Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Чужая кровь. Глава 13


Жанр:
Опубликован:
04.09.2019 — 10.11.2019
Читателей:
7
Аннотация:
Нет описания
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
 
 

— Чем?

— Танцем маленьких лебедей, — буркнул невыспавшийся Джек. Третий тут же подхватил Второго и Пятого под руки, чувствительно пнув в щиколотку Первого. Роллинз закашлялся, пытаясь избавиться от полезшего не в то горло кофе, когда пять здоровенных туш в камуфляже застучали берцами, пытаясь изобразить из себя балерин. Рамлоу секунду ошарашенно смотрел на этот ужас, а после чуть не рухнул на столик, согнувшись от хохота. Отсмеявшись, ситх утер полившиеся из глаз слезы и отцепил сейбер от пояса.

— Держите. Заслужили. Пять часов ни в чем себе не отказывайте, — он бросил меч молниеносно поймавшему его Первому. — За оригинальный подход!

Солдаты тут же ломанулись в дверь, пока начальство не передумало.

— И учтите! — крикнул Рамлоу вслед. — Отчекрыжите себе что-то, жаловаться не приходите! Не, ну ты видел это? Детки доросли до юмора!

— Пора дать им имена.

— Да, — согласился Брок. — Пора.


* * *

Ксандар

Бордовый камень, отливающий фиолетовым, стоило его повернуть под другим углом, взлетел в воздух и сам собой закрепился в специально предназначенном для него гнезде в латной перчатке, сияющей мягким золотым блеском. Танос растянул губы в жуткой ухмылке, сжимая пальцы в кулак и любуясь тем, как мягко смыкаются пластины, как сверкают грани под тусклыми лучами местного светила.

С вершины холма открывался прекрасный вид: теплый розоватый свет лился с серых небес на разрушенный город, показывая руины во всей неприкрытой красе. Чадили башни с оторванными верхушками, по низу стелился тяжелый черный дым, ветер гонял белесые тучи пепла, присыпая нагромождения трупов. До титана доносились слабые отголоски криков, но и те постепенно затихали: всех сопротивляющихся выбили, а те, кто каким-то чудом уцелел, предпочитали прятаться, зажимая рты, чтобы не выдать себя скулежом.

Таноса судьба недобитков не интересовала. Он получил то, за чем пришел, и уже строил планы своих следующих действий.

Камень мягко засветился, титан, задумчиво хмыкнув, огляделся.

Камень силы увеличивал физические возможности носителя до абсолюта, взвинчивая прочность, силу, скорость и остальные параметры на максимум. Танос на возможности тела никогда не жаловался, но добытое хотелось проверить. Требовалось проверить.

Он огляделся, определил направление и размеренно зашагал к виднеющемуся с противоположной стороны холма городку. Через пару минут ходьба наскучила, и Танос перешел на бег. Ступни гулко били в почву, скорость нарастала, титан с каждым шагом разгонялся все больше и больше. Городок вырос перед ним: ошеломленный, испуганный... И Танос вломился в него, словно хищник в загон домашнего скота.

Все попытки жителей сопротивляться не имели ни смысла, ни успеха. Танос, не сбавляя скорости, промчался по улицам, расшвыривая ударами кулаков аборигенов и технику. Ксандарцы разлетались куклами, пятная кровью все поверхности, превращаясь в груды сломанных костей и мешки с требухой. Техника ломалась и трескалась, сталкиваясь друг с другом, влетая в толпы, калеча и убивая. Дикие крики зазвучали со всех сторон, не успевшие убежать пытались спрятаться хоть где-то, но Танос вихрем проносился, сея ужас, боль и смерть, словно жестокий ребенок, решивший растоптать муравейник.

Он бил, и бил, и бил, пока стоны и крики не затихли полностью.

Танос удовлетворенно улыбнулся, сжимая руку в кулак: камень еле заметно сиял на идеально подогнанной золотой перчатке. Внимательно осмотрев себя, титан только кивнул — как он и думал, испытание прошло великолепно. Ну, в паре мест прожгло одежду особо удачными выстрелами, но это и все, чего смогли добиться ксандарцы с их прославленным Корпусом Нова. Само тело регенеровало с бешеной скоростью, ожоги исчезли буквально на глазах, ставшая невероятно прочной кожа защитила не хуже доспеха.

Бросив последний взгляд на окружающие его развалины, Танос перевернул руку ладонью вниз, словно хлопнув по чему-то, и невидимая волна вбила остатки зданий в землю, довершая разгром, ставя жирную точку в испытании Камня Силы.

Танос равнодушно отвернулся, шагая навстречу летящему к нему транспорту: его ждал следующий камень.


* * *

Асгард

Один мрачно смотрел в потолок, нежно сжимая ладонь спящей рядом супруги. Волосы Фригги, подобные ароматному облаку, щекотали шею, ночь была тихой и безмятежной, но ас никак не мог заснуть, все переживая и переживая свой позор.

Одину до тошноты было стыдно и страшно: не сумел защитить.

Кольцо на руке супруги слегка кольнуло пальцы, напоминая о чудовищном провале и невероятной удаче. Впрочем, об удаче говорить не приходилось — ее не было. Были прозорливость и предусмотрительность, в очередной раз обернувшиеся победой и гибелью врагов.

Один осторожно поднес к губам тонкую кисть Фригги и поцеловал ладошку. Царица так и спала в украшениях — Локи не соизволил снять с матери защиту, прямо намекая, что он думает о способности Всеотца защитить супругу. Это злило до невозможности, но Один не желал заниматься самообманом, прекрасно понимая, что если бы не Локи, то сидел бы сейчас он, оплакивая гибель Фригги. Хорошо хоть, непосредственный исполнитель покушения уже мертв.

Повезло Малекиту — успел сдохнуть до того, как Один до него добрался.

Впрочем, исполнитель на то и исполнитель, чтобы быть разменной монетой, зато у него есть гораздо более важная добыча: вдохновитель.

Тор поддержит, как и остальные сыновья, озверевшие от произошедшего. Видимо, Хель последние мозги потеряла, раз решилась так напакостить. Гнила бы в своей морозилке и жила бы дальше. Сама виновата.

Один вновь поцеловал ладонь жены, лег поудобнее и прикрыл глаз, чувствуя, что может уснуть. Решение принято, теперь дело за исполнением.


* * *

Один не спешил.

Он понимал, что и спешить нельзя — Хель была заперта в Хельхейме уже очень и очень давно и раз смогла найти способ влиять на миры извне — и медлить опасно. Да, пока что ее влияние — это капля воды, просочившаяся сквозь дамбу, но оставленная без присмотра течь рано или поздно разрушит препятствие, и тогда некромантка вырвется на свободу.

А этого допускать нельзя ни в коем случае.

Поэтому Один собирался: неторопливо и очень тщательно, ведь справиться с Хель будет нелегко. Прошлое противостояние было крайне тяжелым: долгая планомерная война на уничтожение, когда обе стороны не гнушались ничем. И угрызениями совести Один не страдал: некромантка уже тогда была не то чтобы сумасшедшей... Нет, соображала она очень здраво, на зависть всем, вот только ее логика и мораль были совершенно чуждыми всем живым существам.

Знакомство со Смертью не проходит для психики даром — это Один знал по личному опыту. Когда-то он сам пережил долгую клиническую смерть, вися, проткнутый Гунгниром, отдавая свой глаз в обмен на могущество. Части тела Одину жаль не было: да, потеря органа зрения аукнулась, и очень сильно, в 'слепой зоне' находился огромный кусок пространства, и в битвах аса спасал лишь опыт и то, что видел он теперь по-другому. Он не знал, как правильно описать, но то, что не видело физическое тело, компенсировалось магическим зрением. Он ощущал, что находится там, в черноте, зная, где находятся живые существа и предметы. Далеко не полноценное зрение, но и сказать, что он слеп на один глаз, Один тоже не мог.

Для врагов, с радостью проводящих атаки со слепой стороны, такое положение дел становилось сюрпризом, зачастую смертельным. Хель когда-то тоже купилась, именно благодаря этому недозрению ас ее подловил, и полумертвая некромантка оказалась заперта в собственном мире.

Мертвом. Вымороженном. И все благодаря ее собственным усилиям.

Некроманты думают по-другому, не так, как живые. И чем старше, чем сильнее они становятся — тем дальше отходят от морали тех, кто еще дышит. Больше всего они ценят комфорт и покой, живые существа — суетливые, шумные, проблемные — становятся источником раздражения. И если поначалу труповод еще может просто выгнать мешающих ему подальше, то потом он просто всех убьет и подымет в качестве прислуги, ведь трупы не едят, не дышат, не шумят, их можно поставить в шкаф, чтоб не мешали, или запихнуть в подвал. Очень удобно — тратиться на содержание не нужно.

Уже к тому моменту, как Один пошел на нее войной, понимая, что договориться не получится, в Хельхейме было больше мертвых, чем живых, ну а когда противостояние закончилось, там уже не осталось ни первых, ни вторых — он не собирался облегчать побежденной жизнь.

Или не-жизнь — ощущение от Хель шло странное.

Он тогда, находясь в эйфории от победы и жуткой, кромешной усталости, не придумал ничего лучше, чем запереть ее на планете.

Надо было уничтожить... Но сил не осталось, он был настолько истощен, что почти не стоял на ногах, и вечное заключение стало хорошим выходом и хорошей миной при плохой игре.

Сглупил, это он готов признать.

Надо было довести дело до конца. Может, не сразу, может, немного погодя, но довести, но время было беспокойное, навалилось одно, потом второе, потом третье, а потом Одину стало не до побежденного врага. Сидит себе в узилище и сидит, вырваться не может, ей помочь извне тоже никто не может, и ладно. Вот только Хель — не полностью живое существо, и ждать ей привычно. Она ждала, она искала способы — и нашла. Эпидемии в Асгарде и поднявшиеся кладбища тому доказательство. А теперь еще и это...

Ас соединил последнее кольцо, задумчиво посмотрев на получившуюся золотую цепь. Кольцо Драупнир. Размножившееся и соединенное в одно целое, оно делает владельца неуязвимым.

Не до конца, конечно, это Один понимал — нет абсолютно неуязвимых, — но почти.

Гномы были истинными мастерами, созданный ими шедевр — один из трех, выполненных на спор с Локи — был единственным и неповторимым. Один поднес концы друг к другу, и они сцепились, спаиваясь в единое целое — цепь засияла и погасла, надежно опоясывая аса.

Один повернулся, бросая взгляд в зеркало: блестели золотые доспехи, откованные лучшими мастерами, кольчуга, надетая под панцирь, облегала, как вторая кожа, не стесняя движений. Ас глубоко вздохнул, набирая в легкие воздух, пошевелил руками, наклонился из стороны в сторону — нигде не скрипнуло, нигде не мешало. Пусть он не так строен, как в молодости, и уже не так быстр — его мышцы все такие же сильные, а связки — эластичные. И у него есть то, что поможет компенсировать недостаток проворности — опыт.

Все эти годы он не протирал штаны на троне, он воевал, и успешно.

И с ним пойдут сыновья.

Тор остается в Асгарде — Один не желал вновь оставлять царство и дворец уязвимыми. Сейчас его первенец, вошедший в полную силу — могучий воин и хороший правитель. Да, Тор стал бы прекрасным подспорьем в предстоящей крайне муторной и тяжелой битве, но он — наследник, и царь хотел предусмотреть все варианты. Даже самые нежелательные. А в противостоянии с Хель следовало быть готовым ко всему.

Хёд и Хермод останутся с Тором. Браги, Видар и Вали пойдут с ним, так же как и Бальдр. Его тихоня-сын — грозный воин, умный и рассудительный — самое оно для контроля гораздо более импульсивных Видара и Вали. Что поделать, оборотни всегда такие. Яростные.

Один надел шлем, задумчиво провел кончиками пальцев по древку Гунгнира. Копье отозвалось легким, еле слышным звоном. Обточенная ветвь Иггдрасиля источала тепло, заставив улыбнуться. И надеть перчатки, сотканные из тысяч маленьких колечек с наклепанными на них чешуйками. Теперь неприкрытым оставалось только лицо, и то частично — боевая полумаска никогда не бывает лишней, особенно тогда, когда враг настолько непредсказуем.

Ас подхватил копье, поправил ножны кинжалов и вышел, провожаемый полным беспокойства и любви взглядом Фригги. Женщина тяжело вздохнула, вытерла предательскую слезинку, выступившую в уголке глаза, встряхнулась и с уверенным видом направилась к себе. Она не в первый раз провожала супруга на войну, но впервые ее одолевали столь тяжелые предчувствия.

Хеймдаль провернул меч, Биврёст соединил две точки во вселенной, и Один, с ненавистью осмотрев унылый пейзаж, ступил на насквозь промороженную землю Хельхейма.

Хрустнуло — следом за Одином через портал прошли его сыновья. Бальдр замер, бдительно оглядываясь, его глаза мягко светились в тусклых лучах еле видимого в просветах тяжелых туч светила. Видар и Вали встали плечом к плечу, втягивая раздувающимися ноздрями сырой воздух. Уши оборотней немного заострились, шевелясь в попытках уловить хоть какие-то звуки.

Вокруг царила давящая тишина.

Хельхейм был мертвым миром. Ни зверей, ни птиц, ни рыб, ни людей. Даже насекомых не водилось. Только лютый мороз, удушающая влажность, мерно дующий ветер и постоянно затянутое тучами небо. Сыро, холодно, мерзко. Мертво.

Война выжгла этот когда-то очень и очень давно бывший процветающим мир, а Хель потом словно выжрала остатки. А может, и действительно выжрала, кто этих некромантов знает? Всего ожидать можно.

Один скривился, вспоминая ту страшную... бойню. Это была не война, а что-то гораздо более отвратительное и мерзкое. Они применяли все, что могли. Один выкашивал марионеток Хель, Хель их поднимала и посылала в бой. Магия все отравляла, свирепствовали чудовищные эпидемии, даже природа сошла с ума, истребляя все живое и неживое. И вот он опять в этом месте, которое долго снилось ему в кошмарных снах...

— Надо же, какие гости! — хрипло промурлыкал когда-то нежный, а теперь скрипучий, сиплый голос. — Сам царь асов посетил меня, несчастную, в этой дыре!

— Ты сама превратила этот мир в дыру, Хель, — гневно пророкотал ас, не теряя, тем не менее, головы. — Ты. Ты убивала его жителей. Ты высасывала жизнь из земли. Ты решила, что можешь диктовать мне свои условия.

Одинсоны, стоящие за спиной своего отца, молчали, разглядывая легендарную Владычицу Мертвых.

Когда-то Хель была красивой. Действительно красивой... Высокая. Белокожая. С водопадом черных волос и огромными глазами цвета беззвездного неба... Даже сейчас она поражала остатками былого совершенства, хоть стройность превратилась в откровенную худобу, когда-то длинные волосы теперь едва касались плеч, кожа приобрела меловой оттенок, а глаза превратились в две черные дыры. От этого видимого проявления ее сущности становилось действительно страшно. Хель стояла, опираясь на посох, и ветер играл полами ветхого длинного платья, кокетливо проскальзывая сквозь виднеющиеся то тут, то там прорехи. Она говорила, вот только Бальдр, впившийся взглядом в некромантку, отметил, что стоит она, словно статуя — без движения, и грудь не вздымается и не опускается: Хель явно не дышала. А если и дышала, то неимоверно редко.

Бальдр, внимательно отслеживающий каждое движение Хель, сканируя пространство всеми доступными ему способами, напрягся. Локи хорошо обучил его, Бальдр отлично чуял живое и неживое, и некромантка ощущалась скорее трупом, чем живым существом. Но и назвать ее однозначно нежитью тоже было нельзя.

Рядом заворчали: Видар и Вали напружинились. Их черты заострились, глаза оборотней налились янтарем.

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх