Дружба - это сложно...

Тимка вдруг понял, что день, к сожалению, закончен. Точнее, кончается — солнце висело уже низко над горизонтом, расплываясь в багровой дымной мгле, ветер как-то вдруг стих и делать здесь, в парке, больше нечего. Антон всё равно занят до ночи, а значит, встретятся они уже лишь завтра...

Вздохнув, мальчишка зашагал домой. Правду говоря, ему не слишком-то хотелось, но и выбора особо не было. Не бродить же по аллеям в темноте, невесть зачем и невесть для чего, да ещё и с авоськой...

Тимка совсем уже настроился на ужин и уютную постель... и вдруг заметил справа, посреди кустов, блеск чьих-то глаз. Инстинктивно повернувшись, он увидел за ветками бесформенную синюю массу. Сердце сразу же ёкнуло, подступая прямо к горлу. Лишь через секунду он понял, что это тоже мальчишка, как и он, всего лет двенадцати, сидящий почему-то на попе, прямо посреди кустов. Это смотрелось тревожно и Тимка быстро подошёл к нему.

— Что ты здесь делаешь?

Мальчишка поднял глаза и хмуро взглянул на него.

— Сижу, — буркнул он.

Тимка невольно (и довольно невежливо!) уставился на него. Мальчишка был смутно знакомый. В просторной синей рубахе навыпуск и неубиваемых коричневых шортах с заклёпками. В сандалиях на босу ногу, как и сам Тимка. Очень загорелый, с длинными тёмно-русыми волосами. Тимка вдруг понял, что знает его — Валерка из пятого "б". Он много раз видел его в школе, но знакомы они не были...

— Уже поздно сидеть. Иди домой, — тем не менее сказал он.

— Не хочу, — вновь буркнул Валерка.

Тимка невольно хмыкнул. Случись что в самом деле страшное — Валерка точно не попёрся бы сюда, на окраину города, чтобы гордо восседать в кустах среди старых тополей и клёнов. Обиделся на кого-то, конечно...

Сердце у Тимки вновь ёкнуло. Он давно уже хотел познакомиться с Валеркой, не первый год даже — а случай теперь был самый что ни на есть подходящий. Шанс наткнуться на него тут один из миллиона — и его надо было хватать. Осторожно, но крепко. Чем бы его... ну, конечно же!..

Тимка тоже сел на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне.

— Жрать хочешь?..

Валерка вновь зыркнул глазищами — но в животе у него сразу же громко заурчало. Похоже, он не ел весь день с утра — и с утра же слонялся по городу, пока, потратив все силы, не забился в кусты, чтобы гордо помереть тут, назло всем...

— Пошли тогда, — он призывно помахал авоськой. — У меня тут булочки и молоко.

В животе у Валерки заурчало ещё громче. Какой-то миг он колебался... но потом его, похоже, скрутило всерьёз. Тимка с замирающим сердцем поднялся... и Валерка тоже вскочил, нетерпеливо глядя на него. Сердце Тимки вновь ёкнуло. Он не мог поверить, что всё вышло так вот легко...

............................................................................................

Они дошагали до ближайшей скамейки и плюхнулись на неё. Тимка развернул пакет, протянул Валерке одну из булочек — и тот натурально впился в неё...

Какое-то время был слышен лишь шорох бумаги и бульканье молока. Наконец Тимка понял, что пакет опустел — да и бутылка с молоком тоже. Мама уши надерёт, — подумал он... но как-то отстранёно. Не мог же он обречь Валерку мучительной голодной смерти?..

— Я Валерка, — между тем представился спасённый.

— Тимофей. Тимка то есть.

— А, я про тебя уже слышал. Это ты с Тошкой электрический катер делаешь?

— Ну, я, — буркнул Тимка, польщённый и смущённый одновременно. Его правда покоробило, что Валерка назвал Антона так вот запросто — но что делать? Не ссориться же, только что познакомившись?.. — А ты д`Артаньяна в школьном театре играл, я видел. Здорово получалось.

— Ну... — Валерка смутился и отчетливо покраснел. — Я старался.

— А что ты в кустах-то делал? — не откладывая дело в долгий ящик спросил Тимка.

Валерка вздохнул и вновь нахмурился.

— Я Юльку в кино пригласил, утром ещё. А она... а она... она меня клоуном назвала! И сказала, что мне в цирк надо, а не в кино.

— Почему?! — Тимка был и в самом деле удивлён.

— Ну... я на руках перед ней решил пройти — и не рассчитал малость. Плюхнулся. Задом в лужу. Ну вот она и...

— Девчонки все дуры, — с мрачной уверенностью испытавшего всё ветерана сообщил Тимка. — Я вот Верку тоже в кино пригласил — а она сказала, что у меня уши оттопыренные, и её там с таким уродом засмеют... — он невольно пригладил данные выросты своего молодого организма, которые и в самом деле торчали как-то вызывающе...

— Это она завидует, — тоже со знанием дела сообщил Валерка. — С такими ушами слух в сто раз лучше.

— Правда? — Тимка вновь пригладил уши, чувствуя невероятное, прямо-таки неземное облегчение. — Вот здорово! Ты меня спас прямо.

— Слушай, а давай дружить? — Валерка даже привстал и протянул Тимке руку... но она повисла в воздухе. Тимка тоже смутился и даже отвернулся от него. — Что это с тобой?

— Я хочу с тобой дружить. Но... — мальчишка вдруг вздохнул. — Я же уже с То... с Антоном дружу, и это будет... ну, что-то типа предательства.

— Почему? — Валерка удивлённо взглянул на него.

— Ну... — Тимка смутился, сам не зная, как поймать в сети слов бьющуюся в голове птицу мысли, и всё больше злясь на себя на это. — Дружба — это очень сложно, — наконец нашёлся он.

Мальчишки помолчали. Как-то вдруг стемнело, мир вокруг сразу стал таинственным и странным. Лишь в окнах далёких многоэтажек за озером на фоне сизо-фиолетовой закатной мглы пылало мрачное багровое пламя — отражение зависшего на горизонте, уже не светящего солнца. Жаркий, дымный воздух был совершенно неподвижен и Тимка поразился, какая вокруг царит тишина — ни шелеста листвы, ни звука. Фонари не горели, вокруг никого видно не было — и мальчишка невольно поёжился. Словно они двое остались вдруг единственными людьми в мире...

— Да, дружба — это очень сложно, — Валерка вдруг вздохнул. — Я вот с Юркой дружу, да? Помогаю ему, защищаю, если надо. Он ко мне вообще со всей душой. И я всё время о нем думаю — как он, где он... только в душе струйка такая сочится... чего-то нехорошего. Юрка очень робкий, знаешь, — а мне о нём... ну, просто нравится о нём заботиться и я даже рад, что он такой вот... А он же всё же не собака, он же человек...

— А у меня — наоборот, — Тимка смущенно засмеялся. — Мне То... Антон — вроде старшего брата. И поможет, и подскажет, и по шее кому надо даст. Только... ну, идем вот мы с ним, а Славик, гад, скажет: "Опять Тошка свою сявку выгуливает!" — и словно ведро навоза в душу...

— Да плюнь, — Валерка махнул рукой. — Завидует он, вот и всё.

— Ну, завидует, конечно, — Тимка вздохнул. — Антон — классный друг, я за ним — как за каменной стеной просто... Только вот другие ребята меня... ну, сторонятся. Вроде, и не говорят ничего, но так смотрят, что думаешь — лучше бы били... Мне иногда, знаешь, уже хочется, чтобы мне кто-то по шее дал бы, и ему ничего за это не было бы, — Тимка вдруг смущённо засмеялся. — Я псих уже, да?

— Почему? — Валерка удивленно взглянул на него и задумался. — Вот ведь какая штука получается, — наконец сказал он. — У вас с Тошкой конечно дружба — только не одна дружба, а что-то вроде... ну, опекунства, что ли. У меня с Юркой, получается, тоже, — он вздохнул. — Только наоборот, я его опекаю... А настоящая дружба может быть только между равными. Совсем равными. Когда нет вот всех этих паскудных мыслишек — кто выше, кто ниже... а есть просто дружба, и всё.

— Ну и что мне теперь делать? — кисло спросил Тимка. — С Ан... с Тошкой поссориться? Вот просто так? Так я не смогу. Да и противно это...

— А за спиной Тошки прятаться не противно? — хмуро уже спросил Валерка. — Ведь за это тебя и не любят, трусом считают. Мол, сам боишься за себя постоять, вот и прилепился к парню на два года старше...

— Да не лепился я к нему, он сам!.. — возмутился Тимка. — Он сам со мной дружить захотел. Что мне делать-то было? Гордо его послать, чтобы Вовка мне и дальше в морду совал, просто развлечения ради?

— А ты бы ему сам в морду дал, вот и весь сказ.

— Ему дашь, он меня в два раза здоровее, — Тимка невольно поёжился и даже передёрнул плечами.

— В секцию боксерскую записался бы.

— Ага, и у меня сразу плечи шире станут, — съязвил Тимка. — Тебе-то хорошо говорить, ты здоровый. А я... — он вновь поёжился, стесняясь своей щуплой фигуры.

— А я тоже вроде тебя был. Только не ныл, а спортом пошел заниматься.

— Ага, и сам за Юрку по шее даёшь, — не удержался Тимка. — А мог бы в секцию боксерскую послать.

— Ну... — Валерка смутился. — У него и так, знаешь, жизнь невесёлая. А тут ещё я его начну трепать — стань, мол, героем, а не то...

— А что ты от меня тогда хочешь? — удивился Тимка. — На Антона насесть, чтобы он меня трепал? Так он и так меня то в лес тащит, то на мопеде кататься, и даже драться показывает как. Только у меня плохо получается, я же несильный, — он вновь вздохнул.

— К ребятам пойди. Один, без Тошки. Пусть даже по шее надают — но хоть презирать потом не будут.

— Ага, а их Антон потом башкой об стенку, — Тимка вспомнил короткую, но суровую расправу Антона с грозой их класса Вовкой, и вновь невольно передёрнул плечами. Антон даже не стал его бить. Просто натурально взял за глотку — как говориться, аккуратно, но сильно, во избежание, — и, слегка постукивая его затылком об стену, незлым тихим голосом попросил не трогать больше его, Тимку... — Это вообще конец всему будет...

— А сказать ему, что ты не просил его бить морды за тебя? — спросил Лерка.

— Слушай, ну зачем тебе всё это? — Тимка начал злиться. — Вся эта философия? Почему нельзя просто дружить? — он вдруг вскочил и потянул Валерку за руку. — Пошли, я тебя с Тошкой познакомлю. Он тут, рядом, в сарае наш "Дредноут" до ума доводит.

— Что? — лицо Валерки стало на миг удивлённым.

— Лодка это. Та самая, которая с мотором. Электрическим, — снисходительно даже пояснил Тимка. — Её Тошка со старшим братом делает.

— Ага, а электричество откуда?

— А от аккумуляторов. Да пошли, я тебе покажу...

...........................................................................................

Идти было и впрямь недалеко — минут пять, никак не больше. Тимка правда опасался, что Антон уже закончил и ушёл домой — но дверь лодочного сарая оказалась приоткрыта, а внутри горел свет. Странный, зеленовато-белый. Тимка даже замер на секунду, потом понял, что это всего лишь новая люминесцентная лампа. Он уже видел такие в магазинах, но никак не ожидал увидеть здесь...

Бывать здесь вечером ему ещё не доводилось, и в нескольких шагах от двери он даже замер на миг — мало ли что сейчас творится там, внутри? Вдруг Тошка целуется с девчонкой, например, и будет вовсе не рад их визиту...

Внутри, однако, царила тишина, лишь за спиной нетерпеливо сопел Валерка — и Тимка решился. Глубоко вздохнув, он толкнул дверь и вошёл.

...........................................................................................

Он немного опасался наткнуться здесь на старшего брата Тошки, а то и на его отца — хмурого, неразговорчивого мужика. Не прогонит, конечно, но начнёт смотреть неодобрительно, как всегда смотрят взрослые, когда их отвлекают от их Очень Важных Дел...

Внутри, однако, никого не оказалось — кроме самого Тошки. Он деловито вытирал руки тряпкой, явно собираясь уже уходить, — и удивлённо уставился на Тимку.

— Тим? И?..

— Валерка, — представился Валерка. Он вдруг смутился и уставился на свои сандалии. Да уж, насмешливо подумал вдруг Тимка. За глаза других обсуждать каждый может — а вот в глаза им потом смотреть...

— А, а я Антон. Будем знакомы?

— Будем, — Валерка взглянул наконец ему в глаза и несмело улыбнулся.

— Ну и хорошо, — Антон взглянул на Тимку. — А я как раз регулятор доделал. Работает отлично, — в доказательство он забрался в "Дредноут" и чем-то там щёлкнул. Басовито загудел двигатель и латунные лопасти винта быстро завертелись в воздухе. Антон подвигал рычажок — винт завертелся быстрее, потом медленнее и замер. Антон легко спрыгнул на пол. Глаза его блестели.

Валерка между тем замер, удивлённо разглядывая "Дредноут". Был он обычным весельным вельботом, — пока на отца Тошки чуть ли не в буквальном смысле свалилась откуда-то куча старых, но вполне пригодных ещё аккумуляторов, а Тошке и его брату не стукнуло в голову соорудить электроход. Дело оказалось не таким уж и простым — из бедного вельбота пришлось выкинуть банки, а поверх аккумуляторов настелить настоящую палубу. Да ещё и нарастить борта, потому что весили они добрых полтонны. Поверх палубы Тошка с братом соорудили настоящую каюту — больше похожую, правда, на собачью конуру, даже невысокий Тимка мог стоять в ней, только сильно согнувшись. Потом правда пришлось доставать мотор, а к мотору редуктор, а к редуктору вал, а к валу винт... Больше всего они намучились с дейдвудной трубой, через которую этот самый вал выходил наружу — она всё время пропускала воду. Потом Дмитрию, старшему брату Тошки, стукнуло в голову сделать плавный регулятор хода — и как раз эта самая штуковина упорно отказывалась работать...

Вся эта эпопея тянулась ещё с мая, и Тимка, честно говоря, и не надеялся на её окончание. Видно было, что Тошку с братом увлекал сам процесс — и вот теперь...

— А плавать на нём теперь можно? — задал он совершенно неизбежный вопрос.

Тошка почесал в затылке.

— А почему нет? Я правда завтра собирался, с братом, — но, раз уж вы здесь...

Он распахнул ворота сарая, потом вернулся к лебедке. Негромко загудел мотор — и "Дредноут" плавно сполз по слипу в воду. Тимка немедленно сбросил сандалии, и, прошлёпав босиком по воде, забрался на нос. Валерка, хмыкнув, последовал его примеру. Тошка запер дверь и ворота сарая, потом забрался на корму, к румпелю.

— И куда поплывем? — спросил Тимка. Его охватило какое-то странное, щекотное чувство — на лодке он, конечно, плавал уже много раз, но ещё никогда — вот так, едва ли не колдовской летней ночью...

Антон снова почесал в затылке.

— А давайте сразу на Змеиный остров рванём, а? — явно шалея от собственной смелости предложил он. — Там развалины бункера остались, ещё с войны. Посмотрим...

— А тебя дома не сожрут? — скептически спросил Валерка. — Это до утра же.

— А, плевать. Скажу, что тут, в сарае ночевал — никто и не почешется. А тебя?

Валерка вздохнул. Видно было, что у него дела обстоят далеко не так радужно — но и отказаться от такого неожиданного приключения было, конечно, немыслимо...

— Я скажу, что у друга ночевал, — он ещё раз вздохнул. — А ты? — он с тревогой повернулся к Тимке.

— Да я тоже, — он даже махнул рукой, показывая, что не стоит обращать внимания на такие пустяки...

— Вот и славно. Ну, поплыли... — Антон, нагнувшись, щёлкнул выключателем. Низко загудел мотор — и "Дредноут" решительно пошёл вперёд...

..............................................................................................

Тимка так и остался сидеть на носу, привалившись спиной к стене каюты и поджав босые ноги. Валерка, смущённо покосившись на него, устроился рядом. Тошка, конечно, остался на корме. Сейчас Тимка не видел его и казалось, что "Дредноут" плывёт сам по себе — он ощущал лишь слабую вибрацию. Это было совсем не похоже на обычные моторные лодки с диким треском их моторов и бьющей в нос вонью выхлопных газов...

— Товарищи, а нам электричества хватит? — спросил вдруг Валерка в пространство. — До Змеиного острова точно километров пять — да и обратно не меньше.

— Должно хватить, — немедленно ответил Тошка. — Отец вообще посчитал, что запас хода двадцать пять километров должен быть. Ну, если не гнать особо.

— Ага, а батарея заряжена? — несколько запоздало спросил Тимка. — А то застрянем тут, посреди озера...

— Заряжена, заряжена, не метуси.

— А, — Тимка вздохнул и поудобней устроился у стенки. Сердце у него невольно замирало — от восторга и страха одновременно. Как ни крути, он был не готов к такому неожиданному приключению. Побывать на Змеином острове ночью было конечно же круто. Но говорили про него очень разное — не ограничиваясь обычными историями о привидениях — да и название его появилось не зря. А общаться со змеями Тимке совсем не хотелось. Не то, чтобы он их боялся — вот ещё! — но, наступи он на змею, это точно не кончилось бы ничем хорошим, ни для неё, ни для него...

Мальчишка вздохнул. Что за штука жизнь, подумал он. Сейчас я до неба должен прыгать от мысли, что мне выпало такое приключение — а я боюсь каких-то вшивых змей. Хорошо хоть, не привидений — знаю уже, что их не бывает, не маленький...

Как раз в этот самый миг Тошка повернул на север — как раз туда, где на зеленоватом фоне горизонта горбились почти чёрные уже острова — и Тимка невольно поёжился. Здорово всё же, что рядом есть друзья... особенно Валерка, с которым он и не чаял подружиться...

Вдруг где-то очень далеко, за озером, беззвучно сверкнула дрожащая бело-фиолетовая вспышка, потом ещё одна и ещё. Гроза, догадался Тимка. А я тут сижу на штуковине, которая вообще-то привлекает молнии. И вообще...

Он посмотрел на дощатые борта "Дредноута". Они низко осели под массой трех парней, и он ощутил беспокойство — теперь до воды он мог дотянуться рукой. Путь им предстоял неблизкий, и оставалось лишь надеяться, что погода останется столь же спокойной...

Тимка вздохнул и взглянул на низкий западный берег. Свет забытой Тошкой лампы рассеивался в повисшем над водой тумане, окружая окно волшебным ореолом. Отсюда, с воды, он казался удивительно чистым и ярким...

"Прощай, сарай", — с неожиданной тоской подумал Тимка, стараясь как можно лучше запомнить часы этой удивительной ночи. Он понимал, что они никогда не повторятся и останутся, наверное, самым лучшим впечатлением в его короткой пока жизни...

"Дредноут" двигался небыстро, но берег отходил назад, и свет тускнел, расплываясь в тумане. Вздохнув, Тимка откинулся на стенку каюты. Путь их был долгим, и к тому же лежал вдоль берегов, где кучковались алконавты, бичи и просто разные мутные личности. Сомнительно, конечно, что те решаться что-то предпринять — своих лодок у них не было, а бросаться в погоню вплавь они вряд ли решаться — но в безопасности они окажутся лишь в лодочном сарае, через несколько очень долгих часов...

Он снова посмотрел вверх — и вдруг понял, что уже не видит над собой чистого неба. Туман стал сгущаться, словно дым. Тимка поёжился, потянул носом воздух, но уловил лишь запах воды. "Кажется, что мы уже в море", — подумал он.

— Мы не заблудимся? — спросил он у Тошки, встав и глядя назад поверх крыши каюты.

Тот покачал головой. Туман становился всё гуще. Скоро Тимка уже не мог разглядеть даже руки перед собой. Лишь изредка на поверхности воды мелькали какие-то тени.

Вдруг ветер усилился — словно кто-то огромный и невидимый стал раздувать паруса. Это продолжалось несколько минут. Затем ветер стих. Озеро по-прежнему было спокойным и неподвижным, но туман исчез, словно его и не было. Теперь Тимка видел над головой чистое небо, хотя и очень высоко. На горизонте виднелись грозовые тучи, окутанные розоватой дымкой. Над камышами кружили какие-то птицы. Тёмные против света, они вдруг показались Тимке зловещими, словно предвестники несчастья. А на востоке, над самыми крышами, поднималась луна. Небо над ними было тёмно-синим. Звёзды было тусклыми, а луна огромной, почти такой же, как солнце на закате...

.............................................................................................

До Змеиного острова они добрались через час. Остров был темен и тих. Ни одного костра не горело на нём, и Тимка с облегчением перевёл дух. Встречаться с какой-нибудь поддатой компанией не хотелось...

Ловко выпрыгнув на небольшую пристань, Тошка пришвартовал "Дредноут". Мальчишки выбрались на берег. Начинаясь от пристани, тропинка взбиралась наверх, исчезая за гребнем берегового склона. Тимке стало страшновато. Но друзья уже поднимались, и он поспешил за ними...