Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Ступень первая. Эшес.


Опубликован:
27.04.2007 — 17.02.2009
Читателей:
1
Аннотация:
Вся ступень полностью
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

Ступень первая. Эшес.



Эшес.



С-сеш-ш эа.


Здравствуйте, меня зовут Эдуард Клыков. Вернее — звали когда-то. Помпезно, конечно, но я не знаю, как иначе начинать свой рассказ. Писать о своей жизни с самого начала, с пелёнок? Не стоит. Не о чем там писать. Самая обычная жизнь, самого обычного человека. Никакого тебе ощущения избранности с самого рождения, никаких тебе ужасных и страшных семейных и не очень тайн... Ничего! Стандартный набор: детский садик, школа, ВУЗ. С той лишь разницей, что особыми достижениями в области общения и количества друзей я тоже похвалиться не могу.

Сейчас, оглядываясь назад, я вижу эдакий классический вариант "ботаника": толстые очки на носу, щуплое телосложение и неуверенное поведение. Полный набор, как говорят. Если честно, то всю мою жизнь можно смело раскрасить серой краской. Наверное, именно из-за этого я так увлекался фантастикой. Как же — невзрачный парень нашего мира (и чем не я?), переносится в другой, где сразу же становиться героем, влюбляется в прекрасную принцессу, она в него — тоже, и все рады-счастливы...

Сказка? А как же! Но какая притягательная... Во всяком случае — для меня. Ну, так вот. Если и искать какой поворотный момент в своей жизни, так это, скорее всего, будет поступление в ВУЗ. Можно даже выстроить логическую цепочку: если бы я не познакомился с Сашком, не поехал к нему в гости... Я не знаю, как тогда развивалась бы моя жизнь. Наверное, как у всех. По окончании университета — поиски работы, потом семья (если повезет, конечно) и накатанная до твердости бетона колея дом-семья-работа.

А так... А так все вышло как есть. Сейчас, если у меня вдруг спросят, а не хочу ли я вернуться назад... Когда-то давно, в прошлой жизни, я бы твердо ответил: "Хочу!". А сейчас... Я этого боюсь. После того, как почувствовал силу — возвращаться к прежнему полурастительному состоянию равносильно смертельному приговору. Нет, это я, конечно, утрирую. Справился бы, никуда не делся, но я не хочу. Не хочу ничего менять. Даже о родителях я вспоминаю очень редко. Не знаю, почему. Мы не ссорились, но и близких отношений у нас не было. Поэтому я не особо страдал от разлуки с ними. Сначала было некогда, а потом... незачем. Мне и так — хорошо. У меня теперь есть все, чего бы я желал. Пусть та же избитая колея дом-семья-работа, но одно дело, когда она идет по свалке, и совсем другое — когда по радуге. Пусть даже эта радуга лежит на земле...

О чём это я? Да так, это я просто собираюсь с мыслями, чтобы если не до мелочей, то очень точно вспомнить, о чем я хочу рассказать. Миксааш твердо сказал, что я должен записать всё, что со мной произошло. И я ему верю. Если это кому-то поможет... Отчего бы и нет? Кроме того, пора уже рассказать правду, хотя бы бумаге. Которая, как мне помниться — всё терпит и никогда не краснеет.

Ну ладно, хватит отступлений, историй и предысторий. А то меня ещё обвинят в трусости!.. Вернее — могут попытаться. Но жить-то всем хочется, так что вряд ли я услышу хоть что-то. Ну что же, постараюсь всё свести воедино и предоставить вам. Верьте, не верьте... дело ваше.

С-с-сарикш-ш-ш-ша!

— Эдька, да где же тебя носит?! — разносился над лесом пронзительный женский голос. Я тяжело вздохнул и окинул солидную вязанку дров неприязненным взглядом. Нет, ну отчего нельзя звать меня Эдом, или, на худой конец — Эдуардом? Когда родители давали мне это имя, они явно не думали о том, что с ним впоследствии станет делать любимое чадо.

Когда я спросил у Сашка, отчего меня не зовут Эдом, тот, подхихикивая, приобнял меня за плечи и проникновенным голосом сказал:

— Понимаешь, Эдька, ты хоть парень неплохой, мозговитый и все такое прочее, но на Эда не тянешь, ну никак! Не та фактура, как говорят. Вот если бы у тебя еще и мускулы были как у Арни... О-о... Тогда бы ты и Эдом был, и Эдуардом, и вообще — кем хочешь. И все наши девчонки штабелями бы складывались да на шее висли. А так...

Действительно, я даже на фоне всего потока — так... Никак, если честно. Меня начинают замечать и называть другом, только если подходит какая контрольная или другая письменная работа. Ну, и еще на экзаменах, конечно. Тогда начинается: "Эдичка, милый. Ты же мне друг? Ты же дашь мне списать?.." Единственный человек на весь поток, который никогда не менял своего ко мне отношения — Сашок. Он как-то сразу взял меня под своё покровительство. Поэтому чаша положенных слабым тычков и пинков задела меня самым краем.

Отчего и почему — я не знаю. Наверное, Сашок был из тех людей, в которых сила не будила звериные инстинкты, а раскрывала душу. Если мне когда ещё придется с ним свидеться — непременно спрошу.

— Эдька!! Тебя где носит, поганец?!

Ну вот, даже поразмышлять нормально не дают... С тяжким вздохом я поднял вязанку с земли и, придерживая кое-как, направился в сторону поляны. На майские праздники Сашок пригласил нас к своим родственникам, на природу. Жили его родственники в самом настоящем лесу. Густом и диком. Да и добираться до них пришлось целых полтора дня, на поезде. Но, даже несмотря на это, поехало человек двадцать с потока. Так что компания была довольно шумная. Кинув вещи в сельском домике, где-то половина прибывших, в которую входил и я, направилась в лесок организовывать поляну, пока вторая половина готовила салаты, вареную картошку и прочие, не сильно обременительные яства. А на полянке меня послали за дровами.

Собрать-то я их собрал, но вот не рассчитал сил, и теперь придётся сделать две ходки, чтобы дотащить всё до кострища. Да ещё и из балки! Тоже мне, умник, нашёл куда дрова таскать... Как же, инженерская мысля взыграла. Это ж сколько раз придётся ходить вверх-вниз, чтобы обследовать все склоны? Не легче ли будет поскидывать всё вниз, в одну кучу, а потом вытащить всё единым разом наверх?.. Да, ну и кто меня после этого умным назовёт?

Вот теперь Анька орёт на весь лес, что дров до сих пор нет! Можно подумать, что я один за ними пошёл... Вот сейчас приду — и скажу ей... скажу ей... М-да, себе-то можно и не врать. Ничего я ей не скажу. Хоть это и недостойно мужчины, но Аньку я боюсь! Она же как асфальтовый каток! Наедет — и не заметит...

Так что молча положу вязанку у костра и отправлюсь за второй, если ещё куда не пошлют...

Умгум, послали... Далеко и надолго. Сашок, конечно, вступился. Сказал, что дров в округе не так уж и много (не одни мы тут шашлыки решили пожарить), так что если Ане что-то не нравится... И ему всё сошло с рук! Меня даже соизволили похвалить с высоты божественного благоволения. Никогда не пойму, отчего в присутствии Сашка все девушки прямо-таки тают, как пластилин на солнце?

Хоть и была только середина дня — всё равно пришлось идти в лес и собирать раскиданные по всей балке прутики-веточки. Неожиданно в переплетении ветвей кустарника я заметил какую-то пещеру или грот. Из него заманчиво торчала сухая ветка. Наверное, если бы не она, то я так и прошел бы мимо. А так — подумал, что вот ещё её возьму, и можно будет возвращаться. Ведь там, на поляне, наверное, уже всё готово. Сейчас я явлюсь и получу свою порцию горячего, жареного на костре мяса. Р-романтика...

Я ухватился за торчавшую ветку и дёрнул. Никакого шевеления. Пошире расставив ноги, я упёрся в землю и дёрнул снова, изо всех сил! Но вместо ветки под ногами поехала земля. От неожиданности я забыл разжать пальцы, со свистом и треском ухнув вниз...

Приземление оказалось не особенно жёстким. Куча ветвей и листьев, скопившаяся внизу, частично смягчила мое падение, сильно оцарапав в отместку. Рядом, но не на меня, с треском и шелестом рухнула давешняя ветка, посыпались комья земли.

Вытряхнув чернозём из-за воротника, я задрал голову, чтобы полюбоваться на смутно виднеющийся где-то вверху лаз. В скудном свете я смог только определить, что по выступающим из мягкой и рыхлой земли тоненьким корешкам я наверх не залезу. А толстой, способной выдержать мой хиленький вес ветки рядом не было. Я сел на ворох мусора, прислушиваясь к доносящимся сверху звукам. Будут же меня искать...

Свет, вливавшийся в отверстие, становился все слабее и слабее. Видимо там, наверху, наступал вечер. А в балке, наверное, темнеет и того быстрее.

— Эй! Э-ге-ге-й!!! — я сложил руки рупором и закричал. Может, кто-то пошёл за мной? Может, они обеспокоились моим длительным отсутствием и уже ищут? Не могут же они просто так забыть о моем существовании! Хотя бы Сашок...

В ответ на мой призыв от противоположной стенки ямы что-то раздражённо зашипело. Из темноты, блестя серебристой чешуей даже в скудном свете, медленно выползала большая змея. Она была ОЧЕНЬ странная. Подобных, я не встречал ни в одной книге! Сперва показавшаяся просто серой, на самом деле чешуя была белой с еле заметной серебристой искрой. А поверх белого цвета какой-то шутник нарисовал черные тигриные полосы. Таких змей не бывает!

Тем временем "небывающая" змея выползла полностью. Она поднялась на хвосте и еще раз угрожающе зашипела, вздыбив гребень... У змей не бывает гребней! Особенно — таких... Яркий, раскрашенный во все цвета радуги, с костяными шипами, складывающийся по желанию. Откуда я это знаю? Просто при мне он сложился, и тут же снова раскрылся во всем великолепии!

Тянулся он от затылка и по всей длине гибкого тела, как бы с перерывами. Ну, или это было несколько гребней. Самый большой непосредственно за головой и более мелкие дальше к хвосту. У самого кончика вообще — кроха. На... висках, если это можно сказать в применении к змее, так же раскрывались радужные веера. И все это, в сочетании с ярко-алыми глазами безо всякого намека на зрачок, создавало завораживающее впечатления.

Глядя на это чудо природы, я застыл, как заколдованный, не замечая, что свет погас полностью. Но змея... змея была видна до мельчайших деталей! До последней чешуйки на хвосте! Она собралась в кольца и разглядывала меня, словно была разумной. Поддаваясь завораживающей магии змеиного взгляда, я шагнул вперед и протянул руку. Не знаю, то ли мне хотелось удостовериться в ее реальности, то ли погладить... Но в ответ на это движение, успокоившаяся было, змея с невероятной скоростью прыгнула вперед, оплела протянутую руку и укусила меня в основание шеи!

Я вскрикнул, отшатнулся и попытался оторвать гадину. За что получил ещё один болезненный укус. И только после этого гневно шипящее пресмыкающееся отлетело в сторону. Мои ноги подкосились... Эта змея... Она же, наверное, радиоактивна! Такая странная...

— Я тебя! — гневно выдохнул я, нашаривая палку поувесистей и разворачиваясь в сторону этой подлой чешуйчатой заразы...

Окружающая темнота взорвалась яростным шипением. Казалось, оно исходит отовсюду. А по глазам остро резанула вспышка света. Я зажмурился и испуганно шарахнулся вбок. Мягкая земля приняла мое тело, прогнулась и... осыпалась вниз. Увлекаемый собственным весом и незаконченным движением, я провалился в какой-то наклонный желоб, по которому с хорошей скоростью заскользил вниз.

Честно признаюсь — от страха я зажмурился и заорал. Когда об этом вспоминаю — мне становиться стыдно... Отец всегда говорил, что страх — это малая смерть. А тогда я боялся до судорог, до дрожи в коленях! Конечно, уже и не вспомню, что конкретно тогда кричал...

Не помню, сколько времени падал. Минуту, час, день, год... Даже самого падения не помню! После того, как во второй раз провалился, сознание работало урывками. И после ощущения падения в голове только провал. Черный, бездонный и неуютный. Очнулся оттого, что в глаза мне било солнце, висящее в зените. В ушах громом отдавался шум чьих-то неуверенных шагов. Потом было знакомое шипение где-то рядом, шуршание чешуи по камню и удивлённый человеческий вскрик.

Я дернулся, желая предупредить о затаившейся поблизости змее, но тут солнце от меня заслонила тень. При виде склонившегося надо мной человека, все благие начинания куда-то испарились, вспугнутые обликом спасителя. Несомненно, это был человек, но до чего же странный! Старец, с бородой ниже пояса! Где сейчас такое увидишь? Разве что в какой-нибудь глухомани, в затерянных деревеньках Сибири. Только вот вряд ли в этих самых сибирских деревнях носят такую одежду.

Наверное, это называется мантией. Или нет, кафтаном... или что-то вроде этого. В общем, судите сами. Одет этот старичок был в длинное, до середины голени нечто, отдаленно напоминающее пальто. Только совершенно невероятного, какого-то странного покроя. С блестящей вышивкой и нашитыми цветными стеклышками. Спереди были ещё кожаные вставки. И застегивалось это одеяние на ряд матово-чёрных пуговиц. Из-под него выглядывали плотные, тёмные штаны, заправленные в мягкие, запылённые сапоги без каблука.

Кроме того, талию моего спасителя охватывал широкий шарф, завязанный на манер пояса. При ходьбе этот дедушка помогал себе увесистым деревянным посохом.

Да и лицо... Такого выражения у нас уже давно не увидишь. Пытливые добрые, чуть насмешливые, выцветшие практически до белесого цвета глаза этого человека, с непритворным сочувствием и интересом разглядывали меня. Морщинистое, загорелое лицо, белоснежная густая грива волос, "аристократический" нос с горбинкой...

— Вы кто? — еле слышно прошептал я. Шея горела, как от ожога, а в горло словно песка насыпали.

— Не бойся, мальчик, я тебе помогу... — он опустился на колени прямо на камни, отложил свой посох в сторону, аккуратно снял с пояса ранее незамеченную мной флягу, осторожно приподнял мне голову и влил в саднящее горло пару капель содержимого фляжки. Я не знаю, что там у него было, но в голове прояснилось, а боль от ушибов и ссадин куда-то отодвинулась.

— Где я? — уже более уверенно задал я вопрос.

— Тсс, тихо. Зелье скоро выдохнется, так что нам надо как можно скорее оказаться у меня дома, — не допускающим возражения голосом, но в то же время как-то мягко ответил мне этот человек.

— Зелье? В доме?.. — я не понимал, что происходит. Я вообще ничего не соображал, безвольно подчиняясь сухим, но на диво сильным рукам.

Мне помогли подняться на ноги, и, под равномерный гул незнакомого голоса сделать пару шагов. Оказывается, я лежал совсем недалеко от оживлённой дороги, в россыпи камней. А на этой дороге старичка ожидала карета. Почему-то этот факт не вызвал у меня никакого удивления. Я всё воспринял как само собой разумеющееся. Несмотря на то, что светило солнце, мне было холодно. В памяти тут же всплыло определение предсмертного бреда. А если в нем тебя куда-то везут... отчего бы и нет? Пусть... Пусть везут, лишь бы эта слабость и боль куда-нибудь делись...

Второй раз я потерял сознание уже в пути, поэтому дорогу не помню абсолютно. Ни дорогу, ни места, куда мы прибыли. Но, судя по тому, что на дворе была уже ночь — ехали мы долго. Может, останавливались, а может, и нет. Очнулся, когда меня под властные распоряжения старца вынимали из кареты и заносили в дом. Из-под укутывающего всего меня плотного куска материи я мог видеть только двери. Огромные, тёмного дерева... С причудливо изогнутыми металлическими ручками в виде странных зверей.

Меня пронесли внутрь, затащили на второй этаж и аккуратно сгрузили на кровать. Только носильщики удалились, как вокруг меня и старца захлопотала героических пропорций женщина. Она охала, ахала, проклинала каких-то разбойников и душегубов, жалела неизвестного мне малыша, выговаривала старцу, что он слишком легко одет... Казалось, что говорит только она. Причём её совершенно не волновало, слушают её или нет. В то же время она умудрялась каким-то образом выполнять чёткие и сухие указания моего спасителя. Подавала воду, странного вида пузырьки, чистые полотнища материи...

Она же помогла раздеть, просто срезав остатки одежды. Обмыла и отодвинулась в сторону, позволяя пожилому мужчине пристально изучать всё многоцветье ссадин и синяков. Особо пристально он изучил укусы, безжалостно вывернув мне шею до хруста в позвонках.

— Эйша, выйди пожалуйста, — спокойным и ровным тоном попросил старец. Не прекращавшая своего бесконечного монолога толстушка вздрогнула, замолчала и как-то робко вышла в двери.

Дождавшись сухого стука захлопнувшейся створки, старец склонился надо мной и, требовательно глядя в глаза, спросил:

— Кто тебя укусил, мальчик?..

Говорить не хотелось абсолютно. Тело охватывала блаженная апатия, но ответить невниманием на все заботы своего спасителя я не мог. Поэтому тихо прошептал:

— Змея...

— Какая змея? Опиши мне её, если не знаешь! — да, там же разные противоядия... от разных змей... Но такой... может, они знают?

— Радужная... — это всё, на что меня хватило. Глаза слипались, тело просило отдыха, а сознание хотело уплыть как можно дальше.

Я не видел, как вздрогнул от моих слов седобородый старик. Как в его глазах плеснулось острое сожаление и непритворное сочувствие. Он даже как-то сгорбился. А потом посмотрел на уставленный пузырьками столик и уверенно взял флакон с ярко-алой лентой на горловине.

— Пей!

От властного приказа с меня слетел весь сон. Я свёл глаза к переносице, поглядел на флакон и залпом выпил его содержимое. По телу словно прошла волна прохладного воздуха. Какой там сон! Какой там отдых! Все мышцы напряглись и требовали действия. Я резво приподнялся на локтях, заинтересованно оглядывая помещение. Кроме энергии, во мне проснулся и дикий голод. Желудок протестующе заурчал. К голодовкам он приучен не был. Я смутился. Это ж надо — едва оклемался, как уже есть просит!

Но смотревший на меня с сочувствием старик не рассердился. Он только как-то виновато улыбнулся, встал с кровати и, направившись к двери, произнёс:

— Я попрошу Эйшу принести тебе поесть.

— А вы куда? — не удержался от вопроса я.

— Не бойся, я скоро вернусь. Подожди немного, и ты сможешь задать мне все мучающие тебя вопросы... И ответишь на мои. Кстати, как тебя зовут?

— Эдуард Клыков...

Я смутился. Не знал, что по моему лицу можно так явно прочитать все мои мысли. Ведь чего скрывать — действительно боялся, что он уйдёт. Почему-то мне казалось, что рядом с ним ничего плохого не произойдет. И вопросов у меня была уйма. Они все толклись в голове, наступая друг дружке на ноги, так и норовили вырваться наружу. Но захлопнувшаяся дверь оставляла только ожидание и надежду на то, что в скором будущем все вопросы найдут свои ответы...

Его магичество Мастер Нармет ехал домой с очередного Большого Совета магов. Ничего нового на нём не прозвучало, но уровень Мастера не позволял увильнуть от этого бесполезного времяпрепровождения. А дома ждал недописанный труд по сравнительной психологии нечеловеческих рас. Дорога протекала так же, как и в прошлый раз, как и всегда. Конечно, самоубийц, желающих нажить себе врага в лице Мастера магии, не находилось. На карете же стояли только знаки Мастерства, но не вида освоенной магии. А то, что Нармет по большей части теоретик и философ...

Неожиданно кони всхрапнули, карету дёрнуло и ощутимо качнуло.

— Что там случилось? — экипаж был его собственный, но работники — наёмные. Содержать суи человек только для того, что бы раз в год съездить на Совет Мастер считал абсолютно ненужным.

— Да змеюка какая-то под копыта кинулась, ваше магичество! — раздраженно выдохнул возница, пытаясь усмирить занервничавших животных.

— Змеюка?.. — Мастер заинтересованно приподнял брови. Время для змей самое что ни на есть неподходящее — середина солнцежара. В это время даже обожавшие тепло кроги сидели по своим норам. — И куда она делась?

— Да вон в те камни дунула, подлюка, — махнул рукой в сторону ближайшей кучи валунов второй возница, с силой натягивая поводья.

— Успокойте лошадей, я сейчас подойду... — Мастера очень заинтересовала ползающая не в сезон пресмыкающееся. А в душе поселилось зудящее нетерпение — верный признак того, что где-то за углом его ждёт какое-то открытие.

М-да, вот так "открытие"... Лежащее на земле, ободранное до крови, грязное до неузнаваемости и тихо стонущее. Но это был явно человек. В этом ошибиться было невозможно. Вероятно, неудачный путешественник, жертва разбойников. Везунчик, как они его ещё не добили?..

При его приближении пострадавший приоткрыл глаза с необычайно расширившимся зрачком и попытался что-то сказать на чужом языке. Активировать языковой амулет было делом пары мгновений, после чего язык раненого чужеземца стал понятен.

Наверное, его ещё чем-то опоили, так как раненый постоянно бредил и терял сознание. Пришлось напоить его бодрящим зельем и помочь дойти до кареты. А там его уже подхватили возницы...

Теперь уже путешествие не казалось скучным и однообразным. Найдёныш то тихо стонал, завернутый в широкий плед, то метался и бредил. Звал каких-то друзей, что-то невнятно просил и кому-то доказывал, что ничего плохого он не хотел. Из его вскриков и стонов понять что-то определенное было невозможно. Иногда Мастеру даже казалось, что до дома они не доедут. А понять под слоем грязи, отчего именно страдает его невольный спутник, было невозможно. Одно можно было сказать с уверенностью — никаких обширных кровоточащих ран не наблюдалось.

Наконец-то под вечер карета влетела в городские ворота — и вот уже Мастер распоряжался занести раненого в дом и уложить в гостевой комнате. С работниками расплатилась Эйша, добавив за работу, и принялась помогать. Хоть её помощь сводилась к подаванию всяких мелких предметов, но нескончаемый монолог помогал отрешиться от окружающего мира, чтобы магически прощупать парня. Теперь, когда с пострадавшего сняли обрывки одежды и отмыли от грязи, стало видно, что это молодой, едва справивший с-сейра вёсен парень. Худой до болезненности и какой-то уж очень слабый. И куда он один в дорогу собрался?

Парень явно был из знатных. Руки тонкие, гладкие. Кожа нежная. Даже мозолей от меча нет! Или на мага учится, или на служителя. Но на служку он не похож — за всё время ни единого поминания богов или чего-то похожего. Так как же его угораздило?..

Оказалось, что парень совсем не везунчик, а даже наоборот, о чём недвусмысленно свидетельствовали следы укусов на шее. Мастер не думал, что те немногие ссадины и ушибы стали причиной такого плачевного состояния. А вот уже почти не кровоточащие отметины... Это серьёзно. Интересно, а кто их оставил? Признаков отравления, подобных тем, что демонстрировал парень... нет, по отдельности они встречались, но все вместе... Жар, слабость, потоотделение, расширенные зрачки, апатия, бред... Надеюсь, он разглядел, кто же его укусил...

Ответ заставил забыть все надежды на спасение. Парень не просто невезучий. Он из той породы людей, которые смогут порезаться в комнате, обитой мягкой материей! Где вообще ничего острого нет! Надо же, наткнуться так близко от города на радужную айсу! Змею, как считалось, вымершую еще сушет циклов назад! И это единственная змея, от яда которой не существует противоядия, кроме неё самой. Она вырабатывала как саму отраву, так и противоядие к нему. Но если получить первое не составляло труда, то как добыть последнее?..

Извини, малыш, я ничем не смогу тебе помочь, разве что облегчить твои страдания... Флакон с экстрактом серены золотистой стоит в самой середине стола. Ты получишь еще суи ходов сил, здоровья и полноценной жизни. А потом тихо уснёшь. Поверь мне, это лучше, чем медленно и мучительно умирать. Так будет лучше...

Единственное, что я еще могу тебе дать, так это надежду и удовлетворить те желания, что смогу. И не надо на меня так смотреть! Там, за Гранью ты поймёшь. Я в это верю...

Надо будет не забыть отправить Эйшу домой на суи шисов. Думаю, раньше этого срока я от Кларина не уйду...

Еды мне действительно принесли много. Нет — очень много! Я сперва даже засомневался, смогу ли одолеть эту гору снеди. Но желудок считал иначе. Хорошо хоть, что та женщина ушла, оставив поднос на столе. Так что всё время прошло в набивании желудка. Хоть родители и говорили, что много есть вредно, но я просто не мог удержаться! Всё такое непонятное, необычное... Кроме того, вроде бы всегда считалось хорошим тоном съесть всё подчистую. Мол, ты доверяешь хозяевам дома, ну и все такое. И где ещё, кроме своего бреда, я увижу такие деликатесы? А главное, почувствую их вкус!

И всего хочется, всё такое притягательное... даже не знаю, куда в меня поместилось! Но, только съев и выпив всё, что было на подносе, я успокоился. И тут на меня нежданно-незвано навалилась сонливость. Нет, всё правильно. Если много поел — надо всё переварить. И, желательно, в горизонтальном положении. Спать, спать и ещё раз — спать. А там и старичок вернётся, и на вопросы ответит, он же обещал. Надо только его дождаться — и всё будет хорошо. Всё будет... Хорошо...



Мастер Нармет возвращался от своего друга, книжника Кларина, далеко за полночь. От странной встречи на дороги прошло уже су шиса, а совесть всё не успокаивалась. Но он же действительно не мог сделать ничего другого! Только облегчить страдания парня. А завтра надо будет вызвать похоронную бригаду. Хорошо, что стражники на воротах видели, что он везет раненого, которого представил своим внуком. Как там его зовут? Элхар Кессер, кажется. Такое необычное имя. Старинное. Жаль, я не успел узнать, кого следует известить о смерти парня. Даже если у него есть родственники — они явно проживают за пределами королевства Танар. Он не похож на обитателя этих мест. Наверное, в гости приехал...

Размышляя таким образом, Мастер поднялся на крыльцо, отпер тяжелую дверь и вошел в полутьму помещения. Не зажигая света, прошёл на второй этаж, толкнул дверь гостевых покоев и пораженно застыл на пороге. В неверном, серебристом свете взошедшей Ашер матово отсвечивала светлая чешуя змеелюда, спящего на кровати. Тонкие чёрные полосы, словно странные разомкнутые обручи, обнимали всё тело и казались ночными тенями, изредка подмигивающими золотистым бликом, когда спящий поворачивался во сне. Мощный змеиный хвост нервно подёргивался, сбивая одеяло в ком. Тонкая рука, изредка сжимавшая подушку, оканчивалась угольно-чёрными треугольными когтями. Мастер не сомневался, что и вторая, спрятанная под одеялом, вооружена не хуже.

Отсутствие гребней говорило о том, что змеелюд ещё очень молод. Первая ступень, не иначе. Эшес. Худой до болезненности. Бедняга, интересно, сколько он не ел?.. Но... Радужный змеелюд?! Такая расцветка может быть только у них! Серебро и чернота... Представители этой расы не такие уж частые гости даже в столице Танара, а радужных среди них не было со времён Объединения!

Спящий тихо вздохнул и повернул лицо к окну. Холодная, беспристрастная Ашер осветила тонкие, чуть заострённые черты. Черты, которые Мастер никогда не сможет забыть...

— Элхар?! — имя вырвалось непроизвольно. В висящей тишине оно прозвучало не громче дуновения ночного ветра. Но хватило и этого. Змеелюд резко распахнул алые миндалевидные глаза, резко сев на кровати. Хвост взбил одеяло и соскользнул на пол, когти с тихим треском прорвали тонкую ткань подушек, выпустив на волю облачко белоснежного пуха. Чёрные губы дрогнули, выпустив наружу чуть свистящее:

— А я ш-ждал...

Нармет невольно отшатнулся. Парень подался вперед, хвост скользнул вперед, кольцом свившись впереди и приковав недоумённый взгляд Элхара. Он насторожённым взором резко расширившихся глаз проследил за серебрящимся хвостом, уткнулся в собственное, покрытое чёрно-серебристой чешуёй тело, отстранённо освидетельствовал руки и тихо-тихо, едва слышно спросил:

— Что со мной? Что произошло?!..

Мастер услышал в голосе парня звякнувшие где-то вдали нотки паники. И сам испугался. Несмотря на свое хилое сложение, даже этот молодой змеелюд способен не особо напрягаясь разнести весь дом по камешку. А что он способен сотворить на улице, где ходят люди... не то, чтобы Нармет был таким уж сознательным гражданином, но он чувствовал себя ответственным за этого парня. Словно он действительно нашел своего внука. Давно потерянного, без надежды на возвращение.

Поэтому Мастер магии смело сделал шаг вперед и тихо, но непреклонно потребовал:

— Успокойся! Ты мужчина, или кто? — он осторожно присел на край кровати и обнял паренька за плечи. Хвост тут же обвился вокруг талии, ощутимо сдавив тело. — Ничего страшного не произошло. Ты жив — разве это не удача?

— Да? — змеелюд вскинул на Нармета свои миндалевидные глаза. — Я стал непонятно кем! Это что, хорошо? — голос звучал заметно спокойней, только в нем прорезались какие-то обреченно-злые нотки.

— Ты жив, парень. После укуса радужной айсы не живут вообще, — наставительно ответил Мастер, чуть сильнее прижимая казавшееся таким хрупким тело к себе. — Поэтому радуйся, коль боги тебя настолько любят, что решили дать другую жизнь, Элхар Кессер.

— Кто? — удивился парень. Во время речи мага он постепенно расслаблялся, кольца хвоста ослабляли хватку. Только на свом имени он вздрогнул, недоуменно посмотрев на Мастера.

— А разве это не твое имя? — искренне удивился Нармет. — Ты же сам его вчера назвал! Хотя... знаешь, если даже тебя зовут не так, то в свое второе рождение можешь принять любое имя, — неожиданно предложил он мальчишке.

— Да?.. — парень задумчиво осмотрел комнату. Задержал взгляд на распахнутом окне, в которое заглядывали уже обе луны — серебристая Ашер и золотистый Келес. Чуть повернул голову, словно прислушиваясь к чему-то отдаленному. Вновь посмотрел на свои руки и, пристально глядя в глаза, спросил: — Скажите мне, только честно, вы слышали о таком городе, как Москва? Или, может быть, о материке Евразия?

— Нет, — не задумываясь ни на миг, ответил Мастер магии. — Я никогда не слышал тех названий, что ты произносишь. И, как мне кажется, никто в этом мире их не слыхал.

— Почему-то именно так мне и казалось... — задумчиво ответил парень. Хвост отпустил мага, обвив своего хозяина и выставив одно кольцо вверх. На него парень опустил сцепленные руки, опершись о них подбородком. — Я так и знал...

— Что ты знал? — полюбопытствовал Нармет.

— Вы... вы поверите, что я из другого... мира? — чуть запинаясь, произнес он.

— Вполне возможно, — пожал плечами Мастер. — Миров бесчисленное множество. Я не знаю твоего языка, да и выглядишь... прости, выглядел ты странно.

— Не знаете языка? — удивленно вскинул голову парень. — А как же мы тогда разговариваем?

Маг молча достал из-за пазухи прозрачный голубоватый кристалл на витом шнуре.

— Вот, смотри. Это амулет языков. Сейчас он активирован, так что я понимаю твою речь, а ты — мою. Но тебе придется учить местный язык, иначе рискуешь остаться без собеседников...

— А... вы мне поможете? — развернувшись всем телом, с какой-то опасливой надеждой спросил змеелюд. — Правда? А... за что?

Хвост нервно свился в кольца, сметя с кровати уцелевшие подушки.

— Пронимаешь, малыш, — тихо начал Мастер магии, складывая руки на коленях, — не знаю, как тебе сказать. Если уж мы начали так открыто... Есть несколько причин. Ты можешь сам их расставить так, как тебе хочется. Одна из причин — любопытство. Я никогда не видел радужных змеелюдов, и изучение их поведения, возможностей, состояния стало бы для меня лучшей платой за всю помощь, которую я смог бы оказать тебе. Еще одной причиной является то, что я чувствую себя ответственным за тебя. Ты рано или поздно узнаешь... наверное, лучше сказать сразу. Тот флакон, что я тебе давал — это был яд. В нашем мире после укуса радужной змеи умирают долго и мучительно. Я хотел облегчить твои страдания... а ты выжил, и теперь я несу за тебя ответственность...

Хвост нервно шевелился, в результате чего постель сбилась в единый, слабо поддающийся опознаванию ком. И, если при первых словах Мастера парень недоверчиво фыркнул, то при следующей причине — застыл неподвижно. А когда Нармет замолчал — тихо-тихо осведомился:

— Это... это правда? Про яд?

— Да, — просто ответил Мастер, твёрдо глядя в глаза змеелюду.

Парень опустил голову, чуть сгорбился, неподвижным взором уставившись в пол. Его хвост, верный показатель настроения — бессильно свесился с кровати. В комнате повисла тишина... Заглянувший в окно на смену серебристой Ашер, золотой Келес окрасил чешую застывшего серпентера в тёплый цвет белого золота.

— А знаете, — совсем тихо, словно боясь нарушить звенящую от нетерпения тишину, произнес Элхар. — Он оказался очень вкусным. И еда — тоже. Очень вкусной... — Нармет вновь проклял богов за то, что они создали змеелюдов такими. Ни по глазам, ни по лицу нельзя определить, что же на самом деле думает представитель этой расы. А если ещё и хвост спрятан...

Даже сейчас. Парень смотрит открыто, не таясь, но что именно он думает? Что переживает? Не поймешь.

— И я бы не отказался от добавки! — неожиданно закончил он, широко улыбнувшись.

— Мальчишка! — не выдержал маг, притворно нахмурив брови.

Парень широко ухмыльнулся. В этот краткий момент тишины на всю комнату чётко раздалось урчание желудка змеелюда.

— Боги, ты же суи шисов ничего не ел! — всполошился Нармет. — Мне Эйша этого не простит! Пойдем, парень, сейчас мы будем тебя кормить. Надеюсь, Эйша оставила нам хоть чего-нибудь...

Мастер резко поднялся с кровати и направился к дверям. Но на полпути его догнал вопрос, заданный самым невинным голосом:

— Это были все причины?

Маг замер, положив руку на косяк двери. А потом, обернувшись к тревожно замершему Элхару, медленно, раздельно произнёс:

— Когда-то у меня был внук... Теперь его нет... Ты... Ты очень напоминаешь мне его, Элхар Кессер... — Нармет опустил голову. Воспоминания были не из приятных. Поэтому он резко встряхнул головой и требовательно посмотрел на озадаченно застывшего на краю кровати змеелюда: — Ты идёшь?

— Мммм... Я хвостом пользоваться не умею... В смысле — у меня же ног нет! — растерянно произнес он, нервно поглядывая вниз.

— И что? Остальные же змеелюды прекрасно без них обходятся, так почему ты должен быть исключением? — удивленно вскинул брови Мастер. — Давай, не думай об этом, а просто иди ко мне!

Парень раздражённо полыхнул глазами:

— Вам легко говорить! Не вы в... невесть кого превратились!

— Ну да, — ехидно ухмыльнулся Мастер. — Не я устроил из опрятной комнатки гнездо!

— Да вы! — вскинулся парень и одним каким-то плавно-слитным движением переместился к самой двери. — Вы!

— Ну да, я, — спокойно согласился маг, — а ты уже у двери стоишь...

Элхар обернулся, расширившимися глазами посмотрел на раскиданные по всей комнате подушки, сброшенное на пол одеяло, неспешно разлетающиеся по комнате перья из распотрошенной подушки... А потом посмотрел вниз. Хоть и выглядящий не очень мощным, хвост, спокойно удерживая тело парня в вертикальном положении.

— Скажите, а моя одежда... Вернее, мне одеться бы... Но я не знаю... — он смутился, задумчиво поскрёб дверное полотно. Угольно-чёрные треугольники когтей собрали светлые колечки стружки и оставили на тёмном дереве четыре борозды. Смутившись, Элхар отдёрнул руки и сцепил их сзади в замок.

Мастер тихо хмыкнул и, ступив в коридор, сказал:

— Следуй за мной, сейчас мы тебе что-нибудь подберём... Кстати, меня зовут Нармет.

Мне снились сны. Странные, не похожие ни на кошмары, ни на простые сновидения. Скорее, они были похожи на чью-то жизнь, которую прокручивают перед моими глазами. Отчего-то я твердо знал, что стоит мне проснуться — как всё забудется. Забудется до тех пор, пока не придёт время вспомнить. А когда оно придёт и кто решает — настало это время или ещё нет — неизвестно.

Сон прервался оттого, что кто-то окликнул меня по имени. Когда открыл глаза, то увидел, что комната погружена в какие-то странные сумерки. Помещение вроде бы и не освещено, но каждый предмет виден четко, словно нарисованный. И стоявший у дверей мужчина, тот самый, что меня спас, тоже был виден до мельчайших деталей. Я даже ощутил исходящие он него запахи - влажной свежести, словно на улице был туман, лёгкий привкус бумажной пыли — неужели с книгами работал? - и ещё что-то... особенное. Нет, едой от него пахло тоже, но ещё... кем-то! Да, точно!

Честно говоря, я не понял, откуда у меня взялись все эти знания. Находясь всё ещё в каком-то полусонном состоянии, это воспринималось мной как должное. А потом по руке скользнуло что-то гладкое и тёплое... Опустив голову я чуть не рванулся прочь. Предо мной складывался в кольца огромный змеиный хвост! Такой же расцветки, как и та змея, но размеры!!!

Осторожно, стараясь не делать лишних движений, скользнул взглядом по чешуйчатому телу, стараясь определить местонахождение головы, и... увидел собственный живот! Перёвел взгляд на руки... нет, они были мои, но чешуйчатые и когтистые! Лица я касаться не стал. Сознание дрогнуло, и где-то внутри меня стала нарастать паника.

Слава богу, что этого не случилось! Властный голос мужчины, присутствие которого почти забылось, послужил не хуже ведра ледяной воды, вернув мысли в нормальное (ну ладно, почти нормальное) состояние. Действительно, я же мужчина! И должен вести себя соответственно! То есть — по-мужски.

Только оказалось, что с поддержкой другого быть мужчиной гораздо легче... Когда мне на плечо легла тёплая, чуть шероховатая человеческая рука еле удержался, что бы не вцепится в неё обеими руками. Хм, зато вцепился хвостом...

Оказалось, что он очень хороший человек. Очень. Не обижается на мои попытки разозлить его, спокойно выслушивает и старается помочь. Не знаю, может, это неправильно... но мои родители всегда хотели, чтобы их ребенок рос самостоятельным и сам решал свои проблемы. Поэтому я очень быстро перестал ходить к ним и просить помощи в том или ином деле. А сейчас... сейчас я был благодарен этому седому мужчине за его поддержку.

Кроме того, он сказал, что я могу взять другое имя. Моё же произносил очень и очень странно. Элхар Кессер. Хм, а что, очень даже мужественное имя. И никто не сократит его до Эдьки... Мужчине было все равно, что родом его гость из другого мира, кажется, это его даже радовало. Он рассказал мне много интересного. Оказывается, здесь действует самая настоящая магия! Но всё равно — придётся учиться. Я не могу просто так понимать местные языки. А жаль. В книгах герой обычно при переносе каким-то образом умудряется выучить местный язык мгновенно. Ну и что! Зато останусь в доме этого старика...

Мне не хотелось уходить. Совсем. Признаюсь честно — мне было страшно. Боялся. Ведь свого спасителя хоть немного — но вроде как знал. А что там, за дверями? Да и мой теперешний внешний вид... Хм, судя по тому, как сходятся на переносице брови моего спасителя, когда он упоминает змеелюдов — это не самый добрый и хороший вид живых существ. И вот отчего-то мне кажется, что не встретят представителя этой расы с распростертыми объятьями. Да и идти мне некуда. И не с чем.

Хотя не скрою, мне было очень любопытно, отчего этот старец так со мной возится?.. М-да. Иногда незнание лучше. Нет, любопытство, конечно, вещь хорошая, но вот признание в том, что он меня отравил... Хотя, какое отравил?! Я же жив! Жив, не смотря на то, что яд этой змеюки считается смертельным! Наверное, он просто перепутал баночки. Или специально мне это говорит, что бы проверить, испытать!

Я уже хотел, было вознегодовать, мол, за кого вы меня принимаете, но в нашу дискуссию решительно вмешался мой организм. Словно окончательно пробудившись, внутри поселился ТАКОЙ голод, что я готов был грызть столбики кровати! Поэтому вместо патетичной речи я ляпнул про предыдущий свой ужин в этом доме. Нашел, о чём разговор вести!

Но спаситель не обиделся. Он даже обрадовался, тут же заспешив в кухню. Но здесь я столкнулся с очередной проблемой — отсутствием ног. Нет, змеиный хвост смотрится очень даже ничего, но я же совсем не умею им пользоваться! Всю сознательную жизнь проходил на двух конечностях, и их замена на одну меня не радовала.

Однако опытным путем было установлено, что чем меньше задумываешься о том, как передвигаешься — тем меньше спотыкаешься. Стоило мне разозлиться и загореться желанием поближе пообщаться со своим спасителем, как я, сам не заметив, переместился к двери. Хм, оказывается, иметь хвост вместо ног не столь неудобно. Непривычно, странно — да. Но как-то... как-то обыденно. Мышцы поясницы и хвоста без особого напряжения удерживали меня в привычном вертикальном положении. Я даже немного растерялся...

Только вот почему не могу держать себя в руках так же, как хвост — меня? То вспылю, то нагрублю, а вот теперь, от смущения не зная, куда деть руки - оставил на двери четыре борозды... Ну и коготки у меня... как бы самому не порезаться! Ещё больше смутившись, опустил взгляд вниз, и только теперь до меня дошло, что я совсем не одет! Хоть мое тело теперь и покрывала чешуя, спереди сменяясь широкими, но тем не менее странно гибкими пластинами, всё равно было неудобно.

Стесняясь, я попросил у этого пожилого мужчины одежду. Если здесь живут похожие на меня, то и соответствующий наряд должен быть. Откуда он здесь возьмётся, я не знал, но отчего-то был твёрдо уверен, что он у него есть.

Ой, я невежа! Ой, невежа!! За столько времени даже имени не узнать!!! Нет мне покоя и прощения, мастер Нармет...

На кухне, освещаемой едва тлеющим очагом, сидела донельзя странная компания. Молодой змеелюд, перед которым возвышалась гора снеди — и Мастер магии, перед которым стояла всего одна кружка с лёгким рашем. Парень методично уничтожал стоявшие перед ним яства. А его старший собеседник с отеческой улыбкой наблюдал за трапезой...

Перед ужином Элхар все же оделся. Одежду для него Мастер достал из стенного шкафа в комнате, расположенной прямо у лестницы. Теперь змеелюд был наряжен в длинную рубаху с разрезами до середины бедра и более короткую тунику без рукавов. Талию обхватывал широкий кожаный пояс с медной пряжкой. Одежда не мешала двигаться и выгибаться так, как того хотелось парню. Он весь извертелся, желая оглядеть себя со всех сторон. Одежда ему явно понравилась.

А потом они спустились на кухню. Лестница вызвала у молодого приступ неуверенности. Всё же змеиное тело больше приспособлено для передвижения по гладким поверхностям... Но выход нашёлся очень быстро. Каменные перила имели внизу довольно широкий кусок гладкого камня. И, изредка прихватывая за столбики хвостом, Элхар быстро спустился вниз. Мастер только удивлялся — парень едва ли полхода пользовался новым телом, а уже двигался как рожденный змеелюдом. Причём, в отличие от своих собратьев, он совсем не тащил свой хвост. Он словно бы перетекал из одного места в другое. Бесшумно, плавно.

А про слух и обоняние можно вообще не говорить. Шутки ради Нармет позвал его шёпотом с другой стороны просторного холла. И что? Парень обернулся так резко, словно его громко окликнули! Что же касается нюха — даже тосы, животные, используемые в качестве поисковых и сторожевых зверей, не смогли бы с такой уверенностью найти припрятанную Эйшей от ненавистных локков еду.

Но на этом проблемы не закончились. Оказалось, что сидеть на обычном стуле Элхару не то, чтобы совсем нельзя, но очень неудобно. Так что пришлось перенести из лаборатории стул, предназначенный специально для змеелюдов. Мастер Нармет увлекался собиранием старинных вещей, вот кто-то из друзей и подарил ему такую диковинку. Ведь этот стул на своих собратьев был похож так же, как серпентеры на людей. Узкий, вытянутый вверх, с высокой изогнутой спинкой. Опирающийся всего на одну массивную ножку. Парень тут же с удобством расположился на этом сиденье, обвив хвостом ножку, и приступил к ужину.

— Знаешь, я тут подумал, — неспешно начал Мастер, — комната у тебя уже есть. Заниматься с тобой я буду самостоятельно, на улице тебе пока показываться не стоит. Но тебе придётся ещё определить направление, которое тебе ближе всего, чтобы вступить хоть в какую-нибудь гильдию. Но об этом мы поговорим с тобой потом, ты ешь, ешь...


С-сеш-ш су.


Я уютно устроился в библиотеке. Как оказалось, сидеть на шкафу, свесив хвост вниз куда как удобней, чем сидеть за столом. Да и освещения мне вполне хватало, чтобы четко видеть написанный кем-то из великих Мастеров текст. Кем конкретно — я, честно говоря, не запомнил. Вернее — не старался запоминать. Все они — великие и могучие. Хотя память у меня теперь... М-м-м-м! На зависть всем остальным! Мне достаточно раз услышать или прочесть — чтобы запомнить накрепко. Дедушка Нармет только головой качает.

И с Эйшей я подружился, хотя мы ждали, что она испугается. Однако первое, что она сказала при виде меня: "Ой, какой же он худой!". И снова накормила до отвала. Не знаю, но после этого превращения меня с неделю, ой, извиняюсь, целое семидневье преследовал жуткий голод. Дедушка сказал, что это из-за превращения. Всей моей массы не хватило, чтобы стать нормальным змеелюдом, так что пришлось позаимствовать энергию из внутренних резервов, которые я и восстанавливал едой.

Эйша была только рада поставить мне лишнюю порцию. Она всегда ворчала, что и Мастеру следует взять с меня пример, а то ест совсем мало, можно подумать, что он не может себе позволить большего. А после того, как из дома неизвестно куда ушли все локки... Нармет объяснил, что они панически боятся змей. Так что теперь кухарка во мне души не чаяла, и была готова поварёшкой отстаивать "своего бедного мальчика" от всяких там нехороших элементов.

Единственное, что меня разочаровывало — моей мечтой было научится сражаться на мечах. Как герои из любимых мною книг. Но дедушка был магом, поэтому и учил меня магии — боевой, бытовой, лечебной... всякой, а не как сподручнее своего оппонента настругать на мелкие лоскутки. Только обычные, как тут говорили — канонические заклинания у меня выворачивались так, что приобретали совсем другие свойства и формы. Кроме того, дедушка обследовал моё тело раз в семидневье, замерял, проводил ещё какие-то исследования, необходимые ему для написания научного труда.

По большей же части, я был предоставлен самому себе. Хочешь — читай, благо библиотека в здании была — о-го-го! Хочешь — исследуй лабораторию. Хоть на вкус реактивы пробуй — на меня теперь никакие яды не действуют! А вот я теперь считаюсь самой опасной и ядовитой тварью на весь мир. Опасней даже своего "предка" — радужной айсы, так как возможности змеи вроде как изучены, а вот змеелюда... Мастер Нармет будет первым, кто хоть как-то осветит этот вопрос.

Честно говоря, мне тоже был очень интересна эта тема. Все-таки на вид я потомственный серпентер, так что не знать элементарных вещей... подозрительно это. Так что я запоем читал всё, что могло хоть как-то помочь понять этот народ.

Как появились змеелюды, достоверно не знал никто. В "Легендах и сказаниях о роде змеином" говорилось, что когда-то, когда люди только-только пришли в этот мир, носящий название Шаэсс, то его хозяевами были гигантские змеи. В "Легендах" даже гравюра была — человек и этот змей. Так вот, высотой эта гадина была с поезд. И длиной, наверное, не меньше. Могу себе представить, какой силой обладали эти пресмыкающиеся...

И каким весом. Вот интересно, как же они сами себя не раздавили, а? Сила тяжести здесь вроде бы ничем не отличается от земной. Во всяком случае, никакой тяжести или наоборот — легкости я не ощущаю. Хотя... может, эта перестройка организма так повлияла? Да и в первый день все равно — ничего такого, хоть я смутно помню, что тогда происходило. Скорее всего, эти существа были полумагическими и существовали за счет своей естественной магии. Хотя это только мои предположения...

Так вот, в этом сборнике мифов сказано, что "Узрели змеи, что слабы люди, что не выжить им на суровых просторах Шаэсса, и взяли они себе жён из рода людского, и появился тогда под благодатным светилом новый род — змеелюдов, защитников и помощников". Нет, как легенда — это звучит красиво, но вот как реальная информация... Змея и человек! Насколько я помню основы биологии — данные виды не скрещиваются. Никак! И потомства дать не могут. Особенно — при ТАКОМ несоответствии размеров! А если вдруг (ВДРУГ!) что-то и получится, то потомство будет мулами — то есть собственных детей иметь не сможет в любом случае!

Так что эта версия могла быть только легендой — и никак иначе. Нармет на мой вопрос ответил, что официально признанной теорией является то, что змеелюды какая-то другая раса, просто очень похожая на людей. В общем — никто точно ничего не знает. А простые люди верят в "Легенды".

Вторым вопросом были мои возможности и способности. Очень интересно. У Мастера, к сожалению, подобных книг было не так уж и много, но ему охотно выдали всю имеющуюся в наличии литературу по этому вопросу в Большой Королевской библиотеке, куда он был вхож. Так что я имел сомнительное счастье прочесть, что я, оказывается, зело силён. Не спорю, иногда мне случалось сломать хвостом стул, но силы, "способной ломать камни и крушить самые мощные щиты", я в себе не заметил.

Как и способности "читать сокровенное в душах людских, смущать умы и отводить взгляд". Если перевести на нормальный язык, то я мог читать мысли и внушать. Ничего подобного! Не спорю, все чувства у меня сильно обострились, но в использовании телепатии я никогда замечен не был. Наверное, это из-за того, что я ещё очень молод. В смысле, Мастер Нармет рассказал мне, что у змеелюдов, в отличие от людей, рост идёт совсем не так. Они линяют, как змеи. Но не раз в год, а, достигая определённого момента, который называется "ступенью". А я нахожусь на самой первой и называюсь — эшес.

Дедушка предполагает, что у меня, как и у змеи, тоже должны быть гребни, но появятся они после линьки, когда я перейду на следующую ступень. Вообще-то их пять. Эшес, ремет, хэссар, к'тэс и с-сакеш. Вот так вот, мне ещё когда-нибудь предстоит испытать всю прелесть линьки. Бр-р-р!

Вот, в принципе, и всё. Сила, яд и обострённые чувства. Это то, что мне известно. А вот что конкретно мне подарили "предки" в лице радужных айс... не знаю, и Мастер тоже не знает. Про радужных же змеелюдов вообще никто и не слышал после Объединения. В "Легендах" упоминался всего один, да и то — картинки к нему не было. Так что помочь в деле познания себя мне не сможет даже Мастер. Ну что же, сам справлюсь!

Заинтересовался я также и здешним мироустройством. В результате расспросов и собственных изысканий выяснилось, что этот мир ночью освещают два светила — Ашер и Келес. А днём — одно. Актар. Что меня удивило — практически на все названия у местного населения есть свои легенды. Вот и про светила — тоже. Как мне рассказала Эйша, когда-то Келес и Актар были братьями, между которыми их отец Шаэсс поделил день и ночь, чтобы всегда над миром царил один из его сыновей. А Ашер — земная девушка, в которую влюбился Келес. Но навещать её ночной бог мог только по ночам. А днем её как-то увидел дневной брат и тоже полюбил. И пообещал забрать с собой на небо, но девушка осталась верна своему ночному возлюбленному. Узнав о происках братца, Келес сам забрал возлюбленную к себе, и с тех пор над ночью они царствуют вдвоём — Келес и Ашер.

Вот такая вот легенда...

Что же касается чисел и отсчета времени... Система счёта в королевстве Танар была десятичная. Времени — тоже как у нас, в минуте 60 секунд и так далее. Единственное отличие — зачем-то это все делилось еще пополам на темную и светлую сторону. Но население, чтобы не забивать себе мозги упрямо игнорировало сие деление, оставляя его только для составления гороскопов и прочих гаданий.

Секунда здесь называлась сеш, минута — эста, час — ход. Вообще-то в местном языке очень много шипящих и свистящих звуков, словно не разговаривают они, а шипят. Очень приспособлен этот язык именно что для змеелюдов. Странно, не правда ли?..

Так вот, вернёмся ко времени. Разделение на дни недели тоже очень похоже на наше. День у них зовется — шис, неделя — с-сейшис и состоит, естественно, из семи дней. Поэтому чаще всего именуется семидневьем. Месяц — тривир и состоит из пяти недель. А год состоит из одиннадцати месяцев, и именуется циклом. Вот так вот.

Нет, вроде бы всё в порядке, мне интересно было узнавать новое, знакомиться с окружающим миром и прочее, но... я стал скучать. Непонятно почему! По ночам я часто выбирался на крышу, устраивался в тени и наблюдал за ночными улицами, чутко вслушиваясь в тишину и ловя доносившиеся ветром запахи. В одну из таких вылазок все и случилось...

В комнате, спрятанной среди запутанных переходов дворца, пылал камин. Возле него, у низкого столика сидели двое мужчин. Со стороны казалось, что нет для них в мире ничего важнее, чем искрящаяся тёмным рубином влага в тонких хрустальных бокалах. Однако неспешная беседа, свидетелем которой было только пламя, выдавала совершенно иное.

— Он может нам помешать, слишком много знает... — задумчиво глядя на вино в собственном бокале, сказал один из них. Высокий, стройный брюнет с бледным лицом и неожиданно жёлтыми глазами.

— Да?.. — вежливо удивился его собеседник. Тоже мужчина, но не отличавшийся приметной внешностью. Одетый богато, но неброско, он производил впечатление небогатого дворянина. Однако мало кто знал, что именно этот человек является одним из влиятельнейших вельмож королевства.

— Мы должны действовать наверняка. И устранить даже малейшую возможность помешать, — в глазах желтоглазого плясало то же пламя, что и в камине. — Второго такого шанса нам не дадут.

— Не дадут, — согласился с ним собеседник. — Танем хоть уже и не тот, что был раньше, но хватка не ослабла. Что ты предлагаешь?.. — наконец он оторвал взгляд от бокала и вскинул на собеседника водянисто-голубые, холодные глаза.

— Знаешь, сейчас так много разбойников развелось... Да наглых таких... Посреди города нападают! Куда смотрит стража? — резко очерченные брови недоумённо выгнулись, но в жёлтых глазах мелькнула неприкрытая угроза.

Ты прав. Эти разбойники — сущее наказание. Даже защитными амулетами обзавелись... Как нехорошо получилось... — голос второго человека ничуть не изменился. — Я на тебя надеюсь, — тихо закончил он, поднялся с кресла и, мягко ступая, вышел в замаскированную за портьерой дверь.

— Действительно, нехорошо... — оставшийся в комнате зло улыбнулся, и в свете огня на миг блеснули удлинённые клыки. — Очень нехорошо...

Я лежал на самом коньке крыши, надёжно скрытый непроглядной тенью кованого украшения. Ноздри чуть подрагивали, улавливая цветочные ароматы, и я, подавшись вперёд, прислушивался к приглушённым звукам ночной жизни. Мастер задерживался, и я занял крышу, в ожидании, когда по улице разнесется эхо знакомых чуть шаркающих шагов. Дедушка не одобрял моих ночных сидений на крыше, но, тем не менее, прямо не запрещал. Видимо, понимал, что молодость в чётырех стенах сидеть не любит и стремится вырваться.

Кроме того, в последнее время у меня стало дико чесаться нёбо. Когда это произошло в первый раз, я провел по нему языком и нащупал два небольших валика, начинавшихся прямо за зубами. И чем дальше — тем сильнее они зудели. От этого в последнее время я был довольно нервным и раздражительным. Потому стремился на воздух — холод немного остужал зуд.

Но вместо шагов ветер донёс до меня обрывки разговора, а глаза поймали чуть отсвечивающую алым пятёрку теней, скользнувших в проулок. Во время моих ночных бдений я выяснил интересный факт. А именно — наличие у меня теплового зрения. В абсолютной темноте (например, случайно забравшись в кладовку) предметы приобретают другие цвета. Синие, зелёные, жёлтые...

Вот и сейчас я видел не тени, а очерченные оранжево-алым ореолом человеческие силуэты. Вот только длинные зелёно-синие штуковины в их руках ну очень напоминали мне киношные мечи.

— Ты уверен, что он пройдёт именно тут? — шелестнул ветер холодным голосом.

— Да, Савиш. Он никогда не меняет маршрута, во лопух, да? — еще один порыв донес до меня подобострастный ответ, и одна из фигур наклонилась, словно сообщая что-то конфиденциальное на ухо второй.

Хм, если бы мы с Мастером не проверяли мой слух, я решил бы, что более гротескной засады никогда не видел. Слышимость была ну просто отменная! Только вот очень любопытно стало, кого именно эти типы ждут в переулке, которым так любит возвращаться домой дедушка?..

Тихое шуршание по черепице — хвост напружинился, собираясь в кольца. Честно говоря, меня это немного нервирует. Я ещё даже сам не понял, что меня беспокоит, а он уже приготовился. То ли вскарабкаться куда, то ли утащить что-то. Кстати, хвостом очень удобно пододвигать стоящие на дальнем конце стола блюда. Правда, мастер на такие действия ругается и говорит, что так поступать неприлично. Мол, хвост — это те же ноги, так никто же не задирает их на стол?

Приходится делать тайком, самым-самым кончиком, по паре висов за раз. Хотя, стоит Эйше увидеть мой алчущий взгляд, направленный на какое-либо блюдо, как тут же с жалостливым вздохом "Ой, мальчик проголодался!" мне пододвигалась нужная тарелка. Дедушка ворчал и говорил, что она окончательно меня разбалует. Тогда кормежка становилась подпольной, и карманы длинной рубашки оттопыривались от засунутых тайком лакомых кусочков. Теперь я уже ничем не напоминал худющего змея. Хвост округлился и стал довольно увесистым. Так что пришлось на время умерить свой аппетит...

Ветер донес знакомое пошаркивание, приближающееся от центра города. Отвлечённые мысли словно выдуло хорошим порывом, поскольку фигуры внизу напряглись, готовясь встретить ожидаемого гостя. Значит, всё же Мастер... ну уж нет!

Я рванулся вперед, и мир словно бы замер. Движения фигур внизу стали такими медленными, что я даже немного растерялся, но быстро пришёл в себя. Не время ещё расслабляться! Дедушка же вот-вот выйдет из-за угла!

Скользнуть вперед — и замереть немного позади арбалетчика, сидящего позади всех. Словно что-то почуяв, тот стал медленно оборачиваться, но я ударил его хвостом. Тихо охнув, стрелок завалился назад, а я уже разворачивался к остальным. Их главарь стоял самым первым, так что между ним и мной было ещё двое противников. Стоявший ближе всего даже не успел обернуться, получив хлесткий удар когтями наотмашь. А второй нарвался на хвост, серебристой молнией сверкнувший в темноте переулка.

Удар пришёлся в середину его груди. Убийца как-то странно всхлипнул и отлетел в сторону. Со всего размаху ударившись о стену, он поломанной куклой сполз вниз, так и оставшись лежать на земле. А их предводитель успел развернуться ко мне лицом. Или я ничего не понимаю, или он дворянин?.. Мастер хорошо обучил меня различать сословия, здесь за ошибку можно получить большой пучок неприятностей...

Мужчина, лет тридцати. Высокий, гибкий. Воин. Вон, за мечом потянулся. Смотрит свысока... ну-ну. Никакой ты не воин, убийца. Ишь, вчетвером на одного старика собрались, герои! С-с-с-щас-с-с я тебя...

Мой противник уже достал меч и неспешно двинулся на меня. Я остался на месте, только почувствовал, как хвост за спиной собрался в кольца, приготовившись к удару.

— Доставай оружие, парень, — воин остановился, давая мне время приготовиться.

— Мне оно не нуш-ш-жно, — тихо ответил я. Совсем недавно заметил, что в минуты большого волнения начинаю немного шипеть. — Зачем вы хотите убить дедуш-ш-шку?..

Воин равнодушно пожал плечами:

— Я ничего против него не имею. Просто выполняю свою часть работы... — работы, значит... Знать бы, кто твой работодатель!

Неожиданно, безо всякого перехода воин атаковал. Если бы я был человеком — то меч этого ночного охотника меня бы достал. А так — тело двигалось само. Я чуть отклонился в сторону, пропуская мимо серебристый росчерк, и резко подался вперед. Воин, осознав, что промахнулся, резко дернулся назад, но хвост уже спеленал его вернее всяких верёвок. Человек дёрнулся, пытаясь вырваться, а потом резко ударил меня навершием меча в подбородок. Развернуть его он не успел. Мои зубы звонко клацнули, что-то треснуло, рот наполнился солоноватой кровью. Вот гад, наверное, пару зубов выбил!

Плохо соображая, что делаю, я извернулся и укусил противника за плечо. Воин дёрнулся и застыл неподвижным изваянием. Хвост развернул свои кольца, и я приготовился нанести последний удар, но меня остановило удивлённое восклицание:

— Элхар? — дедушка стоял за спиной, в недоумении обозревая разгромленный переулок.

— С тобой все в порядке? — тут же бросился к нему я, невольно обвив хвостом и требовательно заглядывая в глаза.

— Да что со мной случится? — всплеснул руками Мастер. — А вот что ты здесь делаешь? Я же запретил!

— Но они же тебя убить хотели! — немного обиженно протянул я. — Вот, у этого спроси!

Про воина я вспомнил только сейчас. После моего укуса он не проронил ни звука, да и опасностью от него больше не тянуло. Именно на него я и указал рукой. Нармет посмотрел в этом направлении и, переступив через хвост, подошел к воину вплотную. Тот никак на это не отреагировал, застыв в неподвижности. Та-а-к...

— Элхар, — задумчивым голосом спросил мастер, ощупывая замершего человека, — у тебя в последнее время ничего не болело?..

— Да нет, нёбо только чесалось... — я застыл рядом, в недоумении рассматривая живую статую. Даже понюхал... Живой...

— И? — дедушка отвернулся от воина, требовательно посмотрев на меня.

— Перестало, — пожал плечами я. — Вот этот воин по челюсти ударил — и перестало.

— Открой рот! — потребовал мастер. Я послушно раскрыл его во всю ширь.

Нармет развернул меня к серебристому лику Ашер.

— М-да... — тихо протянул он, отпуская челюсти. — Ну что же, малыш, позволь поздравить тебя

— С чем? — недоуменно поинтересовался я.

— С взрослением. — И, снисходя к моему беззвучному вопросу, продолжил: — У тебя зубы прорезались.

Зубы? Да они у меня еще в детстве прорезались! Осторожно потрогав языком те места, где когда-то были валики, я с удивлением нащупал пару прижатых к многострадальному нёбу длинных зубов... Хм, похоже я обзавелся ядовитыми клыками, грызанув ими так разозлившего меня воина. [то есть он "грызанул", и в результате у него прорезались клыки, так? И ещё — слово "грызанул" является устаревшее-простонародным, в устах "парня из современности" оно звучит неестественно]

— Ты хотел его убить? — тихо, но очень серьезно спросил у меня Мастер.

— А? Что? — поглощённый своими раздумьями и тщательным исследованием рта на предмет ещё каких-нибудь неожиданных подарков, я сперва даже не понял вопроса. Но потом всё же ответил: — Нет, просто обездвижить...

— Тогда бери его и неси в дом! — властно распорядился дедушка.

Я вздрогнул, и, беспрекословно взвалив человека на плечо, заскользил к двери. Хм, и совсем он не тяжёлый, этот убийца... В доме я послушно сгрузил его в каморке за кухней. Эйша охала, ахала, корила Нармета, что он заставил меня таскать такую тяжесть. А когда услышала про нападение — заявила, что ноги этого "плохого человека" у неё на кухне не будет!

Мастер же молча осмотрел неудавшегося убийцу, а потом требовательно посмотрел на меня. Я так же молча вскинул брови, недоумевая — чего же от меня хотят?

— Давай, оживляй, — озвучил свое требование дедушка.

— Что? — я недоуменно моргнул. — Но как?

— Так же, как парализовал, — непреклонно ответил Мастер. Действительно, когда я грузил нападавшего на плечо и нёс — он даже не согнулся! Так бревном и ёрзал по плечу. Неудобно, жуть! Даже сейчас валяется, словно застывшая статуя, а не человек...

— Кусать, что ли? — ужаснулся я. Теперь, после схватки, на меня накатило. Руки дрожали, а мозг упрямо показывал картинку сползавшего по стене тела. Да и нос четко рассказывал, что предполагаемый кандидат на укушение явно недавно с помойки. Несло от него... Я судорожно сглотнул, жалобно посмотрев на деда.

— Ну, если ты знаешь другой способ... — равнодушно протянул Нармет, отворачиваясь к стене. Я тяжко вздохнул и попытался укусить лежащее не лавке тело. Длинные гадючьи клыки не хотели выдвигаться, ну ни в какую.

— Не могу, зубы не выдвигаются, — обреченно пожаловался я.

— Что ж, тогда подождем, пока сам очнётся, — пожал плечами дедушка. — Ты ж его парализовал на время, я так понял.

— Ну... — я вспомнил свои мысли в тот момент. — Да.

— Так чего кусать было? — вскинул брови Мастер, ехидно глядя на меня.

Нет, это уже откровенное издевательство! Я тут переживаю, жёсткую куртку жую, а от нее пахнет, между прочим!

— Но всё равно, это не оправдывает твоего поведения, — неожиданно стал серьёзным Нармет. — Я тебе не разрешал выходить на улицу. Вот теперь сам будешь караулить этого человека. И следить за ним.

— Да, дедушка... — тяжко вздохнул я, покорно свивая хвост в кольцо.



— Эй, Савиш! Для тебя дельце есть! — глашатай Мастера Ночных охотников отличался очень уж звонким голосом, так что искомому Савишу даже не было нужды находиться где-то поблизости. Достаточно было просто быть в Башне...

Эта Башня стояла на окраине города. Много циклов назад в ней жил кто-то из магов-погодников или астрологов. Но со временем строение было заброшено. И его облюбовали для своего штаба Ночные Охотники. Или, в просторечии — наёмные убийцы. Нет, официально тут находилась пекарня, причем не очень прибыльная, но в действительности на самых верхних и с виду заброшенных этажах располагались покои Мастера Ночных охотников и несколько помещений, предназначенных для общения с клиентами. А в многочисленных пристройках обитали те из охотников, у кого не хватало денег на собственную нору.

Савиш был ещё новичком по меркам охотников. Всего суи тривиров — разве это срок? Но вот, по всей видимости, появилось задание, выполнив которое он сможет перейти из бесправных младших помощников в охотники...

— Задание как раз для новичка. Встретишь человека и отправишь его в сады Шаэсса, или куда там люди уходят после смерти? — небрежно обронил Ночной Мастер, больше обеспокоенный состоянием собственных ногтей, чем разговором с каким-то там... новичком.

Заказчик был предельно откровенен. Ему мешают, и тот, кто встал у него на пути, должен быть устранён. Да и сумма не вызывала вопросов. Зато их вызвало названное имя. Мастер не был дураком и понимал, что если всё пройдёт удачно, убийцу будут искать, да ещё как! Ведь это что же — обидели магов! Так что исполнитель долго не проживёт. Или свои устранят, чтобы не подставляться, или маги найдут... Что лучше... хм! Но задание было даже СЛИШКОМ хорошо оплачено да еще намекнули на возможность списания старых долгов.

К тому же, зачем списывать со счетов хороших охотников, если можно послать новичка? Тем более что про этого сведущие люди сказали сразу — толку не будет. Явно из благородных, а у этих вечно мозги набекрень!..

— Тебе всё ясно? — повисшее молчание заставило мастера недовольно поднять голову от ногтей. Стоявший напротив него воин молча кивнул. Ишь ты, брезгует, подумалось Мастеру. Ну ничего, недолго тебе... — Так чего стоишь? Марш на задание! Твои помощники уже ждут внизу...

Савиш д'Ховалл... вернее нет, младший помощник ночных охотников Савиш вышел из комнаты, аккуратно прикрыв дверь. Выражать своё раздражение даже в такой малости перед этими отбросами он действительно считал ниже своего достоинства. Хотя теперь такового у него не было по определению. Вернее — не полагалось быть. У преступников достоинства не бывает, как и родового имени.

Спокойно спустившись по винтовой лестнице вниз, Савиш оглядел сидевших в нижнем помещении и вскочивших при его приближении людей. Ну что же... Попробуем...

Засаду он организует по всем правилам боя. В соответствии с его планом арбалетчик укрылся за выступом стены, ещё двое подручных — в тени глубоких входных арок, сам же он ждал жертву посреди проулка. Всё же убивать в спину не станет. Пусть у него уже и нет чести...

Неожиданно со стороны засидки стрелка послышался какой-то шорох. Воин резко развернулся на звук и увидел, как последний его помощник мешком сползает по стене. А в тени проулка стоит еле различимая невысокая фигура. Мальчишеская. Савиш застыл в недоумении... как этот малец смог расправиться с троими взрослыми мужчинами? В том, что стрелок тоже выведен из игры — сомневаться не приходилось. Но отчего этот нежданный гость не достаёт оружие? Да и выговор у него... странный.

Но если справился... короткий выпад, от которого невозможно увернутся на такой дистанции, и... ощущение падения. Удивление расцвело странным цветком — я промахнулся?.. но оно не успело даже появиться, поскольку его перекрыло другое чувство. Парень тенью метнулся вперед, и воин почувствовал, как тело сковывают мощные кольца. В неверном свете Ашер ярко полыхнули алые глаза без зрачков.

В голове заплясали обрывки мыслей — змеелюд?! Но... откуда??!

Тело действовало само, выбросив вверх руку с зажатым мечом. Лезвием не дотянуться, но, получив подобный удар в челюсть, эти нелюди обычно хоть на сеш, но теряют над собой контроль. Увы, судьба отвернулась от меня уже давно. В ответ на мой удар кожу на плече обожгло резкой болью, мир поплыл, и меня с головой накрыла тёмная волна беспамятства...

В себя я приходил долго. Глаза открываться не хотели, а когда картинка всё же приобрела чёткость — разум ещё долго отказывался работать. Наконец я смог не только увидеть, но и оценить увиденное. Комната. Не очень просторная, но уютная. Обставлена со вкусом, но без показной роскоши. Темно — значит, вечер. На серые предрассветные сумерки не похоже. Но ни одного светильника не горит. Незнакомая комната, вот бы узнать, где я и что тут делаю?

Память быстро восстановила последние события, отчего вопросов стало еще больше. Змеелюд в самом центре города — это так же интересно, как и ответы на уже возникшие загадки. Вот только кто мне их даст?.. Не шевелясь, я пытался разобраться в происходящем, когда слева послышалось:

— Проснулся? — а затем прозвучал громкий хруст.

Повернув голову в сторону звука, мне на сеш показалось, что бред продолжается. На широком, длинном диване устроился змеелюд, громко хрупая сочным плодом джарха и держа на коленях раскрытую книгу. Мощный хвост, объятия которого я уже успел почувствовать на своей шкуре, лежал кольцами на полу. Однако причиной моего удивления была расцветка этого серпентера. Если принять всё за правду, то предо мной сидело самое невероятное, считавшее почти сказочным, существо Шаэсса — радужный змеелюд. Теперь многое стало понятным. В том числе и то, что я проиграл...

Разглядываемый мною парень неожиданно ухмыльнулся, блеснув белоснежными зубами, аккуратно отложил в сторону толстый фолиант и плавно скользнул ко мне.

— Ну, чего смотришь? Как самочувствие, Савиш?

Насколько я смог ощутить — злости или гнева в его голосе не было. Просто вежливое любопытство.

— Нормально, — потрясенно ответил я, а потом сделал самое дурацкое, что только мог — протёр руками глаза. Парень усмехнулся ещё шире и, явно красуясь, потянулся всем телом, вновь сложив хвост большими кольцами.

— Свет зажечь? — ехидно поинтересовался он. — А то ещё подумаешь, что я тебе приснился!

Растерянно кивнув, через минуту я вообще застыл с раскрытым ртом. Вместо того, чтобы достать зажигательную палочку и коснуться ею фитилей светильников, парень просто щёлкнул пальцами — и светильники вспыхнули самостоятельно. Маг? Но... серпентеры не бывают магами! Или... бывают?

— Ты — маг? — неверяще переспросил я.

— Ну да, — ответил мой собеседник, тряхнув головой. Собранные в маленький хвостик довольно короткие волосы выбились из прически и упали ему на глаза. Змеелюд гневно фыркнул на них раз, другой, а потом обречённо махнул рукой, опустив прозрачное веко. — Достали, никак не дождусь, пока подлиннее отрастут, — обиженно пожаловался он мне и неожиданно развернулся к двери, широко, радостно улыбаясь.

Буквально через сеш в комнату вошёл довольно высокий, крепкого телосложения пожилой мужчина в облачении Мастера Магии.

— Деда, он проснулся, — самый кончик хвоста змеелюда выбил по половицам радостную дробь.

— Я вижу, Элхар. Как он себя чувствует? — Мастер так же улыбнулся парню. А вот я окончательно перестал понимать, что вокруг меня происходит. Серпентер — внук Мастера Магии?! Такого не может быть! Видно же, что Мастер — человек! А этот Элхар — чистокровный змеелюд!

— Говорит, что ничего, но постоянно таращит глаза и открывает рот, — вытянувшись, как солдат перед начальником, чётко доложил парень.

— Шут балаганный, — притворно ругнулся на него Мастер, отвесив лёгкий подзатыльник. Мальчишка даже не сделал попытки увернуться, хотя я уже знал, что при желании он может быть очень и очень быстрым. — А с вами, молодой человек, я хочу очень серьёзно поговорить...

Вот теперь юмором и не пахло. Маг действительно желал серьёзного разговора. Пришлось привставать на локтях, морщась от боли в рёбрах. Ничего ж себе хватка у парня...

— Весь к вашим услугам, — произнес я, стараясь не кривиться от резких вспышек боли. Мастер пристально посмотрел, а потом провёл предо мной рукой снизу вверх. Боль отступила и стала почти неощутимой. — Извините, что не могу встать. Мой вид...

— Оставим политес, — спокойно предложил волшебник. — Просто скажите, за что вы хотели меня убить?..

Казалось, что удивляться больше — невозможно. Нет, это не так. Если я всё правильно понял, нам заказали именно этого Мастера, но... но никто и никогда не связывался с магами! Они ж если вцепятся, то не отпустят! Поэтому все Ночные гильдии обходили их да-а-алеко стороной. И вот теперь — такое... Похоже, этот Мастер перешёл дорогу какому-то очень влиятельному вельможе, но даже в этом случае!..

Я вскинул голову и наткнулся на внимательный взгляд светлых глаз. Похоже, ответа уже не требовалось...

— В доме чужие, — неожиданно раздалось сверху. Я невольно вскинул голову и увидел с комфортом устроившегося на спинке кровати змеелюда. Сияющий Актар, мы же совсем про него забыли! А парень замер в неудобной, на мой взгляд, позе, насторожённо прислушиваясь к чему-то, до нас не доносящемуся.

— Кто там? — тихо поинтересовался Мастер.

— Они говорят, что представители королевской стражи... — всё так же прислушиваясь, ответил змеелюд. Я напряг слух — в детстве у меня была кличка Ухо. За то, что всегда слышал лучше остальных. Но сейчас мне удалось различить только еле слышное потрескивание горящих фитилей.

— Тогда не стоит заставлять их ждать, — кивнул маг и решительно направился к двери.

— Лежи здесь и не высовывайся, — отстранённо приказал мне серпентер, бесшумной молнией скользнув куда-то вбок и пропав из поля зрения.

Хм, а это интересно. Ещё никогда не ухаживал за убийцей, пусть и неудавшимся. У них тут вообще всё странно. Вместо того, чтобы обратиться к милиции, или что тут у них — стража? Так вот, вместо этого мы отнесли воина к нам, и Мастер приставил меня за ним смотреть. Он взял у укушенного анализы крови, решив выделить парализующий яд. Не знаю, выделил или нет, но уже к вечеру следующего дня Савиш очнулся. Дыхание спящего чуть сбилось, но мне хватило этой малости, чтобы отвлечься от приключений легендарного героя и внимательно оглядеть спящего. Вернее — прикидывающегося. Он что, думает, будто я не слышу? Пришлось разочаровать парня.

Если судить по лицу, то этому неудавшемуся работнику плаща и кинжала явилось привидение в лице меня. Или — в моём лице... Хотя, какая к Келесу разница? Но на искреннее, почти детское удивление полюбоваться стоило. А то столько о себе читаю, а Мастер и Эйша обращаются со мной как с ребёнком, едва по голове не гладят...

Мы немного поболтали, и тут пришел дедушка. Выставлять за дверь не стал. Да и без толку это — всё равно ведь с моим слухом надо на крышу загонять, окна закрывать и шептать в самое ухо. Да и то не факт, что не услышу. Хотя я уже научился, как говорит Мастер — ставить звуковой барьер, иначе жить невозможно станет. Представляете — слышать практически ВСЁ! С ума сойти можно...

Так что теперь я слышу только то, что хочу. А остальное тихо скользит поверх внимания. Ещё к этому умению прилагалась какая-то ментальная сеть, но что это такое — я не понял. Что-то типа седьмого чувства, но приспособленного к уху. То есть я могу особо не прислушиваться, но когда разговор прямо или косвенно будет касаться меня — слух включится автоматически.

Вот такой я теперь дивный зверёк...

Но если мы не вспомнили о страже, это не значит, что она о нас забыла. Пока Мастер общался с раненым, перед крыльцом раздались шаги подкованных сапог. Я насторожил уши и различил бряцанье металла, хриплое дыхание семи человек и чёткий приказ:

— Стучите!

В ответ на короткий стук из кухни раздались тяжёлые шаги Эйши:

— Ну, кого там боги несут?

— Откройте, королевская стража!

Та-а-к, а вот это уже интересно. Скорее всего, они пришли к дедушке. Но даже если это не так, то пусть именно он, как старший и как маг, отвечает на их вопросы. Но послушать их разговор не мешает. Шикнув на больного, я подобрался к распахнутому окну и прислушался. Голос предводителя стражи был зычный, властный, далеко слышимый. А сопение его провожатых можно было даже почуять. Такой аромат чеснока и кислого вина услышал бы даже человек!

— Что вам угодно? — вежливо поинтересовался Мастер, выйдя на крыльцо.

— Задать вам несколько вопросов! — гонору в голосе предводителя стражи немного поубавилась. Видимо, магов тут всё же уважают.

Ухмыльнувшись, я скользнул к лестнице, спрятавшись в тени. Стражи меня увидеть не могли, а я получил относительную свободу как в подслушивании, так и в подглядывании. Хм... стража — она и в других мирах стража. И не важно, как её зовут — милиция, полиция или как-то иначе. Толстенькие воины с выпирающим животиком, небрежно одеты... и скорее наглый, чем храбрый предводитель. Классика жанра, как говорят.

А разговор становился всё более интересным — начальника стражи интересовали трупы, обнаруженные в соседнем переулке, причём никто ничего не видел и не слышал. Посмертные проекции памяти тоже ничего не показали. А вот кто ему посоветовал обратиться к Мастеру... Хм, кому же дедушка может мешать?..

— А кто ещё, кроме вас, находится в доме? — начальник этого патруля покосился на висящий у него на цепочке полупрозрачный кристалл.

— Моя повариха, мой внук и его наставник, — недолго думая, ответил Нармет, а я тут же метнулся к болящему.

Как я понял, его нужно быстро возвести в это звание, пока они там спорят на пороге. Савиш даже вздрогнул, когда я опрометью влетел в комнату, затормозив только у его кровати.

— Как тут у вас на работу берут, а? — нервно обратился к нему.

— Просто вслух говорят, что принимают на службу... — недоуменно хлопая ресницами выдал он.

— ...И вы готовы еще раз повторить ваши слова?.. — донеслось с улицы. Я издал раздраженный свист, и громко, чётко заявил в потолок:

— Отныне сей человек является моим наставником в воинском искусстве! — а что, можно подумать, что этот парень плохой воин! Как в челюсть дать — знает. Значит, и остальному научит...

— В этом доме нет никого, кроме моей служанки, моего внука и его наставника! — четко и ясно донеслось с улицы.

Судя по последовавшему за этим скрипу, начальнику ничего не обломилось. Можно позволить себе довольную улыбку и опустится на пол, а то торчу тут, как статуй...

— ...Да что происходит?! — ой, похоже со слухом у меня всё же нелады... Слышу, что говорят у дверей, а то что рядом на ухо орут...

— Чего орёшь? — я демонстративно скривился и поковырял пальцем в ухе. — Хочешь, чтобы тебя стражники услышали? Они так рвались пообщаться...

— Они за мной? — тут же спал с лица Савиш. — Я... сейчас...

И он попытался встать, скривившись от боли. Упс, похоже, я переборщил с объятиями...

— Лежи уж, куда собрался? Всё равно тебя тут нет... — пожал плечами я, устраиваясь на постели, и одновременно возвращая хвостом воина в лежачее положение.

— Я... Ты... — он дёргался, пытаясь выбраться. — Всё равно на Кристалле Истины не скроешь!

— А мы ничего и не скрывали, — ехидно ухмыльнулся я. — Просто ты теперь мой наставник. Вот его дедушка и назвал.

— Всё равно! — нахмурился Савиш.

— Что "все равно"? — подался вперед я.

— Всё равно — слезь с меня!!! — рявкнул воин, пытаясь спихнуть кольцо хвоста.

— Элхар? — окликнул меня вошедший дедушка, вопросительно выгибая брови. — Что это вы тут делаете?..

— Сидим, лежим, — отчитался я, незаметно соскальзывая на пол. — Встать пытается...

— На вашем месте, молодой человек, я бы не стал этого делать, — неодобрительно высказался Мастер. — Даже если некоторые серпентеры отчаянно просят задать им хорошую взбучку...

Ехидная улыбка, поселившаяся на моих губах, под конец тирады сменилась недовольной миной и демонстрацией языка спине деда.

Воин посмотрел сперва на Нармета, потом на меня, а затем предвкушающе прищурил глаза.

— Ничего, Мастер, скоро я займусь его обучением...

Ой, да... я же добровольно посадил его себе на шею!

— А ведь и правда... — дедушка обернулся и взглянул на меня. Внимательно посмотрел и тихо произнес: — Молодец. Догадался.

Я смущённо свернул хвост клубком. Ой, было бы за что благодарить...



...

— Эл, ты не веслом машешь, осторожней!

С-с-с-с-с!!! Покусаю! Постоит пару часов в качестве статуи, и посмотрим, как он потом веслом махать будет!

...

Савиш выздоровел довольно быстро. Уже вечером следующего шиса он спустился к ужину. Эйша сперва категорически отказывалась его кормить, так что пришлось состроить умоляющую рожицу и просительно повилять хвостом. Отчего-то наша кухарка приходила в состояние какого-то щенячьего восторга, стоило мне закрутиться особо хитрым образом или просто двинуть змеиным телом.

Так что мой будущий учитель был накормлен и напоен. А потом мы посетили оружейную Мастера. Сам он из неё ничем не пользовался, но отчего-то в домах благородных людей было принято обязательно иметь комнату для хранения оружия. Там, порывшись в завалах железа, воин выковырял какое-то длинное копье, повертел в руках и с проклятием забросил ни в чём не повинное оружие назад.

— Ну и как я тебя учить должен? — гневно высказался он мне.

— А в чём проблема? — тихо поинтересовался я, принюхиваясь к застоявшемуся воздуху каменного помещения.

— В том, что надо достать тебе нормальное оружие, а не этот... хлам, — Савиш яростно пнул сваленные горкой доспехи.

— Ш-ш-ш-ш-ш... — тихо зашипел на него я. Здесь что-то было... что-то... знакомое, родное. Оно манило, заставляя нервничать, шипя от нетерпения.

Воин обернулся, да так и застыл, настороженно глядя на меня. Сильно наклонившись, я поворачивал голову из стороны в сторону, пытаясь определить, где именно находится источник моего беспокойства. Справа — нет... слева... что-то смутное. Скользнуть чуть вперед и снова принюхаться, закрыв глаза. Ага, ближе... ещё ближе...

Вытянутые вперёд пальцы коснулись сыроватых камней стены. С-с-с-с! Я же почти нашёл! Рука сама собой сжалась в кулак, резко ударив в стену. Раз, другой, третий... Боли почти не было. Вернее — она была где-то там, далеко. Не в этом мире, не в этом месте. На пятом ударе стена дрогнула, и камень провалился. Из образовавшегося проема пахнуло манящим запахом.

Просунув руку внутрь, я сжал пальцы на древке какого-то оружия, осознавая, что наконец нашёл так тревожащий меня объект! Это было МОЁ! Рывок всем телом — и я лечу на пол, прижимая к себе добытое. Сверху накрывает обломками камня, пылью, паутиной — в общем, всеми прелестями длительного хранения. Откашлявшись, отчихавшись и встряхнувшись, как собака, я обернулся к двери, да так и застыл. В проеме, изображая соляные статуи, замерли все обитатели жилища мага, расширенными глазами глядя на меня.

Испугавшись, что со мной что-то не так, я тоже принялся осматриваться. Хвост в порядке, просто очень грязный. Ничего, почистимся... Туника тоже вроде не порвана, а вот руки... Костяшки были стёсаны на обеих руках, чешуя была тёмная от крови, которая оказалась у меня почти чёрного цвета. И этими самыми израненными руками я вцепился в посох, который достал из стены. Хм, надо поглядеть поближе, из-за чего я словно взбесился...

Дерево посоха было темное, антрацитово-чёрное, окованное по всей длине широкими серебристыми обручами. Посередине имелась удобная рукоять из того же светлого металла, оплетённая какой-то кожей. С двух сторон она была снабжена специальными упорами. Осторожно положив на неё руки, я ощутил слабый укол в ладонь, тут же недовольно дёрнув рукоять. Откуда-то изнутри донёсся тихий щелчок, и на концах посоха хищно блеснули стальные лезвия, напоминавшие причудливо изгрызенные алебарды с разнообразными колюще-режущими дополнениями. Причём лезвиями оканчивались оба конца древка.

Заворожённую тишину нарушило завистливое:

— Надо бы и себе здесь покопаться... Может, ещё какое легендарное оружие тут припрятано...

— Легендарное? — удивленно оборачиваюсь к Савишу, крепко сжимая свою находку.

— А ты думаешь, что с-кешер времен Объединения — это рухлядь из ближайшей кузни? — иронично вздёрнул брови воин.

— Савиш, твоё ёрничанье неуместно. Всё равно не понимаю, о чем ты говоришь, — отмахнулся я, скользя к двери и отряхивая тунику от налипшей грязи.

Мой учитель воинской премудрости удивлённо посмотрел на Мастера.

— Я не обучал его истории змеелюдов, — немного смущённо признался дедушка. — Пусть он сперва освоится.

Хм... Это сколько же мне по его мнению надо осваиваться? Лет пять? Или шесть? Если честно, то история серпентеров меня мало волновала. Хоть внешне я выглядел как типичный представитель этой расы, но ощущал я себя человеком. Посему покрепче сжал, как там зовется мое оружие — с-кешер, и упрямо наклонил голову, исподлобья зыркая на непрошенных учителей. Нет, вру — одни — прошенный.

— Ладно, пошли заниматься, раз оружие мы тебе раздобыли, — воин раздражённо передёрнул плечами и отправился в просторную залу, которую нам отдали под тренировки.

Там на меня навесили лёгкие доспехи, состоящие из пары высоких наручей, панциря и шлема. Против панциря я решительно запротестовал. С такой-то крышкой на груди особо не поизворачиваешься. А я уже так привык, что могу свернуться, как захочу, что отказываться от этого ради какой-то там защиты решительно не согласен.

Савиш поворчал, поворчал, а потом плюнул на это дело, оставив мне полную свободу выбора. И шлем я снял. Вернее — поменял его на стальной обруч, не закрывающий обзора. А то металлическая кастрюля на голове очень неудобна. В ней словно с завязанными глазами!

Только после этого меня стали учить пользоваться своей находкой. Оказывается, с-кешер можно использовать и как шест, и как парные клинки на длинных рукоятях. Если определенным образом дёрнуть металлическую оковку, то древко распадалось посередине на две части, что давало возможность отмахиваться двумя лезвиями сразу.

В первую очередь воин решил заняться моей общефизической подготовкой. В результате мы выяснили, что о серпентерах он знает не больше моего. А приглашённый на занятие Мастер только посмеивался, записывая наши ляпсусы в огромный талмуд. Называлось это — наблюдение змеелюда в естественных условиях.

Так выяснилось, что кросс я бегать не умею. Физически. Просто быстро перемещаюсь из одной точки в другую, поэтому гонять меня по кругу было делом бесполезным. В первый раз едва успел затормозить у стены, а то бы попробовал ее на крепость собственным лбом. Сколько времени я могу поддерживать такую скорость, мы выяснить не смогли. Негде. Кроме того, Савиш озадачился проблемой найти мне навершие на хвост. Так как им я пользовался вовсю, нанося резкие, быстрые и неожиданные удары. А если кончик ещё оснастить какой-нибудь смертоносной фиговиной...

С-кешером я учился пользоваться больше по наитию, чем по каким-нибудь методикам. Воин учил меня самому основному — как держать, как ставить блоки, как не получить по пальцам, а принять удар на окованную рукоять. А дальше... Дальше приходилось самому. Чтобы наши силы с Савишем были равны по скорости и реакции, Мастер меня замедлял. Так что приходилось работать вовсю, стремясь увернуться или отбить яростные атаки воина.

Не скоро я смог провести собственную атаку, пусть и не очень удачную. Зато перестали по вечерам ныть места от ударов. Оказалось, что чешуя прекрасно заменяет мне доспех, её мечом не пробьешь. Да и копьем — тоже. Это не значит, что учитель тыкал в меня копьем! Просто однажды он тоже тренировался, а я влез не вовремя, ну и получил лезвием по хвосту. Больно, конечно, было, но на чешуе — хоть бы царапинка!

Но под удары попадать всё равно не хотелось. Мастер сказал, что я пока что не умею контролировать своё тело, решая, чувствовать боль или нет. И научить этому они меня не могут, я должен сам. Сам, сам, сам... Все сам! Ну и угораздило же меня мало того, что стать змеелюдом, так ещё краснокнижным! Вернее — редким, по мнению некоторых, так даже небывающим. Так как многие учёные мужи уже давно склоняются к мысли, что радужные — это вымысел. Красивая сказка, не более того.

Кстати, в эа-таш семидневье после визита стражи о нас забыли. Потом, после ухода от нас местная полиция опросила хозяев еще парочки домов поблизости, но от всей их кутерьмы за шакт веяло ленью. Понятно, эти дома были так, "для галочки", как говорят. Только вот в том самом приснопамятном переулке поселилась некая личность. Серенькая, стойко пахнущая немытым телом, сидящая там типа ради подаяния, но на самом деле какие пожертвования у немноголюдного переулка?

Похоже, хвосты тут растут не только у змеелюдов...

Когда об этом узнали Савиш с Мастером, мне вообще запретили появляться у окон! Даже ночью... К тому же чешуя у меня стала отчего-то темнеть... теперь я больше походил на какого-то секка, чем на радужника. Секки были самими безобидными змеями, и единственной их защитой была расцветка, напоминавшая айсу. Только вот вместо серебристого оттенка их чешуя была матово-серой, но с такими же полосками поперёк.

...

— Эл, ты о чём думаешь? — гневный вскрик разорвал пелену воспоминаний. На довольно продолжительное время лишенное управления разума, тело плело свой рисунок боя, зажав устало отмахивающего воина в угол. Несмотря на замедление, с-кешер, разделённый на два клинка, серыми полотнищами размазывался по воздуху, издавая высокий, пронзительный свист. Иногда я сам так шиплю-свищу, если зол или раздражён.

Испуганно отскочив в сторону, я сложил оружие вместе и закинул за спину, в полумагические захваты.

— Савиш, ты в порядке? — обеспокоено спросил я, опасаясь подойти ближе. Воин стоял, прижавшись спиной к стене и хватая ртом воздух. Парные клинки жалобно звякнули о пол, выскальзывая из ослабевших рук человека. — Савиш-ш-ш?..

Я уже всерьёз начал волноваться, сбиваясь на шипение и собираясь мчаться за дедушкой, но тут мой наставник в воинских дисциплинах поднял голову и пристально посмотрел на меня.

— Да чтобы я ещё раз рискнул выйти даже против замедленного змеелюда! — выдохнул он. А в глазах плескалось восхищение пополам с лёгкой завистью.

— С-с-с-с-с-с!! — зашипел на него я. Блин, он тут в гляделки играет, а бедный серпентер едва узлом от беспокойства не завязался!

— Нет, Эл, я серьёзно. Никогда не забуду, как у тебя глаза перестали выражать вообще что-либо, а распавшийся с-кешер размазался в воздухе так, что и не увидеть... — Савиш сполз по стене на землю, да так там и сел, откинув голову и мечтательно уставившись в потолок.

— Прости, я не хотел... — повинился я, осторожно опускаясь рядом, свиваясь крупными кольцами.

— Нет, Эл, ты не понимаешь! — резко развернулся он ко мне. — Это было... Это было так красиво, так... завораживающе! — воин жестикулировал, пытаясь рассказать хотя бы жестами, как именно это всё выглядело. — Ты знаешь, я видел змеелюдов, но тогда было всё не так. Ты еще станцуешь? Для меня?..

Савиш неумело, просительно посмотрел мне в глаза. В них горело предвкушение воплощённой сказки. Я даже вздрогнул, а потом поднялся, осторожно скользнув в центр зала. Что говорить, мне и самому понравилось странное, летящее ощущение, которое я почувствовал, вынырнув из воспоминаний. Теперь надо его только вспомнить, только вспомнить...

Прорвавшийся сквозь заслон из плотных штор ветерок ласково лизнул щёку, даря аромат буйно цветущего сада. Улыбнувшись и зажмурившись, податься ему навстречу, раскинуть руки, штопором взвиться вверх... раствориться в полыхающей радужной вспышке...

Я хорошо запомнил, как всё произошло. Мы с Элом как раз тренировались в просторном зале на первом этаже. Честно говоря, воспринимать его как ученика мне было сложно. Скорее, я относился к нему как к младшему брату. Любознательному, наивному, упрямому... В этом доме я был на своём месте. Среди своей семьи. Мастер это видел и только улыбался.

Признаться, первое время я старался держаться подальше от серпентера. Мало ли, что ему в голову взбредёт? А потом... привык. К тому, что в библиотеке вечно его хвост с пристенного шкафа свисает, сколько ни ругайся. Что на кухне не успеешь оглянуться, а блюдо с кетами уже перекочевало к нему под локоть. Что в темноте, когда вечером идёшь по дому, сверху могут ехидно поинтересоваться, как идёт охота на привидений. Что иногда, проходя мимо, я вполне могу споткнуться о якобы случайно оказавшееся на моем пути змеиное тело. Что...

Да мало ли? Кроме того, мы с ним были в чём-то похожи. Ни он, ни я не могли спокойно покинуть дом Мастера без риска, что нас тут же схватит стража. Нам оставалось одно удовольствие — пляска со сталью.

А как он нашел с-кешер? Вот когда начинаешь верить в легенды о змеелюдах! Я потом спрашивал у Нармета, откуда в его доме могло взяться оружие серпентеров. Оказывается, его род владел этим домом уже очень давно. Да к тому же купили его построенным, так что...

Но как он разносил стену! Каменная крошка так и летела на пол, а выражение лица могло поспорить с оскалом три дня голодавшего хищника! С Элом хоть и забываешь, что он не человек, но иногда реальность напоминает, что рядом с тобой смеется весёлому случаю совсем не обычный друг-собутыльник, а существо, способное голым кулаком разнести каменную стену.

Вот сейчас, проводя поединок, я неожиданно почувствовал, как по хребту волной прошёл страх. И без того не очень выразительное лицо Эла вдруг застыло, превратившись в маску. Движения стали нечеловечески быстрыми, неожиданными, гибкими. Серо-серебристый хвост угрожающе бил по воздуху, целенаправленно загоняя в угол. Но всё это завораживало... Удерживало, притягивало, манило странной, нечеловеческой красотой...

Не выдержав, я позвал его по имени. Серпентер дрогнул, моргнул отшатнулся в сторону, недоумённо глядя на меня. Длинный хвост свернулся тремя крупными кольцами, я самый кончик изогнулся, словно именно его интересовали ответы. Вообще-то у Эла змеиная часть куда выразительней лица...

Уф, ну я и устал... На какое-то мгновение мне даже показалось, что это всё. Что змеелюд не остановится, пока не вобьёт меня в стену. Но ради того, что бы увидеть эту пляску... этот танец... настоящий Танец Стали!

Но насколько же он всё ещё ребёнок! Странный такой, словно он всю жизнь провел взаперти. И о мире совсем ничего не знает. Но повторить не отказался, надолго заворожив игрой света на лезвиях и нечеловеческой гибкостью движений. Демоны, Эл, да КТО же ты такой?!..


С-сеш-ш сие.


Ночь... Тёмная, бархатная, безлунная. И Келес, и Ашер сегодня путешествуют с другой стороны, так что можно не беспокоится о том, что тебя обнаружат. Потемневшая чешуя совсем не давала блеска. Кроме того, звёздного света маловато, чтобы обнаружить хоть кого-нибудь в тени скульптурных украшений на крыше дома Мастера Нармета.

Вообще-то мне запрещалось покидать помещения, но... вчера всё стало беспричинно раздражать. Настроение испортилось окончательно и бесповоротно. Любимые блюда не радовали, хотелось нагрубить, сорвать злость на окружающих... Причём абсолютно безо всякого повода, вот что самое обидное. Я стискивал зубы, убирался подальше, если чуял, что вот-вот сорвусь, забивался в самые тёмные и дальние уголки...

Даже обнаружил пару подземных ходов, замаскированных в подвале! На какое-то время меня немного развлекло их исследование, но далеко заходить я не стал, мне это быстро приелось... С-с-с-с! Укусить бы кого-то!

Ну вот, опя-а-ать... Поэтому днём я чаще всего спал. Наедался до отвала и скрывался в своей комнате. Она теперь тоже изменилась. Столбики кровати пришлось убрать, как и ножки. Теперь моё ложе больше напоминало широкий помост, заваленный подушками, одеялами и шкурами.

Спать по-человечески мне было трудно. Чаще всего хотелось зарыться среди подушек, свернуться уютным клубком и закрыть лицо хвостом, проваливаясь в глубокий омут сна. Иногда мне казалось, что в голове есть тумблер с двумя положениями: "Сон" и "Бодрствование", настолько резкими были переходы между этими состояниями.

Но избавляться от некоторых своих привычек я не хотел категорически! Например — повалятся в постели хоть пару минут после пробуждения, сонно решая — спать или всё же хватит? Потом вытянуться во всю длину, сладко зевнуть и всласть поплескаться в неглубокой ванне. Правда, теперь мне больше бы подошло средних размеров озеро или бассейн — иначе хвост упорно не желал помещаться в узкой ёмкости. За время такой... неподвижной жизни мой вес значительно увеличился. Как и объём. Вот будет хохма, если мне худеть придётся!

Кончик хвоста выбил нервно-раздражённую дробь по черепице. Думаю о чём угодно, но не о том, о чем надо! А подумать стоило. Шок прошёл, жизнь наладилась, домой меня не тянет... в общем, всё устаканилось. Зато появилась другая проблема. Мне не пять лет, чтобы всё делали взрослые! Пора бы уже обустраивать собственную жизнь, искать работу или какое другое занятие. Не сомневаюсь, дедушка про деньги и не заикнётся, без вопросов выделит нужную сумму, но... я со стыда сгорю! Не инвалид, руки есть, голова на месте — и сижу, свесив ноги, тьфу ты — хвост, на шее пожилого человека!

С-с-с-с-с-с! — раздраженный свист-шипение вырвался из полуоткрытого рта. Верхние, обычно прижатые к нёбу клыки чуть укололи язык. Неосторожно пролетавшая мимо летучая мышь чуть в стену не врезалась! Видимо, диапазон моего голоса выходит да-а-леко за обычные границы. Почему меня это не удивляет? Честно говоря, я понять не могу, зачем мне всё это? Зрение, нюх, голос вот... Ведь если есть, значит, это нужно! Природа не любит обременять свои творения ненужными способностями и умениями.

В общем, если брать по принципу "Кому больше дано — у того больше и отберут", то меня в ближайшем будущем ждут просто-таки грандиозные неприятности. Слава богу! А то я тут плесенью обрасту... Ну вот, опять... даже мысленно умудряюсь грубить...

Тихий порыв ветра донёс до моих ушей отдаленный перестук копыт. Хм, это кому по ночам не спится? Кроме меня, естественно? Звук становился всё отчетливей, пока из-за угла не показалась глухая темная карета, остановившаяся прямо перед нашими воротами. Та-а-ак... Вот это уже интересней...

Из недр экипажа вышли трое и направились к воротам. Короткое прикосновение — и кованые створки бесшумно распахиваются, попуская визитёров во двор. Не думаю, что Мастер их ждёт. Он давно уже лёг спать. Иначе сидел бы я тут!

Открытое окно, послужившее путём наружу, так же безропотно впустило меня в дом. Перемещаться же внутри строения я могу даже с закрытыми глазами! Так что заскочим к себе, захватим полюбившуюся "палочку-выручалочку" и пойдем приветствовать гостей. Званых-незваных... Потом разберёмся!

Потолочная балка, проходящая над дверью, уже давно была облюбована мной для устройства наблюдательного пункта. Она проходила в тени, так что разглядеть меня там даже днём было делом довольно сложным. Дверь тихо отворилась, впуская "гостей". Двое сразу же скользнули в стороны, явно прикрывая и оберегая третьего, который бесшумно направился к лестнице на второй этаж.

Принюхаемся... Угу, изысканные благовония наряду с металлом, выделанной кожей и магией... Последнее мне тут ну совсем не нужно! А наши визитёры, видимо, прибыли из благородного дома. Фу, ну как же от них этими... духами разит! Ладно, хватит приглядываться. Похоже, они потеряли друг дружку из виду, значит, можно заняться охраной...

Я переместился по балке к широкой колонне у входа. Как раз у её основания притаилась моя первая жертва. Надо сказать "спасибо" местным строителям. Каменный узор позволил спуститься по столбу головой вниз. Доставать с-кешер не стал, осторожно зависнув рядом. Охранник, если, конечно, это он, поводил из стороны в сторону какой-то рогулькой со святящимся камушком. Угу, ма-а-агия...

Та-а-ак, теперь бесшумно спустимся на пол... Одна рука тихо и ласково ложится поверх руки человека, тут же стискивая её, вторая в это время накрывает рот, поворачивая голову в сторону, а клыки плавно входят в открывшуюся шею. Теперь у дедушки появится новая статуя...

Стремительный бросок — и второго из визитёров, только начавшего немного беспокоиться, постигает та же участь. Убивать не стал — пусть с ними местная стража разбирается! А то, как допрашивать — так вот они, а как защищать — разбирайтесь сами, да? Одновременно я пытался мысленно докричаться до дедушки. Все-таки, может, это не грабители? Или кто-то из друзей таким образом в гости нагрянул? Ага, сюрприз хотел сделать...

Ответ пришел быстро и чётко. По всему второму этажу зажглись светильники — я еле успел взобраться на балку, чтобы не сверкать. Третий "гость" недоумённо оглянулся, а когда снова оглядел площадку второго этажа, то Мастер уже стоял там, сложив руки на груди. Видимо, Нармет узнал приехавшего, так как седые брови удивлённо выгнулись, и он спросил:

— Что за беда привела Советника в моё скромное жилище?..

Поименованный снова оглянулся на темный холл. Маг проследил за его взглядом, хмыкнул и взмахнул рукой. Свет загоревшихся светильников показал две статуи, ещё совсем недавно бывших людьми. Я с гордостью полюбовался на свою работу. Даже на душе как-то спокойнее стало...

Ночной гость спустился вниз и подошел к одному из своих спутников. Получившее толчок в плечо тело со стуком упало на пол. Не разжав пальцев и даже не моргнув. Хм... Кажется, перестарался... Мастер мне устроит взбучку. Он всегда говорил, что я должен контролировать тело и мысли, используя свои возможности только для равноценного ответа. Хотя... а кто мне скажет, насколько были опасны эти дядечки? Может, это были жуткие Ночные Охотники, которые одним пальцем лошадь с копыт валят?!

— Я надеюсь, вы сможете вернуть мне моих людей? — вежливо поинтересовался Советник. — Уверяю, они не собирались причинять вреда. В их обязанности входила только моя охрана...

Дедушка ехидно улыбнулся и проговорил в потолок, явно обращаясь ко мне:

— Не волнуйтесь, к вашему возвращению они будут в порядке.

С-с-с-с-с! Опять всякую гадость в рот тащить! Только ведь не откажешься — Нармет пообещал гостю... Подводить его я не стал бы даже в своём нынешнем, раздражённом состоянии.

Приглушённые шаги затихли у двери кабинета, скрипнула дверь, пропуская в комнату, и над холлом повисла тишина. Любопытство заскреблось в душе бешеной кошкой. Как же! Таинственный визит посреди ночи, столь необычное проникновение... ведь не ради того, чтобы узнать погоду на завтра! Ух, изверчусь же весь!

Подслушать под дверью? Фи-и-и-и... Как обыденно и неинтересно. Ладно, пока они там приветствуют друг друга и угощаются по местным обычаям вином — займёмся-ка мы сими... статуями. Причём в таком же порядке, как начинали. Обездвижить-то я их обездвижил, но они всё прекрасно видят! Так, что нам надо? Во-первых, нейтрализация предыдущего укуса, это само собой. Во-вторых — усыпить на некоторое время, чтобы не мешали. В-третьих... убрать из их памяти последний ход, пусть не рассказывают, кто, что и как. Оно мне надо — сразу все карты раскрывать?

Лёгкий шорох — и я снова зависаю над первой жертвой моего раздражения. Бр-р-р-р... чувствую себя вампиром. Клыки длинные, кусаю в шею. Единственное что — кровь не пью. Неправильный какой-то кровопийца получаюсь. Правда, чеснока всё же боюсь. Он та-а-ак воняет! За этими размышлениями я сполз на землю и осторожно прикусил всё так же вывернутую шею. Следов не останется, откуда-то я это знаю. Охранник вздрагивает, его глаза закрываются, и тело укладывается на землю, сладко посапывая во сне. Со вторым стражем произошло то же самое и так же быстро. После чего я снова взобрался на балку, одновременно настраивая слух.

Сперва послышалось равномерное дыхание спящих, потом — стук их сердец... Нет, не то! Дальше... легкий гул. Что у нас тут? Ага, разговор! Значит, нам сюда! Вернее, здесь нас не ждут, поэтому наверняка скажут что-нибудь интересное. Хм? Магическая защита от прослушивания? Так я не магией! Собственными ушами, что называется... Итак?

— ...Уважаемый Мастер, всё же прошу вас выслушать мою просьбу, прежде чем принимать решение, — низкий, с нотками еле скрытой властности голос явно принадлежал нашему ночному гостю.

— Приступайте, — судя по холодку, Мастеру не нравился ни визитёр, ни его просьбы.

— Корона настоятельно нуждается в вашей помощи. Совет Мастеров рекомендовал именно вас как специалиста по психологии иных рас... — выжидательная пауза, скрашенная тихим глотком жидкости. Наверное — вино.

— И что именно вы от меня хотите? — похоже, дедушка всё же заинтересовался.

— Консультацию. Всего лишь — консультацию, — мягкое, примирительное мурлыканье, обволакивающее собеседника как паутина.

— Всего лишь? — ирония напополам с удивлением. Похоже, Нармет даже немного разочарован. Или я чего-то не понимаю, или тут где-то локк зарыт!

В ответ не было сказано ни слова. Видимо, собеседник кивнул или ещё как-нибудь мимикой подтвердил правильность предположений мага. С-с-с-с, нехорошие! Им что, лень пару слов сказать? А я тут догадываться должен, что, кто, чем и как отсигналил!

— И... в чём будет заключаться эта консультация? — похоже, нежданному гостю всё же удалось заинтересовать моего деда.

— Я... не хотел бы говорить об этом здесь. Может, мы проследуем во дворец? — ну вот! На самом интересном месте! Что мне теперь, ещё и лошадей покусать?

— А что с оплатой моих... услуг? — похоже, Мастера не сильно радует перспектива длительного общения с данным посетителем, иначе разговор об оплате возник бы потом, или вообще бы не возник. Вообще-то Нармет не имеет всяких там альтруистических заморочек. Плату берёт всегда, но с одних сразу и в полном объёме, а другим может отложить оплату на неопределенный срок. По мере возможности, так сказать.

— Не беспокойтесь, вы будете довольны, — ой, не сомневаюсь! Если деда не доволен...

— Я хотел бы получить нестандартный гонорар... — та-а-а-к... сие молчание — удивление или что-то ещё?

— Мы непременно с вами это обсудим. Но по дороге во дворец, — как же ему срочно на-а-адо...

Что же такого могло произойти, что царедворец посреди ночи помчался за моим дедушкой, при этом ведя себя настолько осторожно, что даже меня оторопь берет! Опять тишина. Хотя... заскрипели кресла, тихо звякнули поставленные на стол бокалы... Угу, они идут сюда. Значит, надо забиться как можно глубже в тень и не отсвечивать!

Огонь магических светильников нарисовал на противоположной стороне две приближающиеся тени, и вот уже Нармет со своим гостем спускаются по лестнице. Как раз в это время, словно специально репетировали — проснулись незадачливые охранники. Они сопели, мотали головами, стонали, разминали затекшие мышцы. И всё это под пристальным, холодным взглядом ночного визитёра.

Когда же сии горе-стражи приняли относительно вертикальное положение, изучающий взгляд вельможи словно рентгеном прошелся по холлу (я даже за балку спрятался, хотя знал, что увидеть меня он не сможет). Затем он расчётливо-громко произнес:

— Может, ваш... страж захочет поменять свое место работы? Уверяю вас, оплата будет более чем хорошая.

— Увы, — ехидно усмехнулся Мастер, — этому... "стражу", как вы сказали, ещё учиться и учиться! А также выполнить, наконец, все задания!

Ой, ё! Я же про них совсем забыл со всеми своими переживаниями! Как нехорошо...

— Это ваш ученик? — в голосе нежданного визитёра стальным капканом лязгнуло любопытство. Как профессиональное, так и личное. Ой, так тебе деда всё и сказал!

— В какой-то мере, в какой-то мере... — задумчиво протянул маг и более жёстко осведомился у своего спутника: — Так мы едем?..

Гость кивнул, и вся компания покинула наш дом, направляясь к карете. Молнией взметнувшись на крышу, с непонятным беспокойством я проводил взглядом странную карету. Насколько я помню историю собственной страны, такая вот таинственность ничем хорошим никогда не заканчивалась. А уж тем более посвящение в... как там тот вельможа говорил — "интересы короны", что ли? Не надо было отпускать дедушку! Можно же хотя бы предупредить...

Пронзительно засвистев от раздражения на себя, я метнулся к Савишу. Он местный, должен знать, кто это был и чем нам всё это может грозить. С пробуждением я не церемонился, попросту макнув беднягу в стоявший рядом таз для умывания и прошипев:

— С-с-с-виш-ш-ш-ш, да прос-с-с-ыпайс-с-с-я ты, с-с-с-с-оня!

— Ты что творишь, змея невоспитанная?! — взвился мокрый воин. — Сам спать не хочешь и другим не даёшь?!

— С-с-с-авиш-ш-шь... Они деда увес-с-с-сли... — громкий хруст со стороны стула оповестил нас о его внезапной кончине под хвостом разбушевавшегося змеелюда.

— Мастера? — переспросил тут же замерший воин. — Насильно?

— Нет, он с-с-ам поехал, но я всё равно волнуюс-с-с-сь... — от переживаний у меня четко проступил свистящий акцент. — Тайно ничего хорошего не проис-с-сходит!

— Кто за ним приезжал? — сразу ставший сосредоточенным Савиш быстро промокнул волосы, натянул рубаху и стал собираться.

Вот ведь! Никогда не мог детально или дотошно описать внешность чужого человека. Вообще никак не мог. Зато запомнить... Раздражение ударило в виски, и я непроизвольно сделал что-то. Сам не понимаю, что именно, но воин взвыл и схватился за виски, поминая меня по матушке и по батюшке.

— Твою налево и хвост узлом, змейс дурной, думай головой, прежде чем менталить без спросу! — наконец внятно выговорил он.

— Прос-с-ти... А... что я сделал? — беспокойство уступило место слабому любопытству.

— Что-что... вложил мне в голову облик того человека — вот что! Но можно было это делать легче, а ты как тараном прошелся... — ворча, Савиш приводил в порядок собственные мысли методом встряхивания головы.

— Вообще-то я это не умею... — тихо сознаюсь, глядя в пол.

Воин споткнулся на ровном месте, ошалело посмотрев на меня и выдавив только невнятное:

— М-да... Ладно, что там у нас за гости ночные?.. Сияющий, вот это вли-и-пли... — вздрогнув, протянул он.

— Что такое? — на время спрятавшееся беспокойство вновь заскребло на душе.

— Твоим дедом заинтересовался сам Глава Порядка Короны.

— Это ещё кто такой? — всякие названия слышал, но такого...

— Ну, он расследует заговоры против короны, происки врагов... — попытался объяснить другими словами Савиш.

— Это глава разведки, что ли? — перёвел я в понятные для себя названия.

— Ну-у-у... наверное... я не знаю, что такое разведка, — пожал плечами мой наставник боевых искусств. — Но ты прав, это беспокоит.

— Что мы будем делать? — мой хвост непроизвольно свернулся тугими кольцами.

— Не мы, а я, — поправил меня воин. — Если меня хоть замаскировать можно, то ты будешь сверкать на весь город.

— С-с-с-с-с-с-с-с!!! — иногда понимаешь, что ругательства совсем не нужны. Модулированный свист тоже может выразить все обуревающие тебя чувства. Да так, что на столе лопается хрустальный графин, а объект высказывания приседает.

— И не ругайся, а то Мастеру расскажу!

Последнюю фразу я малодушно проглотил. И не потому, что дедушке расскажут, а потому, что половины выражений просто не поймут. Какой тогда смысл сотрясать воздух?..

Савиш вышел из дома через полхода, запахнувшись в тёмный плащ и нацепив амулет личины из запасов Мастера. А мне осталось только сидеть дома, нервно свивая хвост в кольца и страдая от неспособности что-либо сделать, несмотря на все свои силы. Ух, как же я зо-о-о-л!

Мастер Нармет ехал в затемнённой карете по улицам города, раздумывая над сложившейся ситуацией. С одной стороны, он никогда не любил властные структуры, а с другой... В последнее время его очень волновало поведение воспитанника, которого маг даже в мыслях уже называл внуком. Элхар стал раздражительным, то и дело яростно сверкал глазами на окружающих, забросил учёбу, бросил заниматься так увлекшими его воинскими искусствами...

Змеелюд днями пропадал неизвестно где. На все попытки его расшевелить он или что-то невнятно отвечал, или просто грубо обрывал контакт. Что происходит с его внуком, мастер никак не мог понять. Да ещё эта внезапная смена цвета... В том, что серпентер был всё же радужным — Нармет нисколько не сомневался, но теперь, глядя на тускло-серый отлив его чешуи, терзался опасениями и переживаниями.

Может, малыш заболел? Подцепил какую-нибудь безопасную для людей, но очень нехорошую для его расы болезнь? Но о таком маг никогда не слышал. Вообще считалось, что люди-змеи не болеют. Их кровь со смесью разнообразных трав даже прописывали в качестве лекарства от некоторых смертельных болезней! Так что как лечить Элхара в случае заболевания — было большим вопросом... Ответ на который находился в Малой Королевской Библиотеке, куда доступ имели лишь единицы. Именно его, а также официальное разрешение Кессеру находиться на территории королевства и хотел потребовать за свои услуги Мастер.

Невольно вспомнилось посещение Главы Порядка. Он явно хотел, чтобы его визит был неожиданностью. Да и быть хозяином положения вельможе его ранга более приличествует, чем просителем. И ему бы всё удалось - охранные заклинания не сработали (видимо, хорошие амулеты у его охраны), слуг, как таковых, у мага не было, и все об этом прекрасно знали. Так что ждало Мастера не слишком приятное пробуждение от вежливого голоса визитёра да разговор на его условиях... О методах ведения подобных встреч также многие были осведомлены.

Но вот чего Его Тайная Светлость не мог даже предположить — так это наличия в самом сердце королевства раздражённого, страдающего бессонницей молодого змеелюда. Который разбил весь идеально выстроенный и не раз опробованный план ведения переговоров. Нармет с удовольствием вспоминал лицо Главы Порядка, когда тот узрел своих застывших охранников. Хоть и придётся объясняться с ним на эту тему, но Мастер был готов простить своему внуку даже сие своеволие.

Еще мага беспокоил телепатический зов серпентера. Обычно сила подобного общения оставалась такой, какой позволяли природные способности, и резкому изменению не поддавалась. Можно было пользоваться специальными усиливающими амулетами, или наоборот — приглушающими, но насколько выучился — тем и пользуешься. А при подсоединении Элхара сила его обращения колебалась! То громче, то тише... Да что же с мальчиком происходит?!

Мастер не понимал, и это нервировало его больше всего... Светлоликие Келес и Ашер, не отворачивайте свои взоры от этого парня! Пусть его жизненный путь пройдёт в вашем сиянии!

Карета летела по темным улицам сонного города. Редкие магические светильники пытались заменить схоронившихся за крышами домов лун. Там, где их не было, царила таинственная темнота. Похожая, как родная сестра на ту, что клубилась в душе Главы Порядка. Его светлейшество пребывал в недоумении и растерянности.

Впервые его лучшие телохранители, способные противостоять как Мастерам, так и обычным людям — проиграли! Но что было самым интригующим — они даже рассказать о том, что их... устранило не смогли! Просто темнота — и всё, они уже просыпаются на полу в холе Мастера. Шетарр не сомневался, его стражи так же тяжко переживают своё поражение и не успокоятся, пока не выяснят, что же там произошло.

Короткий блеск за шторками на сеш вырвал из темноты узкое лицо его спутника. Брови сведены у переносицы, губы плотно сжаты — видимо, мага тоже обуревают нерадостные мысли. И сразу вспомнилась цель визита. Нармет ше'Ветасс, Мастер магии, крупнейший специалист по нечеловеческим расам как в своём родном королевстве, так и далеко за его пределами... Кто бы подумал, что его услуги понадобятся? Последняя расовая война отгремела уже так давно, что стала достоянием легенд и сказаний. Но общее отношение к "нелюдям" не менялось. Особенно если учесть, что люди не вышли победителями из той кампании.

Когда его осведомители доложили, что в королевстве в очередной раз зреет заговор, Глава Порядка не удивился. Корона Танара лакомый кус, дающий власть над большим, богатым и сильным государством. Поэтому заговоры были не были редкостью, но чаще всего оставались лишь в умах их составителей. Или жили в лучшем случае семидневье. У службы, созданной Шетарром, была разработана даже пара интриг, которые служили приманкой для легковерных или слишком амбициозных придворных.

Но последний доклад...

Самым обидным было то, что узнали о заговоре совершенно случайно. Доклад старшины городской стражи о странном столкновении в безымянном переулке привлек внимание одного из его работников. Оставшиеся на мостовой трупы осведомители безошибочно отнесли к низшему слою Ночных Охотников. Взятый за жабры их глава тут же сдал заказ. Вернее — не он, а его преемник. Прежний внезапно скончался. Это заметание следов очень насторожило Главу Порядка. Для наёмников это было о-о-о-чень нехарактерно!

А потом произошел ещё ряд случайностей, заставивших поставить на уши всю службу Порядка. Пара странных смертей, одно исчезновение и странное поведение пары придворных, находящихся под пристальным наблюдением.

После проведённой работы появилась всего одна зацепка. Обрывок заклинания, случайно обнаруженный в комнате пропавшего аристократа. Придворный маг, вызванный для освидетельствования, смог сказать лишь одно — магию творил не человек. Тогда-то и вспомнилось то странное происшествие в переулке. Выяснить, что рядом с этим местом проживает Мастер Нармет, специализирующийся как раз по нелюдским расам, было делом суи эста.

Вот и второй прокол. Если этот таинственный "кто-то" хочет убрать данного мага, то считает его опасным для себя и своих планов. Какая у этого интригана цель?.. По королевству уже который год ходят слухи о тяжёлой болезни короля. Кому-то надоело ждать...

И теперь карета несёт их по темному городу в кабинет Главы, чтобы хоть частично распутать получившийся клубок. А подумать о странностях дома мага можно будет и на досуге...

Шпили замка короля постепенно проступили на фоне темного неба, слегка подсвеченные понизу светильниками, венчавшими ограду. Экипаж проехал в распахнувшиеся ворота, миновал парадный подъезд и остановился у бокового входа. Покинувшие его фигуры вошли в открывшиеся при их приближении двери и исчезли в темноте переходов...

Слабо трепыхающиеся магические светильники скорее обозначали окружающие предметы, чем освещали. Но и их скудного света вполне хватало Мастеру и Шетарру, чтобы не споткнуться. Следуя за Главой Порядка по коридорам, Нармет даже не оглядывался по сторонам. Во-первых, это не принято, а во-вторых, дорогу назад маг найдёт даже с завязанными глазами.

Ещё один поворот — следовавший за спиной охранник чуть обгоняет, распахивая перед ними дверь кабинета, и первым входит в помещение. Нелишняя предосторожность, но ловушки могут быть и магически настроенными. Лёгкое прощупывание убеждает в их отсутствии. Всего пара бытовых заклинаний — и всё. Видимо, хозяин этого кабинета не большой любитель Искусства.

— Присаживайтесь, — вежливо повёл рукой в сторону кресел аристократ. — Разговор предстоит длинный...

— Благодарю, — вежливый наклон головы. Кресла действительно удобны, а собственноручно разлитый по бокалам хассим приятно согревает как тело, так и душу. — Так какого рода услугу вы хотели бы от меня получить?..

Начальник управления Порядка склонил голову набок, пристально посмотрел на своего гостя и кивнул одному из своих сопровождающих. Тот молча принёс на стол обломок тонкого металлического украшения.

— Вы не могли бы сказать, что это? — поинтересовался Шетарр, пригубив вина.

Мастер взял предложенный к осмотру предмет, подвесил над собой дополнительный светильник и погрузился в изучение. Вещица была довольно занятная и явно имела длинную историю. Сталь гномьего производства, судя по сколу, но вот узоры... Это была работа змеелюдов. Древняя работа, сейчас таких почти не делают. То ли из моды вышло, то ли не знают, как. Пара идеально прямых и острых лучей — явно фрагмент изображения звезды. А их имели право носить только знатные серпентеры...

Так, что у нас дальше? Форма... браслет? Скорее всего. На шейное украшение не похоже — диаметр слишком маленький. Что там предписывает ритуальное облачение? М-да, много чего... А вот этот кусочек узора очень и очень интересен! Он сразу говорит — чей это браслет! Что же я его раньше не заметил?..

— Это родовой браслет члена семьи правителя клана Хе'Ссаров, — выношу вердикт я.

— Почему вы так решили? — приподнятые в жесте вежливого удивления брови — единственная реакция на эти слова.

— Только у них в нижней трети браслета идёт изображение копья.

В комнате на мгновение повисает тишина... Которую прерывает звук падения тела. Стоявший у стены сопровождающий мягко валится на пол, а из-за гобелена бесшумными тенями выскальзывают два змеелюда. Буро-зеленоватая чешуя с крупным ромбическим рисунком выдаёт в них причастность к клану вышеупомянутых Хе'Ссаров. За ними появляется ещё одна фигура. Судя по размерам — человеческая.

Пальцы привычно складываются в защитное заклинание, но ничего не происходит. Быстрое прощупывание окружающего пространства подтверждает догадку — где-то рядом работает мощный блокирующий амулет. Видимо, Глава Порядка также приходит к каким-то выводам, так как его голос звучит всё так же ровно и спокойно:

— Кому обязан столь неожиданным визитом?..

Серпентеры замирают рядом. Лица лишены какого-либо выражения, неподвижный взгляд... Околдованы? Очень даже может быть...

— Ну что вы, дядюшка, зачем так официально?..

Вошедший скидывает капюшон, издевательски глядя на нас золотистыми глазами. Надо же... Какой интересный мальчик... неужели кровь сказалась даже в третьем, а то и в четвёртом поколении? Судя по тому, чьи именно у него в подчинении воины — погулял кто-то из этого клана. А с кем... если он называет дядей Главу Порядка...

— Дядюшка? Не имею чести знать, — холодно обрывает его вельможа.

— Какая же у вас короткая память, — в издевательском голосе проскальзывает откровенная злость. — Неужели вы уже забыли Арейну Шекран?

М-да... Я всегда знал, что от тайн королевской семьи надо держаться подальше. Только вот они не придерживаются такой же политики по отношению ко мне, поскольку только что я стал хранителем одной. Шекран — это имя рода наших королей. Видимо, одна из принцесс когда-то встретила змеелюда... И мне кажется, я уже знаю, зачем сюда пришёл этот мальчик.

— Я её никогда и не помнил, — равнодушно пожал плечами вельможа. — Она умерла задолго до моего рождения.

Ещё одна тайна. Вернее нет — один ответ, без которого я вполне бы прожил. Глава Порядка оказался родственником правящей династии!

— Тогда вам будет всё равно, кто займёт королевский трон? — с попыткой изобразить иронию произнёс незваный гость.

— Только если это будешь не ты! — в искусстве пользоваться своим голосом Шетарр был более сведущим, чем его противник.

— Ну что же, я пытался договориться миром, — больше играя на публику, чем действительно о чём-то сожалея, патетично произнес золотоглазый и махнул змеелюдам — Взять их.

Воины стремительно скользнули вперед. Бокал, звякнув, покатился по столу. Второй был сметен на пол. Нас бесцеремонно подняли с кресел, а с меня еще зачем-то сорвали плащ. Я не сопротивлялся — зачем? Потом, когда представится возможность, непременно ею воспользуюсь, но для этого я должен быть в силах. Начальника службы порядка направили в коридор потайного хода тычком между лопаток. Судя по всему, он тоже придерживался подобной линии поведения.

Всю последующую дорогу меня мучил вопрос — неужели этот, несомненно, умный вельможа не знал о ходе и не мог предугадать, что им воспользуется враг?.. А потом им на смену пришли другие мысли. Весьма нерадостные. Начерченную, вернее — выбитую на каменных плитах пола фигуру я узнал сразу. Только кого же хочет призвать в этот зал родственник правящей династии, если для этого ему нужны семь магов?..

— Вы задумались над тем, зачем мне понадобился ещё один маг? — поинтересовался у меня этот золотоглазый.

— Кстати, позвольте узнать ваше имя? — это просто не вежливо, обращаться к собеседнику, не зная, как его звать, подумалось мне.

— Корх Шекран, но вы можете звать меня просто Господином! — наверное, этот... Господин всё же был умным человеком, если смог застать врасплох Главу Порядка, но вот самомнение его точно погубит. Нельзя быть таким...

— Хорошо. Нет, Господин, я задумался не над этим. Я подумал, что вам надо быть более... терпимым и рассудительным. С таким самомнением вам просто противопоказано быть правителем.

Золотые глаза гневно полыхнули, а стоявший чуть в стороне Шетарр улыбнулся самыми уголками губ.

— Знаете, Масс-с-стер, — прошипел сквозь сжатые зубы Господин — вы хоть и не спрашивали, но я вам отвечу. Я хочу провести ритуал Призыва для своих друзей, которые помогут мне не только захватить, но и удержать трон. Только вот какая досада — для этого нужна человеческая жертва. Причем именно человека, обладающего магическими способностями. Вы сами догадаетесь, кто это будет?..

— Зря, — пожал плечами я. — Вам бы стоило получше изучить этот ритуал...

— Мне достаточно того, что я уже знаю, — криво ухмыльнулся золотоглазый и махнул рукой — Этого в круг! А вы, дядюшка...

Жаль, такой сообразительный мальчик... был. Повинуясь грубым тычкам следующего за мной змеелюда, пришлось проследовать в круг. Там меня бросили на пол, и магический удар накрыл с головой. Не зря же говорил — изучите получше!.. Вместо того, чтобы потерять волю и сознание, мой дух просто покинул тело, зависнув над ним. Ничего особенного я сделать не смогу, но немного перенаправить потоки — вполне. Только добровольная жертва становится здесь беспомощной. Вернее, не так — она полностью включается в круг, становясь его неотъемлемой частью.

А так, как действовали они... сохраняется определенная свобода выбора. Коей я и собирался воспользоваться.

— Начинайте! — махнул рукой златоглазый.

Стоявшие снаружи маги заунывно затянули канон заклинания. Один из сопровождавших Господина змеелюдов скользнул ко входу, а второй резким ударом оглушил Главу Порядка. Не успело тело вельможи коснуться пола, как в поющих магов полетели метательные ножи, а следом за ними из потайного коридора выскочил Савиш. Ещё один мальчишка! Неужели он не понимает?..

Стороживший выход сенрпентер быстрым движением сбил его на пол. Ох, ну как же так?.. Хотя в бою против двух одурманенных змеелюдов он проявил поразительные результаты, наградив воинов клана длинными порезами. За что разозлившиеся Хе'Ссары обрушили на него целый град ударов. Хоть парень и упал на пол, обливаясь кровью, но я чувствовал, что он ещё жив. А чуть стянуть раны на расстоянии, используя уже накопленную магами силу — это можно даже в таком состоянии...

Савиш почти бежал по улицам города. Да что там почти — бежал! Внимание Главы не та вещь, обладание которой делает счастливым. А тем более, если за тобой приезжают посреди ночи. Но всё равно, Элу не стоило так сильно вторгаться в мое сознание! До сих пор звон в ушах...

Улицы изменились. Широкие центральные проспекты плавно перетекли в изломанные проулки окраин. Воин сомневался, что его ждут у центральных ворот с распростертыми объятиями. Хотя нет, именно что ждут. Для того, чтобы отвести к палачу в гости. Но его путь лежит совсем не туда.

Помниться, ещё в детстве мы с ребятами нашли лаз в парковой стене. Об этом знали всего три человека. Надеюсь, он всё ещё существует... иначе придётся искать другие, менее законные пути проникновения в королевский замок. Совершенно не представляю, как ещё это можно сделать...

Удача сегодня хоть немного, но сопутствовала мне — лаз оказался на месте. Сильно заросший, почти неотличимый от монолитной стены — но он всё же был. Так что проникнуть на территорию королевского парка труда не составило. Теперь, насколько я помню хитросплетение дворцовых коридоров — управление Порядка находится в северном нежилом крыле.

Скорее всего, именно туда, в кабинет, и направятся глава этого управления с Мастером. Только добравшись до стены, я вдруг осознал, что не имею не то, что плана — вообще не представляю, что буду делать! Видимо, это беспокойство Эла так на меня подействовало. Но всё равно — стоя на месте ничего не сделаешь. Не важно, с планом или без, но я должен убедиться в том, что Мастеру ничего не угрожает.

В коридорах оказалось на удивление тихо и безлюдно. Светильники горели только на углах, да ещё на лестнице парочка магических шаров не давала споткнуться о ступеньки. Стра-а-анно... Вроде бы жизнь здесь не должна угасать вместе со светом пламенеющего Актара. Наоборот — ночью самая работа.

Эх, жаль, что змеелюд остался дома. С его нюхом и слухом мы бы не то, что незаметно пробрались, но и нашли бы мага, где бы он не находился...

Поворот, ещё один... Да где же все?! Это уже настораживает. Даже стражников, пусть и отчаянно храпящих на своих постах — и тех нет! Рука невольно легла на рукоять меча — мне всё это не нравится! Свернув за угол, я наткнулся на полуоткрытую дверь, из-за которой выбивался лучик слабенького света. Если бы не он — греметь бы мне лбом о столь неожиданное препятствие.

Осторожно заглянем внутрь — и здесь никого! На полу валяется накидка Мастера, смятая, присыпанная осколками стекла. Второй бокал лежит на столе в луже вина, кресла перевёрнуты и сиротливо глядят в потолок коротенькими гнутыми ножками.

Оружие с коротким шелестом покидает ножны, шаг вперёд, внутрь... легкий ветерок касается края туники и чуть колышет один из гобеленов на стене. Ещё один гость? Неслышно подхожу к стене и резким движением отдёргиваю расшитую тряпку — нет, не гость. Проход. Узкий, чёрный лаз, ведущий куда-то в темноту. Судя по истоптанному слою пыли на полу — довольно древний ход.

Прихватив с собой на всякий случай светильник, я осторожно следую за изгибами каменного коридора, чутко прислушиваясь ко всему, что доносит эхо. Наконец впереди брезжит свет и появляется ещё один выход. Похоже, именно туда мне и надо, поскольку других вариантов не было.

Быстро затушив светильник, я осторожно выглянул из-за угла. От явившейся моему взору картины волосы встали дыбом. Посреди большого зала на полу был высечен какой-то явно магический рисунок. В его центре лежал скованный маг.

А чуть дальше, на возвышении, стоял, сверкая золотыми глазами, полукровка, охраняемый чистокровным змеелюдом. У его ног лежал так же связанный Глава Порядка. Судя по всему — без сознания. Но... с каких это пор родовитые серпентеры подчиняются полукровкам?! Хотя, в этом парне даже половины змеиной крови нет, наверное, квартерон или ещё меньше. Ишь, кожа-то какая гладкая, ни одной чешуйки. Только глаза и выдают...

Теперь я понял, что надо делать. Тонкие метательные ножи удобно легли в ладони. Замах — четыре смертоносных жала отправляются в полет, а следом за ними прыгаю я сам. Сейчас главное — успеть схватить Мастера, а там мы сможем скрыться и как-нибудь помочь Главе. Он хоть не мой идеал, но делает нужную, важную для короны работу.

Неожиданно ножи в полете останавливаются и со звоном падают на пол, а меня бросает на пол сильный удар в спину.

— На-а-адо же, — сквозь гул в голове доносится до меня издевательский голос, — Ещё один идиот. Ты тоже мне будешь рассказывать про любовь и взаимопонимание?..

— Нет, — в спину ударило древко с-кешера, бросая на пол. Краем глаза я видел буро-зелёную чешую поймавшего меня. Значит, их двое? Неуда-а-ачно...

— Что — нет? — переспросил златоглазый.

— Я тебе расскажу, как убью! — цежу сквозь зубы я, силясь подняться.

— Да? — ещё и издевается, собака, — Тогда ты не будешь в обиде, если я позволю своим слугам поиграть с тобой?

Ответить я не успел. Схватив за плечо, меня вздергивают вверх и тут же ударом хвоста в грудь оправляют в полёт. Пол встречает каменными объятиями, вышибая из лёгких последние остатки воздуха. Острой, стреляющей боли нет, значит, рёбра целы. А вот Эл своим хвостом стену расколотить может... Слабаки!

Змеелюды, шелестя чешуёй по камню, стремительно приближаются, изготавливаясь к бою. Каким чудом мой меч всё ещё при мне — не знаю, но занятия с Элхаром много дали не только ему. Я теперь достаточно чётко представляю, чего можно ждать от подобных ему. Поэтому первые выпады лениво атаковавших серпентеров отбиваю спокойно, тут же переходя в атаку и оставляя на их телах длинные порезы.

Точно — слабаки! На парне даже царапины не было бы!

Противники издают гневное шипение. От обрушившихся ударов заслониться одним мечом просто невозможно, так что горячая боль ранений скоро охватывает всё тело. Последнее, что я замечаю — летящий мне прямо в лицо с-кешер. Затухающим сознанием улавливаю вспышку ярости где-то на самом краю и лечу в непроглядную тьму.

Эх, жаль парня — и дед его, и я...

Боже, как же мне муторно! Кто бы знал! В ожидании Савиша или хотя бы какого-нибудь знака от дедушки я раз пять "оббежал" весь дом сверху донизу. Наконец, в очередной раз замерев на шпиле и вглядываясь в тёмные улицы я понял, что если подожду ещё хотя бы эсту, то непременно сойду с ума! Схватив с-кешер и натянув на голову стальной обруч, я метнулся вниз, в найденные ходы.

Казалось, что каменный блок отъезжает с нарочитой медлительностью, испытывая мои нервы на прочность. Не дожидаясь, пока плита полностью отроет проход, я протиснулся внутрь, разорвав тунику. Некогда ждать, чувствую же, что дед и воин влипли!

Если меня спросят, с какой скоростью я миновал пещеры — не вспомню ни за что. А также то, как я в них ориентировался. Где-то внутри, перед сетчаткой глаза мигал красненький огонек. Откуда-то я знал, что именно там находятся Мастер и Савиш. Стены просто мелькали по сторонам, ветер свистел в насторожённых ушах, а сердце бешено стучало где-то в горле, упругими толчками ударяя в виски.

Наконец я оказался почти под ними. Короткий взгляд вверх позволил каким-то образом определить место выхода. Не раздумывая, прыгнул, собственным телом пробивая низкий потолок.

Мгновенно запечатлевшаяся где-то в подсознании картина сорвала последние оковы, хоть как-то ещё удерживающие меня во вменяемом состоянии. Вид залитого кровью друга и безжизненно лежащего деда заставил гнев взорваться ослепляющей вспышкой.

Гневный свист взлетел вверх, тут же уйдя в ультразвук. Лезвия с-кешера мгновенно покинули своё обычное убежище. Тело радостно рвануло вперед, действуя в полную силу. Бросившихся мне навстречу двоих змеелюдов отбросило в стороны, ощутимо промяв каменные стены. Главной целью была семёрка людей в балахонах, замершая по краям рисунка и кто-то ещё, стоящий рядом с ними. В его запахе смешались как присущие людям, так и свойственные змеелюдам оттенки.

Да о чём я думаю?! Там же дедушку убивают!

Оружие распалось на две части, тело действовало как на тренировке, без участия разума. Рывок — и две ближайшие фигуры падают на пол, располосованные лезвиями. Поворот, летящее движение — ещё один отлетает к стене, как мешок с костями, получив в грудь мощный удар хвостом.

За это время остальные успевают только развернуться ко мне лицом. Резкий жест — и два тела в балахонах замирают у стен, пришпиленные к ним лезвиями с-кешера. Стремительное движение, взмах, и ещё двое с воем оседают на пол, пытаясь зажать пять длинных порезов. М-да, когти у меня что надо! Стоявший в стороне скидывает плащ, с тихим смехом вздымая вверх руки в каких-то широких, до локтя, браслетах.

— Повинуйся мне!! — звенит его голос.

Ага, как же! Немедленно принять атакующую позицию. Короткий свист вспарываемого воздуха — и ладони сжимаются на скользких от крови рукоятях с-кешера. Сейчас я тебе "повинуюсь", мало не покажется... Янтарно-золотистые глаза недоуменно распахиваются, встречаясь с моими, ярко-алыми, сощуренными.

— Ты... но ты...

Вой распарываемого лезвиями воздуха, но враг уклоняется, подставив под удар те самые браслеты. Яростная вспышка искр, скрежет, и мой противник отлетает к стене. Его глаза сужаются, из горла вылетает невнятное шипение. Я группируюсь для последнего, завершающего броска, толчок...

На пути вырастает какое-то туманное марево. На короткое мгновение тело охватывает жжение, быстро сошедшее на нет. Пелена рвётся в клочки, плиты принимают основную массу тела, а хвост и с-кешер летят вперёд, к противнику. Время словно бы замирает на месте. Я отчётливо вижу, как расширяются в ужасе золотистые глаза. Руки медленно поднимаются в попытке защититься, но, наученный предыдущим опытом, я опускаю клинки вертикально. Они минуют широкие браслеты, и время снова несётся вскачь.

— Не-е-е-ет! — взвивается под своды комнаты вопль получившего сразу два клинка в тело врага.

Гнев вспыхивает в последний раз, прокатываясь по телу жадной волной, съедая остатки сил. Ох, как же я уста-а-ал... Зачем-то снимаю с поверженного эти браслеты и защёлкиваю на собственных руках. Взгляд привычно пробегается по чешуе... по чешуе...

Я снова серебристый! Чешуя сверкает, как и положено, черные линии чётко прорисованы. А ещё по всей длине хвоста вздыбливаются коротенькие радужные гребни. Как у виденной мною когда-то змеи. Охваченный странным волнением щупаю виски. Так и есть. Два небольших, тут же прижавшихся к коже "веера". Вот это да... Если бы ещё я не был абсолютно гол!

Отодвигая удивление и радость куда-то в сторону, всё сильнее наваливается усталость. Но у меня осталось ещё одно незаконченное дело. Превозмогая сонливость, разворачиваюсь к оставленным где-то за спиной Савишу и дедушке. Мастер уже сидит на полу, глядя на меня с испугом, радостью, облегчением и... гордостью?

Я пытаюсь двинуться к воину, но бессильно опускаюсь на хвост, жалобно глядя на мага.

— Спи, малыш, — доносится до меня его шепот, — Ты и так уже сделал все, что мог...

Тело словно только и ждало этих слов. Сознание качнулось, падая вниз, веки опустились, я свернулся излюбленным клубком и провалился куда-то туда... Далеко...

...Никогда нельзя терять надежды. Иногда её проводниками выступают самые невероятные сущности. Словно взорвавшаяся каменная плита пола, разлетевшаяся по залу мелким щебнем, явно не входила в ритуал призыва. Мгновенно рассеявшееся облако пыли открыло взгляду страшную до дрожи картину.

Казалось бы — измазанный в грязи, одетый в рваньё, взъерошенный змеелюд может вызывать только веселье. Но вот застывшее, страшное, словно лик богини смерти лицо разом отбивало всякую охоту веселиться. А горящие алым сощуренные глаза заглядывали на самое дно души. Выворачивая на изнанку, подавляя волю и загоняя оную далеко-далеко...

Светлоликие, да он же разъярён до полной потери соображения! У серпентеров такое состояние называется боевой яростью, и когда кто-либо из них в него входит — остальные, даже самые лучшие воины стремятся оказаться как можно дальше. Ведь в таком состоянии змеелюды не думают. Ну что ты сможешь объяснить взбешенному зверю?

Словно из воздуха в руках Элхара возникли клинки, и серая фигура растворилась в воздухе. Ох, а я даже не смог его предупредить, застыв под пылающим взглядом. Нашёл, старый дурак, чем заниматься! Внуком любовался, вместо того, чтобы помочь ему. Эх, жаль, что не могу выйти из этого круга...

Но пока я предавался самобичеванию, в зале стали происходить разительные перемены. Заворожённые слуги Корха отлетели к стенам. Удар был настолько силён, что на каменных поверхностях остались вмятины. Надеюсь, змеелюды не пострадали. В принципе, они ни в чём не виноваты...

На мгновение возникнув рядом, Эл прервал обряд самым прозаическим способом - сократив количество вызывающих. За его стремительными бросками не успевало даже моё внутреннее зрение. Для остальных же он на такой скорости вообще оставался невидимым. С заклинателями было покончено очень быстро. Но собранная ими сила всё ещё клубилась над фигурой призыва.

Весь бой занял буквально суи сеш, и в комнате из активно действующих лиц остались только мой внук и Корх. О светлоликие! Как же я мог забыть?! Эл же тоже змеелюд, хоть и радужный! Значит, артефакты могут заворожить и его. И тогда действительно наступит катастрофа... Только, похоже, боги всё же слышали мои молитвы, так как вместо подчинения по залу пронесся визг столкнувшейся стали и брызнули ярко-жёлтые искры.

Но милость была только кажущейся. Корх, видя, что победить в поединке нового участника ритуала не может, прибег к помощи магии. На пути атаковавшего мальчишки вырос "Голодный туман", вобравший в себя всю призванную силу. Это заклинание растворяло плоть попавших в него существ. На редкость мерзкое колдовство. Боль сжала сердце - ну за что же его так? Он ведь только защищает собственную жизнь и близких!

С громким хлопком "Туман" развеялся, позволяя дыханию, наконец, вернуться. А я и не знал, что задерживал его... Сверкая в свете множества факелов серебристой чешуёй, внук стоял над пригвожденным к полу клинками с-кешера Крохом, снимая с него Браслеты Шшера. Малыш изменился. Не только тем, что вернулся прежний цвет и блеск. Он где-то потерял одежду (да о чём я думаю, наверняка же в "тумане"!) и... обзавёлся гребнями.

Хоть и не очень большие, но они сейчас были широко раскрыты, переливаясь всеми цветами радуги. Светлоликие, какой же я дура-а-ак... Старый, забывчивый дурак! Эл... он же просто линял! Раздражительность, повышенный аппетит, плохое самочувствие, скачки способностей — это же симптомы смены ступени! Единственным моим оправданием может быть то, что я не предполагал столь... стремительного его роста.

Казалось бы, малыш появился совсем недавно. Только-только принялся осваивать своё тело, а вот уже и гребни прорезались...

Ну вот, опять не о том размышляю. Элхару же явно тяжело, а я тут любованием и самобичеванием занимаюсь... Привычно скользнув в своё тело, ловлю бесконечно усталый, но очень обеспокоенный взгляд змеелюда. Хватит с него, всё остальное и сам могу доделать, парень же едва на хвосте держится. Всё, спи, не думай ни о чём...

Внук моргнул, зевнул, демонстрируя увеличившиеся клыки, свернулся громадным клубком, сложил гребни и заснул.

Ладно, а теперь займёмся делом. Савишу окажем первую помощь, стянув ему раны, но не приводя в сознание. Пусть немного полежит, придёт в себя. Заклинателям уже ничем не поможешь, злой серпентер постарался на славу. Крох... не знаю, пусть об этом болит голова у Начальника службы Порядка, но я бы отдал его тело родственникам. Единственное что придётся вытащить клинки.

У пролома слабо застонали — заворожённые змеелюды приходили в себя. Они сидели на полу, подобрав змеиное тело и держась за голову. С этой стороны тоже пока неприятностей ждать не следует. Надо, пока есть время, убрать круг призыва и рассеять остаточные заклинания. А также привести в себя Главу Порядка и стребовать с него свой гонорар. М-да, нервная выдалась ночь...

С-с-сарикш-ш-ш-ша — повеление, приказ к движению вперед. Можно переводить в равной степени как "вперёд", "иди", "двигайся", "начинай" и прочее.

Сушет — числительное 200.

Раш — лёгкий, слабоалкогольный освежающий напиток из плодов дерева раш.

Локк — зверёк, чем-то похожий на крысу. Такой же живучий, длиннозубый и проворный. Цвет шкуры серебристо-синий. Преследуем из-за своей привычки портить все съестные припасы, до которых он способен добраться.

Вис — шаэс. миллиметр.

Суи — шаэс. разговорное — пара.

Шаэс. "В первую неделю"

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх