошего вина. И в данный момент Лис, стоя на палубе, флегматично распивал одну из этих бутылок на пару Йорлиндионом.

Боцман как обычно отличался повышенным содержанием шрамов на своем теле, полученных по его словам в результате одной магической битвы, сопровождаемой проклятиями. А так же на удивление весьма меланхоличным настроением.

— Знаешь, что плохого в долго жизни? — внезапно задал он вопрос Лису. — То, что ты можешь видеть, как все вокруг тебя катится в огромную черную дыру, откуда нет выхода. И что самое паршивое, ты ничего не можешь сделать при этом.

— Ты о чем? — насторожился эльф.

— Я ношусь по этой, проклятой всеми орками реке уже свыше тысячи лет и, к сожалению, слишком многое подмечаю. Тысячу лет назад нас встречали на берегу бородатые варвары, закутанные в шкуры. Несли нам те же шкуры, а так же подобранные с земли драгоценные камни. А мы им в обмен бусы и амулеты от насморка. Пятьсот лет назад, эти варвары требовали от нас оружие и доспехи. А сейчас мы приплываем в здоровенный порт и на местном рынке сами закупаемся оружием, сделанным потомками тех самых примитивных дикарей, которые исполняли радостный танец, если им показать зеркало или как можно зажечь огонь на ладони.

— Да уж, они не стояли на месте, — хмыкнул Грэй.

— Вот только слишком много их стало. Я ведь помню, что раньше можно было весь день на берег смотреть и ни дымка, ни огонька. А сейчас поселение за поселением. Знаешь, что меня очень сильно испугало?

— Что?

— Помнишь, пятнадцать лет назад вы высаживались на берегу с отрядом тяжелой пехоты, что бы спалить один замок?

— Мы заложников тогда освобождали, — поправил Грэйлон.

— Неважно, в любом случае вас зажали в одной деревеньке, прижав к берегу. Я тогда с благословения капитана собрал полсотни матросов покрепче и устроил этим смертным персональный ад, ударив в спину. А деревню сожгли дотла.

— Тогда нам пришлось попотеть, — Лис мрачно улыбнулся, вспоминая творившийся тогда хаос.

— Пятнадцать лет прошло, и вот пару дней назад мы прошли мимо этой самой деревни и что ты думаешь? Она вновь там стоит, еще и выросла в размерах в два раза. В то время, как в той битве, я потерял пять человек из команды и новых на их место так и не получил. Вот я и задумался. Если смертные способны с легкостью возместить полученные потери за пятнадцать лет, да еще и удвоить силы, в то время как мы будем только терять, то... То я думаю, что наша раса обречена...

— Ну, не все так плохо, — Грэй попытался приободрить товарища. — Для того и существует наша Обитель Дракона и Имперские Ассасины. Этим смертным придется сильно постараться, что бы сокрушить нас. Ну а поскольку отступать нам некуда, то и биться будем в два раза сильнее.

— Есть северный континент, — возразил боцман.

— Насколько мне помнится, нас оттуда уже один раз прогнали. Думаешь, отвоевывать новые земли гораздо легче, чем защищать старые?

— Да нет там толком никого, — печально вздохнул Йорлиндион. — Лет двести назад мне надоела речная жизнь, и я на время устроился в клане Веселых Касаток. Они в последнее время все больше и больше переселяются на острова, уходя из под крыла Империи. Ну и на севере часто бывают. Так сколько я с ними не ходил, так всякий раз на берег выходили бурокожие варвары в шкурах, у которых мы за бусы и амулеты от зубной боли покупали золотые слитки и изделия из кости.

— Считаешь, что если на юге смертные развивались, то на севере орки напротив, деградировали?

— Там до сих пор стоят наши легендарные города, — словно не услышав вопроса, продолжал боцман. — Некоторые из Касаток заявляли, что лично видели Эриолан. Представляешь, это же родовое гнездо нашего клана.

— Я там не был, — скептично возразил Лис. — По мне и Кортаилан вполне на гнездо тянет. Хотя Касатки молодцы, что так часто там бывают.

— Ну, у них есть хорошая причина, — словно призрак к беседующим подошел Трай и, бесцеремонно забрав у Лиса из рук бутылку, отхлебнул из нее. — Они возят туда очень ценные грузы.

— При мне они ничего не возили, — удивился Йорлиндион, насторожено глядя на наставника.

— Ну не в каждом рейсе, но через один точно.

— И что же они возят?

— Людей, — невозмутимо прореагировав на удивленные взгляды, Трай сделал еще пару глотков, после чего продолжил. — Там ведь рядом земли Карнэла. Он-то сам, что бы про него не рассказывали, к людям, по крайней мере тем, кто против него не бунтует, относится нормально. Но вот у него в подчиненных есть несколько неприятных типов, которые под видом несения правосудия устраивают такой геноцид с обращением в рабство, что несчастные смертные просто не знают, что и делать. Это у нас здесь один за другим альянсы как грибы растут, а там, в итоге вышло так, что каждый сам за себя. И бежать особо некуда. Вот они и нашли выход, посылают своих представителей к Касаткам, платят им кругленькую сумму и получают билет в один конец на материк, где ни о каких Перворожденных знать ничего не знают.

— Не знал этого, — удивился боцман и, покачав головой, произнес. — Засиделся я тут, пойду, посмотрю, что там мои охламоны творят. Надеюсь, ничего не подожгли или корабль в кости не спустили.

— И так, мой юный лисеныш, — вкрадчивым голосом начал Трай, косясь в сторону уходящего боцмана. Может, ты мне расскажешь, что так тебя гнетет и тревожит? Отчего твой взгляд так погрустнел и стал смотреть на мир как на что-то богопротивное? Неужели опять я виноват тем, что приказал тебе отправить на тот свет одну дальнюю родственницу твоей покойной возлюбленной?

— Все в порядке, — голосом полным уверенности отозвался Грэй, не сводя взгляда с лица своего наставника. Как он помнил, первые пятнадцать лет мысль о том, что в теле скромного целителя и наставника военной школы скрывается могучий демон, вызывала в теле безумную дрожь. Но постепенно он привык, а со временем даже научился отвечать на многочисленные язвительные замечания. — Я просто выполнил свой долг.

— При этом большую часть обратного пути рыдал, тайно надеясь, что соратники примут это за дождь, — ухмыльнулся демон. — Впрочем, работу ты проделал хорошую. Не идеально, конечно, но по сравнению с предыдущими операциями весьма и весьма неплохо.

— В некоторых местах пришлось импровизировать, — мысленно прокручивая детали, произнес Лис. — Так, например, я не рассчитывал, что Кориэла оставят внутри и еще и запрут. Ему поручалось зачистить тылы, а в итоге Талиену пришлось побегать за двоих. Тут мы сильно рисковали.

— С другой стороны ты успел услышать немало интересных планов, что тоже неплохо.

— Думаешь, теперь они их не изменят? — недоверчиво покачал головой Грэй.

— Изменят, конечно, но у меня есть немало подозрений в какую именно сторону. Все-таки Тевон хотя и является неплохим полководцем, в определенном плане весьма предсказуем. И кстати на будущее, постарайся все же в первую очередь выбивать магов. Это и к Талиену относится. Не будь Повелитель Сетей так сильно зол, мы бы с тобой уже не разговаривали.

— Я учту.

— И постарайся поменьше засматриваться на красоты девушек, с которыми проводишь ночи. Поверь мне, в постели ты разглядишь все гораздо лучше, а на задании нужно смотреть несколько в другую сторону.

— Если бы ты был хоть раз влюблен, то не стал бы такого говорить, — устало отмахнулся Грэй.

— А кто говорит, что я не был? — Трай подмигнул своему ученику. — В свое время меня охватывал такой любовный пожар, что тебе даже не снился.

— Разве демоны могут любить?

— Ну, я тогда фактически еще считался человеком, — собеседник Лиса задумчиво склонил голову. — Скромный такой военный советник в армии одного амбициозного хана. А она оказалась моей военной добычей. Я тогда губу раскатал, дочка князя как-никак. А в итоге через сорок лет, когда она умерла, я, уже будучи императором, повелел поставить ей такой огромный памятник, что половину столицы тень закрывала. Правда, потом во время следующих моих романов я старался удерживать себя в руках, иначе весь город превратился бы в скопище памятников. Это, кстати, тоже в тему негативных последствий бессмертия, о которых говорил наш славный боцман.

— И после такого заявления ты все еще издеваешься надо мной? — брови Грэйлона недоверчиво поползли вверх. — Даже я перестал шутить над Кориэлом после...

— Считай это тоже своего рода тренировкой, — отмахнулся демон. — А то попадешь в компанию с типами еще языкастей меня, будешь хотя бы морально подготовленными.

— Ну, такое еще не скоро случится. Сейчас вернемся в Обитель, отдохнем...

— Отдохнем? — насмешливо ехидно переспросил Трай. — Извини, забыл тебя предупредить. Ни в какую Обитель мы пока возвращаться не будем. У нас, видишь ли, закат эпохи эльфов на носу и я решил, наконец, встретиться с нашим славным Императором и обсудить с ним этот вопрос. Поэтому в данный момент корабль держит курс на столицу.

Услышь эти слова Талиен, он бы устало вздохнул. Сын придворного почему-то чем дальше, тем больше не переносил столицу. Кориэл, напротив, тут же спел бы какую-нибудь балладу, обрадованный тем, что скоро ему предстоит выступать перед изысканной публикой. Грэйлон не отреагировал никак. В настоящий момент он чувствовал себя слишком усталым и разбитым, что бы задавать вопросы. Оставалось лишь ждать следующего дня и того, что он принесет.


Глава 2


Столица, как и положено центру Империи — впечатляла. Удачно расположенная фактически на слиянии Астэлвы и Ликара, притока, весьма далеко ушедшего в варварские земли. Это позволяло при желании быстро и надежно доставить послов от людей прямо в столицу, минуя земли прочих кланов. После чего варвары, обычно впечатленные открывшимся им зрелищем, на протяжении всей своей жизни рассказывали о могуществе эльфийского государства, сумевшего создать такое. И скажи любому из них, что фактически власть Императора распространяется всего на пару тройку конных переходов от Слимахана, то скорей всего посол недоуменно покрутит пальцем у виска.

Грэйлон к этому времени успел с десяток раз побывать в столице, но даже у него захватывало дух при виде исполинского величия. Первое, что бросалось в глаза еще издалека — это гигантские статуи, расставленные вокруг города. Восемь могучих каменных воинов с обнаженными мечами и суровыми лицами словно бы грозили всем потенциальным врагам.

По словам Трая изначально в этом месте стояло несколько скал, которые эльфийские умельцы малость обработали, а затем и добавили пару элементов. Но в любом случае мастерство древних поражало даже сейчас, спустя тысячелетия. Ну а то, что статуи возвышались над крепостной стеной примерно на пять её ростов, добавляло еще больше трепета любому потенциальному наблюдателю.

Сразу за статуями на холмистой равнине и располагался город. Толстая и высокая стена, по мнению многих, могла заставить призадуматься любого захватчика. А ведь таких стен, окружающих город, было аж три штуки. А сразу за стеной начинались дворцы. Жители Слимахана казалось забыли, что значит скромность, и поэтому каждое здание словно стремилось переплюнуть по размеру и сложности архитектуры всех своих соседей. Некоторым это удавалось, но и проигравшие в этой битве выглядели достойно. По крайней мере, в свой первый визит сюда Грэй умудрился потерять свое самообладание и долго смотрел по сторонам с открытым ртом.

Но даже величественные дворцы выглядели жалко по сравнению с обителью Императора. Центральный замок, на чьи стены ушло немало белого кирпича, выглядел творением скорее кондитера, чем архитектора. Он казался воздушным и невесомым, но в то же время от него исходила внутренняя сила, заставлявшая мысленно склонится в уважительном поклоне перед его хозяином.

В общем Слимахан даже не то, чтобы впечатлял, он подчинял себе душу любого смотревшего на него. Место, называемое многими эльфами и даже смертными Центром Земли. Высокое искусство правило здесь бал, но команда Трая хорошо знала и теневую сторону города. Знали они места, где возвышенные чувства отступали перед примитивным инстинктам. Эдакое сочетание не сочетаемого, но эльфы любили подобные парадоксы. Но пока Лис и остальные вынуждены были забыть об излюбленных местах. Их ждала аудиенция у того, кто формально считался главой всех Перворожденных. И не смотря на то, что данный факт был весьма далек от реальности, с этим все равно следовало считаться.

В отличие от большинства посетителей, входивших в замок через центральный ход, четверка эльфов воспользовалась потайным. Грэйлона в свое время изрядно удивил тот факт, что их скромный наставник на самом деле входит в окружение Императора, что и давало ему некоторые привилегии. Впрочем, в замке Лис еще не бывал, хотя и немало слышал о нем. Поэтому наряд Имперских Гвардейцев вызвал лишь легкую улыбку, а не бурную истерику, как у некоторых. Действительно, сложно серьезно относиться к солдатам, чье вооружение состоит из одного единственного копья, а одежда из легкой и короткой юбки. Правда, на шее у стражников висело несколько весьма могучих амулетов, по словам Трая, защищавших надежнее стальной брони. А с копьями гвардейцы могли вытворять такое, что даже такой мастер как Кориэл, вряд ли долго смог продержаться хотя бы против одного.

По узкой спиральной лестнице они поднялись наверх, при этом пару раз дорогу перегораживали даже не двери, а самые настоящие каменные стены. Траю всякий раз приходилось бормотать специальные ключ-заклинания, после которых стена на время словно испарялась, что бы вновь материализоваться, но уже за спинами идущих. Такая безопасность не могла не внушать уважения, хотя Грэй осознал, что уже мысленно продумывает, каким образом он попытался бы проникнуть внутрь, поручи ему убить главу государства.

В конце концов, лестница привела их к маленькой дверке, открыв которую вся команда очутилась в кабинете Императора. По крайней мере, Грэй решил именно так. Сам хозяин кабинета ничуть не удивился такому бесцеремонному вторжению. Видимо на лестнице в придачу ко всем охранным мерам стояла и сигнализация. Троица учеников моментально преклонили колени, учитель, напротив, остался на ногах и ехидно ухмыльнулся. Грэй тем временем краем глаза профессионально изучил помещение. Три шкафа с книгами, пара глобусов, большой чуть ли не посреди комнаты и чуть поменьше, но рельефный — в углу. Два кресла, четыре стула у стены, пара мраморных статуэток, изображавших каких-то странных существ, целиком и полностью состоящих из щупалец. Одна из них при этом плотно обхватила молодую обнаженную девушку, но разглядеть подробности Лис не успел.

Император, наконец, встал из-за стола и вежливым, тихим голосом поприветствовал вошедших. Грэй изрядно удивился. Привыкший к тому, что все его знакомые правители отличались некоей мужественностью, он никак не ожидал, что эльфийский правитель будет выглядеть, как щепка. Высокий и худой он создавал иллюзию того, что любой, даже самый слабый удар переломит его пополам. Именно в эту минуту Грэйлон и осознал тот факт, что он даже не знает имени стоящего перед ним эльфа. На его памяти последнее ни разу нигде не упоминалось.

— Присаживайтесь, — голос Императора казался тихим и сухим, без малейших признаков властности. Пока Грэй подбирал в уме достойную фразу для ответного приветствия, штора закрывавшая дверь на балкон за спиной правителя, распахнулась, и внутрь вошел весьма необычный персонаж. Если правитель был чрезвычайно худ, то этот тип, напротив, являлся, наверное, самым огромным эльфом из тех, кого Грэйлон видел. Сурово глянув на всех присутствующих, здоровяк занял свое место за спиной Императора.

— Все в порядке, Отион, — войдя в помещение, Трай моментально утратил свой цинизм и теперь разговаривал своим обычным заикающимся голосом.

— Не все, — в тон ему ответил Император. — В последнее время что-то неладное творится. Поэтому дополнительная охрана нам не помешает. К тому же я целиком и полностью доверяю ему.

— Как угодно вашему величеству, — вяло отозвался наставник и сел в ближайшее кресло. Ученики, все как один осознав, что до столь серьезной мебели пока не доросли, предпочли стулья.

— Как все прошло? — все тем же тоном поинтересовался правитель.

— Все просто замечательно. Сведения о планируемых переговорах оказались верными, поэтому мы...

— Трай, я знаю, как ты любишь поговорить. Но коли уж ты привел своих учеников, то может, лучше они все расскажут?

— Грэй, тебе слово, — невозмутимо приказал наставник. Лис мысленно ухмыльнулся. По иронии судьбы отчет дали читать ему не потому, что в группе он являлся старшим. Просто Талиен несмотря на то, что фактически рос при дворе, испытывал невероятную робость по отношению к сильным мира сего. Вряд ли Императора удовлетворило бы его блеяние. А Кориэл, напротив, мог говорить хоть до утра, со всеми подробностями и просто фантасмагорическими преувеличениями. С его умением, скромная бойня в трактире превратилась бы в эпическое полотно сражения между силами Добра и Зла. Поэтому, не мудрствуя лукаво, Грэй четко и коротко пересказал все основные аспекты операции.

— Занятно, — без особых эмоций, так что никто, кроме скорей всего Трая даже и не понял, впечатлился правитель докладом или нет. — Так значит, это и есть твои юные самородки?

— Это мои лучшие бойцы, — кивнул в знак согласия учитель. — К сожалению, опыта у них пока маловато, но они стараются.

— Как печально, что Обитель Дракона оказалась в таком незавидном положении. Потерять всех самых лучших воинов. Как, кстати, идет процесс восстановления?

— Не очень хорошо, — грустно отозвался Трай. — Несмотря на то, что мы сейчас берем в ученики втрое больше обычного, потери через чур велики. Половина гибнет уже на первом же задании. Из выживших мы все равно теряем большую часть в последующих миссиях. Из примерно трехсот учеников, прошедших за последнее время, в настоящий момент способны хоть как-то работать не больше тридцати.

— Быть может, тогда следует усилить процесс обучения. Брать еще больше, например, по пятьдесят, по сто за раз.

— Это сильно подорвет нашу учебную программу, — возразил наставник. — Подготовка Имперского ассасина должна проходить строго индивидуально, исходя из физических и душевных качеств обучаемого. Тридцать эльфов за раз — это уже предел, на большее нам просто не хватит учителей.

— Я же присылал вам гвардейских инструкторов, — не преминул напомнить Император. — Из восьми ты отослал назад шестерых.

— Эти шестеро не очень понимали, что именно мне нужно, — по-прежнему грустно парировал Трай. — Они исходили из того, что ученика нужно просто посильнее гонять, пока он не достигнет предела. А мне нужно, что бы он достиг предела в том, к чему был изначально предрасположен.

— Но, несмотря на это, потери все равно чрезвычайно высоки.

— Крыеллы, — буркнул наставник и, увидев недоумение на лице Императора, пояснил. — Особый отряд наемников. Подготовка не хуже, чем в Обители, но специализируются на охране. Тридцать лет назад, когда мы потеряли почти весь отряд, но все-таки устранили принцессу Пелиану, случился небольшой эпизод, когда несколько наших ассасинов погибли от рук этих телохранителей. Слух моментально разошелся по варварским землям и теперь почти каждый правитель держит при себе этих суровых молодцов. Кстати последняя наша операция удалась именно потому, что лорды границы, не привыкшие к действиям с нашей стороны, взяли с собой обычных солдат. А маршал очень сильно понадеялся на мастерство своего мага. Как мы видим, это позволило всего трем моим бойцам устранить отряд, в десятеро превосходящий их по силам.

— А если учесть магов, — неожиданно добавил певец. — То и все пятьдесят.

— К сожалению, таких удачных операций у нас почти и нет, — недовольно посмотрев на певца, продолжил Трай. — С теми силами, что у меня сейчас есть, мы даже не смеем заикнуться об охоте на лидеров Альянса. А отстрел командиров, как мы помним, не всегда приводит к нужному результату. Да и заменяются они легко.

Грэй тут же вспомнил эпизод из битвы в Киранском лесу. Как раз тогда Ариус преследовал обнаглевшую Восьмую Армию и, доказывая свое полководческое мастерство, сумел перерезать им путь. Битва начиналась очень даже неплохо, тем более, как раз тогда ученики Трая сумели вдруг показать, что они хоть чему-то научились и раздобыли схему действий армии людей. Её командующий, маршал Бролис несмотря на то, что действительно отличался неплохими способностями по части стратегии и тактики, являлся жутким педантом и не любил импровизаций. Заполучив его сложные схемы, казалось предусматривающие все действия эльфов, Ариус тут же получил неплохую возможность раз и навсегда проучить жалких смертных.

Увы, но среди штабных нашлась какая-то умная голова, решившая, что для верности следует устранить столь талантливого полководца, поэтому до утра, когда началось сражение, Бролис не дожил. Сражение началось, впрочем, по его схемам и первое время казалось, что все пройдет, как по маслу. Но, увы, его заместитель, весьма тщеславный генерал Круж, не отличался столь изрядной приверженностью к четко составленным планам. И в разгар он боя решил внести небольшую коррективу, отправив кавалерийский отряд глубоко в тыл к эльфам. Это и стало для Ариуса сюрпризом. Прямо в разгар запланированной им контратаки пришлось снимать чуть ли не половину войск и бросать их против проникнувшего в тыл противника.

Героем дня, как ни странно, стал скромный лучник Талиен. Поставленный в качестве наблюдателя на одной из дорог, он умудрился три раза полностью перебить отряды гонцов, посланные к основным силам. Чуть позже прочитав бумаги, что они везли, выяснилось, что командир кавалеристов пытался сообщить Кружу о том, что время настало и эльфов можно сокрушить. Но увы, тот не получив этих донесений посчитал, что операция провалилась и предприняв несколько вялых штурмов позиций Ариуса, предпочел отступить.

Сам эльфийский полководец так же предпочел уйти, поскольку потери оказались намного выше запланированных и если сражение он начинал, исходя из того, что противник превосходил его в три раза, то под конец боя преимущество людей стало уже пятикратным. В следующем сражении Ариус все-таки разбил вражескую армию, но опять-таки с большими потерями, да и уйти удалось многим. Это и привело Грэя к мысли, что убивать вражеских военачальников все же следует с умом.

— Тогда почему бы вам не попросить помощи у других школ? — продолжал задавать вопросы Император. — У тех же Ящериц или Муравьиных Львов?

— У них несколько иная специфика, — в очередной раз возразил Трай. — В их задачу входит поддержка армии. Никто из них не подготовлен к тому, что бы месяцами находится в глубоком тылу, сливаясь с местным окружением. — И с легкой гордостью добавил. — Зато мы их задачи выполнять способны.

— Получается, что мы обречены?

— Если не принять мер, то уже через сотню другую лет варвары захватят все земли западнее Астэлвы. И в течение последующих трехсот-четырехсот все остальное.

— И что ты предлагаешь? — на этот раз Грэйлон уловил какую-то странную нотку в голосе Императора. Трай похоже тоже это заметил.

— В первую очередь я думаю, стоит изменить саму суть Обители дракона, — задумчиво начал он. — Альянс в последнее время разросся настолько, что ассасины фактически ничего не способны сделать. Их не хватает даже на отрубание щупалец, которыми тот обрастает.

— И в какую сторону должно пойти изменение?

— Достаточно лишь чуток сместить акценты, что бы моя школа начала выпуск отличных тактиков. В данный момент нам больше нужны не убийцы, а хорошие командиры, способные побеждать с малыми потерями, причем у пятикратно превосходящего противника. Уже одна эта мера позволит нам продержаться на несколько столетий дольше.

— Я поддерживаю это, — согласился Император. — Что еще?

— Объединить магические гильдии или выделить из них гильдию боевых магов, — начал загибать пальцы Трай. — Войска, конечно, получают неплохую поддержку, но каждый маг — одиночка, чаще всего стремящийся уберечь секреты своей гильдии. А нам нужны полноценные боевые группы, способные выполнить любую, поставленную задачу. Затем усилить оборону границ. Надавить на кланы, а то есть среди них подобные лидеру Безумного ручья. У него на границе находится важнейшая из крепостей, потеря которой приведет к катастрофе, а он сокращает свою армию вдвое. Благо, хоть вашу гвардию он туда пропускает, считая это экономией средств. В идеале нам нужно объединить хотя бы пять-шесть кланов и используя эту силу потрепать Альянс так, что бы он на ближайшую тысячу лет забыл дорогу к нам.

— Объединить кланы? — тяжело вздохнул Император. — Легче гору руками срыть. Большинство лидеров считает меня старым, выжившим из ума маразматиком. Каждый из них видит во сне себя на моем троне и не предпринимает никаких попыток лишь потому, что власть мало захватить, её надо удержать и распространить на всех. Волей неволей я являюсь уравновешивающим центром для всех кланов. Смести меня и тут же начнется такая грызня, что Альянс захватит наши земли за десять лет. Но вот, что смешно, лидеры всех двенадцати кланов это хорошо понимают, поэтому делают вид, что слушаются меня. Но в то же время у меня нет почти никакого влияния на них.

— Есть верные вам вожди, — возразил Трай. — Ариус, Карбей...

— Они поддерживают меня лишь потому, что любят битвы. Но вздумай я использовать их силу против сородичей, как они первые же взбунтуются.

— В любом случае мы не можем сидеть, сложа руки.

— Мы будем биться, — внезапно глаза Императора сверкнули настолько свирепо, что у Грэя побежали мурашки по коже. — Пусть у меня не так много сил, но я покажу этим варварам, насколько может быть острым меч настоящего эльфа. Они узнают, какого это, испытать мой гнев! И пусть я погибну, но мой пример вдохновит потомков и уже они...

— Прошу прощения, Ваше Величество, — Трай настолько бесцеремонно прервал речь правителя, что тот удивленно на него посмотрел. — Но боюсь, мои ученики немного устали с дороги. Если будет на то Ваше соизволение, мы покинем дворец. Чуть позже я предоставлю развернутый доклад с описанием всех мер, что я считаю нужными предпринять.

— Да, идите, — все так же удивленно ответил Император. Трай тут же встал и вежливо поклонился своему правителю. Следом это проделали ученики. Что касается самого правителя, то тот сделал неопределенный жест рукой, что можно было истолковать как соизволение идти. Еще раз поклонившись, но уже безмолвному стражу за спиной Императора, наставник развернулся и открыл потайную дверь. На этой неожиданной ноте и закончилась аудиенция.


* * *

— Скотина! — проворчал Трай, швыряя кинжалы в стену. Грэй с любопытством посмотрел на него. В данный момент они находились в одном из многочисленных дворцов, как ни странно, выделенного под столичный филиал Обители. — Вялая, безвольная скотина! Своих подданных ему, видите ли, жалко! Вот только, если подданным не устроить кровавую порку и не вправить им мозги, варвары в итоге пустят им кровь куда обильней и сильнее.

— Ты про Императора? — поинтересовался Лис у разошедшегося наставника.

— А про кого же еще? Или ты знаешь еще какую-то безвольную скотину, вдруг дорвавшуюся до власти?

— Странно, что он вообще стал Императором, — вставил свое веское слово Кориэл, скромно устроившийся в углу и перебирающий струны лютни. Сидящий рядом Талиен лишь тяжело вздохнул, но промолчал.

— Ну, раньше у него характер был потверже, — задумавшись, начал Трай. — Как-никак один из лучших военачальников Севера. Выиграл множество битв с орками, проиграв всего две. Как ни странно, но те две оказались ключевыми, по итогам которых нашему народу пришлось перебираться с северного материка на малогостеприимный южный. И кстати массовый исход тоже обеспечивал он, за что и был в итоге награжден столь многозначительным титулом. Вот только он до сих пор считает себя виновным в той трагедии, приведшей к массовой гибели Перворожденных, и с тех пор действительно несколько повредился в уме. И что самое обидное, он всерьез готов всех защитить, но не понимает, что с его методами он напротив всех погубит.

— По уму, ему следует передать власть кому-то более для этого подходящему, — вновь заметил Кориэл.

— Ну, я, честно говоря, думаю тоже самое, — согласился с ним Трай. — Только нужно кандидатуру подобрать.

— Заговор? — вопросительно поднял бровь Грэйлон. — Или просто так, просмотр вариантов?

— До аудиенции я действительно лишь изучал варианты. Но сейчас вижу, что положение серьезно. Власть нужно менять и желательно быстро. Другой вопрос, что быстро не получится, и это меня сильно удручает.

— Но покушаться на священную особу, — начал было Талиен, но тут же заработал свирепый взгляд от наставника.

— У некоторых народов и кролики бывают священными, что не мешало мне их есть, особо не опасаясь проклятия. А если уж ты готов защищать своего любезного правителя, то знай следующее. Он готов погибнуть героически и со славой. Я против этого ничего не имею. Вот только он же и все свое окружение на тот свет заберет. Тебе нравится данная перспектива?

— Нет, — вяло ответил лучник.

— Поэтому будет лучше, если мы отправим нашего старика на пенсию, а вместо него посадим кого помоложе, ну и достаточно инициативного.

— А кто вообще имеет право занять трон? — поинтересовался Грэйлон.

— О, тут выбор довольно широк, — оживился наставник. — В свое время даже специально создали свод правил, видимо для того, что бы в случае чего к увлекательной игре "Отбери Трон" вдруг присоединилось много участников. Ну, в первую очередь это родственники нынешнего Императора. Их, поверьте мне, даже в столице через чур много. Затем главы двенадцати кланов. Ну и, наконец, главы Домов, принесших присягу лично Императору. Выбрать из этой каши достойного претендента будет ой как непросто. Впрочем, я могу сразу сказать, ни среди родичей, ни среди глав Домов достойных нет. Точнее парочка есть, но я их пока задвинул в резерв, ибо есть нюансы. Что же касается клановых лидеров, можете сами сыграть в эту увлекательную игру и постараться выбрать достойного.

— Какими требованиями должен обладать кандидат? — задал очередной вопрос Лис.

— В первую очередь ответственный, в меру властолюбивый, но не чересчур. С задатками лидера, это очень важно. Желательно авторитетный, поскольку абы за кем главы кланов не пойдут. Там еще есть много параметров: ум, воля, способность добиваться своего, но не будем уж настолько требовательными.

— Под все эти требования вполне подходит Карнэл, — ухмыльнулся Грэй. — Но мне кажется, это будет не очень хорошей идеей.

— Да помогут нам Боги-Основатели, если этот тип станет Императором, — весело ответил Трай. — Я сам лично против него ничего не имею, но вот только репутация у него пугающая. Я боюсь, что те же варвары либо постараются как можно быстрей разбежаться по округе, дабы избежать его гнева. Или, напротив, все дружно объединятся, лишь бы избавиться от этого Порождения Преисподней.

— Да и остальные кланы посмотрят косо, — добавил Кориэл. — Уж лучше поставить на этот пост Ариуса.

— Он свой клан-то бросил, — возразил Лис. — А тут и подавно оставит корону ради очередной войнушки. А Найлирэль еще недостаточно авторитетна.

— Есть Карбей, — внезапно к диспуту подключился и Талиен. — Весьма хозяйственный, и полководец неплохой.

— Слишком предан нынешнему Императору, — заметил Трай. — Как-никак его ученик. Боюсь, приди мы к нему с таким предложением, он тут же поспешит от нас избавиться. Или отправит своему наставнику в мешках, мол, погляди, какие сволочи против тебя интригуют.

— Я бы исключил еще Гармана, главу Касаток, — вновь взял слово Грэйлон. — Их цель — море и на сушу им откровенно плевать.

— Клан Озерные Сердца, лидер Вирастул, — занудно начал Кориэл. — Чересчур замкнут и агрессивен. Став Императором скорей всего начнет с истребления основных конкурентов. Клан Зеленой Ягоды, лидер Ралишэл. Больше книжник и маг. Интересуется знаниями, к власти относится, как к тяжкому бремени. Давно хочет оставить этот пост, но среди родичей нет ни одного подходящего кандидата.

— Я думаю, если бы такие там нашлись, то в качестве главы клана сейчас прозвучало бы совсем иное имя, — заметил Грэйлон.

— Забильон — лидер Безумного Ручья, — вспомнил еще одно имя Талиен. — Тот, что сократи свою армию вдвое, поскольку ему не хватает денег на строительство очередного чудесного дворца.

— О, этот фанатик красоты и искусства меня когда-нибудь доведет, — согласился с ним Трай. — Заполнил свой двор художниками, музыкантами и поэтам, а всех толковых услал подальше.

— Кто что слышал про Львов Правосудия? — озадаченно спросил менестрель.

— Ничего хорошего, — тут же ответил наставник. — Глава клана больше занят разбиванием сердец очаровательных подданных. Боюсь, императорский двор привлечет его лишь только как возможность обольщать еще и столичных красавиц.

— Дети Заката — фанатики, — продолжил рыться в своих воспоминаниях певец. — Они как раз спихнули в Безумный Ручей всех своих представителей искусства. Мне один знакомый менестрель, сбежавший оттуда, это рассказал. Да и лидер их, Лорид, по-моему, терпит этот мир лишь до поры до времени. Но чуть что, предаст его праведному огню во имя своих богов.

— Еще слышал от Ариуса про главу Небесного Моста, — добавил Грэйлон. — Тот особо не любит вешать ярлыки, но в этом случае он высказался весьма негативно.

— Сиролион действительно эльф, что называется, с гнильцой, — поддержал его наставник. — И заканчивая обсуждения, добавлю, что лидеры Снежных Волков и Когтей Гор так же не отличаются нужными качествами. Что опять приводит нас к мысли, что надо проталкивать вверх — Карнэла.

— А что с теми двумя кандидатами? — поинтересовался Талиен. — Которые в резерве.

— Похоже, что в резерве они пробыли недолго. Первый из них это родной дядя нынешнего Императора, известный как Стеголен Крылатый. Так же великий полководец и победитель орков. Ему даже несколько раз приходилось подменять своего племянника на троне, причины сего уточнять пока не буду. Причем уже тогда большинство признали, что в качестве постоянного правителя он бы устроил всех гораздо больше.

— И в чем состоит проблема?

— Последние несколько столетий он является настоятелем одного из храмов Крылатой Рыси. Несмотря на все попытки вновь вернуть его к светской жизни, предпочитает ей духовную. Боюсь, даже мое личное участие в переговорах не особо прибавит шансов.

— А что со вторым кандидатом? — нахмурился Грэйлон.

— О, с ним куда интереснее, можете мне поверить. Как-никак один из сыновей нынешнего Императора. Если быть более точным, то четырнадцатый сын, известный как Кэллес. И естественно самый молодой, — наставник перевел взгляд на Талиена. — Фактически он одних с тобой лет. Но уже успел неплохо прославиться.

— Вынес котенка из горящего дома? — хмыкнул Лис.

— Почти что. На его совести погашенный Бунт Южных Ворот. Хотя котят вроде он тоже спасал, правда, из речки.

— Я что-то припоминаю, — добавил Талиен. — Это же вроде не так давно было, но почему-то особых разговоров я не слышал. Там еще был задействован Хранитель Южных Врат...

— Ну, из названия бунта и понятно, кто там оказался задействован, — подтвердил Трай. — Кстати, вы, наверное, и не в курсе. Но стража стены и городская стража у нас, как и положено, относятся к различным ведомствам. Городская носится, ловит бандитов, ну или тех, кого ими считает, а настенная еще давным-давно за неведомые заслуги оказалась выделенной в отдельный отряд. Ну, а поскольку последний раз столицу штурмовали разве что пьяные варвары, нечаянно промахнувшиеся мимо ворот и долбящие своими лбами по стенам, то должность сия превратилась в своеобразною синекуру.

— И, небось, её доверяют только всяким именитым вельможам? — поинтересовался Лис.

— Ты попал в точку. Так и на Южных вратах стоял один дальний родич Императора, самый настоящий генерал Истион. Ему пришлось пару раз по молодости повоевать, поэтому он считал, что знает, что такое война и в какой-то момент ему ударило в голову, что охранять ворота дело, конечно, непыльное, но вот сидеть во дворце на троне куда более заманчивое занятие. И он, недолго думая, построил всех своих подчиненных в количестве примерно пятисот бойцов и отдал им приказ идти на дворец.

— И насколько велики были его шансы на успех?

— Я бы так сказал, что если бы он вздумал заключить сделку со мной, шанс, хоть и маленький, у него бы скорей всего появился. А так все вылилось в фарс. Стражники бежали по улицам, большей частью ничего не понимая, но дружно кричали, как им и велели, о наступающей революции. Городская стража, привыкшая иметь дело с ворами и всякими охламонами, просто растерялась от такого зрелища. А тут еще кое-кто из бунтующих решил попутно поправить свое материальное положение и под шумок стал грабить ближайшие дома.

— И причем здесь сын императора?

— Терпение, мой юный друг, сейчас дойдем и до него, — Трай успокаивающе покачал пальцем перед носом Талиена. — У Кэллеса в его юные годы весьма интересные способы увеселения. Вместо балов он предпочитает сидеть по всяким грязным притонам, играть в азартные игры, а на досуге пролезать в дома ряда вельмож, вынося из них раритетные ценности.

— Веселый парень, — одобрительно хмыкнул менестрель.

— И не говори. Ну и так уж случилось, что путь бунтовщиков нечаянно пересекся с данной особой. Точнее, им не повезло, один из мародерских отрядов, отколовшись в сторону, решил срезать путь и наткнулся на таверну, где как раз и сидел Кэллес, занимаясь всякими низкоморальными забавами, как то пьянство и азартные игры. Что там случилось, толком никому неизвестно, но вышел конфликт между представителями бунтовщиков и городского дна. И императорский отпрыск не сплоховал, умудрившись в короткий срок объединить три подвернувшиеся под руку банды и несколько попытавшихся спрятаться в трущобах городских стражников. Чуть позже он пополнил свою грозную армию представителями семейств, чьи дворцы подверглись разграблению, и не мудрствую лукаво, ударил прямо в тыл отважным революционерам. Можно сказать, что это фактически их и спасло, дворцовая гвардия шуток не понимает и обычно шинкует всех прямо на месте. А так полуорганизованная толпа, больше наносила средней степени увечья, благодаря чему число потерь у бунтующих оказалось весьма незначительным. А сразу после того, как удалось оглушить Истиона, все революционеры тут же сложили оружие.

— Такой талант на троне Империи нам бы очень пригодился, — задумался Грэйлон.

— Есть только одно, правда, очень большое "НО". Он слишком молод и неопытен. При определенных усилиях такому таланту не составит труда завоевать авторитет, но все опять же упирается во время. Кроме того, есть риск, что Император уже догадывается, что мы задумали, и будет теперь внимательно следить за каждым нашим шагом.

— А если забрать его в Обитель Дракона и там обучить всему что надо? — внезапно вынес предложение Кориэл.

— Хорошая идея. Я рад, что у нашего певца не только язык хорошо подвешен, но и голова иногда работает, — Трай с довольным лицом встал с кресла и заходил кругами по комнате.

— Но согласится ли Император отдать своего сына в академию? — задумчиво произнес Грэй.

— Эту проблему оставь мне. Я завтра вновь отправлюсь во дворец, на этот раз без вас и обсужу данную проблему. Скорей всего проблем не будет, Император будет только рад выставить своего через чур уж яркого отпрыска из города, дабы больше не слышать историй о его похождениях. Тем более Распределение он еще не проходил. Ну а вам мое задание.

— Какое?! — хором протянула вся троица учеников.

— Постарайтесь проследить за нашим потенциальным кандидатом. Изучите его повадки, постарайтесь понять, что он за личность. С каждого потребую развернутый анализ. В данном вопросе мы не должны ошибиться, — с довольным лицом Трай повернулся и направился к выходу из комнаты, но уже на пороге остановился и обернулся. — И вот еще что, остерегайтесь Отиона. Он беззаветно предан своему хозяину и того, кого он сочтет потенциальной угрозой, скорей всего постарается уничтожить быстро и тихо. Поэтому теперь даже в сортир ходите с оружием. Кто знает, откуда чего ждать.

На этом совещание и закончилось. Грэй задумчиво смотрел вслед демону, пытаясь понять, что же творится у того сейчас в голове. Талиен тяжело вздыхал, осознавая, во что его втянули. Один менестрель беззаботно провел рукой по струнам своей лютни и весьма флегматичным голосом заявил.

— Так вот на что похожи заговоры. Я-то думал это гораздо веселее, а на самом деле такая скука...


* * *

Сидя за грубо сколоченным, но основательным столом таверны, Грэй в очередной раз почувствовал приступ дежа-вю. За последнее время основная часть его жизни была целиком и полностью заполнена заведениями подобного рода. И даже тот факт, что на сей раз отдуваться приходилось менестрелю, его не утешал.

— Глаза Бога, — в своей обычной тягучей манере произнес певец, после чего недолго думая сгреб весь выигрыш в свою сторону. Сидящие напротив эльфы больше частью смотрели на него с подозрением, но пока что оппонент молчал.

— Давно мне не попадался настолько удачливый соперник, — наконец, промолвил Кэллес. — Похоже, что звезды благоволят вам.

— Эти яркие искорки освещающие дорогу в ночи для любого влюбленного, конечно, приносят немало вдохновения, но я впервые слышу о том, что от них можно почерпнуть и толику везения, — в тон оппоненту ответил Кориэл. — С другой стороны, кому как ни тебе разбираться в удаче. Пять драконов подряд, весьма редкое зрелище.

Грэйлон мысленно засмеялся. По иронии судьбы оба игрока жульничали напропалую, и юный отпрыск Императора оказался достойным соперником менестрелю. Правда, опыт, накопленный последним, оказался решающим фактором, и чем дальше, тем яснее становилось, что сегодня Кэллес покинет трущобы с пустыми карманами.

Кстати, само понятие "трущобы" для Слимахана, значительно отличалось от человеческих городов. Внешне они ничем не отличались от самых обычных улиц, но по умолчанию считалось, что порядочный эльф в эти места не пойдет. И это несмотря на то, что сами районы отличались чистотой, да и готовили здесь не хуже, чем в Императорском дворце. Но собирающийся здесь контингент мог отпугнуть любого. Именно таким образом и образовалось городское дно.

Кэллес тем временем сделал новую ставку и тут же выбросил своих любимых драконов. Шестой раз подряд, за что в любом людском заведении ему скорей всего уже переломали бы руки. Но мальчишка был здесь своим, в отличие от приезжего певца, которому на сей раз не повезло с броском. Грэйлон внимательно изучал лицо потенциального императора. Чересчур смазливое, больше напоминавшее девичье. Белокурые локоны усиливали сходство, а манерному взгляду позавидовала бы любая кокетка. Но, тем не менее, он не выглядел чужеродным элементом, напротив, с каждой секундой казалось, что так и должно быть. За последнюю неделю наблюдений Грэйлон осознал, что в тех местах, где появляется этот мальчишка, всякий раз обнаруживается подобный эффект.

— Вам не повезло, господин певец, — весело прокомментировал тот свою победу. — Видать звезды от вас иногда все же отворачиваются.

— Главное, чтобы не отворачивались прекрасные девы, ждущие моей поэмы. А отвернувшиеся звезды я потерплю, — прежде чем сделать очередной ход, менестрель задумчиво погладил свою лютню, после чего высыпал из кармана на стол несколько золотых монет.

Мошенничество в кости совсем не напоминало жульничество в картах. Если в последних требовался цепкий взгляд, ловкость рук и хорошая память (а так же быстрые ноги, что бы удрать, когда раскроют), то для того, что бы заставить повиноваться два весьма шустрых двадцатигранника требовался талант, сравнимый с божественным даром. Нет, конечно, можно было использовать утяжеленные кости или пользоваться магией, но в местах, подобных этому, такие штуки быстро раскрывали, и вот тогда уже действительно ломали руки, подобно своим человеческим коллегам. Но, ни Кориэл, ни Кэллес до такого не опускались. Они-то как раз и владели подобным даром, заставляя костяшки останавливаться там, где им и нужно.

За последние годы менестрель с помощью Трая значительно расширил свои навыки по данной части. Теперь он с легкостью обходился без подпиленных граней, перейдя на новый уровень. Так, например, он мог с легкостью использовать трещины в столе, дабы заставить многогранник катится в нужной плоскости и регулировать силу броска настолько, что бы верхней оказывалась необходимая грань. Впрочем, определенная доля удачи требовалась даже в этом деле, но на последнее певец пожаловаться не мог. Кроме того, опять же Трай научил его психологическому воздействию на соперника. Так, например, Кориэл сорвал три броска мальчишки весьма простым способом, выбивая пальцами на столе легкий но навязчивый ритм, а затем в момент броска резко его меняя, сбивая концентрацию у соперника. Кэллес лишь на четвертый раз понял, в чем дело и больше не попадался.

— Похоже, к нам сегодня привалила гномья удача, — хмыкнул юноша.

— Я читал про гномов, — в тон ему ответил Кориэл. — Как-то мне не хочется, что бы мне благоволили вонючие подземные, ворчливые карлики. Уж лучше вновь поверить в силу звезд.

— Мне доводилось видеть этих коротышек и, поверь мне, они не такие уж вонючие, — намекающе произнес Кэллес и тут же добавил. — Хотя мне кажется, в нашей борьбе не хватает остроты. Почему бы нам не поставить на кон все, что с собой есть?

Серия восхищенных вздохов и шепотков, пронесшаяся по залу, свидетельствовала о том, что поступками этого юноши здесь если не восторгаются, то уж точно не оставляют без внимания.

— А почему бы и нет, — смутить или ошарашить Кориэла пока что мало кому удавалось. — Для менестреля деньги — зло. Они заставляют его забыть про песни и искать низменных наслаждений в виде вина и продажных женщин. А менестрель, забывший о любви, перестает им быть. Я ставлю все.

Народ тут же с интересом обступил столик. Грэй поморщился, ему, сидевшему за соседним столом, сразу же стало сложно продолжать наблюдение. Правда, кое-что он сумел разглядеть. А именно руку Кориэла, весьма незаметно для окружающих, но сильно толкнувшую стол. Подобный прием он применял уже несколько раз, дабы сбить бросок соперника, но на этот раз похоже удача явно благоволила императорскому отпрыску.

— Великие Боги! — донеслись голоса зрителей. — Глаз Бога и Дракон!

— Похоже, я сегодня в ударе, — тут же взял слово Кэллес. — Только одна комбинация может это перебить, но, как думаешь, хватит твоей удачи на это? По-моему, это по силу разве что богам или демонам.

— В некоторых религиях певцов приравнивали к проводникам воли высших сил, — парировал Кориэл. — Так оно или нет, мы сейчас узнаем.

Но, видимо, боги и прочие высшие силы имели своё мнение, поскольку внезапно внутрь ворвалась очередная компания, которая одним своим появлением моментально заставила большую часть зрителей разбежаться от столика. Кэллес недовольно поморщился и невольно засунул руку под куртку, видимо нащупывая оружие. Зато сам Грэйлон немного оживился, завидев вновь прибывших. Дело в том, что в родном Кортаилане он считался своеобразной белой вороной. Романы Перворожденных с низшей расой не приветствовались обществом, и полукровок, подобных Лису, найти было нереально.

Другое дело столица. С одной стороны свободные нравы, с другой, совсем иной взгляд на жизнь. Некоторое время тому назад здесь приобрели популярность так называемые любовные романы, в которых главная героиня влюблялась в самого заурядного смертного варвара, не отличавшегося изысканностью манер, но способного свести с ума любую красавицу своей изначальной дикой силой. В некоторых произведениях эльфийские красавицы сами уговаривали богов забрать у них бессмертие, дабы они могли прожить жизнь с единственным возлюбленным. Эти произведения, имевшие немалый успех, моментально породили целую волну скоротечных интриг недоступных и холодных красавиц со своими телохранителями и слугами, которых как раз иногда и набирали среди людей. Моментально даже появилась мода держать в качестве охранника свирепого дикаря, привезенного откуда-то с границы льдов, способного как сокрушать руками злодеев, посягнувших на честь красавиц, так и разжечь костер из чувств в её душе.

Плоды этих союзов старались особо не афишировать, но и избавляться не стремились. К настоящему моменту в городе насчитывалось несколько сотен полукровок и большинство из них как раз и нашли себе пристанище на темной стороне города. В таверну как раз и ввалилась банда, возглавляемая парой братьев, прозываемых Ларом и Вэром. Истинные имена известны были лишь самим братьям и все их называли подобными кличками. Весьма ловко братья и вся их команда взяли столик с игроками в кольцо, после чего Лар, согнав одного из последних зрителей со своего места, уселся рядом с Кэллесом.

— Я считал, что ты всегда держишь свое слово, — начал свою речь мрачный темноволосый полукровка с хищным лицом. — А ты оказывается, ничем не отличаешься от рыночного торгаша.

— Честность у меня в крови, — показушно и беззаботно ответил юнец. — Поэтому считать меня клятвопреступником ты не имеешь права.

— Мне напомнить, что ты мне пообещал, но так и не выполнил? — вкрадчиво прошипел главарь.

— И разве я не сдержал обещания?

— То есть ты заверяешь меня, что все-таки сумел пробраться в кабинет к своему отцу и забрать у него то, что я просил? Тогда почему ты так старательно оттягивал миг нашей встречи? — недоуменно поинтересовался Лар.

— Вообще-то я обещал лишь попытаться, — Кэллес намерено выделил последнее слово. — Проникнуть в кабинет. И поверь мне, я очень старался, но эта задачка мне не по зубам. Если хочешь, даже могу вернуть аванс, я тут практически выиграл огромную кучу денег.

— Деньги оставь себе, пригодятся купить хорошее надгробие, — презрительно буркнул главарь.

— Вы так сильно на меня обиделись? — лишь наметанный взгляд Грэйлона и скорей всего и менестреля мог определить, что юнец сильно напрягся, хотя внешне и старался казаться беззаботным.

— Думаю, ты понимаешь, что если мы отпустим тебя, то завтра над нами будет смеяться весь город. Что мы позволили какому-то юнцу заморочить себе головы, а затем, когда он был у нас в руках, позволили ему еще и повторить этот подвиг, — с этими словами вожак выхватил из-за пояса огромный нож. Остальная часть его команды тут же словно по приказу извлекла наружу множество колюще-режуще-дробящих предметов.

— Драка в таверне, что может быть банальней, — грустно протянул Кэллес, доставая свой нож.

— Никаких банальностей! — донесся до них рев со стороны барной стойки. Хозяин с парой вышибал к этому моменту вооружились дубинками и арбалетами и теперь злобно посматривали на возмутителей спокойствия. — Если хотите драться, так идите наружу, там много места. А у меня даже не сметь.

На этих словах Кэллес как-то заметно сник. Лис догадывался почему. Если внутри заведения он мог получить немалую поддержку от отдельных личностей, что симпатизировали ему. То на верную смерть наружу не пойдет никто. И придется имперскому отпрыску разбираться в одиночку против девяти бойцов. Воспользовавшись моментом, громилы Лара плотно обступили юношу и фактически сдернули его со своего места.

— Стойте! — внезапно подал голос уже всеми забытый певец.

— А тебе чего? — недовольно буркнул главарь. — Хочешь защитить этого сопляка?

— Мы с ним не закончили наш спор по поводу удачи. Подождите секунду, — с этими словами Кориэл весьма небрежно взял в руки валяющиеся на столе кости и, недолго думая, швырнул их через весь стол. Взгляды присутствующих тут же сосредоточились на этих двух летящих предметов.

— Что бы вас разорвало, — восхищенно прошептал Кэллес. — Глаза бога!

— Я выиграл, значит, удача сегодня на стороне лиры, а не меча, — довольно произнес певец, сгребая выигрыш в свою сумку. — Похоже, что ночь сегодня выдалась замечательная.


* * *

Буквально за шкирку вытащив императорского отпрыска через заднюю дверь таверны, члены банды с удивлением обнаружили, что их компания пополнилась еще одной личностью. Менестрель по-прежнему невозмутимо проследовал за шайкой, и теперь стоял рядом, невозмутимо взирая на происходящее. То, что рядом находится еще и Грэйлон, который, предпочитал оставаться не замеченным, они даже не догадывались.

— Тебе здесь чего надо?! — злобно прошипел главарь. — Только не говори мне, что просто луной полюбоваться вышел.

— Я бы рад, но что-то её на небесах не видно, — ответил Кориэл. — Видимо, все дело в сильной облачности. Ну а если уж быть честным до конца, то мне хотелось посмотреть на блеск обагренных кровью клинков. Битвы — это хлеб для певцов. Возможность в песне выразить героизм и мужество соперников, когда сходятся две сильные личности. А уж неравный бой, просто нескончаемый источник для грустных героических баллад.

— Не будет никакой битвы! — для разнообразия рявкнул Вэр. — Мы просто прирежем этого сосунка как свинью. И тебя заодно.

— А вы не боитесь, — наконец набрался смелости Кэллес. — Того, что мой отец отыщет вас где угодно? Все-таки я немного отличаюсь от заурядного гражданина.

— У тебя двух братьев пристрелили прямо на дворцовой площади среди бела дня, — парировал Лар. — И что, хоть кого-нибудь покарали? Похоже, твой отец рассматривает вас как какую-то досадную помеху и только радуется, когда кто-нибудь ему помогает от неё избавиться.

— Боюсь, такому правителю вряд ли найдется место в песнях, — согласился Кориэл, который к этому времени встал рядом с юношей. Вдвоем они прижались к стене, которая ограждала данный пустырь с тыльной стороны таверны. Грэйлон, наблюдая это поморщился, и рукой нащупал пару камней поувесистей. Девять бойцов, два человека, явно варвары с далекого юга, судя по могучему строению тела. Двое полукровок и пятеро эльфов. Вооружены в основном ножами и дубинками. А учитывая, что на сей раз Лис не имел под рукой многозарядного арбалета, то противник смело классифицировался как средней сложности.

— Конечно, спасибо, но мне как-то даже обидно, что ты погибнешь из-за меня, — прошептал юнец, изучая стоящую перед ним ораву.

— Все мы когда-то умрем, — отмахнулся Кориэл. — Главное, чтобы не впустую. Я, например, всегда мечтал погибнуть, защищая прекрасную деву от злобного дракона. Ты, конечно, не дева, да и дракона я тут не вижу, но на крайний случай сойдешь.

— Думаешь, у нас есть шансы? Нас только двое.

— Нас трое! — важно и с трагическим эффектом выкрикнул менестрель. И в ту секунду, когда бандиты рефлекторно отшатнулись и заозирались в поисках третьего, снял со спины свою лютну. — С нами Лайрин! Я назвал её в честь своей давно погибшей возлюбленной и верю, что её душа живет в этих струнах.

— Вы два идиота, — процедил атаман, по-прежнему не отдавая приказа об атаке. — И вы мне уже надоели. Если честно, то я думал вначале обойтись парой переломов, в назидании остальным. Но теперь мне хочется крови. — Лис ухмыльнулся. Шайку смущало странное поведение певца. Но этот эффект уже подходил к концу. Судя по напряженным позам, атака должна была последовать с секунды на секунду.

— Стойте! — внезапно выкрикнул Кориэл, уже практически готовым прыгнуть бандитам.

— Чего тебе? Хочешь удрать? — Лар, поигрывая ножом, подошел практически в упор.

— Нет, — отрицательно махнул головой певец. — Просто Лайрин не любит битв. Там её могут поцарапать. Я поставлю её вот здесь в уголке, а потом начнем.

— Ну, давай, — процедил сквозь зубы атаман, и как только Кориэл отвернулся, едва заметным кивком отдал приказ одному из варваров.

Кориэл ничего не заметил. Он отошел на шаг, аккуратно поставил свой музыкальный инструмент в небольшую нишу в стене. С каким-то завороженным лицом певец провел рукой по струнам, наслаждаясь легким звоном. Кэллес которого к этому моменту фактически прижали к стене, так же не видел того, как над менестрелем внезапно выросла огромная фигура, резким движением опустившая здоровенную дубину прямо ему на череп...

Сноп искр, возникший на месте удара дубинки по каменной кладке, на мгновение осветил поле боя. Но даже его не хватило для того, что бы успеть зафиксировать плавные и невероятно быстрые движения Кориэла, уходящего от удара. Одним рывком он проскочил за спину варвара, блеснула сталь и... Здоровяк с диким ором упал на мостовую, в то время, как его ноги двумя обрубками продолжали стоять вертикально. Сталь сверкнула еще раз, и ор стих, сменившись бульканьем вытекающей крови.

— Хоть этот меч и живет внутри Лайрин, — печально произнес Кориэл, поигрывая клинком. — Но своего имени у него нет. У меня плохо работает фантазия по части наделения именами оружия. Может, вы мне поможете?

— Убейте их! — ответом ему был крик атамана. Оставшиеся восемь разбойников бросились в атаку. Правда, Грэйлон тут же приуменьшил их число метким броском булыжника, разбив череп одному из эльфов. Таким образом, двое навалилось на Кэллеса, а остальные ринулись на певца, осознав, что именно он является главной угрозой.

Мальчишка не сплоховал. В каждой его руке блеснуло по ножу, и он весьма ловко блокировал все направленные на него удары. Что же касается менестреля, то для последнего данный бой выглядел скорее легкой разминкой. С той же легкостью, с какой он пел оды прекрасным дамам или жульничал в азартных играх, Кориэл шинковал нападавших.

На землю упала одна рука, затем еще одна и, наконец, голова их владельца. Острота клинка просто превосходила разумные пределы. Следом свалился последний из варваров, с перерубленным горлом. Вэру каким-то образом удалось увернуться от смертельного удара. Но очередной, попавший на сей раз в спину булыжник, толкнул его прямо на клинок.

К этому моменту Кэллес ловким финтом сумел вонзить свой нож в бок одного из бандитов. Но и сам умудрился получить пару царапин. Его соперник хоть и уступал в мастерстве, но обладал преимуществом в виде длины рук и клинков. Кроме того ему удалось загнать юнца в угол, лишив свободы маневра. Грэйлон вновь прикинул дистанцию и бросил последний камень, после чего сам бросился в атаку. Помощь не потребовалась. Булыжник ударил в плечо противника Кэллеса. Не опасно, но внимание его это отвлекло, и юнец, сначала рубанув по руке, лишил его оружия, после чего нанес ловкий удар в горло.

Кориэл, наконец, разобрался с предпоследним противником, который осознал, что для того, что бы выжить в этом, бою нужно держаться как можно дальше от этого сумасшедшего. Не помогло, ноги менестреля по скорости превосходили его же собственные руки. После чего все трое развернулись к чудом уцелевшему Лару. Последний недоуменно смотрел на распростертые у его ног тела, не понимая, каким образом он мог лишиться численного преимущества.

— Я очень хорошо умею любить, петь, играть и убивать, — по-прежнему печально произнес менестрель, подходя в упор к атаману. — Но поскольку тебя я не люблю, да и петь в твою честь как-то не хочется, может, сыграем твою жизнь? — С этими словами Кориэл достал из кармана ту самую пару игральных костей. Лар пару секунд недоуменно смотрел на него, после чего его лицо исказила гримаса ярости.

— Да пошли вы все! — рявкнул он и тут же бросился бежать. Грэйлон и Кориэл даже не успели ничего сделать, когда сын императора, недолго думая, бросил ему в след сразу оба своих ножа. Несмотря на сумерки и резкий разрыв дистанции, оба клинка попали точно в цель, и бандитсвующий полукровка тут же свалился на землю. Менестрель поморщился недовольно, но все же подошел и проверил тело. Что же касается Грэйлона, то он тут же встал позади юноши.

— Спасибо за помощь, — весело произнес тот. — Без вас мои дела пошли бы туго.

— Ты сильно преуменьшаешь, — сухо ответил Лис, изучая порезы на своем подопечном.

— Может быть, — пожал тот плечами. — Но в любом случае, спасибо. А кто вы такие? Дворцовая гвардия? Хотя вряд ли, те предпочитают бесед не вести.

— Мы почтальоны, — буркнул Лис. — И у нас к тебе письмо.

— Как интересно. И где же оно?

— Вот здесь, — Грэйлон показал пальцем на свою голову. — Прочесть?

— Я уже заинтересован. Давай, надеюсь там без длинных и занудных слов, для понимания которых нужна дюжина словарей?

— Не волнуйся. Вот тебе текст: Завтра в полдень в центральном зале Академии Магов у тебя Распределение. Не опаздывай.

— Вот оно как? — на лице юноши, наконец, проскользнуло удивление. — Неужели отец решил меня спровадить из столицы.

— Спроси его самого.

— А если я откажусь? — вдруг поинтересовался Кэллес. — что будете делать?

— В таком случае приказано применить силу. По этим живописно лежащим телам ты должен понимать, на что мы способны.

— Понимаю, — юноша тяжело вздохнул, но вдруг вновь улыбнулся. — Раз завтра заканчивается моя свобода, то побегу улажу оставшиеся дела. И не волнуйтесь, я приду вовремя.

— Нам-то что волноваться, мы всего лишь посыльные, — отмахнулся Грэйлон. Кэллес тут же, не задерживаясь, бросился в узкий проулок, выводящий на одну из улиц столицы.

— Шустрый парень, — прокомментировал его действия Кориэл. — Возможно, из него выйдет толк.

— Посмотрим, как с ним справится Трай, — хмыкнул Лис. — Но в любом случае чувствую, нас ждут интересные времена.


* * *

— ... и как Великий Океан невозможно вычерпать ведрами, так и безбрежное море Силы не дано осушить ни одному волшебнику. Но, увы, на пути между магом и его магией стоит несокрушимая стена, сквозь которую Сила сочится по капле...

Грэйлон устало вздохнул. С одной стороны ему повезло, что Трай на церемонию Распределения выбрал самые лучшие места. С балкончика, на котором они стояли, хорошо просматривался весь Церемониальный Зал Магической Академии. С другой стороны буквально под боком находилась одна из аудиторий, от которой причудами акустики до них доносилась весьма занудная лекция. Кроме того лектор читал её настолько противным скрипучим голосом, что Лис уже подумывал применить на нем свои навыки. И даже не обязательно перерезать горло, достаточно оглушить, а тело спрятать в какой-либо кладовке.

— ... Три способа есть, ровно три, как преодолеть эту проблему, — продолжал скрипеть лектор. — Использовать накопители типа пентаграмм или Набахского кристалла. Массовые жертвоприношения, где множество душ открывают для использующего свои собственные врата. Или, наконец, как поступают Высшие маги, расширить отверстие и брать столько, сколько хочешь. Но даже здесь волшебникам приходится испытывать определенные ограничения...

За спиной послышались шаги и Лис, обернувшись, разглядел молодого мага, вбежавшего в ту самую аудиторию. Скрипучий голос прекратил мучить уши студентов, разразившись возмущенными криками.

— И они мне объявляют о необходимости моего присутствия лишь за пять минут до совета! И прямо посреди лекции! Вот что, пока меня не будет, прочитай им принцип ограничения внутренних сил...

— Весело, не правда ли? — заметил Трай.

— Очень, — буркнул Лис. — Хотя как мне кажется, моя личная церемония отличалась от этой в гораздо лучшую сторону.

И действительно, несмотря на то что здесь Распределяли сына самого Императора, пафосности и помпезности наблюдалось куда меньше. Из почетных гостей присутствовали только сам ректор Академии и несколько глав Домов, которым, похоже, было все равно куда идти. Впрочем, саму церемонию явно растянули. Похоже, организаторы решили, что жреца, чаши и огня будет мало и поэтому они ввели кучу дополнительных ритуалов. Так, например, сейчас Кэллеса обливали водой и растирали две красивее обнаженные девушки. По идее это символизировало очищение от всех грехов, хотя Лис подозревал, что на самом деле это вставили специально, дабы усладить взор мужской половины. Сам обнаженный Кэллес, напротив, притягивал к себе взоры дам. Кориэл, глядя на все это насвистывал, какую-то фривольную мелодию, а наставник изучал барельефы на стенах. За спиной вновь раздались шаги. Маг лектор, наконец, покинул аудиторию и оттуда донесся веселый голос сменщика.

— Хотите знать, в чем основная проблема любого чародея? Объясняю наглядно. Кто-то может выпить одну кружку пива и свалиться под стол, а кто-то и после дюжины готов сутками гулять по городу, охмуряя красоток и нарываясь на неприятности. Вот так и с Силой. Один от одной капли падает в обморок, а другой двигает горы! Всем ясно? — дружный и довольный рев подтвердил, что всем. — Ну, тогда отдыхайте, а то у меня своих дел полно.

— Вот так и надо читать лекции, — заметил Трай. — Быстро, четко и наглядно. А многмудрые словеса, которыми любят мучить некоторые умудренные годами старцы.

— Старцы меня не волнуют, — отмахнулся Грэй, наблюдавший за тем, как Кэллеса украшали лентами. — Я жду, когда все это закончится, что бы, наконец, взяться за работу.

— Тоже не любишь церемонии? Это правильно. Сам их терпеть не могу. После первого миллиона лет жизни как-то привыкаешь делать все сразу без предварительных ритуалов. Это всякие низшие формы жизни любят приукрашивать свое бытие глупыми обрядами, начиная от танцев вокруг тотемного столба, в надежде, что это поможет им в удачной охоте. Ну и заканчивая этим... ну вот тем, что мы сейчас видим. Разве это не фарс? Полторы сотни эльфов собрались поглазеть на то, как якобы их молодого представителя отправят на некий рабочий фронт. Причем большая часть уже все знает, где ему придется прилагать свои силы и под чьим началом. Но нет, все всё равно будут радоваться, словно результат является сюрпризом.

— Как там мой наставник? — внезапно резко поменял тему Лис. — По-прежнему внутри тебя?

— Уже нет, — ухмыльнулся демон и, увидев настороженный взгляд ученика, пояснил. — Я ему дал временное тело и отправил в один из миров, созданных как раз для таких случаев. Сейчас Трай лежит на пляже, в окружении весьма веселых девиц, пьет фруктовый сок и читает весьма заумную книгу. Мы с ним пришли к мнению, что сотни лет такого отдыха окажется гораздо лучшим стимулом к возвращению на работу, чем какое-то чувство долга. А ты по нему соскучился?

— Не очень, но просто интересно, что же случается с теми, чье тело ты занимаешь.

— Ничего интересного. Получаешь кое-какие знания, а иногда даже и эмоции. Поначалу кажется интересным, потом надоедает.

— По идее с таким объемом знаний ты должен быть мудрее всех мудрецов в мире, — заметил Грэйлон. — Но пока что особой мудрости я от тебя что-то не видел.

— Это потому, что образ всезнающего наставника надоедает после первых десяти тысяч лет жизни. Некоторым еще и раньше, но я старался получить все удовольствие. Теперь я предпочитаю своим ученикам сразу выдавать веревку и смотреть, как они будут вешаться. Кстати, похоже мы дождались, он уже добрался до жреца.

Внизу Кэллес пил из ритуальной чаши, в которой по словам того же демона содержался просто легкий галлюциноген, вызывающий множество образов. Достаточно было сосредоточиться на одном из них, как такая концентрация разрушала действие наркотика, вырывая испытуемого из круговорота различных картин. Тем не менее, эльфы придавали большое значение данному ритуалу, считая, что он пробуждает дух защитника каждого из них и дарует второе имя.

— Меч! — внезапно выкрикнул императорский отпрыск, и жрец тут же завел стандартную речь о том, что последнему предстоят великие дела в сокрушении врагов империи и несения её величия во все уголки мира.

— Пока что этот меч тянет разве что на перочинный ножик, — ехидно хмыкнул демон, после чего, подтолкнув своих учеников к выходу, продолжил. — Ладно, пойдем, заберем нашего потенциального правителя. Кстати, изучил я ваши отчеты и пришел к интересному выводу.

— Какому? — поинтересовался Грэй.

— Ближайшее время будет наполнено очень веселыми событиями. Помните, как вас учили? Теперь появился шанс отыграться за прошлые муки, передавая знания новым ученикам. С этого дня вы официальные преподаватели Обители Драконов. На время, конечно же...

Внизу на прошедшего Распределение набросили ритуальную накидку, и все почетные гости с уважением приносили свои поздравления. Сам Кэллес стоял и улыбался, не зная того, что один веселый демон уже уготовил ему место в своих коварных планах.


Глава 3


— Сзади! — зверским голосом проревел Грэйлон. Кориэл мгновенно отреагировал, крутанувшись на месте, перерубая пополам противный ядовито зеленый побег, пытавшийся ухватить его за шею. Два других, намеревавшихся подсечь ноги, резко ускорились, что бы тут же упасть рассеченными надвое.

— Мне не нравится эта битва, — совершенно будничным тоном, словно не замечая творящегося вокруг безобразия, заявил менестрель.

— Как будто я от нее получаю удовольствие, — не прекращал рычать Лис, оглядываясь по сторонам. Пока что им удалось зачистить этот участок стены, но это ненадолго. Буквально в нескольких шагах от них один из эльфов отбивался сразу от четырех лиан. Ему удалось перерубить одну, но три остальные весьма шустро оплели ему руки, ноги и сдавили горло.

— В ней нет боевого упоения. И еще эти кровожадные одуванчики лишают меня вдохновения, — с этими словами певец одним прыжком преодолел расстояние до убиваемого солдата и одним ударом рассек здоровенный бутон, больше, правда, напоминавший не одуванчик, а мак с лепестками, усеянным зубами. Последний резко вынырнул из-за бойницы, нацелившись на спеленатую жертву, и лишь действия Кориэла спасли эльфу жизнь. На других участках солдатам везло меньше. На глазах у Грэя несколько хищных маковых головок содрали с гребня стены сразу трех бойцов и теперь рвали их на части.

— Да, они раздражают, — согласился с боевым товарищем Лис. В этом не было ничего удивительно. От каждого из таких кровожадных цветков тянулось не меньше двух десятков щупалец, каждое из которых двигалось весьма шустро. Чтобы остановить растение требовалось срубить бутон, но последний предусмотрительно держался на расстоянии от стены, приближаясь лишь, когда удавалось кого-нибудь захватить. Излишняя подвижность мешала использовать на нем стрелы, хотя несколько энтузиастов, обмотав наконечники пропитанной смолой паклей, пытались поджечь хотя бы один из них. Если такая стрела пережигала ствол, то цветок сразу же умирал, но попасть в него, будучи беспрерывно атакованным сотнями лиан, не представлялось возможным.

— Я надеюсь, маги успеют, а то я уже начал утомляться, — через бойницы полезли новые побеги и Кориэл тут же буднично, словно домохозяйка, режущая на кухне лук, принялся их шинковать.

С магами действительно наблюдалась беда. Их оставалось всего двое и сейчас они зачищали южный участок стены. Последний посыльный от генерала, уже будучи пережевываемым, успел крикнуть сквозь боль, что им нужно продержаться еще четверть часа. С той поры прошло пять минут и положение становилось совсем уж аховым. Катапульты Альянса засыпали стену все новыми и новыми горшками с семенами, из которых моментально начинали расти эти "Кровавые Одуванчики", вызывающие у Грэйлона весьма неприятные воспоминания. Что бы остановить это требовалось выжечь или заморозить почву. Кипящая смола, к сожалению, не дотягивалась далеко, поэтому у этих хищных цветков и появилась такая свобода действия.

— Талиен, не вылезай! — краем глаза Грэй заметил своего напарника, чуть ли не в самом начале этого нашествия запрятанного в ближайшую нишу. В ближнем бою тот не отличался особыми умениями, а в качестве стрелка от него в данный момент не было никакого проку. Да и генерал Раслин явно выкажет свое недовольство в случае потери такого высокоуровневого лучника, способного в одиночку сорвать наступление роты наёмников.

— У меня идея, — вполголоса отозвался стрелок. Он даже после трех десятков лет обучения и активной практики так и не избавился до конца от своей трусости, поэтому в любой бой обычно влезал с расширенными от страха глазами. Но сейчас он вроде уже приходил в себя. — Похоже, они реагируют на движущиеся объекты, прикройте меня!

Грэйлон и Кориэл тут же окружили своего товарища невероятно быстрым стальным вихрем, пока последний, подтащил к бойнице один из камней, предназначенный для сбрасывания на головы нападавших. Лис с трудом мог понять, что же тот пытается сделать, а в голове то и дело мелькала мысль: "Как же я докатился до такого?"


* * *

И ведь действительно, то, что началось полгода назад, никак не предвещало подобного итога. После церемонии Распределения Трай с учениками спустился к довольному как кот, объевшийся сметаны, Кэллесу, дабы обрадовать его, подробно объяснив, куда ему придется отправиться. Императорский отпрыск разумеется оказался шокирован, но весьма быстро пришел в себя.

— Так вот почему вы так легко перебили всю банду, — наконец, восхищенным голосом он констатировал факт. — Меня ведь этому обучат?

— Тебя там много чему обучат, — буркнул Грэй. — Например, тому, как правильно себя вести, дабы не попасть в подобную ситуацию. Поверь мне, это гораздо эффективней любого фехтования.

Трай тут же объявил о немедленном отъезде, но в итоге им пришлось задержаться в Слимахане на неделю. Как оказалось, он решил воспользоваться моментом и набрать новую учебную группу, чтобы восполнить потери. Вопреки его собственным словам о том, что на заданиях выживают лишь считанные единицы, из почти двух с половиной сотен бойцов, обученных за три десятка лет, в живых осталось чуть меньше половины. Другое дело, что большая часть из них после окончания обучения и практики наотрез отказалась связывать свою жизнь с Имперскими ассасинами. Так же немалую часть пришлось разбросать по дальним гарнизонам, поскольку в последнее время вылазки варваров становились все более ужесточенными. Поэтому требовались хорошие шпионы и убийцы, а выпускники Обители, хотя и уступали в мастерстве своим предшественникам, все равно на голову превосходили любую другую воинскую школу.

В итоге в непосредственном подчинении демона оставалось не более двух десятков бойцов. Правда, в них входила тройка юных гениев, как Трай любил называть Грэя и сотоварищи. Именно им он и поручал самые серьезные задания, искренне жалея, что те пока еще не могут эффективно действовать самостоятельно.

Кроме того, завышенные потери привели к весьма негативной реакции со стороны всех двенадцати кланов. Если до этого потери среди учеников Обители не достигали и десятой части, то теперь, осознавая, что посылают своих детей туда фактически на верную смерть, они один за другим присылали отказы. Именно последнее обстоятельство и вынудило Трая заняться сменой приоритетов в направлении обучения.

Набрав необходимое количество учеников и посетовав на то, как сложно нынче демонам приходится, занимаясь всякой ерундой, Трай вновь скомандовал отъезд. Поскольку весьма извращенный обряд встречи никто не отменял, вся команда оторвалась от каравана за день до прибытия что бы посмотреть на то, как будущие воители будут пробираться через первую из многочисленных полос препятствий.

После того как Многоликий занял тело демона, он тут же добавил некоторые усовершенствования на свой вкус. Так, например, поднимающиеся вверх по бесконечной лестнице периодически слышали странный гул, а мимо них пролетали мелкие камни. В пещере так же раздавались странные звуки, мелькали тени, а по камням то и дело ползали огромные пауки и скорпионы.

Бассейн с крокодилами так же подвергся доработке. Вместо невидимого узкого моста, Трай поместил туда вполне обычную, правда, извилистую дорожку из плиток. Последние любили внезапно исчезать и появляться чуть в стороне, что изрядно снижало вероятность добраться до противоположного берега не искупнувшись. Попутно демон внезапно сделал Кориэла своим заместителем, и теперь менестрелю приходилось сидеть на противоположном берегу, играя на лютне и с грустью созерцая творящееся безобразие. Сам Трай прямо заявил, что ему импонирует стиль менестреля, что в принципе и привело его к этому решению.

Продолжая традиции своего предшественника, демон так же не мог обойти и смертельный бой, дабы выявить трусов или через чур храбрых. Своего Хасилена у новичков не нашлось, но зато Кэллес сумел удивить, предложив вместо одиночных боев устроить групповой. Многоликому эта идея понравилась, и он тут же предложил всем тянуть жребий, распределяющий учеников по командам. Правда, ради интереса он немного подтасовал результаты и в итоге в команду к принцу попали все слабые и неумелые бойцы.

На битву Грэй взирал с двояким чувством. С одной стоны он испытывал некое злорадство, что в данном случае бьют не его. А с другой, интерес к будущему правителю, как он сумеет выкрутиться из создавшейся ситуации. Принц выкрутиться смог, всего за сутки, сумев сплотить свой отряд, создав неплохую боевую единицу. И пусть его противники обладали куда лучшей подготовкой, тактически он их превосходил.

Сам бой, как и положено, отличался излишней кровавостью, что и неудивительно для случая, когда сражаются три десятка бойцов. Подручные Трая не успевали выносить тела, дабы демон мог поддержать в них жизнь хотя бы на первое время. В этом плане он мог переплюнуть даже самого хозяина тела. С его появлением смертность на тренировках сократилась с пяти процентов до нуля.

Что же касается принца, то он не подвел. В конце боя на ногах оставалось всего четыре юных эльфа, изможденных, израненных с озверевшими лицами. И одним из них был сам командир отряда. Грэй с зависть смотрел как Кэллес, прихрамывая, вышел с арены и направился к наставнику. Несмотря на четыре раны, он по окончании боя еще мог двигаться, в отличие от самого Лиса. И подойдя к Траю, смело глядя ему в глаза, спросил:

— Ну а теперь вы их вылечите?

— С чего ты это взял? — полюбопытствовал демон, который уже несколько минут занимался восстановлением здоровья превращенных в куски мяса юных эльфов.

— Но вы же тот самый Трай, один из трех Воскресителей, — вновь с надеждой в голосе произнес принц. — За ту неделю, что мы оставались в столице, я постарался собрать всю информацию, что мог. И я так же сомневаюсь, что большая часть учеников гибнет в первом же испытании. Иначе по всем кланам не было бы такого количества прошедших через Драконью Обитель. Это ведь какой-то хитрый трюк?

— Боюсь, тебе светит ранняя смерть, — печально ответил ему наставник.

— Почему? — опешил ученик.

— Слишком умный, но вот знания свои держать при себе не умеешь. Впрочем, тут ты прав, сейчас я всех подлечу и мы, наконец, начнем занятия.

С занятиями, правда, пришлось погодить. Пара учеников, едва удалось заживить их раны, тут же попытались сбежать из столь страшного места. Пришлось устраивать публичную порку, а затем назначить провинившимся отдельный курс занятий, подобный тому, который в свое время прошел Талиен. Это немного оттянуло начало учебы, а так же возможности Грэя проявить, себя в качестве преподавателя...


* * *

— Ты безумец! — выкрикнул Лис, наконец, осознав, что делает его напарник. Талиен, не отвлекаясь от своего занятия, лишь отмахнулся свободной рукой. Второй рукой он, прикоснувшись к Силе, старательно выводил контуры двух пентаграмм, практически налезавших друг на друга. В голове лиса тут же пронеслись цифры, из которых следовало, что данный камень разлетится на кучу осколков примерно через три секунды после того, как лучник закончит свое занятие. А если он его столкнет вниз, то время, отведенное до взрыва, следует сократить более чем в три раза.

Впрочем, Талиен отличался в лучшую сторону от своих соратников не только в умении стрельбы, но также и по части волшебных дел. Пусть полноценным магом никто из них не являлся, но чертить знаки и мины лучник умел быстрее даже шустрого Кориэла. Едва он закончил свою работу, как тут же столкнул камень со стены, инстинктивно прячась за бойницу. Лис и менестрель подобного сделать не успевали, поскольку именно в этот момент с пяток особо настырных лиан попытались превратить их в главное блюдо дня и эльфы этому воспротивились. Зато они стали свидетелями того, как суровый цветок резко рванул к стене, пытаясь на лету подхватить падающий предмет. Талиен оказался прав, их привлекали объекты, находящиеся в движении, и этим следовало незамедлительно воспользоваться.

Откуда-то снизу донеслось характерное — "бум" и в ту же секунду примерно дюжина зеленых щупалец, маячившая перед носом эльфов, безжизненно упала куда-то вниз. Грэй с Кориэлом безмолвно переглянулись и синхронно бросились к груде камней. Каждый из них взял по здоровому булыжнику и, заняв позицию каждый у своей бойницы, приступили к начертанию волшебных знаков. Через секунду к ним присоединился Талиен. А еще через несколько мгновений со стены, привлекая внимание кровожадных цветков, полетели первые малосъедобные гостинцы.

Стоящие рядом солдаты весьма быстро сообразили, в чем заключается смысл. Среди них находилось немало тех, кто не мог полноценно колдовать, но кое-какие фокусы знал, поэтому создать подобную мину мог. Вдоль стены тут же пошел град разрывов. Интенсивность атаки лианами резко спала и Грэй, наконец, почувствовал нечто, похожее на облегчение. Краем глаза он замечал вспышки и пар, идущий от южного участка. Маги, как и обещали, закончили там и потихоньку продвигались вдоль стены, внося опустошение в ряды зеленых насаждений.

К счастью создатель подобных цветков особо не мудрил с интеллектом. Кровожадное растение ничуть не обращало внимание на гибель сотен сородичей, упрямо хватая сбрасываемый со стены взрывающийся камень. Пару раз подобные бомбы взорвались до того, как их сбросили, но в целом уровень потерь сильно снизился. Надежда на то, что им удастся сдерживать напор врага до подхода подкрепления, вспыхнула с новой силой.

Один из чанов с семенами врезался в зубец буквально возле Кориэла. Менестрель даже не вздрогнул, и тут же подхватив лежащий рядом факел, принялся шустро обрабатывать огнем рассыпавшиеся по стене семена до того, как они прорастут. Что касается Лиса, то он, воспользовавшись тем, что напор лиан малость стих, теперь прикрывал Талиена, давая ему спокойно сбрасывать сюрпризы один за другим. Количество зубастых маков снизилось на столько, что большинство камней к этому моменту взрывалось прямо в воздухе, поскольку хватать их было некому.

Лишь слаборазличимый шорох и интуиция спасли его от позорной смерти. Лис успел отпрыгнуть в сторону, на ходу обрубая сразу два зеленых отростка. Подоспевший Кориэл весьма ловко отрубил уже вознамерившийся полакомиться эльфятиной бутон. А сам Грэйлон парой бранных слов выразил свое отношение к сложившейся ситуации. Коварные варвары под шумок забросили через стену несколько горшков с семенами и сейчас те принялись собирать свою кровавую жатву, пожирая обслугу расставленных за стеной катапульт, а так же уносимых со стены раненых.

Положение ухудшалось на глазах. Атаки с двух сторон крепость вряд ли смогла бы выдержать. А рядом раздавались очередные крики отчаяния. Грэйлон вновь обернулся и помрачнел. Отряды наемников, до этого стоявшие в отдалении, наконец, сдвинулись с места. И эльф четко осознавал тот факт, что ослабленные атакой растений защитники стены вряд ли смогут выдержать этот штурм. Похоже, что на этот раз варвары переиграли Перворожденных. И это несмотря на то, что эльфы считали, что им удалось выправить ситуацию в свою пользу...


* * *

Обучение шло по накатанной линии. Грэйлон стал помощником мастера Элафа и с удовольствием обучал новичков благородному искусству подлых трюков во время боя. Талиен взял на себя стрелковую группу, а Кориэл хотя официально и преподавал фехтование, предпочитал наблюдать за учениками, периодически для себя наигрывая грустные мелодии.

Очень быстро Лис выяснил, что преподавание гораздо сложнее ученичества. В некотором роде у него возникало ощущение, что он снова вернулся к своей основной обязанности. В день ему приходилось проводить до трех десятков учебных поединков. И, несмотря на то, что его противники были еще зелеными юнцами, расслабяться не стоило. Он отлично помнил, как сумел подловить Элафа во время его первого урока, и теперь не хотел повторения ситуации уже с собой.

Но основной своей миссией он все же считал наблюдение за принцем. Требовалось выявить основы характера Кэллеса и возможности их корректирования в нужную сторону. Очень быстро выяснилось, что по физическим дисциплинам принц не мог похвастаться особо значимыми результатами. По оценкам в данных областях он неизменно оставался посередине. Но вот по части лидерских и организаторских способностей равных ему не было. В командных соревнованиях принц с легкостью мог объединить в единое целое любую, полную разногласий толпу. И, что самое важное, добиться при этом победы. По части стратегии и тактики он так же показывал отличный результат.

Вообще по данному направлению Трай приготовил немало сюрпризов. Он и без того значительно усилил преподавательский состав за счет того, что откуда-то привозил читать лекции известных военачальников, даже таких, кто давно уже ушел на покой в ожидании Перерождения. Самым большим сюрпризом для Лиса стало появление Ариуса. До этого ему приходилось несколько раз встречаться с опекуном, но больше в боевой обстановке и встречи носили эпизодический характер. Что же касается самого великого полководца, то он с интересом изучил воспитанника и произнес:

— А ты вырос. Честно говоря, я удивлен, но видимо хорошие наставники сделали свое дело. И, кстати, приношу свои благодарности за срыв переговоров с Метущейся Четверкой. Это значительно облегчило нам задачу.

— Я просто выполнял свой долг, — флегматично, в духе Кориэла ответил Грэйлон. — Кстати, чем там все закончилось?

— Витерия не стала ссориться с Альянсом и продолжила переговоры. Но, судя по всему, это проделано только для того, что бы как можно дольше продержаться. Гибели своего правителя они им не простили. Остальные страны так же ведут осторожную политику, но отклоняют любые предложения Альянса. Так что можешь гордиться.

— Это было не сложно.

— Из того, что мне сказал Трай, — внезапно вкрадчиво произнес опекун. — Для тебя это могло оказаться непосильно сложным заданием. Но я рад, что ты справился.

Намекнув таким образом на то, что ему известно об отношениях своего воспитанника и некой волшебницы, Ариус отправился в учебный зал, оставив Лиса размышлять на тему: много ли известно великому полководцу.

В плане нового временного наставника демон не ошибся. Ариус не стал читать лекции или рассказывать о боевом прошлом. К удивлению всех он притащил с собой два десятка наборов для игры в Большой Тарлин. Сам Грэйлон знал лишь о существовании малой версии это игры, в которую входило четыре типа фигур и доска семь на семь клеток. Большая версия отличалась тем, что размеры доски расширили до двадцати клеток, да и типов фигур стало десять. Кроме того в ней появилась возможность игры вшестером, трое на трое. В данном случае единая армия фигурок разбивалась на три части, и каждый из игроков управлял всего лишь одним родом войск. По словам Ариуса, подобная методика позволяла развить командный дух, а так же умение координировать свои действия.

Первоначально команды просто выбирали в лидеры одного из сильных игроков, доверяя ему управлять процессом, а себе оставив роль наблюдателей. Но Ариус смог внести разнообразие в эту игру. Для начала он принялся распределять рода войск и командира по жребию. А после для усложнения задачи разместил игроков так, что бы они не могли видеть другу друга. При этом командир мог отдавать приказы при помощи передаваемых записок, но, полностью симулируя поле боя, приказ могли доставить через два или три хода, а то и потерять совсем. Последнее должно было повысить уровень инициативности подчиненных, способствовать разработке командной стратегии. Ну и научиться предугадывать приказы командования.

Игра моментально охватила всех учеников. Данный вид занятий сразу же стал самым популярным и в свободное от уроков время они предпочитали продолжать свои баталии на доске. А так же Грэйлон очень быстро выяснил, что Кэллес не особо любит ходить в подчиненных. Если его назначали командиром, он с легкостью выигрывал большинство боев. Но, будучи подчиненным, начинал действовать строптиво, игнорируя приказы и ведя на доске свою игру. Последнее чаще всего приводило к поражениям и отдельному разговору с Траем в его кабинете. Принц на обвинения реагировал бурно.

— Я не могу выполнять дурацкие приказы! — жаловался он наставнику.

— А на войне большинство приказов такими и являются, — спокойно возразил ему Трай. — Вот только там за их невыполнение могут и с должности снять и под трибунал отдать. Я, конечно, не спорю, что некоторые юные гении, к которым ты себя несомненно относишь, могут разбираться в военной науке получше любого из маститых генералов. Вот только самих генералов больше беспокоит тот факт, что подобные самовольства приведут к тому, что армия проиграет бой и даже не успеет понять, что стало причиной этому.

— А если я могу выиграть бой? — нахмурился принц.

— Это еще хуже. Подрывать авторитет командования не самая лучшая идея. Такие эксцессы могут изрядно понизить боевой дух армии.

Принц после подобных нотаций долго думал и заверял, что все понял. После чего в первой же игре продолжал вести бой по-своему. Дело закончилось тем, что одному из игроков надоел столь самостоятельный подчиненный и он в разгар боя подослал к его расположениям своего "стрелка", который и убил "генерала" Кэллеса. По правилам такое разрешалось, и войска в таком случае переходили под начало сделавшего данный ход, хотя и с некоторыми ограничениями. Идея тут же многим понравилось и все последующие игры принц был вынужден проводить четко по плану, находясь под угрозой расстрела с тыла.

Подобная мера позволила приструнить императорского отпрыска и мало помалу приучить к подчиненному положению. Хотя наставник смотрел на это весьма скептично, считая все это полумерами. Но пока возмущения принца не выходили за рамки послематчевых споров, что считалось нормой.

В целом Ариус провел в Обители около месяца и весьма продуктивно. Провожали его с тоской и грустью, и даже Грэйлон не выдержал, заявив, что великий полководец мог бы немного и задержаться.

— Ничем не могу помочь, — мрачно ответил тот. — Я бы рад задержаться, подготавливая достойных преемников, но по последним сведениям варвары, осознав, что затея с Четверкой у них провалилась, решили нанести удар с юга. Они оставили одну армию у Золотой Стены для отвлечения внимания, а основные силы должны будут вторгнуться через владения клана Зеленой Ягоды. Послы Ралишэла чуть ли не на коленях меня умоляли прийти к ним на помощь.

— В таком случае, удачной битвы тебе, — улыбнулся Лис, неожиданно осознавая, что искренне сопереживает своему опекуну.

После отъезда Ариуса стало даже немного скучно. Несмотря на то, что все оставалось по-прежнему, исчез какой-то задор, который сопровождал полководца. Но учебный процесс никто не отменял, поэтому ученики послушно махали мечами, бегали по беговой дорожке, играли в учебные игры, стреляли из луков и арбалетов, а так же учились ездить верхом. Так прошло примерно три месяца, после чего в самом конце зимы Трай призвал свою любимую троицу, ошарашив их новым приказом.

— Вы должны отправиться на Золотую Стену, и поступить в подчинение генерала Раслина, — без лишних прелюдий начал он. — Выполняйте его приказы так, словно их вам отдаю я.

— А к чему такая срочность? — поинтересовался Грэйлон.

— Тевон переиграл всех нас, включая Ариуса. Он лишь делал вид, что идет на юг, а на самом деле собирал все силы у Тролльего Уха. И как назло, ни одной армии поблизости. Забильон мог прислать остатки своей гвардии, но считает, что будет в большей безопасности, если запрется в столице. Остальным требуются как минимум месяц на то, что бы перебросить силы. В то время как ваша троица доберется до туда за пять дней.

— И что мы должны там делать? — демон жестоко ухмыльнулся весьма кровожадной ухмылкой, услышав этот вопрос, и тут же ответил:

— Убивать!


* * *

— Сорок семь погибших и двести двенадцать раненых, — устало прокомментировал генерал Раслин итоги сегодняшней битвы. — Практически десятая часть гарнизона. Такими темпами через неделю крепость падет, поскольку некому будет её защищать.

Грэйлон промолчал, хотя мысленно согласился с оценкой. Сегодняшнюю битву они выиграли чудом. После того, как "Кровожадные Маки" стали расти прямо во дворе, отрезая пути к отступлению, на стене чуть не началась паника. Защитники, зажатые с двух сторон, не могли сдерживать рост боевых растений. Кроме того, со стороны варваров к стене подошло несколько отрядов, готовых идти на штурм, но тут к счастью подоспели маги. Два стихийника огнем и льдом обрабатывали поверхность земли вдоль стены, в результате чего возможность прорастания на ней чего-либо в ближайшее время стремилась к нулю.

Кроме того с госпиталя сбежал еще один маг, а именно телекинетик Моронос, раненый три дня назад, но все же нашедший в себе силы добраться до стены. Конечно, сил для боя у него особо не было, но отразить несколько летящих емкостей с семенами прямо в строй противника он сумел. Наемникам тут же пришлось прекращать наступление и переключаться на более насущные проблемы. Серьезных потерь они не понесли, но темп потеряли. Видимо, последнее и оказалось решающим фактором для отступления, хотя со своего места Грэйлон видел, что пойди они на серьезный штурм, не факт, что стена бы выстояла.

— Кстати, я должен поблагодарить вас. Практически все, кого я спрашивал, ответили, что именно ваши идеи остановили эти растения.

— Пустяки, — постаравшись придать своему голосу побольше суровости, хмыкнул Грэй. — Хотя, честно говоря, использовать нас для подобного дела, это все равно, что забивать гвозди короной.

— А что я еще могу сделать? У меня каждый боец на счету, — мрачно вздохнул Раслин. И подкреплений нет. От Забильона снега зимой не допросишься. По его мнению, мы тут от скуки маемся, позволяя варварам себя убивать. Сам себя он считает настолько великим стратегом, что готов в одиночку разгромить Альянс, но поскольку он выше этого, то способен лишь тягостно вздыхать и запрещать своим подданным сражаться на нашей стороне.

— Он даже такие глупости откалывает? — удивился Кориэл.

— Это еще меньшая из его глупостей. Но такое имело место быть. Тут прямо за ущельем есть небольшой городок, жители которого четко понимают, что в случае если Стена падет, им достанется в первую очередь. Поэтому в какой-то момент они собрали ополчение в несколько сотен добровольцев и прислали мне на подмогу. А через пару месяцев я получил весьма нелицеприятное письмо от Императора, в котором меня, представьте себе, обвиняли в таких жутких грехах, что я удивлен, что к этому посланию в качестве дополнения не прислали палача. Эта сволочь хотя и игнорирует указы из Слимахана, но чуть что, сразу пишет кучу доносов. В итоге пришлось ополчение распустить, хотя те сами не хотели уходить.

— А как же подкрепления из столицы? — удивился Грэйлон. — Они же должны понимать, что такой важный участок обороны требует множества бойцов.

— О, это мне регулярно присылают, — в голосе генерала промелькнул сарказм. — Примерно по десять бойцов раз в месяц. Итог сегодняшнего боя мне такими темпами придется возмещать пару лет, не меньше. Да и что это за бойцы. По большей части, всякие гвардейские выродки, которые так достали своими выходками столицу, что их отправили в ссылку. У меня уходит два-три месяца на то, что бы привить этим хлыщам хотя бы элементарные основы дисциплины. От тех же ополченцев и то куда больше проку было, но... Что бы демоны порвали этого Забильона!

— Сомневаюсь, что он им интересен, — возразил Грэйлон, мысленно вспоминая единственного знакомого ему демона. Последний похоже тоже был не прочь прибить главу Безумного ручья, но пока ничего не предпринимал по этому поводу.

— Послушайте, вы же ассасины, — внезапно с надеждой в глазах произнес Раслин. — Что, если вы лично для меня избавитесь от этого главы клана?

— Только если будет непосредственный приказ, подтвержденный письменно, — Грэйлон догадывался о возможности такого вопроса, поэтому отреагировал моментально. Кориэл и Талиен так же кивнули, подтверждая его слова.

— Ладно, если что воспользуемся этим в самом крайнем случае, — тут же пошел на попятный генерал. — Тем более, неизвестно, кто придет вместо него. Возможно, его преемник вообще потребует, что бы мы убрались с его земель. — Немного помолчав, он продолжил. — Нужно отдать должное другим правителям. Ариус, Карнэл и Карбей регулярно присылают весьма неплохие отряды. Да и из других регионов нам достается немало.

— Мы хорошо поняли сложившееся положение, но все равно это не повод использовать нас, как рядовую пехоту, — продолжал настаивать Грэйлон. — За стеной мы способны принести куда больший результат.

— Боюсь, вы еще не до конца поняли, насколько серьезное у нас положение, — возразил генерал. — В данный момент у меня меньше двух тысяч бойцов и четыре мага, из которых два небоеспособны. За стеной десятитысячная армия с дюжиной волшебников и весьма неприятными сюрпризами, подобными сегодняшнему. Можете посчитать шансы, так понимаю, в вашей школе должны учить подобному.

— Учили, — подтвердил его слова Грэй. — А еще учили тому как, приложив минимум усилий, сорвать планы многократно превосходящего противника. В идеале мы вообще способны прогнать всю армию этих варваров. — В данном случае Лис нисколько не преувеличил своих возможностей. Другое дело, что он сам пока не знал, как это можно сделать. Но судя по заинтересованному лицу генерала, данный вопрос проработать придется.

— Я подумаю над вашим предложением, — наконец ответил командующий. — Возможно вечером, если крепость еще будет стоять, подумаем, что можно сделать в данном случае. А пока отдыхайте и набирайтесь сил. Разведка доносит, что варвары внезапно свернули всяческую активность. Похоже, они готовят нам очередной сюрприз. — И вновь помрачнев, резко сменил тему. — А все-таки подкрепление нам бы не помешало. Сейчас я готов продать душу даже за то столичное ополчение. — И увидев недоумение в глазах собеседников, пояснил. — Тоже несколько лет назад было. У нас тут некоторое время обитал один менестрель, вдохновения искал. — Кориэл тут же понимающе кивнул. — Написал дюжину песен, неплохих, но все же малость далеких от реальности. У нас их не особо приняли, зато в столице они пошли на ура. Причем народ под впечатлением собрал очередное ополчение, примерно пять сотен всадников. Вот только все они представляли собой отпрысков знатных родов.

— Тяжелый случай, — печально и вполголоса прокомментировал Талиен, который как раз и был таким отпрыском.

— Я вначале обрадовался, — продолжал Раслин. — Когда увидел такую толпу, и все в новых сияющих доспехах. Только на деле оказалось, что каждый из них мнит себя как минимум Победителем Дюжины Драконов и Избранным, Способным Бросить Вызов Богам. Моих приказов слушать не хотели, оборону раскритиковали, и едва очередная орава варваров пошла на штурм, тут же потребовали открыть ворота и поскакали навстречу.

— Я уже догадываюсь, чем все закончилось, — хмыкнул Грэй

— Скакали они красиво, — вздохнул генерал. — Как на параде, стройной линией. Видимо, специально по дороге тренировались. Против дураков самое то. Вот только варвары такими дураками не были. Половину всадников стрелами выбили. К этому моменту вторая половина начала хоть что-то соображать и попыталась развернуться, но не успели. Их окружили, сдавили и фактически затоптали. Я, честно говоря, стоял на стене и плакал. Ладно, сами дурни погибли, это ерунда, с таким характером они и на стене полегли бы. А вот что доспехи пропали, это плохо. Нам такие качественные не выдают. Потом, правда, у тех же варваров, когда они на штурм полезли часть забрали, но они их к тому времени под себя подогнали и было уже не то...


* * *

Несмотря на всеобщее мнение, что Троллье Ухо являлось единственным ущельем, связывающим Империю и варварские земли, разделенные Звездными горами, данный факт несколько не соответствовал реальности. На самом деле в горах насчитывалось не менее полутора десятка проходов, по которым при определенных обстоятельствах можно было провести армию. Другое дело, что природные условия, царящие в них, вносили немалые коррективы. И существовал серьезный риск, что любая армия, попытавшаяся пройти этим путем, понесет немалые потери и без столкновения с противником. Да и вели те дороги на территории кланов, всерьез озабоченных своей безопасностью. Поэтому дальше пробных рейдов там не заходило. Другое дело Троллье Ухо, словно созданное для переброски крупных военных сил.

Стен в нем, кстати, насчитывалось не одна, а целых пять. Самой впечатляющей считалась первая. Возведенная у самого входа в ущелье, она одним своим видом должна была навевать на варваров священный ужас. Длиной почти тысячу шагов, высотой почти в двадцать человеческих ростов и весьма солидной толщины. Вдоль неё на равных промежутков располагались шесть башен, с размещенными на них мощными боевыми машинами. Внутри стены по верхнему краю шла закрытая галерея с бойницами для стрельбы. Находящиеся там лучники с легкостью могли отстреливать лезущих наверх варваров. Правда, пару часов назад это место стало фактически ловушкой. Лишенные нормального обзора, солдаты не могли вовремя реагировать на проникновение лиан и гибли один за другим. Конечно, цветки внутрь проникнуть не могли, но их отростки вполне неплохо душили и ломали шеи всем, кто попадался им навстречу.

В былые времена вдоль стены располагался широкий и глубокий ров. Но за последние тридцать лет, благодаря использованию множества солдат и боевой магии, данное укрепление фактически прекратило свое существование. У гарнизона не хватало сил, что бы обновлять его, а Забильон после очередного маразматического приступа отказался присылать своих подданных на земляные работы. Впрочем, даже в таком виде крепость впечатляла и создавала иллюзию неприступности.

В пятистах шагах позади нее возвышалась вторая стена. Поскольку в этом месте ширина ущелья резко сокращалась, то и длина её составляла лишь половину впереди стоящей. Сама она состояла из двух стен, сходящихся посередине под углом, направленным вогнутой стороной к варварским землям. Такое положение позволяло обстреливать штурмующих сразу с двух сторон, изрядно осложняя им жизнь. Правда по высоте и количеству оборонительных сооружений она изрядно проигрывала предыдущей, поэтому отступление к ней считалось не самой рациональной стратегией.

Еще в пятистах шагах дальше, в форме полумесяца, чьи рожки смотрели так же в сторону варваров, находилась третья стена. Точно такая же по размерам, как и вторая, она, тем не менее, имела дополнительные укрепления в виде галерей, пробитых в скалах. Древние строители обнаружили в этом месте несколько пещер и, расширив их, прорезали отверстия наружу. И что бы проникнуть в эти пещеры, требовалось захватить хотя бы часть стены.

А сразу за третьей стеной, пристроившись к стене ущелья, располагалась цитадель, где в данный момент и находился штаб, а так же госпиталь, мастерские, магические лаборатории и многое другое. В отличие от стен, она не перекрывала прохода, но в любом случае, вражеским войскам явно не доставило бы удовольствия проходить вдоль стен, откуда на головы массово летят всевозможные колющие и дробящие предметы. Сама цитадель представляла из себя многоуровневый и сложный лабиринт, где каждый этаж легко превращался в непроходимую крепость. А внутри находилось достаточно припасов, что бы держаться годами. Но даже если враг и захватывал цитадель, для обороняющихся оставалось немало шансов. Несколько пещер, ведущих с верхних ярусов, образовали систему тайных ходов, по которым войска могли уйти в горы.

Теоретически войска, отступив, могли вернуться через пару дней, что бы через другие ходы отбить крепость у ничего не подозревающего противника обратно. Правда, по словам Трая, для этого требовался ну очень наглый и умелый командир. Но в любом случае, варварам пришлось бы приложить немало усилий, чтобы взломать эту оборону.

Четвертая стена находилась уже в паре дней пути отсюда. Гарнизонные вояки в шутку называли её соломенной и на это утверждение у них имелись веские причины. Во-первых, на ней отсутствовал хоть какой-то гарнизон. Лишь несколько эльфов несли здесь свою стражу. Считалось, что отступающие войска от первых трех стен должны были занять здесь оборону. Но в том случае если их запрут в цитадели, стена превращалась для наступающих варваров в средство возмещения запасов оружия, поскольку склады при ней по уставу заполнялись целиком и полностью. Но даже если остатки войск и решали здесь держать оборону, само качество постройки явно не давало особых надежд на длительную осаду. Проезжая мимо неё, Лис прикинул, что для выбиения ворот хватит пары бревен в качестве тарана. А по самой стене можно было залезть безо всякой лестницы, хватало и своих собственных дырок и выступов.

История возникновения подобного чуда состояла из нагромождения всевозможных нелепиц. Примерно сотню лет назад в столице всплыл один пророк, нагородивший кучу всякой чуши, в том числе и о падении Золотой стены. Поскольку к этому времени варвары уже начали представлять серьезную силу, Император повелел возвести четвертую. Стену возвели сравнительно быстро. Вот только специалисты долго удивлялись, кому пришло в голову строить укрепление в столь неподходящем месте, где даже по склонам можно обойти его. Да и качество постройки намекало на то, что большая часть материалов явно ушла на местные рынки. Шли слухи о дворце, построенном для того самого пророка, тем самым подрядчиком, который взялся за строительство укрепления. Злые языки намекали на родственные связи между ними и называли пророчества чушью. Сам Грэйлон считал так же, но после сегодняшней битвы задумался о том, что в данном предсказании смысл есть.

Пятая стена считалась самой молодой. Её возвел лет двадцать назад один из изгнанных Забильоном генералов. Четко осознавая все слабые места обороны, он мобилизовал жителей двух ближайших городов, дабы они возвели на выходе из ущелья еще одну крепость. Правда, когда слух дошел до главы Безумного Ручья, строптивый генерал тут же отправился в изгнание. Но крепость сносить не стали. По негласному соглашению между Раслиным и местным руководством, в случае вторжения местное ополчение обязывалось удерживать эту крепость в надежде, что остатки гарнизона Золотой Стены доберутся до неё обходными путями.

Все это Грэйлон узнал за ту неделю, что находился здесь. И если честно, он до сих пор не знал, для чего их сюда прислали. Раслин от такого подкрепления только за голову схватился. Конечно, каждый из тройки стоил десятерых, но все равно для генерала это выглядело издевательством. Как ему использовать подобных ассасинов по назначению он даже не знал. Учитывая, что вся троица плохо знала местность, до разведки их особо не допускали. Вот и приходилось вместе со всеми дежурить на стене и отражать нападения лиан-убийц.

Правда, обнаружилась и пара весьма приятных вещей. А именно, к своему удивлению, Лис встретил здесь пару старых друзей. Точнее единственных друзей, оставшихся еще с прошлой жизни. В первую очередь он наткнулся на Лэйрина. Вечно хладнокровный и гордый художник, оказывается, приехал сюда, дабы сделать зарисовки битв. В итоге ему самому пришлось немного помахать клинком. Особого восторга это ему не принесло, но нужные сцены для картин набрал. На Лиса и певца он смотрел как на небожителей, ибо знал, где те обучались и на кого работали.

А вот Энлиона суровый статус друзей детства не смущал ни капельки. Будучи, как и раньше, весельчаком, он тут же рассказал ряд забавных историй, случившихся в Кортаилане за время отсутствия там Лиса. В крепость он попал случайно. Поскольку Ариус входил в число тех, кто обеспечивал крепость не только живой силой, но и амуницией с продовольствием, то в какой-то момент ему показалось, что ряд цифр из докладов не сходится с его документами. И в результате на голову злосчастного Раслина кроме трех суровых убийц, свалилась и небольшая комиссия по расследованию хищений. В её число вошел и отец Энлиона, который взял с собой сына в качестве помощника. Несмотря на обещания командующего в случае чего выставить всю компанию на стены для отражения атаки, те не спешили покидать крепость, продолжая выполнять свой долг.

Тем не менее, несмотря на все хорошее и плохое, Лис по-прежнему терзал себя вопросом, что же им делать? Трай, провожая их, сказал, что крепость должна продержаться месяц. Учитывая дорогу, прошло две недели, но шансы продержаться такой малый срок стремительно сокращались. Недолго думая, Грэйлон решил провести совещание с членами команды.

В качестве тихого уголка, как ни странно, послужила полуразрушенная башня первой стены, располагавшаяся как раз под странным скалистым образованием, издали напоминающим ушную раковину тролля. В честь него ущелье и получило такое название. Что же касается самой башни, то пару дней назад в неё угодил камень с требушета, разрушив почти все метательные машины. Каменщики наскоро залатали повреждения, но для полноценной обороны она пока не годилась. Поэтому вся троица и расположилась здесь, осознавая, что тут им может помешать разве что новый выстрел в башню.

— Что-то они расшалились, — хмыкнул Кориэл, выглядывая в ближайшую бойницу. — Уже час обстреливают из требушетов главные ворота.

— По сравнению с тем, что было, это даже мелковато, — пожал плечами Талиен.

— Предлагаю пока забыть про обстрел и сосредоточиться на насущной проблеме, — буркнул Лис. — Надо как-то разобраться с тем, каким образом мы можем спасти крепость.

— А мы её можем спасти? — хмыкнул менестрель. — Ну, разве что, превратившись в героев древности, способных взмахом меча обращать скалы в пыль.

— А если спуститься с небес на землю? — Грэй недовольно поднял бровь, глядя на страдающего сарказмом товарища. — Что мы конкретно можем сделать?

— Лично я могу зарубить два-три десятка варваров. Талиен столько же застрелит. Ну а ты будешь тыкать им в задницу отравленной иголкой и прежде, чем они заметят, сможешь уложить до полусотни. После чего нас посмертно занесут в список величайших героев, павших дурацкой смертью, — менестрель тяжело вздохнул. — Что-то эти зеленые насаждения малость растревожили мою душу. Даже рифмы на ум не идут.

— Может у тебя есть какие предложения? — оставив страдающего менестреля, Лис переключился на лучника, ожидая услышать хоть от него дельный совет.

— Нужно убить магов, — устало пожал плечами Талиен. И, увидев недоверчивый взгляд Грэйлона, пояснил. — Стена достаточно высока, поэтому мало какая лестница достает до вершины. Я посмотрел, они связывают по две лестницы, дабы хоть как-то залезть наверх. В крепости достаточно тяжелых машин, что бы нанести значительный урон любому отряду прежде, чем он подберется в упор. Главные потери мы несем от волшебников. Ликвидировать их или убрать самых сильных и варвары могут швырять камни хоть до конца света.

— Идея хорошая, — согласился Грэй. — Осталось лишь продумать, где они прячутся и как их искать.

— Это как раз не проблема, — к удивлению всех вновь подал голос менестрель, доставая из-за пазухи сложенную карту и протягивая её Грэйлону. Последний тут же развернул её на ближайшем камне и, присвистнув от восторга, приступил к изучению. Весьма подробная схема лагеря варваров, принесенная певцом, для Лиса оказалась фактически даром небес.

— Откуда ты это взял? — тут же поинтересовался он.

— Вчера заглянул к разведчикам. Спел им пару песен, ну и увидел заодно эту вещь на столе, — невозмутимо ответил менестрель.

— И ты её украл? — удивился Талиен.

— Нет, просто запомнил и нарисовал по памяти. И что бы сократить время дальнейших раздумий, советую обратить внимание вот на эту точку, — и палец Кориэла ткнулся в карту.

— Балиран Зубастый, — прочитал Грэйлон на карте. — Считаешь, что это маг?

— Я точно знаю, что это один из главных магов. По крайней мере, разведчики именно так про него говорили.

— Как-то подозрительно, что он обитает за пределами лагеря, — вновь нахмурился Талиен.

— Ну, во-первых, не за пределами, а на окраине. Как раз внутри кольца патрулей. Крупный отряд незамеченным не пройдет. А мелкий, если доберется, то волшебник с ним справится. Ну а во-вторых, это вполне в их вкусе. Они там то и дело экспериментируют, иногда с очень опасными вещами. Вот и стараются держаться в стороне, дабы, если что, своих не задеть.

— Ну, так что, будем убивать? — поинтересовался менестрель.

— Нет, — отрицательно покачал головой Лис. — Мы его постараемся взять живьем. Заодно испытаем Умиротворитель в действии.

— Зачем? — удивленным хором поинтересовались товарищи.

— Сегодняшняя атака растениями заставила меня вспомнить нечто нехорошее из моих похождений у разбойников, — напряженно произнес Грэйлон. — Подобные приемы я видел лишь у одного человека, которого я до сих пор считал мертвым. Но если он каким-то образом оказался жив и сейчас сражается на той стороне, то я должен это знать. Иначе у нас могут быть очень большие проблемы. — В голове промелькнули картины того, как Штырь массово выжигает разум у атакующих солдат. Окажись он возле Золотой Стены и оборона её моментально потеряет смысл. Но даже если разбойничий колдун на самом деле мертв, все равно требовалось узнать, каких еще сюрпризов можно ожидать от врага.

После нескольких минут раздумий, товарищи согласились с его доводами. Теперь оставалось только составить план и одобрить его у Раслина. Период безделья кончился, ассасины, наконец, начинали действовать.


* * *

Вопреки распространенному мнению, что заклинание ночного зрения превращает ночь в день, на самом деле для использующего его, темнота превращалась в некое подобие сумерек. Окружающая местность хорошо просматривалась лишь на несколько десятков шагов, а дальше все расплывалось и становилось нечетким. Другое дело, что обычные люди ограничивались в зрении лишь на несколько шагов и были вынуждены использовать всевозможные фонари, факелы, а то и полагаться на слух.

Тем не менее, троице эльфов пришлось приложить немало усилий, что бы преодолеть кольцо патрулей. Последние через чур ревностно относились к своим обязанностям, периодически изучая все подозрительные кусты, ямы, дупла, в общем любые места, где мог спрятаться коварный враг. Грэйлону пришлось недовольно поморщиться, когда из подслушанных разговоров он узнал, что на этом участке им противостоит знаменитая Ежиная рота.

Как выяснилось из лекций Трая, знавшего немало фактов о варварских землях, ежепоклонничество не ограничивалось одними варварами-каннибалами вроде Тыча. Оказывается, данный культ имел весьма широкое распространение, хотя фактически он нигде не являлся официальной религией. Данное подразделение наемников как раз и появилось под влиянием подобных верований. Ежу они, конечно, не поклонялись, но его изображением украшали все, что угодно, начиная от знамен и кончая одеждой и оружием. Особенно пугающим выглядел девиз наемников: "На нас где сядешь, там и слезешь". Раслин жаловался, что при осаде стены больше всех проблем он получает именно от этого отряда.

Лис, конечно, осознавал, что дойди до прямого столкновения, он справится даже с тремя бойцами из этой роты, но скорей всего это приведет к тому, что на место боя сбежится весь отряд. Поэтому оставалось тихонько ползти, стараясь оставаться незамеченным. Впрочем, воспитанников Обители Драконов как раз и готовили для подобных деяний.

Правда, ушло не меньше двух часов, прежде чем им удалось добраться до палатки мага. И теперь Лис уже с полчаса изучал окрестности, пытаясь понять, что ему тут не нравится. То, что "скромный" шатер, больше напоминавший небольшой домик, никто не охранял, являлось вполне обычным явлением. Грэйлон уже сумел разглядеть сигнальный купол, возведенный над жилищем волшебника. У команды имелось достаточно артефактов, позволяющих пробить в подобном дыру, не подняв тревоги, но, несмотря на это, Лис так и не отдал приказа, продолжая вести наблюдение.

Червячок беспокойства продолжал расти, и Грэй никак не мог понять, в чем дело. Ментального сканирования он не боялся, но все же его не покидало ощущение, что за ними следят незримые глаза. Насчет своей невидимости для магов менталистов, Лис потом немало узнал от наставника. Оказывается, Трай в свое время разработал свою личную методику, как именно закрывать своих подопечных от вражеского наблюдения. Причем ученики чаще всего ни о чем не догадывались, поскольку обрабатывали их прямо во время посещения госпиталя, после очередных серьезных травм. Поскольку во время обучения в это строение им приходилось наведываться чуть ли не через день, у Трая находилось достаточно времени, что бы наделить юных убийц необходимыми качествами.

После того, как телом наставника завладел Многоликий, тот внес несколько корректив в оригинальное заклинание. Поскольку при личном общении прошедшего обработку эльфа с профессиональным менталистом, последний мог легко заподозрить неладное, осознавая, что не чувствует своего собеседника. Демон умудрился сделать так, что теперь ученики могли изображать какие угодно мысли, дабы ввести противника в заблуждение. А так же включать и выключать их по своему желанию. Правда для этого приходилось пройти специальное обучение, но Лис и сотоварищи без возражений согласились на это.

Тем не менее, несмотря на подобные меры, и то, что до палатки оставалось каких-то сто шагов, Грэй ни в какую не хотел вылезать из кустов. Его шестое, седьмое и прочие чувства орали так, что он удивлялся, почему же он до сих пор не оглох. Поэтому оставалось только одно, сидеть и изучать местность.

В очередной раз пробежавшись взглядом по окрестностям, он приступил к изучению веток ближайших деревьев и внезапно словно застыл. В поле его зрения попало несколько птиц, сидевших в кронах ближайших сосен. Казалось бы, что в этом необычного. Но птицы почему-то упорно отказывались спать, как им полагалось по этому времени суток, а вместо этого крутили головами в разные стороны. Конечно, это вполне могла быть какая-то неизвестная эльфам порода ночных хищников. Но Лиса так же напрягало и их расположение. С тех мест, где они сидели, просматривались практически все подходы к обиталищу чародея. В голове вновь пронеслись воспоминания того, как Штырь следил за эльфами при помощи всякой живности. В таких условиях следовало опасаться даже невзрачного мышонка, прячущегося меж корней деревьев. Правда, тот же Штырь рассказывал, что держать одновременный контроль в течение длительного времени крайне сложно, поэтому Грэй пришел к мнению, что эти птицы единственное, что использует чародей для того, что бы засечь внезапных гостей.

Правда, теперь всплывал насущный вопрос, как именно подобраться к их цели. Со своего насеста птицы могли засечь не только эльфа, но даже малозаметного жучка. А попытка убить хотя бы одну из них скорей всего насторожит хозяина. Срочно требовался новый план. И Лис внезапно осознал, что такой у него имеется. Парой фраз и дюжиной жестов он обрисовал ситуацию своим напарникам.

— И что будем делать? — так же на пальцах спросил его Талиен. Лис тут же объяснил, что лучник должен выйти на открытое место и продолжить маршрут. В то время как он с менестрелем остается в засаде. Лучник тяжело вздохнул, но, тем не менее, внимательно изучил, по какому маршруту ему следовало идти. Кивнув в знак согласия, он тут же растворился в зарослях, а Грэй приступил к наблюдениям. Заодно он достал из потайного кармана небольшой и ничем непримечательный метательный нож и пристроил его в ножнах на своей руке.

Прошло еще несколько томительно долгих минут, прежде чем Талиен вновь появился в поле его зрения. Грэй специально проложил ему маршрут так, что бы он не приближался к кустам, где сейчас сидели эльфы. Как он и рассчитывал, птицы тут же отвлеклись на появившуюся цель. Парочка сделали круг над зарослями, из которых вылез эльф, в расчете обнаружить еще противников. Еще три переключились на наблюдение за лучником. И что самое главное, в системе наблюдения на короткое время возникла пусть и небольшая, но дыра. Лис кивнул певцу, и они тут же устремились вперед.

Идти пришлось весьма извилистым маршрутом, не сводя взгляда с крылатых наблюдателей. Пару раз Грэйлон и Кориэл залегали на местности, когда им казалось, что их могут заметить. Это привело к тому, что Талиен ушел далеко вперед. Контуры палатки мелькали впереди меж деревьев, и в какой-то момент эльфы осознали, что им удалось прорваться. Цель находилась буквально на расстоянии вытянутой руки. Так же как и захваченный Талиен.

Последний стоял рядом с куполом, с интересом изучая синее сияние, охватившее его ноги и руки. Судя по всему, это заклинание ограничивало его движения. И два юнца, крутившиеся вокруг эльфа и поливающие его бранными словами, были этому подтверждением.

— Смотрите, какой наглый остроухий, — ехидно и насмешливо издевался один из них, высокий и рыжий паренек. — Пришел неприглашенный и даже поздороваться не хочет.

— Ничего, мы ему пятки огоньком подогреем, сразу станет как шелковый, — согласно поддакивал ему лысеющий жирдяй. — Мастер Балиран как раз растопил очаг.

— Так что, понимаешь ты, остроухий, что твоя жалкая бессмертная жизнь кончилась прямо здесь? — продолжал первый, схватив Талиена за плечо. Лучник недовольно поморщился, но тем не менее промолчал.

— Ну и чего вы разорались? — раздался недовольный голос из глубины обиталища. — Эльфа что ли живого не видели?

— Простите, мастер, — тут же извинилась парочка, отходя в стороны. А из шатра тем временем вышел его хозяин. Лис разочаровано и в тоже время с облегчением вздохнул. Откуда бы этот чародей ни знал заклинание звериного контроля, Штырем он точно не являлся. Еще один толстяк, весьма похожий на второго из юнцов, только еще более плешивый. И с выдающимися вперед зубами, от которых он скорей всего и заработал свое прозвище.

— И так, кто тут у нас? — пробурчал чародей, останавливаясь перед Талиеном. — Судя по тому, что не слышу мыслей, один из ассасинов. Как измельчала Империя, коли по мою душу прислал всего одного зеленого юнца. Или за тобой должны прийти еще? Спешу разочаровать тебя, ваши трюки с невидимостью не сработают со мной.

— Учитель, что вы с ним разговариваете? — с почтением в голосе произнес один из подручных чародея. — Лучше сразу его на лабораторный стол, заодно узнаем, как им это удается.

— Всему свое время, Решак, — отмахнулся Балиран. — Исследование это весьма тонкое дело, что бы к ним приступать без предварительной подготовки. Заносите его внутрь. — Чародей, развернувшись, направился, было, палатку, когда его остановил спокойный голос Талиена.

— А с чего ты взял, что наша невидимость не сработала? — удивленный маг развернулся, но прежде чем он успел промолвить хоть слово, за спинами учеников проскользнули две тени. Синхронно, словно единый организм, они зажали рты юнцов, перерезая им горло. Недоуменный чародей рефлекторно вскинул руку, в которой тут же возник огненный шар, но в руке Лиса уже мелькнул тот самый метательный нож.

Шар исчез, не успев разгореться, а маг, в чьих глазах плескался ужас, упал на колени. По идее клинок, застрявший в плече, должен был причинять страшную боль, но волшебник, казалось, её не замечал. Вместо этого он с ужасом смотрел на свои руки, бормоча непонятные слова. В следующий миг его озарило, и он протянул руку к пронзившему его клинку, но к этому моменту оба эльфа уже находились рядом с ним. Лицо волшебника закрыла тряпка, промоченная в наркотическом снадобье, отчего он тут же забился, пытаясь высвободиться, но Грэй держал его крепко.

Прошло всего несколько секунд, показавшихся для эльфов целой вечностью, но тут маг обмяк и безвольным мешком осел в руках Кориэла. Менестрель флегматично пожал плечами и, убедившись, что чародей действительно отключился, встал на ноги. Пока Грэйлон упаковывал лежащего Балирана, заодно избавив его от блокирующего Силы клинка, певец сумел отключить заклинание, сковывавшее Талиена. А еще через полминуты вся троица скрылась в лесу, унося тело плененного волшебника. И никто из них так и не догадался поднять голову, дабы заметить упрямо летевшую над ними птичью тень...


Глава 4


Ночной бег с тяжелым пленником на руках не самое веселое занятие. Особенно если учесть, что дело происходит в местности, полной вражеских наблюдателей и патрулей. Грэйлон это четко осознавал, так же как и то, что самым сложным будет вернуться обратно. Сам пленник так же не особо горел желанием помогать своим похитителям, умудрившись, несмотря на зелье, весьма скоро прийти в себя. Мыча сквозь тряпку, затыкавшую ему рот, он упорно игнорировал все угрозы со стороны эльфов. И даже поднесенный к лицу нож не произвел на волшебника особого впечатления.

Положение не то, что бы начинало портиться, но чем-то нехорошим в воздухе повеивало. Лис внезапно осознал, что его миссия находится под угрозой. Либо убить мага и вернуться с пустыми руками, либо продолжать прорываться сквозь лес, рискуя каждую минуту нарваться на патруль.

Как завещал наставник, Грэйлон выбрал третий путь, за который следовало опять же благодарить менестреля. Незадолго до выхода тот притащил капитана гарнизонный следопытов, который достаточно подробно расписал не только маршрут, но и некоторые весьма полезные детали местности. В том числе и укрытие, находившееся фактически в черте расположения войск. Согласно их сведениям, местность пересекало несколько ручьев. И если спуститься в нужный и пройти по колено в бурлящей воде меж высоких стен оврага немного вверх по течению, то очень скоро по левой стороне можно было отыскать очень хитро скрытый корнями деревьев вход в пещеру. Именно туда Лис и направился, в расчете, что удастся пересидеть неожиданно возникшее волнение и заодно немного потолковать с магом.

Описания оказались весьма точными, правда никто из разведчиков не предупредил, что вход окажется настолько узким. Эльфы-то протиснулись без труда, а вот мага пришлось проталкивать силой, при этом немного поцарапав. Зато внутри обнаружилось тихое и спокойное место, правда, малость тесное. Сидеть приходилось на корточках, дабы не стукнуться об потолок. Достав Фриал и осветив помещение, Лис тут же перешел к делу.

Конечно, хорошо заниматься допросом, имя в своем распоряжении уютное подземелье с солидным инструментарием, один вид которого тут же вынуждает допрашиваемого заливаться соловьем. И где тебя ничто не торопит, кроме приказа начальства, и ты можешь в перерывах между пытками пить чай и думать о сущности жизни. Другое дело, когда ты с товарищами заперт в тесной пещере и тебе срочно нужно разговорить весьма строптивого варвара, дабы в случае чего прийти в крепость хоть с чем-то, способным порадовать генерала. Подобную вещь Грэйлон и хотел проделать.

Присев рядом с магом, он достал тот самый памятный ему нож и легонько воткнул в плечо. Толстяк тут же протяжно замычал сквозь кляп и из глаз его брызнули слезы.

— Это, — ткнул Лис пальцем в нож. — Умиротворитель. По крайней мере, мы его так называем. Он служит некоторым гарантом того, что ты не будешь колдовать и мешать мне творить с тобой нехорошие вещи. На тебе, конечно, есть еще пара подобных амулетов, но Умиротворитель самый надежный. А кроме него у нас есть еще один интересный ножичек. — Клинок, блеснувший в руках Грэйлона, больше напоминал медицинский скальпель, снабженный небольшой пилой. — Его я называю Избавитель. Обычно я им пользуюсь, когда хочу избавить своего клиента от некоторых тайн, известных только ему. — Голос эльфа, заурядно будничный, похоже, пугал Балирана больше, чем демонстрируемые клинки. Маг застонал еще сильнее, обильно при этом потея. — Его уникальность состоит в том, что любая рана, нанесенная им, весьма быстро затянется. Мало того, он даже останавливает кровь. Очень дорогая вещь, которую могут себе позволить только элитные врачеватели. Но я не врач, и поэтому нашел ему несколько иное применение. Этим ножичком я могу наносить тебе столько ран, сколько захочу, при этом ты не умрешь от кровопотери. Не правда ли удобно?

— Ты ему не объясняй, как он работает, а просто режь прямо по живому, — весьма грубо прервал Грэйлона певец. — Я не вижу в пытках ничего красивого. Плохой материал для песен...

— В общем, — не обращая внимания на Кориэла, продолжал Лис. — Я задам тебе несколько вопросов, а ты мне на них ответишь. И если ты откажешься отвечать или будешь мне лгать, то знай, тебе будет больно и возможно даже стыдно за свое поведение. Ну, а теперь слушай меня и внимательно, я даже дам тебе немного времени на раздумья. — Грэйлон в упор взглянул в безумные от ужаса глаза чародея. — Откуда у вас взялось заклинание, позволяющее управлять растениями? Кто рассказал вам, как искать нас при помощи птиц? Сколько еще волшебников в лагере, и какого они уровня? И наконец, каким образом вы планируете взять Стену? У тебя будет немного времени подумать, а что бы думалось быстрее, я займусь стимулированием.

Маг даже не успел ничего понять, когда скальпель вонзился ему в бедро. Протяжное мычание сквозь кляп попыталось заполонить пещеру, но было тут же поглощено журчанием ручья. А Лис продолжал резать ногу, с интересом наблюдая за тем, как края раны вслед за ножом сами собой постепенно сходятся и заживают.

Несмотря на умоляющий взгляд Балирана, Лис, достав клинок, тут же вонзил его во вторую ногу, повторив процедуру. И лишь после третьего раза извлек тряпку, затыкавшую рот чародея. Тот в первую очередь несколько секунд тяжело дышал, после чего поплотнее прижался к стене, словно пытаясь пройти сквозь неё и скрыться от жестокого эльфа

— Я жду ответов, — медленно намекнул Лис. — Если тебе так тяжело отвечать на все сразу, буду задавать вопросы по одному. Итак, начни с растений.

— Это открытие одного известного мага-агронома, — заикаясь, начал откровенничать Балиран. — Его зовут Харимгал Ломпела. Он искал способ заставить растения расти быстрее и нечаянно нашел способ использовать их как оружие.

— Сам нашел? — недоверчиво уточнил Грэйлон. Чародей тут же сглотнул слюну и поспешил поделиться сомнениями.

— Ходят слухи, что на самом деле он воспользовался чужими разработками, но я не знаю подробностей. Мне лишь передали семена, показали, как ими пользоваться и все.

— Допустим, — пока что Грэй не чувствовал лжи в словах пленника. Хотя никакой конкретной информации он при этом не получил. От Штыря должно было остаться немало записей, которыми могли воспользоваться. — А что про наблюдение? Кто вам рассказал, как искать ассасинов?

— Инструкция из штаба, — косо поглядывая на нож в руке допрашивающего, продолжал Балиран. — Все армейские менталисты получили бумагу, в которой давались наставления, как противостоять лазутчикам. Я сам не особо силен в этом трюке, но считал, что у меня все получилось...

— Почти получилось, — хмыкнул Лис. — А имя этого всезнайки ты случаем не знаешь?

— В документах его имя указывалось как — Грач, — тут же ответил чародей.

— Грач? — удивился Грэйлон и посмотрел на Кориэла. Тот лишь беспомощно покачал головой, так же как и следивший за входом Талиен. Все они первый раз слышали подобное имя. Никаких ассоциаций, связанных с этим словом, так же не приходило на ум и эльф продолжил допрос. — Маги? Сколько их у вас?

— Осталось девять, — неохотно признался Балиран. — Я был единственным магистром, остальные ученики и мастера. Семеро стихийников, некромант и еще один менталист.

— Не так много, но и не так мало. Ну а теперь можешь поделиться со мной планами командования?

Судя по суровому и надменному взгляду, полученному Лисом, волшебник смог прийти в себя и, наконец, решился хоть на какое-то сопротивление. Если до этого его спрашивали о сравнительно невинных вещах, то от данного ответа зависела судьба всей компании. А так же осажденных, и поэтому Грэйлон тут же кивнул менестрелю, дабы тот заткнул рот пленнику и вновь достал нож. На этот раз его целью являлась кисть руки. Вместо обычных порезов он на этот раз принялся усиленно надавливать, создавая иллюзию, что хочет отрезать руку.

— Эта пила, — сказал он, переворачивая клинок зубьями вверх. — Вполне способна отпилить руку. Причем рана тут же заживет. Впрочем, не волнуйся, у тебя останется еще три конечности, да и эту мы можем потихоньку нарезать по кусочкам.

На этот раз мычание заглушало даже шум воды, а в глазах чародея замелькали огоньки безумия. Грэй тут же вынужденно притормозил, осознавая, что в данных условиях не стоит заходить так далеко. Тем более подобной демонстрации вполне хватило, что бы пленник обмяк.

— Осадные орудия, — пробормотал он, едва ему освободили рот. — Тевон идет сюда с осадными орудиями, которых хватит, что бы пробить стену.

— Разве Тевон не с вами? — нахмурился эльф.

— Он обманывал Кровавого Ариуса, взяв большую часть армии с собой. Сейчас он возвращается и уже завтра будет здесь.

— Сколько у него войск? — резко поинтересовался Грэй.

— Почти двадцать тысяч, в основном тяжелая пехота. Возможно, к нему присоединится ополчение.

Цифры моментально закрутились в голове Грэйлона. Если до настоящего времени осаждающие превосходили защитников в пять раз, то с подходом маршала, это соотношение еще и утроится. И при этом добавятся еще и осадные орудия. Правда, кое-что не сходилось...

— Вчерашняя атака, — вновь резко спросил эльф. — Какое она имела значение?

— Это импровизация генерала Уфона! Он заместитель маршала и метит на его место. Генерал считает, что приданных ему войск в сочетании с магами хватит, что бы захватить Стену! Он и сам немного маг, поэтому знает, о чем говорит! Но его план сорвался и теперь...

Дальше Лис уже не слушал. Мысли понеслись через его разум как табун лошадей. Завтра сюда должен прийти полководец, поставивший своей целью сокрушить Золотую Стену. Завтра количество врагов увеличится как минимум в три раза. Похоже, пересидеть в убежище, пока ищейки Ежей носятся по лесу, не удастся. Требовалось срочно предупредить гарнизон и командующего...


* * *

Уйти без шума не вышло, хотя эльфы приняли все необходимые меры. В ущерб маневренности они усыпили пленного мага, дав ему двойную дозу снадобья, после чего взвалили на спину менестреля. Кориэл воспринял это весьма философски, заявив, что среди дам, которых ему приходилось таскать, попадались экземпляры и помассивней. Выбравшись из пещеры, они тут же направились на север, по запасному пути. Пару раз им приходилось пропускать мимо настороженные патрули. Похоже, гибели мага еще никто не заметил, тем не менее, солдаты явно нервничали и держались настороже.

Грэя больше всего раздражали их фонари. Вместо обычных факелов Ежи таскали с собой нечто, напоминающее увеличенную версию Фриала. При желании подобный светильник мог осветить и пространство на пару десятков шагов вокруг или направить узкий луч света. Последнее они и любили использовать, просвечивая все кусты практически насквозь.

Тем не менее, до поры, до времени им везло и патрули, не заметив скрывавшихся лазутчиков, проходили мимо. Возможно, свою роль играло то, что ночь близилась к своему завершению и солдаты постепенно теряли задор и бодрость. Данный факт был эльфам на руку.

Они фактически выбрались за пределы охраняемой зоны, когда у Лиса резко заныл зуб. И что самое паршивое, он знал, что это значит. В отличие от эльфов, имевших в распоряжении сложные магические устройства для подачи сигналов и сообщений, люди пошли иным путем. Так наемники очень любили использовать один из подвидов летучих мышей, для которых создали особые свистки. Звук, издаваемый ими, не различался человеческим ухом, зато мышь его слышала очень четко, даже за тысячу шагов и сразу начинала верещать. Трай во время обучения пытался развить слух эльфов, дабы они так же могли улавливать сигнал, но даже менестрель не смог его расслышать. Зато Грэй внезапно осознал, что может воспринимать этот звук, как легкую зубную боль.

Человека выдали глаза. Замаскировался он отменно, даже бывалые эльфы с пяти шагов не заметили его убежища. И лишь легкий свет луны на какое-то мгновение отразился в зрачках, выдав глазастому Грэйлону месторасположение секрета. Взведенный арбалет моментально выпустил стрелу и, судя по легкому хрипу и шороху, весьма удачно, но за спиной уже раздавались крики ближайшего патруля. Времени проверять, жив или нет наблюдатель, не оставалось и эльфы со всех ног бросились подальше от лагеря.

Они успели пробежать всего несколько десятков шагов, когда им в спину ударил луч света. Первым отреагировал Талиен, на ходу выпустив одну за другой пару стрел. Источник света тут же упал, перенаправив луч куда-то в сторону, но противник все равно заметил их и теперь представлял, с чем имеет дело.

Уже через минуту бега стало понятно, что уйти не удастся. Преследующие их наемники явно превосходили эльфов по скорости. Что и неудивительно, учитывая тяжелое тело, которое тащил уже основательно взмокший Кориэл. Лис моментально принял решение.

— Уходите, я их задержу, — рявкнул он. — И постарайтесь экономить силы, нам еще до реки добраться надо.

Талиен и Кориэл молча кивнули, тут же растворившись в ближайших кустах. Грэйлон взвел арбалет и развернулся в ожидании противника. Правда, он тут же об этом пожалел, поскольку наемники внезапно вновь включили свой фонарь, больно резанув Лису по глазам. Когда через несколько секунд он сумел прийти в себя, Ежи уже были рядом.

Впереди бегущий здоровяк видимо посчитал, что его противник все еще ничего не видит, поскольку тут же метнул в него небольшой топорик. Грэй отпрыгнул в сторону, в свою очередь, выпуская одну за другой две стрелы из арбалета. Здоровяк весьма шустро закрылся щитом, отбивая болты, а эльф увидел, что еще два человека шустро обходят его с боков. Требовалось предпринять нечто нестандартное, и у Лиса такое имелось.

Третью стрелу пришлось выпустить практически в упор, и она так же пришлась на щит. Другое дело, что этот болт немного отличался от предыдущих, обладая свойством самовоспламенения. Щит здоровяка моментально охватило пламя, и тот тут же допустил ошибку, отпрыгнув назад. Эльф, в свою очередь, воспользовавшись тем, что его противник на мгновение оказался ослеплен, отпрыгнул в сторону и нанес удар ногой в бок. Здоровяк отлетел и весьма удачно, сбив по пути своего напарника, пытавшегося достать Лиса справа. На какое-то мгновение Грэйлону противостоял всего один боец, и он тут же не замедлил воспользоваться своим преимуществом.

Как боевая единица, подразделение Ежей практически ничем не уступало эльфам. Но вот индивидуальные бойцы по некоторым физическим характеристикам все же отставали от ассасинов. Грэйлону не составило труда увернуться от удара коротким мечом, попутно вгоняя возникший в руке нож прямо в глазницу противнику, после чего Лис развернулся, приготовившись к отражению атаки последней парочки. Здоровяк сумел отбросить свой пылающий щит в сторону и теперь поигрывал очередным топориком. Его напарник так же осторожно попытался обойти эльфа сбоку. Но Грэйлон вовсе не собирался затягивать схватку. Внезапно он развернулся и рванул к ближайшим кустам, Ежи тут же последовали за ним, что бы вдруг резко остановиться, схватившись за горло и потирая глаза.

Жгучие споры по-прежнему оставались любимым трюком Лиса, несмотря на всю их дороговизну. А уж против таких опытных противников сами боги велели применить нечто подобное. Оба бойца на некоторое время оказались полностью беспомощными и неспособными отразить угрозу. Фактически это приравнивалось к убийству связанного, вот только Грэйлон уже давно не терзался подобными моральными принципами. Две стрелы из арбалета моментально нашли свою цель, а через секунду над его ухом в весьма опасной близости просвистел ответный болт.

Грэй помянул парочку пришедших ему на ум демонов, осознав, что стал хорошей мишенью. К счастью стрелку, последнему уцелевшему из пятерки, явно было затруднительно одновременно стрелять и подсвечивать цель. Поэтому, издевательски помахав рукой на прощание, Лис тут же растворился в ближайшем кустарнике.

Догнать ушедших вперед ему не составило труда. Правда в данном случае это было не очень хорошим знаком, поскольку означало, что и наемников не затруднит перехватить лазутчиков. А шум и крики за спиной свидетельствовали о том, что переполох все-таки начался. Стоило Лису присоединиться к ушедшим вперед напарникам, как на их спинах сомкнулись лучи как минимум пяти фонарей. Как назло в этом месте их путь пересекал весьма открытый участок, и скрыться не представляло ни малейшей возможности.

В потайных карманах Грэйлона лежало несколько артефактов, как раз на подобный случай, но немного подумав, он решил их пока не использовать. Прикинув на взгляд расстояние, отделявшее их от погони, Лис с Талиеным тут же принялись чертить прямо на земле силовые знаки. К сожалению, под рукой не нашлось ни валуна, ни самого затрапезного пенька, которые при взрыве могли бы значительно проредить толпу осколками. Вместо этого оставалось надеяться лишь на то, что кого-то собьет с ног и оглушит взрывной волной, или если уж совсем повезет, оторвет ногу.

Впрочем, основной замысел заключался не в нанесении противнику серьезного урона, а лишь в том, чтобы сделать его более осторожным. Коротким рывком они вновь настигли Кориэла, и весьма вовремя. Рядом засвистели стрелы и болты. Наемники, стреляя на предельной дистанции, стремились вывести из строя хотя бы одного из лазутчиков до того, как они скроются в густом кустарнике, обильно росшем вдоль реки.

Мысленно Грэйлон вновь прикинул время и оглянулся. Прямо в толпе преследователей прогремело несколько взрывов. Несколько яростно болезненных криков свидетельствовали о том, что ловушки сработали успешно. А то, что Ежи резко снизили темп, доказывало, что план Лиса удался. Конечно, сейчас они притащат всех специалистов, которые у них есть, дабы обнаруживать ловушки, но в любом случае, нужное им время эльфы выиграли. Вокруг них сомкнулись зеленые стены долгожданного кустарника.

Лишь постоянная напряженность и суровые тренировки спасли им жизнь. Вылетевший им навстречу патруль, явно бежал на звуки тревоги, поскольку, судя по опешившим лицам, об эльфах они даже не подозревали. Впрочем, эти варвары явно не имели никакого отношения к Ежам, иначе так легко эльфы бы не отделались. Лис тут же уложил одного броском ножа. Талиен, сжимавший лук в руках в ожидании возможности показать свое мастерство, применил его малость не по назначению. Подцепив им своего противника за ногу, он опрокинул его на землю, после чего без изысков загнал ему стрелу в глаз рукой. Кориэл даже словно и не заметил атаки. Поддерживая одной рукой тяжелое тело, он парой движений тяжело ранил своих противников. Последний уцелевший тут же с криком бросился в кусты, указывая остальным местонахождение врага.

Найти лодку, на которой они приплыли сюда, не составило труда. Правда, первоначально планировалось, что этим путем они будут возвращаться лишь в крайнем случае. Но в итоге все обернулось несколько по-иному. Грэй и Талиен извлекли притопленную на мелководье лодку, после чего быстро осушив её, столкнули на воду. Вся троица сразу же запрыгнула в неё и, осознавая, насколько им дорога каждая секунда, усиленно заработали веслами.

Легкая и маневренная лодочка моментально позволила им разорвать расстояние, отделявшее их от преследования. Судя по всему, Ежи даже не заметили того, как улизнули эльфы. Это давало неплохой шанс вернуться в крепость без лишних проблем. Несмотря на то, что река текла со стороны Звездных гор, чуть дальше она делала петлю, возвращаясь практически к самым горам. Конечно, был риск, что варвары, осознавая этот факт, могли установить ниже по течению засаду. Но речка отличалась весьма извилистым руслом со сложными берегами, что бы её можно было так легко перекрыть.

— Вырвались, — тяжело вздохнул усиленно работавший веслом Талиен.

— Мы да, а он нет, — как-то с грустью отозвался Кориэл. Грэйлон озадаченно обернулся и тут же недовольно поморщился. В горячке боя они не заметили того, что в тело волшебника угодила пара стрел, причем очень удачно. Раны практически не кровили, но, даже не прикасаясь к телу, Лис мог четко установить: маг Балиран умудрился умереть от рук своих же. Тем самым запоров Грэйлону всю миссию...


* * *

Как назло, в крепость они вернулись без особых проблем. Не встретив на пути ни патрулей, ни засад, они прошли внутрь через потайную дверь, сразу направившись к начальству. Раслин уже не спал и, выслушав доклад Лиса о потерянном маге, тут же обругал его последними словами. А узнав, что ему удалось вытянуть из пленника перед смертью, умудрился выругаться еще сильнее, после чего приказал собрать всех командиров.

Новость оказалась не просто тревожной. Фактически Грэй принес известие о скором падении Стены и всех прилегающих к ней крепостей. Силы, удерживающие её, явно не рассчитывали на столкновение с пятнадцатикратным противником. А учитывая то, что у маршала Тевона явно имелся какой-то план, с этого момента до сдачи и отступления оставались считанные дни.

— Собрать всех, кто может держать оружие, — сурово приступил к командирским обязанностям Раслин. — Даже если дюжину раз ранен и лишился руки и ноги. Для расчета катапульт этого хватит. Пошлите гонцов в Эрилест и Ланкату, пусть занимают стены последнего рубежа. Если решатся прислать ополчение, пусть шлют, мне каждая пара рук дорога, а Забильон пусть засунет свою арфу себе в...

Командиры дружными кивками согласились с последним высказыванием. Капризы и непонятные требования лорда Безумного Ручья у всех защитников давно засели в печенках. Даже Грэйлон за неделю своего пребывания здесь успел возненавидеть эту сволочь.

— Откройте особый арсенал, — продолжал раздавать приказы командующий. — Там есть немало игрушек, способных проредить любую толпу. Ах да, проверьте еще раз машины и механизмы второй и третьей стен. Возможно, нам туда придется отступить и очень быстро.

— Считаете, мы потеряем первую? — поинтересовался Дилеан, командир стрелков.

— Скорей мы её не потеряем, а сдадим — поморщился Раслин. — Стена слишком длинная, а учитывая количество войск нам противостоящих, в случае серьезного штурма нам просто не хватит сил заткнуть все возможные дыры в обороне. А остальные стены хотя и пониже, но зато гораздо короче. Плюс Тевон скорей всего потратит несколько дней на подготовку к штурму каждой из них, что даст нам выигрыш по времени. Кстати, нужно отправит пару десятков бойцов к Соломенной. Пусть и её хоть как-то приведут к готовности.

— Мы не будем отступать в Цитадель? — раздались удивленные голоса.

— В случае чего, часть сил мы туда отведем, но в основном тем, кто останется в живых, придется перебраться туда. Цитадель, конечно, способна преуменьшить вражеские силы, но остановить их она не сможет. А Соломенная опять же может дать нам от нескольких часов до нескольких дней передышки. И кстати, всем магам мои требования. Выложитесь на полную, но устройте этим низшим существам такую бойню, что бы те, кто остался в живых, потом до старости лет рассказывал своим детям страшные сказки про эльфов.

— Мы постараемся, — ответил за всех телекинетик Свалонион. — Если мастер Грэйлон прав и у них больше не осталось магов уровня Магистров, нам мало кто сможет противостоять.

— Я надеюсь увидеть это завтра, когда Тевон скорей всего пойдет на штурм. В общем, времени на болтовню не осталось, всем за работу.

— Мы можем попытаться убрать Тевона, — взял слово Грэй, хотя и осознавал всю глупость своего предложения. Раслин смерил его заинтересованным взглядом, после чего вздохнул.

— Мага ты нам уже притащил. Впрочем, иного от бойца, обученного убивать, а не брать в плен я и не ожидал. А маршала смысла трогать нет. Если по твоим словам у него столь инициативные и предприимчивые подчиненные, то Стена падет в два раза быстрее. Я хочу противостоять четкому плану, который можно предвидеть, чем абсолютному хаосу в голове, которая сама не знает, что бы еще придумать.

На этом совещание и закончилось, и тут же закипела работа. Грэйлона вместе со всей его командой отправили чинить ту самую башню, в которой они только вчера обсуждали планы по ослаблению противника. Требовалось установить и пристрелять новые баллисты. Кориэл внес было предложение о помощи по поднятию боевого духа у солдат путем распевания им патриотических песен. В ответ Раслин прямо сказал, что в данный момент все солдаты, находящиеся под его началом, должны любить не какую-то абстрактную Империю или Императора, а только крепость и своего командира. И пока они настроены вот так, никакой Тевон им не страшен. А патриотические песни лучше приберечь для парадов и мобилизационных команд.

Лис после своего неудачного заявления больше молчал и думал о том, как может спасти положение. Думалось плохо, солнце палило все сильнее, иссушая кожу, а заодно и снижая мыслительную активность. Но даже без этого давления со стороны природы, Грэйлон сомневался, что сможет хоть что-то сделать. Его взгляд волей-неволей устремлялся на восток, а воображение рисовало ему звуки марша могучей армии. Лишь ближе к вечеру, когда со стороны лагеря осаждающих потянулись один за другим весьма массивные механизмы, Лис понял, что никакого воображения и не требовалась, Тевон уже пришел под стены...


* * *

Штурма не было. Осажденные то и дело недоуменно изучали окрестности, в том числе множество катапульт, таранов и с десяток осадных башен, выглядевших на фоне всего остального весьма зловещим элементом пейзажа. Тем не менее, все это стояло практически в неприкосновенности. Несколько катапульт лениво время от времени посылали камни в стороны укреплений. Со стороны Стены отвечали тем же, но выглядело это все настолько несерьезно, что Грэйлон решил, что от жары у него начались галлюцинации.

Впрочем, какой-то план у варваров явно имелся. Несколько весьма крупных отрядов маневрировали, стараясь держать дистанцию до стен, опасаясь получить какой-либо тяжелый сюрприз. Хоть значительное шевеление началось после обеда, когда с лагеря привезли несколько повозок сена и под прикрытием щитов сложили их в дюжину стогов на расстоянии пятисот шагов от стены. Пока осажденные обменивались недоуменным взглядами, каждый из стогов был тут же подожжен. Правда, вместо веселых языков пламени они предпочли медленно тлеть. Дым плавно растекался по окрестностям, но тут внезапно в сторону Стены задул сильный ветер, после которого весь аромат стал доставаться только эльфам.

Через пару минут, когда несколько защитников упало в обморок, стало понятно, на что рассчитывали варвары. Маги тут же приступили к контрмерам, что далось им крайне нелегко. Вражеские чародеи отказывались от прямого столкновения, предпочитая обходные маневры. Огневик, телекинетик и погодник очень быстро осознали, что, несмотря на все усилия, противопоставить этому дыму они ничего и не могли. Вся тяжесть борьбы легла на плечи Ледового чародея, замораживающего один стог за другим. Да и погодник немного помог, сумев все-таки превозмочь неприятельский ветер, направив ядовитый дым на позиции осаждающих.

Кориэл, пройдясь по стене, с грустью сообщил, что три десятка эльфов погибли на месте и не меньше полусотни отправлены в госпиталь. Какие потери понесли варвары, оценить трудно, но вряд ли большие. Так что в любом случае они оказались в выигрыше.

Через полчаса на поле вновь вышли войска, ушедшие в тыл подальше от дыма, и заняли позицию опять же на предельной дистанции для стрельбы. Эльфийские катапульты выпустили несколько зарядов, в надежде нанести хоть какой-то урон, но максимум, что удалось, это сбить, случайно прокатившимся по земле камнем пару копейщиков. Впрочем, войска не собирались стоять инертно. Вскоре от них отделились десятки варваров, несшие широкие щиты в человеческий рост. За спиной у щитоносцев пряталось по стрелку из лука или арбалета, которые, достигнув дистанции эффективной стрельбы, приступили к планомерному обстрелу крепости.

Вначале казалось, что это розыгрыш. Ну что могут сделать четыре десятка стрелков, растянувшись в длинную цепочку, против эльфов, находящихся в надежном каменном укрытии. Однако внезапно выяснилось, что для данной акции Тевон похоже собрал всех лучших стрелков Альянса. Стрелы одна за другой влетали в узкие щели. И пускай жертву находила разве что одна из ста, осажденным хватило и этого. Один за другим лучники Перворожденных отвечали точным огнем, но очень быстро выяснились две вещи. Не всякий лучник мог поразить свою цель на такой дистанции. Но даже те, кто мог дотянуться, чаще всего попадали лишь в щит. Стрелки обычно пережидали ответный залп за ним, после чего выбегали, целились, стреляли и снова прятались обратно. Весьма простая тактика, но эльфы быстро осознали, что в данном случае они выглядят дураками.

Кое-кому удавалось попасть, чаще всего подранивая стрелка или щитоносца. Но варвары учли и подобный расклад. От основных войск моментально отделялась спасательная команда, которая под прикрытием щитов уносила раненого в тыл. Эльфы злились, ругались, но ничего поделать не могли.

Наибольшей результативности в стрельбе, как и следовало ожидать, добился Талиен. Лучник за короткое время умудрился уничтожить две пары варваров, находящихся на его участке, последовательно выбивая щитоносца и стрелка. Для продолжения столь эффективной борьбы следовало перебраться на другой участок, но тут Раслин, которого достало подобное издевательство, приказал развернуть катапульты. Подобные орудия предназначались для борьбы с плотными строями, и никак не рассчитывались для стрельбы по одиночной мишени. Но в данном случае иных вариантов не находилось.

По стрелкам тут же был выпущен целый рой тяжелых копий, способных пробить щит и тех, кто скрывался за ним. Правда, учитывая одиночность цели, попали далеко не все. Убило лишь троих. Еще пятеро варваров отделались синяками и ушибами от сбившего их с ног щита. Впрочем, подобная демонстрация имела чисто психологический эффект. Стрелки, осознав, что отныне они не могут быть в безопасности, так же спокойно отступили на изначальные позиции.

Кориэл вновь исчез, дабы собрать сведения, а вернувшись, доложил, что еще полтора десятка эльфов отправлены в госпиталь, а семеро уже никогда не увидят восхода солнца. Варвары в свою очередь потеряли примерно с десяток бойцов. Грэйлон мрачно кивнул, постепенно осознавая, что ему становится ясен план маршала. Действительно, зачем мучиться и нести десятикратные потери при штурме подобной крепости. Лучше, зная о том, насколько малочисленны её защитники, такими булавочными уколами постепенно свести всю обороноспособность к нулю. Или хотя бы к такому критическому числу, когда большая часть стены будет просто пустовать. При таком раскладе армия вторгнется в эльфийские земли практически нетронутой.

Правда в таком случае непонятно, насколько он собирается задержаться здесь. Такими темпами у него могут уйти месяцы, прежде чем его войска смогут проникнуть внутрь, а за это время ситуация может сильно измениться. Впрочем, зная таланты Тевона, Лис не сомневался, что тот продемонстрировал еще не все сюрпризы.

Маршал, подтверждая мысли Грэйлона, тут же доказал, что в его рукаве таится немало козырей. Камнеметные машины, планомерно обстреливающие укрепления, ненадолго замолчали, а затем внезапно выпустили несколько зарядов под весьма высоким углом. Большая часть их упала за стеной, но парочка угодила прямо в гребень. Один из них даже рядом с башней, где сейчас сидел Лис с соратниками. Грэй, удивленный отсутствию шума от разрушений, немедленно выглянул наружу, где и наткнулся на Раслина, ругавшегося с одним из волшебников. Несколько солдат обступивших их с грустью взирали на гостинец от варваров.

Грэйлон ни капельки не удивился, опознав в нем тело мертвого эльфа. Нагой, с телом, покрытым следами многочисленных пыток и издевательство он лежал, застряв между зубцов. Из слов командующего и мага Лис понял, что они спорят о том, не следует ли столкнуть мертвеца вниз. Генерал считал, что его могли нашпиговать смертельными сюрпризами, а ничего не нашедший маг убеждал его в том, что сородича необходимо внести внутрь и достойно похоронить.

— Это Вирьян, разведчик, — донесся до ушей Лиса скупой голос одного из офицеров. — С месяц назад пропал. Теперь понятно, что с ним стало.

Тела бывших пленников продолжали лететь в сторону крепости, и тут Раслин вновь не выдержал. Его взгляд, и без того не отличавшийся излишней миролюбивостью, сейчас казался порталом в подземные измерения.

— Пленников и клетки сюда. А так же смолу, живо!

Ради интереса Грэйлон задержался рядом с командующим, пытаясь понять, что именно тот придумал. Правда, ждать пришлось долго. Солдаты, пользуясь тем, что их пока предпочитают запугивать, весьма шустро притащили несколько десятков балок, к концу каждой из которых цепью прикреплялась узкая, но высокая клетка. Дно каждой из них завалили охапками соломы и щедро полили горючей смолой. К тому времени, когда приготовления закончились, со стороны цитадели, подгоняя дубинками и руганью, пригнали несколько десятков людей, выглядевших практически аналогично упавшему телу.

Закованные в цепи пленники, осознавая, что ничего хорошего их не ждет, пытались сопротивляться, но сил явно не хватало. Конвоиры глушили дубинками любую попытку бунта, после чего каждого из варваров запихивали в ближайшую клетку. А уж последнюю вытягивали при помощи балки наружу, на всеобщее обозрение.

Убедившись, что нападающие хорошо видят, кто находится за решеткой, Раслин со злобной усмешкой отдал приказ:

— Поджигайте!

В клетки полетели факелы, поджигая смолу и солому. Каждый из пленников оказался в огненной ловушке. Кое-кто пытался выбрасывать скованными руками горючую субстанцию, но добился лишь того, что поджег себе руки. Стену моментально охватили крики, а Раслин продолжал командовать, приказывая погоднику направить ветер в сторону позиций варваров. Теперь те могли насладиться не только прекрасными видами, но и весьма хорошо слышимыми предсмертными криками своих товарищей. А если ветер окажется достаточно сильным, то еще и запахами паленого мяса, правда почему-то не пробуждавшими аппетит, а напрочь его отбивавшими.

К разочарованию бравого генерала, варвары отнюдь не потеряли головы. Раслин, как понял Грэй из его бормотания, рассчитывал, что обезумевшие от ярости смертные тут же ринутся в отчаянную атаку, что бы попасть в расставленную для них ловушку. Но на этот раз он имел дело с бывалым, закаленным противником. В сторону эльфийских стен не донеслось ни одного гневного призыва или проклятия. Войска Тевона просто стояли и молча смотрели на огненное зрелище, от чего даже у бывалых эльфов бежал мороз по коже.

Взаимная попытка сломить волю длилась примерно три часа. Солнце уже клонилось к закату, когда у Раслина кончились пленники, и он был вынужден втянуть клетки обратно. Сами эльфы даже обрадовались этому, поскольку многих уже выворачивало наизнанку от подобного зрелища. Что касается варваров, то они продолжали обстрел трупами, правда теперь как-то вяло, видимо, экономя заряды. В последнем Грэйлон вскоре убедился самолично.

Он как раз вошел в занимаемую ими башню, когда через щель от пробившего стену камня влетело очередное тело, правда, на этот раз гораздо меньшего размера. Талиен и Кориэл тут же вскочили, глядя на противоположную стену, где и закончил свой путь столь странный снаряд.

— Эльфийский ребенок! — гневно вскричал лучник, изучив повнимательней труп.

— С каких это пор эльфийские дети носят накладные уши, — мрачно пробурчал Кориэл, снимая с ушей ребенка две плохо закрепленные накладки. — Халтурная работа. Тевон меня разочаровывает.

Впрочем, обман с первого взгляда смог различить только менестрель. По стене пронеслось несколько гневных криков, а так же призывы стереть этих злобных варваров с лица земли. Раслину вновь пришлось отвлекаться, рассылая своих офицеров, дабы они могли раскрыть глаза обороняющимся. А что касается Грэйлона, то он продолжал напряженно ждать штурма. В конце концов, кидая детские трупики, войны не выиграть. Нужно еще поработать мечом.


* * *

Ожидаемый штурм начался уже фактически на заходе солнца, и как ни странно оказался полным сюрпризом для осажденных. Сюрприз заключался в том, что все основные войска, осадные башни и прочие оружие оставались на месте, зато со стороны лагеря пришла весьма солидная и разношерстная толпа. Грэйлон изучал её, не веря своим глазам. Фактически так и выглядели обычно варвары во всевозможных эльфийских страшилках. Волосатые здоровяки, закутанные в шкуры и с дубинками в руках. Лица многих украшала боевая раскраска, а волосах виднелись вплетенные перья, кости и какие-то ленточки. Основным оружием дикарей являлась дубинка, хотя некоторые держали в руках копья, весьма примитивные луки, а то и просто здоровенные булыжники. А вот лестницы, что держали некоторые из них, отличались весьма качественным исполнением.

В иных условиях это могло рассмешить, но не когда подобных ребят набиралось три или четыре тысячи и они, издавая дикий рев, вдруг резво устремлялись к крепости. Со стены тут же раздался дружный залп катапульт и стрелометов. Следом за ними сказали свое слово и стрелки. Щитов почти ни у кого из варваров не наблюдалось, поэтому ливень из копий, дротиков и камней изрядно проредил их ряды. Тем не менее, на боевом настрое это никак не отразилось. Издавая яростные боевые кличи, орда уже почти добралась до стены. На головы особо шустрых групп уже лилась кипящая смола, но к стене уже приставлялись осадные лестницы.

Грэйлон и Кориэл, мрачно переглянувшись, тут же извлекли свои мечи из ножен, выбегая на стену. Талиен продолжал вести свою точную стрельбу, намеренно выбивая обнаруженных им вождей и лидеров. Правда, на темпах наступления это особо не сказалось.

Лис напряженно посмотрел в сторону и нахмурился. По всей логике следовало ожидать их наступления за спиной посланных на убой дикарей, но наемники продолжали оставаться на месте. Зато сами дикари уже шустро лезли вверх. Лучники с галереи стреляли в них прямо в упор. В ответ варвары ловко швыряли в бойницы копья, выбивая стрелков. По идее следовало пусть в ход магию, но Раслин строго запретил чародеям вмешиваться без своего особого приказа.

Дикари выглядели весьма шустрыми и сильными соперниками, но вот выучки им недоставало. Первому запрыгнувшему на стену гостю Грэйлон без особых изысков снес голову. Следующий допустил ошибку, ухватившись руками за зубец и подтягиваясь наверх. Лис тут же отрубил ему кисти рук, и тело ревущего дикаря полетело вниз, сбивая собой сородичей. Рядом несколько эльфов по рецепту, разработанному Талиеном, сбрасывали вниз взрывающиеся камни. И пусть дикари, в отличие от цветков, не хватали их ртом, взрываясь, они давали достаточно осколков, что бы искалечить любого противника, оказавшегося рядом.

Кориэл, к удивлению всех, даже не стал вступать в бой, а подхватив валявшийся рядом шест, приступил к сталкиванию поднимаемых лестниц. В последнее время менестрель стал чрезвычайно разборчивым в выборе противника. На слишком слабых, коими он похоже считал и дикарей, он не желал тратить свое благородное мастерство. Впрочем, даже с такими принципами менестрель являлся чересчур опасным противником. Особо наглых дикарей, успевших забраться на стену, он, используя этот же шест, сталкивал обратно.

Грэйлон отрубил еще несколько рук, чьих хозяев он даже не успел различить, и внезапно осознал, что все кончилось. Большая часть дикарей лежала под стеной мертвой грудой. Отдельные уцелевшие группки еще пытались поднять лестницы, но тут же падали, сраженные стрелами. Лис вновь скользнул взглядом по темнеющему горизонту. Наемники, застыв словно изваяния, так и не сдвинулись с места. Видимо от горячки боя, но в голове эльфа внезапно словно что-то щелкнуло, и еще одна загадка раскрыла свою тайну.

— Бездарно продуман штурм, — проворчал появившийся рядом менестрель, все еще сжимавший в руках окровавленный шест. — Они эту толпу на убой что ли гнали?

— Именно что на убой, — мрачно кивнул Лис. — Тевон жуткий хитрец и прагматик.

— И что может быть хитрого в том, что бы послать на смерть несколько тысяч своих пусть далеко и не самых лучших воинов?

— Это дикари Харлапских гор, — приступил к пояснению Грэй. — Трай рассказывал мне о них. Кучка примитивных и весьма агрессивных племен. Досаждают Альянсу постоянными набегами и видимо их это очень сильно достало. Я могу предположить, что Тевон сумел убедить их присоединиться к его походу, обещая хорошую добычу и великую славу. Я даже вижу, как он якобы нехотя уступает вождям право первого штурма Стены. И в итоге он убил сразу двух орков. С одной стороны, теперь можно не опасаться набегов. Лишенные лучших воинов племена станут легкой добычей для Альянса. А с другой, он сумел хоть немного, но ослабить нашу защиту. Так что не стоит считать его дураком. — Грэйлон недовольно взглянул на залитую кровью стену и тут же удивленно посмотрел на певца. — Мне одному это кажется или рядом кто-то колдует?

— Зомби! — пронесся по стене истошный вопль какого-то пугливого солдата. Лежащие смирно мертвые тела внезапно зашевелились и начали медленно подниматься. Грэй вновь вздохнул. Тевон продолжал доказывать свое мастерство. Он умудрился использовать этих дикарей даже после смерти. Кориэл мрачно подбросил вверх свой посох и устремился навстречу новому врагу. Похоже, дикарям так и не суждено отведать его клинка даже после смерти...


* * *

Зомби оказались не столь серьезными противниками, как любят рассказывать о них в легендах. Правда, в данном случае дело заключалось не в самих телах, а в недостаточном мастерстве некроманта, оживившего их. Обычного зомби, управляемого на расстоянии, или в которого вселена временная душа, убить действительно нелегко, разве что разорвав на части. Но местный некромант использовал простое заклинание, структура которого разрушалась от любых серьезных повреждений мертвого тела. Проще говоря, достаточно было отрубить ходячему мертвецу одну из конечностей, и он тут же падал замертво, теперь уже навсегда.

Кроме того чародею удалось оживить лишь часть дикарей, примерно около пяти сотен. И не все из них смогли забраться обратно на стену. Но, тем не менее, с десяток солдат от рук зомби Раслин потерял. В сочетании с атакой дикарей, ядовитым дымом и меткими стрелками, это приводило к цифре примерно в сотню эльфов, потерянных за день. Потери Тевона, если не считать тех же дикарей, которые были для него скорее обузой, составляла куда меньшая цифра. Учитывая его превосходство в силе, Грэй осознавал, что сегодня маршал одержал пусть и небольшую, но все же победу. И Раслин это, похоже, тоже четко понимал.

Лис застал генерала, сидевшего над картой укреплений в своем временном штабе, у основания южной башни. Мрачный командующий вяло кивнул своему личному убийце, после чего продолжил выслушивать доклады. Хороших вестей не наблюдалось. Наоборот каждый из офицеров стремился рассказать о как можно больших неприятностях. О полученных повреждениях, понесенных потерях, замеченных странностях, из которых следовало, что они продолжают плясать под дудку Тевона.

— А еще на нижних этажах башни завелись странные крысы, — отрапортовал один из офицеров в конце своего доклада.

— И что в них странного? — удивился генерал.

— Они словно следят за нами. И особо не пугаются, но в тоже время и не подбегают близко. Нам это показалось странным.

— Ими управляют, — тут же резко высказался Грэйлон, вспомнив слова пленного мага. — Так менталисты могут изучать наши укрепления.

— Убивайте всех крыс, которые ведут себя не так, — тут же приказал Раслин. — К прочим подозрительным животным и насекомым это тоже относится.

— Только убивайте их издалека, — порекомендовал Лис, вспоминая веселые штучки Штыря. — Некоторые могут содержать в себе ловушки.

— Только этого мне не хватало, — тяжело вздохнул генерал. — Ладно, что у нас с воротами?

— Два раза нагревались чуть ли не докрасна, — тут же подал голос Хлэннер, отвечавший за оборону ворот. — Маги их остудили, так они потом три раза льдом покрывались. Мы так и не поняли, что они задумали.

— Зато я понимаю, — Раслин поставил на карте еще одну галочку. — Надеюсь, мы сумеем что-нибудь придумать. — После чего, повернув голову в сторону Свалониона, поинтересовался. — И кто нам обещал эффективную магическую поддержку?

— Их чародеи весьма хитры, — грустно развел руки в стороны телекинетик. — Они не ввязываются в прямой бой, предпочитая наносить точечные удары у нас за спиной. Одного мы, конечно, поймали, но и то пришлось помучиться.

— Тевон похоже все неплохо спланировал... — донеслись до ушей Лиса печальные голоса. — Мы не выстоим...

— Кто это сказал?! — внезапно рявкнул Раслин. — А ну покажись?! Я не Тевон и могу без всяких хитрых планов голову срубить! А тем, кто малодушничает и трусит, я прямо заявляю. Можете уходить. Я никого не держу. Как жить дальше с клеймом труса и дезертира, сами придумаете. А я остаюсь здесь! И все, кто верен мне, все, кто не желает гибели нашего народа, так же остаются! И пусть мы многого не сделаем, но я верю, что когда-нибудь в нашу честь будут называть детей! Детей, которые появились лишь потому, что мы остались на этой Стене! Ну и кто еще вздумает высказать, что нам не продержаться?!

Проникновенная речь генерала, больше напоминавшая некоторые из опусов Кориэла, особого впечатления не произвела. Правда, лица офицеров стали чуть менее мрачными, а некоторые явно задумались на тему, что они еще могут сделать. Правда, что бы они ни сделали, все решал следующий день.


* * *

Грэйлон вновь ошибся в своих предположениях. Следующий день ничего не решил. Тевон, словно издеваясь, оттягивал смерть гарнизона, как мог, но с присущим ему садизмом продолжал медленно убивать защитников. Так же как и вчера, он повторил трюк со стрелками. Правда, на этот раз те весьма шустро отреагировали на катапульты. Едва в их сторону начинал поворачиваться один из стрелометов, как стрелок тут же перебегал на новое место, пользуясь медлительностью метательной машины. Несколько произведенных залпов ушли впустую.

Правда, бегающие стрелки сами становились более легкой мишенью для эльфийских лучников. Но в данном случае более легкая означало, что они попадали всего лишь в два раза чаще, чем вчера. Подобная дуэль растянулась примерно на час, пока разозлившийся Раслин не отдал приказание магам, и большая часть стрелков исчезла в бушующем пламени. Остальные моментально сбежали под защиту своих собственных магов, но на этом игра не окончилась.

Катапульты осаждающих принялись обстреливать стены в несколько раз чаще. Эльфы были вынуждены большей частью спрятаться в башнях и галереях. И тут последовал очередной штурм. Как и в прошлый раз, из лагеря нагнали разношерстную толпу народу. Правда, на сей раз вместо дикарей, Грэйлон разглядел толпы самых обыкновенных крестьян, правда малость помятых.

Толпа не уступала по количеству вчерашней, но вот боевого задора у них явно не наблюдалось. Правда после того, как за спиной у них выстроились две шеренги лучников и дали залп, вся эта масса тут же пришла в движение по направлению к Стене. Грэй с запозданием вспомнил истории о массовых крестьянских восстаниях, недовольных поборами на войну, и что Альянс отозвал часть войск на их подавление. Похоже, что Тевон и бунтовщиков сумел использовать в своих целях. Пообещав скорей всего прощение грехов и денежное вознаграждение, он натравил фермеров и крестьян на штурм Стены.

В отличие от дикарей, щиты у данной группы атакующих все же имелись. Поэтому стрельба из катапульт и луков не имела такого же потрясающего эффекта. С другой стороны, крестьяне не особо рвались бой, передвигались медленнее, давая больше времени для обстрела.

Под стеной их почти удалось отогнать, вылив на головы приличное количество смолы. Толпа моментально шарахнулась обратно, тем более подгоняющие их лучники явно не могли сейчас достать до них. Но в эту секунду со стороны линии осаждающих прилетело несколько огненных стрел и шаров. Крестьяне, моментально потеряв два десятка человек, подобный намек поняли и тут же вновь рванули к стене.

С горем пополам им удалось поставить лестницы и полезть наверх. Эльфы сбрасывали их одного за другим, но люди упорно продолжали лезть навстречу смерти, подгоняемые желанием остаться в живых. Некоторым даже удавалось нанести удар, что бы убить или ранить одного из остроухих, прежде чем их отправляли вниз. Грэйлон под конец даже устал рубить, мысленно чувствуя себя мясником. А Кориэл умудрился сломать свой шест и заменил его на подвернувшуюся под руку варварскую палицу. Не столь изящное оружие, но в его руках оно обладало не меньшей смертоносностью, чем меч.

Через полчаса бойня закончилась. Оставшиеся в живых крестьяне попытались разбежаться, но попали под одновременный обстрел со стороны осаждающих и гарнизона Стены. Своей судьбы не удалось избежать никому, хотя возможно, что в груде тел под стеной лежало еще немало живых.

После этого Тевон больше ничего не предпринимал. Похоже, мальчики для битья у него кончились, и он снова вернулся к обстрелу крепости с дальней дистанции. Эльфам же крестьянский набег обошелся еще в тридцать погибших и окончательно испорченное настроение. Единственным утешительным моментом было то, что команда механиков из обслуги метательных машин, поколдовав несколько часов над парой катапульт, сумела увеличить их дальность, правда всего на один выстрел. В итоге им удалось накрыть один из мозолящих глаза отрядов, после чего армия Тевона поспешила еще больше разорвать дистанцию.

До захода солнца не произошло ничего интересного, и Грэйлон вновь направился в штаб в надежде выпросить для себя миссию. В штабе было относительно тихо, а Раслин, обхватив голову руками, стонал над картой. Заметив вошедшего Грэйлона, он тут же подозвал его к себе и, ткнув пальцем в схему укреплений, спросил:

— Где, по-твоему, они начнут штурм?

— Там, где сумеют ослабить оборону, — четко как на учебе ответил Лис.

— Если верить отчетам, Тевон ослабляет нам оборону в восьми местах одновременно, — мрачно кивнул генерал, и тут же прошелся по всем опасным участкам. — Третья башня, в ней стена уже почти рухнула. Шестой так же досталось, да и Восьмая, чую, недолго протянет. Мы их, конечно, чиним, но... Без них в тех местах они смогут подойти в упор почти безнаказанно. Затем я никак не пойму, что они делают с воротами. За день они замерзали и нагревались не меньше дюжины раз. Это четыре позиции, и как раз напротив них и расположены главные силы варваров. А если верить расположению осадных башен, то штурму подвергнутся Третий, Четвертый, Пятый и Седьмой участки... Твои впечатления?

— Заставляют нас дергаться и распылять силы, — Грэйлон явно подтвердил генеральское мнение.

— И что бы ты сделал на моем месте? — задумчиво поинтересовался Раслин.

— Перешел бы на Вторую стену. Здесь мы несем большие потери от четко сформированного плана. А там Тевону придется потратить несколько дней на подготовку к штурму.

— Я тоже склонялся к этому мнению, — согласился с ним генерал. — Но что, если этим мы сыграем ему на руку?

Лис покачал головой. В данном случае он не знал, чего ждать от непредсказуемого военачальника. Больше всего сейчас он жалел, что не перерезал ему горло, когда имелась такая возможность. Пусть это означало провал миссии, но зато Альянс лишился бы столь опасного человека. Повторив свою просьбу прогуляться по вражескому лагерю и получив закономерный отказ, Грэй удалился, оставив генерала в попытках понять логику вражеского полководца.

Третий день так же поначалу ничего не принес. Солнце палило нещадно и вместо стройных рядов неприятельской армии взорам осажденных предстало несколько рот, марширующих туда-сюда. Время от времени из лагеря приходили новые, подменяя уставших и запаренных солдат. И даже стрелки до поры до времени не беспокоили эльфов. Зато беспокоил противный запах. Тысячи трупов, лежащих под стенами, так никто и не убрал, и теперь они разлагались, отравляя воздух зловонными миазмами. Среди защитников моментально пошли по рукам повязки на лицо, дабы хоть как-то защитится от запаха.

Чародеи, получив непосредственный приказ от Раслина, попытались уничтожить трупы, но задумка удалась лишь частично. Грйэлон сам не видел, но чувствовал, как гарнизонные маги попали в засаду, устроенную осаждавшими. Бой шел в незримых сферах, продолжался несколько часов и закончился вничью. Гарнизонные чародеи остались в живых, но зато изрядно вымотались. Свалониона пришлось уносить в тыл на носилках, поскольку колдун не мог пошевелить даже пальцем.

Такое положение продолжалось до вечера. И лишь когда солнце готовилось скрыться за горизонтом, и вечерний ветерок пригнал с собой благословенную прохладу, прогоняя миазмы, армия Тевона покинула лагерь. На этот раз не наблюдалось бессмысленных маршей на глазах у гарнизона или дуэли стрелков. Армия варваров закончила все приготовления и шла на штурм.

— Похоже, мы сейчас хорошо повеселимся, — абсолютно невеселым голосом произнес певец. — Герои в таких случаях говорят, что сегодня мой меч напьется крови. Но у моего клинка не наблюдается рта, а вся кровь с него просто стекает. Поэтому я скажу в стиле кровожадного разбойника. Сегодня мой клинок пустит много крови.

— Мой тоже, — подтвердил озадаченный Грэйлон, с ужасом осознавая весьма неприятную для него истину.

— И мои стрелы, — добавил в тон им Талиен, аккуратно пристраивая у стены запасной колчан.

Стену быстро заполняли защитники. Раслин призвал сюда всех, кто мог держать оружие, включая легкораненых. Боевые машины взводились, готовясь послать свой смертельный груз на головы варваров. Гарнизон был готов умереть, забрав с собой максимальное количество врагов. Но как подозревали многие, в любом случае останется достаточно войск Альянса, что бы сокрушить владения Забильона, а затем и всей Империи.

Где-то неподалеку слышалась ругань Раслина, перемежающаяся с приказами. Бравый генерал, так же как и Грэйлон, осознал всю опасность ситуации. Пытаясь понять, с какой стороны Тевон нанесет свой удар, он забыл про одну вещь. Точнее Тевон своими дергаными штурмами заставил его это забыть. И мучительно вычисляя логику противника, Грэйлон наконец осознал. Тевон не выбирал какой-то конкретный участок для штурма. С его войсками он мог штурмовать сразу все просчитанные слабые точки. Так что похоже с отступлением ко Второй стене эльфы опоздали. Оставалось одно, подороже продать свою жизнь...


Глава 5


Штурмующие массы валили плотной толпой. Длинные лестницы одна за другой цеплялись за гребень стены и по ним тут же принимались карабкаться закованные в броню наемники. Навстречу им летели камни, стрелы, копья. Лились потоки кипящей смолы. Отдельные бойцы пытались зачаровывать камни на взрыв в надежде поразить пару-тройку пехотинцев. Дело доходило даже до такого, что отдельные эльфы обхватывали взрывающийся булыжник, бросаясь вместе с ним в толпу. Практической пользы от подобного Грэйлон не видел. Но сейчас не оставалось времени для размышлений. Все помыслы сосредоточились на том, как бы удержать стену. Пока что ему удавалось уклоняться от ближнего боя, расстреливая боекомплект своего арбалета. Но запас разрывных стрел очень быстро подходил к концу. А иных способов пробить доспехи наемников под рукой не находилось.

Талиену везло куда больше. Его навыки вкупе с мощным луком, позволяли находить слабые места в сочленениях доспехов и всаживать стрелы одну за другой. А вот Кориэл напротив сильно разочаровался. Схватка на стене все больше и больше напоминала беспорядочную свалку, в которой не оставалось места для высокого мастерства. Поэтому менестрель предпочитал не рубить своих противников, а просто сталкивать со стены, в расчете, что в падении те собьют еще пару-тройку человек.

Несколько раз до ушей Лиса доносилась очередная порция ругани от Раслина. Тевон снова сумел обмануть его, остановив осадные башни на полпути. Поскольку больше половины боевых машин к этому времени были снаряжены именно для обстрела башен, то к тому времени, когда их перезарядили и перенацелили для борьбы с пехотой, большая её часть уже лезла на стены. Таким образом, маршалу удалось перебросить основную часть своих войск практически без потерь.

Но вообще-то на участке, занимаемом Грэйлоном, положение, несмотря на всю серьезность ситуации, не выглядело настолько аховым. Варвары упорно лезли на стену, но закрепиться там не могли. И не в последнюю очередь в этом была заслуга Талиена. Лучник по своей давней привычке выбил большую часть командиров, а так же тех, кто пытался возглавить распадающийся строй. В итоге лишенные нормального руководства, варвары превратились в самую обычную толпу, которая не могла определиться, лезть им на стены или отступить и перегруппироваться.

В остальных же местах, ситуация накалялась все больше. Несмотря на все упорство защитников, они проигрывали как количественно, так и качественно. Тевон бросил на штурм самые лучшие силы и в данный момент эльфы осознавали, что их легкие мечи и сабли не самое лучшее оружие против закованных в броню людей. Некоторое время неплохо помогали маги. Огненный пробил несколько проходов в сплошном строе. Ледяной заморозил три ряда, а затем еще сделал землю скользкой, от чего две роты ненадолго потеряли темп. Свалонион умудрился устроить жонглирование трупами, швыряя их прямо навстречу своим же товарищем. Убить толком никого не убил, но покалечил немало, от чего наемникам приходилось выделять силы, транспортируя раненых в тыл. Но надолго этого все равно не хватило.

Грэй, наконец, выпустил последнюю стрелу и, предварительно осмотревшись, с большой неохотой ринулся в рукопашный бой. Со стороны одной из башен прогремели взрывы, и взвилось вверх облако серого дыма и пыли. Похоже что Третья башня окончательно прекратила свое существование. Но стена еще держалась, и будет держаться до тех пор пока...

— Ворота пали! — пронесся над полем боя истошный крик, подхваченный множеством голосов с обеих сторон. Грэй тут же посмотрел в нужную ему сторону. Несмотря на то, что он не слышал грохота взрыва, над местом, где раньше находились ворота, понималось облако пыли. Похоже, смысл в обороне терялся раз и навсегда, а значит оставалось следовать резервному плану, продуманному еще пару дней назад.

Эльфы один за другим бросились к лестницам, ведущим вниз. Некоторые сбрасывали заранее заготовленные канаты, что бы сократить себе время. А специально обученные команды, отбивали один за другим днища у бочек с горючей смесью. Туда, где стена освобождалась от эльфов и тут же захватывалась наемниками, летели огненные стрелы, воспламенявшие состав. Гребень стены моментально оказался охвачен мощным пламенем, испепеляющем все, до чего успевали дотянуться его языки. Особенно сильно пылали захваченные башни, где горели предназначенные для уничтожения метательные машины.

Но огненная команда не успокаивалась. Во дворе один за другим занимались подсобные строения, склады и запасы материалов, которые не успели перенести. Быть может людям и удастся завладеть стеной, но эльфы не могли позволить оказаться в их руках тому, что может быть использовано против них самих. Так и горели могучие катапульты, баллисты, стрелометы, требюшеты.

Грэй отступал вместе с основными силами. Раслин четко приказал ему не лезть лишний раз в горячку боя, что намекало на скорое использование отряда по назначению. Единственное, что его настораживало, это сумеет ли удержать хлипкий заслон разрушенные ворота до того, как все отряды перейдут на Вторую стену.

Заслон успел. Эльфы уже преодолели половину пути, когда от ворот следом побежала небольшая группка, все, кто уцелели в узкой пробке ворот. Следом за ними с яростным ревом бежали прорвавшиеся варвары. Последние осознавали свою возможность захватить с ходу и Вторую стену, поэтому вовсе не намеревались останавливаться на достигнутом. Но Раслин, и без того натерпевшийся от маршала унижений, не собирался отныне играть его картами.

Пробежав буквально несколько десятков шагов, заградительный отряд пересек по заранее уложенным доскам неглубокую, но весьма широкую канаву. Едва последний из бойцов оказался на земле, как импровизированные мостки столкнули внутрь, а в саму канаву бросили несколько факелов. И буквально перед носом бешеной толпы полыхнул огромный костер, постепенно охвативший полукругом область перед воротами, преграждая путь погоне. Несколько человек в горячке боя, понадеявшись на доспехи, пытались пройти через огонь. Но Раслин предусмотрел и это.

Зажигательная смесь являлась лишь верхним слоем, а понизу её, почти по грудь завязнувшим воинам, располагался толстый слой грязи. Застрявшие моментально осознали, что огонь теперь лижет им не пятки, а лицо, при этом трясина сильно сковывала движения. Некоторых, изрядно прокопченных все-таки сумели выдернуть, но те, кто прыгнул сразу в самую середину, изжарились за очень короткое время.

Через ворота Второй стены эльфийский гарнизон проходил практически правильным порядком, ничуть не напоминая паникующих беглецов. Возможно, Раслин не смог удержать первую стену, но отступление он провел превосходное. Даже если Тевон и рассчитывал с легкостью захватить и втору линию обороны, теперь ему предстояло вновь приступать к осадным мероприятиям.

Грэйлон ухмыльнулся. В этой беспощадной войне они хотя бы один раз сумели оставить противника с носом. И если они смогут продолжить тенденцию, то возможно удача улыбнется им еще не раз. Правда, как это сделать, потеряв фактически четверть армии, оставалось еще подумать...


* * *

Ухватив удачу за хвост, Раслин не собирался её упускать. Эльфы еще занимали места на новой линии обороны, а он уже распоряжался о нанесении ответного удара, дабы Тевон не думал, что все пройдет, как по маслу.

— Для той стены нас было слишком много, — втолковывал он отдельным возмущенным офицерам. — А для этой в самый раз. Кроме того, тут начинается наша территория, на которой мы сможем диктовать свои условия боя.

В доказательство последнего, он тут же приказал накрыть залпом из катапульт прорвавшиеся группировки. Варвары, попавшие под град всевозможных метательных снарядов, тут же предпочли отступить за стену. Оттуда вскоре донеся стук молотков. Грэйлон из любопытства сбегал на один из наблюдательных пунктов, позволяющий видеть, что происходит за стеной. Похоже, что там строили специальные пандусы, дающие возможность перебрасывать технику и пехоту помимо узких ворот. Разрушать стену Тевон не спешил, опасаясь контратаки.

Строительство продолжалось всю ночь, а утром начался новый виток войны. В первую очередь варвары попытались протащить несколько катапульт через ворота. Боевые машины Раслина, заранее пристрелянные по этой точке, тут же превратили их в кучу щепок. Не помогли даже специально установленные щиты. В последнем случае прилетело несколько бочек с Драконьей слюной, которой и устроили ночное огненное представление.

Осознав, что через ворота опасно пускать даже небольшие группы бойцов, Тевон вновь переключил свое внимание на захваченную стену. По недостроенным пандусам, а так же с помощью наскоро сооруженных лебедок, на нее затягивали детали механизмов. Расчет был прост, установить несколько баллист на еще вполне годных для данных целей башнях и уже на равных вести перестрелку с эльфами.

Раслин в виде любезности даже позволил им собрать их почти полностью, после чего задействовал своих магов. Последние недаром ели свой хлеб, и пусть во время штурма не смогли себя особо проявить, но сейчас демонстрировали свое искусство во всей красе. Еще задолго до отступления они нашпиговали башню кучей ловушек и мин, и теперь настало время пустить все это вход.

По стене пронесся ряд взрывов, разрушающий уже сооруженные постройки, сбрасывая вниз десятки солдат. Большую часть зарядов они заложили весьма хитрым образом, так что они срабатывали лишь при наличии рядом больших масс солдат. Последнее заставляло надеяться убедит Тевона до поры до времени проводить своих бойцов поодиночке и небольшими партиями.

Что же касается наемников, то они тут же поспешили покинуть ставшие столь негостеприимными стены. Тем, которые выбежали в сторону эльфов, не повезло вдвойне. Раслин отныне не собирался мелочиться и залпов стрелометов и тяжелых арбалетов удостаивались даже отдельные бойцы, мечущиеся между двумя стенами. После этого на некоторое время варвары замолчали. Правда изнутри стены продолжали доноситься разрывы и выплескивались языки пламени. До Лиса донеслись слухи, источником которых явно являлись крепостные маги, что от ловушек погибло как минимум двое варварских волшебников. С учетом этого, чародейская поддержка в ближайшее время для войск маршала сводилась к минимуму.

Тевон, впрочем, не думал успокаиваться, и задействовав потенциал всех своих войск, приступил к постройке за стеной специальных помостов для катапульт. Попутно, подтащив пару требюшетов помощнее, он попытался обстрелять стену. Правда, учитывая скорострельность и тот факт, что использовались только максимально облегченные боеприпасы, ибо иные не долетали, результатов это не дало. Чуть позже он попытался провести обстрел семенами хищных растений, но эльфы уже знали, как бороться с подобным врагом, поэтому обошлось даже без серьезных ран.

Лис все это время откровенно скучал. Наблюдать, конечно, весьма увлекательное занятие, но и оно рано или поздно могло наскучить. Что бы хоть как-то развлечься, он бродил среди свободных от несения дежурства на стене эльфов и расспрашивал о том, как выглядела ситуация со штурмом Первой Стены в иных местах. Картина вырисовывалась весьма интересная.

Так, например, ворота рухнули от того, что от постоянной заморозки и раскаливания, кладка стала нестабильной, и пары небольших таранов хватило, что бы частично её разбить. А в Третьей башне, после её обрушения, произошла воистину замечательная история, когда с два десятка арбалетчиков, используя узость пролома и слаженные действия, долгое время держались против нескольких сот наемников. У шестой башни, один из эльфов, сталкивая очередного варвара, умудрился вместе с ним скатиться вниз по приставной лестнице. Оказавшись в окружении, он не растерялся и прирезал парочку опешивших солдат, после чего вернулся обратно. При этом он умудрился обойтись даже без царапин, за что товарищи моментально окрестили его Любимчиком Богов.

Подобных историй хватало на каждом из участков обороны. Кориэл, как обычно бродивший следом за своим товарищем, слушая все это, периодически доставал из кармана блокнот и с довольным лицом что-то туда записывал. Похоже, если им удастся выжить, уши Грэйлона будут вновь страдать от потока героических баллад.

— Ты хотя бы веселое пиши, — наконец, не выдержал он, наблюдая вдохновленное лицо менестреля.

— Веселье — это удел для шутов и скоморохов, — отмахнулся певец. — Истинное искусство должно пробуждать серьезные чувства, а не низменные. Лучше пошли, посмотрим, что там у Тевона получилось.

Ближе к вечеру войска маршала, развившие неплохой темп, сумели возвести дюжину помостов, на которые тут же взволокли тяжелые требюшеты и катапульты. Раслин, наблюдая эту картину, даже прослезился.

— Наш враг суров и опасен, но я преклоняюсь перед ним, — восхищенным тоном произнес он речь перед своей свитой. — Он проделал столько тяжелой, муторной и весьма сложной работы, чтобы доставить нам хоть какую-то толику проблем. И честно говоря, мне даже неловко портить ему праздник, но... Хайрим, начинай.

Огненный чародей важно кивнул и повел посохом в направлении Первой стены. Там, повинуясь его чарам, вздымались языки пламени и раздавались взрывы. Последняя из серьезных ловушек, установленная как раз на подобный случай, сработала великолепно. Тевон моментально лишился большей части своей тяжелой осадной артиллерии и теперь для штурма он должен был придумать что-то еще.

Грэйлон с восхищением смотрел на самый красивый пожар, что ему доводилось видеть. Пламя пожрало все постройки, что люди маршала упорно возводили весь день. Сгорели строительные материалы, подобную потерю восполнить будет ой как нелегко. В огне погибли сотни рабочих, тоже трудновосполнимый ресурс. Но самое главное, армия Альянса после ряда успехов получила увесистый щелбан. Как скажется это на моральном духе солдат, Лис пока не мог сказать. Но вот у защитников крепости он явно подскочил до невиданных высот.

Те, кто помоложе, уже разглагольствовали напропалую, что такими темпами Альянсу, как обычно, придется убраться. Кто-то доказывал, что теперь-то уж они точно продержаться до подхода подкреплений. Мысли самого Грэйлона были не столь оптимистичны. Он слишком хорошо знал, кто им противостоит. Трудности обычно всегда раззадоривали маршала, заставляя его найти иной путь. И быть может, он сейчас его уже нащупывал...

Мысли Лиса прервал один из адъютантов Раслина. Вежливо отдав честь, он передал ему требование явиться в штаб. Почуяв запах очередного задания, Грэй тут же отправился к командиру и как ни странно оказался прав. Генерал смерил его мрачным взглядом, после чего без предварительных объяснений спросил:

— Вас же учили работать среди людей?

— Большей частью мы среди них и работали, — в знак подтверждения кивнул Лис.

— Это хорошо. Я разослал своих разведчиков, но они могут лишь изучить расположение войск или допросить пару ничего не значащих наемников. Мне нужны свои бойцы в лагере Тевона. Я хочу знать, что он замышляет и как можно этому противодействовать. Если сумеете провернуть качественную диверсию, то я вам так же руки не связываю. Разве что постарайтесь, дабы она вышла действительно качественной. Ах да, если есть какие-то особые требования, ну или что вам нужно для подобной миссии, можешь спрашивать, — Грэйлон довольно улыбнулся. Вот это гораздо больше напоминало его обычную работу.

— Для начала мне нужно... — начал он тут же составлять список. А нуждался он во многом...


* * *

Попытка прорваться к штабу Тевона закончилась неудачей. Эта часть лагеря оказалась обнесена частоколом и весьма активно патрулировалась. Причем солдаты, охранявшие штаб, отличались крайней степенью злобности и недоверчивости. Так на глазах у Грэйлона едва не пристрелили обычного заблудившегося обозника, спросившего у ближайшего патруля дорогу. В итоге по сигналу прибежало несколько солдат и несчастного мужичка куда-то увели. Зная о суровости некоторых допросников, Лис тут же предположил, что к утру обозник признается, что он и есть первейший из эльфийских ассасинов.

Пришлось задействовать резервный план, который вообще-то изначально являлся основным, пока Кориэл не предложил сработать по наглому. Своей целью Грэй еще заранее наметил лагерь Ежей. И на то имелось несколько причин, главной из которых являлось то, что они входили в число отрядов, задействованных на самых сложных участках. При таком раскладе там могли знать немало интересного.

Проникнуть в лагерь наемников оказалось куда проще. Конечно, на чужаков посмотрели косо, но правильный пароль и затертые плащи, украшенные петушиными хвостами, убедили неразговорчивых часовых пропустить троицу замаскированных эльфов в лагерь. Для того, что бы выглядеть естественно, вся троица специально нацепила опознавательные знаки отряда Петушиных хвостов. К самим Хвостам в них соваться не стоило, незнакомцев там разоблачили бы в два счета. Но Ежей, которые не так хорошо знали всех членов конкурирующего отряда в лицо, это могло убедить.

Еще одной причиной, почему им так легко удалось пройти, и почему Лис выбрал именно этот лагерь, стала царящая внутри атмосфера веселья. Тевон умел стимулировать свои войска, и после захвата первой стены отвел все элитные части на вторую линию. Здесь он выплатил особо отличившимся при штурме ротам двойное жалованье и выставил угощенье, объявив, что на ближайшие сутки они вольны делать, что угодно. Учитывая, что в настоящий момент велись всего лишь предштурмовая подготовка и инженерные работы, наемникам дали немного роздыху. При этом части не особо отличившиеся были отправлены на всякие тяжелые и опасные работы, вроде разминирования стены. По замыслу маршала остальные войска должны намотать на ус, что подвиг имеет поощрение, а отлынивание от обязанностей — наказание.

Троица эльфов весьма быстро углубилась в лагерь, не обращая внимания на многочисленные взгляды. Правда, по мнению Лиса, взгляды наемников больше приковывали бочонки с пивом, несомые им и Талиеном. А так же лютня на плече у Кориэла. Пока что все шло по плану, и Грэй уже нашел свою цель.

Подобраться к штабной палатке оказалось не столь уж простым делом. Её охраняли не хуже, чем маршала, но эльфам и не нужно было проникать внутрь. Буквально в полусотне шагов от нее горел костер, за которым сидела пятерка молодых Ежей. Для Лиса наиболее оптимальный вариант. Старички могли почуять что-то неладное, но еще не набравшая нужного опыта молодежь клюнет на такой простой трюк. Кивнув своим товарищем, Грэй направился к костру.

— ... и вот значит, я её разворачиваю лицом к стене, задираю юбку, и тут она поворачивается и спрашивает: А теперь-то мы точно женаты? — бурный смех наемников, слушавших эту скабрезную историю, заглушил шаги эльфов. И лишь рассказчик, молодой светловолосый парень со шрамом под глазом, смог увидеть гостей. Недовольный тем, что вновь пришедшие прервали его, по-видимому, весьма занятную историю, он тут же грубо спросил. — Ну, а вам чего тут надо, Петушки?

— Спрячь колючки, Ёжик, — в тон ему ответил Грэй, и не обращая внимания на вспыхнувшее лицо собеседника, который пока, правда, не мог понять оскорбили его или нет, продолжил. — Мы тут ищем Келара Дана, никто не знает, где он? — Пара наемников недоуменно переглянулись, но третий, мрачного вида бородач, хмыкнул и плюнул в костер.

— Сержант из второй роты? А зачем он вам сдался?

— Долг отдать, — Грэй тут же поставил тяжелый бочонок на землю. — Мы тут с ним поспорили на дату взятия Стены, и я проиграл. Вот и пришел, что бы расплатиться.

— Можешь забыть про свой долг, — отозвался последний Ёж. — Он со своим взводом первый проник в крайнюю башню, так их тела до сих пор под обломками ищут.

— Вот значит как, — помрачнел лицом Грэй.

— Не знал, что у нелюдимого Келара есть друзья среди Петухов, — вновь хмыкнул бородач.

— А мы с ним земляки. Случайно столкнулись пару недель назад, он услышал название моей деревни, вот и разговорились, ну а дальше... — Ежи понимающе закивали. При их образе жизни многие уже забыли, как выглядит родной дом. Поэтому встретить человека, жившего возможно чуть ли не в соседнем доме, считалось невероятной удачей.

— Раз долг отдавать не надо, — наконец, немного успокоился рассказчик, с интересом изучавший бочонок у ног Лиса. — То может, присоединитесь к нам? А то у нас уже последнее кончилось. — В доказательство бородач поднял с земли пару пустых бурдюков, от которых несло весьма дешевым вином. — Что у вас с собой?

— Пиво, Хлаймцпегское, — последние слова заставили всю пятерку удивленно и уважительно присвистнуть.

— Дружище, — окончательно забыв про потенциальную обиду, рассказчик вскочил с земли. — Кого же вы ограбили? Или захватили в плен принца остроухих, а вам за него выплатили натурой?

— У меня шурин в обозе служит, — намекнул Грэй. Сидящие на земле понимающе переглянулись. Вороватость снабженцев уже давно считалась в норме вещей, и подобное объяснение прокатило на два счета. Эльфов тут же чуть ли не силой усадили рядом, а Лис без особых угрызений совести распечатал первый бочонок.

Самое интересное, что во время всего этого диалога он практически ни разу не соврал. Келар Дан действительно неделю назад поспорил с одним своим земляком. И он действительно выиграл этот спор. Все это бравый сержант рассказал Лису в порядке любезности, поскольку последний клятвенно пообещал, что после этого палачи его трогать не будут. По крайней мере, в ближайшее время. Появления земляка он так же не опасался, поскольку того буквально накануне убило шальным камнем с катапульты. А вообще ему довелось иметь познавательную беседу, в процессе которой он весьма много узнал о Ежиной роте. Вообще ему повезло, что единственный стоящий пленный служил именно там, где ему и было нужно. А вот откуда у эльфов нашлось столь элитное пиво, не знал даже капитан разведчиков.

Тем временем празднование началось. От соседних костров подошло еще несколько человек, пронюхавших о столь внезапном угощении. Кориэл снял со спины лютню и хрипло запел балладу о тяжкой солдатской стезе. Грэйлон даже облегченно вздохнул, поскольку ему пришлось целый час уламывать менестреля, не демонстрировать свой потрясающий вокал прямо посреди вражеского лагеря. Это в таверне или замке какого-либо лорда требовалось показывать искусство с большой буквы. А для военного лагеря хватало и того, что кто-то мог извлекать из лютни что-то похожее на мелодию и при этом не путаться в словах песни.

Постепенно атмосфера стала весьма расслабленной. Талиен демонстрировал один из своих любимых фокусов, жонглирование тремя раскаленными угольками голыми руками и не обжигаясь. Менестрель вытаскивал из своей памяти одну балладу за другой, старательно подбирая репертуар. Грэйлон вяло слушал болтливого Ругана, являвшегося просто ходячим сборником похабных историй. Притворяясь, что пиво оказалось для него чересчур уж крепким, Лис вяло облокотился на бревно, заменявшее солдатам скамейку, и незаметно для всех сунул руку за пазуху. Извлеченный наружу Фриал моментально стал бы уликой, разоблачившей разведчиков. Грэй даже не хотел его брать с собой, но, увы, одна из функций жезла в данном случае являлась ключевой и очень нужной.

Мысленно активировав его, эльф тут же представил перед глазами тонкую красную линию, протянувшуюся от кончика жезла до стоящей неподалеку командирской палатки. Он моментально ощутил сопротивление из-за наложенных антиподслушивающих заклинаний, но Фриал как раз и предназначался для подобных дел. Луч с легкостью обогнул выставленных на его пути стражей и проник внутрь, и в ту же секунду в голове эльфа зазвучали чужие голоса.

— Вот так всегда, чуть что, так мы крайние, — пробурчал низкий и весьма недовольный голос.

— Это потому, что вы лучшие, — данный голос явно предпочитал лебезящие нотки и ничуть не напоминал говор военных. Так скорей всего мог говорить какой-нибудь придворный или дипломат. Или на худой конец вояка, предпочитавший отсиживаться в тылу. — Все знают, что там, где проходят Ежи, остаются лишь трупы и выжженная земля.

— Я хорошо знаю, что мы лучшие, но это не повод бросать нас в самоубийственные атаки. Поэтому повторяю еще раз, мы не пойдем в лобовую атаку, пока нам не предоставят достаточных гарантий.

— Мой повелитель клятвенно заверяет, что большая часть эльфийских камнеметных машин будет нацелена на...

— Да он много чего говорил, твой повелитель. Например, что сегодня мы будем ужинать в Цитадели. А в итоге лагерь наш как стоял, так и стоит. Ну и как я должен ему верить?

— Даже боги не всегда могут повернуть колесо судьбы в нашу пользу, — извиняющимся тоном, ответил Второй. — Тем не менее, в наших силах сделать так, что бы и без помощи богов удача улыбалась нам ежедневно.

— Пока что вместо удачи я вижу лишь множество трупов, уносимых в тыл. Среди них есть и мои люди.

— Но вы же солдаты. Это означает, что иметь дело со смертью считается вашей прямой обязанностью.

— Лишь пока нам за это хорошо платят.

— Значит дело в деньгах? — хитро осведомился Второй. — Назовите свою цену. Маршал приказал не жалеть расходов. Мало того я уполномочен передать, что вы можете затребовать любую сумму. В пределах разумной, разумеется...

— Вам лишь деньги подавай, — мрачно пробурчал командующий Ежами. По крайней мере, по мнению Лиса именно им и являлся обладатель первого голоса. — А для меня каждый труп это удар по гордости. Мы до сих пор не стали безупречными, коли несем такие потери...

— Вот мы и предлагаем достойную плату, что бы вымостить ваш путь к безупречности. Тем более доспехи, оружие и новых людей надо на что-то набирать.

— Двойные штурмовые, — внезапно сменил тон командир. — И до боя, а не после. Пусть хотя бы семьям сможем отослать что-то, помимо писем с грустными вестями. В таком случае я поверю и сам лично поведу свои роты.

— Я не сомневался в вашей благоразумности. Мой повелитель предвидел подобный итог, — в ту же секунду раздался шорох бумаг, вероятно извлекаемых из сумки. — По этим документам вы прямо сейчас можете получить у казначея нужную сумму.

— Добро, — мрачно отозвался командир. — А теперь убирайся, видеть твою рожу не могу. Передай Тевону, что бы в следующий раз присылал людей, а не свиней в мундире.

— К сожалению, люди не столь способны к ведению переговоров, в отличие от нас, свиней, — ничуть не обиделся представитель маршала. — Ах да, вам еще должны будут передать три фугаса с инструкцией по использованию. Маршалу все-таки удалось запрячь своих колдунов, и они сумели соорудить нечто новое. Таким образом, вашей задачей будет даже не захват стены, а взрыв её в трех местах. После этого можете отступать, и все остальное сделаем мы.

— Знаю, как вы все делаете, — судя по шороху, слова были сказаны уже в спину уходившему. Лис даже заметил краем глаза, что из палатки вынырнул низенький человечек, закутанный в плащ. Один из солдат подал ему коня, и человечек тут же ускакал в сторону ворот. А из палатки уже неслись приказы адъютанту, с требованием отослать два взвода в распоряжение финансиста. А так же отправить последнего в лагерь Тевона для получения внеочередного жалования.

На этом цирк можно было заканчивать. Тем более в голову Грэйлону внезапно пришел отличный план. Притворившись пьяным, он тяжело встал и, покачиваясь и спотыкаясь обо все выступы, направился к уборной яме.

— Эк, ваш товарищ нализался, — тут же подметил Руган. — Вы его поскорее уведите, а то наш старшой хотя и не против отдыха, но вот подобного состояния на дух не переносит. А ему все равно, из какого ты лагеря.

— Да и пиво кончилось, — с сожалением констатировал бородач, изучая дно второго бочонка.

— Тогда мы пойдем, а то и до утра недалеко, — Кориэл закинул свою лютню за спину и, поддерживая Грэйлона, направился к выходу. С другой стороны шел Талиен, а так же парочка Ежей, пообещавшие в случае чего защитить от возможных неприятностей. Подобного прикрытия вполне хватило, что бы покинуть лагерь без особых проблем. И лишь отойдя от него на пару сотен шагов, вся троица нырнула в ближайшие кусты, где тут же скинула личину праздных гуляк.

— И так, — без лишних предисловий начал Грэйлон. — У нас есть план...


* * *

Придорожные кусты весьма надежно скрывали засаду от излишне любопытных глаз и ушей. Конечно, от качественного патрулирования не спасли бы и они, но в данный момент в пределах видимости не наблюдалось ни одного дозорного. Зато эльфам открывался хороший вид на лагерь Тевона, подсвеченный загадочными огнями. Кориэл, флегматично посасывавший травинку, внезапно высказался весьма скептически.

— Думаешь, это сработает?

— Должно сработать, — яростным шепотом ответил Лис. — Как раз в духе Трая стратегия.

— Тевон может нас раскусить, — не согласился с ним певец.

— Даже если и раскусит, сделать все равно ничего не сможет.

— Он уже не раз оборачивал многие проблемы себе на пользу. Эй, ты чего? — последние слова менестрель обратил к Талиену, который внезапно привстал, изучая деревья за спиной.

— Птица, — шепотом ответил лучник. — Где-то там сидит.

— Считаешь, за нами следят? — нахмурился Грэй.

— Не знаю, но мне кажется, что я её видел еще пока мы пробирались в лагерь. А за последние пять минут я трижды слышал шорох крыльев.

— Будь это наблюдатель, нас бы уже тащили на допрос, — задумчиво возразил Кориэл.

— Но в любом случае за тылом надо проследить, — подвел итог Лис. Певец тут же покинул свое место и устремился к лесу. Теперь если кому-то придет в голову подобраться сзади, ему придется иметь дело с весьма шустрым эльфом.

Грэй перевел взгляд на пространство перед собой. Прямо за дорогой начинался еще один из многочисленных лагерей. Судя по знаменам, здесь расположилась наемная рота Бравых Вепрей. Правда в отличие от весьма аккуратного и толкового лагеря Ежей, здешний представлял собой скорей беспорядочное нагромождение шатров и палаток. А уж об ограждении даже речи не шло.

Вообще Вепри значительно отличались от тех же Ежей или Хвостов в худшую сторону. В то время как последние делали упор на профессионализм, эта банда предпочитала брать числом. Количественно они превосходили вышеупомянутые роты раза в три-четыре, вот только набирались целиком и полностью из всякого отребья. Отсюда и следовал вывод, что особыми боевыми качествами это подразделение похвастаться не могло.

Во время штурма первой стены Вепри умудрились обратиться в бегство даже в тот момент, когда ворота и часть башен уже пала. Естественно Тевон тут же поставил их на самый грязный участок, отправив разгребать завалы и обезвреживать эльфийские ловушки. Вначале наемники с радостью углубились в паутину ходов в поисках поживы. Но осознав, что остроухие перед отступлением уничтожили все, что не смогли увезти, моментально расслабились и выполняли свою работу спустя рукава. В общем, идеальный контингент для выполнения задуманного Грэйлоном.

Со стороны штаба послышался шум. Это возвращался Ежиный казначей, благополучно выполнивший свою миссию. Лис с интересом изучил его транспортное средство. Обычная двуколка, большую часть которой занимал железный ящик с замком. Внутри, насколько он знал, располагалось примерно полтора десятка сундучков, так же с отдельными замками. В общем, тех, кто мог рассчитывать подбежать и сразу ухватить много, сразу ждало разочарование. Деньги можно было украсть только вместе с повозкой. Последнему факту препятствовало наличие двух дюжин суровых всадников в броне.

Грэйлону с его наблюдательного пункта не составляло труда разглядеть десятки алчных взглядов, направленных в сторону процессии. И можно было догадаться, что сейчас творилось в головах у большинства Вепрей. Правда, дальше мыслей дело зайти не могло. Никто из наемников не считал себя самоубийцей, что бы пойти против Ежей. Но, если их немного подтолкнуть...

— Готов? — шепнул Лис Талиену.

— А что тут готовиться, — пробурчал себе под нос лучник. Правда, ради исключения в этот раз его стрела не являлась обычной.

Трай, отправляя своих учеников в поход, вручил Грэю несколько артефактов из своих личных запасов, дабы разрешать возникшие трудности. К сожалению, лук-браслет и удлиняющейся меч в их комплект не входили, иначе остатки армии варваров давно бы отступали к своей столице. Но и среди имеющихся хватало весьма интересных сюрпризов. Так наконечник стрелы, лежащей сейчас на луке, являлся мощным стенобитным артефактом. Особенно Лиса радовал тот факт, что в нем использовалась магия Воздуха, а не Огня. Это давало шансы на нужный эффект. Впрочем, что бы проверить это, требовалось использовать его на деле.

Повозка поравнялась с местом засады, и в ту же секунду стрела, пролетев два десятка шагов, вонзилась в борт стального ящика. Хранящаяся в наконечнике Сила моментально вырвалась наружу, с одной стороны разрезая все на своем пути, а с другой мощным воздушным потоком разбрасывая разрезанные части в стороны и вперед. Для Лиса это выглядело как внезапно возникший на месте повозки ураган, раскидавший охранников в стороны, и зашвырнувший перевозимое далеко вперед. Прямо в лагерь Вепрей.

Со стороны наемников это больше напоминало смерч, внезапно обернувшийся серебряным дождем. Именно он и вывел их из возникшего в результате взрыва ступора. Падающие вокруг деньги моментально пробудили и без того особо не скрываемую жадность. Те, кто попал под ударную волну, несмотря на легкую контузию, гребли монеты горстями. Те же, кто оказался через чур далеко от места взрыва, осознав, что случилось, изо всех сил бежали к месту катастрофы, сметая все на своем пути.

Взрыв застал врасплох и стражей повозки. Примерно треть их валялись оглушенные ударной волной. Казначея, сидевшего на ящике, вообще забросило в кусты, хотя судя по всему, доспехи приняли на себя весь удар. Оставшиеся на ногах несколько секунд пребывали в растерянности, не зная за что им браться. Искать источник проблем или попытаться вернуть деньги. Грэй, приготовившийся уже драпать, внезапно с удивлением осознал, что Ежи приняли неверное в корне решение, атаковав с воплями лагерь Вепрей. Видимо уверенные в своем авторитете, они не могли предположить, что те окажут им сопротивление. Ну а то, что полтора десятка всадников не смогут справиться с четырехтысячной толпой, они поняли слишком поздно.

— У меня все чисто, — прошептал внезапно подошедший Кориэл. — Похоже, что нашему лучнику все же почудилось.

— Тогда уходим, — довольным тоном произнес Лис, созерцая картину дела рук своих. — Больше нам тут нечего делать.

Уходить требовалось и весьма срочно. На шум уже бежали патрули, а так же все, кто оказался поблизости. Оставалось надеяться, что шум сражения малость отвлечет их. В лучшем случае все спишут на Вепрей и диверсантов станут искать не раньше, чем во всем разберутся.

— Деньги, я так понимаю, им не вернут, — задумчиво произнес менестрель, едва они вырвались за пределы лагеря. — Все-таки Вепри Ежей не любят и упрутся рогом. Но что мешает Тевону вновь выплатить им Штурмовые? — В ответ Лис лишь тихо рассмеялся.

— Платить дважды за один и тот же штурм? Да его бухгалтера упрутся рогом. Да и самому маршалу вряд ли захочется объяснять Совету, куда он дел такую прорву денег. Нет, возможно, его счетоводы сумеют свести концы с концами и деньги Ежам выплатят. Но уж точно не сегодня. А это значит, штурм или отложат, или в нем будут участвовать совсем не Ежи.

Троица продолжала свой бег по пересеченной местности, спеша поделиться с генералом хорошими новостями. Удача, похоже, окончательно перешла на сторону эльфов и еще несколько подобных сюрпризов и неприятельская армия покинет предел их родных земель. Именно такие мысли крутились в голове у троицы юношей. Что же крутилось в голове у мрачной черной птицы, следовавшей за ними попятам, знала только она сама...


* * *

— Всегда бы так, — пробормотал Раслин, изучая поле боя. Лицо генерала выглядело весьма довольным, хотя ночью Грэйлон наслушался нелицеприятных слов в свой адрес. По мнению командующего, своей глупой выходкой, тот мог заставить Тевона выкинуть что-нибудь совсем невероятное. И лишь осознание факта, что он сам лично отдал троице приказ, хорошенько пошалить в тылу врага, останавливало генерала от того, чтобы устроить своим ассасинам хорошую головомойку.

К утру, когда войска вновь заняли свои позиции, выяснилось несколько весьма интересных фактов. Так, например, варвары все-таки пробили в стене несколько отверстий, дабы не зависеть от узких и очень уж хорошо пристрелянных ворот. Так же обнаружилось, что через эти проломы уже просачивались войска, готовясь к штурму. Правда, вместо заявленных Ежей, к удивлению Грэя, на убой послали провинившихся Вепрей. Похоже, только таким образом Тевон смог закрыть продолжение ночной истории с последующими разборками.

Дабы столь ненадежные войска не разбежались от вида первой же шальной стрелы, на стене и прямо позади наемников виднелись штандарты Ежей. Именно им и предстояло играть роль заградотряда, заставляя ненавистных врагов отрабатывать захваченное жалование. Вепрей это, судя по всему, не радовало, но деваться им было некуда.

Фактически Тевон повторял свой излюбленный трюк. Послать на стену тех, кого не жалко, авось они сумеют нанести достаточный ущерб. А дальше уж за дело возьмутся нормальные элитные части, которым останется только добить врага. Правда, на этот раз Раслин ждал подобного и сумел хорошо подготовиться. Он даже позволил выстроиться неприятельскому отряду в боевой порядок, несмотря на то, что тот находился в пределах досягаемости большинства катапульт. Но эльфам для поднятия боевого духа требовался полный разгром вражеского подразделения, и Вепри вполне подходили на эту роль.

Построившись в восемь колон и укрывшись поплотнее ростовыми щитами, наемники медленно и неторопливо зашагали в сторону стены. Со стороны это выглядело жутко красиво и устрашающе, но большинство эльфов знали, что в данный момент их атакуют трусливые варвары, недалеко ушедшие от перебитых пару дней назад крестьян.

Один из адъютантов указал генералу на шевеление в районе ворот. Через них, явно пытались протащить что-то массивное. Видимо, это и обещал посланник Тевона Ежам, когда заверял, что внимание эльфов будет отвлечено другими, не менее важными делами. Судя по всему, внутрь ограды протаскивали очередную осадную машину, невероятной мощности, но Раслин, предупрежденный о подобной возможности, приказал пока что игнорировать вторжение. Лишь пара катапульт приступила к обстрелу ворот бочками с Драконьей слюной. Огневая смесь растекалась по поверхности странного агрегата, но судя по всему, особого урона пока ему не нанесла.

Зато остальные боевые машины тут же вцепились в более достойную цель. Колонны Вепрей моментально оказались под плотным перекрестным огнем. Камни и стрелы из станковых арбалетов пробивали стену щитов, поражая людей десятками. И в отличие от дисциплинированных Ежей, Петушиных Хвостов или Кричащих Топоров, восстанавливать строй после этого они не спешили. Наоборот, отдельные солдаты выбегали из строя в надежде, что по одиночной цели стрелять никто не станет. Подобными особями моментально занялись лучники, вышибая их одного за другим.

На полпути к стене, колонны окончательно смешались. Теперь они напоминали паникующую толпу. Появились первые дезертиры, побежавшие в тыл, в надежде, что им удастся уговорить Ежей не стрелять в них. Но, увы, последние явно слишком сильно обиделись на своих коллег, поскольку бежавших Вепрей расстреливали без лишних разговоров. Картина до боли напоминала случившуюся пару дней назад, когда вместо наемников на штурм гнали вчерашних крестьян. Но в отличие от земледельцев, у Вепрей не хватило боевого духа добежать до стены. Они еще что-то пытались сделать, но чем дальше, тем больше солдат разбегалось в разные стороны.

Окончательно усугубил картину взрыв одного из фугасов. Волшебники недаром ели свой хлеб и сумели дистанционно проникнуть в одну из мин, активировав её прежде времени. Взрыв оказался настолько мощным, что несколько тел забросило к эльфам на стену. А одна из колонн полностью перестала существовать. Оставшиеся два фугаса моментально бросили на месте и отряды сопровождения тут же поспешили разорвать с ними дистанцию. Фактически на этом их миссию можно было считать проваленной. Дальнейшее являлось очередным примером избиения младенцев.

Раслин даже вытащил для проверки несколько экспериментальных образцов оружия. Самым серьезным из них выглядел Поджигатель, представлявший собой огромную трубу, наполняемую особо липкой версией Слюны дракона. Магическим образом вся смесь выталкивалась и поджигалась уже в воздухе, прилипая ко всему, на что упадет. Один единственный залп превратил чудом уцелевшую колонну в толпу ревущих от боли и ужаса паникеров. Задело немногих, но этого хватило, что бы устроить качественную панику. Некоторые, пытаясь сорвать с себя пылающие доспехи, фактически прорубали себе дорогу сквозь строй своих же товарищей.

Убивать четыре тысячи человек, которые вовсе не хотят быть убитыми, но ничего для этого сделать не могут, оказалось весьма долгим занятием. Прошло, наверное, два часа, прежде чем последний из Вепрей, ухитрившийся создать для себя убежище из нескольких щитов и тел товарищей, пал от шальной стрелы. За это время войска Тевона протащили свой непонятный агрегат вдоль Первой Стены, установив его возле разрушенного штаба. Что он из себя представляет, никто пока не мог понять, но выглядел весьма внушительно. Внешне напоминая дом на колесах, он мог сойти за таран или осадную башню. Но для башни он явно не вышел ростом, а тарана, по крайней мере, внешне, никто не мог найти. Большинство эльфов правда сошлись на том, что это чрезвычайно хитрая катапульта и тут же приступили к планомерному обстрелу.

Увы, но пока Раслин развлекался истреблением наемников, агрегат не просто установили. На него навесили кучу дополнительных щитов, от чего все снаряды, в том числе и зажигательные, пока что не причиняли ему особого вреда. Правда в процессе установки снарядов явно сумела нанести повреждения, поскольку со стороны варваров прибежало несколько команд мастеров и в грохот множества молотков заметно усилился.

Оставшиеся два фугаса, представлявшие из себя нечто похожее на гроб с ручками для переноски, так и продолжали лежать между двумя стенами. Некоторое время вокруг них шла незримая для большинства магическая борьба. Волшебники Альянса не хотели терять дорогой артефакт, в то время как эльфам весьма нравилась возможность иметь перед стеной такую естественную преграду.

В данном случае битву выиграли люди, которые измотав эльфийских чародеев, вернули контроль над минами, после чего попытались вытащить их. Увы, но тут магия оказалась бессильна. Кроме того, Свалонион, уязвленный поражением, на пределе сил удерживал оба заряда. Требовалась грубая сила, что бы вывезти их с поля боя, и она немедленно нашлась.

Неизвестно, каким образом Тевону удалось убедить Ежей выйти на поле. Возможно, он попытался сыграть на их гордости, сделать то, чего не получилось у неудачников Вепрей. В любом случае наемники вышли на поле боя, дабы приложить максимум усилий к выполнению своей задачи.

Эльфы очень быстро осознали разницу в классе. Ежи, тщательно подготовившись, шли медленно, но верно, таща перед собой огромные деревянные щиты, способные выдержать попадание камня. Бреши, возникающие в случае отдельных попаданий, моментально затягивались. Строй их казался несокрушимым, от чего Раслин сразу мрачно задумался.

Тем не менее, даже элитным наемникам приходилось тяжело против эльфийской обороны. Чем ближе они подходили, тем точнее и мощнее стреляли эльфы и, наконец, Ежи не выдержали. Не дойдя до цели полусотни, шагов они остановились. Это и спасло их, поскольку Раслин как раз приказал стрелять зажигательными снарядами. Последние, угодив в середину строя, могли покалечить немало народу, а так максимум, чего удалось добиться эльфам, так это поджечь щиты.

Ежи, осознав серьезность угрозы, тут же приступили к организованному отступлению. Причем их хватало даже на то, что бы подбирать трупы павших товарищей. По стене тут же пронеслись восторженные голоса эльфов, восхищенных поведением своих врагов.

— Такое уважение к телам товарищей, — как завороженный произнес ближайший к Грэйлону адъютант. — Такое стремление отдать им должное и похоронить согласно верованиям... — Лис мрачно хмыкнул и тут же поспешил внести разъяснения.

— Ну, на самом деле ничего религиозного в этом нет. Просто члены этого отряда весьма хорошо зарабатывают, но потратиться в условиях войны шанс выпадает редко. Поэтому большую часть суммы носят зашитой в своих поясах. Естественно, что товарищи будут вытаскивать их тела. Никому не хочется отдавать такое добро в руки врагов.

— И что они делают с деньгами? — поинтересовался ошарашенный таким откровением эльф. — Делят промеж себя?

— Половину отсылают родичам покойного, а остальные делят промеж тех, кто вынес тело с поля.

— А ежели родных нет?

— В таком случае делят все, — этого хватило, что бы адъютант погрустнел, разочаровавшись в людях, и погрузился в свои мысли. Ежи тем временем весьма шустро вернулись к стене.

После такой неудачной попытки, маги решили больше не мучиться, возвращая потерянное имущество, а просто подорвали мины на расстоянии. Мощный взрыв заставил вздрогнуть всех эльфов. А так же оставил пару глубоких воронок в земле. Раслину пришлось снова нахмуриться, поскольку теперь у штурмующих появилось хоть и не очень надежное, но все же укрытие. Но к этому моменту день подходил к концу. Эльфы вновь доказали, что их голыми руками взять нельзя, даже каким-то там Ежам, и теперь оставалось продумать, как быть дальше.


* * *

Очередной совет результатов не дал. Офицеры спорили, выносили всевозможные предложения, которые все равно было не реально осуществить. Большинство придерживались мнения, что надо держаться до подхода подкреплений. Но армия Ариуса подойдет не раньше чем через месяц, а части гвардии и того позже. К этому времени в крепости просто не останется ни одного эльфа, способного держать в руках оружие.

Так же весьма активно обсуждался вопрос, что именно протащили варвары за стену. Большинство склонялось к тому, что это хорошо защищенное метательное орудие. Выдвигались предположения, что это своеобразная осадная башня, предназначенная для обстрела с ближней дистанции или для скрытой доставки очередного фугаса. Правда, Кориэл подобного мнения не разделял.

— Это обманка, — угрюмо бормотал певец, которого Лис сумел провести на собрание. — Мы должны думать, что за этим скрывается тонкий ход Тевона, а на самом деле там ничего нет.

— Ты можешь это доказать? — недоверчиво поинтересовался Сачлион, командовавший тяжелой пехотой.

— Не могу, — пожал плечами менестрель. — У меня нет доказательств. Только интуиция.

— Интуиция это уже что-то женское, — донеслось со стороны разведчиков.

— Данным даром наделены женщины и певцы. Наверное, именно поэтому у нас такое взаимопонимание, — данную фразу Кориэл произнес с полной серьезностью, но большинство тут же отозвалось легкими смешками. Воспользовавшись случаем, слово взял и Грэйлон.

— В речах моего коллеги есть разумная нить, — важно начал он. — По сути дела любимой тактикой Тевона является запутывание наших мыслей. Мы ждали, что война начнется на юге, а она началась здесь. Ожидали, что против нас бросят магические сюрпризы, а в итоге дело решила грубая сила. Вместо обещанного штурма велись булавочные уколы, а едва к ним привыкли, получили полноценный штурм. И даже сейчас мы не можем понять, какой из ходов маршала истинный. Что ему было важнее, что бы мы перестреляли несколько тысяч и без того ему мешавших солдат или протащить неведомую конструкцию, об которую мы сломаем свои разумы?

— Хорошо сказано, — Раслин выглядел весьма довольным. — И раз уж ты заговорил о том, что Тевон нам не понятен, то будь добр, прогуляйся еще раз в его лагерь. Может, выяснишь что-нибудь интересное. Правда, на этот раз ничего взрывать не надо, разве что самого маршала подстрели, если будет такая возможность.

— Будет сделано, — бодро отозвался Лис. — Постараюсь по возможности доставить ему проблем.

— Но что будем делать с этой конструкцией? — вновь поднял вопрос на этот раз уже Свалонион. — Оставить как есть, или уже подключиться нам и...

— Сколько у них уцелело волшебников? — строго спросил генерал.

— С пяток точно. Силой они не обладают, но весьма умелые. Хотя... — чародей озадаченно почесал затылок. — Мне казалось, что там еще кто-то есть. Вот только он никогда не вмешивается, а лишь следит...

— Неизвестный чародей?

— Возможно, и это настораживает. Что ему нужно, непонятно. Если он на их стороне, то почему не защищает своих магов. Если за нас, то опять же не вижу никакой поддержки.

— Возможно для него это не больше, чем развлечение, — буркнул Кориэл, у которого, судя по лицу, опять не подбиралась нужная рифма. — В Слимахане тоже хватает идиотов, которые любят подсматривать за чужими драками.

— Среди волшебников таких не может быть! — возмутился Свалонион.

— Разве у них не встречаются идиоты?

— Встречаются, конечно, но... — дальше ему продолжить не дали. Дружный смех тут же наполнил тесное помещение. Волшебник горестно замолчал, а Раслин вновь перенес свой взгляд на Грэйлона.

— Постарайся выяснить что-нибудь и насчет этого мага. Если он, конечно, существует на самом деле, а не в голове у некоторых.

— Сделаю все, что в моих силах, — Лис уже мысленно просчитывал, с какого места стоит начать поиски. А так же жутко злился на себя за то, что не дотащил пленного чародея до крепости. Возможно, сейчас бы не пришлось ломать себе голову в поисках истины.

— Что же касается конструкции, то предлагаю прекратить обстрел её, — продолжал Раслин. — Но держать под прицелом. Если что, у нас есть несколько особых зарядов, способных оставить от неё только кучу щепок. Так что, в крайнем случае, применим их.

Большинство согласилось с этим вердиктом. Что же касается обороны, то дальнейшие обсуждения решили перенести на то время, когда хотя бы отчасти будут известны планы врага. Пока что вся защита строилась на том, что бы метательными машинами обескровливать все, что окажется в радиусе их действия, а затем то, что уцелело, добивать в ближнем бою. По сути дела самое простое и разумное, что оставалось в данных условиях...


* * *

За последующие два дня Грэйлон сделал аж три вылазки. За это время он изучил лагерь противника так же хорошо, как свой собственный, правда за ограду, где находился Тевон и все маги так и не смог попасть. В форму Хвостов они больше не переодевались, справедливо опасаясь, что кто-то мог связать два факта, появление чудаков в лагере и нападение на денежный фургон. В последнем случае следовало опасаться пристального наблюдения за всеми Хвостами в лагере.

Переодевались обозниками, посыльными, а в последнем случае пришлось носить опознавательные знаки Ежей. Удалось выяснить много интересного, но в целом планы Тевона оказались тайной за семью печатями. Приказы, раздаваемые им, по крайней мере, те, что удавалось перехватить или подслушать, словно имели цель помутить разум любого командира. Исходя из них, следовало, что армия переходит к долговременной осаде, армия готовится к отступлению и даже то, что буквально завтра варвары смогут, наконец, прорваться в эльфийские земли.

Правда, во время последней вылазки Лису удалось выяснить нечто интересное. Неподалеку от захваченной стены внезапно возник еще один небольшой лагерь, окруженный не меньшим частоколом, чем командирский. Что там творилось, он выяснить так и не смог, но горы земли, вывозимой тачками, наводили на определенные мысли. Раслин, услышав про это, сильно напрягся и тут же вызвал Свалониона. Главный чародей, напуганный подобным коварством врага, тут же убежал проводить исследования и вскоре вернулся не менее напуганным.

— Копают, — дрожащим голосом прошептал он. — Причем аж в пяти направлениях.

— Хотят обрушить стену или выйти к нам в тыл? — поинтересовался Раслин и, услышав от чародея что-то неопределенное, нахмурился еще больше. — А почему мы ничего не слышим? По идее у нас же артефакты стоят, которые на подобный шум реагируют.

— Копают магическим способом, — извиняюще отозвался чародей. — Причем они умудряются скрываться как от слухачей и артефактов, так и от нашего взора. Если бы я не знал, что искать, то скорей всего пропустил бы их. Это тот самый чародей, он пришел! — Окончательно запаниковал Свалонион.

— Мы успеем прокопаться им навстречу и подорвать их туннель? — тут же полюбопытствовал Грэйлон. Чародей отрицательно замотал головой.

— Не успеем. Земля каменистая, а наши чародеи быстро вымотаются, пытаясь повторить этот трюк. А если они не сбросят скорость, то через пару часов будут уже здесь!

— И какие будут варианты? Как можно это остановить? — Раслин бросил взгляд на карту укреплений, явно что-то просчитывая.

— Туннель не укреплен балками, только магическим путем, — немного успокоился чародей. — Мы можем разрушить это заклинание, а затем обрушить туннели со стены. Правда потребуется полчаса, что бы подготовиться.

— У вас есть двадцать минут, — буркнул Раслин и, поглядев на Грэя, скомандовал — А ты за мной.

Гарнизон моментально охватила паника. Эльфы, до этого жившие в ожидании штурма, как-то растерялись, осознав, что он фактически уже идет. На стену моментально согнали всех, кто оказался поблизости. Пару отрядов на всякий случай услали на Третью и в данном случае последнюю стену. Напряжение медленно, но верно нарастало. Кроме того на нервы давило карканье весьма крупной, судя по голосу, вороны. Лис даже порыскал взглядом, пытаясь отыскать противную птицу, но ничего не нашел. Наконец, на стене появился Свалонион и остальные маги.

— Мы готовы, — трясясь от напряжения, отчитался чародей. Раслин тут же отдал приказ.

Четыре посоха моментально засветились и запульсировали в унисон. Лис заинтересовано попытался изучить их действия, но очень быстро оставил эту затею. Его скромных познаний в магии явно не хватало для понимания подобного. Вся четверка магов тем временем медленно запела, постепенно повышая голос. Песня распространялась по всей стене, внушая хоть капельку бодрости в души усталых солдат. С противоположной стороны пока никак не реагировали.

Песня резко оборвалась на высокой ноте и в ту же секунду все четыре кристалла, украшавшие навершия посохов, погасли. Несколько секунд ничего не происходило, а затем земля затряслась. Грэйлон с интересом глянул за стену. Прямо на его глазах в земле возникали провалы, в количестве трех штук. Они расширялись все больше и больше, подходя практически в упор к стене. На первый взгляд казалось, что все прошло успешно, но тут раздался полный ужаса крик Свалониона.

— Это ловушка! Мы просчитались!

Лица эльфов, наблюдавших за провалами, исказили гримасы ужаса. Тевон предвидел подобный ход со стороны врага и теперь использовал его на полную. По туннелям, ширина которых поражала воображение вне пределов досягаемости эльфийских боевых машин, на поверхность выходили стройные ряды варваров наемников. И они сразу шли на штурм стен. Перекрывая шум и крики, над полем боя вновь пронеслось зловещее карканье. И на этот раз в голосе вороны явно слышалось торжество. В этом бою Перворожденным явно удача не светила...

 
↓ Содержание ↓
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх