Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Жернова войны. Книга 2


Статус:
Закончен
Опубликован:
15.10.2017 — 30.04.2018
Читателей:
13
Аннотация:
Продолжение истории 102 валлхальского полка Славнейшей Имперской Гвардии и младшего ордена Сороритас
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

Жернова войны. Книга 2


Недалеко от укутанной белоснежными облаками планеты, вокруг которой неспешно вращалась орбитальная станция, возник прокол реального пространства и из варпа натуральным образом вывалился сильно поврежденный космический корабль. Носовой щит его был смят, часть торпедных аппаратов по правому и левому борту отсутствовала, на бронелистах были заметны следы скоротечных работ, проведенных только затем, чтобы закрепить дополнительную обшивку. Все говорило о том, что эсминцу имперской гвардии нужен капитальный ремонт, однако корабль обладал невероятной живучестью, раз смог доставить подразделения до точки назначения. Путешествие в варпе было недолгим и капитан Ландер моментально получил отчеты от экипажа, что все в порядке, герметичность уцелевших отсеков не нарушена, солдаты чувствуют себя нормально, сохранившаяся техника проходит ремонт и челноки готовы провести немедленную высадку.

— Странно, что нас никто не встречает. — Пробурчал себе под нос Ландер, отдавая приказ оператору связи по нейроканалу. Тот немедленно забубнил в микрофон.

— Эсминец имперской гвардии "Зерно истины" вызывает орбитальную станцию Кассандры, прошу определить безопасный вектор сближения с планетой, данные по орбитам и точку стабилизации относительно поверхности.

— Цель визита? — осведомился диспетчер вместо того, чтобы просто переслать нужную информацию по требованию.

Оператор удивленно посмотрел на капитана, который тяжело выдохнул и переключил канал связи на себя.

— Говорит капитан Ландер. — Холодным голосом произнес он. — Согласно параграфу семьдесят четыре дробь восемь вы можете пойти под суд, если будете препятствовать Флоту Империума исполнению отданных его офицерами вам приказов. Что, так быстро расслабились в своей глуши? — добавил Ландер уже от себя. — Забыли, что такое Имперская Гвардия и зачем она прибывает на планету?

Диспетчер не стал дальше гневить капитана и просто переслал нужную информацию. Пилот тут же начал выход на орбиту по заданным координатам, располагая судно так, чтобы можно было вести ответный огонь в случае внезапного нападения. В системе кроме двух старых грузовиков и потрепанного корвета, выделенного для их охраны, никого не было, так что даже поврежденный эсминец являлся серьезной силой и мог легко размазать всех этих неучей по космосу из оставшихся торпедных аппаратов и отремонтированной лэнс-пушки. Ландер связался с полковником Конотом, который уже готовил свои чуть поредевшие войска для высадки на поверхность. Булдыганов орков в космосе не наблюдалось и, судя по расслабленности диспетчера, они еще не прибыли к Кассандре, что не могло не радовать.

— Сэм, — произнес Ландер в микрофон. — Через десять минут можно будет уже отправлять челноки. Местные оказались на редкость тупоголовые мудаки и не горят желанием нам помогать, так что если у них тут рыло в пуху, то ожидай вероятного сопротивления. От СПО или арбитрес, даже не знаю.

— Для начала свяжусь с планетарным губернатором и ткну его жирную морду в подписанный Администратумом Терры приказ о размещении на Кассандре нашего гарнизона, так что этот толстый имбецил хочешь не хочешь, а будет вынужден оказать нам содействие.

— Может быть, обеспечить тебе связь прямо отсюда? — спросил Ландер. — И на всякий случай придержать высадку?

— Лучше сообщи адмиралу и генералу о нашем прибытии, мы ведь и так задержались больше чем на неделю. — Посоветовал Конот.

— Запамятовал, — хлопнул себя капитан по лбу, — совсем закрутился с этим ремонтом. Сейчас свяжусь. — Он посмотрел на астропата, который в ответ только покачал головой. — Что?

— Флот еще не покинул имматериум. — Прошелестел тот. — Они в пути.

— Как это? — не понял Ландер. — Они уже давно должны были быть на месте!

— Вероятно, мы прибыли раньше. — Также бесстрастно ответил астропат. — На сутки, может быть больше, попали во временную аномалию в варпе, когда прервали прыжок и откололись от флота.

— Хм. — Капитан задумался. Путешествия во времени не были чем-то из ряда вон выходящим, так что он не сильно и удивился. Его волновало другое — получили ли планетарные руководители приказы о содействии войскам имперской гвардии и если нет, то что теперь делать? Ведь капитан не адмирал, чтобы требовать четкого исполнения обязательств, его вообще могут принять за пирата и даже намалеванный на борту знак принадлежности к Имперскому Флоту не поможет. Что если напуганный диспетчер уже связался с губернатором и тот, в силу своих недалеких умственных способностей, определил появление корабля Империума раньше времени как вторжение. Пираты частенько тоже представлялись официальными лицами, чтобы всласть пограбить и хотя у капитана были опознавательные коды, но бандиты вполне могли их захватить вместе с кораблем. Губернатор мог рассудить именно так и плевать на орков, тут над ним нависла серьезная угроза и бзднувший от страха руководитель может выкинуть все что угодно. Так что полковнику Коноту необходимо как можно скорее установить с ним контакт. Ландер переключился на канал связи с командиром наземных частей, которые уже грузились в челноки.

— Тут такое дело, Сэм, мы прибыли раньше срока. Флот еще не вышел из варпа.

— И чего? — не понял тот. — Это же хорошо, будет время подготовиться к вторжению орков.

— Дело в том, что местные могут посчитать наше одиночное появление вторжением. Если у них мозгов сообразить не хватит или паника лишить их последнего здравомыслия. — Ответил Ландер. — Здесь та еще деревня, привыкли жить на отшибе и видеть раз в год вербовочные корабли гвардии, так что появление боевого судна вызовет у них дрожь в коленках. Я к чему это говорю — свяжись с губернатором прямо сейчас, доведи до этого имбецила приказ, а то он уже может быть бежит в башню астропатов просить помощи у столичной планеты, да так, что пятки сверкают.

— Это да, это они умеют. — Кивнул Конот. — Хорошо, можешь наладить с ним канал связи?

— Если только местные не будут тупить, то легко. — Ответил Ландер. — Загружай войска по плану, только не стартуй, пока не получим окончательное добро.

— Буду ждать с нетерпением.

Естественно, губернатора никто не предупреждал и появление имперского эсминца вызвало переполох в его дворце, хотя руководители должны наоборот радоваться тому, что их почтили своим присутствием войска славнейшей Имперской Гвардии. Однако то ли местные забыли как выглядят гвардейцы, то ли слишком расслабились, но полковнику и его подразделениям пришлось ждать еще несколько часов, прежде чем губернатор "дозвонился" до столицы системного сектора и там ему подтвердили все полномочия прибывшего эсминца. И лишь после этого томившиеся в челноках солдаты были спущены вниз. Бронетехнику и артиллерию перебросили вторым порядком и зависшее на орбите "Зерно" разгружалось еще несколько часов, прежде чем полностью опорожнилось. Ландер не собирался сидеть на орбите в поврежденном корабле и двинул к ближайшей верфи, расположенной возле планеты Симилла, чтобы провести капитальный ремонт судна и вернуться для охраны и патрулирования системы, как ему и предписывал приказ.

Пока решалась судьба зависшего на орбите корабля, полковник Конот собрал всех офицеров в зале для совещаний — места на судне было много — в том числе пригласил майора Попова и капитана Блада, которые сейчас выступали командирами своих полков. О понесенных потерях они сообщили еще когда сидели на той планете вместе с сестрами битвы и сейчас только ждали подтверждения от Муниторума о назначении на должность. Ротация кадров и карьерный рост в имперской гвардии, если не убьют в первом же бою, было делом быстрым.

— Товарищи офицеры, — начал полковник, — перед нами стоит задача удержать столицу Кассандры Велатию от возможного нападения орков. Так как волею Императора нам повезло прибыть на место назначения раньше срока... — Тихонький присвистнул, на что комиссар Марш строго посмотрел на него, а Конот пристукнул кулаком по столу, — лейтенант, прекрати, доиграешься.

— Виноват, товарищ полковник, — ответил тот, совершенно не чувствуя раскаянья за свой поступок.

— Итак, как я уже сказал, наша задача состоит в том, чтобы удержать столицу, — собрался с мыслями Конот и на большом экране возникло изображение города-улья, снятое с орбиты. — Главными и ключевыми объектами являются космопорт, палата Администратума, где сосредоточены все управляющие планетой учреждения, склады снабжения и продовольствия, а также ремонтные цеха для сельхозтехники и до кучи пара фабрик по производству еды. Ни для кого не секрет, что орки в первую очередь будут рваться к металлолому и нам необходимо не дать им использовать оборудование. Поэтому разделим наши подразделения следующим образом. — Хват поднял руку. — Что?

— Орки могут высадиться в любом месте на планете, а под нашим контролем только один город и то перекрыть полностью мы его не сможем. Как быть с остальными поселениями?

— Здесь только один город-улей, — с досадой в голосе произнес Конот, словно разжевывая прописные истины, — остальные — крупные поселки землепашцев и рабочих, в которых они трудятся вахтовым методом. На планете мало полезных ископаемых, зато мягкий климат, относительно безопасная для человека фауна и собирать урожай можно круглый год. Чем, собственно, они и занимаются, снабжая продовольствием все население системного сектора. Это понятно?

— То есть вахтовых рабочих мы бросим на убой? — уточнил огрин.

— Никто их бросать не будет. — Немного резковато ответил комиссар Марш. — Их охраной займутся местные СПО, этого будет достаточно, тем более, что к серьезной заварушке они не готовы и будет глупо бросать их в самое пекло. Ну а если орки плюхнутся где-нибудь в стороне, то обещаю, что без драки вы не останетесь — перехватим зеленошкурых по дороге.

Марш в последнее время был немного зол и все понимали почему, однако помалкивали. Он очень сильно переживал расставание с сестрой Катериной, понимая, что никак не может повлиять на неизбежность — видимо правая рука канониссы сильно запала в сердце бравого комиссара. Вот только признаться в этом самому себе он не мог и продолжал иногда срывать свою злость на подчиненных. Хват же не собирался обострять отношения с командиром и просто замолчал, продолжая слушать полковника, который, дождавшись, когда комиссар немного "спустит пар", продолжил.

— Так, раз с этим разобрались и больше глупых вопросом не предвидится, перейду непосредственно к размещению войск. — Конот ткнул указкой в огороженную территорию. — Эта часть выделена нам под место дислокации. СПОшники ее не используют, казармы обветшали и заброшены, так что придется все привести в порядок, прежде чем там окончательно обосноваться. Конечно, это в минус в копилку губернатора, но политика — не наше дело. В этих казармах разместится пехота, бронетанковые войска займут эти боксы, гаубицы оставим под открытым небом — раскидывать подразделения по городу я не хочу.

— На случай восстания местных? — снова вылез Тихонький со своими вечными подозрениями.

— Так, лейтенант, прикусишь ты уже свой поганый язык или нет? — взъярился Конот. — Специально для тебя и твоей роты я определю охранять склады рядом с очистными сооружениями!! Будешь нюхать миазмы из канализации все время нахождения на этой паршивой планетке, а уж я прослежу, чтобы ты не умотал оттуда!! Это ясно?!!

Тихонький только пожал плечами, мол, понял, склады так склады, пускай и рядом с нужником, однако лейтенант, что называется, спросил о наболевшем, да и остальные офицеры догадались, что его вопрос также беспокоил и самого полковника. Тот помассировал шею, успокаиваясь, и продолжил уже своим нормальным голосом.

— Да, я не хочу разделять подразделения. Если восемнадцатый бронетанковый смогут блокировать в воротах части, то они не успеют выдвинуться к назначенной точке. И да, я не доверяю местным до тех пор, пока они не докажут мне, что являются лояльным гражданами Императора, а не скрытыми культистами и еретиками. Поэтому предпримем все меры для сохранения боеспособности нашего и так поредевшего подразделения...

— Можно набрать рекрутов из местных и обучить их. — Вставил свои пять империалов Хват.

— Молчать!!! — заорал Конот. — Не собрание, а базар какой-то!! Лейтенант, твоя рота в полном составе отправляется нести службу на очистные, в помощь к Тихонькому!!! Можете там вдвоем делиться своими размышлениями и догадками сколько влезет!! Ясно?!!

— Так точно. — Флегматично отозвался Хват, пожав плечами. Он уже знал, что полковник может влепить строгача с горяча, но как командир он очень толковый тактик и стратег и на него можно положиться. — Просто укажите точку на карте.

— Вот! — Конот ткнул указкой.

— Хм, это не так уж далеко от здания Администратума, всего в пяти кварталах. — Огрин посмотрел на изображение. — Если что, мы можем выдвинуться на помощь тем частям.

Конот еще попыхтел, позыркав на громилу, но ничего не сказал. Чуть успокоившись и заметив ухмылки на лицах некоторых молодых офицеров, которые тут же стерли их с физиономий, он продолжил.

— С этими двумя обалдуями разобрались. — Махнул Конот рукой на Тихонького и Хвата. — Теперь майор Попов, ваша задача — прикрыть космопорт. Симонс вам поможет, пусть и ограниченными силами, но отвлечет противника, проведет разведку. Капитан Блад, останетесь на территории гарнизона, для ваших гаубиц будет идеальный обстрел главных улиц города, подступов к нему и космопорту, а также территорий заводов, если зереношкурые полезут через заборы. Для охраны гарнизона оставляем там подразделения Холана и Броскена. — Полковник посмотрел на названых, но возражений с их стороны не возникло. — Сигмунд и Грачев — охрана Администратума. С подразделениями арбитрес думаю мы договоримся, их тут немного, а представитель так вообще один, остальные — нанятые помощники из местных, так что вам придется с ними действовать совместно. Капитан Смоляк, Го Сюн, Бриск — на вас охрана ремцеха и всей прилежащей к ним территории, в том числе и пары фабрик. Если орки двинутся туда, то рота Хвата поможет вам продержаться — до ремцеха два квартала, а не пять как до Администратума. — Конот выразительно посмотрел на огрина, который, оттопырив губу, изучал потолок, а присутствовавшая на собрании комиссар Эмилия Кармайкл преданно поедала глазами полковника, словно тот был мессией. Коноту стало смешно, но он сдержался, на лице не дрогнул ни один мускул. — Зальц, Курчатов — поступаете в распоряжение майора Попова, соответственно на вас лежит охрана космопорта. Смотрите, не подведите меня. — Оба были молодыми лейтенантами и синхронно кивнули. — Лейтенант Крох — ваша задача разбить повзводно свою роту и направить для поддержки соответственно к космопорту, к Администратуму, к ремцеху и оставить часть в гарнизоне. Решите сами, кто именно будет охранять вверенные вам объекты. Хозслужбы и механикусы остаются в части, занимаются своими непосредственными обязанностями. На этом объявляю собрание законченным, всем разойтись и вернуться в свои подразделения.

Офицеры встали со своих мест и быстро покинули помещение — Хват вышел первым, чтобы не создавать пробку. Конот посмотрел вслед лейтенантам и вопросительно взглянул на Марша, который, прищурившись, смотрел на полковника.

— Что? — спросил Конот.

— Ты специально отрядил два наиболее боеспособных подразделения охранять склады и очистные? Или это такое им наказание за длинный язык?

— Склады и очистные находятся на краю города и до ремцеха недалеко, а орки, бьюсь об заклад, будут пробиваться именно туда. Ты же знаешь, что из хлама они моментально собирают технику и оружие, если закрепятся там, то мы их оттуда не вышибем, только ценой многочисленных потерь, а мне бы этого не хотелось. — Конот покачал головой. — Так что пускай сидят на складах, заменят СПОшников, которые все равно будут мешаться под ногами, хоть какой-то толк будет.

— Согласен. — Кивнул Марш. — Что насчет губернатора?

— Придется идти к нему на прием. — Конот хрустнул зубами. — Ты же знаешь, как я не люблю этот официоз, но по-другому нельзя. Так что составишь мне компанию, это не обсуждается.

— Я бы предпочел тебе сестру битвы, но ее нет с нами рядом. — Вздохнул комиссар.

— Эге, тебя, видно, сильно зацепило? — удивился Конот. — Давненько такого с тобой не было, но постарайся держать себя в руках и не срываться на подчиненных, а то и так уже слухи и шепотки пошли.

— Наплевать. — Махнул рукой комиссар. — Дальше Глаза Ужаса не пошлют. Ты знаешь, у нас с ней оказалось много общего, в том числе и тем для разговора, а в женщинах я ценю прежде всего это.

— Неужели ум? — полковник был заинтригован. — Мне всегда казалось, что во главу угла ты ставишь формы?

— И это тоже, но как можно кого-то любить, если не о чем поговорить?

— Вот что, разговорчивый ты наш, топай-ка на главную палубу, проверь, как проходи погрузка, да напугай своим видом молодых офицеров, мне тут еще нужно предварительно набросать диалог с губернатором так, чтобы и много правды не выдать и успокоить его паранойю, буде она проснется, а она проснется, поверь мне.

— Все еще опасаешься, что местные могут доставить нам неприятности?

— Это отдаленный мир и лакомый кусок для всевозможных культов, так что готовым надо быть ко всему. — Конот сел за стол и задумчиво грызть карандаш. — Иди.

Марш молча покинул зал.

Челнок приземлился на бетонную площадку космопорта, стальные опоры коснулись литых плит, судно грузно осело на амортизаторах, пилот убрал тягу, заглушая двигатели. Спешить было некуда, выгрузка происходила в штатном режиме, сейчас портовые службы подгонят заправщики, накачают челнок топливом, хотя пилот не спалил и десятой части из того, что находилось в баках, но таков порядок. Ему предстоит еще несколько раз слетать туда-обратно, чтобы перебросить с эсминца всех гвардейцев и уже после этого отдохнуть, пока их малышку будут чинить на верфях. Он уже предвкушал короткий отпуск, который проведет в борделе на орбите. Или спуститься вниз, на Симиллу? На столичной планете должно быть больше развлечений, чем в этом захолустье. О возможном нападении орков он предпочитал не думать.

Как только аппарель лязгнула о бетонную площадку, в проеме трюма появился высокий силуэт в громоздкой броне. Встречающие Имперскую Гвардию первый помощник планетарного губернатора, его советник и немногочисленная свита с удивлением смотрели на то, как по пандусу спускаются высокие широкоплечие громилы. У каждого за спиной виднелась рукоять холодного оружия, будь то меч, сабля, боевой топор или молот, кроме этого ужасающих размеров лазганы, как раз под руку солдатам, болтались на правом плече почти у каждого. Помимо стандартного оружия гвардии великаны были вооружены внушительными дробовиками, огнеметами, тащили несколько ракетных установок, а на поясе у каждого болтались осколочные гранаты. У некоторых в кобурах подмышкой или на бедре покачивались болтеры космодесанта и лазпистолеты. Первый помощник даже ущипнул себя за нос, чтобы поверить в то, что он увидел. Видимо, в Империуме многое изменилось, раз в гвардию стали брать космодесантников, а эти громилы были похожи на них как две капли воды. Он видел изображение элиты войск Империума на пиктах и солдаты очень сильно напоминали их. Первый помощник даже не заметил среди спускающихся великанов шагающих к ним офицера и комиссара и только тычок советника вывел его из состояния ступора.

Перед первым помощником остановились двое — офицер в чине полковника, сразу видно по физиономии, что он опытный воин, глаза настороженно осматривали открытое пространство, рука лежала на рукояти лазпистолета, да и вся поза просто кричала о том, что он готов к бою. Второй выглядел точно также, лишь форма комиссара говорила о его принадлежности к этой организации Империума, да и ладонь покоилась на рукояти силового меча. Первый помощник наконец сообразил, что эти люди подошли не просто так и ждут от него хотя бы слов приветствия, которые он поспешно и произнес:

— Ваше появление на орбите нашей планеты было неожиданным, но не нежеланным! — растекся помощник в улыбке. — Дозволено ли будет мне узнать, что именно привело к нам почтеннейшую Имперскую Гвардию?

Вместо слов полковник протянул первому помощнику бумагу с гербовыми печатями, которую чиновник принял с осторожностью и благоговением.

— Это копия бланка приказа, оригинал хранится у меня в сейфе и на корабле. — Скрипучим голосом произнес офицер. — Согласно ему мое подразделение с приданными мне в помощь восемнадцатым бронетанковым и пятьдесят четвертым артиллеристским должны разместиться на территории гарнизона, который вами более не используется.

— Просто большой надобности в этом не было. — Затараторил помощник. — Кассандра неопасная планета, тут нет больших хищников и защищать население не от кого, поэтому согласно указу планетарного губернатора от девятьсот девяносто седьмого года часть была расформирована, а несущие там службу солдаты демобилизованы или же перешли под командование СПО. — Помощник сглотнул. — Все соответствующие бумаги тщательным образом оформлены и заверены в Администратуме системного сектора, вы можете с ними ознакомится дополнительно, если будет желание.

— Непременно. — Прокаркал полковник. — Должен уведомить вас, что как только мы наведем порядок на территории гарнизона, то немедленно приступим к своим обязанностям по несению караульной службы.

— Губернатор будет безмерно вам благодарен, если вы почтите его своим присутствием. — Передал помощник распоряжение своего шефа. — Прием состоится через три дня, в День Великого Почитания Императора, этого времени вам будет достаточно, чтобы освоиться в части?

— Вполне. — Кивнул полковник. — Как насчет подвоза стройматериалов или же нам справляться своими силами?

— Я постараюсь как можно быстрее решить этот вопрос, но вы должны понимать, что сейчас наступило время уборки урожая и все рабочие руки, а также техника заняты на полях, да и праздник на носу. — Первый помощник с деланным огорчением развел руками. — Так что сами понимаете, быстро такое организовать не получится.

— Тогда могу я воспользоваться своим транспортом и где необходимо получить разрешение на доставку или же вывоз материалов? — поинтересовался полковник.

— Можете обращаться напрямую ко мне. — Заявил чиновник. — Если же я буду отсутствовать на рабочем месте, то к моему советнику. А вообще, дайте подумать... — он сделал паузу, — я могу выделить вам человека для обеспечения всем необходимым, чиновника из аппарата Администратума, через него можете решить все свои вопросы. И да, известить о передвижении своих войск арбитрес тоже не помешает, а то они у нас немного нервные в последние время.

— Это еще почему? — спросил подозрительно комиссар.

— О, не волнуйтесь, это наши местные проблемы, вам не стоит о них беспокоиться. — Отмахнулся чиновник и посмотрел на часы. — К сожалению, я вынужден вас покинуть, дела требуют моего присутствия. О времени приема у губернатора я сообщу позднее. Еще раз рад приветствовать вас от лица администрации на Кассандре.

Первый помощник откланялся и вся его свита прыгнула в машины и тут же умчалась из космопорта. Конот задумчиво посмотрел им вслед.

— Что-то он мне не нравиться.

— Так он не баба, чтобы нравиться. — Пошутил Марш, — но я с тобой согласен — скользкий, неприятный тип. И к тому же что-то скрывает.

— Эта его оговорка... почему арбитрес напряглись? И зачем им наши маршруты? Если они завязаны с культистами, то мы дадим им информацию прямо в руки. Не нравится мне все это. — Конот покачал головой. — Им что, не переслали информацию о возможном нападении орков?

— Все может быть, — кивнул комиссар, — с их главным нужно поговорить, наметить планы совместных действий в случае вторжения, раз уж он здесь не местный.

— Да, определенно не помешает. — Конот оглядел пустую площадку, на которой одиноко стоял их челнок и рядом с ним садился такой же, чтобы выгрузить технику. — Похоже, транспорт нам не дадут, придется пользоваться своим.

— Ничего, пара рот доберется пешком, тут всего-то пятнадцать километров через город. — Хохотнул Марш. — И я даже знаю каких. — Он подмигнул полковнику, указывая головой на огринов. — Гвардейцам не привыкать топтать сапогами землю других планет.

Полковник только кивнул. Он видел, что Хват уже построил свое подразделение, Тихонький, Холан, Грачев, Сигмунд, что летели вместе с ним в челноке, тоже не отставали — их роты не перемешиваясь, строились повзводно, ожидая приказов.

— Похоже, традицией прохождения имперской гвардии по центральным улицам города здесь решили пренебречь. — Проворчал Конот. — Но ничего, мы это живо исправим. Симонс!! — воззвал он по вокс-связи к лейтенанту, который первым вывел из трюма второго челнока своего "Стража". — Бери двоих и сопровождайте по городу пехоту до части, пойдете напрямик, часть находится на другом конце улья. Я останусь здесь, встречать остальных. Маршрут знаешь?

— Уже забит в когитатор. — Ответил лейтенант.

— Добро. Посмотрите что у них здесь и как, да и себя покажете, нужно поднять моральный дух населения и напомнить этим деревенщинам, что они входят в состав Империума человечества, а не чертовых Тау. Я смотрю они тут слишком уж расслабились, если уже имперскую гвардию не встречают как подобает. — Конот потер шею. — Как доберетесь, пусть лейтенанты Хват и Тихоньких оценят масштаб восстановительных работ и начнут разбирать завалы и вообще наводить порядок. Вы меня слышали, оболтусы? — обратился Конот к обоим "строптивцам", подразделения которых являлись самыми эффективными в бою.

— Так точно. — Прогудел огрин.

— Есть, товарищ полковник. — Козырнул Тихонький и их роты первыми потопали за "Стражем" Симонса. Грачев, Сигмунд и Холан отдали приказ двигаться следом за ними, уловив намек полковника, что транспорта им тоже не видать.

— Комиссар Кармайкл!! — крикнул Марш и Эмилия обернулась. — Ты за старшего над этими дуболомами, надеюсь на тебя, девочка! Покажи этим гражданским, что такое Комиссариат и Имперская Гвардия!

— Да, товарищ комиссар.

— Все, пи... э-э, топайте. — Марш махнул рукой и побежал догонять Конота, который уже пытался связаться с наземными службами и выяснить, почему челнок не заправляют и вообще отчего рабочие забили на свои обязанности. А также решал вопрос с транспортом для перевозки войск — придется спускать свой с орбиты, а он надеялся сделать это в последнюю очередь, рассчитывая на хлебосольство местных, но не судьба.

Хват оглядел свое, чуть поредевшее, но храброе и смелое воинство. Верный Подмышка, последний оставшийся из его рода, близкий друг, следопыт Молчун, бойцы Кулак, Битень, Стержень, Ловкач, лейтенанты Гора и Жила, Веснушка и Веселушка, вредная Заноза, которая сейчас хмурила брови, Ступа чуть покрикивала на свое отделение, заставляя пошевеливаться, комиссар Кармайкл, а теперь еще и рота Тихонького. Они здорово сработались на той безымянной планете с ними. Не хватало еще сестер битвы, девчонки как-то ловко дополняли и разбавляли мужское подразделение, причем ни у кого не возникало желаний ниже пояса по отношению к ним. Просто каждый в их присутствие не хотел ударить в грязь лицом и отлично делал свою работу. Хват вздохнул и махнул рукой.

— За мной, барышни.

Гора усмехнулся на эти слова, остальные если и не поняли, но возмущаться не стали. Огрины взвалили на свои плечи часть груза, распределив его поровну и потопали за медленно идущим шагоходом. Перемешанное подразделение выставило охранение, первое отделение как всегда взял на себя эту обязанность и теперь Шорох шел чуть впереди, а его верный потертый лазган, и так собранный из старых запчастей старым механикусом, висел на ремне подмышкой. Правая рука огрина была готова вскинуть оружие при появлении любой угрозы, внимательные глаза, скрытые в глубине черепа, тщательно осматривали местность, встреченных людей и высотки зданий. Эмилия шла рядом с Хватом, крутя головой по сторонам. Город-улей был не таким уж большим и не слишком старым. Широкие проспекты, многоуровневые развязки дорог, высокие шпили домов центральной части перемежались с перерабатывающими фабриками, которые из выращенного сырья делали брикеты и сухпаи, заводами, производящими консервы, цехами, в которых мололи зерно, делали крупы и упаковывали все это в коробки. Конвейер по производству продовольствия был хорошо отлажен и работал без сбоев. И должен продолжать также работать, не зависимо от того, нападут орки или нет. Вокруг заводов и фабрик находились жилые кварталы, отдельные места для развлечений, парки отдыха и прогулочные зоны. Жизнь в Империуме сурова, но не настолько, чтобы забывать о приятном. Людям требовались зрелища и отдых и Администратум готов был их предоставить — все зависело от желания планетарной власти. Другое дело, что на разных планетах был различный подход к этому вопросу, не говоря уже про Кардинальские Миры, где для молитв Богу-Императору отводили пять минут каждый рабочий и нерабочий час, неважно спишь ты или бодрствуешь. Неисполнение каралось очень сурово, вплоть до казни.

"Страж" вывел колонну солдат из космопорта по центральной магистрали и потопал в город, который вырастал перед ним. Движение было не таким насыщенным — кроме челноков имперской гвардии больше никого на космодроме не было, а ближайший космический грузовик ожидался дня через три, а может и через неделю — здесь, в этом системном секторе временные сдвиги были обычным делом. Недалеко крутился варп-шторм, отголоски которого и сбивали корабли с курса, вышвыривая их в реальный космос. Так что, навигация хоть и была затруднена, но возможна и наверняка поэтому власти и расслабились, посчитав себя в безопасности.

По мере приближения к городу по дорогам проносились грузовики, выезжая с фабрик за выращенным на полях сырьем. Чтобы не топать по проезжей части и не мешать движению рядом с ней проложили широкую пешеходную дорожку, но даже она не могла вместить строй солдат. Симонс, медленно ведущий шагоход, просто занял одну из полос, сместившись к центру дороги и теперь водители, матерясь сквозь зубы, были вынуждены объезжать растянувшуюся колонну, вот только лейтенанта это совсем не волновало — он исполнял приказ. До части можно было добраться и в объезд города, но делать такой крюк в двадцать восемь километров что-то не хотелось, а пешими можно было добраться за три часа, да и совершить прогулку по месту своей дислокации тоже не помешает, да и себя показать заодно. Видимо за этим полковник Конот и отправил войска пешим порядком.

На улицах не было слоняющихся прохожих — все работали в поте лица на полях или же фабриках, а те редкие лентяи, что попадались на глаза, старались очень быстро исчезнуть. Также не было видно патрулей арбитрес, что должны были охранять покой граждан или постовых СПО. Эмилия смотрела по сторонам, изучая город. Собственно, ничего нового она не увидела — типовые жилые постройки, грязные и серые коробки фабрик и заводов, величественное и высокое здание Администратума, единственное, которое выбивалось из этой палитры серости и уныния. Никакой изюминки, словно архитектору, что проектировал город, отрезали руки. Девушка покосилась на левую искусственную руку Хвата и тут же отвела глаза.

— Странно, что полковник отвел нам для охраны какие-то склады. — Прогудел огрин, глядя на здания фабрики. — Заводы поважнее будут.

— Они находятся в центре города. — Ответила Эмилия, вспоминая карту. — А космопорт, склады, ремцех перекрывают подходы к ним. Все объекты охватить мы не сможем, да и в случае штурма города орки будут как всегда наступать волной, вопя и стреляя по все что движется.

— Не стоит недооценивать противника. — Покачал головой Хват. — Я, конечно, не сталкивался еще с орками, но уверен, что так про них говорят только те, кто слышал краем уха про зеленошкурых, но не видел их воочию. Так что будем исходить из того, что они могут засылать диверсионные группы в город. Как тут с системой канализаций?

— Не знаю. — Пожала плечами Эмилия. — Все, что я успела прочитать, когда летели сюда, это то, что городу от силы триста пятьдесят лет, он перестраивался два раза, так что под этой дорогой, — она топнула посильнее, — есть еще многокилометровые переходы коммуникаций, трубопроводов, оснований старых зданий и подвалов, и доступ туда имеют городские службы.

— Надо бы выяснить если ли входы или выходы в районе складов, ремцеха, администратума и заводов. — Проворчал Хват. — А то выскочат орки как чертики из табакерки... о, что это?

Огрин удивленно показал на производимые работы — строители выкорчевывали деревья парка, ломая дорожки и бордюры, роя котлован под строительство. Раньше, видимо, здесь был холм, раз на такой высоте оказалась земля — остальные парки были разбиты на бетонных площадках и туда грунт завозили, чтобы посадить деревья. Эмилия опознала в подвезенных материалах стеновые панели для жилого здания.

— Им что, не хватает места? — удивился Хват. — Город может расти вширь сколько угодно, а они кучкуются внутри и уничтожают зеленую зону.

— Действительно, странно. — Комиссарша задумалась. — Поколения губернаторов старались облагородить городскую среду, а этот потомок все уничтожает. Зачем?

— Просто у него явно не все дома. — Включился в их разговор лейтенант Тихонький, который оставил свою роту и подошел к Хвату. Он тоже заметил ковыряющихся в земле рабочих. — Но не это странное, вы заметили, что на улицах почти нет людей?

— Так все на работе. — Пожал огрин плечами. — Ничего удивительного.

— В городах-ульях работают посменно. — Наставительно произнес лейтенант. — И работяги частенько любят выпить в кабаках и барах, а их жены — прошвырнуться по магазинам в свободное время. Работающих лавок раз два и обчелся, а ведь это пусть и небольшой по меркам Империума, но город! Здесь должно быть все, хотя бы от производства пищи и одежды, до высокотехнологичного оборудования!

— Это аграрная планета, тут мало полезных ископаемых. — Возразила ему Эмилия.

— Но они есть! — Тихонький поднял указательный палец вверх. — Что мешает использовать их для собственных нужд, если вы экспортируете продовольствие? Платить десятину в год вы и так сможете, а остальное на развитие собственной планеты, но нет — стагнация и упадок. Они ломают парк, чтобы на его месте возвести новое жилое здание, когда вокруг места полно! Это не глупость, это саботаж!

— Потише. — Пробурчал Хват. — Конечно, на улице никого нет, но и у стен есть уши, держи свое мнение при себе. Для этого нас полковник и отправил пешими, чтобы мы изучили обстановку в городе. Тут по прямой меньше пятнадцати километров до части, а ведь ее расформировали... какой сейчас год?

— Когда я закончила Схолу то шел пятнадцатый сорок второго тысячелетия. — Ответила Эмилия.

— Почти двадцать лет назад, а ведь территория части до сих пор простаивает. Могли бы легко застроить и ее, тем более, раз там уже почти все готово, просто отремонтировать здания.

— И тогда получили бы по шапке за самоуправство. — Усмехнулся Тихонький. — Гарнизон принадлежит имперской гвардии и точка.

— Мы могли бы развернуть лагерь где угодно. — Хват поправил маску на лице, потом вовсе ее снял и, задержав дыхание, быстро сменил кислородные патроны. — У нас все для этого есть, а любой губернатор смог бы договориться с Администратумом если бы захотел увеличить площади города.

— Я и говорю — имбецил. — Пожал плечами Тихонький. — Он просто вывеска, а за него рулят помощники, именно они претворяют в жизнь эту вот политику. — Лейтенант ткнул в сторону развороченного парка, который колонна уже почти миновала. — На промышленных и индустриальных планетах строят кислородные фабрики, чтобы восполнять потери и дать возможность нормально дышать, я уж не говорю о мирах-кузницах, где все заковано в сталь и бетон. Но если тебе досталась такая планета, пускай и аграрная, то глупо копировать промышленный мир, уничтожая зеленую зону. — Он вздохнул. — Я родился на планете, которую называют мир-сад и подобное отношение к живой природе вызывает у меня глубокое чувство огорчения и грусти. Так не должно быть.

— Или здесь происходит что-то странное. — Хват выпятил губу. — Арбитрес нет на улицах, словно они сидят в своей крепости поджав хвост, праздно шатающихся граждан тоже не наблюдается, город словно застыл в страхе. Перед вторжением орков?

— Все может быть. — Снова пожал плечами лейтенант. — Но это началось не вчера — словно тень накрыла этот мир.

— Может быть здесь культисты? — тихо спросила Эмилия.

Лейтенанты бросили быстрые взгляды друг на друга и по сторонам. Каждый помнил хаоситов, с которыми пришлось сражаться на той безымянной планете и чувство тревоги выросло еще больше.

— Если это так, то наше появление заставит их зашевелиться. — Проворчал Тихонький. — Либо же здесь присутствуют мятежники и еретики, которым гвардия как нож в сердце, вот они и затихли. Часть работает в поле для отвода глаз, а остальные готовятся или затаились, чтобы не быть обнаруженными. Если они совсем повернутые, то нападут сразу.

— Если же нет, — продолжил Хват его мысль, — то дадут нам время успокоиться, расслабиться и ударят в тот самый момент, когда мы этого не ждем.

— Или же дождутся вторжения орков и обтяпают свои делишки, прикрывшись ими. — Произнесла Эмилия и оба лейтенанта уважительно посмотрели на нее.

— Растешь. — Похвалил Хват. — Скоро будешь на глаз отличать лояльного гражданина от еретика. — И засмеялся.

За такими вот разговорами и думами колонна за три часа добралась до территории части, на которой уже вовсю бегали солдаты Броскена и Бриска — полковник привез следующую партию воинов на собственных транспортерах за пятнадцать минут. Руководил работами комиссар Марш, он же первый и заметил марширующую колонну, которая змеей втягивалась на территорию части. Хват метнул взгляд на поваленный в нескольких местах забор, на покосившиеся здания, провалившиеся внутрь крыши, запустение и хаос. Не тот Хаос, а просто бардак и беспорядок. Марш рысью подбежал к прибывшим.

— Ну? — спросил он и его поняли.

Тихонький чуть подтолкнул Эмилию вперед и та, немного косноязычно поведала все идеи, что высказали лейтенанты по дороге. Комиссар серьезно задумался.

— На первый взгляд просто непродуманное руководство планетой, — произнес он, теребя подбородок, — однако отсутствие патрулей на улицах и простых людей... такого быть не должно. Нужно переговорить с Конотом и с органами порядка в первую очередь.

— Не стоит спешить. — Прогудел Хват. — Что, если они находятся в том положении, что вынуждены себя так вести? Как будто в осаде?

— И меня это настораживает — слишком много информации для одного дня. — Марш посмотрел на визжащего на солдат Броскена. — Здания и территорию нужно будет привести в порядок как можно скорее, усилить оборону, создать запас провизии на время осады и сделать это нужно было еще вчера. Если здесь сидят культисты, то они понимают, что позволить нам закрепиться — это потерять преимущество. Я уверен, что Администратум тут тоже замешан, без его ведома ничего не делается на планете, иначе отчего первый помощник так быстро сбежал? Вроде как у него дела, но какие могут быть дела у чиновника в городе, который и так находится на самообеспечении? Писать запросы в столицу о законности нашего нахождения здесь? Так ведь мы предоставили нужные бумаги, а чиновники ими питаются. — Усмехнулся комиссар. — Так что работаем как можно быстрее, Хват, определи один взвод для охраны периметра, устрой схроны и секреты, как ты это умеешь.

— Сделаем. — Кивнул огрин, но не стал отдавать приказ. — Товарищ комиссар, не стоит торопиться с восстановительными работами. Оставим часть казарм как есть — здесь тепло, солдаты точно не замерзнут, а начни мы немедленно возводить укрепрайон, то они поймут, что мы что-то подозреваем. Предлагаю пока возиться силами только хозвзвода и техников — распределим караулы как и договаривались. Они подумают, что мы распылили силы и нас можно уничтожить поодиночке и расслабятся, а то нашим появлением мы их сильно напугали. Могут ведь и прислать наблюдателей, нужно только выставить часовых. Сыграем в их игру, обманем противника. Начнем копать траншеи и окопы, замаскировав это под прокладку труб для отопления казарм, постепенно превратим казармы в доты и соберем мобильные бункеры.

— Мы же валхалльцы, нам батареи не нужны. — Ответил серьезно комиссар.

— Они знают об этом?

— Да.

— Здесь от валхалльцев едва треть, остальные обычные померзаи и лучше это продемонстрировать этой ночью для наблюдателей. А то, что они будут, я не сомневаюсь. Я бы точно выслал соглядатаев, пока войска не разместились. — Хват посмотрел в сторону редкого леска. — Я займусь охраной прямо сейчас.

— Хорошо. — Кивнул Марш. — Тихонький, Грачев, приступайте к разбору завалов, ломайте те две казармы, скоро подвезут инженерный взвод, нужно обеспечить им фронт работ.

— Есть. — Без энтузиазма отозвались лейтенанты. — Лучше бы поручили это огринам, они вон какие здоровые. — Проворчал Тихонький себе под нос, но Хват его услышал.

— Товарищ комиссар, пусть взвод лейтенанта Жилы поможет остальным, да и наблюдателям, если они уже здесь, будет видно, что огрины никуда не делись — они же нас видели.

— Об этом я как-то не подумал. — Буркнул Марш. — Хорошо, приступайте. Так, Броскен, это еще что такое?!! — заорал он. — Я тебе, дурья башка, что сказал делать?!!

Комиссар побежал разбираться с нерадивым лейтенантом, а Хват хмыкнул и махнул своим рукой — предстояло еще обустроить секреты до заката.

Технику перегоняли весь оставшийся день и даже зацепили немного ночи. Со стороны планетарных властей помощи никакой не оказывалось, но и препятствий не чинилось, что уже было хорошо. Полковник Конот подошел к передислокации комплексно, он не допускал неразберихи, отдавал команды с поверхности планеты пилотам челноков какие именно подразделения отправить в первую очередь, какие могут подождать и контролировал выгрузку на космодроме, тогда как комиссар Марш и вскоре присоединившийся к нему майор Попов рулили в части. Инженерный взвод лейтенанта Смока сбивался с ног, стараясь как можно быстрее привести казармы в жилой вид и взвод Жилы ему очень сильно помогал. Огрины благодаря своему высокому росту и силе срывали кровлю с крыш, стаскивали все это в одно место, отведенное для мусора, ратлинги управляли техникой, люди-солдаты разгребали завалы и также таскали мусор, чистили в казармах, чинили кровати. Техножрец Децим также переправился вниз вместе со всеми, но его не интересовала подобная суета, хотя он и отрядил нескольких механикусов рангом пожиже в помощь гвардейцам, сам же занялся недоделанной техникой, ремонтом оружия. Магоса не волновала дыры в стенах и отсутствии крыши над головой, главное, чтобы было электричество. Раз часть расформировали, то и токопроводящую линию тоже отрезали, оставив только столбы, и сейчас Конот пытался связаться с Администратумом, чтобы решить этот вопрос. Однако там хранили глубокое молчание — рабочий день закончился и чиновники отправились отдыхать. Проблемы военных их не волновали. Впрочем, Конот не слишком расстроился — топлива для танков и машин было полно, а подключить установленные по периметру лампы освещения к запитанному от них генератору было парой пустяков. Оба склада уже были расчищены, они вообще пострадали меньше всех потому что были сделаны на совесть из стандартных бетонных блоков с такими же плитами перекрытиями, сверху залитыми влагоотталкивающим составом, который проникал во все щелки и намертво их закупоривал, так что дождь, снег и ураган был строениям не страшен. Чего нельзя было сказать о казармах — типовые стеновые панели держались на честном слове и на перекрытиях крыши.

Со всей этой возней полковник забыл об огринах, пока лейтенант Хват не подошел к нему и не произнес почти на ухо.

— Периметр под контролем, ни один паразит не проскочит.

— Хорошо, — рассеяно кивнул полковник, — смена каждые четыре часа.

— Нет, — мотнул огрин головой. — Ребята подежурят до утра, иначе все схроны могут обнаружить наблюдатели, когда мы будем меняться. А утром создадим бурную деятельность за периметром и сменим караульных.

— Они не выдержат всю ночь, под утро обязательно кто-нибудь уснет.

— Дежурят по трое. — Объяснил Хват. — И потом, они ведь охотники привычные сидеть в засадах, так что не впервой. Я буду вон там, возле складов. — Он указал рукой на работающих ратлингов. — Самое опасное направление — лес рядом, можно подобраться достаточно близко и высмотреть все что нужно.

— Ты говоришь так, как будто уже ожидаешь нападения. — Проворчал Конот. — Хотел бы я успокоить свою паранойю, но не могу, перед глазами так и встают картинки на Фелиции.

— А что там было?

— Культисты. — Мрачно отозвался полковник. — Полный город-улей проклятых культистов и всего два полка — наш пехотный и Первый Танитский. Они слишком долго шли к власти на той планете, чтобы в одночасье все потерять и напали именно в тот момент, когда мы этого не ждали. А ведь нас туда перебросили надолго, как в усиление Танитскому. На Фелиции уже давно работал Инквизитор, вел расследование, копал так глубоко, пока культисты не решили, что он начал им мешать. Все было законспирировано до такой степени, от губернатора до последнего работяги, что не сразу и заметишь. Мы и не заметили, а когда еретики напали, то было уже поздно. В общем, от полка остались жалкие остатки, пока на выручку не пришел космодесант, а то мы так там бы все и погибли. Из шести тысяч гвардейцев сохранилось едва три-четыре процента. Все сержанты — Тихонький, Грачев, Холан — стали лейтенантами, потому что просто некого было назначить на их должности, почти все командиры погибли, а они были славными солдатами, что отдали свои жизни во славу Императора и Империума в борьбе с Хаосом! Поэтому я больше не допущу подобного, пускай в чужих глазах и буду выглядеть посмешищем, но на их мнение мне наплевать!

— Надо будет поставить танки так, чтобы они не попали под массированный обстрел со стороны противника. — Произнес Хват, оглядывая территорию. — Я верю вам, полковник, да и то, что я видел в городе откровенно настораживает. Он как будто вымер.

Конот дернулся, но ничего не сказал. У него были точно такие же ощущения. Хват попрощался и растворился в темноте ночи. Командир так и не понял, как они это делают, вроде бы такая громадная туша только что маячила перед ним и раз, словно испарилась в воздухе. И потом, Тихонький что-то такое говорил про подземелья, когда огрины пошли вперед. Их тела не давали засветки на ПНВ и термосканерах, а это вообще немыслимо — обмануть такую технику. Они ведь не псайкеры, чтобы наводить морок. Конот выкинул эти мысли из головы — перед ним стояли более насущные дела.

Хват скользнул в отрытую нору, задвинул за собой "люк" из дерна и приготовился лежать так всю ночь. Рядом с ним, метрах в двух также в отдельно отрытом схроне залег Молчун, чуть дальше него — Космач. Еще через тридцать метров следующая тройка и так по кругу. Ста восьмидесяти огринов не хватило, чтобы опоясать весь периметр, так что где-то расстояние было чуть большим, а со стороны дороги так вообще ничего не прикрыто, но там КПП и если культисты дураки и полезут с той стороны, то караульные вовремя их заметят — там Тихонький поставил своих лучших сержантов и Хват не слишком переживал на их счет — он уже видел чего эти люди стоят в бою.

Когда в части наконец угомонились, техника прекратила журчать и стучать, только генераторы жужжали, давая свет по периметру, Хват услышал голос леса. Растительность здесь была похожа на земную — широколистные деревья и кустарники, пусть и другой формы и салатного цвета, колючая трава, но все это так напомнило ему родину, что сердце чуть-чуть защемило. Не тот заснеженный кусок камня, где он родился в этом мире, а ту, самую первую, с ее полями и лесами, голубыми реками и глубокими озерами. Здесь тоже захотелось встать и пройтись босиком по траве, провести рукой по листве, постоять, прижавшись лбом к дереву. Просто глубоко вдохнуть воздух, пускай он и был чужим, зато почти без примесей выхлопных труб заводов, шум от которых долетал сюда даже ночью.

Глаза огрина отлично видели в темноте, различая силуэты кустов и деревьев, так что любое движение он заметил бы сразу же. И все предосторожности, предпринятые Хватом, оправдались в полной мере — кто-то приближался со стороны дороги. Какая-то мелкая тень то резко замирала, размазываясь в пространстве, то перебегала от куста к кусту. Огрин, как это всегда было с паразитами, мысленно обратился в камень, чтобы они его не почуяли. Это был инстинкт этого тела, впитанный с молоком матери, пускай и в голове у здоровяка сидело сознание инструктора по огневой и боевой подготовке. Разум очистился от мыслей, тело замерло, казалось, будто кровь еле-еле течет по венам. Глаза следили за тенью, которая надолго замирала и также насторожено осматривалась. Она делала несколько шагов и снова останавливалась. Несомненно, это был человек, одетый во все черное. На голове у него был словно вырезанный из кости череп, но Хват понял, что это такой шлем. За спиной у человека виднелись скрещенные рукояти мечей, на поясе подсумки с носимым снаряжением, на правом бедре кобура с лазпистолетом, подмышкой — еще одна, на этот раз с каким-то уродливым оружием. Хват не мог его опознать.

Человек прошел мимо него к поваленному забору метрах в восьми. Хват медленно приподнял дерн, под которым лежал, и поднес к губам духовую трубку, в которую уже был вложен дротик смазанный парализующим ядом паразита. Такой концентрации хватит, чтобы гарантировано завалить или убить человека, сердце просто не выдержит и остановится, но огрину не нужен был мертвец. Он смазал жало чуть-чуть, только чтобы нейтрализовать на время и допросить диверсанта. Он увидел, что справа точно также чуть шевельнулся дерн и оттуда показалась такая же трубка — Хват всем раздал указания по поводу возможного проникновения и захвата противника. Охотники были опытные и атаковать из засады для них было плевым делом. Одновременно произошло два выстрела, но в этот момент человек как будто что-то почуял и немного отклонился в сторону, после чего невероятным кульбитом назад ушел с линии обстрела, вынимая из кобуры лазпистолет. Хват готов был поклясться, что он попал, однако то ли дротик не пробил одежду диверсанта, то ли концентрация яда оказалась слабой, но тот даже не покачнулся и продолжил отступление, не стреляя — он не видел целей. Огрин быстро покинул свою лежку, точно также рядом с ним вздыбилась земля и Космач с Молчуном, а также Битень и Стержень, залегавшие по правую руку от Хвата метрах в двадцати, присоединились к своему командиру. Человек быстро вынул лазпистолет и ту непонятную уродливую штуку и начал стрелять в сторону внезапно возникшего перед ним противника. Огрины не стали стоять столбом — в их руках как по мановению волшебной палочки появились болтеры и лазганы и пара вспышек уже возвестили о том, что громилы открыли огонь по диверсанту — сейчас уже не до захвата, главное не дать ему уйти. Тот выстрелил из уродливого пистолета и внезапно посреди леса, рядом с Битнем раздался громкий взрыв и яркая вспышка ослепила бойца. Его засыпало землей, огрин успел отшатнуться и упасть на живот, перекатываясь в сторону, так что ударная волна только слегка его задела, не причинив вреда. Однако время уже было упущено — человек в черном прыгнул в кусты и оттуда раздался приглушенный вой, и на прогалину леса выскочило нечто зализанное и серебристое и помчалось в сторону города. Хват сплюнул в сердцах и зыркнул на встающего Битня.

— Ты в порядке?

— В голове шумит. — Пожаловался тот. — А так нормально, вроде не задело. — Здоровяк не обращал внимания на пару царапин, что нанесли ему острые камни, попавшие под взрыв и разлетевшиеся со скоростью света. — Это он что, гранату кинул?

— Нет. — Помотал головой Космач. — Это из оружия стрелял. Я видел, что он спуск выжал, а оно все не стреляло, а потом — бах!! И земля в стороны.

— Про такую штуку нам комиссар не рассказывал. — Пожаловался Битень.

— Неверное, новая разработка. — Хват осмотрел следы, оставленные техникой диверсанта в кустах. — Странно, топливо не пролилось, трава тоже не примята, он что, его на дерево повесил?

— Не знаю, надо спросить у полковника. — Посоветовал Молчун.

— Доложить нужно обязательно. — Согласился Хват, услышав, что на территории части зазвучала сирена и все, кто уже уснул, сейчас были на ногах. — Очнулись, паразита им в брюхо!

— Долго. — Покачал головой Стержень. — Проберись лазутчик в казармы, мог бы всех перерезать.

— Думаю, сегодня нас уже не побеспокоят. — Хват посмотрел в сторону города. — Позиции надо менять — эти уже засвечены. Ладно, Космач, Молчун, пройдите по остальным, часть караульных уже можно не томить, пускай возвращаются в казарму, но по паре пока оставим. Я на доклад к полковнику. — Отдал приказ огрин. Ему молча кивнули, приняв к сведению.

Конот только прикрыл глаза, как заревела боевая тревога и пришлось снова вскакивать, надевать фуражку и искать китель, который полковник успел снять. Завалился он на койку в штанах и сапогах, форменной майке и прикрылся тоненьким одеялом, успел уже задремать, как его резко разбудили. Матерясь про себя, Конот выскочил наружу из развернутого инженерным взводом бункера и тут же увидел, как по территории мечутся караульные, однако без паники, просто в порядке создания бурной деятельности. Полковник увидел, что к нему быстрым шагом, почти бегом, приближается Хват. Часть его солдат уже переговорила с лейтенантами, один Броскен пытался паниковать, но Тихонький дал ему в ухо и тот тут же затих. На той планете Броскен отличился в битве с Хаосом тем, что все время прятался за спинами подчиненных и пытался сделать ноги в сторону челноков или гаубиц, где, по его мнению, было безопаснее.

Конот дождался огрина, рядом как по волшебству нарисовался комиссар Марш, лейтенант Тихонький тоже решил проведать руководство и полковник не стал его тормозить — пусть слушает. Майор Попов и капитан Блад, услышав, что тревога была ложной, успокоились и отправились на боковую. Их дело простое — противник на горизонте, значит приникай к прицелу и жми на кнопку спуска, отправляя снаряд танка или гаубицы в сторону обнаруженного противника. Полковник широким жестом пригласил всех в бункер.

— Что случилось?

— Спугнули наблюдателя. — Лицо огрина вытянулось. — Это был человек в черном, на голове шлем в форме черепа, — при этих словах Марш и Конот переглянулись. — Я выстрелил в него дротиком с парализующим ядом...

— Откуда он у тебя? — спросил комиссар.

— С родины. — Пожал плечами Хват. — Прихватил, думал, вдруг пригодится.

В бункер ссыпалась, потирая глаза спросонья, комиссар Кармайкл и скромно присела на скамеечку возле входа, когда полковник сделал ей знак молчать.

— К хаосу яд, что там было дальше? — нетерпеливо спросил он.

— Я точно видел, что попал, но этот попрыгунчик выхватил лазпистолет и еще какую-то штуку и начал стрелять по нам. Не прицельно, а то бы мы тут не разговаривали. Это грохот из его оружия вы слышали — большой взрыв и вспышка. — Хват развел руками, как будто нарисовал полусферу ударной волны. — Я такого оружия еще не видел. Пока мы глазами хлопали, он запрыгнул на какой-то транспорт и вжииик — очень быстро умотал, не оставив следов на земле.

— Ничего не осталось? — с надеждой в голосе спросил комиссар.

— Никаких следов, я все тщательно осмотрел — трава не примята, даже кора на дереве не ободрана.

— Ладно, — полковник задумался, — иди, думаю, сегодня они уже не полезут.

— Я тоже так считаю. — Кивнул огрин. — Разрешите идти?

— Давай, нам тут еще нужно подумать. Людей для охраны периметра оставил? — спохватился Конот, когда огрин уже повернулся спиной.

— Да, только чуть меньше чем было — если что, не проспят, да и я потом вернуть, устрою себе новую лежку, а то те засвечены.

— Ладно, действуй. — Разрешил полковник и огрин убрался, вытащив за собой спящую на ногах Эмилию. Тихонький собрался было остаться, но, заметив красноречивый взгляд полковника, свалил по-тихому (каламбур, однако).

— Что думаешь? — спросил комиссара Конот.

— То, что огрины спугнули ассасина. — Проворчал тот. — Действует он сам или же по указке губернатора — неизвестно, но приятного мало. А тот взрыв и вспышка — не иначе как плазменный пистолет.

— Я тоже в этом уверен. — Кивнул ему полковник. — Черт, все еще круче завязывается!! — с досадой произнес он, ударив кулаком по ладони. — Откуда здесь взялся ассасин и кто именно был его целью — вот что больше всего меня бесит.

— Не пугает? — спросил Марш.

— Да я уже и так пуганый, больше или меньше — неважно. — Пожал полковник плечами. — Только хотелось бы знать, за что тебе решили отрубить башку?

— Может быть за связь с эльдарами?

— Ради такой мелочи посылать ассасина?

— А почему бы и нет, кто его знает, что там в голове у этих чинуш.

— Ассасины подчиняются напрямую Высшим Лордам Терры и Императору, им нет дела до простого полковника. — Задумчиво произнес Конот. — Только если это не прикормленный губернатором изгой.

— Или не ксенолюб. — Произнес Марш. — Он использовал спидербайк эльдаров, вряд ли это был гравиглайдер.

— Да, машина быстрая и маневренная. — Согласился полковник. — Хотя это может быть и ксенотех Тау.

— Машины Тау очень большие и громоздкие. — Подал свой голос Магос из своего закутка. Конот забыл про механикуса, потому что тот стал неотъемлемой частью бункера как какой-нибудь шкаф или гололитический стол. — Шумные, хоть и имеют маскировочные поля, огрины заблаговременно его бы услышали. Лазутчик использовал технику эльдар, я в этом уверен.

— Значит, где-то здесь еще и кучкуются эльдар? — спросил сам себя комиссар Марш.

— Убийца мог купить ксенотех через Вольных Торговцев или пиратов. — Возразил ему полковник. — Но к чему все эти гадания, если мы не знаем, кто его послал?

— На приеме у губернатора молчи об этом случае. — Посоветовал Марш. — Если он сам проболтается или спросит невзначай, а что это была за стрельба в первый день нашего нахождения здесь, вот тогда станет ясно чьих это рук дело. Пока же будем готовиться ко всему, в том числе и к вторжению орков.

— Сейчас я хочу только одного — спать. — Заявил Конот, валясь на койку. — Так что если снова кто-то полезет, то справитесь и без меня.

— Как скажешь. — Улыбнулся Марш и покинул бункер, давая командиру отдохнуть.

Человек в черном вернулся на условное место, где его уже ждали с докладом.

— Как все прошло? — спросил властный женский голос.

— Мне не удалось преодолеть периметр. — Тихо ответил убийца.

— Вот как? — удивилась женщина. — И какова причина?

— Огрины.

— Огрины?!

— Они устроили засадные лежки.

— Как же ты их не почувствовал?

— Не знаю, — пожал плечами тот, — местность выглядела как обычно, ничего особенного. Меня атаковали в спину, дротиками с ядом.

— Судя по тому что ты здесь, они промахнулись. — Удовлетворенно заметила женщина.

— Не промахнулись, оба попали. — Мрачно отозвался тот. — Я смог оправиться от яда, пока летел сюда — он был парализующим, отключал нервную систему.

— Незнакомый состав?

— Яд органического происхождения, не синтетика.

— Другого у огринов и быть не может. — Женщина задумалась. — Как не вовремя они здесь появились, эти гвардейцы! — Она успешно подавила вспышку гнева и снова вернулась к спокойному состоянию. — Что ж, придется скорректировать наши действия. Раз уж эти огрины такие незаметные, то их можно использовать. — Она выразительно посмотрела на остальных членов своей свиты.

Корабль сестер битвы точно также как и эсминец гвардии вывалился из варпа, но не в глуши, а в насыщенной трафиком системе с тремя планетами, где вторая от светила выступала как столица и промышленно развитый мир, третья — наполовину индустриализованная, наполовину принадлежащая механикусам с их научно-исследовательскими учреждениями, а четвертая снабжала все это дело продовольствием. Богатая система принадлежала одному из торговых домов, представители которого входили в совет при губернаторе сектора и вообще играли достаточно серьезную роль в местной политике. Помимо орбитальных заводов промышленности на орбите третьей планеты находилась верфь механикусов и именно туда направила корабль для ремонта канонисса Симона Ганн. Можно было отправиться к Офелии 4, но желания присутствовать лично на докладе перед тамошними канониссами у нее не было никакого желания, так что было принято решение проследовать к ближайшему месту ремонта. Механикусы и торговые дома не смогут отказать просьбе представителей Экклезиархии о восстановлении их судна, ведь сестры несут тяжкое бремя охраны пограничных систем и борьбы с Хаосом, патрулируют совместно со флотом реальный космос и всегда приходят на помощь попавшему в беду пузатому транспортнику торгового дома. Тем более, что Экклезиархии всегда есть чем заплатить за ремонт одного из его кораблей. Симоне только нужно будет предоставить отчет непосредственно канониссе Аурелии, которая и отправила ее в эту замечательную миссию. Для связи можно будет использовать возможности орбитальной станции, пока корабль будет находится на ремонте. Собственно, техножрецы с эсминца сделали невозможное — вернули ему ход, починили лэнс-орудие, подлатали корпус, где это было возможно и прокинули новые кабели системы управления маневровыми двигателями, после чего уже взялись за свое судно. Теперь уже, после прошедшего времени, Симона понимала, что очень сильно сглупила там, на планете, отказавшись от вызова помощи. Хорошо, что за нее это сделала капитан корабля Жюстина Кадье, а то бы сложила буйную головушку бедная девочка Симона на безымянной планете и допустила бы рождение мерзкого отродья Хаоса. Канонисса протянула руку и в который раз взяла гололитический пикт со стола.

Находясь в своем кабинете на корабле, она занималась размышлениями и составлением отчета для канониссы Аурелии. Плоское изображение общего снимка, сделанное сестрой ордена Пронатус Стефанией как-там-ее встало в один ряд с такими же, дорогими сердцу Симоны. Вот она вместе с подругами при выпуске из Схолы, самая высокая из них, остальные макушками едва доставали ей до груди, обнимает всех четверых, причем крайняя справа канонисса Аурелия. Сестра Визания погибла на Ливандии 6, отражая атаку сил Хаоса, вызванных еретиками, сестру Деметру закинули на один из пограничных миров и больше Симона ничего о ней не слышала, знала только, что это где-то в сегменте Темпестус, где они сейчас и находились. Жива ли Деметра или уже погибла точно также как Визания, защищая Империум от посягательства Губительных Сил, неизвестно, но память о дружбе с ними канонисса хранила в своем сердце. Вот снимок с ее первыми подчиненными, из которых в живых остались только сестра Катерина и сестра Эвелина, причем последнюю осудили за неподобающий поступок и единственным выходом для нее было стать репентией. И Симона снова потеряла еще одну подругу, причем по поводу, о котором до сих пор сожалела — Эвелина взяла вину на себя, за ее, канониссы, просчет. Если бы она только знала!!! Но в то время Симона валялась в госпитале с серьезными ранениями, сестры трудились над ее телом, совмещая аугментику с плотью и теперь канонисса уже несколько лет ходила на кибернетических ногах и частичная надобность в экзоскелете отпала, если бы остальное тело тоже можно было бы заменить. Но руки, верхняя часть тела и голова еще были из плоти и держались на слабых мышцах, выданных ей природой и благодарить за это нужно было низкую гравитацию ее родного мира. Отсюда и высокий рост канониссы — почти два тридцать. Симона вздохнула и отложила пикт в сторону, беря другой, на котором был изображен бравый воин, ее первая любовь, история которой тоже закончилась печально и на этот раз сама Симона чуть не загремела в репентии. Может быть она этого и хотела? Ведь чувство вины за сестру Эвелину до сих пор лежало тяжким грузом на ее сердце и Симона подсознательно искала искупления или же смерти? Сейчас это неважно. Она отставила бывшего парня в сторону и взяла свежий пикт, на котором застыли сестры битвы вперемешку с гвардейцами. Здесь уже Симона не была такой высокой, выше ее только молоденькая комиссар Кармайкл, которая сидела на шее у огрина, спасшего канониссу дважды от смерти. Первый раз, когда на нее кинулся космодесантник Хаоса и второй, там, в подземельях, где пришлось сражаться с демоном. Симона неожиданно для себя провела пальцем по лицу огрина — пикт был качественным и больших размеров, так что снимок был как картина. Сюда вошли все — командиры трех полков, лейтенанты, солдаты, комиссары и сестры. И все они напоминали одну большую семью. Как так получилось, канонисса не понимала, но у сестры Стефании, вероятно, был талант к съемкам или все дело в незначительных мелочах? Например комиссар Марш чуть приобнял сестру Катерину и та не препятствовала этому, наоборот, как-то даже тянулась к нему и оба образовывали нормальную ячейку общества, называемую семьей, вот только ни тому ни другому никогда не создать что-то подобное, потому что обеты невозможно нарушить. Огрин Хват держал за ноги свою комиссаршу, чтобы не свалилась и держал ее не как подчиненный командира, а как старший брат младшую любимую сестренку, Симона четко видела это. Точно также как и командиры его взводов воспринимали Хвата как отца и родню. Да и остальные, можно так сказать, сроднились друг с другом, все это было видно на выражениях лиц стоящих и глядящих в камеру людей, лишь один выделялся своим брезгливым выражением на морде и портил всю картину. Лейтенант Броскен, кажется. Симона нахмурилась и тщательно изучила молодого офицера, из которого так и сквозила надменность, присущая эльдарам. Он был словно чуждым элементом в подразделении и либо время и события выбьют из него подростковую дурь или он сложит где-нибудь свою голову. В любом случае нужно время, чтобы это проверить. Симона глазами вернулась к огрину и вспомнила свой разговор с сестрой Магнолией, главной госпитальер, приданной ее подразделению. После того, как она заявила о том, что огрины являются искусственно выращенными, то канонисса указала ей на дверь своего кабинета.

— Садись, — бросила на ходу Симона, сама плюхаясь в кресло, — Рассказывай.

Магнолия собралась с мыслями, как всегда делала перед докладом.

— Я просканировала несколько особей огринов, взяла у каждого по отдельности кровь на анализ и кусочки кожи, чтобы исключить влияние возможной мутации, ведь как известно огрины развиваются при высокой гравитации и высоком содержании кислорода, поэтому...

— Сестра Магнолия, — перебила ее Симона, — я все это знаю и читала не один раз, так что не надо повторять сестру Стефанию, переходи к сути.

Госпитальер поджала губы, собираясь с мыслями, перескакивая с одного на другое сразу.

— Мне удалось выяснить, что повышенную регенерацию у огринов обеспечивают бактерии-симбионты, что живут у них в крови, а не обычным массированным делением клеток как у человека, хотя последнее у них также присутствует. Это относится к мелким порезам, царапинам и прочим кожным ранам, где эпителиальные клетки врастают под засохшую корку поврежденной ткани или раны и начинают усиленно делиться. — Симона грустно смотрела на Магнолию, но та словно не замечала этого. — Причем кровь сворачивается за секунды благодаря именно этим бактериям-симбионтам, хотя я так и не определилась чем их можно считать — крупным вирусом или же все же живыми организмами. Точных данных об их количестве в организме огринов получить не удалось, потому что их численность постоянно изменялась. Конечно, в процессе эволюции они могли подцепить подобный вирус и приспособиться к нему, но я не определила, чем же эти бактерии питаются и каким образом вообще выживают. Это что касается регенерации, теперь перейдем к дыханию и вот здесь самое странное. — Магнолия сделала паузу. — Огрины могут дышать при любой концентрации кислорода, патроны и фильтры им не нужны.

— Как это? — не выдержала канонисса.

— У них в начале дыхательных путей находится орган, которого просто не может быть у человека, такое ощущение, что его внедрили туда искусственно. Он фильтрует газы, собирает вредные вещества в отдельный горловой мешок и огрину нужно просто выплюнуть гадость, чтобы освободить его. Причем их организм будет себя хорошо чувствовать и при десяти процентном содержании кислорода в атмосфере, когда уже любой человек завернет ласты от удушья и при высокой его концентрации, при которой они и живут. Опять же носителями кислорода выступают бактерии-симбионты, тогда как у человека эритроциты и гемоглобин, но здесь два в одном, что совершенно логично с точки зрения искусственного построения организма. И потом, выяснилась еще одна интересная деталь — бактерии накапливают кислород, который выделяется в процессе дыхания из углекислого газа.

— Погоди-ка, это как? — не поняла Симона. — Они дышат тем, что мы выдыхаем?

— Теоретически, да. — Кивнула Магнолия. — Кто-то заложил в них эту функцию. Растения уже многие миллионы лет умеют перерабатывать углекислоту с помощью хлорофилла, выделяя кислород в атмосферу.

— Вроде бы Хват говорил, что на их планете всегда снег и очень холодно, а из растений только мох и лишайники. — Припомнила канонисса. — Не маловато для такой концентрации кислорода?

— Снег — это вода. — Просто сказала Магнолия. — Есть такая штука как круговорот воды в природе, воздушные массы переносят огромные объемы, а на их планете этого достаточно. Опять же особую роль играет плотность атмосферы и грозы. Возможно, высокая ионизация, которая притягивает атомы кислорода и позволяет получить его из воды. Потом, там наверняка есть гейзеры, горячие источники, возле которых огрины и греются, а вот состав этих вод может быть различным, например с высоким содержанием сернистых соединений. Осталось только добавить немного тока...

— Ага, и опустить туда две металлических палки как катод и анод. — Подхватила Симона. — Не говори ерунды, это слишком сложно для огринов. Я даже представила, что они сидят там и рыбачат, вылавливая кислород для атмосферы. — Улыбнулась канонисса своей "очаровательной" улыбкой.

Сестра Магнолия покачала головой.

— Не знаю, но как вариант все может быть, что еще раз подтверждает мою теорию об искусственном происхождений великанов. На их планете высокая концентрация кислорода и точка, однако они не знают, что могут дышать свободно практически в любой атмосфере, что подходит человеку. — Госпитальер замолчала.

— И это все? — удивилась Симона.

— Нет. Сейчас мы перейдем к их скелету. Данные только косвенные, никто не дал мне отрезать палец, а ту руку, что ты отхватила Хвату, — Магнолия улыбнулась произнесенной ей тавтологии, — ты не догадалась захватить с собой.

— Там как-то не до того было. — Мрачно отозвалась Симона.

— Понимаю. — Кивнула сестра. — Так вот, их кости дополнительно укреплены углеродным волокном, причем последнее постоянно обновляется за счет разложения в организме углекислоты.

— Даже так?

— Функцию доставки строительного материала к костям выполняют определенной формы кровяные тельца, темные на вид. Также как и у нас кости у огринов укрепляются со временем, если они их чаще ломают. Грудная клетка обычного человека может выдержать очень высокое давление, другое дело как оно распределяется по телу, я сейчас не говорю про ударное точечное воздействие. — Магнолия воздела правую бровь. — То, что показывают фокусники на площадях городов это не псайкерство, а возможности человеческого организма, особенно интересен тот факт, когда на тебя закатывают грузовик, а ты лежишь под доской. Тут, главное, правильно распределить давление по всей площади. Но это я отвлеклась, так вот, огрины могут выдержать гораздо больше, упасть с высоты, скажем ста метров и ничего себе не сломать. Это при нашей гравитации, при своей родной — запросто. Но и времени на сращивание и восстановление костей у них уйдет меньше, чем у человека, главное ему почаще есть. Фосфор и кальций они выделяют из пищи, а углерод — из собственного дыхания. Я не удивлюсь, что эти их мхи и лишайники содержат повышенное содержание фосфора и светятся в темноте. — Магнолия улыбнулась. — Тем не менее такое строение организма, полученное в результате эволюции маловероятно.

— Почему?

— Должно было пройти очень много времени, миллионы лет, если не больше. — Заметила сестра. — Современный человек появился как раз примерно столько же лет назад от сегодняшней даты и, как видишь, мало изменился.

— А мой рост? — спросила канонисса. — Все жители нашей планеты изменились достаточно быстро.

— Вы приспособились к внешним условиям, но при этом не отрастили себе дополнительные органы. — Заметила госпитальер. — У огринов их полный набор — непонятного назначения железа, расположенная за сердцем, кстати, шестикамерным, что позволяет им выдерживать большие физические нагрузки, от которой тянутся непонятного назначения нити по всему организму вдоль кровеносных сосудов и капилляров, подходя к коже. Да и сама нервная систем имеет повышенную проводимость и собственный дубликат, если часть из нее будет повреждена, что позволяет огринам, несмотря на их рост и комплекцию, двигаться очень быстро, даже наравне с эльдар. Я так считаю. — Магнолия приняла задумчивый вид. — Хорошо бы изучить еще и этих ксеносов, возможно, некто, кто создавал этих огринов, взял что-то и у них.

— Надо было пристрелить ту ведьму, что помогла нам. — Проворчала Симона и вдруг вскинулась. — Ты думаешь, что это эльдары создали огринов и подсунули их нам?

— Не мели ерунды. — Покачала головой Магнолия. — Ты ищешь врагов там, где их нет. Эльдары, конечно, продвинутая космическая раса, все поголовно псайкеры, но они не любят играться с генетикой, для них это табу. Они полностью полагаются на свои магические силы.

— Что если кто-то из них экспериментировал с отдаленной человеческой колонией во время Темной Эры Технологий и именно там появились огрины? — задала каверзный вопрос канонисса.

— Это... неожиданно. — Задумалась госпитальер. — Теоретически, группа ученых могла сделать нечто подобное, но тогда бы результаты экспериментов держали взаперти, а не позволили им сражаться друг с другом и даже со своими хозяевами.

— Огрины не стали атаковать эльдар, — вспомнила Симона, — они заключили с ними пусть и временный, но союз.

— Вообще-то союз заключил полковник Конот, — припомнила Магнолия, — огрины просто присутствовали рядом. Я уверена, отдай полковник приказ, то ксеносов перемололи бы в труху, даже их ведьма не помогла бы.

— Хват отпустил ее. — Мрачно произнесла Симона. — Что если она активировала какой-нибудь встроенный в его ДНК код и он был вынужден это сделать.

— Огрины — солдаты чести. — Произнесла сестра. — Они заключили союз и выполнили все условия честно и до конца. Я удивлена, почему эльдары проделали тоже самое? Да еще и помогли нам бомбардировкой сил Хаоса.

— Потому что признали в огринах свое творение? — с надеждой в голосе произнесла канонисса.

— Не знаю, — пожала плечами Магнолия, — не уверена. Но то, что они созданы искусственно я готова подтвердить перед абатессой. Хорошо бы получить живой образец для полноценных исследований.

— Я знаю где его взять, — снова жутко улыбнулась Симона. — На одной из планет, куда отправился флот гвардии. И рассказать об этом подробно мне сможет сестра Катерина, которая так скучает по некому комиссару.

— Все же я не стала бы так торопиться с выводами. — Осторожно произнесла Магнолия. — Что если они не виноваты? Ведь ребенок приходит в этот мир безгрешным, он потом набирает себе полную сумку пороков, да и ты сама, разве тебя можно назвать безгрешной?

Симона поджала губы — она не любила, когда ей напоминали про ее ошибки.

— Давай оставим меня и мое прошлое в покое. — Чуть успокоившись, произнесла она, да и сама Магнолия поняла, что задела что-то неприятное. — Мне помогает справляться с пороками вера в Бога-Императора и мое предназначение — избавить Империум от его врагов.

— Главное отличить мнимых врагов от истинных. — Наставительно произнесла госпитальер.

— Ты о чем?

— На планете вы сражались бок о бок с эльдарами и победили, но что было бы, если бы ты отказалась и напала бы на их отряд?

— Хорошо говорить, когда уже все случилось. — Проворчала канонисса. — Да, я согласна признать, что без помощи ведьмы мы бы и не одолели этого демона. Дьявол, мы бы вообще о нем не знали, если бы она не сказала!! Я посчитала, что хаоситы охотятся за нашей Чашей и готова была жизнь отдать, чтобы защитить еще не найденную святыню, а родившийся демона усилил бы их ряды. И почему среди нас не было псайкера. — Простонала она.

— Человеческим псайкерам не сравниться с эльдарскими ведьмами. — Произнесла Магнолия.

— Ты что же, завидуешь ксеносам? — подозрительно прищурилась Симона.

— Просто у них было больше времени, чтобы изучить все аспекты влияния варпа на живой организм. — Просто ответила та. — У человечества его нет, в этом плане мы слабее эльдар, надо это признать, но сильнее в вере, которую нам дал Император. Мы заняли почти всю галактику, говорим с ксеносами с позиции силы и они вынуждены с нами считаться, тогда как эльдар уже ушли в тень, оставив галактику нам. Это закономерное развитие разума — он рождается, растет, взрослеет, приходит к пику своего развития, потом дряхлеет и как итог — умирает. Эльдары — вымирают, просто не хотят этого признать. А мы все сильнее и быстрее расширяем свою зону влияния. Другое дело, что бюрократия и чиновничий аппарат тормозит рост и развитие нашей цивилизации и я сейчас говорю не о коррупции.

— А о чем? — спросила Симона. — Крамольные речи ты ведешь, сестра.

— Я говорю о том, что мы многое могли бы взять от ксеносов, просто переработав их технологии или концепции, но Экклезиархия и Высшие Лорды никогда на это не пойдут. — Жестко произнесла Магнолия. — Мы должны признать, что построили Империум на костях старого мира, ведь человечество уже стояло на грани гибели, но все же выжило, так разве не это свидетельство того, что именно мы должны править галактикой? Все эти орки, эльдары, тау, тираниды, некроны и прочие остатки былых цивилизаций еще пытаются бултыхаться только потому, что мы пока слабы. Будь мы сильнее, будь мы такими как эти огрины, где каждый боец стоит сотни, то никто бы не смог даже подумать о том, чтобы покуситься на наши миры.

— У нас есть космодесант. — Вспомнила Симона и Магнолия в порыве догадки щелкнула пальцами.

— Точно, космодесант! Как же я раньше не догадалась! Огрины — это улучшенный вариант космодесанта!!

— Поясни? — не поняла канонисса.

— Десатника подвергают генетическим модификациям из тех, что еще сохранились после Темного Века Технологий. — С жаром пояснила Магнолия. — И выживет ли ребенок в итоге — никто не знает, один из десяти проходит через их аппаратуру. Огрины уже рождаются такими, с определенным набором генов и навыков, с дополнительными органами, которые формируются в утробе матери. Кто-то запрограммировал организмы их женщин на воспроизводство идеального солдата! Вот какими должны быть космодесантники, они просто бледная тень от того, что могло бы быть. Хотя огрины повторяют их не полностью, скорее всего их кто-то создал под определенные задачи, но вот какие? — Сестра ухватилась за свой острый подбородок как за спасательный круг. — Как ты помнишь, на заре человечества существовало два пути, два течения — одно предлагало кибернетический путь развития, то, что мы сейчас наблюдаем на Марсе и знаем, как механикусы. И второе — чистая генетика, выращивание особи с заданными параметрами как в инкубаторе, а уже после этого естественным процессом воспроизводства населения, после того, как будут устранены все побочные негативные мутации.

— Откуда тебе известна эта информация?

— От сестры Стефании. — Магнолия закинула ногу на ногу, устраиваясь поудобнее. — Тебе стоит с ней побеседовать на эту тему — девочка много времени провела в архивах и память у нее хорошая. Конечно, сведения о человечестве до Темного Века обрывочны и неполны, да еще и Экклизиархия постаралась во время Эпохи Раздора, но не нам их судить. Дело в том, что последователей генетической линии развития совсем не сохранилось даже до Темного Века, а все их информационные носители или же лаборатории были уничтожены. Возможно, против подобного метода развития выступила общественность, поддерживаемая существующей в то время религией. Ведь это противоестественно для человека — менять свою природу. Всех не таких мы воспринимаем как мутантов. — Магнолия выразительно посмотрела на Симону. — Огрины, ратлинги и скваты не исключение. То, что сделал Император со своими Примархами не что иное, как выполнение одной из таких программ. Я даже считаю, что он нашел один из древних комплексов на самой Терре и воспользовался им, а уже потом механикусы подключили его тело к источнику питания этого комплекса и поэтому разум Императора сейчас живет вечно.

— Твои слова попахивают ересью. — Спокойно сказала Симона, глядя на сестру госпитальер. — Я уже начинаю сомневаться в твоей вере в Бога-Императора.

— Разве есть ересь в том, что и так общеизвестно? — вопросом на вопрос ответила та. — Я просто немного под другим углом посмотрела на вещи и к моей вере мое мнение не имеет никакого отношения, я все та же сестра госпитальер, что и была раньше. Я ни в коей мере не сомневаюсь в гениальности деяний Императора, я просто говорю о том, что он мог использовать древние наработки человечества.

— Император создал Примархов одним усилием мысли и не при помощи старых технологий, я в этом уверена. А вмешиваться в физиологию человека — это натуральная ересь! Хаос изменяет людей, превращая их в мутантов, ты сама это видела!

— Влияние Хаоса — влияние варпа, имматериума, где физические законы отличны от наших. — Спокойно парировала Магнолия. — Я же говорю о целенаправленном вмешательстве, если все называть своими именами, то о селекции, как с растениями и животными. Чтобы прокормить тысячи людей, ученые выводили гибриды, растущие быстрее и дающие больше плодов и зерен. Разве это плохо? Мы и сейчас пользуемся результатами их труда, произведенного десятки тысяч лет назад, тем, что вошло в нашу жизнь, как повседневность. Все аграрные миры уже давно используют наиболее урожайные сорта растений, являющиеся результатом генной инженерии. На заре исследований, я уверена, были ошибки и это стоило многим людям жизни, но за века технология была отшлифована до блеска. Так почему мы с удовольствием пользуемся одним и отказываем в жизни другому? Ведь человека точно также можно селекционно вывести, получить требуемый продукт, что блестяще было проделано кем-то с огринами. И наша наука признала их людьми, точно также как и ратлингов и скватов. — Заметила Магнолия. — И потом, полезные мутации всегда шли рука об руку с эволюцией, на один полученный в результате многих спариваний экземпляр приходились десяток, а то и сотня неудачных. Таким образом природа перебирала варианты живой жизни, пока в действие не вступил родившийся разум, который отбраковал бесполезные изменения и внедрил необходимые для выживания. Поработав над природой человека, мы бы получили следующее поколение, которое, несомненно, было бы гораздо выносливее, лучше и продуктивнее, чем наше. Они жили бы дольше, были бы умнее и сильнее...

— Ну, про огринов такого не скажешь. — Симона снова улыбнулась, решив пропустить крамольные речи Магнолии мимо ушей, все равно этот разговор не покинет стен этого кабинета.

— Разве? — удивилась та. — А мне они показались очень умными и не только в военном плане. Им просто не хватает знаний, а те, что были ими получены, оттачивались поколениями на их родной планете. Они могут добывать металл, создавать из него уникальные изделия и оружие, причем оно не обязательно будет плохим — некоторые их аналоги превосходят наши. Просто поговори с Децимом... ах да, он же остался с гвардейцами, а наши техножрецы не имели доступа к починке огринских клинков. Но тем не менее кто-то научил их так обращаться с рудами и металлом и здесь появляется еще одна аналогия, на этот раз с орками.

— Зеленошкурые тут при чем? — не поняла Симона.

— Орки могут создать оружие из хлама, но сами даже не знают, как у них это получается. Просто вшитая кем-то генетическая программа на уровне рефлексов.

— Это что же, тот, кто создал орков, создал и огринов? — смеясь, спросила канонисса. — Огринам максимум пять-шесть тысяч лет — орки гораздо древнее. В архивах ордоса упоминались сражения между ними и эльдарами, которые происходили еще до выхода человечества в космос!

— Наконец-то у тебя начали работать мозги. — Похвалила ее Магнолия. Она разговаривала с канониссой на равных, потому что такое право давал ей её статус. Да и потом, она была старше выпускницы Схолы, пускай и ставшей канониссой. — Мне крайне любопытно кто создал орков, какой он использовал принцип кодирования ДНК и переноса в нем генной информации, и не был ли он применен к огринам.

— Ишь ты куда замахнулась! — покачала головой Симона. — Здесь расследование должен вести Инквизитор из Ордоса, а не простая сестра госпитальер, пускай и главная над медиками. — И канонисса засмеялась своей шутке. Магнолия заметила, что последнее время она стала чаще улыбаться и находиться в хорошем расположении духа после сотрудничества с гвардейцами. Не иначе ей тоже кто-то запал в душу.

— Инквизиторы только ищут проявление ереси и жестоко карают даже невиновных, о каком расследовании ты можешь говорить! — Натурально возмутилась сестра. — Будь их воля, то каждая вторая планета испытала бы на себе экстерминатус.

— Ну, не все же такие радикально настроенные. — Примирительно сказала Симона.

— Кстати, радикалы среди Инквизиторов, которых меньшинство, самые здравомыслящие люди по моему мнению. — Заметила Магнолия. — Они, хотя бы, не орут проклятия и не носятся с воплями, призывая все кары на голову обвиняемого, а тщательным образом ведут расследование, опираясь в первую очередь на факты, а не домыслы и доносы. Да и не чураются использовать ксенотех и брать в свои свиты ксеносов.

— Бррр! — вздрогнула канонисса. — Вот где кроется настоящая ересь, прикрываясь Святой Инквизицией.

— Ты ведь на самом деле так не думаешь? — спросила ее госпитальер.

— Сомнения к Хаосу ведут, — процитировала канонисса фразу из Святого Писания. — Только чистый разумом может отличить правду от лжи. Как говорят, двум Богам служить нельзя.

— Просто держи разум открытым и следуй своему собственному кодексу чести, а не описанным тысячи лет догмам. И не считай мои слова ересью, сам Император был против создания религии имени себя. Просто для объединения человечества нужна была основа, стержень, вокруг которого мы бы сплотились. Так оно и вышло и наша с тобой задача этот самый стержень не уронить и уж тем более не сломать. — Произнесла Магнолия, глядя на насупившуюся Симону. — Вот почему Хват отпустил ксеносов — они полностью выполнили свои обязательства. Он не воспринимал их как врагов, пока они не доказали ему обратное. Начни они стрелять, думаю, огрины ответили бы адекватно.

— Странно, что они на нас не напали, ведь это в духе эльдар — атаковать, когда ты этого совсем не ожидаешь. — Задумчиво произнесла Симона, в который раз пропуская мимо ушей речи сестры. Вообще разговор с ней приобретал интересный оттенок, Магнолия мыслила разумно и адекватно, отделяя зерна от плевел, отличая истинное от ложного.

— Вероятно, их ведьме тоже известно такое понятие как честь. — Пожала плечами Магнолия. — Эльдары хоть и достаточно стары, но похожи на нас, как физически, так и психологически.

— Не все. — Буркнула канонисса.

— Да, ты права, не все. — Согласилась с ней госпитальер. — Но и не многие. Единицы. Например, их мир-корабль, что дрейфует где-то возле Глаза Ужаса, очень часто заключает перемирие с Империумом и сражается бок о бок с гвардией против нашего общего врага. Те же, кто находится далеко от этого ужасного места, преследуют свои цели и они не всегда совпадают с нашими. На этот раз совпали и было бы глупо не использовать такое преимущество, объединившись, а не давать врагу возможность атаковать ослабленные междоусобицей отряды.

— Я все это понимаю. — Вздохнула Симона. — Раньше было все просто — вот враг, убей его. А в эти игры с эльдарами, интригами и скрытыми противниками пусть играют Инквизиторы.

— Иногда и нам приходится в них поучаствовать и хорошо, что у гвардии оказалась своя, более продвинутая версия космодесанта.

— Это ты про огринов? Что тебе еще удалось про них узнать?

— Не так много, как хотелось бы. Например то, что они могут менять температуру своего тела в широких пределах. То есть им не обязательно находится при минусе — они отлично приспособятся и к жаре. В первое время будут испытывать дискомфорт, но потом это пройдет, я уверена.

— Зачем? И как?

— Вероятно, за это отвечает та самая непонятная железа, нити которой опутывают весь их организм, а зачем... наверное для маскировки. — Пожала плечами Магнолия. — Я медик, а не военный, но даже я кое-что понимаю в этом деле. Например, термосканер их точно не определит.

— Когда мы спустились в подземелья крепости, то огрины как будто исчезли, но я не пользовалась термосканером — обычный ПНВ. — Заметила Симона. — Он должен был подсветить их громадные туши, неважно какой они там температуры.

— Принцип работы ПНВ ты знаешь? — спросила медик.

— Для этого нужен техножрец, чтобы разобраться в его потрохах. — Покачала головой канонисса. — Я только умею им пользоваться.

— В общих чертах через преобразователь проходит инфракрасное излучение или же слабый источник света и на выходе получается уже знакомое тебе монохромное изображение объекта. — Пояснила Магнолия и на невысказанный Симоной вопрос, ответила. — Инфракрасное — это то же тепло. Мне часто приходится общаться с техножрецами и некоторых из них не назовешь молчунами. Так вот, вероятно, эта же железа имеет двойное назначение. Она может генерировать излучение определенной частоты либо создавая помехи для подобных приборов, либо создавая поле, которое поглощает все виды излучении, скрывая огрина. Иначе ты бы видела висящие в воздухе доспехи и оружие, а раз этого не произошло, то закономерно будет предположить, что таким образом действует поле. Это только мои догадки, не более, как на самом деле обстоят дела, я не знаю.

— То есть огрины все поголовно псайкеры? — спросила удивленно Симона.

— Нет. — Мотнула головой сестра. — Не путай псайкера и его психические силы, которые генерируются излучением его мозга и развитой нервной системы и природную особенность организма, которая зависит от одного из его органов.

— Ты же сама сказала, что у огринов нервная система очень развита, да еще и имеет дубликат. Почему бы им не владеть некоторыми психическими силами, как тем же эльдарам?

— Возможно, этот механизм срабатывает у них неосознанно, они даже сами не догадываются о том, что на самом деле из себя представляют. — Магнолия пожала плечами. — Во всяком случае нужны долговременные исследования.

— А другие огрины с других планет? Они тоже такие же, как они?

— Нет. Я изучила этот вопрос, прежде чем идти к тебе и готова заявить, что уникальностью обладают только родичи Хвата. — Отрицательно покачала головой госпитальер. — Там постаралась природа и естественный процесс мутации. Заметь, что огрины Хвата сильно похожи на человека, пусть с небольшими допущениями, но похожи, тогда как некоторые огрины имеют выступающие клыки, скошенные лбы и минимум интеллекта, едва достигли каменного века, а некоторые так и застряли на уровне диких животных, для которых пропитание и размножение являются определяющими функциями. Хотя для некоторых людей прекрасно работает все то же самое. — Магнолия грустно улыбнулась. — Конечно, все это косвенные доказательства, никто клейма создателя на их телах не поставил, но я останусь при своем мнении — эти огрины созданы искусственно, ведь помимо железы у них существуют и другие органы, отличные от человеческих.

— Например?

— Например, кишечник сокращен в два раза по длине, быстрее производит всасывание элементов, имеет нечто вроде природного фильтра на входе и на выходе, причем эти оба обновляемые органы. То есть когда происходит наполнение, то они исторгаются организмом через анус, а их места уже занимают подращенные новые. Освободившееся от остального кишечника место заняли два пузыря, похожих на рыбьи. Не удивлюсь, если они могут уменьшать свой собственный вес или находится долгое время под водой, задерживая дыхания и используя их как плавучее оборудование.

— Кажется, на их планете есть какие-то другие виды огринов, — припомнила Симона из скупых рассказов Хвата, когда они вместе ходили в рейды отлавливать разбежавшихся хаоситов, — морские, что ли, точно не вспомню.

— Вот, это еще раз подтверждает мою теорию. — Магнолия подняла палец вверх. — Кто-то проводил на их родине эксперименты по выведению сверхчеловека или же готовил армию для вторжения, но это было давно и, вероятно, что-то случилось, раз их планам не суждено было сбыться.

— Случилось как с Железными Людьми — создание восстало против своего создателя? — спросила Симона.

— Мы не знаем и никогда не узнаем. — Пожала плечами сестра. — Думаю, что огрины и сами не знают и бесполезно их об этом спрашивать.

— Они веруют в какого-то там кузнеца, что спустился с неба. — На канониссу вновь снизошло озарение. — Он научил их ремеслам и показал, как выплавлять металл. Может быть, это были механикусы? Например, совершивший аварийную посадку корабль?

— Все может быть. В любом случае я бы отправила исследовательскую экспедицию на их планету.

— Надо бы выяснить какой у нее индекс или самоназвание. — Задумавшись, произнесла канонисса.

— Непременно. — Кивнула Магнолия, вставая со стула. — Я озадачу сестру Стефанию этим вопросом — все равно девочке пока нечем заняться и как только мы покинем варп, свяжусь со сто вторым валлхальским, чтобы прояснить ситуацию.

— Только сестре Катерине не говори, что собираешься мило поболтать с их комиссаром, а то она, во-первых, отрежет тебе голову, заподозрив в том, что ты хочешь отбить ее парня, и во-вторых, проговорит время всего оплаченного трафика. — Мрачно пошутила Симона.

— Она даже не узнает, что я куда-то посылала сообщение — я сделаю это с орбитальной станции. — Серьезно ответила Магнолия.

— Хорошо. Иди. — Разрешила канонисса.

Этот разговор состоялся три дня назад и вот сейчас они уже приближаются к верфям. Капитан Кадье и без нее справится с управлением, ведь это ее судно, как-никак, Симона здесь просто пассажир, пускай и с немного расширенными полномочиями, так что не побежит стремглав на мостик отдавать приказы, ругаться и брызгать слюной. Она просто подождет, когда корабль зайдет в док верфей, заберет все материалы и отчеты по крайнему сражению и уже потом, в обстановке орбитальной гостиницы, которая выделит согласно указу Империума от 12.01.239. М34 полагающиеся им для проживания этажи. И пусть только попробуют возразить, Святейшая Инквизиция покажется им раем небесным по сравнению с разъяренными сестрами и их канониссой. Симона улыбнулась своим мыслям и стала неспешно собираться.

Все прошло именно так, как и должно было быть — корабль поставили в док и пустотные рабочие с техниками тут же приступили к ремонту. Поврежденные листы обшивки шли в переплавку, протягивались новые кабели и шины, усиливался смятый каркас судна, работа кипела и сестры битвы не мешались под ногами, в полном составе эвакуировавшись на орбитальную станцию, что вращалась по соседству с верфью. Она была грузовым терминалом и большой гостиницей для дальнобойщиков пузатых транспортников, так что места для четырех тысяч сестер там хватило с лихвой — многокилометровая конструкция вмещала гораздо больше отдыхающих. Только благодаря помощи гвардейцев они, можно так сказать, отделались легким испугом. Половина из этих четырех тысяч имели легкие ранения, так что быстро пришли в норму — им просто требовался небольшой восстановительный отдых. Естественно, сестры не повалили толпой в бары, чтобы напиться вдрызг, плясать голышом на столах стриптиз и соблазнять испуганных их поведением дальнобойщиков. Все было чинно-благородно — массовые походы в зрительные залы, молитвы пять раз в день и тренировки, которые канонисса не собиралась отменять. Непосредственно работу с сестрами вела Катерина, но и Симона иногда присоединялась. Сформировав отчет, она прошла в диспетчерскую субсветовой связи, не доверяя астропатам. Это когда нужно послать быстрое сообщение или воззвать о помощи, то тут они просто необходимы. Пообщаться напрямую можно было и так. Технология мгновенной связи была найдена не так давно, скорее уж позаимствована кем-то из Инквизиторов у ксеносов, но тем не менее адаптирована для Империума. Именно так Аурелия вызвала ее для аудиенции и именно так сама Симона собиралась поступить. Изображения на таком большом расстоянии передавать не получалось — аппаратура жрала прорву энергии, только голос, но даже этого было достаточно, чтобы передать нужные сведения и отправить инфопакет. Да и еще нужно было подождать, когда адресат ответит, но Аурелия на удивление быстро "взяла трубку".

— Канонисса Ганн, вы слишком долго не выходили на связь, что я уже начала беспокоиться. — Шипящий от помех далеких пульсаров и квазаров голос Аурелии казался чужим. — Я же просила полный отчет каждую неделю.

— Из варпа это сделать проблематично, я не хотела привлекать внимания демонов и задействовать астропатов. — Ответила Симона. — Вот мой отчет о произошедших событиях. — Она нажала кнопку и данные ушли по шифрованному каналу. — Чтобы не занимать трафик я буду ожидать вашего вызова после того, как вы прочтете его.

— Я полистаю твою писанину на досуге. — Ответила Аурелия. — Ко мне поступил запрос на поддержку сестрами битвы операции, проводимой Инквизитором. Как ты понимаешь, мы не можем отказать высшему должностному лицу Империума, когда он ведет свое расследование. Ты ближе всех, — Аурелия видела, откуда пришел вызов и быстро прикинула время, за которое канонисса сможет добраться до точки назначения. — И свободнее остальных.

— Но моя миссия...

— Чаша ждала несколько тысяч лет, подождет еще. — Отрезала Аурелия. — Раз ты находишься в системе Лициния, принадлежащей торговому Дому Харрисонов, то, значит, твой корабль был поврежден. Сколько времени потребуется на его ремонт?

— Две, может быть три недели.

— Почему так долго?

— Мы нарвались на хаоситов и те изрядно нас потрепали.

— Вот как? Это есть в отчете?

— Если бы ты перезвонила мне, то не пришлось бы спрашивать. — Грубо отрезала Симона.

— Ладно, не кипятись. — Примирительно произнесла Аурелия. — Я свяжусь с Харрисонами напрямую и попробую уговорить их ускорить работы, чтобы твой корабль вышел из дока как можно скорее. Инквизитор не любит ждать, ты же понимаешь?

— Они никогда не отличались терпеливостью. — Скрипнула зубами канонисса. — И что, я должна буду исполнять любую его волю?

— Таков закон, моя дорогая. — Ответила Аурелия. — И мы не вправе его нарушать, тем более, если это касается спасения процветающего мира. Раз Инквизитор запросил только один корабль с сестрами битвы, значит планирует справится с мятежом или ксеносами малыми силами.

— Кстати о силах. — Вспомнила Симона просьбу Катерины. — Попробуй протолкнуть разрешение в Муниторуме предоставить нам корабль имперской гвардии для охраны и сопровождения.

— Что, все так плохо? Или до тебя, наконец, дошло, что ты не так крута, как кажешься? — Аурелия натурально издевалась и если раньше Симона бурно реагировала на ее уколы, то сейчас это время прошло, да и в словах канониссы была часть правды.

— Было бы еще хуже, если бы астропаты не заорали о помощи на весь варп. — Весело ответила Симона. — И к нам вниз как ангелы спустились гвардейцы и я должна сказать, что это было сделано вовремя.

— Слава Императору, что ты начала понимать, что в одиночку не справиться. — Выдохнула Аурелия.

— Мне прискорбно это признавать, но раньше я вела себя как дура...

— И тут резко поумнела, когда оказалась на краю гибели? — перебила ее канонисса.

— Я же сказала, чтобы ты сначала прочитала отчет.

— Мы еще успеем поговорить по этому поводу, сейчас же я должна сказать тебе главное — вашему ордену придется выдвинуться на помощь Инквизитору пока в том составе, что сейчас есть у тебя. Пополнение я смогу прислать только через три недели, может быть месяц, но я уверена, что вы еще будете охотиться там на ведьм. Потери большие? — ее голос стал немного тише.

— Около тысячи сестре отдали свои жизни, защищая Империум от Губительных Сил. — Поджав губы, произнесла Симона. — Они не зря погибли — забрали с собой столько хаоситов, сколько смогли.

— Очко Ужаса забурлило всем свои дерьмом. — Неожиданно поделилась информацией Аурелия. — Что-то назревает, возможно, еще один Черный Крестовый Поход, поэтому мне пришло указание собрать все боеспособные подразделения и отправить в усиление к гвардии и космодесанту. Поэтому задание от Инквизитора я передаю тебе — больше некому. Сестер с пограничных миров я дергать не собираюсь, а все остальные уже грузятся в корабли.

— Ладно. — Согласилась Симона. — Так ты выполнишь мою просьбу?

— Какую? — уже забыла канонисса.

— О предоставлении мне одного корабля с гвардейцами для эскорта? Или потом нам лететь к границам Глаза Ужаса?

— Будете продолжать миссию по поиску Чаши — если стянуть все силы к пятну Хаоса, то ослабим другие направления и этим воспользуются эльдары, тау, орки или тираниды. — Аурелия осенила себя знаком аквилы, но Симона этого не видела. — Я поговорю с чиновниками Администратума о твоей просьбе.

— Погоди, мне нужен не абы кто, а "Зерно Истины" и находящийся на нем сто второй валлхальский. — Скороговоркой произнесла Симона.

— Что такое? — удивилась Аурелия. — Ты опять взялась за старое?

— Иногда у меня создается ощущение, что ты судишь остальных по себе. — Прошипела в ответ Симона. — Я видела этих парней в бою, я знаю, чего они стоят и, в отличие от всех остальных, они не тянут свои грязные ручонки к моим сестрам, за что я им очень благодарна. Лучше работать с теми, кого уже знаешь, чем с тем, кого видишь в первый раз.

— Ладно, ладно, умерь свой праведный гнев. — Засмеялась Аурелия. — Я сделаю что смогу, увидишь своего ненаглядного, не волнуйся. — Симона скрипнула зубами. — Только если что-нибудь просочиться наружу, то меня живо отправят в репентии вместе с тобой.

— Этого не случится, даю слово. — Поклялась канонисса. — Итак, куда, после починки корабля, я должна отправится?

— Кассандра. — Ответила Аурелия. — Аграрный мир, входящий в пять систем одного торгового Дома. Похоже, Инквизитор нашел там очередную угрозу Империуму.

— Хорошо. Пересылай координаты.

— Уже. — Ответила Аурелия и когитатор звякнул, подтверждая, что принял входящий пакет. — До связи, Симона.

— До связи. — Канонисса потянула руку к кнопке выключения, как Аурелия спросила напоследок:

— Он хоть красавчик?

— Иди ты! — хмуро отозвалась канонисса Ганн и решительно повернула ручку, обрывая раздавшийся в динамике хохот подруги. Она всегда любила ее подкалывать.

Что там такое сказала Аурелия главе Дома Харрисонов, Симона не знала, но рабочих нагнали на их корабль столько, что они облепили его как муравьи и тот стал возрождаться как будто на глазах. Везде шла сварка, шпангоуты и каркас были усилены, также как и таран на носу, радиаторы охлаждения лэнс-пушки и скорострельных лазерных батарей прикрыты дополнительными листами защиты, по настоянию капитана были дополнительно установлены несколько торпедных аппаратов и более мощный пустотный щит. Ради этого пришлось пожертвовать несколькими помещениями и кладовыми, перекомпоновать жилые помещения и теперь судно могло брать на борт не более семи тысяч пехотницев и трехсот единиц техники, но Симоне столько было не нужно, так что лишние помещения без сожаления занимали ракетные пусковые установки. Работы над кораблем еще шли, когда к ней в номер, выделенный в гостинице, постучали сестра Магнолия и сестра Стефания.

— Входите! — Симона провела рукой по столу, стирая несуществующую пыль, за которым и сидела. Штатный когитатор предоставлял ей доступ к архивам станции и работе с документами, которые она сохраняла на собственный ОСД.

В номер почти вбежала госпитальер, а за ней пританцовывала сестра Пронатус.

— Чего это вы такие счастливые? Обнаружили СШК? — спросила Симона, насторожившись. Когда слишком долго везет, то жди беды. Закон.

— Ты даже себе не представляешь с какой планеты наши огрины родом! — возопила Магнолия. — Это ЛВ-семнадцать дробь три!

— Мне эти буквы с цифрами ни о чем не говорят. — Пожала плечами канонисса. — Не понимаю, что в этом такого.

— А то, что эта планета есть в нашем списке!! — закричала Стефания.

— Так! — резко осадила ее Симона. — Закрыли дверь плотно-плотно, прижали жопы на диван и молчим.

Она достала постановщик помех, применяемый ей для конфиденциальных встреч, и установила его на стол. Аппаратура развернулась и тут же приступила к работе — маленький локатор быстро-быстро вращался вокруг своей оси, мешая возможным слухачам. Сейчас те слышали в наушниках неразборчивый бубнеж и щелчки с помехами.

— А теперь поподробнее и не так громко — Подавитель рассчитан на электронные средства прослушки, от обычного прижатого к двери уха он не спасает. — Попросила канонисса.

— Помните пророчество Дальновидящей? — спросила Стефания и Симона поморщилась. — Она сказала, что Чаша находится в месте, где холодно и темно. Это может быть и дно океана, но планета ЛВ-семнадцать — это родной мир огринов, холодный и мрачный. Что если появление сестер на корабле помогло им измениться, подтолкнуло к прогрессу? — Стефания посмотрела на Магнолию и Симону, — что если среди них были сильные псайкеры, которые смогли изменить природу огринов, сделав их более сильными и выносливыми для охраны реликвии? Иначе зачем это все?

— Это все домыслы. — Махнула рукой канонисса. — Ты ведь говорила, что их кто-то создал искусственно.

— Говорила и не отказываюсь от своих слов. — Кивнула Магнолия. — Но и в словах Стефании есть рациональное зерно, она тоже может оказаться права. Так что предлагаю посетить этот мир одним из первых, так мы убьем сразу двух зайцев — начнем исследования огринов в их естественной среде обитания, будем вести поиск Чаши и ответы на наши вопросы.

— Нет. — Покачала головой Симона.

— Что значит нет? — вскинулась Стефания. — Разве не для этого мы отправились в путь?

— Нам пришел другой приказ — выдвинуться на помощь Инквизитору и он гораздо приоритетнее, чем поиск Чаши. Невыполнение нам грозит сами знаете чем.

Стефания плюхнулась обратно на диван и с тоской посмотрела на непреклонную Симону, как будто это она поманила дитя пряником и тут же спрятала плюшку. Но канониссу невозможно было разжалобить, и не такое проходили.

— Поэтому забудем пока про исследования и про огринов, как только закончится ремонт корабля, а он закончится достаточно быстро, вылетаем на Кассандру.

— Куда? — переспросила Магнолия.

— На Кассандру, система Донгер четыре. Остальные четыре близлежащих системы принадлежат торговому Дому Донгер, отсюда и названия систем, до этого были просто номера, как с вашей ЛВ-семнадцать-как-ее-там-дальше.

Магнолия радостно и хитро растянула губы в улыбке.

— На Кассандре базируется сто второй валлхальский и на орбите барражирует "Зерно Истины". Я недавно разговаривала с ними.

Она наслаждалась ошеломленным выражением лица канониссы Симоны Ганн.

Юркий и быстрый кораблик эльдар, так называемый Теневой Охотник, предназначенный для разведки и малых рейдов, выскользнул из портала Паутины в реальное пространство. Пилот тут же включил маскировку, разворачивая парус, направляя судно к одной из планет системы. Здесь располагалась малая колония эльдар, о которой знали не все, но экзархи мира-корабля Биэль-Тан были точно осведомлены о проживании тут родичей. Они пытались восстановить свою расу, вернуть ей былое величие, но пока получалось плохо — Та Что Жаждет не упускала своего шанса полакомиться их душами и даже в этом месте от нее не было спасения.

Воэйра направилась сюда для пополнения припасов и дозаправки корабля, ведь ей предстояло путешествие на другой конец галактики к миру-кораблю Ультве, эльдары которого ведут борьбу с проявлениями Хаосом уже не одну тысячу лет и она, изгнанная со своего корабля, вполне может послужить расе в качестве Дальновидящей и воина. Воэйра прекрасно поняла слова экзарха Таладриэля, который и предложил ей отправиться в странствование — это было завуалированное изгнание. Ее не стали подвергать унизительной процедуре перед Советом старейшин корабля, выставляя на всеобщее обозрение, но решение было принято коллегиально, в этом Дальновидящая не сомневалась. И ей пришлось только покориться.

Вместе с ней в изгнание отправились ее самые верные воины, те, кто был с Воэйрой с самого начала и предпочитал идти до конца. Они верили своей Дальновидящей и той приходилось вдвойне тяжелее, ведь вся ответственность на отряде лежала на ней. Они пошли за Воэйрой, потому что знали ее и видели ее деяния, направленные на пользу расе. Пускай даже ей приходилось сотрудничать с мон-кей и даже щадить их, но воины всегда уважали достойного противника и даже иногда дарили ему жизнь. Кроме орков и Хаоса. И если с первыми можно было худо-бедно о чем-то договориться, например с их варбоссами, которые были не так уж тупы, как считали мон-кей, то вот с Хаосом — никогда. Он изменял саму суть живого существа, нес только беспорядок и разрушение, единственной целью его было уничтожение, словно это К'Тан проснулись и вышли из своих гробниц, но даже они не могли совладать с Хаосом. И это бремя легло на плечи эльдар, а после выхода мон-кей в космос стало и их проблемой. Тем более, что косвенно ее раса "поучаствовала" в рождении одного из Богов и это несмываемое пятно позора навсегда отпечаталось на ее расе. Воэйра вздохнула невеселым мыслям и обратила свой взор на обзорные экраны — космос был чист и приятен глазу. Бледно-голубые, с красными всполохами, сияния далеких туманностей подкрашивали безбрежную черноту, которая так и давила своей массой на психику путешественников. Но эльдры давно привыкли к этой картине и не принимали ее так близко к сердцу.

Внезапно рядом с кораблем возникли еще два крупных — крейсера эльдар сняли маскировочные поля и явили себя во всей красе. Только Воэйра не обрадовалась им как старым знакомым — она ощутила, что там на борту находились ее темные родственники, Отступники, как их называли между собой эльдары. Пилот от неожиданности начал уводить Охотника в сторону, чтобы избежать столкновения, но крейсера и не собирались идти на таран — они тут же применили гравизахваты и теперь кораблику некуда было деться. По разведчику проревел сигнал тревоги и немногочисленный экипаж, всего-то эльдар пятнадцать, тут же сбежался в рубку. Воэйра извлекла меч из ножен, удерживая его правой рукой, левая покоилась на рукояти сюрикенового пистолета. Времени, чтобы заглянуть в будущее не было от слова совсем, но и так ясно, что их ждет — захват и последующий плен.

— Это Отступники. — Сообщила Дальновидящая своим воинам. — Все знают, что живыми им лучше не сдаваться. Камни Душ у каждого спрятаны надежно?

— Да, Дальновидящая. — Ответил за всех Анион.

— Тогда к бою.

Корабль атаковали с двух сторон — Темные были искусны в абордаже и захвате судов. Они прижали гравилучами трепыхающееся судно, которое замерло, словно сдалось на милость победителю, однако они знали, что внутри их будут ждать. Абордажные команды высадились на обшивку, вскрывая ее резаками, некоторые отряды шли прямо через шлюзы, взрывая створки на своем пути. Они словно знали, что их ждет и не стали захватывать машинное отделение, операторскую связи и проверять жилые помещения, а сразу же направились на мостик. Воэйра приготовилась отразить атаку и как только появился первый из Отступников, выстрелила в него из пистолета. Он ловко отклонился, но реакция эльдар работала только против мон-кей, против своих же их действия были малоэффективны. Дальновидящая притормозила нападавших своими психическими силами, кинув заклинание и ее воины расстреляли их с дистанции. Определенно, Той Что Жаждет сегодня повезет и у нее будет сытный обед. Пока Воэйра сдерживала лезущих Темных из центрального коридора, в потолке рубки образовалась дыра и оттуда полетели осколочные гранаты. Пару воинов зацепило и прежде чем удалось пустить туда молнию, расшвыряв нападавших, через стену пробились еще пара отрядов и на мостике резко стало тесно. Применить психические силы Воэйра могла только адресно, если видела перед собой противника, так что меч очень сильно пригодился, да и сюрикеновый пистолет так и не вернулся в кобуру. Она рубила и колола с праведной яростью, увидев перед собой Отступников, чувствуя, как ее верные воины погибают один за другим — Темные давили численностью, как это делали мон-кей и Дальновидящая просто не успевала реагировать на все атаки. Ее психические силы слабели, но не так сильно как с тем демоном и она еще могла продержаться какое-то время, пока раздавшиеся почти рядом два взрыва гранат и массированный обстрел из осколочных винтовок не сняли с нее и ее воинов силовой щит, который Воэйра поддерживала. Ноги ее подломились, Дальновидящая упала, продолжая выжимать на спуск пистолета, однако ей на шею накинули аркан и все ее силы немедленно покинули эльдарку. Пистолет был отобран и отброшен в сторону, меч выбит из руки, а саму женщину поднял с пола один из высоких мужчин-Темных. В прорези шлема Воэйра видела его глаза, отливающие безумием и голодом. Да именно так, он ничем не отличался от того же демона и также желал испить душу Дальновидящей. Немногочисленных оставшихся в живых воинов также подняли на ноги и потащили вон из корабля, а Воэйре сковали руки за спиной, не снимая аркана. Она догадалась, что это какой-то амулет, блокирующий ее психические силы и откуда он у Отступников, она могла только догадываться.

— При абордаже погибло много моих солдат, Видящая. — Прошипел Темный. — Ты будешь страдать за них очень долго, я тебе обещаю. А каждый из твоих воинов будет выпит до дна. — И мерзко громко захохотал и его поддержали остальные. — Корабль отвести на нашу базу, девку и воинов — приковать. — Он с силой швырнул Воэйру и та, не удержав равновесие, упала на пол. Похоже, амулет блокировал не только психические силы, но и высасывал физические, поддерживая свою работоспособность.

Войру и ее воинов привели на корабль Отступников и разделили по камерам. Ее руки развели в стороны, сунув в специальные зажимы, причем ремни Темный затягивал с удовольствием, наблюдая за реакцией жертвы. Не дождешься, зло подумала эльдарка, когда в ее кожу кистей с силой впились захваты и даже чуть-чуть потекла кровь. Ноги точно также были разведены в стороны, причем Воэйра пыталась брыкаться, но мучители быстро прекратили ее попытки сопротивления несколькими сильными ударами по корпусу и челюсти. На коже медленно расцветали синяки и ушибы, но Темных это только заводило, а потом...

В камеру к Воэйре вошел Таладриэль собственной персоной вместе с одним из командиров Отступников. Глаза Воэйры увеличились в размерах от невероятности происходящего и удивления, на что экзарх хмыкнул.

— Удивлена? — спросил он. — Ничего, привыкай, теперь это твой дом. — Он обвел рукой помещение. — Твоих воинов будут пытать и мучить долго, но не так как тебя. Сначала ты увидишь, как они умирают один за другим, а потом уже примутся за тебя. — Улыбка Таладриэля напоминала оскал и в его глазах мелькнул тот же огонек безумия, что и у Темного. — Или же все это будет происходить одновременно, я не знаю, на все воля хозяев. — Он картинно развел руки. — Ты спрашиваешь, почему ты здесь? — И сам же ответил на свой вопрос. — Потому что ты осмелилась не выполнить МОЙ приказ!! — Экзарх как будто вспыхнул и увеличился в размерах, но потом успокоился. — И не в первый раз, заметь. Ты забыла об истинной цели эльдар — править галактикой. Никто не имеет такого права, и уже тем более не многочисленные мон-кей, которые трубят об этом на каждом углу. Они вымирают, деградируют, еще несколько тысяч лет и они исчезнут как вид, только по их планетам будут бегать животные, одетые в шкуры. Да и зачем далеко ходить — это уже происходит. А мы, мы, великие эльдар, мы должны править галактикой!! И никто, ни орки, ни тау, ни Хаос с его Богами не сможет нам помешать!! — Сейчас Таладриэль напоминал сумасшедшего и Воэйра смотрела на него с презрением. Как это отродье смогло проникнуть в совет старейшин и взять там вверх? Убедить всех своими предложениями? Он что, планирует начать геноцид? Но какой в этом смысл, если погибнет много эльдар и ее раса исчезнет гораздо быстрее. Однако то, что дальше сказал этот безумец, повергло Воэйру в шок.

— Ты думаешь, что вы сегодня убили много эльдар и их души пожрала Голодная Сука? — Таладриэль захохотал и его товарищ улыбнулся. — Вот!! — он продемонстрировал Камень Душ. — Вот хранилище души воина и скоро он возродиться в новом теле!! Скажу тебе по секрету, раньше было тяжело выращивать клонов, нам не хватало ресурсов, но теперь... иногда в технологии примитивных мон-кей есть некая прелесть. Проблема была в том, чтобы переселить обратно душу из этого хранилища в уже готовое тело и тут нам пришли на помощь. — Таладриэль хитро подмигнул. — Кто именно, я говорить не буду, ты ведь умненькая, ты все поймешь сама.

— Хаос. — Выплюнула с презрением это слово Воэйра. — Ты заключил сделку с демоном, мерзкий ублюдок?!!

— И что с того? — безмятежно отозвался экзарх. — Самое главное, что это позволит возродить нашу расу и стать ей во главе галактики. И самое главное — этот демон ненавидит Суку также как и мы и готов нам помочь. Так что в скором времени мы вернем себе галактический трон! — И снова захихикал.

— Заключать сделку с демоном — безумие. — Произнесла Воэйра. — Вы погубите всю нашу расу!!

— Мы только немного подпитаемся твоей душой и душами остальных. — Произнес Отступник. — Будем делать это медленно, так что ты даже, возможно, увидишь расцвет империи эльдар! Ну а если нет, думаю, что экзарх Таладриэль не огорчиться этому факту.

— Теперь ты понимаешь, что от меня никто не уходит по собственному желанию. Так что не надо было убивать того глупого доносчика и красть корабль — это сильно оскорбило меня. — Сказал Таладриэль. — Уйди ты одна — и осталась бы жива, но, видимо, ты не настолько сильная Дальновидящая, чтобы предсказать свою судьбу.

— Я давно не лакомился душой Дальновидящей. — Пожаловался Темный.

— Что ж, можешь приступать. — Милостиво разрешил Таладриэль. — А потом мы поговорим о деле.

— С радостью. — Темный подошел к Воэйре и несколькими точными взмахами меча срезал крепежные элементы ее брони, после чего сорвал доспехи, которые с грохотом и лязгом упали к ее ногам, оставив Дальновидящую обнаженной. — Какое тело! — восхитился Отступник, проведя перчаткой по коже живота Воэйры. Та попыталась его убрать в сторону, чтобы Темный не прикасался к ней, но тот лишь усмехнулся и сунул руку ей в промежность. От такой мерзости Дальновидящая задергалась, но путы держали крепко, а амулет на шее не давал атаковать психическими силами. Темный чувствовал свою безнаказанность и страх жертвы, который та начала источать. Это заводило его еще больше и больше, он с остервенением снял перчатки, схватил правой рукой Воэйру за горло и чуть куснул за оттопыренное длинное ушко, прошептав туда. — У нас с тобой будет много времени, чтобы познакомиться поближе, я тебе обещаю.

Воэйра еле сдерживалась, чтобы не вывернуть наружу свой небольшой обед, когда Темный провел по ее щеке своим длинным раздвоенным языком и хрипло засмеялся. Она закусила губу до крови, только чтобы мучители не услышали и звука, однако понимала, что это только начало.

Глава 2.

Периметр вокруг части оперативно возвели за двое суток — инженерный взвод трудился круглосуточно, бедные ратлинги не слезали с техники, им помогали несколько рот, которые полковник кинул на этот участок. Первым делом вырыли огромную траншею, словно собирались строить средневековый замок, возвели вал земли, плотно его утрамбовав, а сверху начали строить забор с укрепленными точками для ведения огня из стабберов и автопушек, караульными помещениями и бойницами — Конот словно готовился к долговременной осаде. Впрочем, раз уж от местных властей помощи никакой не поступило, а в Администратуме односложно отвечали на вопросы, отфутболивая от одного чиновника к другому, полковник плюнул на это дело и взял все в свои руки. Используя вовсю выданный мандат с гербовой печатью, он "совершил налет" на склады НЗ, которые охраняла рота СПО. Одного взвода Хвата было достаточно, чтобы местные солдатики прониклись уважением к имперским гвардейцам и гостеприимно распахнули ворота, предварительно звякнув куда следует и, сообщив, что "наших бьют". В это время подразделение огринов профессионально оцепила ворота и поймала за шиворот начальника складов, который, трясясь от страха, тут же поведал где именно хранятся стройматериалы для возведения типовых зданий, а именно — стеновые панели, которые можно было использовать и в качестве забора. На вызов СПОшников тут же примчались арбитрес и были неприятно удивлены, когда громадный Битень вскинул к плечу тяжелый лазган и приготовился стрелять.

— Что тут происходит?!! — завопил один из арбитрес, видимо главный.

В ухе у Битня пискнула бусина вокс-передатчика и полковник Конот осведомился, кто это бузит возле ворот.

— Да тут подъехали какие-то ряженые, кричат и руками размахивают. — Пробурчал огрин. — Спрашивают, что происходит. Мне их как, сразу на месте прибить, или вы с ними сперва поговорите?

Глава отделения арбитрес все отчетливо слышал и слегка побледнел, представив, что сейчас высокомощный выстрел из тяжелого лазгана, который громила удерживал как пушинку, разорвет его тушку на мелкие кусочки. Арбитрес служил на этой планете очень давно, уже завел тесные знакомства и связи среди знати, а самое главное, нарушил один из главных законов своего ведомства — не иметь привязанностей и быть объективным. Проверок уже давно никто не учинял, правительство системного сектора не показывалось здесь уже долгие годы, не слишком интересуясь тем, что тут происходит и как люди живут. Самое главное, что поставки продовольствия отгружались вовремя и в необходимом объеме, а все остальное системному губернатору было по барабану, ведь здесь его власть представлял его родственник. И внезапное появление имперской гвардии изрядно всколыхнуло это болото — власть просто не представляла, что делать и просто тянула время. Арбитрес уже давно не наводили порядок в городке, потому что такой необходимости не было — изредка случавшиеся пьяные драки и поножовщина не в счет, с этим вполне справлялись бы и патрули, а не подготовленные энфорсеры, которых и так было от силы человек двадцать. И все они уже давно завели тут близких подружек, а кто-то и детей, что ну никак не вязалось с их должностными обязанностями на службе Императору. Слишком тесно аппарат арбитрес спаялся с аристократической верхушкой губернатора.

На вопли главного через пару минут появился полковник Конот в сопровождении пары гвардейцев. К этому времени к Битню как-то незаметно подтянулись Хват и остальные огрины и арбитрес поняли, что оказались в меньшинстве и сильно занервничали, потому что каменные рожи громил совершенно ничего не выражали. Спокоен был только самый молодой из них, прибывший недавно, от силы несколько месяцев назад. Переведенный за какой-то косяк с Аглы, энфорсер оказался замкнутым и нелюдимым, общался мало, но нос свой в чужие дела не совал, службу нес исправно и вскоре на него перестали обращать внимания. Хотя по боевой подготовке он явно превосходил всех остальных и достаточно много времени проводил на стрельбище крепости, нежели в столовой или дежурном помещении, как остальные.

— Я командир сто второго валлхальского пехотного полка полковник Конот. — Представился офицер, доставая уже знакомую Хвату бумагу. — Согласно приказу Администратума сегмента Темпестус мой полк совместно с восемнадцатым бронетанковым и пятьдесят четвертым артиллерийским прибыл на Кассандру для охраны ее столицы от вероятного вторжения орков. — Конот чуть наклонил голову влево и прищурил правый глаз, глядя на арбитра. — Если вы не получали извещения о их возможном налете от своего системного правительства, то предлагаю для начала связаться с ними и запросить наши полномочия. И я вас уверяю, они будут чрезвычайными и подтверждены на самом высоком уровне. Но ваш местный Администратум в лице первого помощника губернатора почему-то не пошел нам навстречу и вообще игнорирует наши запросы, так что пришлось взять ситуацию в свои руки. — Полковник улыбнулся. — Для восстановления территории части необходимы стройматериалы, которых мы легко можем получить на этих складах, чем мы и занимаемся, раз уж ВАШИ чиновники не хотят сотрудничать с нами. Что приводит меня к мысли, а не сообщить ли об этой странности в Инквизицию, — при этих словах арбитр побледнел еще больше, — чтобы они прислали своего сотрудника разобраться в ситуации? — Конот холодно продолжал улыбаться.

Арбитрес для проформы сунул нос в приказ, вякнул СПОшникам, что, типа, все в порядке, пусть продолжают и свалил. Начальник складов, как услышал страшное слово "Инквизиция" так сразу же проявил несвойственное ему рвение, выразившееся в предоставлении транспорта для перевозки и отгрузки продукции, причем все списанные материалы были тщательным образом учтены и составлен акт о предоставлении их имперской гвардии — Конот не собирался ничего красть, этим прекрасно занимались чиновники, он просто мастерски делал свою работу. Огрины и ратлинги быстро закинули стройматериалы и пообещали вернуться еще, на что начальник склада радушно улыбнулся и призывно замахал руками, мол, милости просим.

С новыми стройматериалами дело по восстановлению казарм и периметра части пошло веселее, грузовики иногда подвозили с тех же складов требуемое, никто гвардейцам не мешал и это напрягало Конота еще больше — тот самый ночной убийца так и не появился, на территорию никто чужой не проникал, чиновники продолжали игнорировать недавно прибывших, но вот расслабляться точно не стоило. То, что местных пока не обвинили в ереси еще не значило, что они не являются вольнодумцами или приверженцами какого-нибудь скрытого культа. Планета находится на отшибе, не пользуется популярностью, все считают ее глухой деревенской дырой, так что и власть здесь такая же — они могут дать только пищевую продукцию, ничего больше. Проверок не было давно и стоило бы сообщить на столичную планету о происходящем, но Конот пока ждал, надеясь, что планетарный губернатор образумится и перестанет строить из себя недотрогу и важную шишку, проникнувшись ситуацией. По хорошему, всю власть и арбитрес здесь стоило заменить, потому что элита явно зажралась и более неспособна оперативно реагировать на внезапные события, что прекрасно показало появление здесь подразделения имперской гвардии. Будь это орки, ударный отряд эльдар или тау, не говоря уже о тиранидах или некронах, то местные СПО не выдержали бы и часа под их натиском. Лишенные поддержки, не получившие указаний как действовать в данной ситуации, они стали бы легкой добычей для хорошо организованной силы. И сейчас задача Конота осложнялась еще и этим — перекрыть своими малыми силами весь город и его пригороды было той еще проблемой, а ведь в разбросанных рядом полях стояли еще небольшие поселки и деревеньки, в которых тоже жили люди и они оказывались беззащитными перед ксеносами. Единственная надежда была на флот и на отремонтированный эсминец, который будет хоть каким-то прикрытием на орбите, а адмирал Костюшко и генерал Грисс явно разберутся в ситуации быстрее полковника и мигом наведут порядок в этом приграничном болоте.

Так или иначе, но когда вал был возведен и укреплен, полит специальным раствором, чтобы земля быстрее становилась твердой и утоптаной, а по его верхушке проведена стена с бойницами и дотами, к отремонтированным воротам части подъехал роскошный автомобиль и из него выбрался поджарый тип, видимо охранник чиновничьего тела, который важно направился к караульному помещению, откуда высунул свой конопатый нос рядовой Брэндон и тут же нырнул обратно — доложить о посторонних перед воротами.

— Эй, солдат! — позвал тип. — Немедленно открой ворота второму помощнику планетарного губернатора!! Эй, ты меня слышишь, ты, олух?!!

— Слышу, слышу. — Отозвался дежуривший там же в караулке Ушастый. Сам он не показывался, но гулкий голос четко доносился до охранника. — Бобби, свяжись с начальником караула, тут какое-то мурло чего-то требует.

— Я тебе сейчас покажу мурло!! — рассвирепел охранник и забарабанил кулаком в дверь караулки. — Открывайте немедленно!!

Большая и широкая дверь распахнулась и на пороге возник огромный огрин, который, жуя бутерброд, уставился на опешившего человека.

— Чего шумишь? — осведомился Ушастый, тщательно выговаривая слова. — Ты кто такой? Губернатор?

— Я уполномоченное лицо второго помощника планетарного губернатора! — важно произнес охранник. — И не тебе, вонючая обезьяна, мне тыкать! Немедленно пропусти нас на территорию части!

— А у тебя, что, есть маднат? Э-э, матанд... э-э, как там это слово, Бобби?

— Мандат! — весело выкрикнули из глубины караулки.

— Во! — воздел указательный палец вверх Ушастый. — Мандат?

— Тупой огрин!! — Охранник постеснялся пинать такого огромного гвардейца, понимая, что тот может обидеться и пнуть в ответ, причем его пинок человек вряд ли переживет. — Позови своего начальника или любого человека, потому что до тебя явно не доходит, кто перед тобой!

— Я начальник этого поста. — Произнес громила, глотая остатки еды. От такого заявления охранник слегка припух. — И я упономо... уплано... у-пол-но-мо-чен, — произнес огрин по слогам, — решать кого пущать, а кого нет. — Ушастый уставился на человека. — Не нравишься ты мне, паря.

Охранник растерялся на такое заявление и не знал что ответить, как дверь автомобиля открылась и оттуда донесся ленивый голос.

— Ну что там, Вилли, сколько еще нужно ждать? Мое время дорого и завозить приглашения всяким гвардейским полковникам не входит в мои обязанности.

— Сей момент! — Залебезил охранник и тут же зашипел на Ушастого. — Давай, немедленно открывай ворота, тупая оглобля, иначе всю вашу часть я обвиню в мятеже!

— Что такое? — раздался чей-то сухой надтреснутый голос и на пороге пропускного пункта возник комиссар.

Марш пристально посмотрел на Вилли, который явно не был дураком и понимал, что комиссар гвардии и тупой огрин это не одно и то же. Этот может и пристрелить по одному подозрению в ереси и ему ничего за это не будет, а вот охранник очень хотел жить, причем вкусно есть и сладко спать. Что ему и удавалось делать все эти годы счастливого существования под крылом губернатора. И терять такое положение он совершенно не собирался.

— Второй помощник планетарного губернатора уполномочен передать приглашение на празднование Дня Императора для всех офицеров вашей части. — Пролепетал Вилли. — Он должен вручить его командиру лично.

— Ничего, я справлюсь не хуже. — Проворчал Марш. — Давай свою бумажку.

Огрин миролюбиво посмотрел на охранника, продолжая подпирать косяк двери. Заодно он страховал комиссара от возможного выстрела. На вид расслабленный, Ушастый контролировал все окружающее пространство, тем более, что в схронах возле КПП части залегли парни из его взвода — Мошонка, Ломоть, Тугой и Немой, которые при любом нападении готовы были отразить атаку.

— Второй помощник получил указания вручить ее лично. — Продолжал настаивать охранник.

— Я комиссар Марш, заместитель полковника Конота. — Официальным тоном произнес офицер. — Если вы будете и дальше тянуть время и перепираться, то я буду вынужден отдать приказ об удалении вас с прилегающей территории части, а это, заметьте, расстояние в два километра. Так что решайте быстрее — или передаете приглашение и мы его тщательным образом рассматриваем или катитесь на все четыре стороны! — рука Марша сама легла на рукоять лазпистолета.

Вилли сглотнул и опрометью побежал к машине, быстро передав слова комиссара. Второй помощник скрипнул зубами — за высокий забор проехать не удалось и пускать их туда явно не собирались. Вал гвардейцы нагребли высокий, стабберы и тяжелые лазганы установили толково, огневых точек заметно не было, но то, что они есть, помощник не сомневался. Так что первый помощник губернатора будет недоволен тем, что контакт установить с командиром части не удалось, ведь приватного разговора так и не состоялось и теперь вся надежда на праздник, а если еще и офицеры не явятся на торжество... тогда это можно будет использовать против них — в правительство системного сектора улетит депеша, что сами же гвардейцы не уважают Императора и тогда их быстренько уберут куда подальше или вообще переименуют в штрафной полк и отправят в Глаз Ужаса. Второй помощник потер ладони — так и так можно повернуть ситуацию в свою пользу.

— Отдай им приглашение. — Он протянул конверт с печатью. — Приходить на праздник или нет — пусть решают сами.

Вилли все проделал быстро и вернулся в машину, которая, развернувшись в два приема, набрала скорость по грунтовой дороге, оставив после себя густой шлейф пыли. Марш посмотрел на психанувшего и уехавшего второго помощника, пожал плечами, вскрыл конверт и быстро пробежал написанный красивым каллиграфическим почерком текст с завитушками глазами, после чего хмыкнул и направился прямиком к полковнику, бросив сержанту Ушастому.

— Удвойте бдительность и не жрите на посту.

— Так точно, товарищ комиссар. — Вытянулся огрин в струнку. — Будет сделано.

Марш смерил детину взглядом — от самой трехметровой макушки до носков огромных сапог, но ничего не сказал. Можно было заорать и запретить проносить на пост еду, но толку от этого все равно не будет — огрины оказались слишком своевольными, слушались только своего командира, но и явного неуважения не выказывали, просто несли службу как им было удобно. И это не сказывалось на ее качестве — они оставались тем же боеспособным подразделением, так что Марш просто махнул рукой. Он знал, что огрины тщательно выполнят приказ.

Когда комиссар спустился в бункер к полковнику, тот уже чертил стрелки на карте города, определяя возможные векторы атаки.

— Что, художествами занимаешься? — весело спросил его комиссар, на что Конот только злобно рыкнул.

— Что там за чудо вертелось перед воротами? — спросил он. Ему уже доложили, кто именно приезжал и зачем.

— Один из помощников губернатора. — Марш протянул конверт. — Передавал привет и приглашение на праздник.

— Местные продолжают вставлять нам палки в колеса? — спросил Конот, также пробегая текст глазами. — И они думают, что я немедленно кинусь исполнять их пожелания? Оставить часть на одних сержантов, забрав всех офицеров? Что за чушь!

— Видимо у их имбецила-губернатора окончательно отказал мозговой имплант. — Марш улыбнулся, однако тут же посерьезнел. — Но идти все равно придется. Нам с тобой точно, иначе это расценят как неуважение, все же праздник посвящен Императору и его сложно проигнорировать.

— Думаешь поэтому в городе так мало людей? — спросил Конот. — Все на полях и спешат убрать урожай до этого срока, чтобы порадовать Императора и губернатора заодно?

— Все может быть. — Задумчиво произнес комиссар. — Но фабрики работают в обычном режиме, люди ходят на смены, но их очень мало. Я бы отправил разведгруппу в город, послушать, о чем говорят в кабаках и барах.

— Согласен, у нас совсем мало информации. — Кивнул Конот. — Кто у тебя самый сообразительный?

— Можно было послать Холана, он не такой импульсивный, как Тихонький, да и язык у него не такой длинный, однако что если их перехватит патруль тех же арбитрес? Помнишь, что сказал первый помощник на космодроме? Они все дергаются и на нервах, однако же вели себя как придурки, когда мы "грабили" склады. — Марш улыбнулся. — А ведь вполне могли навести контакты, попросить о помощи, если сами не справляются, рассказать, что происходит, но не стали, а даже наоборот предупредили, что больше такой номер не пройдет и приказ Администратума им по барабану. Как думаешь, почему?

— Думаю, что эти арбитрес сильно зависят от губернатора и его команды. — Конот посмотрел на карту и оттопырил губу. — И в случае нападения орков они будут нам только мешать, также как и СПО.

— Если вообще не ударят в спину. — Пробормотал Марш. — Как думаешь, что такое скрывает губернатор и его команда, раз напугались внезапного нашего появления?

— Культ? — предположил полковник.

— Все возможно. — Пожал комиссар плечами. — Но пока не будем спешить с выводами, мы ведь не Инквизиция, чтобы вести расследование. Может быть все-таки стоит их вызвать?

— И тогда губернатор точно навалит кучу в штаны и поднимет всех своих подчиненных. — Хмыкнул Конот. — Пока он не трогает нас, мы не трогаем его и этот паритет нужно соблюдать до того момента, пока нас не переведут отсюда куда-нибудь, где есть реальный видимый на горизонте враг и понятно, в кого стрелять. Я не слишком люблю все эти игры разума.

— Пока вы ездили на склад, ты купил местную прессу, как я просил? — задал вопрос комиссар.

— А, ничего интересного. — Махнул рукой полковник. — Половина статей лижет зад губернатору, вторая — его чинушам. Про Императора как всегда несколько строчек, чтобы не забывали, что живут в Империуме, ну и на последней странице новости дня — сколько урожая собрано, сколько топлива потрачено, какие коммуны выполнили план и так далее.

— Коммуны?

— Так здесь называются артели сельхозрабочих. — Пояснил полковник. — Как я понял. И ни слова о происшествиях.

— Похоже, придется засылать в город разведчиков. — Комиссар посмотрел на карту. — Когда займемся охраной объектов? После праздника?

— Да, разговора с губернатором и его помощниками не избежать. — Полковник постучал карандашом по столу. — Раз уж СПО и арбитрес не желают нам помогать, то обойдемся и без них — пусть лучше прикроют деревни и коммуны.

— Ладно, кого мне послать в город?

— Холана с парой ребят. — Тут же ответил Конот. — Можно отправить Сигмунда, он вроде молодой толковый офицер и Бриска, пусть посмотрят на свои объекты, да зайдут в пару мест пропустить стаканчик другой пива, выпиши им увольнительные. Ну и отправь своего подчиненного комиссара под присмотром ребят Хвата.

— При ней точно никто рот разевать не станет. — Покачал головой Марш.

— Это если ее одеть в форму и напялить на голову фуражку. — Засмеялся полковник. — Пусть наденет какое-нибудь платье, ведь личные вещи у нее есть, она же девушка, а бабы без ума от тряпья. Поставить ей задачу, пустить как прикрытие двух-трех огринов — даже если местным придут в голову скабрезные мысли, то громилы сразу же их утихомирят.

— Не стоит сбрасывать со счетов того неведомого убийцу. — Вспомнил комиссар. — Кто его послал? Губернатор?

— Мы можем только гадать. — Полковник пожал плечами. — Какова была его цель и мотивы мы так и не узнаем.

— Хорошо бы выяснить это пораньше, чем кому-нибудь в лоб прилетит пуля, выпущенная из снайперской винтовки. — Проворчал Марш.

— Тут я с тобой согласен. — Кивнул полковник. — Теперь что касается приглашения — возьмем с собой Кармайкл, Хвата и кого-нибудь из его ребят, Тихонький пусть будет на подхвате и дежурит недалеко от дворца, никого больше брать не будем — слишком жирно для местного князька собирать всех офицеров во дворце. В части оставим главным майора Попова. Он хоть и был в приглашении, но может просто сказаться больным.

— Этак полчасти можно в лазарет положить. — Ответил Марш. — Но какой смысл брать с собой огринов? Все будут на них пялиться и показывать пальцами.

— Это нам и нужно — отвлечь внимание. — Пояснил Конот. — Громил тут не видели и знают о них из третьих рук и через пятые уши, так что наплести можно будет что угодно. Например, что это наши телохранители, тогда все вопросы отпадут сами собой — их будут воспринимать как вешалки у входа. Да и мне спокойнее, когда спина прикрыта.

— Ценное замечание. — Согласился Марш. — Пойду, обрадую Хвата.

— Праздник начнется завтра вечером — бал во дворце губернатора с последующим салютом в честь Императора, так что под эту шумиху можно устроить какую угодно провокацию или нападение. Поэтому в части необходимо удвоить караулы.

— Так они и так удвоены, даже утроены. — Пожал плечами комиссар. — Куда уже больше. Разве что инженерному и хозвзводу выдать лазганы и научить ходить строем — окопы рыть они и так отлично умеют.

— А вот это уже лишнее. — Конот махнул рукой. — Давай, засылай группы в город прямо сейчас, пусть потрутся в барах во время пересменки на фабриках. Гражданскую одежду выдай каждому, у кого ее нет.

— Так и у нас ее мало и размеры не всем подходят. — Посетовал комиссар. — Личных вещей у солдат — только ложка да кружка.

— Вот и покумекай, как это сделать. В крайнем случае выдашь деньги из полковой кассы — у нас еще остался неприкосновенный запас — пусть купят себе что-нибудь, только не слишком дорогое.

— Маловато у нас империалов, а вдруг тут цены кусаются?

— Это аграрный мир, Стэн, тут одежду шьют и продукты производят. Тут этого добра навалом и стоить оно должно дешево.

— Ага, объясни как работает экономика чинушам — у них все ровно наоборот. — Хмыкнул тот, но спорить не стал, а пошел выполнять приказ полковника.

Эмилия узнала о своем задании со смешанным чувством радости и тревоги. С одной стороны ей предстояло поиграть роль шпиона, если не Инквизитора, то его агента, с другой — было немного боязно, что ее могут опознать, начать приставать, совать руки куда не надо и вообще откажутся разговаривать, распознав комиссара. Но когда девушка узнала, что пара огринов отправится с ней как прикрытие, то часть тревоги ушла и остался непонятный азарт предстоящего мероприятия. Платье у Эмилии было всего одно и одевала она его только на выпускной в Схоле, когда преподаватели милостиво разрешили вылезти из надоевшей формы и надеть что-нибудь поприличнее. Конечно, выделенных ученикам и ученицам денежных средств не хватило на модный наряд, но простенькое платьице она себе все же выбрала. Пускай и не такое вычурное, как у этой дылды, но мальчишки обращали на худенького и мелкого будущего комиссара внимание, однако почему-то не решались подойти и пригласить на танец. Или же специально игнорировали, или же стеснялись, чего за ними девушка на протяжении всей учебы не замечала. Эмилия была обижена на этих тупоголовых офицеров и в итоге ушла с середины вечера, оставив от него неприятные воспоминания, однако сейчас она с головой окунулась в работу над своим образом коварной соблазнительной шпионки. Косметический набор, прошедший с ней всю Схолу и которым она пользовалась совсем нечасто, был вынут из мешка, и комиссар Кармайкл принялась наводить красоту. Она "рисовала себе лицо" битых три часа и когда Хват зашел за ней — а ведь никого другого она, кроме Веснушки, не хотела брать с собой, да и сам огрин высказал желание поглядеть на мирную жизнь Империума — то Эмилия уже заканчивала подводить брови.

— Ну как? — спросила она, улыбаясь. — Я похожа на роковую женщину?

— Скорее на падшую. — Хмыкнул огрин и глаза девушки широко распахнулись. — Если к тебе будут подкатывать с непристойными предложениями, то проси у них больше денег. Тебе клофелин дать?

— Ты издеваешься?!! — Непроизвольно у Эмилии потекли слезы, смывая тушь с ресниц и нанесенный макияж. — Я три часа с этим возилась!!

— Лучше умойся, а то все по лицу размазала. — Посоветовал грубый, черствый к женской красоте громила. — И оставь естественный цвет лица — мужчинам это нравиться больше, чем размалеванная косметикой дура.

— Я, по-твоему, дура?!! — слезы непроизвольно продолжали течь из глаз.

— Если не дура, то послушаешься моего совета. — Спокойно произнес Хват, сложив руки на груди. — Смывай все эту пакость, которую намазала на лицо и пойдем. Время подходит.

— Тупой огрин! — буркнула себе под нос комиссар и, взглянув в зеркало, где "нарисованное" лицо потекло, расплакалась еще сильнее.

Хват хмыкнул и вышел из комнаты комиссарши, которую ей выделили в казарме, и вместо него на пороге возникла Веселушка.

— Что случилось? — спросила она, глядя на размазанный по лицу Эмилии макияж. — Понятно, мужики как всегда не ценят женскую красоту.

— А что, вы тоже краситесь? — удивлено спросила девушка.

— Ну, у нас нет всех этих прелестных вещей как у вас в Империуме. — Веселушка подсела ближе и начала обтирать лицо Эмилии влажной тряпочкой, которую прихватила с собой. — Но изъяны мы скрывать умеем. — Она улыбнулась, доставая небольшую металлическую баночку с какой-то мазью. — Сейчас я быстро приведу твою нежную кожу в порядок.

— Что это?

— Это выжимка из корней горного мха, смешанная с золой и вытопленным жиром мохнача, с добавлением малой толики слизи червя. — Веселушка усмехнулась. — Она не имеет запаха, не беспокойся, а вот полезных свойств у нее предостаточно. Во-первых — твой естественный цвет лица приобретает чуть смуглый приятный глазу оттенок, во-вторых, мазь защищает от холода и обветривания и в-третьих, как оказалось, насекомые облетают тебя десятой дорогой. — Она широкими мазками втирала в кожу девушки мазь, не причиняя при этом боли. Так могла бы делать только ее мать и Эмилии вдруг стало спокойно на душе, словно это она мягко втирала ладошкой мазь в лицо. Она расслабилась, слезы уже давно высохли и к ней вернулось былое задорное настроение. — Ну вот и все, теперь ты выглядишь гораздо лучше. — Веселушка улыбнулась, разглядывая комиссаршу.

Эмилия посмотрелась в зеркало и увидела почти незнакомую ей девушку — более толстые мазки состава создавали тени, а само лицо стало таким, как будто она провела почти весь день в салоне красоты — мягкая на вид бархатистая кожа со смуглым оттенком, четко очерченные губы с естественным цветом контрастировали на лице и были хорошо заметны. Девушка повернула голову вправо и влево, рассматривая себя со всех сторон.

— Сейчас уберем волосы назад и будешь писаная красавица. — Веселушка ловко собрала растительность на голове в хвост и заправила в тугую резинку, приколов заколку. — Вот так.

— Другое дело. — Отозвался Хват из-за двери. — С такой девушкой и под ручку пройтись не стыдно.

— Уйди отсюда, чтобы я тебя не видела! — зло буркнула Эмилия. — Вообще одна пойду!

— Ну-ну. — Мотнул головой огрин. — Конечно одна пойдешь, я рядом толкаться не буду, но когда к тебе руки протянут, ты свисти или сразу же их ломай. Свистеть умеешь?

— Умею. — Недовольно буркнула Эмилия — она еще была обижена на Хвата.

— Лучше возьми с собой вокс-передатчик. — Посоветовала Веселушка. — Мы будем тебя слышать и если что быстро придем на помощь.

— Я что, правда пойду одна? — удивилась комиссар.

— Конечно. — Кивнул Хват. — Если нас увидят рядом с тобой, то языки явно высовывать не будут, а так есть шанс, что ты узнаешь много нового и да, Веселушка, дай ей выпить настоя.

— Что за настой такой? Не буду я пить вашу гадость!

— Это очень полезная вещь, — Хват поднял указательный палец вверх, — позволяет тебе не пьянеть долгое время, если нужно уважить хозяев и участвовать на их пиру долгое время.

— Его применяют воины. — Пояснила Веселушка, открывая флягу и наливая в колпачок густой терпко пахучий настой. — Когда нужно проявить почтительность, но не знаешь, чего ждать от незнакомца. Отказ равносилен жестокому оскорблению, так что прибегают к такой хитрости — позволяет не пьянеть и при этом употреблять спиртное.

— У вас есть спиртное? — удивилась Эмилия.

— Человек вообще первым делом придумал вино, чтобы забыться. — Произнес Хват. — Думаешь, он не найдет способа получить удовольствие, используя то, что есть под рукой? Оставь жидкость бродить на солнце и вскоре из нее получится брага. Или можно сцедить женское молоко, оно со временем сквасится, правда не получится хмельного напитка. Чтобы получить спиртное, мы варим один из сортов лишайника, потом нагреваем его до кипения, из жидкости выделяются ароматические вещества, которые оседают на донышке чашки. Процесс повторяется несколько раз, пока не получится гремучая смесь. Это у нас, у горняков. Степняки пользуются железами червя, в которых содержится какая-то жидкость и вот ее используют как многократно перегнанное спиртное. Что уж там пьют поморы или южане, я не знаю, но наверняка что-то такое тоже выдумывают. Так что пей, хуже тебе точно не будет.

— А вдруг будет? — Эмилия понюхала содержимое крышечки. — Может быть у меня от нее кишки в узел завернутся.

— Не завернутся. Поэтому и доза такая маленькая. — Успокоила Веселушка. — Воин полностью выпивает флягу и этого хватает на несколько часов, если переводить на ваше время. Пей, не бойся.

Эмилия собралась с духом и залпом опрокинула в себя настойку, как тогда, когда в первый раз попробовала спиртное. Горло обожгло пряным ароматом, казалось, что она заглотила перец и корицу вместе взятые, до того жидкость была пахучей. Девушка втянула с всхлипом в себя воздух и словно огнедышащий демон Хаоса выдохнула — поднеси зажигалку, взорвется.

— На чем ее настаивают? — спросила она, чуть не пустив слезу.

— На моих носках и Веселушкиных трусах. — Пожал Хват плечами и оглушительно захохотал, когда увидел выражение лица Эмилии. — Шутка, успокойся.

— Не обращай на него внимания. — Веселушка провела ладонью по голове комиссарши, приглаживая волосы. — Мужики всегда болтают всякую ерунду. Они даже в старости не взрослеют.

— Пора. — Огрин неожиданно посерьезнел. — Холан со своими подбросит нас до центра города, там разделимся. Помни, мы будем рядом, только подай сигнал, если вдруг что-то случится.

— Я поняла. — Сухо ответила Эмилия. Она решила игнорировать издевающегося над своим комиссаром огрина, однако наказывать его не собиралась, поняв, что над ней дружески подтрунивали. Точно также как это делал Хват и другие его воины друг над другом.

Когда девушка вышла из казармы и направилась к КПП, где ее уже ждал транспортник, в котором сидели остальные разведчики — офицеры под прикрытием, то огрины выстроились треугольником и закрыли ее от глаз любопытных гвардейцев. Лейтенант Холан, который сидел за рулем, повернул голову, замечая, что в "Химеру" заходит еще кто-то.

— О, прекрасно выглядите, товарищ комиссар! — восхитился Эмилией лейтенант Бриск, а его солдаты выпучили глаза, разглядывая девушку, которая от такого внимания слегка смутилась.

— Закатай губу, Бриск. — произнес Хват, залезая следом и еле-еле помещаясь на лавке, оттирая лейтенанта. — Эта девушка не для тебя.

— Неужели для тебя? — буркнул в ответ тот, думая, что огрин не слышит, но у того был исключительный слух.

— Она достойна аристократа или как минимум полковника, не таких оболтусов как ты или я. — Хват усмехнулся. — Вот станешь полковником тогда и поговорим.

— Я не оболтус! — с вызовом ответил Бриск.

— Похоже, что общение с лейтенантом Броскеном на тебя плохо влияет. — Со смехом сказал Холан. — Все сели?

В транспортник влезли еще два огрина, один из которых был девушкой. Веснушка не собиралась оставлять свою подопечную. Лейтенант тронул машину и она резво выкатилась за ворота части. Хват проверил болтер в кобуре, запасные магазины к нему лежали в подсумке. Топор пришлось оставить, но его место занял остро отточенный кинжал, так что детина мог дать отпор, да и силушкой его природа не обидела. Командир отряда огринов прихватил с собой Веснушку как адъютанта комиссара, так и Молчуна, с которым как-то успел сдружиться во время рейдов за хаоситами. Просто Хват знал на кого теперь можно рассчитывать в бою, если рядом с тобой находятся эти люди, что прикрывают спину. За бойницами транспорта замелькали рабочие кварталы города и огрин чуть хлопнул по плечу лейтенанта.

— Высади нас здесь — мы пройдемся пешком.

Тот не стал спорить и тормознул возле тротуара. Громилы покинули машину настолько быстро, что Холан даже никому не помешал и продолжил движение. Эмилия встревожено посмотрела вслед своим подчиненным.

— Куда мы едем? — спросила она.

— Для начала — в парк. — Ответил Холан. — Поставим транспорт на площадке и прогуляемся по аллеям. Потом разойдемся по кабакам и барам. Сейчас вечер, рабочая смена возвращается по домам и должно быть много народу на улицах, но я пока никого не наблюдаю — видимо еще рано. Что ж, подождем. — Он завернул на парковку, на которой не было машин — у рабочих не было денег, чтобы приобрести личный транспорт, к тому же до места трудового подвига их всегда довозили маршрутные автобусы.

Разведчики покинули транспорт, Холан забрал свою двойку и они неспешно отправились в ту сторону, откуда приехали. Бриск возжелал было составить Эмилии компанию, но у него было персональное задание, о котором ему напомнил лейтенант Сигмунд, тоже пялившийся на девушку, но у этого хотя бы хватило мозгов держать язык за зубами. Оба чуть шеи не свернули, когда комиссар вылезала из транспортера. Так два лейтенанта отправились к высокому зданию Администратума и Эмилия осталась одна. Вокруг людей почти не было — пара прогуливающихся вдоль дорожек энфорсеров не в счет, тем более, что они пристально посмотрели на девушку, но подходить не спешили. Видимо, сложили в голове два плюс два, что на военном транспорте могут приехать только гвардейцы, которые собрались в увольнительную. Так что перед ними может быть как молодой сопливый лейтенант, так и комиссар. Эмилия вздохнула, досчитала до пяти и отправилась через парк куда глаза глядят, разыскивая ближайший кабак или бар, похожий на приличное заведение.

Подобное обнаружилось не так уж и далеко. "Приют агронома" на первый взгляд был приличным заведением, но как оно там внутри — неизвестно. Эмилия набралась решимости, в сумочке, перекинутой через плечо, звенели несколько золотых империалов и она немного могла позволить себе шикануть. Ну, или думала, что могла. Девушка проверила как в кобуре сидит малогабаритный лазпистолет, который ей выдал под расписку комиссар Марш, экспроприировав разработку у механикуса Децима. Мол, пригодится и сейчас Эмилия была с ним полностью согласна. Дверь бесшумно открылась внутрь, звякнул колокольчик и девушка ступила на винтовую лестницу, которая вела в полуподвальное помещение. С небольшой площадочки перед ней открылся чистый, хорошо освещенный зал с отдельными закутками-кабинками, предназначенными для приватной беседы, столиками, стоящими посередине, музыкальным аппаратом, который наигрывал какую-то ненавязчивую мелодию. Первое впечатление было приятным и она решила сюда зайти, тем более, что все равно больше вроде некуда. Но вот народа то ли еще не было, то ли он подтянется гораздо позже, но из посетителей на столиками сидели пятеро — двое почти у входа, двое в кабинке и один возле барной стойки. Эмилия решила сесть где-нибудь между ними и заказать себе ужин, пусть будет скромненько, но со вкусом. Легенда у нее было придумана буквально час назад — она недавно прибыла на планету, устроилась на работу в одну из коммун, но пока транспорт за ней не прибыл и сейчас она находится в подвешенном состоянии — то ли уже начинать искать работу фабрике, то ли добираться самой — из Администратума так и не было ответа на ее запросы.

Девушка села за столик и заказала себе комплексный ужин. Посетители разглядывали ее, но как-то без интереса, а потом и вовсе занялись собственными делами. Хрен, что сидел возле бармена, перекинулся с ним парой слов и покинул заведение, а вместо него нарисовались еще трое, причем рожи были явно бандитские, однако вели они себя мирно и заняли одну из кабинок. Пока Эмилия ковырялась вилкой в салате, народ стал прибывать — было заметно, что кабак пользуется популярностью, но знавал и более славные времена, когда возле барной стойки ломились страждущие, а все столики были заняты и пиво лилось рекой.

Рядом с Эмилией уже села парочка воркующих голубков, которые встретились друг с другом после долгой смены, соседний столик заняли два мужичка в годах, причем у одного явно был протез, а вот второй не заработал даже на него — обходился деревяшкой, выточенной из единого куска. Эмилия продолжала неспешно поглощать пищу, прислушиваясь к нарастающему гулу.

— ... А ему и говорю, надо вот этот болт закрутить, а он...

— ... Говорят, снова поднимут цены на продукты, Империум забирает себе слишком много...

— ... Последняя партия оборудования — просто швах! Как будто ее ксеносы делали! Ее еще до ума доводить и доводить! Куда смотрят механикусы?...

— ... Зарплату опять понизили. Говорят, сбыта нет. Херня!!...

Вычленить что-то определенное из этого гомона было сложно, но Эмилия честно старалась. Народ как всегда и во всех мирах был недоволен политикой, проводимой местными властями, ценами на продукты и бытовые предметы, ругал проклятых ксеносов, ругал тупоголовых механикусов, ругал всех, кого только мог обругать, старательно обходя фигуру Императора и Высших Лордов Терры совместно с примархами, но не теми, кто продался Хаосу. На то, чтобы прилюдно его не ругать, у них мозгов хватало. Но попадались и интересные разговоры.

— Пропал Колюш. — Посетовал один из работяг, тот, что был с деревяшкой, и Эмилия постаралась сосредоточиться на нем. — Уже третий день на работу не выходит.

— Доиграется, уволят его. — Ответил ему второй, выпивая залпом из стакана. — Загулял, поди.

— Он не пьет и наркотой не балуется. — Возразил ему первый. — Ума не приложу, куда он мог запропаститься — всегда такой ответственный.

— Найдется, куда он денется. Решил себе, наверное, отпуск устроить — рванул в коммуну, никому не сказав ни слова или у бабы какой под боком загорает.

— Колюш напарник Седого, а тот мужик жесткий, он бы его с того света достал, из-под земли вынул, но и сам какой-то странный ходит, как блаженный.

— Это как? — не понял второй.

— Ну, глаза все время закатывает, бормочет под нос себе что-то непонятное, потом дергается как-то странно, когда к нему подходишь, да и компаний стал избегать. Зашуганный какой-то стал, все время оглядывается. Я у него как-то спросил, что с ним происходит, а он безумно на меня посмотрел и как шарахнется, тут же и убежал. Был такой серьезный и крутой, а сейчас словно подменили его — трясется от страха и с зажженным светом спать ложится. Может так оно и есть?

— Да кому он нужен, подменять его. Сбрендил твой Седой. — Вынес вердикт приятель. — Он же инвалид, списанный со службы в гвардии, старые раны открылись, вот и поехала у него крыша.

— Кстати, насчет гвардии, как думаешь, наведут они тут порядок или же все останется как прежде? — спросил первый. — Ну, то есть, люди пропадать перестанут, губернатора сменят, чиновникам из Администратума хвост прижмут?

— Не знаю. — Пожал второй плечами, делая большой глоток из стакана. — По мне так свалили бы они отсюда подобру-поздорову, и без них тошно. Сами разберемся.

— Они ведь гвардия — приносят порядок мирам Империума. — Засомневался первый. — Если здесь появились, значит их кто-то вызвал.

— Это ты у Седого спроси, что они там приносят, он в курсе. — Посоветовал второй. — Если вдруг нас объявят мятежниками, то никто даже спрашивать тебя не будет, за ты или против Императора — поставят к стенке и из лазгана прямо во лбу дырочку просверлят. Может быть за этим они и прилетели — порядок навести известно каким способом. Сейчас осмотрятся и начнут расстреливать направо и налево.

— Да ну, не может быть. — Не поверил первый.

— Вот тебе и да ну. Зачем, по-твоему, гвардия тут высадилась?

— Не знаю. — Пожал тот плечами.

— И я не знаю. А ведь часть, где они стояли, расформировали почти двадцать лет назад, решив, что нашей планете защита не нужна. То есть нас уже списали как возможные потери и тут вдруг мы им неожиданно понадобились. Зачем?

— Зачем?

— Может быть, чтобы провести показательный процесс. Потом будут крутить по головизору, как наша славная гвардия подавила очередной мятеж очередной неизвестной планеты, расположенной на заднице галактики. — Приятель снова хлебнул налитого в стакан пойла.

— Ну, ты это зря. Гвардейцы они не такие, они исполняют приказы и защищают граждан Империума. — Возразил ему первый, правда, немного неуверенно.

— Ну, продолжай жить в своих розовых мечтах. — Второй опять отхлебнул из стакана. — А я лично свалю в коммуну пока есть возможность — хотя бы там меня гвардейцы не достанут. Там пересижу заваруху, которая в городе начнется.

— Может быть все так решили как и ты? — спросил задумчиво первый. — Людей стало мало в городе, ты заметил? Как-то разом — бах и пусто на улицах. А ведь раньше этого не было, да чего далеко ходить, пару месяцев назад в парке не протолкнуться было от гуляющих мамаш с детьми, а сейчас никого. — Эмилия напряглась при этих словах. Перед глазами тут же встали описанные в архивах ритуалы хаоситов, когда те использовали младенцев и беременных женщин для призыва демонов. Что если культисты окопались и здесь? — Разве это не странно? — спросил приятеля первый.

— Что толку разговаривать об этом? — спросил тот. — Люди подались на заработки в коммуны, это естественный процесс, отток населения из города, потому что тут фабрики работают уже в половину своих мощностей.

— Но ведь здесь работы хватает! — удивился первый. — Наоборот, рабочих привозят с той же Аглы, Балтазара и даже Симиллы, а ведь здесь население никогда не шло на убыль, наоборот, постоянный прирост! А сейчас натурально рабочих рук не хватает — новички, если выходят, то через день-два пропадают! А жители как с ума сошли — все в коммуны подались и ты туда же!

— Откуда ты это знаешь?

— Из газеты, откуда же еще! — удивился первый. — На тридцатой странице всегда указывают статистику прироста колонии по отношению к прошлым годам и у нас она в плюсе. Была. Нам не нужна дополнительная рабочая сила — мы сами можем со всем справится.

— Видимо, не можем. — Флегматично пожал плечами второй. — Да и написанному в газете я бы не верил, я верю только тому, что вижу своими собственными глазами, а они мне говорят, что скоро в городе будет жарко. Так что я сваливаю.

— Ну и зря. — Покачал головой первый. — Да и кто тебя отпустит?

— А я спрашивать не буду, как и Колюш — просто уеду и все. — Пожал тот плечами. — Ладно, засиделся я что-то с тобой, пора и отдохнуть. Пойдешь домой?

— Так мы же вроде отдыхаем. — Почесал затылок первый. — Нормально сидим, единственное хорошее место в городе, где можно выпить в отличной компании и тебе не набьют морду пьяные рожи.

— Скоро и здесь посетителей будет все меньше и меньше — половина из них уедет в коммуны. — Приятель обвел рукой помещение. — Поехали со мной, а? Там трехразовое питание, работа на свежем воздухе, красота и главное никакой СПО и гвардии — им не нравится жарится на пекле, когда уборка в самом разгаре.

Первый с подозрением посмотрел на товарища.

— Я тебя не узнаю, Френк, раньше ты так не говорил и в коммуну не рвался. Что сейчас с тобой случилось, а?

— Ничего. — Пожал тот плечами и Эмилия, которая откровенно уставилась на мужика, заметила у него в глазах какой-то странный отблеск, но он быстро пропал. — Я тот же Френк, что и был вчера.

— Хм, Колюш тоже так говорил... — товарищ насторожился. — А где ты был неделю назад? Я заходил к тебе домой, но тебя там не оказалось и смена была не твоя — ты должен был отдыхать, я точно знаю!

— Не помню. — Безмятежно ответил тот. — А разве это важно?

— Френк, может быть тебе сходить к медикам, провериться? — приятель явно тревожился за судьбу своего товарища. — У нас медосмотр только по желанию, лет десять назад ввели и зря, по-моему.

— Я чувствую себя прекрасно, никогда еще не ощущал такой подъем сил. — Ответил второй с улыбкой. — Поэтому считаю этот разговор непродуктивным, забудем о нем. — Его глаза как-то странно заблестели и выражение лица первого вдруг стало каким-то отстраненным, словно он сильно задумался — глаза остекленели, мимические мышцы расслабились, он только чуть слюну через губу не пустил. Он чуть шевельнулся, когда второй его поманил за собой и еле-еле поднялся из-за стола, словно был пьян. А его товарищ уже встал и начал пробираться к выходу, как вдруг натуральным образом занервничал, закрутил головой, хотя до этого ни на кого внимания не обращал, и кинулся опрометью в сторону туалета. А потом...

Дверь в помещение слетела с петель, выбитая мощным ударом ноги и внутрь проникла хорошо знакомая фигура огрина. Ноздри Хвата раздувались и вообще он был весь какой-то красный и огромный, наверное так казалось, потому что помещение явно не было рассчитано на его рост. За ним маячили Веснушка и Молчун, причем последний выглядел еще более разозленным, чем его командир. Они кинулись прямо на Эмилию, умудряясь проскальзывать между столиками даже в своей броне и с оружием в руках — болтер командира огринов уже покинул кобуру и тот размахивал им, стараясь не задеть посетителей. Все разговоры затихли, когда в помещение ворвались громилы — народ со страхом смотрел на этих здоровяков, гадая, что же вызвало их гнев и вообще откуда они взялись. Они остановились перед соседним столиком, где завис со стеклянным взглядом работяга, которого вроде бы стало отпускать — он со вздохом плюхнулся на стул обратно и застонал, схватившись за голову. Молчун начал принюхиваться в мужику, а Хват направил болтер прямо в голову мужику, сейчас со страхом заглядывающему в его ствол — он уже отошел от своего "зависания".

— Это он? — громко осведомился Хват.

— Нет. — Молчун обошел человека кругом. — Но запах устойчивый. Не понимаю.

— Ушел! — в сердцах произнес огрин. — Эй ты, кто сидел рядом с тобой? — спросил он у работяги.

— Я... — голос того дрожал. — Я не помню... кажется... кажется, я был один!

— Неправда! — не выдержала Эмилия, забыв про свою шпионскую роль. — С ним был его приятель, он побежал в ту сторону! — и указала на дверь туалета.

— Веснушка, остаешься с комиссаром. — Произнес Хват. — Молчун, со мной.

Огрины рванули в туалет, но было уже поздно — открытое окно возвестило о том, что странный незнакомец ушел. Эмилии пришлось покинуть помещение вместе с громилами, заплатив хозяину цену выбитой двери и за молчание, тем более, что тот мужичок, пока огрины и девушка ходили разбираться и вынюхивать, тоже свалил по-тихому, только через парадный вход, не используя запасные. Сейчас комиссар встала перед тремя громилами, которые повесили носы, досадуя за содеянное, и раздельно спросила, научившись подобному трюку у комиссара Марша.

— Что. Это. Было. Такое?

— Молчун почуял паразита. — Пробурчал Хват. — Да и я сам тоже ощутил его запах. Мы в окошко за тобой подглядывали и видели, кто рядом с тобой сидит. А тут вдруг так знакомо потянуло через форточку, вот рефлексы и сработали.

— Паразиты — зло. — Выдал Молчун. — Их нужно уничтожать на месте. — Он ударил кулаком по раскрытой ладони.

— С чего вы решили, что эти твари вообще могут водиться на этой планете? — спросила комиссар. — Тем более там был человек, пусть и вел себя странно и сбежал, но он явно не похож на шестиногую тварь, покрытую хитином.

— Запах. — Упрямо твердил Хват. — Нас вел запах. Не знаю, как это произошло, но внутри как будто повернули что-то и мы кинулись туда, где он был. Прости, мы испортили тебе всю операцию, но мы не виноваты, это инстинкт.

— Значит, по-вашему, никто не виноват? — ехидно спросила Эмилия, с удовольствием наблюдая за реакцией огринов, которые напоминали нашкодивших детей. Они отводили взгляд в сторону, шмыгали носами и переминались с ноги на ногу. — Ладно, сбежал этот культист, ну и хрен с ним. Главное, что я выяснила — они собираются в этих коммунах, поэтому в городе так мало людей — все бегут туда как на чей-то зов.

— Зов. — Задумчиво произнес Хват, а Молчун мрачно сказал:

— Зов Королевы.

— Вы о чем? — не поняла Эмилия.

— Да так, о своем, об огринском. — Хват посмотрел на черное небо. — Можно пойти в другое место, раз уж здесь не получилось.

— В других местах народу еще меньше — я удачно сюда завернула. Оно пользуется популярностью. — Ответила Эмилия и поежилась. — Становится холодно.

— Хорошо. — Произнес Молчун, зажмурившись от удовольствия. — Приятная прохлада.

— Тогда давайте пойдем в часть пешком, посмотрим ночной город. — Предложил Хват. — Но я думаю, что здесь ничего не изменится, даже наоборот, будет сильнее заметна пустота.

Так и получилось — людей на улицах не было, патрули арбитрес куда-то подевались, грузовые машины исчезли с дорог, отсыпаясь в гаражах и ангарах после трудного трудового дня и четверка наслаждалась одиночеством. Эмилия шла среди огринов и ей не было холодно, почему-то от их тел шел едва ощутимый жар, который она почувствовала только сейчас. Улицы освещали фонари и редкие окна, где горел свет — люди готовились ко сну или же слушали и смотрели передачи, транслируемые правительственными каналами. Жизнь в глубинке Империума мало чем отличалась от столичной, разве что освещение было не таким ярким и бандиты шалили меньше, да людей на улицах совсем не было. Впрочем, даже у самых отмороженных на голову разбойников хватило ума обходить огромных людей стороной, пускай и среди них была такая "симпатичная чувиха". Так что до КПП части группа добралась без происшествий, чего нельзя сказать про Бриска и Сигмунда.

Мало того, что оба молодых лейтенанта, забыв о своем заданий, набрались местного пойла, так еще и умудрились подраться с работягами. Их бы замесили толпой, но бывалый сержант Потапов, габаритами и комплекцией напоминающий низкорослого огрина, который еще, к тому же, переболел в детстве, ловко раскидал обидчиков и, подхватив обоих лейтенантов за воротники, потащил к транспорту, пока рядовые отбивались от нападающих. В общем, молодежь с той и другой стороны повеселилась изрядно и предстала перед очами полковника Конота помятой, с фингалами и синяками по всему телу и своим дыханием напоминавшим демонов Хаоса, поднеси к нему спичку — от обои разило как от винной бочки. Лейтенанты были еще навеселе, горланили гвардейские матерные песни и вообще вели себя расковано, так что обоих немедленно отправили на промывание желудков и потом посадили под замок, чему, они, понятное дело, пытались сопротивляться, однако дежурным в патруле было отделение Пятки, а для его ребят справится с двумя доходягами — все равно, что чихнуть. Поэтому отдуваться за них пришлось сержанту Потапову, который в двух словах поведал с чего все началось и чем закончилось.

— Остолопы! — Конот не был рассержен, он просто с отеческой любовью отходил обоих лейтенантов, удерживаемых огринами, пощечинами по мордасам. — Молодцы, вы показали местным, что на самом деле представляет из себя имперская гвардия! Пьяницы и дебоширы! Вас развели на драку как детей, и вы еще носите гордое звание лейтенантов! Разжаловать бы вас в рядовые, да заменить некем! Пошли с глаз моих!

Пятка козырнул и отправил обоих на экзекуцию к техножрецам, а потом — спать. А после пьяниц к нему заявилась Эмилия с огринами. Увидев, что натворили лейтенанты и, понимая, что сейчас полковник слегка не в духе, девушка решила не упоминать о происшествии в кабаке и четко по-военному доложила, что операция была успешной, ей удалось узнать, что основная масса населения бежит в коммуны, предпочитая жизнь на свежем воздухе, чем горбатиться на фабриках. Почему и отчего она узнать не смогла, а также дополнила, что поэтому в городе так мало людей — они просто уходят.

— Люди просто так не уходят с насиженного места. — Проворчал полковник, который быстро успокоился. — Они обрастают вещами, семьей, привыкают к своей работе и очень неохотно с ней расстаются, неважно, какие бы хорошие условия им там не предлагали. Не все, но большинство ничего не хочет менять в своей жизни. А тут вдруг ни с того, ни с сего они взяли и сбежали в поле? Собирать урожай и жить в палатках? Не верю!

— Я слышала разговор двух приятелей, один из которых убеждал уехать второго в коммуну. — Произнесла Эмилия, кинув взгляд на Хвата, который в это время изучал потолок.

— Даже так, убеждал? Что же такого там в этих коммунах? — полковник спросил сам себя, но девушка отреагировала так, как будто вопрос задали именно ей.

— Не знаю, товарищ полковник. Может быть мне поехать к ним и выяснить? Разведать?

— Нет. — Жестко пресек ее инициативу Конот. — Еще не хватало разбираться с местными культистами, а то, что тут существует какая-то своя религия, я уже не сомневаюсь. Другой вопрос поддерживает ли она Императора или нет, но с этим пусть разбирается Инквизиция. Сейчас наша задача — охрана вверенных нам объектов от орков и до кучи от этих культистов. Раз уж они собираются за городом, то и отряды будут формировать там же. Другое дело, что они могут прибыть в город поодиночке, собраться и атаковать нашу часть или любое из подразделений, когда оно будет нести службу. Поэтому основное внимание уделяем построению обороны и отслеживанию всех, кто заходит на охраняемую территорию. Пора прекращать этот бардак — всем рабочим выписать пропуска и тщательно проверять, раз уж со стороны Администратум никакого содействия я не наблюдаю, то и нечего на них рассчитывать. К тому же под городом проходит множество канализационных и коммуникационных тоннелей и проходов, по которым нападающие могут выйти нам в тыл. Поэтому ищем все возможные выходы на поверхность на территории своих объектов и берем их под контроль или же заливаем бетоном, чтобы не пролезли. После согласования с начальством объекта, конечно же, а то вдруг там специально оставлены технические ходы. Это ясно?

— Так точно. — Ответил Хват.

— Ну вот, хоть кто-то меня слушает и соображает, а то эти два молодых идиота... — Полковник выдохнул, — ну ладно, идите отдыхать, завтра будет тяжелый день — праздник во дворце у губернатора и на нем наше присутствие — обязательно.

Эмилия и Хват одновременно прижали правую руку к груди и покинули бункер полковника, который снова засел за карту, изучая подходы к городу и решая невозможную задачу — как спасти всех, не потеряв при этом никого.

— Подозреваемый у нас. — Доложил убийца своей хозяйке. — Захват прошел чисто.

— Как все прошло? — спросила она просто чтобы спросить, ведь и так уже знала о произошедшем.

— Снова вмешались огрины.

— Они его прикрывали?

— Нет, охотились.

— Хм, странно... и каким же образом они его вычислили?

— Почуяли.

— Как собаки?

Убийца неопределенно пожал плечами.

— Он пытался сбежать, когда понял, что обнаружен. Я его перехватил.

— Силен?

— Да, изрядно, но не так как остальные. Трансформация еще не завершилась. Док уже проводит вскрытие.

— Удалось выяснить примерное направление поисков? — Женщина провела рукой по голове крупного кошачьего, который расположился возле ее ног. Он ответил ей утробным мурлыканьем, принимая ласку.

— Они собираются где-то за городом, но это может быть отвлекающий маневр. Завтра праздник — самое удобное время, чтобы нанести удар.

— Они не решатся, я это чувствую, гвардия спутала им планы. — Заявила женщина, убирая руку с головы кошки. Та боднулась ей в ладонь, словно прося продолжения. — Нет, они готовят что-то другое. — Она задумалась. — Проклятье варпа, как же сложно с этими культистами!! — После чего успокоилась и продолжила уже привычным тоном. — Гвардию необходимо использовать — придется идти на контакт. Все решится завтра.

Убийца кивнул, принимая любое решение своей хозяйки — он служил ей давно.

Целый день готовились к посещению дворца — наказанных за вчерашнее лейтенантов, после показательной порки на плацу, отрядили заниматься хозяйственными работами, инженерный взвод продолжал строить укрепления, дежурные в караулках менялись в назначенное время — часть жила по расписанию. Полковник Конот прекратил наводить марафет, критически осмотрел свой внешний вид — парадный китель, штаны, начищенные до блеска сапоги, наградной лазпистолет в кобуре и силовой меч, все было на своем месте и сидело как влитое, завершая окончательный образ бравого военного. Да, это вам не молодые сопливые лейтенанты, подумал Конот, одергивая воротничок, которые после первого же стакана спирта начинают буянить. Настоящий офицер Имперской Гвардии, такой пришел бы и ко двору самого Императора. Вот только Конот не стремился делать карьеру и вообще не Терру — ему было комфортно среди своих солдат. Он еще раз все проверил и вышел из бункера — нужно прибыть к началу праздника и желательно в середине толпы съезжающихся гостей. Опоздавший командир имперских гвардейцев оставит о себе не лучшее впечатление, особенно тогда, когда его подчиненные уже изрядно постарались в этом.

Майор Попов был уже рядом и отсалютовал Коноту.

— Отлично выглядите, полковник. — Произнес ветеран бронетанкового полка. — Я бы с удовольствием составил вам компанию, но понимаю, что за этими оболтусами нужен пригляд опытного офицера.

— В следующий раз отправлю вас отдуваться за все наши три полка, майор. — Конот улыбнулся. — Владимир, будь настороже, мы можем и не вернуться с губернаторской вечеринки.

— Может быть, отправить роту Симонса, как поддержку?

— Чтобы они окончательно всех перепугали своими "Стражами"? Нет уж, хватит и огринов. Беру с собой трех этих болванов — Хвата и его ребят. Если что, они смогут прикрыть и помогут нам выбраться из той заварухи, буде таковая случится. Ну, Император защищает!

— Император защищает! — майор Попов также как и полковник сотворил знак аквилы и пожелал удачи на своем родном языке: — Ни пуха! — Однако Конот его понял и ответил соответствующе.

— К черту!

Пока собирались, пока то да другое, выехали чуть позже на двух транспортерах. Огрины и взвод поддержки под командованием лейтенанта Тихонького ехали во второй машине, тогда как комиссары и офицеры расселись в первой. Сам дворец находился в стороне от города, километрах в пятидесяти и стоял в живописном месте на берегу озера, окруженный высаженными и правильно остриженными деревьями. В парке перед дворцом весело журчали фонтаны со статуями героев Империума и самого Императора, который словно защищал это место. Дорожки, посыпанные красным песком, церемониально одетая охрана, гости в дорогих костюмах и вечерних нарядах. Эмилия в своем простеньком платье выглядела как служанка и то местные горничные своей униформой могли дать ей сто очков вперед. Она даже начала немного комплексовать по этому поводу, но комиссар Марш, заметив ее состояние, решительно взял девушку под локоть и повел вперед, шепча на ухо наставления.

— Ты — боевой офицер, комиссар! И тебе должно быть наплевать на мнение всех этих гражданских свиней с высокой колокольни! Ты защищаешь их жизни ценой своей, чтобы они могли наслаждаться обществом друг друга и щеголять перед другими аристократами нарядами. Ты выше этой знати, они и мизинца твоего не стоят, ты находишься рядом с Императором, ты — его правая рука, карающий меч справедливости в его армии, ты сильнее и важнее каждого из этих напыщенных уродов, которые только и могут что вкусно жрать и сладко спать, так что помни об этом.

И Эмилия успокоилась. Действительно, какой смысл притворяться перед кем-то, кого ты даже не знаешь и совершенно ему безразлична? Ее должно волновать мнение своих солдат о ней и ее действиях, а не каких-то там расфуфыренных барышень. Вот Хват идет позади полковника и, наклонившись к нему, что-то выслушивает в ухо. Надо бы разузнать, пока этот громила не выкинул еще один непонятный фортель вроде того в кабаке. Комиссар тормознула и поравнялась с огрином, который пустил полковника вперед, а сам пристроился у него в кильватере.

— О чем вы говорили с полковником? — пристала к огрину Эмилия, говоря на его языке. Несколько проходящих мимо дам, обмахиваясь веерами, сморщили свои носы — что за неприличность, опускаться до уровня "нелюдя". Разве пристало человеку говорить с этими животными как с равными? Они грязь под ногами аристократии, пусть радуются уже тому, что их оставили в живых и они коптят воздух в галактике наравне с ксеносами. Фи, а эта замарашка в платье, в котором ходят только бедняки, к тому же выучила их язык, в то время как тупоголовые не могут и двух слов связать на Низком Готике, не говоря уже про Высокий! Кто ее вообще пустил в высшее общество?! Какой позор!! Нужно будет немедленно все высказать первому помощнику губернатора, ведь это он пригласил этих гвардейских деревенщин на такой светлый праздник в честь Императора!

— О поведении. — Наклонившись к ней, тихо сказал Хват. — Мы — тупые огрины и вести себя должны также. Поэтому не удивляйся, если я буду чуть-чуть придурковатым и, пожалуйста, не смейся, когда начну ковырять в носу и рыгать за столом.

— Хорошо. — Также тихо ответила девушка. — Только я прошу, не пали из лазгана в аристократов. Они, конечно, мерзкие снобы и все такое, но все же люди, а не ксеносы или еретики.

— Я играю роль телохранителя полковника. Молчун — телохранитель комиссара Марша, а Веснушка — твой. — Ответил Хват. — Так что мы будем рядом, но мешать вести беседу не собираемся, будь естественнее, ты слишком напряжена.

— Это заметно? — удивилась Эмилия.

— От тебя за километр разит неуверенностью и чуть-чуть страхом все испортить. А эти аристократы им питаются. — Хват указал на группу дам, которые при таком жесте тут же задрали вверх носы и стали немедленно обсуждать "невоспитанного, грубого мужлана-нелюдя". — Они тобой закусят на десерт, так что не вступай с ними в полемику — это бессмысленно и бесполезно. Если начнут расспрашивать — ври про битвы.

— Про какие битвы? Я пока побывала только в одной и то почти в тылу.

— Да наплевать про какие, выдумай их. Можешь даже рассказать, что ты кладешь одной левой всех ксеносов подряд, а правой в это время уничтожаешь еретиков, если таковые попадутся, и ковыряешь в носу, смачно сплевывая. Все равно никто твои враки проверять не будет. Больше напора, сестра, и все будет отлично.

— Как ты меня назвал? — опешила Эмилия. — Сестра?

— Ну, — Хват немного стушевался. — Вы для меня как младшая сестра, товарищ комиссар, и мой долг — заботиться о вас также как я забочусь обо всех, кто доверил мне свои жизни. Я ведь вроде как вождь, лидер, а он всегда отвечает за всех, в том числе и за тебя.

— Слушай Хвата, товарищ комиссар. — Встряла Веснушка. — Он плохого не посоветует.

— И ничего не бойся — мы рядом. — Огрин отвалил в сторону, потому что полковник свернул к группке высокородных чинуш.

Конот заметил в толпе первого помощника — память на лица у полковника была феноменальная, он умел определять в толпе нужного ему человека. Так и здесь, едва заметив три подбородка подряд, круглый живот и отвислые уши, полковник направился к нему, чтобы выяснить, где находится губернатор, дабы вручить ему копии бланков приказа. И попытаться сгладить возникшее недоразумение, а то вероятность того, что планетарному руководителю просто напели в уши была высока. Но вот какой в этом смысл, Конот, хоть убейся, не понимал. Гвардия никогда и нигде не претендовала на власть, она просто качественно выполняла свою работу по уничтожению ереси, ксеносов и врагов Империума, как внешних, так и внутренних.

Чиновники заметили полковника и его телохранителя-огрина и брезгливо поджали губы, но никто не проронил ни слова.

— Приветствую вас, господа, на этом знаменательном празднике в честь нашего Бога-Императора. — Конот по-военному поздоровался с ними, сделав жест рукой. — Мы только что прибыли и первым делом я бы хотел поговорить с губернатором. Где я могу его найти?

— Господин губернатор находится там же, где и всегда — в своем дворце в большой зале. — Ответил первый помощник, ядовито растянув губы в улыбке. — Не волнуйтесь, торжество скоро начнется, пока погуляйте по этому дивному саду, вскоре нас всех пригласят внутрь. — Он склонил голову, показывая, что разговор закончен.

Конот не стал настаивать и отошел в сторону, высматривая в толпе кого-нибудь со знаками арбитрес. Первое знакомство с ними тоже было не очень благоприятным, да они и сами виноваты, полезли в бутылку вместо того, чтобы все мирно решить на месте. Народу в парке было полно, дамы в дорогих нарядах так и сновали туда-сюда, явно демонстрируя их для местной знати. Особо молодые барышни уже заинтересовались Конотом и весело подмигивали ему, намекая на то, что они не прочь завести близкое знакомство, но дебильная физиономия Хвата, который блестяще играл свою роль тупого огрина, быстро лишала их всякого романтического настроя. Полковник был ему благодарен за это — еще не хватало связаться с местной аристократкой и потом оказаться в неприятном для него положении, тогда как та получит массу удовольствия. Ни для кого не секрет, что для разбавления крови, папочки молодых дурочек подкладывали их под военных офицеров. Когда он был помоложе и званием пониже такое уже случалось и чуть не вышло полковнику боком, да и два оболтуса, Бриск и Сигмунд, напомнили Коноту еще пару случаев из его богатой на случайные ситуации жизни. Они еще не понимали, что хозработы — это самое малое наказание, которое полковник им определил. Пока над ним нет генерала Грисса он в своей части царь и Бог, но стоит депеше уйти в штаб, как... что бы стало с двумя дебоширами-лейтенантами не брался предсказать даже полковник. Расстрелять, наверное, не расстреляли бы и так народу не хватает, но разжаловать — это всегда пожалуйста. Так что забудем про этот случай, а этим двоим будет хороший урок на будущее. Жаль, что Броскен не попал в ту же компанию, его бы Конот наказал просто за то, что он есть. Снаружи красивое яблоко, но внутри все изъеденное червячком — вот сущность лейтенанта. Просто сейчас его некем заменить и некуда его перевести, как говорят на Коссии, паршивая овца все стадо портит.

От другой группы чиновников, стоявшей наособицу от первой, откололся человек и чуть поспешно подошел к полковнику. Он выгодно отличался от остальных тем, что был не так толст и имел какое-то представление о зарядке и физкультуре.

— Полковник Конот, я полагаю? — спросил он и тут же представился. — Конрад Тулс, третий помощник планетарного губернатора. Прошу меня простить, что не успел с вами переговорить до этого праздника, организацию которого поручили мне, было очень много дел и я закрутился до такой степени, что не смог выбраться из этой круговерти. — Он улыбнулся. — Так чем Администратум в моем лице может вам помочь для обустройства на новом месте?

— Хм. — Полковник был удивлен. — Простите мне мое непонимание, но до сего момента наш полк не имел никаких дел с Администратумом — все приходилось доставать самостоятельно и я не понимаю, с чего вдруг такая забота?

— Понимаю, как это выглядит с вашей стороны. — Тулс нахмурился и кинул взгляд в сторону первого помощника, который был вроде как увлечен беседой и не обращал внимания на разговоры военных и его подчиненных. — Имперской Гвардии на каждом из миров всегда оказывали почет и уважение, вы наши защитники и для вас было неожиданностью, что высшие чиновники Администратума никак не реагируют на ваше появление, но для этого есть свои причины, поверьте.

— И каковы же они? — спросил полковник. — Может быть, вы проясните происходящую на вашей планете ситуацию?

Третий помощник вздохнул.

— Я здесь уже пять лет, прибыл по переводу из Симиллы взамен без вести пропавшего помощника губернатора. — Начал рассказывать он. — Местные власти... они... слишком долго были оторваны от столичного мира, контроль за исполнением приказов лежал на аппарате губернатора, а он является внучатым племянником нашего системного губернатора. Видите ли, все пять систем принадлежат Торговому Дому Донгер, это уважаемая фамилия в сегменте Темпестус, но не самая знаменитая. Единственное, что мы поставляем на другие миры Империума — это вкуснейшие морские деликатесы с Аглы, горнопроходческое оборудование с Балтазара и высокоточную микроэлектронику с Симиллы, которая пересылается прямо на Миры-Кузницы. В свое время Карл Донгер, основатель Торгового Дома, заключил с Адептус Механикус договор о совместном производстве оборудования и управляющих систем к ним. Вы ведь знаете, что те с большой неохотой отдают кому-либо продвинутые технологии, даже для простейшего копирования, не говоря уже о производстве, но тут был особый случай. — Конрад перевел дух. — На Симилле нашли богатейшие залежи полезных ископаемых, необходимых в производстве электроники и сплавов, вроде тантала, рутения, бериллия и иже с ними. Запасы на столичной планете огромны, для добычи требуется горное оборудование, производство которого и развернули на Балтазаре. Ближайшая к нам Мир-Кузница находится почти в ста двадцати световых лет и перевозка добытой породы для ее обогащения и выделения нужных элементов была признана нецелесообразной даже механикусами и они, скрепя механическими суставами и железными зубами, пошли на сделку. — Тулс улыбнулся. — С тех пор планеты Дома Донгер стали стратегически важными объектами. Все это я вам рассказываю для того, чтобы вы поняли ситуацию — Кассандра снабжает продуктами эти пять систем и еще экспортирует их в две ближайших к нам — ЛВ-двадцать четыре дробь семь, которую мы между собой называем Завидная и ФВ-сорок два семьдесят четыре, получившая имя от местных — Мрак. Так как основную роль в системном секторе играют только по большому счету эти три планеты — Балтазар, Симилла и Агла, то Кассандра и Элития идут как придатки и большого спроса с губернаторов, по сути дела, нет. Естественно, это приводит к стагнации власти и ее последующей деградации. — Конрад еще раз оглянулся. — Не нужно воспринимать мои слова как ересь, это общеизвестный факт и он подходит для всех планет Империума.

— Я умею думать и слушать, господин Тулс. Я не воинствующий фанатик и умею отделять зерна от плевел, мой разум не ограничивается только лишь написанными правилами и догмами. — Произнес полковник. — Но какое это отношение имеет к нам, я так и не понял.

— Приятно слышать, что командиры гвардии умные и образованные люди. — Улыбнулся третий помощник. — Что же касается планетарного руководства, то они боятся, что вы прибыли их заменить. — Скороговоркой произнес Тулс. — Устроить чистку, после которой на планете сменится правительство. Планетарный губернатор... он страдает от психологического расстройства, его бионический мозговой имплант изредка дает сбои и он начинает чудить. Поэтому как таковой у него своей власти нет — все за него решают помощники. Первый помощник подмял под себя весь город, второй — производство пищи и коммуны, а мне досталась вся бумажная и черновая работа по организации снабжения, отгрузки и контроля технологических цепочек производства пищи, чем я тут пять лет и занимаюсь. Проще сказать, что я обеспечиваю ввоз оборудования и ремонт его силами техников и немногочисленных механикусов, что проживают в отдельном районе возле ремцеха. Просто ваше появление было неожиданным для нас всех, а причины по которым вы сюда прибыли — казались надуманными.

— Вот как? — удивился Конот. — А что если эти причины вдруг свалятся вам на голову? Что тогда вы будете делать, ведь своего флота у Дома Донгер, кроме грузовых транспортников, я полагаю, нет?

— Вы правы — Донгеры не имеют крупных оборонительных кораблей. — Согласился Тулс. — Пять корветов, два эсминца и два легких крейсера — вот и весь доступный им флот, причем они постоянно сопровождают караваны с готовой продукцией к Мирам-кузницам и пропадают в варпе. Не буквально, нет! — тут же замахал руками третий помощник, заметив хмурое выражение на лице полковника. — Просто очень много времени уходит на полеты и планеты по сути беззащитны — все из-за этого проклятого врап-шторма, который закрывает нам прямой путь. Я понимаю, что Император заботится обо всех своих гражданах, в том числе и о нас, но о возможном вторжении орков нас, как всегда, забыли предупредить.

— Даже так?

— Когда вы появились на орбите, то в Администратуме поднялся переполох — все решили, что им пришел конец, ведь разговоры о возможных чистках начались еще до этого.

— И что стало для их предпосылок? — поинтересовался Конот.

— Стали пропадать люди, как простые работяги, так и из Администратума. — Почему-то шепотом произнес Конрад. — Человека не могли найти, а если находили, то он был далеко от города и ничего не помнил о том, как там оказался. Губернатор отдал приказ арбитрес разобраться и они начали копать, но вскоре пришли к выводу, что пострадавшие сами виноваты. Согласитесь, странно, правда? Похоже на отписку.

— Да, арбитрес никогда бы так не сказали.

— Поэтому я предпринял некоторые шаги сам. — Еще тише произнес Тулс. — Я вызвал сюда Инквизитора!

— Вот как? — полковник с интересом посмотрел на чиновника, единственного из всех у кого осталась хоть капля мозгов. — Чтобы он или она разобрались в происходящем? Но для этого должно быть серьезное основание.

— Именно! — Конрад от возбуждения замахал руками. — И основание было — провести расследование исчезновений чиновников и их неестественной потери памяти. Все это похоже на происки ксеносов или же культистов, а это прямая обязанность Инквизиции — разбираться со скрытыми врагами. Естественно, я никому из Администратума ничего не сказал.

— Почему тогда говорите об этом мне?

— Потому что вы сторонний человек и командир полка имперской гвардии. Кто если не вы сможет нас защитить от возможного врага?

— И как Инквизитор? Вышел с вами на контакт?

— Нет. — Покачал головой Тулс. — Я его не видел. Я даже не знаю, здесь он или нет — запрос ушел еще полгода назад. Пока ситуация в городе не менялась, стало пропадать еще больше людей, а арбитрес не вылезают из своей крепости, словно спрятались там. Даже их руководителя на празднике не видно, а ведь это его обязанность — присутствовать на подобного рода мероприятиях. Я думаю, что они нашли что-то такое, что их напугало и они заняли глухую оборону. Но вот почему они ничего не предпринимают?

— Возможно, это что-то сделало им предложение, от которого очень сложно отказаться? — предположил Конот.

— Считаете, что это какой-то культ Хаоса? — со страхом в голосе произнес Конрад. — Я признаю, что на этой планете благодатная почва для всевозможных еретиков и то, что они свили гнездо у нас под носом приводит меня в ужас! Надеюсь, Инквизитор разберется.

— Если уже не разобрался. — Пробормотал себе под нос полковник, вспомнив непонятного убийцу. — Что ж, спасибо вам за то, что хоть немного прояснили ситуацию. Могу я рассчитывать на вашу помощь?

— Всенепременно. — Заверил Конрад. — Первый и второй помощники будут продолжать вставлять вам палки в колеса и давить на меня, но я не поддамся — все же меня сюда назначил системный губернатор, а не местный руководитель и снять может только он и они это прекрасно понимают. Небольшая независимость от них у меня есть, так что с материалами, машинами и рабочими я помогу, если в этом будет необходимость — как вы помните поставки оборудования на мне.

— А как обстоят дела с местными СПО? — спросил полковник. — На них можно рассчитывать?

— По большей части это необученные ополченцы из местных. — Пожал плечами Тулс. — Наверное, они могут стрелять из лазгана, но вот когда последний раз держали его в руках, я даже не знаю. Единственную часть расформировали еще лет двадцать назад, офицеров перевели в другие подразделения планетарной обороны Симиллы и Балтазара, солдат определили матросами на корабли — тогда случилось нападение пиратов Темных эльдар на караван, погибло много людей и экипажи решили усилить боевыми группами. Так мы остались без единственного боеспособного подразделения, а вскоре и СПО начали постепенно сокращать. Случилось это где то во втором или третьем году уже этого тысячелетия, точно не скажу, как-то знаете, не знаком с местной историей, так, в общих чертах.

— Но про расформирование части вы знаете. — Заметил полковник.

— Потому что именно я этим и занимался — прибыл сюда с инспекцией. — Ответил Тулс. — Еще когда был вторым помощником третьего советника пятого помощника начальника службы снабжения.

— Каким боком служба снабжения относится к гвардии?

— Видимо, больше некого было послать. — Пожал плечами Тулс. — Я тогда только начинал и меня, как самого молодого, кинули на амбразуру, так, кажется, у вас говорят?

— Понятно. — Кивнул полковник. — И за то, что вы здесь, нужно благодарить ваш прошлый опыт?

— Ну да. — Кисло отозвался Конрад. — Как только появилась вакансия, меня тут же перевели сюда. С повышением. В гробу я видал такое повышение! — в сердцах сказал он и несколько дам заинтересовано повернулись к чиновнику, внимательно его рассматривая, но тот быстро взял себя в руки. — Хотя, может быть оно и к лучшему. Во всяком случае, я разобрался в этом болоте и кто у них тут главная лягушка. — Тулс хмыкнул. — Советую вам передать свой приказ напрямую губернатору, а не через руки помощников, он пусть и болван, — тихо произнес это слово третий помощник, — но вас запомнит. Меня к нему не допускают, а вот вы сможете — по статусу, так сказать, положено. — Он посмотрел на откровенно смотрящего на него первого помощника, который быстро отвернулся, заметив взгляд. — Похоже, время нашей беседы истекло, мне нужно откланяться, проверить все приготовления. — Он посмотрел на наручные часы. — Минут через десять всех позовут в главный зал дворца, будет речь губернатора и официальное открытие праздника. Все перепьются как свиньи и начнут лезть дамам под юбки, так что моя задача и задача охраны не допустить подобного поведения, вовремя изымая из общества особенно подвыпивших. Этим должны заниматься арбитрес, но их здесь нет, к сожалению. Впрочем, ничего не мешает продолжить господам этим заниматься у себя дома. — Конрад весело подмигнул. — На время расслабьтесь, полковник, и получайте удовольствие. Я специально для праздника вызвал певичку и оркестр, самых популярных на Агле. Для перевозки с Симиллы пришлось бы выложить крупную сумму, а в трюме грузовика артисты вряд ли полетят.

— Это понятно — не по чину, к тому же простудятся, а голоса надо беречь. — Полковник откланялся и пошел гулять по парку с телохранителем за спиной.

— Как тебе этот третий помощник? — спросил полковник огрина.

— Я могу только сказать то, что он не врет. — Ответил тихо Хват. — Я не уловил в его словах лжи или же он очень хорошо прикидывается.

— Что ж, посмотрим, как будут развиваться события. — Кивнул сам себе полковник. — Он прав в одном — к губернатору я должен обратиться напрямую.

Они еще немного погуляли по парку, где разбитые на группки гости общались друг с другом. Комиссар Марш мило беседовал с каким-то дамами, которые явно были недовольны присутствием сопевшего телохранителя-огрина, но Молчуну было наплевать — он вел себя естественно — помалкивал как всегда. Эмилия обошла часть территории сада, просто изучая местность. Несомненно, здесь красиво, облагороженные деревья создают уют, а журчащие водой фонтаны, еще и подсвеченные в сумерках лампами — успокаивают взор. Ради этого спокойствия и уюта и стоит хранить мир в Империуме и защищать его от врагов.

Протрубил рог и все гости как стадо ломанулись в главный зал дворца, который широко распахнул свои двери. Проемы были широкими и высокими, потолки не уступали своим аналогам в Императорском дворце, только сделанные в миниатюре. Сам дворец был почти точной копией дворца на Терре с некоторыми изменениями — изображения битв Императора с силами Хаоса выглядели не такими яркими, как у оригинала, да и размерами он ему серьезно уступал. Раз так в двести или две тысячи — на целый континент у губернатора силенок бы не хватило замахнуться. Но было заметно, что художники старались передать все великолепие дворца. Сколько же здесь вложено труда и средств, подумала Эмилия, разглядывая убранство зала. Окна были задрапированы мягкой на ощупь тканью, в канделябрах горели свечи вперемешку с электрическими светильниками, все так гармонично дополняло друг друга, создавая атмосферу богатства и власти. Причем это не было обычной демонстрацией возможностей губернатора, не аляповатым набором золотых украшений или древних ваз, нет, все было подобрано со вкусом и явно не нынешним руководителем планеты. Тот, пускай и был тугодумом, но не решился разрушить то, что было сделано до него. Или же ему не дали.

Возле двери послышался какой-то шум и Эмилия оглянулась. Охрана тормознула Хвата, предлагая ему остаться снаружи. Таких вопросов к Веснушке у стражей не возникло — девушку пропустили вместе с комиссаром, хотя она была в броне и при оружии.

— Нахождение во дворце с тяжелым вооружением запрещено. — Непреклонно стоял на своем глава охраны.

— Босса, шта гаворит этот челавек? — старательно коверкая язык, спросил огрин Конота. — Он хочат атабрат мой стрелялка? Не адам! — И Хват вцепился в лазган так, что и клещами не расцепишь.

— Это мой телохранитель. — Спокойно произнес полковник, глядя в глаза начальнику охраны. — Я все понимаю, служба, но и вы поймите, отбирать у огрина его оружие опасно для вашего здоровья.

— Поэтому я и хочу, чтобы он его сдал на хранение, сэр! — вежливо произнес страж. — Что если он начнет буянить в зале и откроет стрельбу по посетителям?

— Что ж, я понимаю вашу озабоченность, но мы можем сделать по-другому. — Конот подошел к громиле. — Хват, отдай мне зарядную батарею.

— Шта это, босса? — тот выпучил глаза, только слюну не пустил.

— Вот эту маленькую коробочку. — Полковник показал на лазгане. — Пусть она побудет у меня.

— Харашо, босса. — Огрин ловко выщелкнул батарею. — У миня не атберут стрелялку?

— Нет, все в порядке. — Кивнул полковник и повернулся к стражу. — Вам будет спокойнее, если телохранитель походит с разряженным оружием?

— А его топор? — показал начальник охраны. — Таким тесаком можно запросто человека вдоль разрубить.

— Думаю, что его он точно не отдаст — это личное оружие, которое досталось огрину по семейной линии. Пока что батареи будет достаточно. — Конот смотрел на стража. — Огрин безобиден до тех пор, пока на меня не будет совершено нападение, а я считаю, что подобного не случится — ведь здесь же безопасно? Или же у вас есть другое мнение?

Хват сунул палец в нос и начал там усилено скрести, добывая соплю, на что начальник стражи сморщился.

— Под вашу ответственность, полковник. — Процедил он. — Надеюсь, вы проследите, чтобы эти громилы не натворили глупостей.

— Благодарю. — Холодно кивнул тот и прошествовал в зал.

К Молчуну вопросов вообще не возникло — тот также отдал свою батарею комиссару Маршу, который ее и продемонстрировал стражу. Тот только брезгливо поджал губы, но возбухать не стал. Поэтому Веснушку и пропустили без вопросов — у девушки просто не было с собой лазгана. И дробовика тоже не было, зато парочка модифицированных лазпистолетов в кобурах и силовая сабля вполне могли заменить тяжелое вооружение. Когда все собрались в зале, то зазвучали трубы и на подиум вышел губернатор. Был он маленького роста, полностью лыс, с брюшком, а из головы торчали трубки системы охлаждения мозгового импланта. Роскошно одетый, с плащом за спиной, губернатор распростер руки и начал свою речь, которую учил весь день, а может быть ему транслировали слова по вокс-передатчику в ухе.

— Увазаемые зители насего города!! Я пливетствую вас на это знаменательном плазднике в тесть насего великого Бога-Импе... — тут губернатор напрягся. — ... Императора!

Ну хоть это словно смог выговорить без ошибок, усмехнулась внутренне Эмилия. А так да, налицо проблемы с речевым аппаратом и даже логопед не сможет его исправить, деградация психики и вырождение на лицо! Аристократия совсем уже замкнулась сама в себе, предпочитая не смешиваться с простолюдинами. Видимо, Дом Донгер не практиковал вливание свежей крови в свой род, а ведь это было бы для них выходом. Ну что ж, пускай пожинают плоды своего невежества. Между тем губернатор продолжил:

— В этот день нас мир вступил в великий Импелиум, — а вот здесь ошибочка, но простительная, ладно уж, махнула на это рукой комиссар. — Под его заситой мы находимся узе много-много лет и благодаля ему процветаем! Восдадим же потести и славу насему бессмелтному луководителю, — ишь ты, как вывернулся, видимо для него пишут тексты хорошие помощники, — и восславим его мудлость! Мусику!

Грянул имперский марш и Эмилия автоматически вытянулась в струнку при первых его звуках. Оказывается, за еще одной портьерой прятались музыканты, которые сейчас сполна отрабатывали полученные за выступление деньги. Трубачи надували щеки, гитаристы терзали струны, барабанщики лупили по литаврам, стараясь вызвать как можно более насыщенный звук и все это создавало ту самую музыку, к которой с малого детства привык каждый гражданин Империума. (если кому интересно, то марш Советского Союза из Ред Алерт 3 вполне подойдет, только без дебильных завываний "казачьего" хора — прим. автора). Едва отзвучали последние аккорды, как высшее общество разбилось на группки, а к губернатору выстроилась очередь из просителей и посетителей с подарками. Где-то в ней, в середине стоял и Конот, который не успел подсуетиться во время звуков марша — старый вояка испытывал неподдельное чувство гордости за Империум и даже мысли не допустил, чтобы нарушить гармонию музыки, шевельнувшись и заняв первое место возле трона губернатора.

Музыканты начали наигрывать какие-то мелодии, к микрофону подошла их солистка и привычно начала свое выступление. Ее голос мелодично разливался по залу, отражаясь от стен — здесь была отличная акустика, строители явно постарались учесть все пожелания неизвестного губернатора. Естественно, ни о какой фонограмме не могло идти и речи — все исполнялось "в живую". Эмилия прислушалась к песне — от нее веяло ностальгией по дому, но в то же время она звала куда-то, будила в душе чувство покорителя новых земель. Вообще оркестр выкладывался вовсю, стараясь создать атмосферу праздника и учесть вкусы всех присутствующих.

— Разрешите пригласить вас на танец? — к Эмилии подошел молодой парень в отутюженной форме энфорсера арбитрес. — Если вы не заняты, конечно. — У него был какой-то странный взгляд, чуть-чуть отстраненный, что насторожило девушку. Она приказала себе мило улыбнуться и ответила молодому человеку.

— Я не занята. — Пролепетала Эмилия, протягивая ему свою маленькую ладошку. Веснушка чуть придвинулась к парню.

— Скажите своей телохранительнице, что я хочу только потанцевать, не более. — Чуть смеясь, произнес парень. — И не причиню ее хозяйке вреда.

— Думаю, что простыми переломами рук вы тогда не отделаетесь. — Произнесла Эмилия, взяв себя в руки. Что это с ней, как только какой-то молодой хлыщ обратил на нее внимание, так она сразу же и растаяла. Разве это достойно звания комиссара?

— О, даже так? — удивился энфорсер. — Ваша хмурая телохранительница настолько сильна и быстра?

— Вы раньше не сталкивались с огринами? — Эмилия кружилась в танце, стараясь не отставать от неожиданно гибкого партнера, вертевшегося как эльдар на сковородке.

— По долгу службы не приходилось, это правда. — Кивнул парень. — Единственное что я про них знаю — это то, что они месяцами не моются и от них дико разит телесной вонью, а еще они разводят на себе паразитов и с удовольствием ими закусывают между кружками выпитого пива.

Эмилия расхохоталась при его словах.

— Во-первых, разве вы чувствуете исходящую от них вонь? — лукаво спросила она, войдя в роль роковой женщины-шпионки. Ну, или ей хотелось быть на нее похожей. — От некоторых старых дам разит духами, смешанными с немытым телом, гораздо сильнее, чем от моей телохранительницы.

— Согласен, многие предпочитают вылить на себя флакон духов, чем лишний раз помыться. — Хмыкнул парень.

— Поэтому я и привлекла ваше внимание? — Эмилия невинно смотрела на энфорсера. — Тем, что не надушилась до умопомрачения?

— Просто вы единственное здесь юное лицо, которое не выражает откровенной брезгливости и снобизма. — Собеседник улыбнулся. — Я простой энфорсер арбитрес, как вы заметили, и моя задача — поддержание порядка на этом празднике. Так почему я не могу совместить приятное с полезным, тем более, что самое веселье начнется позднее, когда милые дамы перепьются и полезут на столы раздеваться и танцевать голышом.

— Ого! — удивилась девушка. — И как подобное здесь допускается?

— Это не допускается. — Покачал головой парень. — Мы тщательно следим за поведением нашей знати и как только она начинает слишком быстро расслабляться, то приходится оперативно изымать ее из общества. На денек-другой, чтобы отдохнула от веселящего напитка и пришла в себя.

— Я вижу, что у вас очень тяжелая работа. — Танец закончился и они поклонились друг другу, благодаря за доставленное удовольствие. — Что ж, желаю вам всяческих успехов в вашем деле.

— Взаимно, милая девушка. Кстати, я так и не узнал вашего имени? Дозволено ли мне будет его услышать?

— Эмилия Кармайкл, комиссар сто второго валлхальского пехотного полка. — Она снова чуть поклонилась и с удовольствием узрела, как выпучились глаза энфорсера и вытянулась его физиономия.

— Господин комиссар! — Пролепетал он. — Прошу меня простить за неподобающее поведение и крамольные речи!

— Ну что вы, бросьте. — Эмилия махнула рукой. — Я ведь не Инквизитор, я только учусь. К тому же высказывать свое мнение в Империуме не запрещено. Правда, смотря на какой планете вы находитесь и в каком обществе.

— Простите меня великодушно еще раз, — энфорсер поклонился даже слишком низко. — Я должен бежать, служба.

— Как я вас понимаю. — Эмилия улыбнулась на прощание.

— Хорошо ты его отвадила, а то будет тут увиваться, хлыщ богатый! — наклонившись к уху комиссара произнесла Веснушка.

— Симпатичный паренек. — Девушка посмотрела, как он пропал в танцующей толпе. — Хотя, может оказаться и подсылом.

— Мне он сразу не понравился, так и хотела его разрубить пополам. — Поделилась телохранительница.

— Правда? И за что?

— Не знаю. — Пожала она плечами. — Он так говорил, как будто паутину из слов вокруг тебя плел, а потом вдруг позорно сбежал, когда узнал, что ты комиссар. Так поступают только трусы — те, кто не могут справится с сильной личностью.

— Возможно, он просто хотел затащить меня в постель. — Задумчиво произнесла Эмилия.

— Так поступают только Изгои и Людоеды. — Твердо сказала Веснушка.

— А как у вас все происходит? — с интересом спросила ее Эмилия. — Как вы создаете семьи?

— Получаем благословение от вождя. — Пожала она плечами. — Но прежде родители или община выбирает пару.

— То есть не по любви?

— Любовь? — Озадаченно спросила Веснушка. — Да, я знаю, что это такое. Это сильная тяга одного человека к другому, но ее можно перебороть. Ведь главное — выживание рода и то, что сделает его сильнее и вот здесь любовь — плохой советчик.

— То есть как? — не поняла Эмилия. — Вы живете со своими мужьями не по любви?

— Изредка такое случается, но вождь решает кому с кем создать прочный и долгий союз. И потом, бывает, что мы знакомы со своими будущими мужьями с детства и уже знаем, что они из себя представляют и как ими можно руководить. — Веснушка подмигнула. — Пусть мужчины думают, что они главные в роду — новых охотников и воинов все равно рожают женщины. А мужчины самостоятельно размножаться не умеют, Небесный Кузнец и Мать Благодетельница все предусмотрели.

— Мать Благодетельница? — переспросила Эмилия. Об этой богине из пантеона огринов она еще не слышала.

— Ну да, покровительница женщин. У нас тоже есть свой учитель и защитник. — Веснушка осмотрела зал, выглядывая крупную фигуру Хвата, бросив косой взгляд на Молчуна. Эти ее поглядушки не ускользнули от Эмилии.

— А кто нравится тебе? — спросила она. — Хват?

Девушка вздохнула и грустно посмотрела на комиссаршу.

— Я бы хотела от него дитя, он сильный воин и мудрый руководитель, будет славное потомство, но проклятая любовь тянет меня к Горе.

— Гора? Командир второго взвода? — Эмилия была удивлена. — Он ведь тоже сильный и могучий.

— И это славно. — Согласилась Веснушка. — Но он давно уже женат и связан клятвой со своим родом — у меня нет права завоевать его сердце.

— То есть как? Вы же так далеко от своей родины и от ваших старейшин, могли бы создать союз.

— Мы все воины, независимо от пола, а среди воинов не может быть союзов. Если после службы мы вернемся назад, то об этом можно будет начинать разговор. А сейчас наш лидер и вождь Хват не поймет, если я подойду к нему с подобной просьбой. Личная привязанность сказывается на боеспособности подразделения.

— Это как? — не поняла девушка.

— В критической ситуации, когда от действий каждого будет зависеть общий успех дела, человек, который любит другого человека, может бросить фланг, бросить своих товарищей и поспешить ему на выручку в минуту опасности. И в итоге погибнут оба, если не все. Хват хорошо это объяснил сразу всем.

— Погоди, а как же его самоубийственная атака? — припомнила Эмилия. — Когда вы кинулись на превосходящие силы хаоситов?

— Это другое. — Веснушка улыбнулась. — Здесь сработал Зов Рода, Зов вождя. Хват принял решение, увидел возможность победить и немедленно исполнил задуманное. Это внутри нас, это сложно объяснить, но мы всегда знаем, что поступаем правильно и идем за вождем.

— Если вы такие правильные, то как быть с этими Изгоями и Людоедами? — спросила девушка. — Откуда они взялись?

— Наверное, это потомки тех родов, которые отошли от заветов Небесного Кузнеца и Матери. Они смешивали друг с другом кровь до тех пор, пока не стали тем, кем стали. Как этот человек, что сидит на троне. — Веснушка указала на губернатора. — Его потомство будет хилым и болезненным, а может и вообще не родиться. Только ваши технологии позволяют ему существовать.

— Это правда. — Кивнула Эмилия, соглашаясь. — И это печально. — Она посмотрела в кружащуюся толпу. — Что еще интересного ты можешь мне рассказать о вашей жизни?

— Я плохая рассказчица, — Веснушка снова улыбнулась. — Вернемся в часть, я попрошу Вруна чтобы он рассказал тебе пару баек.

— Само имя говорит о том, что ему не надо верить. — Пробормотала комиссар.

— Врун, конечно, болтун записной, но не сильный враль, иначе его бы так и назвали. Он любит приукрашивать истории и красиво расписывать подвиги наших героев. У нас нет двигающихся картинок, мы сидим у костра и слушаем легенды о былых временах. — Веснушка посмотрела на стол, где уже заседали толстые жруны и поглощали пищу. — Может быть нам стоит подкрепиться? А то еда исчезает на глазах.

— Почему бы и нет раз все оплачено губернатором? — смеясь ответила ей комиссар и девушки протолкались через толпу к столу, что было очень просто — габаритами Веснушка уступала Хвату и остальным мужчинам, но превосходила обычных людей в силе и росте.

Полковник тем временем добрался до благостно улыбающегося губернатора, который, судя по его виду, вообще не понимал, по какому поводу праздник. Его просто восхищало множество танцующих людей, приятная музыка, обилие еды и выпивки и он уже несколько раз порывался бросить все и устремиться в еде, но первый помощник, что стоял за его левым плечом, каждый раз одергивал властителя. Увидев перед собой незнакомого человека в военной форме, губернатор брызнул слюной и уставился на награды. Еще больше имбецила поразил стоящий за спиной высокий человек в грубой, но функциональной броне, с огромным топором за спиной и висящим на ремне тяжелым оружием.

— Господин губернатор... — начал Конот.

— Гыыы! Хочу такую зе сабельку! — возопило это дебильное дитя средних лет.

Первый помощник тут же наклонился и зашептал что-то в ухо губернатору, отчего тот захныкал и затопал ножками. Из глаз "монарха" брызнули слезы.

— Хочу!!! — завыл он, но громкая музыка, разговоры и стук ложек о чашки заглушили его вопль. Впрочем, Конот не был удивлен поведению губернатора — похоже, от даунизма его даже не спасал мозговой имплант или именно сейчас он был выключен. Не зря же рядом стоял первый помощник.

— Господин губернатор! — воззвал к остаткам разума властителя полковник. — Я полковник Конот, командир сто второго валлхальского пехотного полка по приказу Администратума прибыл на Кассандру для ее защиты от вторжения орков! — Конот сунул под нос имбицилу бумагу с гербовой печатью и великовозрастный ребенок уставился в нее, разглядывая красивые вензеля. — Моя просьба будет заключаться в том, чтобы наладить взаимодействие с вашими силами СПО и арбитрес. Думаю, что мы можем забыть те мелкие недоразумения, что случились между нами до этого. — И выразительно посмотрел на первого помощника.

Тот снова что-то зашептал на ухо губернатору, но тот его не слушал, отвлекшись на другую блестяшку, потому что Хват как-то умудрился спрятать топор и вообще все колюще-режущее оружие от взгляда имбецила. От греха, так сказать.

— Губернатор выражает вам признательность за вашу поддержку Кассандры в такой трудный час для нас и непременно распорядиться оказать всемерную помощь, которая вам потребуется. — Заверил Конота первый помощник.

— Хотелось бы каких-нибудь письменных гарантий. — Полковник был тверд и передал бумагу чиновнику. — Это только официальная копия приказа — оригинал хранится у меня в сейфе. К тому же я уполномочен вас уведомить, что со следующего после праздника дня мы берем под свою охрану важные объекты. Вот их список. — Он протянул еще одну бумажульку. — Ознакомьтесь, пожалуйста, и доведите информацию до начальников объектов о том, что вскоре их охрана сменится.

— Я немедленно отдам приказ. — Заверил полковника первый помощник, не переставая улыбаться. — Это все?

— Пока все. — Кивнул Конот. — Вы так и не оставили контактов для связи в Администратуме планеты. К кому я могу обращаться?

— Вы уже имели беседу с третьим помощником — он более компетентен в вопросах снабжения и контроля производства — можете сотрудничать с ним. — С застывшей улыбкой на лице ответил помощник. — Если у вас больше нет вопросов к губернатору, то прошу вас, веселитесь на празднике.

— О, я так и сделаю, благодарю. — Конот прикоснулся правой рукой к груди и спустился с подиума, где на троне забавлялся местный князек, играясь с медалями.

— Возвращаемся на базу? — тихо спросил Хват.

— Сразу никто не уходит. — Ответил ему полковник. — Здесь так не принято.

На эту фразу огрин хрюкнул, вроде как усмехнувшись, но пояснять не стал, все равно бы не поняли. Пары кружились в танце, музыканты раскраснелись и вспотели — только живая музыка, только живое исполнение, а они уже дудели порядочно и подустали. Певичка была не слишком красивой, но брала своим талантом и голосом. Приятно осознавать, что где-то в Империуме ценили не за внешность, а за ум и талант. Впрочем, по-другому и быть не могло. Хват разглядел, что комиссар Кармайкл и Веснушка уже лопают ужин на обе щеки и его желудок издал протяжный стон, да такой громкий, что даже Конот услышал и усмехнулся.

— Босса, харашо бы падкрепится.

— Я уже слышал. — Рассмеялся полковник. — Главное мы сделали — показались губернатору, пускай он нас и не запомнил, но запомнили другие, так что дела вскоре пойдут. Но расслабляться еще рано.

— Согласен. — Тихо ответил огрин.

Они заняли свободные места, причем присел полковник — Хват остался стоять. Для его комплекции стула не нашлось, а эту мелкую табуретку он бы раздавил. Это Веснушка сумела устроиться на широком стуле — мужикам же придется постоять. Впрочем, ему это не мешало поглощать пищу — "больше войдет", буркнул он на приглашение присесть, чем настроил полковника на еще более позитивное настроение. Рядом с ним по левую руку сидела среднего возраста женщина, в строгом черном платье без декольте, с простой прической. Конот специально не выбирал где присесть — увидел свободный стул и тут же угнездился на нем. На ее тонких пальцах не было колец и вообще она очень сильно отличалась от этих всех размалеванных барышень. По правую руку от Конота расположился какой-то чиновник, который не отвлекался на соседей и шумно жрал. Огрин стоял позади и просто протягивал руку, беря блюдо или тарелку с салатом — для него это было простым перекусом. Однако волноваться о том, что еда закончится не приходилось — официанты носились как угорелые, забирая грязную посуду и притаскивая новые закуски и напитки. Конот заправил себе салфетку за ворот, наложил разных салатов и аккуратно приступил к еде. Сидевшая рядом с ним женщина потянулась за бутылочкой вина, чтобы налить себе в бокальчик и чуть задела уже налитую до краев полковником чашу с бодрящим напитком. Тот только и успел раскрыть рот, чтобы предупредить даму, как огромная рука протиснулась между ними, пальцем придержав бокал, не давая содержимому вылиться наружу. Хват только чуть-чуть смочил вином руку и тут же слизнул его с пальца — на скатерть не пролилось ни капли.

— Ой, простите меня, я такая неловкая! — принялась извиняться женщина, посмотрев на полковника, не обращая внимания на огрина.

— Ничего страшного не случилось, мой телохранитель спас мое вино и вашу репутацию. — Улыбнулся Конот в ответ. — Где же ваш спутник, с которым вы пришли сюда? Надеюсь это не мой сосед справа? — пошутил он.

— К сожалению, я приглашена одна. — Женщина опустила глазки и сделала это так кокетливо, что полковник моментально понял намек.

— Тогда позвольте мне поухаживать за вами. — Он протянул руку и взял выбранную дамой бутылку с вином.

— Спасибо. — Поблагодарила она, когда командир начал наливать напиток в бокал. — Вы очень добры.

— Позвольте задать вам вопрос, — полковник внимательно следил за соседкой и перестал наливать едва та показала ему жест — "хватит", — вы не похожи на большинство присутствующих здесь дам, у вас нет богатого наряда, но ваше платье подобрано со вкусом и очень идет вам — подчеркивает стройность и красоту вашей фигуры.

— Вы мне льстите. — Незнакомка позволила себе чуть улыбнутся так, что у полковника сильнее застучало сердце. — Но я так и не услышала вашего вопроса.

— Вы ведь не местная, я прав? — полковник смотрел в очаровательные серые глаза женщины. Она словно пленила его своей красотой.

Нет, ее лицо не было идеально вылепленное природой и постаравшимися родителями, но что-то такое в выражении глаз, оттенках макияжа, очерченных скул и острого подбородка создавало образ роковой женщины. И это не была моложавая красота, скорее умудренная жизнью и опытом, присущая взрослой женщине, прошедшей хорошую школу и от этого ставшей мудрее. Коноту нравились именно такие — молоденьких дур он старался избегать.

— Разве это так заметно? — спросила незнакомка, чуть прикрыв глаза и смотря на полковника через густые ресницы.

— Думаю, что я не первый уже говорю вам подобное. — Улыбнулся командир. — Если хотите я угадаю кто вы.

— Хочу. — Просто сказала женщина.

— Вы — руководитель артистов, та, кто может держать талантливых людей в кулаке, чтобы они сильно не распоясались.

— И да и нет. — Улыбнулась женщина. — Мне приятно, что вы определили меня на такую высокую должность, как руководитель оркестра, но я вынуждена вас разочаровать. Я простой коммивояжер, представитель Торгового Дома Грейхаунд.

— А я простой полковник пехотного полка. — Улыбнулся в ответ командир. — Сэмуэль Конот. — Представился он.

— Абелина Смит. — Женщина протянула руку полковнику кистью вверх и он ее поцеловал. — Приятно познакомится с настоящим полковником имперской гвардии.

Позади опять хрюкнули — это Хват выражал свое отношение высказанной женщиной фразе. Конот с неудовольствием посмотрел на огрина, но тот сделал такую дебильную рожу, что даже ему стало смешно.

— Не стоит обращать внимания на моего телохранителя — он огрин, что с него взять. Этикету не обучен, общество видит впервые, ведет себя как привык, но я запретил ему рыгать. Если он вас раздражает, то могу его отослать.

— В это нет необходимости. — Мягко произнесла Абелина, положив ладонь на руку полковника. — Когда он рядом, вам становится комфортно, вы расслабляетесь, чувствуя себя защищенным, зачем это разрушать?

— Босса хочет, штабы я ушел? — спросил, жуя, Хват.

Полковник открыл было рот, но женщина наклонилась к нему и прошептала на ухо:

— К чему этот цирк, полковник? Боитесь шпионов?

Тот посмотрел на Абелину уже другими глазами, чуть отстранившись, а вот огрин при этих словах женщины напрягся, она это ощутила всем своим естеством. Интересно, он что, слышал адресованную только полковнику фразу? Хотелось бы поплотнее заняться этими странными огринами, ведь она знала о нелюдях гораздо больше, чем обычные граждане Империума — служба обязывала.

— В эту игру могут играть и двое. — Произнес, наконец, Конот также тихо. — Я... догадался кто вы, поэтому спрошу прямо — каковы ваши намерения и что вы хотите предпринять?

— Полковник, прекратите нести чушь, — Абелина поморщилась. — Вы пересмотрели много шпионских фильмов и их штампы отложились в вашему мозгу? Вы же умный человек, должны все понимать и так — просто не мешайте МНЕ, — она выделила слово мне, — исполнять свою работу. Ваша задача — охрана объектов, вот ее и делайте, а не играйте в детективов — это может выйти вашим людям боком.

Конот насупился.

— Я дал клятву защищать Империум и Императора и не намерен ее нарушать. — Твердо сказал полковник. — Просто укажите мне цель, больше не требуется.

— Успокойтесь, полковник. — Только что сидевшая перед ним властная женщина снова превратилась в ту самую желанную незнакомку. — Ваша помощь будет как нельзя кстати, если сюда заявятся орки. Если. — Выделила она это слово. — Сейчас же тут есть другие враги Империума и они гораздо опаснее, чем зеленошкурые. Просто не расслабляйтесь.

— Я и не собирался. — Сухо ответил полковник. — Это вы их сюда вызвали?

— Ваша прямолинейность портит все мое сложившееся впечатление о вас. — Поморщилась Абелина. — И скажите уже вашему огрину, чтобы прекратил изображать из себя имбецила, это срабатывает на местных, но не на мне.

Хват перестал жевать и вопросительно посмотрел на Конота.

— Я даже могу вам сказать, о чем он думает. — Полуприкрыв глаза, произнесла женщина. — "А не стукнуть ли меня по кумполу и не притопить труп где-нибудь в озере". — И усмехнулась, глядя на насупившегося Хвата. — Я не умею читать мысли, если вы так подумали. — Она откровенно веселилась над мужчинами. — Это все так просто и примитивно, все мужики одинаковые, неважно трехметрового они роста или карлики как скваты или ратлинги. Вами управляют физические желания и сиюминутные порывы, которые вы не умеете сдерживать. К тому же управлять мышцами лица вы тоже не умеете.

— Женщины не далеко ушли от мужчин в плане физических желаний. — С небольшим акцентом, то четко проговорил Хват. — А про вашу логику я вообще молчу.

— О, огрин, что умеет думать и превосходит интеллектом местного губернатора?! — притворно удивилась Абелина. — Они у вас все такие или это только единичный экземпляр?

— Хват, ты что, так и не понял, кто перед тобой? — устало спросил огрина полковник, даже не рассердившись.

— Она не выглядит опасной. — Пожал плечами тот. — Просто умная и привлекательная женщина. — Он обвел глазами потолок, портьеры и зал. — Где ваше прикрытие? Оно умело прячется в толпе?

— Браво, — хлопнула в ладоши Абелина, — вы удивляете меня все больше и больше! Полковник, где вы их нашли?

— Вообще-то его рота была придана моему полку около трех недель назад, даже месяца не прошло. — Ответил Конот. — Я могу назвать вам номер планеты, не более. Как они там живут, откуда взялись и вообще, кто их первыми нашел, я не знаю, да и, честно, не интересовался. Просто я видел этих ребят в бою и теперь рад, что у меня есть такая мощная поддержка.

— Конечно, сила решает. — Кивнула женщина. — А если к ней добавить сообразительный ум и смекалку... пойдешь в мою свиту, огрин?

— Нет. — Мотнул головой Хват.

— Почему? — Ее глаза сверкнули. — Я ведь могу и приказать — имею на это право.

— Все равно нет. — Твердо ответил громила.

— Его проще убить, чем переубедить. — Поспешно добавил Конот. — Он у них за вождя и лидера, что-то вроде того. Более плотно с ними общается комиссар Кармайкл, она уже частично выучила их язык, так что можете поговорить с ней — все же девочка еще молода и неопытна, но честно служит Императору и Империуму и из нее будет толк.

— Даже так. — Удивилась Абелина. — Мне интересно, что же ее заставило сделать это?

— Она хотела познакомится со своими подчиненными поближе. — Пробасил Хват. — Не используя принцип кнута и пряника.

— Хм, с тобой интересно вести беседу. — Абелина повернулась к огрину боком. — Что ты еще знаешь, огрин? Расскажи о своем народе.

— Я знаком только с тем, что помогает мне лучше убивать. — Мрачно отозвался тот. — А еще я умею выживать. Везде, точно также как и мои родичи. По сравнению с нашим миром любой ваш — это райский сад.

— Ты не был на Кадии. — Пробубнила женщина, на миг погрузившись в воспоминания. — Там не просто выжить даже для тебя.

Хват пожал плечами — он не хотел спорить. Однако сидящий рядом с ними Инквизитор уже приняла решение.

— Хорошо, ваш отряд может мне пригодится в поисках. — Она посмотрела на полковника. — Я извещу вас дополнительно, когда это понадобится — пришлю связного. А пока, полковник, давайте отдохнем. — Она игриво улыбнулась насторожившемуся Коноту. — Вы, кажется, хотели поухаживать за мной? Ну так сделайте это! И расслабьтесь, я не кусаюсь!

— Самка богомола после спаривания съедает голову самца. — Прогудел Хват. — Не мне давать вам советы, полковник, но все же я был бы осторожен с этой женщиной.

— О Бог-Император, — притворно закатила глаза Абелина, — огрин учит своего командира как общаться с женщинами! Я уверена, что вы даете своим бабищам по башке дубиной и тащите их за волосы в пещеру, чтобы как следует порезвиться.

— Одна из наших "бабищ", как вы изволили выразиться, сидит вон там. — Хват указал рукой. — И на подобное предложение руки и сердца отреагирует адекватно, да так, что у мужика мозги их ушей вытекут.

— Мальчик, ты еще не умеешь пикироваться, но я вижу испытываешь к этому невообразимую тягу. — Ласково произнесла Абелина. — На первый раз я тебя прощаю, но я не всегда буду находится в таком хорошем расположении духа как сейчас — меня позабавили твои ответы. А сейчас, будь добр, помолчи, дай возможность своему командиру проявить все качества благородного офицера!

Хват намек понял, все же не дурак и заткнулся. Артисты перевели дух и к микрофону вышла их солистка, которая постучала по нему, обращая на себя внимание публики.

— Сейчас мы исполним песню, посвященную храбрейшей из женщин, святой Джоане, что хранила мир и спокойствие во всем системном секторе Донгер на протяжении многих лет!

При этих словах Абелина немного потеряла самообладание, это было заметно по глазам, но только на мгновение, однако даже этого Хвату было достаточно, чтобы понять — Инквизитор хранит какую-то тайну. Однако она потом быстро исправилась и вернулась к беседе с полковником, который все еще робел перед властной женщиной. Хват скорее почувствовал возникшую у нее заминку, но не придал ей вида — он внимательно разглядывал застывшую толпу, слушавшую песню (нечто похожее — Heather Dale — Joan, прим. автора).

Он уже понял, что перед ним сидела Инквизитор и она оказалась не такой, какими он представлял ее коллег. Напомнила скорее ту самую псайкера, кажется ее звали Сандра, подругу бывшего комиссара Хольтца, ту самую, что он встретил в джунглях на учениях. Она была точно такой же спокойной, плавно вела беседу и при этому чувствовалась ее непонятная сила, способная лишить огрина разума. Тогда он выдержал экзамен, похоже, выдержал и сейчас — если Инквизитор заметила, что он сильно отличается от остальных огринов, то не подала вида. Но и маниакальное желание исследователя она не испытывала, Хват это точно знал. Он умел чувствовать, как и все остальные в его роду-племени. Это не было псайкерством в том самом понимании, которое в него вкладывали люди, это было что-то другое, но оно работало. Позволяло отличать правду от лжи, чувствовать настроения собеседника и точно знать о его желаниях. И Хват не верил в слова Абелины, что она не умеет читать мысли — еще как умеет. Он смог распознать тонко замаскированную ложь в словах Инквизитора и это еще больше насторожило его. Из разговора полковника с третьим помощником он понял, что именно тот вызвал сюда для расследования эту женщину и раз она попросила полковника о том, чтобы его войска были готовы, то значит напала на след. Хаоситов или еще кого другого Хват не знал, но то, что пребывание на этой планете будет веселым, он не сомневался.

Певичка закончила голосить и раздались бурные аплодисменты — видимо в здешних местах Джоана была весьма популярна. Артистка раскланялась и снова подошла к микрофону.

— А сейчас я бы хотела исполнить один из маршей Имперской Гвардии! Этих славных защитников гражданских миров!

Зазвучала бравурная музыка, запела электрогитара и забухали ударные — похоже тяжелый металл, скрещенный с кельтскими и норманнскими мотивами был популярен в Империуме. Или же только в этом сегменте? Народ приободрился и стал подпевать:

Стаббер дрожит как дикий зверек,

Бейся, солдат, враг не пройдет!

Вспышки лазгана, танковый рев,

Демоны Хаоса открыли свой зев!

Метко гранату гвардеец метай,

Да сменить магазин не забывай!

Комиссар поведет нас вперед,

Имперская гвардия на марше идет!

И припев:

Тысячи ног маршируют в такт,

Отбивая каблуками ритм.

Марширует в закат рота солдат,

Уходя на охрану границ (музыка — группа Sabaton, the price of a mile, так кажется, только слова другие, прямой перевод не покатит — прим. автора).

Присутствующие даже стали топотать, воодушевившись словами и музыкой песни. Похоже, имперские сочинители знали толк в мотивировании гражданского населения, раз уж вызвали такую бурную реакцию. Хват не стучал вместе со всеми каблуками — он внимательно осматривал помещение на предмет возможных врагов, однако не видел таковых. Голову терзали мысли, как это прикрытие Инквизитора сумело так ловко спрятаться? Может быть они как раз на сцене стоят перед всеми? А что, хочешь что-то спрятать — положи это на виду, возможно, здесь используется тот же принцип?

Внезапно огрин ощутил тот же самый едва знакомый запах, который вывел его из себя возле кабака. Тут же перед глазами вспыхнул образ извечного врага, но Хват сдержался, чтобы снова не кинуться в поисках неизвестно чего. Он краем глаза посмотрел на Молчуна, который был следопытом и его нюх выгодно отличался от того, каким владел Хват. Огрин также стоял на ногах и сейчас был насторожен. Он посмотрел на командира и Хват поманил его ладонью к себе. Молчун все понял без слов, передвинув на грудь висящий подмышкой лазган. Толпа слушала песню, топотала в ритм, но два огрина, не обращая ни на кого внимания, начали продвигаться к своей цели — их вел нюх. Пи полковник заметил изменение в поведении огрина и окликнул его, пытаясь остановить, но тот его не слушал. Конот уже хотел вскочить со стула, но Абелина остановила его — ей стало интересно, что же так насторожило громил. Как сильный псайкер она чувствовала их эмоции и понимала, что просто так огрины буянить не будут. К тому же существовала причина, про которую знала только сама госпожа Инквизитор. Веснушка ощутила напряжение ее товарищей, встала из-за стола и ее ладонь сама легла на рукоять сабли.

— Что случилось?! — встревожилась Эмилия, глядя на то, как ее адъютант вдруг резко подалась в сторону Хвата. Она проигнорировала вопрос комиссара, словно ее и не слышала.

Хват и Молчун совершенно не обращали внимания на вопросительные возгласы полковника, который тоже заметил изменение в поведении, только Абелина положила ему руку на плечо и что-то тихо сказала в микрофон, замаскированный под брошь, приколотую на правую ключицу. Музыканты играли в экстазе, выдавая бит за битом, толпа качалась, лишь два великана не обращали внимания на музыку — их вел нюх и заложенный инстинкт. Запах становился все сильнее и тут они оба одновременно увидели молодого энфорсера, который натурально впился губами в одну из молоденьких барышень — она даже не трепыхалась под его поцелуем, а бессильно обвисла, руки болтались как плети. Хват не стал разбираться, был ли это порыв страсти или желания, он резко подскочил к парню, который присосался как клещ и, схватив за голову, попытался его оторвать от барышни. Запах усилился, ударил в ноздри и по мозгам, просто сводя с ума. Все естество закричало о том, что этого человека нужно немедленно убить и теперь Хват понимал почему — изо рта энфорсера в горле девушки терялся длинный язык, который проник глубоко в пищевод, причем он продолжал тянуть барышню к мутанту, не желая расставаться с добычей. По языку перекатывалось нечто круглое, словно он откладывал яйцо ей в желудок или кишечник. А может быть в легкие? Хват не стал ждать, когда завершится процесс, он правой рукой сдавил голову мутанту — череп лопнул под его давлением и сквозь пальцы потекли мозги — а левой, механической, пережал язык и с хлюпом вырвал его из тела девушки. И все это происходило под громкую музыку и в толпе. Завизжали дамы, на которых попала кровь убитого энфорсера, побледнели ухажеры, которые видели, как здоровенный громила просто раздавил голову арбитру. Тут же очнулась охрана и со свистом побежала к месту происшествия, музыканты прекратили играть и испугано замерли на сцене, певичка замолчала на полуслове, взирая на бездыханный труп парня, лежащий возле ног Хвата, но тому было наплевать на окружающих его людей, потому что он и Молчун увидели настоящую цель — под потолком, за портьерой прятался паразит. Он чуть высунулся, наблюдая за расправой над мутантом и поэтому его удалось заметить. Лазган был разряжен, но это не означало, что у огринов не было запасных батарей. Они встали в гнезда со щелчком и оба тут же вскинули оружие, отрывая беглый огонь из высокомощных выстрелов по твари. Она заверещала и плюхнулась вниз, заскребла когтями пол. Громилы не собирались давать ей ни одного шанса — еще пара выстрелов и паразит затих.

— Готов. — В полной тишине произнес Хват и шумно понюхал воздух. — Вроде бы больше никого нет.

— Брось оружие!!! — заорала стража. — Немедленно бросай!!!

На огринов уставился с десяток стволов, которые ходили ходуном в руках охранников. Они не видели, как лопнул череп энфорсера, но зато видели его труп и еще нечто страшное, что бесформенной грудой зажаренной плоти лежало возле окна. Хват не обращал на них внимания — стрелять в толпу они не будут, тут полно важных господ, но вот от содеянного отвертеться не получится. Он вздохнул, выщелкнул батарею и перевел оружие с груди за спину, после чего присел возле девушки. Она еще дышала, огрин открыл ее рот, осмотрел нёбо и язык, на котором остались едва заметные ожоги, которые исчезали буквально на глазах. Молчун присел рядом — вокруг огринов образовалось пустое пространство, люди убрались от убийц куда подальше, а вот стража наоборот приблизилась, первым делом взяв на прицел Веснушку, которая не участвовала в убийстве и стояла, опустив руки. Полковник Конот подбежал к огринам, протолкавшись через толпу и струхнувший начальник стражи чуть не пристрелил военного, но тот только отмахнулся от стража.

— Что с ней? — спросил он, его, конечно, интересовал труп, но Конот не зря был командиром, да и тварь, сидевшая возле потолка и убитая огринами, кое о чем сказала ему.

— Успел отложить в нее яйцо. — Хват кивнул в сторону трупа. — Ее нужно убить.

— Что здесь происходит?!! — возопил первый помощник. — Полковник Конот, как вы можете объяснить, что ваши тупоголовые огрины убивают не в чем не повинных граждан Кассандры?!! Это мятеж, полковник!!

Как только прозвучало заветное слово тут же началась паника — основная масса гостей рванула к выходу и стража не пострадала только по одной причине — потому что вся находилась возле места убийства. Неожиданно раздался громкий выстрел и толпа, качнувшись, замерла. Двери в зал были заперты снаружи, а перед ними с болтером в руках стояла Абелина Смит, моментально из коммивояжера превратившаяся в Инквизитора. Откуда она его вытащила — загадка, возможно, отобрала у стража или же ей его передали сотрудники. Никакой формы и остроконечной шляпы не надо было, чтобы понять, что сейчас перед всеми встал ЗАКОН. Именно так, большими буквами. Хват приподнялся — стволы охраны качнулись вслед за ним, но никто не стрелял — начальник стражи вообще ничего не понимал и не знал, что именно предпринять. Губернатора обступили со всех сторон и быстро увели куда-то во внутренние помещения дворца, впрочем, тот даже не понял что произошло — только что было весело и вот сейчас ему говорят, что пора баиньки. Ну и ладно, баба с возу кобыле легче.

Госпожа Инквизитор обвела взглядом толпу и все поняли, что она еще и псайкер, достаточно сильный, чтобы размазать всех присутствующих по полу. Дамы и ухажеры начали мелко дрожать, понимая, что присутствие Инквизитора ни к чему хорошему не приведет.

— По какому праву?... — заорал первый помощник, видимо не сообразив, что происходит, а возможно он был тугодумом, правда, не таким сильным, как губернатор. Он остался в зале как представитель властителя.

— Лучше молчи. — Оборвала его Абелина, проходя сквозь расступившуюся толпу. — Никто из этой комнаты не уйдет, пока не будет завершено расследование. — Она подошла к сцене и, используя свои психические силы, чуть подпрыгнула, подходя к стойке микрофона. Нужный эффект был произведен — народ стал боятся еще сильнее, хотя ей это многого стоило — она не была эльдаром и не могла так ловко оперировать своими возможностями, да и энергии банально не хватало, но кое-что она все же умела, иначе не стала бы Инквизитором.

— Для тех, кто еще не догадался — я Инквизитор! — она продемонстрировала Печать, символ своей абсолютной власти. — И я беру ситуацию под свой контроль! Никто не покинет это помещение до моего особого разрешения. — Повернулась к первому помощнику. — И верните сюда губернатора — его я хочу осмотреть первым.

— Да как вы смеете... — начал было он, но госпожа Инквизитор не собиралась спорить — ее приказы должны были выполняться точно и в срок. Она сжала стойку с микрофоном, ее скрутило вокруг своей оси и громким голосом, усиленным психическими возможностями, произнесла раздельно и четко.

— Я. Отдала. Приказ. Привести сюда губернатора и собрать всех, кто есть во дворце в этом зале. Перекрыть все выходы из здания. Полковник Конот!

— Я! — откликнулся тот.

— Вызовите сюда одну из своих рот, пусть оцепят периметр дворца.

— Уже делается. — Командир тут же начал связываться по рации с лейтенантом Тихоньким. — Лейтенант, оцепление вокруг дворца губернатора, быстро. Вызови взвод Хвата, будут в качестве поддержки. — Он уже понял, что огрины каким-то образом смогли распознать замаскированного тиранида и не использовать эту их способность было бы глупо.

Абелина спустилась вниз, подошла к трупу и к кашляющей, очнувшейся девушке. Она провела над ней ладонью, убеждаясь, что генокрад уже успел внедрить ей паразита и посмотрела на Хвата.

— Убей ее.

Тот ни слова ни говоря вынул кинжал и вонзил лезвие молодой женщине в сердце. Толпа ахнула, но никто не стал перечить Инквизитору при исполнении. Она уже повернулась, чтобы объявить о своем следующем решении, как внезапно двое стражей открыли по ней огонь, а со стороны первого помощника раздались пара выстрелов. Абелина успела выставить психощит, который на время оградил ее от попаданий, но Инквизитор не смогла устоять на ногах, потому что ее грубо оттолкнули на пол, а стоявший на одном колене Хват сделал пару выстрелов из болтера, вынув его из кобуры. Оба стража оказались весьма резвыми для их комплекции, но сравниться с точностью и реакцией огрина не смогли — тут же упали безголовыми. Мощные патроны огринского оружия просто разнесли им бошки. Однако он не заметил, что один из них умер раньше, чем Хват выстрелил — свита Инквизитора не дремала. Батарея снова была вставлена в лазган и троица громил тут же нацелила ее на толпу, в которой могли скрываться предатели, встав треугольником, загораживая полковника и Инкивзитора. Конот протянул руку Абелине, помогая подняться и бормоча извинения, однако та отмахнулась — понимала, что огрин действовал логично в боевой ситуации и сейчас не до обид. На удивление первый помощник молчал и Хват поискал его глазами, но не увидел жирную фигуру. Похоже, он выстрелил по Абелине, не попал, увидел, что его "приятелей" очень быстро порешили и смотался.

— Где помощник? — спросил он.

— Ищите его! — тут же отдала приказ Абелина. — Сабля, Винт, Жетон — наблюдение за выходами, Токс, Мурзя, ко мне!

Портьера шевельнулась и из-за нее показалась фигура того самого убийцы, в которого Хват и стрелял дротиками с ядом, а недалеко от выхода, на высокой галерее вдруг возникла фигура крупной кошки. Огрин мог поклясться, что ее там не было, однако открытое окно говорило о другом — животное забралось по стене дворца и проникло внутрь на зов своей хозяйки. Дальше Хват разбираться не стал, потому что учуял запах, тот самый знакомый запах паразита. Он ногой вышиб дверь, через которую увели имбецила-губернатора, понюхал воздух — его страховали Молчун и Веснушка. Краем уха он слышал команды, которые отдает Инквизитор:

— Полковник, отделите всех мужчин на правую сторону, а вы, комиссар, всех женщин на левую. Девочка, помоги им. — Это касалось Эмилии. — Токс, держи стражу на прицеле, вдруг еще кто дернется. Мурзик, приступай!

Что там делал этот кот, Хват не видел, хотя ему и было интересно, но здесь все коридоры дворца были пропитаны запахом паразитов. Тройка быстро продвигалась вперед, привычно вспомнив навыки охоты на этих мерзких тварей. И если Молчун был следопытом, воином, что мог выслеживать их, то Хват — охотником, который специализировался на их убийстве. Единственная среди всех выделялась Веснушка — ее навыков могло не хватить и поэтому девушка была отправлена следить за тылами. Пока в коридорах не попалось ни одной живой души, даже официанты и те куда-то исчезли, в тарелки была наложена горячая пища, кое-где виднелись следы борьбы, порванные полотенца и занавески, клочки одежды, ботинок, а также следы крови и явно человеческой. Сразу становилось понятно, что некоторые с большим нежеланием покидали помещение. Большие комнаты осматривали по-быстрому, не тормозя — для этого есть другие гвардейцы. Хват и Молчун чувствовали, что теряют след, запах смешивался с ароматом еды и кухни и поэтому спешили, точно также как и враги, которые собирали всех тех, кто им под руку попался. Для каких целей огрины понимали лучше всех. Они были готовы к отражению атаки и для них не были неожиданностью внезапно выпрыгнувшие из-за дверей мутанты. Некоторые из них были скособочены и страшно искривлены, другие имели лишние конечности, заканчивающиеся острыми когтями, но даже это им не помогло — несколько выстрелов из лазгана и пятеро мутантов зажаренными кучками осели на пол. Выстрелы услышали в зале и гости еще больше напряглись.

— Твои солдаты оцепили дворец, полковник? — спросила Абелина.

— Еще немного времени, Инквизитор. — Конот кивнул. — Ни один мутант не проскочит.

— Хорошо, отправь на помощь огринам один из взводов, вдруг их во дворце больше чем один. — Она холодно улыбнулась шутке. — А мы сейчас поищем предателей среди гостей. — И ее оскал не сулил ничего хорошего.

Гиринкс пошел вдоль рядов, тщательно всех обнюхивая, подолгу задерживаясь возле тех, кто вызывал у него подозрения — аристократия, недавно такая высокомерная и важная, сейчас дрожала от страха, обливаясь липким потом. Полковник Конот на так много знал про этих животных или полуживотных, имперская наука так еще и не решила в какую сторону их отнести и стоит ли их опасаться как психически одаренных ксеносов. Но было известно одно — гиринксы обладали психическими способностями как и эльдары и еще они были очень любознательными и привязывались к своим хозяевам, видя в них партнеров. Вообще присутствие психически одаренного животного благотворно влияло на всех, кроме тех случаев, когда он принадлежал Инквизитору, ибо агент Инквизиции мог легко превратить его в оружие, все зависело от чистоты его помыслов и самого псайкера. Сейчас кошак обходил всех по очереди и Конот понимал, что он может легко определить замаскированного генокрада, в гнездо которых они и угодили.

Конечно, это мог быть и не дворец, но теперь многое становилось понятным. Люди исчезали и уезжали в коммуны, бросая все, повинуясь телепатической воле генокрадов и их агентов. Так что третий помощник вовремя вызвал Инквизитора, появись полк Конота здесь пораньше, да и не было бы у него огринов, то вскоре сам бы стал их добычей — вон как ловко они подсаживали свои эмбрионы жертвам, забалтывая носителей. И как эти громилы смогли их распознать?

Тем временем гиринкс обошел всех и коротко мявкнул, мол, я закончил. Абелина еще раз осмотрела ряды гостей — среди них не оказалось больше скрытых врагов или же они так тщательно умели скрываться, что смогли обмануть чувствительный как психический, так и физический нюх гиринкса. Но ведь как-то огрины определили этого мутанта? Или же они смогли это сделать только в момент подсадки им эмбриона? Вопросы, вопросы и нет ответов.

Со стороны хода во внутренние покои дворца громко затопали и засопели — Токс тут же нацелил винтовку на выход, а Мурзик повернул на звук голову. Занавеску отодвинули и показался хмурый Хват, который остановился и осмотрел стоящую разделенную толпу. За его спиной маячила Веснушка, Молчун замыкал тройку. Мурзик рысью подбежал к нему, остановился в двух метрах и принялся внимательно разглядывать великана, с любопытством изучая.

— Привет, киса. — Ласково произнес Хват и присел на корточки, оказавшись почти на одном уровне с гиринксом. Тот понюхал его пальцы, ткнулся в ладонь, огрин погладил животное, после чего Мурзик мявкнул и подбежал к Абелине, передавая ей образы, увиденные им глазами огрина.

— Вы его нашли? — спросила Инквизитор только для того, чтобы Хват сам озвучил увиденное.

— Ушел. — Огрин встал. — У них был лаз готовый, который выходил в парке. Мы прошли его до конца — никого. След остыл. Единственное — удалось определить направление. Куда-то в сторону города, если только это не ложный след..

— Не к коммунам? — спросил полковник.

— Нет. — Мотнул головой огрин. — Ушли в город. Все трое помощников и губернатор. И с ними много людей — официантов, горничных, служанок. Наверняка будут делать коконы. — При этих словах гости ахнули, а комиссар и полковник поморщились. Эмилия же смотрела во все глаза на происходящее, удивляясь, почему это огрин говорит с Инквизитором как с равной и при этом она его не обрывает.

— Так. — Приняла решение Абелина. — Кто сейчас главный в городе, после первого, второго и третьего помощника? Ты, отвечай! — она ткнула пальцем в первого попавшегося чинушу.

— Главный советник. — Промямлил тот.

— И где он?

— Он не пришел, сказал, что болен.

— Так, круг подозреваемых сужается. — Инквизитор оглядела толпу. — Здесь есть высшие чиновники Администратума?

— Дааа. — Один толстяк вытянул руку вверх.

— Будешь главным, пока не найдется кто поважнее. — Распорядилась Абелина. — О произошедшем никто не должен ничего знать, все продолжают работать в обычном режиме — фабрики, склады, космодром, заводы. Ваша задача — не допустить паники среди населения. Праздник прошел как обычно, все довольны, всем спасибо. Полковник! — Инквизитор обернулась к Коноту. — А для вас у меня есть работа.

— Служу Империуму! — он прижал правую руку к груди, ожидая приказов.

Вокруг дворцовой стены и возле ворот заурчали двигатели машин — это Тихонький и Курчатов прибыли по приказу полковника и теперь развертывали в цепь гвардейцев, но было уже поздно — враги растворились в темноте ночи.

Глава 3.

Дворец губернатора тщательно обыскивали всю ночь. Многие комнаты были нетронуты и пусты, в других видны следы борьбы, битая посуда, порванные занавески и сломанная мебель. Предположительно во дворце было пятьсот-шестьсот человек обслуживающего персонала и около сотни чинуш, которые исчезли, так что вся эта орава наверняка оставила после себя вытоптанную звериную тропу, однако этого не случилось. Впрочем, Хват уже высказал свою догадку и госпожа инквизитор с ним мысленно согласилась, почувствовав что он прав — основную массу людей просто забрали с собой для использования. Из этого следовал логичный вывод — враг окопался в городе или коммунах уже давно и сейчас принял решение атаковать и ему нужны войска. Или же появление корабля имперской гвардии вынудило его спешить.

Чиновников и гостей под охраной роты лейтенанта Курчатова отправили по домам с наказом не слишком трепать языком. Естественно, что все согласились — мозги у баб хоть и были куриные, но присутствие инквизитора и ее свиты как-то сразу охладило их боевой настрой, да и от высокомерия и гордости не осталось и следа. Уже наступало утро, местное светило, совершенно не интересуясь возней насекомых на одной из своих планет, величаво выступило из-за горизонта, изгоняя тьму ночи. Инквизитор вышла из дворца и полной грудью вдохнула свежий воздух — сейчас предстояло самое сложное, найти гнездо и выжечь его. Рядом с ней почтительно встал полковник Конот.

— Госпожа? — спросил он, ожидая дальнейших указаний. Абелина посмотрела на военного и лишь коротко кивнула, принимая его обращение.

— Давайте покинем это место — ничего нового тут мы уже не найдем, а мне бы хотелось обсудить с вами наши дальнейшие действия.

— Как прикажете. — Склонил голову в поклоне Конот. — Выделить вам охрану?

— Глупый вопрос, полковник. — Мягко улыбнулась инквизитор. — Я ведь псайкер, вы не забыли?

— Прошу меня простить, события ночи изрядно меня вымотали и мой мозг просто отказывается работать. — Полковник улыбнулся и Абелина поняла, что он ее не боится.

Конот относился к инквизитору как к своему непосредственному руководителю, то есть не впадал в страх и панику при одном ее появлении, как это делали другие, а сосредоточенно исполнял ее указания, отдавая приказы своим подчиненным. Именно этим военный и понравился Абелине — не теряющий голову в стрессовой ситуации, рационально мыслящий, собранный и дисциплинированный, он требовал этого же от своих подчиненных, а его полковой комиссар Марш с удовольствием ему помогал. Инквизитор попыталась во время поисков прочитать мысли командиров и с досадой отступила — их разумы были жестко ментально закрыты. Не потому, что они хотели что-то скрыть, просто оба знают друг друга уже давно и сражаются в армии Империума со скамьи Схолы. Обоим часто приходилось встречаться с ужасами варпа и его демонами и если ты не умеешь противостоять их влиянию, то через несколько боев окончательно сломаешься под их давлением. Полковник и комиссар понятия не имели, что обладают сильными жесткими разумами, они просто делали свою работу и делали ее хорошо, требуя такого же исполнения от подчиненных. И это привлекло Абелину к ним — на этих людей можно было положиться. И еще — ее интересовали огрины.

Поверхностные мысли громил легко читались, но вот вглубь ее не пускали, причем сама инквизитор неожиданно поняла, что огрины догадываются о ее ментальном сканировании, но не подают вида. Саму же Абелину интересовало, как именно гиганты определили в толпе генокрада и первыми на него среагировали, ведь даже Токс не смог заметить, что энфорсер подсаживает молодой барышне паразита. Пришло время получить на них ответы.

— Думаю, нам всем стоит немного отдохнуть. — сказала Коноту инквизитор. — И ваша часть вполне подойдет для этого. Вы закончили ремонт зданий?

— Половина из того что имеется уже стоит под крышей, для других зданий нужны стройматериалы, но вы можете расположиться в моем бункере. — Предложил полковник. — Он всегда являлся для меня центром управления и родным домом.

— Именно так я и сделаю, благодарю. — Склонила голову Абелина. — Давайте же отдохнем, после чего я хотела бы провести совещание в вашем штабе с привлечением офицеров.

— Как вам будет угодно. — Полковник принял бы любое решение инквизитора.

Дворец закрыли и опечатали, даже не оставив охрану — сбежавшие предатели Империума забрали с собой все важное, что могли. Хвата же интересовало, как они так быстро могли передвигаться, ведь он помнил тучные туши первого и второго помощников и вряд ли они преодолели бы стометровку за двадцать секунд. Он поделился своим наблюдением с полковником, на что Конот ему ответил:

— Не смотри на внешний облик — под слоем жира у генокрадов располагаются сильные тренированные мышцы. Первый помощник мог вполне посоперничать с тобой в силе.

— Что ж, буду знать. — Пожал огрин плечами. — Думаю, что здесь мы закончили.

— Да, следующий ход за госпожой инквизитором — именно она сейчас командует нами.

— А как же вторжение орков?

— Вот когда они прилетят, тогда и будем думать. — Проворчал полковник. — Генокрады гораздо важнее. Если они взрастят патриарха, а именно к этому все и идет, вскоре в этом секторе всем станет весело.

— Генокрады — это подвид тиранидов? — припомнил лекции комиссара Хольтца Хват. — А патриарх может вызвать Флот-Улей?

— Зришь в корень. — Усмехнулся Конот. — Если его вовремя не найти и не убить, то так и будет.

— Тогда нужно действовать. — Убежденно сказал огрин. — Для начала создать штурмовые группы и исследовать подземелья — паразиты любят тепло и темноту. Они селятся в пещерах, где есть теплые подземные источники и много влаги. И темно, хоть глаз выколи.

— Это не ваши тварюшки. — Заметил Конот. — Генокрады гораздо хитрее и к тому же неотличимы от людей. Кстати, как ты их заметил?

— Почуял. — Пожал плечами Хват.

— В смысле, ощутил?

— Нет, унюхал запах. — Пояснил огрин. — Почему-то они его испускали не всегда — ведь этот ряженый в форме танцевал рядом со мной, но я не знал, что он генокрад, а вот когда он запустил свой яйцеклад в горло той девушки, то сразу же все стало ясно.

— Интересно. — Полковник потер подбородок. — Инквизитору будет любопытно это услышать.

— Я считал, что инквизиторы все сплошь маниакальные фанатики, ищущие ересь. — Тихо произнес Хват, но Абелина его услышала своим псайкерским слухом и внутренне улыбнулась, на лице же не дрогнул ни один мускул. Ее позабавило мнение огрина, явно услышанное от кого-то, хотя, он был не так далек от истины — многие представители Инквизиции предпочитали угрозы и допросы мягкому воздействию и внедрению агентов в ряды культа.

— Потише. — Резко оборвал его полковник. — Среди инквизиторов есть различные мнения, как именно вести расследование и нам, похоже, сильно повезло, что сюда прибыла умная интеллектуальная особа, предпочитающая тщательно разобраться в вопросе, прежде чем казнить, а не воинствующий фанатик, балующийся Экстерминатусом.

— Тогда ей можно довериться. — С уверенностью в голосе сказал Хват. — Я чувствую, что она не будет нам препятствовать, наоборот, поможет чем сможет.

— Опять это твое чувство. — Снова проворчал Конот. — Вы что, все сплошь латентные псайкеры?

— Нет, конечно, — Хват усмехнулся. — Просто мы всегда знаем, кому можно доверять, а кому нет. Это прекрасно работает на людях, но не срабатывает на родичах, иначе людоедов и предателей мы бы вычисляли сразу же.

— Чего еще я о вас не знаю? — спросил полковник сам себя, однако на это Хват только пожал плечами.

До части добрались быстро — полковник разместил инквизитора и ее свиту в своем бункере, где кроме комнаты для совещаний и отдельной каморки Магоса имелись еще подсобные помещения, в которых можно было разместить кровати или же устроить кабинеты. Децим был удивлен появлению своего коллеги, техножреца, который представился позывным Док. Оба механикуса тут же были вовлечены в безмолвный разговор, перемигиваясь огоньками как модемы — используя бинарный язык, они почти моментально обменялись информацией. Техножрецам почти не надо было спать — используя кибернетические возможности своих организмов, они восстанавливали работоспособность немногочисленных органов и если какой либо "выходил из строя", то есть просто отмирал из-за недостатка полученных веществ и минералов, то без сожаления заменялся на его механический аналог. Единственной неизменной частью оставался мозг и пока механикусы не нашли способа или же метода переноса сознания на электронный носитель. Впрочем, мысль об этом у них даже не возникала — в галактике была полностью механическая жизнь — некроны и становиться их подобием у Децима не было никакого желания, хотя изучить технологии ксеносов было очень предпочтительно.

Кроме уже виденного убийцы и гиринкса в свиту инквизитора входило немного людей — бывшая арбитрес с позывным Сабля, средних лет женщина, закованная в эксклюзивную модификацию силовой брони, по типу той, что используют сестры битвы, с встроенным экзоскелетом, термосканером, вокс-передатчиком, системой замкнутого жизнеобеспечения и еще кучей всякой технологической хрени. Децим нашел некоторые из ее дополнений как интересные и даже принял решение немного изучить боевой комплект, чтобы потом рекомендовать к массовому внедрению хотя бы у тех же сестер битвы.

Четвертым номером шел скитарий, что для Магоса было неудивительно, но удивительно для людей. Настоящий "призрак в доспехах", живой частью которого являлся только мозг, Винт был полностью киборгизирован, что напоминал Железного Человека со старинных гравюр, причем что именно в нем было напехано не брался разобраться даже Децим. Послойная броня, усиленные сервоприводы, дополнительные механодендриты, которые в сложенном состоянии помещались в специальные ниши в спине, носимый богатый арсенал скрытого оружия говорили о том, что это не просто скитарий класса альфа, это существо штучной сборки. Видимо, инквизитор или ее руководство применило все свое влияние на Механикусов, которые и "изготовили" этого воина. Пожалуй, против него не выстоит и отделение огринов — скорость реакции скитария примерно равнялась эльдарской или того же космодесантника, а защита была в разы усилена. Например, миниатюрный силовой щит, ограждающий от атак лазерного оружия, термооптический камуфляж, позволяющий становиться ему на долгое время невидимым, резонаторы, гасящие звуковые колебания и скрипы суставов, мягкие подошвы ботинок, встроенный гравишут для суборбитальных высадок. Глубокому сканированию его тела мешал встроенный генератор помех. Возможно, скитарий уже прогулялся по лагерю, когда это не удалось убийце, ведь почуять неживое не могли даже сверхчувствительные огрины.

Пятым был бывший элизианский десантник-штурмовик со своим гравикомплектом, ходящий под позывным Жетон. Прошедший небольшую генную модификацию, усилившую его организм, он был похож на обычного человека, однако правая аугментированная рука говорила о том, что и этому воину не всегда удавалось побеждать. Как он попал в свиту инквизитора, загадка, но Децим уже понял, что бесперспективных сотрудников у нее нет. Штурмовик вместе с бывшим арбитром выполняли роль поддержки, тогда как скитарий — ударной силы. Он мог сдержать часть выстрелов противника, пока его товарищи с ним разбираются издалека. К тому же висящая за спиной снайперская винтовка и штурмовой лазган, которым пользовались элизианцы говорили о том, что Жетон предпочитает скрытое уничтожение противника, чем открытое столкновение.

Шестым шел обычный техножрец Док, ходячая энциклопедия, к которой Абелина обращалась за помощью в сложных ситуациях. Он всегда держался позади, играя в проводимых операциях роль медика и охранника тылов, что, собственно, его и устраивало. Док был мозговым центром свиты и инквизитор часто советовалась с ним по спорным вопросам — его мозг, наполовину ставший машинным, моментально просчитывал варианты и выдавал результат. Вот и сейчас Док порекомендовал присоединиться к гвардейцам, тем более, что генокрады уже осведомлены, что на них начата охота.

Позволив себе три часа сна, Абелина встала, хлопнув в ладоши, привычно приводя себя в боевую форму. Мурзик, что спал, свернувшись калачиком возле ее койки, поднял голову и посмотрел на хозяйку, словно спрашивая, нужен ли он. Инквизитор погладила гиринкса по голове.

— Спи, вокруг нет врагов. — Успокоила она друга. — Я на это надеюсь. — Добавила себе под нос.

Мурзик положил голову на лапы и, вздохнув, снова задремал. Одевшись, Абелина вышла из предоставленной ей комнаты в типовом военном бункере. Эти стены для нее были родными и хорошо знакомыми, поэтому она и чувствовала себя здесь в безопасности. На своей койке, свесив ногу на пол, сняв только парадный китель, дрых на спине Конот. Абелина посмотрела на спящего полковника и ощутила грусть. Когда-то точно также спал ее командир, убитый во сне еретиками Хаоса. Он был уверен в своей безопасности и не заметил тихого проникновения демонов в бункер. Именно тогда Абелина стала такой какова сейчас.

Она подошла к полковнику и укрыла Конота сползшим одеялом, тот всхрапнул, но не проснулся. Пусть отдохнет еще немного, решила инквизитор и вышла в комнату, где два техножреца жужжали шестеренками и свистели, переговариваясь. Они замерли, заметив проснувшуюся Абелину, оба синхронно кивнули и продолжили обмен данными. Ну прямо как сервиторы, невесело подумала Инквизитор, направляясь к выходу. Вроде бы неподвижные Токс и Винт тут же встали при ее приближении — они охраняли вход, но Абелина взмахом руки посадила их назад — не стоит беспокоиться, вот о чем говорил ее жест. Она вышла из бункера и осмотрела бурлящую территорию части.

Везде шла стройка, возводились дополнительные укрепления, огневые точки, причем внутри периметра. Похоже, полковнику уже доводилось сталкиваться с тиранидами и он старался построить максимальную оборону. Прежде чем завалиться спать он раздал несколько ценных приказов, взвалил исполнение на майора Попова, вкратце пересказав тому случившиеся события. Танкист тоже знал кто такие тираниды и не собирался им подставляться — развил до того бурную деятельность, что даже примарх позавидует. Все гвардейцы носились как угорелые, таская материалы, инженерный взвод по макушку зарылся в траншеи, солдаты копошились как муравьи и ремонт казарм, стройка и укрепление стен периметра не прекращались ни на минуту. Абелина поймала ближайшего пробегавшего мимо солдатика.

— Позови всех офицеров в бункер, гвардеец. — Приказала она.

— А вы кто, тетя? — насупился гвардеец и его рука потянулась к штыку, что висел на поясе. — Я вас не знаю. — Видимо, он решил, что инквизитор похожа на одну их этих аристократических шлюх, которую в часть притащил кто-то из офицеров.

Абелина даже немного впала в ступор от такой наглости, но потом мило улыбнулась, продемонстрировав свой самый "дружелюбный" оскал, между кончиков ее пальцев проскочили искорки.

— Для тебя, солдатик, я — госпожа Инквизитор. — Объявила она. — Даю тебе пять минут, чтобы все офицеры полка собрались перед входом в бункер. Время пошло. — И сорвавшаяся молния выжгла траву, оставив небольшое пятно дымящейся земли.

Гвардеец побледнел и тут же кинулся в одну из казарм — выполнять приказ. Только сейчас до рядового дошло, что он был на волосок от смерти. Привыкший к панибратскому отношению сержантов, он не ожидал появления в части представителя Инквизиции и если к офицерам солдат относился уважительно, как и предписывал устав, то вот гражданских в упор не замечал. Да еще и огрины на своем примере показывали, что дисциплина — это четкое выполнение приказов в бою, в мирное время ей можно немного пренебречь. По своему опыту Абелина знала, что самые наглые залетчики, косяки и разгильдяи, которые болт ложили на службу, приложат все усилия для выполнения приказа. Если поставить перед ними задачу не допустить прорыва противника — они зубами и ногтями вцепятся в землю, но сдержат наступление. Потому что такова их бунтарская суть — кто-то осмелился кинуть им вызов и они его приняли. Она знала множество случаев, когда подобные действия подразделений, которые были не на самом хорошем счету позволяли одержать верх в сражении. При этом полки, в которых была четкая дисциплина и устав соблюдался неукоснительно, почему-то несли большие потери, чем разгильдяи. Конечно, для последних все частенько заканчивалось штрафными батальонами, самыми боеспособными частями Империума и если критическая масса этих залетчиков превышала необходимую в подразделении, то весь полк могли объявить штрафным. Однако это не сильно влияло на отношение солдат к Империуму. Да и сама Абелина в прошлом могла в этом многократно убедиться.

Полковник Конот не развел в части панибратство и анархию, как это могло показаться на первый взгляд — солдаты его любили и готовы были голыми руками разорвать врага по одному его приказу. Даже напутствий комиссара не нужно было, чтобы воодушевить их на битву, будь то Хаос или же тираниды на пару с орками. Гвардейцы встанут все как один и заберут с собой как можно больше врагов, но вот на такие мелкие косяки по службе офицеры закрывали глаза иначе ствол лазпистолета комиссара уже перегрелся бы, а в полку не осталось ни одного гвардейца.

Не прошло и пяти минут, как начали подтягиваться офицеры. К удивлению Абелины возле бункера нарисовались три огрина. Одного она знала, как Хват и откровением для нее был его низкий рост по сравнению с двумя новоприбывшими. Один был почти на треть корпуса его выше и шире соответственно и заметно старше. Имеющий такое же изрезанное шрамами лицо, как у Хвата, громила мог легко одним ударом вколотить в землю любого, даже ее скитария Винта, а его броня, идеально подогнанная по фигуре, носила следы мощных ударов силовым оружием. И, судя по отметинам, это могли быть и орки, и космодесант Хаоса. Значит, ребята уже успели познакомиться с этими еретиками. Второй был пониже и на вид не такой широкий как громила, но какой-то весь крученый и жилистый, подвижный и резкий. Своими движениям он скорее напоминал Хвата, впрочем и громила был не так уж прост — словно спящий вулкан. Подходили и другие офицеры, представлялись и почтительно замирали в сторонке. Позевывая, прибежал комиссар Марш, на ходу натягивая форменный китель. Свою фуражку он куда-то задевал и адъютант подал ее ему в последний момент, отыскав предмет гардероба комиссара и тот с удовольствием водрузил предмет гардероба на голову. Вместе с огринами пришла и молоденькая девочка-комиссар, которая была на празднике. Как уже выяснила Абелина она являлась комиссаром огринов и довольно сносно балакала на их языке, иногда, правда, запинаясь, когда слышала незнакомое слово. Когда все более-менее были в сборе, инквизитор поманила их с собой в бункер.

Офицеры спустились, парочка молодых шарахнулась назад, едва заметив Токса и Винта, но опытные вели себя спокойно, а один из них придержал за локти обоих и даже подтолкнув их вперед, шепнув на ухо, что, мол, после этого заседания их расстреляют. Офицеры побледнели, но сдержались, а шутник едва подавил улыбку. Абелине было интересно, за что он их так и она ненавязчиво коснулась их разумов. Оба были повинны в том, что слегка перебрали в увольнительной, устроили драку и получили по мордасам. Увидев инквизитора, они дико боялись, что их действительно приговорят к высшей мере. Если бы я была одной из этих фанатиков-инквизиторов, то так бы и сделала, подумала Абелина, проходя в комнату, где спал Конот. Лишнее время для сна ему не повредило — командир успел отдохнуть. Она легонько тронула полковника за плечо — тот мигом открыл глаза, а рука сама потянулась к лазпистолету, но спросонья командир опознал инквизитора и вскочил с койки.

— Уже?

— Офицеры собрались. — Произнесла Абелина. — Пора.

— Хорошо, дайте мне пару минут привести себя в порядок. — Полковник подошел к умывальнику и начал фыркать, умываясь.

Инквизитор вернулась к собравшимся и оглядела присутствующих.

— Сейчас я вкратце расскажу вам, что произошло во дворце губернатора прошлой ночью, а после мы обсудим сложившуюся ситуацию. Так что слушайте внимательно, дважды я повторять не буду... — Она быстро пересказала события, пока полковник не вышел и не присоединился к собранию. — ... таким образом мы имеем на этой планете культ, глубоко пустивший свои корни как в аппарат Администратума, так и в обычное рабочее общество. Наша задача состоит в том, чтобы уничтожить его. — Один из офицеров поднял руку. — Что такое, лейтенант?

— Тихонький, если ты опять со своими домыслами, то лучше молчи. — Прошипел на лейтенанта Конот.

— Ничего, полковник, пусть говорит. — Успокоила его инквизитор. — Какой вопрос, лейтенант?

— Насчет орков, госпожа Инквизитор. — Тихонький и не собирался успокаиваться. — Что если они высадятся во время нашей операции по поиску тиранидов? Пока мы будем с ними сражаться, то не сможем отразить неожиданный удар орков и окажемся между двух огней.

— И что вы предлагаете, лейтенант? — спросила Абелина, уже зная ответ — думал бывший сержант слишком громко, прилагать максимум усилий даже не приходилось.

— Нужно сделать также как на той планете. — Тихонький показал пальцем в потолок. — Сформировать поисковые группы из огринов и опытных гвардейцев. Когда они найдут логово жуков, то выжечь их огнем с орбиты, ведь "Зерно" скоро отремонтируют, и сделать это надо побыстрее.

— Браво, лейтенант, — хлопнула в ладоши Абелина. — Вам удалось меня удивить — именно это я и хотела предложить. Только нападения орков не будет.

— Как не будет?! — спросил удивленный Конот. — Приказ был подписан Администратумом почти полтора месяца назад и формирование флота началось тогда же!

— Все так. — Кивнула инквизитор. — Конрад Тулс, третий помощник планетарного губернатора послал вызов в Инквизицию почти полгода назад — все такие сообщения тщательным образом проверяются и поэтому я здесь.

— Так это вы вызвали нас под предлогом нападения орков? — связал одно с другим Тихонький.

— И да и нет. — Уклончиво ответила Абелина. — Просто вы прибыли слишком рано и не в то место, в какое должны были.

— То есть как? — не понял полковник. — Поясните!

— А вот это вы мне скажите. — Повернулась к нему инквизитор. — Если флот входит в варп одновременно, то и выходит точно также в полном составе, каким же образом вы откололись?

— Это все сестры битвы. — Произнес мрачно полковник. — Астропаты уловили их призыв о помощи — на одной из планет на них напали хаоситы. Генерал Грисс принял решение отправить нас туда с тем условием, что потом мы прибудем к месту назначения, но уже позже, чем основные силы. Так вышло, что мы прибыли раньше. — Конот развел руками, — когда еще флот не объявился возле столичной планеты.

— И не объявится. — Покачала головой Абелина. — Адмирал вскрыл конверт, полученный им перед отправлением, в котором указывалась новая точка назначения — планета орков.

— Вы говорите, что первоначальной задачей было атаковать их на месте? — спросил удивленный комиссар Марш.

— Ну, это ведь естественно. — Инквизитор усмехнулась. — Зачем ждать, когда враг наберет силу и построит корабли, для того, чтобы добраться до наших миров? За той планетой орков тщательным образом наблюдали и так совпало, что сообщения от Тулса и от наших разведчиков поступили почти одновременно. Орки прекратили междоусобицы и в предвкушении заманчивого "Вааагх!" начали строить корабли из того, что было под рукой. Просто у них не было сильного лидера, варбосса, который смог обуздать из страсть к войне и разрушению и направить в нужное ему русло.

— Почему они не сделали это заблаговременно? — спросил Хват. — Зачем сражались друг с другом, если могли бы уже давно прилететь сюда?

— Видимо, ты еще не сталкивался с орками, огрин. — Спокойно ответила инквизитор. — Для того, чтобы объединиться им нужна цель. Пока этой цели нет — они будут "стукать" друг друга. Кто-то вложил эту цель в голову варбосса и я догадываюсь, кто.

— Генокрады. — Мрачно произнес полковник. — Как эти ублюдки проскочили на планету орков?

— Не знаю, но наши наблюдатели их не заметили. — Пожала плечами Абелина. — Первоначальной целью генокрадов были люди, не орки, хотя их тоже можно использовать и ассимилировать. Ведь это их цель — создать в отдельно взятом системном секторе хаос — орки нападают на развитые индустриальные планеты, СПО и гвардия сражается с ними, некому следить за космическим пространством и в это время прибывает осколок Флота-Улья, поглощая сразу всех ослабленных междоусобицей противников и становясь сильнее. Убить одним ударом двух Темных Богов.

— Вам не кажется что это слишком сложно для них? — спросил Тихонький. — В смысле, для генокрадов.

— Не путайте обычных безмозглых тиранидов, которые являются инструментов их патриархов и генокрадов, которые существовали в галактике еще до вторжения жуков. — Заметила инквизитор. — Их цель — подрыв экономики планеты, развал управленческой структуры и организации, расформирование армии, организация мятежей и бунтов и тут они проявляют чудеса хитрости и обмана. Это своего рода агенты Инквизиции, только с другой стороны. — Офицеры поморщились. — Звучит как ересь, но зато правда. — Абелина смотрела на них. — Сейчас перед нами стоит задача уничтожить возникшее гнездо, ведь враг больше не будет прятаться, он готов нанести удар или же близок к этому, что и продемонстрировал во дворце. Они похитили много обычных людей для увеличения собственной биомассы, значит, противостоять нам будут не только слабые гибриды и мутанты, но и кто побольше и посильнее.

— Карнифекс! — с ужасом выдохнул Холан, вспомнив жуткого тиранида.

— Думаю, что до этого не дойдет. — Хмыкнула инквизитор. — Вырастить эту чудовищную машину надо еще постараться. Но вот летающие бестии или же пехота — этого сколько угодно. Для ее вылупления достаточно биоресурсов.

— Тогда перед нами стоит задача защиты гражданских. — Полковник подошел к расстеленной на столе карте. — Тираниды могут устроить гнездо в одном из цехов завода, могут под землей — коммуникаций здесь хватает, могут в поле, проклятье варпа, возможно они уже это делают! Начинают поглощать людей в коммунах, увеличивая свою численность и создавая войска!

— Все возможно. — Кивнула Абелина. — Но для начала не будем терять голову — необходима разведка. Оставшиеся в живых не зараженные чиновники нам помогут, это я беру на себя — печать Инквизиции творит чудеса с сотрудниками Администратума. Но остаются еще не решенные вопросы и здесь я с лейтенантом согласна — нужно создать поисковые группы. — Она посмотрела на Хвата. — И не использовать огринов было бы глупо. У меня возникает закономерный вопрос — как вы поняли, что они не люди?

— Они пахнут знакомо. — Ответил громила, пожав плечами. — Как паразиты.

— А паразиты — это?... — спросила инквизитор, ожидая продолжения.

— Паразиты — это огринская версия тиранидов. — Вылезла Эмилия и тут же смутилась под взором Абелины. — У них на планете, — начала она уже тише, — есть такие животные, наверняка потомки генокрадов или схожих с ними видов... они захватывают людей, пожирают и откладывают в них яйца. — Комиссар совсем стушевалась под заинтересованным взглядом инквизитора.

— У нас есть следопыты и охотники. — Продолжил Хват. — Мы выслеживаем их гнезда и уничтожаем на месте — выжигаем эту заразу. По-другому с ними не справиться.

— И как давно они существуют на вашей планете? — спросила его псайкер.

— Очень давно. — Покачал головой Хват и посмотрел на великана.

— Предания говорят, что они пришли из Пустоты. — Прогудел Гора. — Но это все легенды, верить им или нет — лично дело каждого.

— Но тем не менее вы с ними сражаетесь уже много лет и смогли почувствовать замаскированного агента. — Абелина повернулась к Эмилии. — Что еще ты хотела мне сказать девочка?

— Я?! — немного испугано спросила та. — Ничего!

— Не ври мне, что случилось в том баре?

Конот при этих словах напрягся и внимательно посмотрел на комиссаршу, потому что был не в курсе произошедшего, а Марш незаметно показал ей кулак, мол, сначала нам надо было рассказать, а не скрывать правду.

— Там... — в горле Эмилии стало неожиданно сухо и она закашлялась. — Там сидели двое и один все время зазывал второго ехать в какую-то коммуну, какую именно — не сказал, а тот все отказывался. Потом этот первый странно на него так посмотрел, второй как будто в транс погрузился, поманил за собой и уже пошел к выходу, когда Хват сломал входную дверь. — Она замолчала.

— То есть вы почувствовали его воздействие? — вопрос на этот раз был адресован огрину.

— Запах паразита усилился, ударил по мозгам. — Спокойно ответил тот. — Нужно было немедленно прибить гадину. Это как рефлекс, он сводит с ума.

— То есть, это у вас на них такой инстинкт? — сделала вывод Абелина.

— Вероятно да. — Согласился огрин — двое других молчали, предлагая ему вести беседу. — Когда мы чуем паразита, то точно знаем, где он. Следопыты вроде Молчуна могут их выслеживать, если они прошли тут несколько дней назад, и чуять издалека, точно определяя направление.

— Но здесь вы след потеряли. Почему?

— Много других запахов. — Ответил Хват. — Не дает сконцентрироваться и их запах... он как будто маскируется, скрывается за человеческим, трудно определить куда они ушли.

— Все ясно. — Кивнула сама себе Абелина и пояснила для остальных. — Со временем у огринов выработался инстинкт ощущать так называемых ими паразитов на расстоянии. Но действует он только тогда, когда генокрад применяет свои способности, как это было в баре с применением телепатических способностей или в зале дворца, когда тот пытался имплантировать яйцо. Что ж, нам повезло, что у вас, полковник, есть такие замечательные солдаты. — Абелина повернулась к Коноту, который только кивнул. — И мы это их свойство используем, тем более раз они такие эксперты в уничтожении паразитов. Разбейтесь на группы, прочешите канализацию и технические коридоры под городом. Найдите гнездо, в бой не вступайте — это только разведка. — Она пригляделась к их броне, потом повернулась к Доку. — Мы можем снабдить несколько групп малогабаритными генераторами полей преломления?

— Огрины слишком большие, а радиус действия мал. — Тут же ответил техножрец. — Если собрать устройство приемлемых размеров, то можно навесить на одного из них как рюкзак.

— Этого не требуется. — Пискнул Тихонький и сразу же заткнулся под взглядом инквизитора.

— Почему? — удивилась Абелина. — Они большие шумные люди, их будет заметно издалека.

Она не сказала мутанты или нелюди, обратил свое внимание на слова женщины Хват. Это интересно. Конот погрозил пальцем слишком разговорчивому лейтенанту, но было поздно — Абелина уже заинтересовалась его словами.

— Я еще чего-то не знаю? — спросила она, смотря на лейтенанта, но ответил ей полковник.

— Эм, госпожа Инквизитор, не поймите неправильно, мы не хотели ничего скрывать, — начал говорить Конот, потому что Тихонький пристыжено молчал. — Огрины прекрасно умеют маскироваться на местности, видимо, они приобрели это со временем. Когда мы создали объединенные отряды с сестрами битвы и гвардейцами, то включили в их состав в качестве разведки и первоначального боевого контакта огринов. Они шли в авангарде, отвлекали на себя хаоситов, а в это время подоспевшие солдаты довершали разгром их разрозненных групп. Тактика показала свою эффективность и стоило бы применить ее здесь. Дело в том, что... э-э-э... хаоситы слишком поздно замечали огринов, они не хамелеоны, но как-то умеют маскироваться в темноте, что даже ПНВ засветок не дает. Это и позволило нам почти без потерь проводить зачистки. — Конот вытер пот со лба — в бункере было жарко. — Сформировать несколько таких групп, в случае возникновения перестрелки — обеспечить подкрепление. Так мы можем очень быстро уничтожить гнездо тиранидов, если оно будет найдено в городе.

— А вот коммуны придется проверять. — Задумчиво произнесла Абелина. — Хотя... девочка, ты запомнила лицо того человека, которого звали в коммуну?

Эмилия кивнула. Ну еще бы, как будто у нее был выбор.

— Пойдешь со мной в тот кабак, расспросим бармена, он должен знать всех своих постоянных посетителей, а что-то мне подсказывает, что он там был частым гостем. Через него выйдем на работягу — он и расскажет куда именно его зазывали.

— Думаете, что в коммуне они уже наращивают биомассу? — спросил комиссар Марш, который недоспал и был немного невнимательным.

— Не думаю — уверена. Город — это только прикрытие для их действий по внедрению и вербовке — основная армия готовится не здесь. Ударные отряды да, скрытно перемещающиеся по коммуникациям и занимающие необходимые позиции, чтобы атаковать. Когда в городе поднимется переполох и паника, то подоспеют основные войска из коммун, поэтому вашим гвардейцам необходимо прямо сейчас взять важные объекты под контроль, установить посты на въезде и выезде из города.

— Хорошо бы арбитрес помогли, а то сидят в своей крепости, как трусы. — Проворчал Конот.

— От них будет мало толку, тем более, что я уже не уверена все ли там люди. — Махнула рукой Абелина. — Рассчитывать будем только на себя и на помощь Императора.

— А как же флот? — спросил Тихонький. — Они уже должны были прибыть, да и связаться с "Зерном" не помешает.

— Опять ты за свое, лейтенант. — Устало произнес полковник. — Тебе же сказали, что флот занят орками в их системе.

— Да. Десятка кораблей достаточно, чтобы проредить зеленошкурых и отбить у них всякое желание нападать на Империум. — Сказала Абелина. — Но и вы без поддержки не останетесь, я обещаю. Я ведь не дура, чтобы идти малыми силами против орды тиранидов. — Она улыбнулась. — Ваша задача — сдержать их первоначальный натиск, раз уж ваше появление оказалось для меня и для них неожиданностью. С другой стороны это заставило Контролеров выводка действовать быстро и поспешно и он может совершить ошибки.

— Он может и не атаковать. — Заметил Марш. — Просто отсидится в коммуне, пока не появится патриарх и не призовет Флот-улей и постарается сдержать все наши атаки.

— Но мы ведь сидеть не станем. — Инквизитор посмотрела на карту. — Для начала выясним возможные гнезда, а потом зачистим их. У кого-нибудь есть возражения?

Все отрицательно замотали головами — лейтенанты знали, кто такие тираниды и чем в итоге обернется бездействие.

— Тогда за дело. — Хлопнула в ладоши инквизитор. — Восстанавливайте казармы, мы можем принять здесь столько народа, сколько войдет — остальным придется спасаться в цехах и заводах. В городе проживает около полутора миллиона человек, в коммунах — еще десять-двенадцать. Это немного, но достаточно, чтобы патриарх родился и усилил свои психические возможности, поглотив всех. Раз уж Администратум теперь не функционирует с исчезновением третьего помощника, который и тянул всю управленческую работу, но толковые люди там точно остались и их нужно найти. Полковник, займитесь обороной, все необходимые вам стройматериалы будут немедленно доставлены. Сформируйте группы, отправьте их на поиски, с ними пойдут Сабля, Винт и Жетон — мои люди. Обеспечьте постоянную связь, вы должны знать обо всех их перемещениях. На этом пока все, у нас много дел, господа. Идите. — Разрешила Абелина и офицеры, толкаясь, выскочили на воздух. Особенно радовались те двое, что накосячили позавчера, избежав наказания. Про них не вспомнили и не стали разбираться, хотя инквизитор и не считала это преступлением. Ну повеселились мальчики, с кем не бывает, получили на орехи, впредь будут умнее. Они же обычные люди со своими страхами и пороками, желаниям и возможностями, к каждому инквизитора не приставишь, да и бесполезно это. Сейчас нужно сосредоточиться на самом главном.

— Итак, полковник, — повернулась к Коноту Абелина. — На вас я возлагаю организацию обороны, вы более чем компетентны в таких случаях и лезть со своими советами я не буду, единственное, что прошу — позвольте моему техножрецу помогать вам по мере его сил.

— Я учту ваше пожелание. — Склонил голову Конот. — Формированием групп мы займемся немедленно, но как не допустить паники в городе? Если тираниды полезут скопом, то гражданские будут больше мешать, чем помогать.

— Сейчас я отправлюсь в Администратум и сделаю оттуда заявление, что все работают в обычном режиме, но в случае возникновения опасности для их жизни — проследуют в специально подготовленные для спасения места.

— Среди них могут быть замаскированные генокрады. — Мрачно произнес полковник. — Почему именно этот мир? Ведь Симилла и Балтазар куда как богаче и народу там миллиарды, а не жалкие миллионы, как здесь.

— Потому что там генокрадам очень сложно легализоваться. — Ответила Абелина. — Каждые полгода на предприятиях проводят обязательный медосмотр с полным сканированием, чиновников подвергают этой процедуре еще чаще — все помнят о вторжении Флота-улья Левиафан. Обнаружить в таких условиях паразита очень легко. Те же, кто уклоняется от медосмотра, попадают под подозрение. Вот почему тираниды обосновались здесь — отсталые аграрные миры то, что им нужно. Слабая власть, амбициозные чиновники, никакого контроля и много биомассы. Тем более если взрастить патриарха и вызвать Флот-улей, то под удар попадут уже все, неважно, проходят они там медосмотр или нет.

— Понимаю. — Согласился полковник. — Извольте приступать?

— Да, конечно. — Разрешила инквизитор и Конот поднес к своим губам микрофон вокс-передатчика. — И сформируйте пару дежурных взводов, готовых выдвинутся по сигналу поисковых групп — я хочу накрыть их гнездо как можно быстрее.

Когда Абелина вышла из бункера, то увидела спорящих огринов — громилу и Хвата, последний убеждал великана остаться в части.

— Хват, ты лишаешь меня веселья битвы. — Бурчал тот. — Ведь ты сам не желаешь оставаться.

— Этой мой долг.

— Точно также как и мой. — Ответил ему огрин. — Можем оставить на хозяйстве Мастера, он все равно старенький и уже давно не держал оружие в руках.

— Это кто здесь старенький? — спросил огрин с проседью в пучке волос, собранном на затылке в хвост. — Да я легко намну тебе бока в честном бою!

— Ой ли? — добродушно спросил здоровяк.

— Прямо сейчас, прямо здесь! — Мастер вынул из-за спины алебарду.

— Как пожелаешь. — Просто ответил ему огрин, вынимая из ножен меч, ростом с саму инквизитора.

Немедленно огрины образовали вокруг поединщиков круг, закрывая его от любопытных глаз. Абелина покачала головой — они притащили сюда свои варварские обычаи. Можно было вмешаться, приказать им прекратить это, но она была умной женщиной, к тому же весьма опытной в этнических вопросах, знакомая со множеством верований и обычаев, что существовали на мирах Империума. Единая вера в Бога-Императора еще не означала, что местные тайно не поклоняются своим собственным божествам и если большинство инквизиторов, приблизительно 80% считали, что это откровенная ересь, то остальные искали в этих ритуалах рациональное зерно, пытаясь использовать в борьбе против сил Хаоса, если только культисты откровенно не поклонялись ему. В основном все они учили сопротивлению воздействия Губительных Сил, применяя для этого всевозможные ментальные практики, ну а с убежденными последователями своей веры хаоситам было нелегко справиться. Здесь же на первый взгляд присутствовал культ силы, царивший в диких и первобытных мирах, где победитель мог доказать свою правоту в поединке. Вообще такой суд был весьма популярен в малой части миров Империума и однажды Абелине, которая тогда еще только вступила на путь Инквизиции пришлось участвовать в одном из них. Достаточно сильный псайкер, она не могла использовать свои силы, ведь тогда несомненно получила бы преимущество и поединок признали бы не справедливым, так что пришлось изрядно попотеть на импровизированной арене. Собственно оно того стоило — культ ликвидировали на корню, когда выяснили, что он, прикрываясь верой в Императора, распространяет учение Темных Богов.

Абелине было интересно посмотреть на поединщиков и она пошла к группе огринов, заметив, что девочка-комиссар опрометью кинулась к ним и тормошит Хвата за рукав, что-то возбужденно говоря и указывая на инквизитора. Что именно не трудно догадаться, однако огрин, кинув единственный взгляд в сторону женщины, даже не стал прекращать безобразие. Что ж, он лидер этого отряда, ему виднее, нахмурилась Абелина, но вот демонстрация настолько неприкрытого неподчинения навевает определенные мысли. Она быстрым шагом подошла к группе и громко спросила:

— Что здесь происходит?

— Решаем производственные вопросы. — Спокойно отреагировал Хват, драчуны же не сводили друг с друга глаз. — Кто пойдет на разведку, а кто останется в части.

— Разве для этого недостаточно отдать приказа? — холодно осведомилась инквизитор. — Я смотрю, что в вашем подразделении проблемы с дисциплиной?

— Никаких проблем нет. — Голос огрина был похож на ленивый поток полноводной реки, такой же спокойный и текучий. — Когда два равных по своему умению воина оспаривают одну должность то простым назначением, как у людей этот вопрос не решить. Ее должен занять более сильный и умелый, у второго же будет возможность отточить свое мастерство, чтобы после сравняться с первым, вызвав его снова или же проявить уважение к мастерству победителя.

— Какой-то странный подход к делу. — Проворчала Абелина, не собираясь вступать в конфронтацию, хотя ее более нетерпеливые коллеги уже наверняка грозили бы карами и кричали о проклюнувшихся ростках ереси, выхватывая лазпистолеты. — По вашей логике если кто-то решит оспорить ваше звание лейтенанта, то вам тоже придется с ним драться?

— Непременно. — Кивнул Хват. — У нас свободные выборные должности, поэтому отсутствует зажравшаяся элита, чувствующая себя в безопасности — им все время приходится доказывать свою полезность для рода. — Абелина как будто поняла, что этот камень полетел в огород Империума. — Если вождь позволяет себе странные желания и ведет свой род в пропасть, то грош цена такому вождю, его необходимо заменить, что и происходит. Здесь же Гора не согласен остаться за главного в части, потому что иначе он будет лишен возможности сразиться с сильным противником, он жаждет битвы и я его понимаю, но и Мастер уже давно не был в бою и желает отточить свои навыки.

— Почему тогда ты не останешься? — лукаво спросила Абелина. — Или это право вождя — решать за остальных?

— Он ведет нас и ведет справедливо. — Прогудел Гора. — Место вождя — впереди рода, но не за его спинами. Он не станет отсиживаться в пещере, если требуется его водительство. Он остается только в том случае, когда он может положиться на своих верных соратников, равных ему по мастерству. А вот они уже сами между собой решают, кто главный.

— И сейчас он не может послать вас на поиски гнезда и вынужден участвовать сам? Разве вы не равны ему в мастерстве боя? — не поняла инквизитор. — Не понимаю логики, ведь если более мудрый руководитель погибнет в бою, пускай и случайно, разве это не ударит по вашему народу? Кто будет вашим вождем и поведет вас?

— Выберут другого более достойного. — Пожал плечами Хват. — Это будет только значить, что я был не очень хорош в схватке, раз смог погибнуть, и не достоин вести за собой. Род должен возглавлять самый сильный, храбрый и мудрый, своим примером показывая родичам отвагу и доблесть.

— Тем более, что Хват — охотник, а Мастер — кузнец. — Гора указал на поединщика. — Тебе самое место в части — доспехи клепать.

— Ну уж нет! — возопил тот. — Я уже давно не разминал свои кости, сколько можно отсиживаться и ремонтировать броню?!

— Если ты настаиваешь... — Гора придвинулся чуть ближе и Мастер перетек в другую стойку.

— И вместо того, чтобы сражаться с противником, вы каждый раз выясняете между собой отношения будто тупоголовые орки? — громко спросила инквизитор, наблюдая за реакцией огринов.

— Когда мы видим врага — мы едины. — Ответил ей Хват. — Когда мы в безопасности — никто не навязывает другому свое общество, мы различаем личное пространство и общественное. Но в случае нападения все объединяются. Никто не может оспорить слово вождя, все понимают, когда можно возразить, а когда нельзя, ведь выживание рода — самое главное. То, что вы видите — просто легкая разминка двух бойцов. Воину необходимо тренироваться и лучше делать это в реальном спарринге, чем с воображаемым противником или в шуточном бою с железными палками. Так оттачивается мастерство, что в бою, что в кузне. Сейчас на нас никто не нападает, поэтому можно решить данный вопрос хорошо понятным нам способом. Если же мы находились под обстрелом, то никто бы и не пререкался — выживание, как я уже говорил, это главное. Другого родичи не понимают. — И пристально посмотрел на Абелину.

Та как будто прочитала переданную огрином мысль — лучше не мешать, а просто посмотреть на поединок. Она ощутила небольшое сожаление, которое тот испытывал, разрешая поединок, но также почувствовала необходимость этого, словно он был связан определенными правилами, которые не мог нарушить. Инквизитор поняла, что без правил и порядка общество быстро скатывается в анархию и хаос, а это прямая дорога к ереси и Темным Богам. Тысячелетиями огрины выработали такую структуру управления, которая устраивала всех и не ей вмешиваться в естественный процесс, она может только наблюдать со стороны.

— Итак, вы намерены биться. — Подытожила Абелина, с внутренним вздохом соглашаясь с доводами Хвата. — Позвольте поинтересоваться из-за чего?

— Гора хочет возглавить отряд по поиску паразитов, Мастер тоже. Я же хочу видеть их обоих в части — присматривающих за остальными и укрепляющих оборону.

— Тогда почему ты не бьешься с ними?

— Потому что он победит и нам придется признать свое поражение и выполнить условие вождя. — Прогудел Гора. — А я этого не хочу.

— Я тоже не хочу.

— И что, ты правда так хорош? — спросила с любопытством Абелина.

— Он победил демона! — вылезла Эмилия и тут же зажала себе ладошкой рот. — Ой!

— Какого демона? — при упоминании существа варпа глаза инквизитора сузились.

— Сестры битвы на той планете сражались с воинами Хаоса, которые прибыли туда, чтобы призвать своего повелителя. — Просто сказал Хват. — Я потерял в битве свою левую руку. — Он продемонстрировал протез. — И я бился не один — мне помогла канонисса и Дальновидящая эльдар.

— Значит, ушастики тоже были там? — глаза Абелины сузились еще больше. — Я бы хотела полностью услышать эту историю и желательно поскорее.

— Собственно, рассказывать нечего. — Пожал плечами Хват. — Я лишился руки, демон побежден и изгнан обратно в варп, эльдары выполнили свою часть сделки и покинули планету. Все радуются и поют. — Он со смехом в глазах посмотрел на Абелину. — Думаю, что ту часть, где мне отрубили руку лучше опустить.

— Это сделала канонисса. — Упрямо произнесла Эмилия, словно до сих пор не могла успокоиться по поводу совершенного той преступления.

— Это было сделано во спасение моей жизни. — Заметил огрин. — И тебе известно об этом. — Его стальной палец уткнулся в девушку.

— Что там случилось? — спросила инквизитор.

— Он сдержал демона, схватил его своей рукой. — С жаром заговорила комиссар. — Тот даже дернуться не смог, обалдел от такой наглости, замешкался и тут эльдарка и канонисса пристукнули его!

— Ты вроде как восхищаешься ими? — с подозрением в голосе произнесла Абелина.

— Я восхищаюсь их храбростью и верой!! — с блеском в глазах ответила Эмилия. — Только так можно было победить демона и они это сделали!! Пускай и при помощи эльдар. А потом хаоситы сами разбежались и мы еще неделю их вылавливали.

— Так, вы откололись от флота и пробыли на той планете как минимум неделю, то как вы оказались здесь так рано? — не поняла инквизитор.

— Это все варп. — Произнес Хват. — Поиграл со временем.

— Ах да, проклятый шторм. — Вспомнила предупреждение Абелина. — Он чудит с реальным пространством и вызванная мной помощь может запоздать. Пока вы деретесь друг с другом, выясняя, кто возглавит поисковые группы, то мы теряем время.

— Мы бы уже закончили, если бы вы не подошли. — Вставил шпильку Хват. — Ну так как, разрешите нам продолжить или нет?

— Удивите меня. — Абелина махнула рукой, повелительно разрешая начинать.

Меч и алебарда тут же скрестились друг с другом, высекая искры. Ни тот ни другой не стали активировать силовое поле и бились прямо так. И если Гора брал напором и силой, то Мастер был воистину мастер — опытный и бывалый воин, он словно обтекал великана, легко парируя его удары и нанося ответные свои. Соперники вовремя подставляли броню под клинок, чтобы остро отточенное лезвие не коснулось кожи, однако пару царапин тот и другой уже получили, однако не обращали на них никакого внимания. Поединок продлился действительно недолго, буквально несколько секунд, когда лезвие алебарды и меча застыли возле горла поединщиков. Хват хлопнул в ладоши.

— Вот и отлично! Остаетесь оба! — Гора и Мастер одновременно обижено посмотрели на вождя, убирая оружие. — Шутка, ха-ха-ха, — и огрины подхватили этот смех. — Возьмите воинов и пару следопытов, на хозяйстве оставим Жилу, тем более, что он уже привык вертеться возле кухни ратлингов. — Снова взрыв смеха. — Сбор через полчаса, не забудьте тяжелое оружие.

— Я же сказала — никаких огневых контактов. — Строго произнесла Абелина, которой поединок определенно понравился — ей было с чем сравнивать. Например, с действиями космодесанта, на которые она достаточно насмотрелась на Кадии. Да и сама инквизитор была неплохим мечником и понимала толк в схватках. Это только в голофильмах герои сражаются по двадцать минут, парируя удары, в реальности все заканчивается очень быстро, точно также как и здесь — оба огрина были опытными вояками и, уловив момент, немедленно его использовали, атаковав.

— Но нужно иметь весомый аргумент. — Ответил огрин. — Обещаю, что обнаружив гнездо, шуметь мы не будем, сразу же передадим координаты и станем ждать указаний.

— Хорошо, действуйте. — Разрешила инквизитор. — А после операции я жду полного доклада о ваших действиях в подземельях и обстоятельного рассказа про того демона, которого хаоситы хотели вызвать и что именно там забыли эльдар. Комиссар Кармайкл, вы идете со мной.

— Думаю, она сможет вам рассказать более подробно. — Заметил Хват и Эмилия тяжко вздохнула — она уже поняла, что просто так от госпожи Инквизитора не отвертится. Абелина повернулась к ней и улыбнулась.

— Чудно. — Как-то растянуто произнесла она и Хват при этих словах фыркнул. Он вспомнил одного киноперсонажа из своей прошлой жизни. — Не забудьте личное оружие, комиссар. И еще, переодеваться в платье не надо — пойдете в форме, пусть люди видят с кем имеют дело.

— Хорошо, госпожа Инквизитор. — Эмилия поклонилась.

— Поспеши же, девочка, я жду тебя на КПП. — Абелина повернулась к огринам, когда девушка уже припустила со всех ног к казарме — взять силовой меч, который отцепила с пояса и пару запасных батарей к лазпистолету. — Что же касается вас, то с вами пойдут мои люди.

— Они только помешают нам. — Нахмурился Хват.

— Это не обсуждается. — Резко сказала инквизитор. — Или хочешь вызвать меня на поединок? — спросила она игриво.

Было видно, что огрин задумался, словно решал какую-то сложную задачу. Внутри него боролись два чувства — тело желало проверить навыки инквизитора в бою, показать удаль перед родичами, а вот второе, более рациональное и логичное, нашептывало, что стоит проявить мудрость, ответив на вызов словами или же избежав схватки. Хват выбрал второе.

— Я не хочу быть зажаренным как курица, когда вы используете свое колдовство. — Произнес он и посмотрел на Абелину. — Признаю, что против псайкера я слабоват.

— Я не буду использовать свои психические силы. — Ответила инквизитор, вспомнив свое прошлое. — Уравняю шансы. Согласен?

Огрины загудели и затрещали на своей тарабарщине, однако Хват резким окриком прервал их гомон. Он с интересом смотрел на Абелину.

— Сейчас вы ведете себя не как мудрый инквизитор, а как молодая девчонка, которой захотелось показать себя и похвастаться перед другими. Это глупость.

Абелина поймала себя на мысли, что тупоголовый огрин прав на все сто процентов. Видимо, события ночи немного утомили ее, ментальные щиты ослабли и теперь голоса варпа настойчиво склоняли ее к безрассудству и безумству, заставляя совершать странные поступки. Нужно было просто ослабить накал создавшейся ситуации, которую она сама спровоцировала, что и проделала:

— Ты прав, огрин, я — Инквизитор, но я не комиссар, который своим примером ведет за собой других. Мне это не требуется — я решаю кого наказать, а кого помиловать. Я понимаю, что сейчас не время для поединка, но и нянчится с вами не собираюсь, я говорю — вы исполняете. Помни, что наш с тобой разговор не окончен, если желаешь поединка, то он состоится, не сейчас и не здесь, но я хочу проверить твои силы, так ли ты силен и храбр, как о тебе говорят. И ты ли действительно победил того демона или это все ложь? — огрины загудели, недовольные словами Абелины. — Только в бою можно узнать человека.

— Ваша правда. — Согласился Хват. — Раз вы настаиваете, то так тому и быть. После того, как мы зачистим здесь все и освободим планету, я буду ждать вас в круге. Согласны?

— Ставишь мне условие, огрин? — сузила глаза инквизитор. — Что ж, хорошо, я пойду тебе на уступки. Как только этот мир будет в безопасности, мы решим с тобой наш вопрос.

— Как вам будет угодно. — Склонил голову Хват и сказал своим. — Что ж, придется прихватить с собой ее свиту.

— Нужно было дать ей бой прямо сейчас! — Громыхнул Гора.

— Нет. — Покачал головой вождь. — Моя победа подорвала бы ее авторитет. Поединок только между мной и ей, никто о нем не должен знать. И ей не помогли бы даже психические силы — демон и выглядел и был куда сильнее этой женщины, а и то не справился. — подбежавшая к инквизитору Эмилия развесила уши, слушая бахвальства Хвата. Но он говорил с такой убежденностью, что комиссар ему поверила и посмотрела на инквизитора, которая прислушивалась к незнакомой речи и на ее лице на секунду промелькнула досада. Девушке даже стало немного смешно — тупоголовый огрин сумел закрыться ментальным щитом от псайкерских способностей инквизитора. Абелина обратила свой взор к комиссару, собираясь использовать ее как ретранслятор сказанного огрином, но та тут же отвернулась, уставившись на КПП, куда ей приказано было явится, вот только сама госпожа этого не сделала, продолжая беседу с огринами.

— Как скажешь. — Кивнул Гора. — Тогда я займу место в первом ряду. — И ухмыльнулся, посмотрев на остальных. — Или кто-то хочет оспорить мое право?

— Да легко. — Отозвался Мастер. — Устроим праздник и гвоздем программы будет схватка инквизитора и Хвата. — Все огрины засмеялись, предвкушая зрелище.

— Для начала нас ждет работа по профилю. — Напомнил Хват. — Давайте определимся с маршрутами.

Абелина слышала говор огринов и поняла только, что говорили о ней. Она решила было обидеться, раз громилы смеялись, но потом вспомнила слова Хвата и ей стало стыдно, что она, опытный и уверенный в себе инквизитор повела себя как девчонка. Этот огрин, на вид молокосос, оказался достаточно умным для своих лет и вполне заслуживал звания лейтенанта и вождя. Видимо в их мире приходится слишком рано взрослеть и вряд ли они умирают стариками в собственной постели. Инквизитор чуть вздохнула и активировала связь, посмотрев на трущуюся рядом Эмилию и махнув ей рукой в сторону КПП — иди, мол. Та повесила нос и потопала к воротам.

— Сабля, Винт, Жетон, подойдите на плац.

Свита появилась примерно через минуту — все трое собранных и умелых воинов. Огрины разглядывали их с некоторым недоверием, словно прикидывая, чего они могут стоить в бою.

— Возьмете их с собой. Каждого в один отряд. — Распорядилась Абелина и повернулась к своим. — Доклад сразу же как только обнаружите следы или гнездо. В бой не вступать, избегать контакта, ждать подкрепления. Я буду в городе — если что, на связи. Полковник предупрежден об операции и роты поддержки сразу же выдвинутся по нужным координатам. Это все.

Трое ее людей остались знакомиться с огринами, а сама Абелина пошла к КПП, где уже переминалась с ноги на ногу ждущая ее комиссар Кармайкл. Естественно, что инквизитор не поперлась в город в вечернем платье, в котором была на празднике у губернатора. Переодевшись в повседневную форму — брюки из бронеткани, блузку, безрукавку с карманами, в которых лежали необходимые в ее профессии предметы и инструменты, накинув сверху плащ и высоко подняв воротник, Абелина стала похожа на комиссара, не хватало только фуражки. И безоружной она тоже не была — за высоким голенищем ее правого сапога спрятался тонкий кинжал, на поясе в кобуре замер плазменный пистолет, ну а про психические силы инквизитора можно было не упоминать. Остроконечную шляпу она брать не собиралась, чтобы не пугать народ, да и не любила она этот атрибут одежды. Свои волосы она собрала в хвост на затылке, полностью скопировав прическу Эмилии, только у комиссара растительность на голове не была такой густой и пышной, как у Абелины и хвостик выглядел куцым.

— Готова? — спросила инквизитор и девушка кивнула. — Что ж, тогда навестим тот самый бар, где все и произошло. Садись.

Дверь роскошного автомобиля, экспроприированного инквизицией из гаража губернатора, раскрылась и комиссар осторожно, боясь запачкать роскошное мягкое сиденье, залезла внутрь и утонула в диване. Абелина запрыгнула следом и Токс тронул машину, набирая скорость — по грунтовке она шла мягко, кузов не водило и не трясло. Вместо того, чтобы получать удовольствие, Эмилия сидела как на иголках. Еще бы, когда рядом расположился псайкер-инквизитор, а за рулем — асассин.

— Расскажи мне об эльдарах. — Попросила Абелина. — Что они делали на той планете? Почему пошли на временный союз с людьми? Что их заставило? Я хочу знать все в подробностях.

— Э-э... — собралась с мыслями комиссар, понимая, что отвертеться не удастся. — Я все знаю со слов Хвата и его солдат, сама я там не присутствовала, так что не могу уверенно заявлять, что все было именно так. Вам стоит поговорить с ним или с канониссой Ганн, которая являлась непосредственной участницей событий. А все началось после того, как астропаты нашего корабля получили сигнал бедствия от сестер битвы...

Время поездки до бара пролетело незаметно, Эмилия раскраснелась, размахивая руками и рассказывая, забыв, что перед ней один из страшных представителей такой могущественной организации. Она не ощутила, что Абелина с помощью своих сил расположила комиссара к беседе, распространяя ауру дружелюбия и откровенности. Да и сами действия эльдар и сестер ее заинтересовали, не говоря уж про огринов. Несомненно, стоит включить этот случай в отчет Лорду-Инквизитору, да и проверить слова девочки не помешает — достаточно просто связаться с этой канониссой Ганн. И, судя по наименованию ее ордена, она является не слишком уж умной особой, истово верующей в Бога-Императора и что сподвигло ее заключить союз в эльдарами — загадка. Да и полковник Конот не так прост, он хоть и военный, но сразу же вцепился в возможность создать такой альянс, потому что понимал, что хаоситы их просто раздавят — так они были многочислены. И им дважды повезло, что эльдары сбросили бомбы до того, как орды смяли первые ряды защитников. Что заставило их это сделать, ведь для них люди не более чем низшая раса и тратить на них ценный ресурс просто недопустимо? Одни вопросы и нет ответов.

— Приехали. — Сообщил Токс.

Абелина посмотрела — убийца привез их точно к тому бару, где произошло "вторжение" огринов. Она открыла дверцу авто и поманила за собой комиссара.

— Пойдем, потолкуем с барменом.

Когда открылась дверь в полуподвальное помещение и две фигуры в плащах появились на пороге, то бармен, смешивающий выпивку, замер, а тройка посетителей перестала жевать. Абелина прошествовала к стойке — никто даже не попытался дернуться из-за стола, чтобы покинуть заведение — побег мог быть расценен инквизитором как подтверждение совершенных человеком преступлений и вызвал бы к нему лишние вопросы. Бармен заставил себя улыбнуться и выдавил:

— Что угодно высоким гостям? Амасека, вина, плодовой настойки? Или желаете перекусить? Могу предложить дежурное блюдо, суп, горячий гарнир, прожаренное мясо быка или котлеты, все на ваш выбор.

— Я сюда не выпить зашла и не закусить. — Остановила его рукой инквизитор. — Меня интересует имя человека, который сидел вон за тем столиком вместе со своим приятелем позавчера. — Она указала, за каким именно.

— Прошу меня простить, но это была не моя смена. — Бармен вздохнул с облегчением. — В этот день работал Гарри Лоусон, улица вторая Императорская, сектор семь, уровень три, комната триста четырнадцать.

— Благодарю. — Холодно кивнула Абелина. — Сохраняйте бдительность. — Посоветовала напоследок.

— Всенепременно. — Раскланялся улыбающийся бармен. — Заходите еще. — Брякнул он по привычке и только потом понял, кому это сказал. Абелина усмехнулась на эти слова одной из своих фирменных улыбок.

— Если я возвращаюсь, то кто-то обычно умирает. — Произнесла она и бармен испугано всхлипнул, втянув воздух. — Прощайте.

И две представительницы власти покинули бар, заставив всех посетителей облегченно выдохнуть.

— Ух, это было здорово! — восхитилась Эмилия. — Зачем вы его напугали?

— Инквизиции нужно поддерживать свой имидж. — Пожала плечами Абелина. — Тысячелетия охоты на ксеносов и еретиков сделали все за меня.

— Но вы же не такая! — вырвалось у комиссара.

— Какая?

— Ну... — она задумалась. — Вы добрая, но хотите казаться злой и холодной, отчужденной и высокомерной. Я это вижу.

— Я не кажусь — я могу быть всеми ими. — Абелина применила один трюк, который ее мимоходом научили эльдары с мира-корабля Ультве. Инквизитор стала как будто выше и сильнее, вокруг нее сгустилась темная дымка и повеяло холодом. — Ты бы предпочла, чтобы я всегда была такой? — ее голос гремел и казалось, что стекла в оконных рамах домов разлетятся от его воздействия.

— Нееет. — Пролепетала Эмилия и Абелина снова превратилась в ту же женщину, которой комиссар с удовольствием все рассказывала.

Они некоторое время молчали пока Токс вез их по новому адресу. Убийца запомнил план города со всеми его улицами, проспектами, переулками и переходами еще в первые дни пребывания на планете и теперь отлично в нем ориентировался.

— Вы их накажете? — спросила Эмилия, нарушив молчание.

— Кого? — чтобы поддержать разговор, спросила Абелина, прекрасно читая мысли девушки.

— Огринов. Они ведь позволили себе спорить с вами, а их методы выбора командира слегка... примитивны и отдают варварством.

— Поверь мне, в Империуме есть гораздо худшие ритуалы и обряды и при этом Экклизиархия их одобряет и не считает ересью. — Произнесла инквизитор. — Что же касается их поведения и дисциплины, скажи мне, каковы они в бою?

— Бесстрашны. — Тут же отозвалась комиссар, вспоминая картинки сражения с хаоситами. — Храбрые, смелые, не отступают, наоборот, идут в атаку. Они не ценят свою жизнь, защищая чужую. — Она засомневалась рассказывать или нет, но Абелина уловила ее смятение и мягко подтолкнула.

— Что-то еще?

— Ну, у них есть один... — Эмилия пощелкала пальцами в воздухе, подбирая слово, — ... момент — иногда они впадают в неистовство, если чувствуют, что именно сейчас врага можно победить. Это похоже на... на орочий Вааагх. — Она с испугом посмотрела на Абелину, только сейчас поняв, что сказала. — Но они не орки, нет, просто в битве вели себя похоже — Хват заревел, остальные подхватили его клич и их силы удесятерились. Они натурально перемололи космодесант Хаоса в фарш. Я знаю, что этих еретиков очень тяжело победить, что они, да простит меня Император, хорошие воины, но огрины были с ними наравне. В той битве пали некоторые из них, но своим резким ударом они вроде как вклинились в ряды противника, позволяя танкистам майора Попова и "Стражам" лейтенанта Симонса атаковать хаоситов с флангов, да еще и гаубицы поддержали их огнем. Если бы не их решительная атака, то нас бы задавили — поддержка с воздуха была занята боем с истребителями хаоситов. Потом, правда, полковник отругал Хвата за эту самоубийственную атаку, но тот сказал, что это у них внутри, в крови, что от них не зависит. Знаете, как рефлекс, только он проявляется в бою.

— То есть с дисциплиной у них все плохо? — уточнила Абелина и Эмилия опустила голову.

— Не надо их наказывать. — Она посмотрела на инквизитора и в ее глазах стояли слезы — ей было наплевать на себя, она просила за своих подчиненных. — Они хорошие воины, просто к ним нужен немного другой подход. Они как дети, наивные и любопытные, они не знают всей суровости законов Империума и уставов, поэтому и ведут себя так, как привыкли.

А ведь девочка натурально переживает за своих подопечных, подумала Абелина, читая ее как раскрытую книгу. Это ее первое назначение и другой бы комиссар выл от тоски за то, что его назначили в такое подразделение, да еще и руководить тупоголовыми огринами, но оказалось — вот сюрприз — что они не таковы, какими их считают в Империуме. Это раз. И второе — они сами приняли своего комиссара, впустили ее в свое сообщество, она даже выучила их язык за очень короткое время, что вообще удивительно, ведь их тарабарщина ни на что не похожа. Поэтому она считает их своей... семьей?! Они для нее роднее, чем обычные люди?! Поразительно, столько вопросов и ни одного ответа, несомненно, нужно заняться природой этих огринов, посмотреть на их условия жизни и что именно сформировало такой неординарный народ. Абелина, пообщавшись с Хватом и его лейтенантами, поняла, что они не были глупыми, они были опытными и даже могли кое-что посоветовать ей и ее людям, как вести себя с тиранидами, но комиссар была права в одном — они не знали ничего о жизни в Империуме. Да кстати, насчет мерзких тварей.

— Как так могло получиться, что на их планете оказались тираниды?

— Не знаю. — Размазывая слезы, моргая, произнесла Эмилия. — Комиссар Хольтц упросил губернатора сектора направить туда исследовательскую экспедицию, ой!

— Похоже, тебе не стоит доверять секреты. — Улыбнулась Абелина. — Но мне ты можешь их раскрыть. Что ж, подождем результатов, собранных учеными. — Она посмотрела в окно — машина подъезжала к жилому строению. — Пойдем, потолкуем с товарищем Лоусоном.

Она произнесла слово "товарищ" также как это делали полковник Конот, комиссар Марш и другие валлхальцы. Эмилия следовала за инквизитором в почтительном отдалении и остановилась за спиной, когда та нажала на кнопку звонка, извещая о своем прибытии. В комнате стояла гробовая тишина и Абелина напрягла свои психические способности, определяя, есть там кто-нибудь живой, однако хозяин отсутствовал.

— Хм, никого нет. — Она дотронулась до двери. — Опросим сосе... так.

Дверь отворилась от легкого прикосновения — замок не был заперт. Рука Абелины легла на рукоять плазменного пистолета, левую она чуть выставила вперед и между кончиками пальцев проскочила искра. Рядом не было ее верного Мурзика, который усиливал возможности Абелины, однако с человеком она могла справится и сама даже без поддержки гиринкса и своего копья. Таскаться с ним в городе она не видела смысла. Позади нее напряглась Эмилия, лазпистолет уже был в правой руке, а левая сжимала рукоять меча — биться в ближнем бою и одновременно стрелять ее научили еще в Схоле.

Инквизитор проникла в комнатушку, в которой все было перевернуто вверх дном. То ли что-то искали, то ли жильца уволокли без его согласия. Окно было закрыто и заперто и через него преступники явно не проникали, дверцы шкафа были сломаны, одежда брошена на пол и растоптана — на ней остались следы больших размеров ботинок. Подобная обувь стояла возле входа нетронутой, наверное, это была вторая запасная пара. Абелина внимательно осмотрела комнату как визуально, так и психическим зрением, но Эмилия была шустрее — ее взгляд зацепился за что-то, что лежало под кроватью. Она сунулась вперед и уже хотела это вытащить, как Абелина преградила ей путь.

— Не трогай незнакомые вещи — они могут быть заражены. — Инквизитор левитацией вытянула предмет, который на первый взгляд оказался частичкой отвалившегося хитина.

— Его похитили генокрады! — сделала вывод Эмилия.

— Или он был одним из них. — Задумчиво произнесла Абелина, присев возле кусочка и тщательно его изучая. — Теперь понятно, почему они выбирали именно этот бар для вербовки. Агенты всегда были тщательно прикрыты, бармен не стал вступаться, чтобы не быть обнаруженным. Хитро. Едем. — Она резко встала.

— Куда?

— В Администратум, куда же еще. — Инквизитор вышла из комнаты, прикрыв дверь. — Опрос соседей все равно ничего не даст — никто ничего не видел, ничего не знают и копаться в их головах бесполезно — генокрады хитрые и прекрасно умеют работать со свидетелями, наверняка уже всем затерли воспоминания, а здесь против меня играет их чрезвычайно развившийся коллективный разум.

— Разве это возможно? — удивленно спросила Эмилия. — Тираниды они же как тараканы — безмозглые, способны только жрать и размножаться.

— Простые особи именно так и поступают. — Абелина очень быстро спускалась по лестнице. — Своего рода рабочие и солдаты улья. Но более развитые индивидуумы вроде Контролеров или Патриархов могут легко управлять серьезными массами. И каждый из генокрадов имеет некоторую свободу воли и инициативу в решениях, позволяющую им внедряться в общество, неважно какой расы. Они чрезвычайно интересные существа с точки зрения биологии и генетики, но перед человечеством встает очень важная проблема — скорость их распространения по галактике. И еще одна — с ними невозможно договориться. Впрочем, Империум никогда не опустится до союза с ксеносами.

— Если они такие умные, то что им надо? — спросила Эмилия. — Сидели бы в своей галактике и размножались там на полную катушку.

— Что если они ее уже пожрали? — вопросом на вопрос ответила Абелина. — И терзаемые голодом прибыли к нам?

— Тогда как можно называть их разумными, если они только жрут и размножаются? — буркнула комиссар себе под нос.

— Человечество тоже жрет и размножается. — Весело отозвалась Абелина. — Точно также как орки, тау, крууты, веспиды и еще до кучи множество ксеносов. Только эльдары и некроны не заняты этим. Первые просто вымирают, сдавшись на милость своего Темного Бога, которого сами же и породили, вторые спят, ждут, когда можно будет пробудиться и зачистить галактику. Просто затем, чтобы воцарится в ней навечно. Хотя это бессмысленно — управлять ведь будет некем, но логику бездушных машин не поймешь.

— Ну так пускай схлестнутся с тиранидами. — Проворчала Эмилия, — хотя бы какой-то толк от них будет. Два врага Империума переварят друг друга, а мы займем главное место в галактике.

— Ты говоришь как эльдар. — Засмеялась инквизитор. — Они мастера плести интриги и к тому же ненавидят некронов. Но сейчас перед нами встала другая проблема — тираниды и ее необходимо поскорее решить. В Администратум. — Распорядилась Абелина и Токс молча тронул машину.

В здании рядовые чиновники прилежно занимались своими привычными делами, работая с документами, исписывая кучу бумаги, переговариваясь с начальниками производств и предприятий, а также с руководителями коммун. Когда Абелина вошла в задние, то охрана потребовала предъявить пропуска, на что им была продемонстрирована инсигния и людишки быстро рассосались по углам, дабы не гневить инквизитора. Сам же Абелина направилась в отдел иммиграции и учета населения — выяснить в какой именно коммуне завелись паразиты можно было по оттоку туда населения. Если, конечно, генокрады не подделали документы.

Чиновник, сидевший за столом, поднял свои блеклые глаза на инквизитора и, узрев ее печать, спокойно начал вбивать запрос в когитатор. Его не волновало, кто перед ним, Абелина скользнула в его мысли и поняла, насколько серой была его однообразная жизнь. Когда-то давно он хотел все изменить, привести сектор к процветанию, амбиции так и бурлили через край у этого молодого человека, но годы, проведенные на одной тупиковой должности сделали свое черное дело — азарт и энтузиазм ушел и теперь он превратился в натурального сервитора. Он сознательно оставил все мысли о переменах, загнал их глубоко во внутрь себя, оставив снаружи лишь оболочку того, кого можно было назвать человеком. Абелине стало его жаль, ведь по сути он был очень хорошим администратором и организатором, к тому же память до сих пор ему не изменяла и чиновник помнил каждую циферку в отчетах. Просто он опустил руки, поняв всю бесперспективность перемен для Империума, и четко выполнял возложенные на него обязанности, являясь одним из миллионов винтиков в его механизме.

— За последний год получено двести восемьдесят три тысячи шестьсот четырнадцать запросов о переводе в коммуну "Рассвет". — Ровным голосом произнес чиновник, глядя в монитор. — Это наиболее популярное поселение — перевод в другие коммуны исчисляется парой тысяч в год. — Он посмотрел на инквизитора. — Распечатать вам данные?

— Пожалуй, не стоит. Скажите, когда последний раз была перепись населения в коммунах?

— Сейчас. — Он снова потыкал по клавишам. — Год двенадцатый сорок второго тысячелетия. На тот момент в коммуне "Рассвет" проживало около трех с половиной миллионов человек.

— Это больше, чем в городе-улье! — воскликнула Эмилия. — Надо было переносить столицу туда!

— Это невозможно. — Спокойно отозвался чиновник, глядя на впечатлительную комиссаршу. — Коммуна — это не отдельное поселение как город — это скорее ограниченная территория, зона, в которой трудятся пахари и агрономы, техники и сборщики. Площадь ее составляет около полутора миллионов квадратных километров и три с половиной миллиона на такую огромную территорию — это мизер. — Чиновник снова заглянул в монитор. — Для сравнения площадь коммуны "Колос" около двух с половиной тысяч квадратных километров, а проживающее там население составляет конкуренцию Велатии — почти один миллион четыреста тысяч. Для такой маленькой территории это очень много.

— Да и их там как гвардейцев на борту транспортной баржи напихано! — удивилась Эмилия.

— И что заставляет их всех там находится? — поинтересовалась Абелина. — Рудные разработки?

— Кассандра бедна полезными ископаемыми, в основном у нас тут добывают болотное железо и медь, выплавляют из глин редкие металлы, но этим в основном занимается коммуна "Кирка" и полученного едва хватает нам самим, чтобы перекрыть потребности, "Колос" же по большей части тепличное хозяйство — выращивают деликатесы для поставок в столицу сектора и в другие регионы Империума. — Чиновник беседовал ровно, без страха. Печать Инквизиции его не пугала — за свою службу он встречался со множеством представителей организаций Империума и не все их них были такими добрыми как присутствующий сейчас инквизитор.

— Разве открытых территорий для этого недостаточно? — спросила Абелина.

— Коммуну "Колос" организовал первый помощник губернатора лет двенадцать назад как экспериментальную. — Произнес чиновник. — Он лично контролирует поставки туда материалов и людей и вывоз и распределение продуктов.

Инквизитор и комиссар переглянулись.

— А кто проводил перепись? — спросила Абелина.

— Процедура была санкционирована третьим помощником губернатора по запросу из столицы сектора. Выполнена в срок, все необходимые документы имеются и заверены печатями, можете ознакомится в отделе два шесть два, уровень четыре, комната четыреста двадцать три.

— И как далеко находится коммуна от Велатии? — спросила инквизитор.

— Семьдесят километров строго на юг. — Тут же ответил чиновник, даже не заглядывая в монитор. — Живописное место в горах, много солнца и мягкий климат как и везде на планете, плоды в теплицах быстро зреют.

— Значит, в горах. — Задумчиво произнесла Абелина. — А скажите-ка еще кое-что уважаемый, — она взглянула на вышитое на форме имя чиновника, — Даниэль, каково состояние убежищ в городе, предназначенных для спасения населения?

— Плачевное. — Не задумываясь, ответил тот. — Указом губернатора от девятнадцатого ноль четвертого восьмого года все спасательные пункты были законсервированы, а припасы вывезены на склады. Потом часть из них сравняли с землей, чтобы построить на их месте новые жилые блоки. Сейчас функционирующим остается только единственное убежище под зданием Администратума.

— А есть у этого убежища выходы в подземные коммуникации города? — спросила Эмилия, понимая, что это означает.

— Конечно. В случае обрушения здания и завала основных проходов есть выходы, ведущие в технические тоннели. — Ответил чиновник. — По ним можно пройти до космопорта, ремцеха и одной из перерабатывающих фабрик.

Едва услышав слова Даниэля, Абелина поняла, что медлить больше нельзя.

Хват взял с собой свое отделение и одного из воинов свиты инквизитора. Ему выпало нянчится с Саблей, бывшим арбитром, которая так и не изменила своим привычкам. Она громко топала, гремела подвешенными на ее поясе гранатами, стальные ботинки стучали по бетонному полу, лазган лежал на сгибе левой руки, цепной меч пристроился возле левого бедра и покачивался в такт шагам. Ей не было нужды прятаться, потому что она была воплощением ЗАКОНА и вела себя подобающе. И если Горе и Мастеру повезло с их сопровождающими — скитарий хотя бы имел маскировку, а десантник-штурмовик был обучен передвигаться бесшумно, то вот с женщиной ничего нельзя было поделать — она топала как терминатор с такой же неумолимой поступью киборга.

Огрины выбрали широкий лаз для входа в технические тоннели в ближайшем районе очистных сооружений, как раз там, где и должны были нести службу. Отряд Горы на двух транспортерах уехал севернее, в район фабрики, Мастер подался к космопорту. Командиры посмотрели карту коммуникаций и договорились встретиться в центре, где сходились основные тоннели и было недалеко до бункера Администратума. В более мелкие лазы огрины бы не пролезли, но они их и не интересовали — паразиты любят тепло и большие пространства, а таковых в подземельях было немного — центральные узлы тепловых коллекторов и прокинутых силовых кабелей, расходящихся по районам и питающих дома граждан. Канализационные отстойники, представляющие собой крупные бетонные колодцы с многочисленными сливными трубами и технические помещения для обслуживающего персонала — вот самые крупные пустые пространства подземелий. Конечно, существовала вероятность того, что паразиты могли организовать засады, но огрины были к этому готовы. Если бы не шум, который производила Сабля, то их можно было бы преждевременно заметить. Хват остановил отряд и повернулся к идущей за ним женщине.

— Вы не могли бы не грохотать ботинками так громко. — Попросил он. — У паразитов тонкий слух.

— Что такое, огрин? — спросила Сабля из-под шлема, — я мешаю тебе? Может, стоить напомнить, зачем мы здесь и чей приказ ты выполняешь?

Хват выругался на родном языке, подошел ближе к Сабле, которая, хоть и была ниже его по росту, но храбрости не растеряла и смотрела на гиганта с вызовом.

— Послушай сюда, девочка. — Глаза бывшего арбитра превратились в щелочки. — Тебя назначили к нам в команду, где я являюсь командиром, так изволь выполнять МОИ приказы. Пока что мое звание лейтенанта у меня никто не забирал, а раз ты входишь в наш отряд, то понятие дисциплины и субординации тебе, надеюсь, знакомо? — От огрина повеяло такой силой, которую Сабля иногда ощущала от самой инквизитора, но если та владела психическими силами и ее влияние было объяснимо, то вот огрин давил своим военным опытом и авторитетом.

Внезапно Сабля осознала, что своими действиями подставляет весь отряд. Абелина редко брала ее на операции, где требовалась скрытность, чаще Сабля выполняла приказы инквизитора в открытом бою с еретиками или ксеносами и там было все просто — враг перед тобой, его нужно уничтожить. Не сказать, что она не умела маскироваться, но вот получалось у нее это из рук вон плохо — по сравнению с тем же Жетоном. Абелина приняла ее в свою свиту только потому, что она была экспертом по оружию, могла стрелять из всего, что стреляет, отлично сражалась на мечах и разбиралась во взрывчатке. Такая же как Жетон, она просто делала свою работу по искоренению ереси. И ее отношение к огринам было скорее силой привычки — она не видела в них опытных военных, представляла этаких огромных увальней, только и способных, что махать дубинами, ковырять в носу и чавкать за столом. Но здесь, в подземельях, ей придется изменить свое мнение, если она не хочет подвести инквизитора. Ведь Абелина не просто так послала своих людей на поиски — гнездо должно быть обнаружено и зачищено, а она своими действиями препятствует работе профессионалов. А то, что огрины профессионалы, Сабля заметила сразу же, как только они спустились вниз.

Они действовали очень грамотно в незнакомой обстановке, командир не всегда сверялся с картой, ведя свой отряд, видимо, запомнил наизусть, при этому умудряясь не заблудиться в этих переходах, замирал, если ему казалось, что впереди враг. Однажды они пропустили мимо себя весело болтающих техников, совершающих обход вдоль кабелей. Сабля так и не поняла, как огрины смогли растворится в темноте — только что громилы стояли рядом и вот она не ощущает их присутствия, а сканер показывает только голые стены. Все это напомнило действия Токса, асассина Храма Вененум, когда ему нужно было скрытно подобраться к жертве. Он пытался учить Саблю скрытному передвижению, но бросил это занятие, поняв, что толку не будет. И вот сейчас она может поставить под угрозу проведение всей операции. Инквизитор не могла знать, что огрин говорил правду, когда советовал ей не мешать — ее возможности сильны, но не простираются так далеко. Сабля вздохнула и чуть отодвинулась от Хвата.

— Я не девочка. — Сердито буркнула она. — Но я не дура, я понимаю, зачем мы здесь. И какое место мне занять в формации, командир? — спросила чуть язвительно, но Хват не обратил на это внимания.

— Будешь прикрывать тыл. — Огрин вдруг резко отстранился. — Если мы заметим что-нибудь интересное, то позовем тебя.

— Хорошо, я так и сделаю.

— Умница. — Похвалил ее громила и вдруг растаял в воздухе.

Сабля моргнула несколько раз, но так и не увидела его габаритной фигуры. Термосканер также не давал засвета, а огрины не пользовались фонарями — оказалось, что они отлично видят в темноте. Изредка в поле зрения ночной камеры записи, расположенной на шлеме, попадали их глаза, отражавшие свет как у кошки, но эффект быстро пропадал — похоже, великаны просто не знали об этом и специально в объектив не пялились.

Они прошли уже несколько километров под землей, как вдруг идущая рядом с ней девушка-огрин, вооруженная также как и мужчины, коснулась ее плеча и молча указала на стоящих впереди вокруг чего-то бойцов. Сабля могла поклясться, что мгновением раньше их не было. Она подошла ближе и увидела труп тиранида, простого генокрада, но уже не человека, а его окончательно мутировавшую версию. Хват посмотрел на Саблю.

— Стражник. — Тихо сказал он, почти одними губами и на выдохе, но чувствительные микрофоны шлема уловили его слова. — Впереди их больше и они продолжают собираться — этот сидел в засаде.

Сейчас явно не время для глупых вопросов, решила агент инквизитора.

— Где мы? — также тихо спросила Сабля и один из огринов извлек карту.

— Примерно вот здесь. — Он ткнул толстым пальцем в пластиковую бумагу.

— Это рядом с бункером, предназначенным для чиновников Администратума. — Узнала здание на плане бывший арбитр. — Нужно немедленно сообщить инквизитору!

— Отойдите подальше, чтобы вас не услышали. Веселушка, Стержень, подстрахуйте ее. — Отдал приказ Хват.

Сабля хотела было возмутиться, что в защите не нуждается, но вовремя сообразила, что было бы глупо орать об этом под боком у врага. Она завернула за угол тоннеля, активировала дальнобойную вокс-связь, способную пробить через толстый бетон и сталь, и связалась с Абелиной.

— Госпожа инквизитор, мы нашли их сборище. — Скороговоркой выпалила Сабля. — Они кучкуются под зданием Администратума, где находится бункер. Наверняка там гнездо.

— Не думаю. — Был ответ. — Сколько их?

— Много, гораздо больше чем тысяча, все проходы прямо кишат ими.

— Мутанты среди них есть? — Этот вопрос арбитр переадресовала Веселушке, на что та кивнула. — Что ж, значит хомальгаунтов они пока не вырастили или же просто не смогли протащить в город. Ведите наблюдение, ничего не предпринимайте, помощь уже в пути.

— Похоже, они собираются атаковать Администратум снизу. — Рядом с Саблей появился Хват. — Я связался с Горой и Мастером — они продвигаются в нашу сторону, но спешить не будут — паразиты могут выставить посты и заметить их группы.

— Вы убили одного из них, они могут узнать о нас. — Заметила Сабля.

— Он жив. — Ответил огрин и агент с удивлением посмотрела на него. — Просто обездвижен и у него вырван язык, чтобы не заорал.

— А как же телепатический контакт?

— Телепатический? — Хват замолчал на мгновение. — Я даже не знал, что они могут читать мысли. Но пока никто не дергается в нашу сторону.

— Это хорошо. — Кивнула Сабля. — Когда будет подмога и что нам делать? — спросила она у инквизитора. — Огрин говорит, что они собираются атаковать бункер.

— Сейчас я организую эвакуацию людей из здания. — Ответила ей Абелина. — Будь на связи и сообщай как только ситуация изменится. Постройте баррикаду, отвлеките на себя их внимание, чтобы твари задергались. Это позволит атаковать их сверху.

— Дай-ка микрофон сюда. — Хват протянул руку к шлему и уже хотел снять его с головы арбитра, совершенно не заботясь защелками, которые легко мог сломать, но Сабля вовремя отстранилась и активировала внешний звук.

— Говори сюда. — Она потыкала пальцем в микрофон.

— Вызовите из части роту Холана и моих бойцов. — Передал здоровяк. — Люди блокируют здание — мои воины пойдут на штурм. Мы поддержим их снизу, зажмем паразитов в клещи.

— Вас там мало, вы не выдержите их натиска. — Зашептала Абелина. — Ничего не предпринимайте, оставайтесь на месте.

— Боюсь, что тогда будет поздно. Я не зря взял тяжелое вооружение. — Ответил ей упрямый огрин. — Пока мы болтаем, время уходит. Я могу создать баррикаду и отвлечь их внимание на себя, пока они не ударили. Если основная масса проникнет в здание — это будет резня — там полно гражданских. Быстрее отдайте приказ выдвигаться моей роте из части, иначе не успеем, они уже начали шевелиться, как будто что-то подозревают.

— Проклятье варпа на тебя, огрин! — зашипела инквизитор, ругаясь. — Ладно, — она уже успокоилась. — Действуйте, как только заметите, что они полезли в бункер, я свяжусь с другими группам, чтобы вышли в ваш район и поддержали огнем.

— Я уже сделал это — Гора и Мастер движутся так быстро как могут. — Заверил инквизитора Хват.

— Да поможет вам Император! — сказала напутственное слово Абелина и отключилась. Огрин улыбнулся и посмотрел на Саблю.

— Сейчас мы проверим, чего ты стоишь в бою! — Он встал и его тяжелый лазган перекочевал из положения за спиной прямо в руки. Проверив заряд батареи, огрин пошел к наблюдателям.

Хват выглянул из-за угла тоннеля, посмотрел на идущие вдоль него стальные трубы — место было не очень удачным, но если заманить на себя паразитов, отступив вглубь тоннеля и обрушив потолок, то можно перекрыть им путь. Правда, можно самому пострадать при обвале, но тут уже как повезет. А потом, пройдя по соседнему коридору, ударить во фланг и снова обрушить коридор им на головы. Или послать туда группу сразу? Он еще не решил.

Внезапно твари словно насторожились, прекратили беспорядочно возиться и вытянулись в струнку. В центре их группы началось какое-то шевеление и показался более крупный тиранид, у которого кроме большой головы зашкаливало обилие зубов, клыков и когтей с костяными пиками и наростами по всему телу. Похоже, это был один из водителей этой банды паразитов. Хват указал Веселушке, штатному снайперу отряда, на это чудовище и та, кивнув, приникла к прицелу противотанковой винтовки. Космач, Битень, Стержень, Молчун и Хват приготовились метнуть гранаты прямо в гущу паразитов. Как только Веселушка плавно выжала спусковой крючок и ее оружие издало громкий плевок, огрины метнули гранаты и вскинули лазганы, дробовики и тяжелые болтеры, начав обстрел противника. Контролер пошатнулся от выстрела, но устоял. Он тут же заметил опасность и успел отдать приказ атаковать неприятеля, прежде чем второй выстрел окончательно не вынес ему мозги. Громкие взрывы огринских осколочных гранат, случившиеся прямо в центре тиранидской массы, раскидали генокрадов, однако их было настолько много, что они с визгом и ревом, кинулись на стреляющих гвардейцев, чтобы смять.

Сдержать такую волны было сложно, но можно и Хват радовался, что сейчас у него в руках стрелковое оружие, а не копье или топор, хотя понимал, что придет и его время. Твари накатили волной и огрины отступили в тесный коридор — генокрады были вынуждены атаковать не скопом, а частями, при этом трупы их мертвых солдат уже перегораживали вход. Взрывы гранат не повредили потолок — строители постарались, чтобы тоннели не схлопнулись, однако тварей было слишком много, они царапали стены и бились о них головами, а их кислота, которой они ловко плевались, начала крошить даже бетон. Видимо, среди них пряталась не одна контролирующая тварь, раз вся эта масса вдруг перестала бросаться на отступивших огринов и внезапно откатилась к бункеру.

— Космач, мины! — отдал приказ Хват, улучив секунду передышки и огрин тут же бросил пару блинов в проход. — Взрываем тоннель и уходим в правый коридор — они собрались нас обойти!

Сабля, которая оказалась впереди отступающих огринов, побежала в авангарде и чуть не столкнулась нос к носу с генокрадом — их Контролер тоже хорошо изучил помещения и послал своих воинов, чтобы растерзать врагов. Пальцы инстинктивно вдавили спусковой крючок лазгана и голова твари лопнула, однако вместо нее выросло еще две — толкающиеся позади напирали изо всех сил. Сабля вынула болтер, экзоскелет бронекостюма позволял удерживать лазган одной рукой и женщина теперь вела огонь с двух рук, просто выжав спусковые крючки. Ствол лазгана начал нагреваться, испуская лучи не переставая, болтер ухал как филин в тихую ночь, выпуская разрывной снаряд за снарядом, однако тварей неожиданно оказалось очень много и задние напирали на передних. На ее силовую броню попало несколько капель органической кислоты, металл начал шипеть, но медленно и Сабля мысленно поблагодарила Бога-Императора за то, что Док так славно поработал на ее защитой — прошлый доспех уже проплавился бы и она получила бы серьезные химические ожоги. К тому же персональный генератор силового щита позволял сдерживать удары когтей тварей, не наносящих повреждений, да и сама броня была создана из различных прочных сплавов. Тираниды напирали и умирали прямо перед агентом инквизиции, пока ей на выручку не пришли огрины — рядом рассек воздух огромный топор, мигом срубая две головы генокрадов, а мерцающий силовой меч и сабля ловко оттеснили нападающих. Потом в действие вступил дробовик и тоннель частично освободился от тварей. Генокрады начали плеваться кислотой, чтобы остановить ворвавшихся огринов, однако... их плевки не причиняли им никакого вреда! Сабля видела это собственными глазами — кислота, которая легко превращала прочный металл в ржавую крошку и проедала доспехи громил, сделанные из танковой брони, даже не оставляла язв и ожогов на коже. Так, легкое покраснение и сыпь. Впрочем, огрины старались не попадать под плевки тварей, подставляя доспехи или же уклоняясь от них. И рубились вовсю. Топоры, мечи, сабли, копья, алебарды, палаши, все мелькало и крутилось, отсекая генокрадам конечности. Редкие всполохи лазгана и уханье дробовика выносило сразу двоих или троих. Похоже, Контролер понял, что наступление захлебнулось и чуть притормозил свое войско, не желая терять бойцов. Воспользовавшись заминкой, Хват скомандовал.

— Взрывай проход.

Генокрады уже успели разрыть гору трупов, которую оставили после себя огрины и попытались напасть с тылу, как им на головы обрушились многотонные конструкции, засыпав все бетоном и перекрученной арматурой. Потолок над головами начал трескаться, появились разломы, не сулившие ничего хорошего и огрины быстро покинули место схватки, отступив в другой тоннель. Генокрады завопили и кинулись за ними следом, плюясь вдогонку. Сабля бежала где-то в середине из могучих тел, не видя противника, но нутром ощущая его. Позади раздались еще два взрыва — это сработали осколочные гранаты. Однако вопли и визг тварей не прекращались. Сабля вообще не понимала куда они бегут, включились инстинкты, направленные на выживание человека и она прикладывала к этому все усилия. Вот их группа свернула куда-то вправо, потом Космач оставил еще две мины, завалившие коридор. За стеной бетонной крошки завыли и заорали — генокрады в срочном порядке искали проход, а группа огринов удалялась от места сражения. Потом Хват снова свернул вправо, выходя к перекрестку из труб и хитросплетения кабелей — Сабля уже запуталась в этих похожих друг на друга как капли воды тоннелях, однако лейтенант вел свой отряд словно чуял выход. Где-то позади остались завывания тварей и наступило время для небольшой передышки, используя которую огрины избавились от поврежденной брони. Некоторые из них натянули меховые безрукавки, скрывая под ними голый покрасневший от кислоты торс, отряд перезарядил лазганы и магазины дробовиков и Хват скомандовал:

— Вперед!

Они вышли во фланг забуксовавшим возле обрушенного коридора тиранидам, которых было уже не так много — они пытались раскапывать бетон. Кинжальным огнем подавили чахлое сопротивление десятка тварей и двинулись по своим следам, возвращаясь к бункеру. Оттуда слышалась стрельба и грохот разрывов и отряд Хвата спешил на помощь двум другим группам, которые неожиданно для генокрадов вышли с двух других направлений. Контролер не ожидал подмоги гвардейцев и сейчас отчаянно сражался за свою жизнь. Группа Хвата отрезала его от побега, взорвав часть коридоров, потеряв телепатическую связь с отправленными на их поиски генокрадами, Контролер понял, что его зажимают сразу с трех сторон. Продавить ряды нападавших он не мог — они оказались на удивление стойкими к его кислотным атакам, чрезвычайно сильными и ловкими, умудряющимися избегать прямых ударов, к тому же их оружие наносило серьезный урон его выводку и Контролер уже испытывал отчаяние. План еще не вошедшего в силу Патриарха накрывался медным тазом, необходимо было подкрепление, но оно находилось вне стен города и не могло прийти на выручку, потому что иначе люди узнают, где находится основное гнездо выводка, а это недопустимо — сохранить его в тайне, вот главная задача. Сейчас еще можно спасти положение, убедить их, что все силы генокрадов уничтожены. Для этого Контролер издал клич, призывая всех своих детей к себе. Он принял решение осуществить прорыв, но не внутрь подземных коммуникаций, а вверх, туда, где сейчас работали безоружные люди. У него оставалось еще четыреста-пятьсот боеспособных особей и с их помощью можно было выправить ситуацию. Он оставил еще двести бойцов прикрывать его отступление, сам же приказал ломать двери бункера, с чем его авангард легко справился. Проникнув внутрь, Контролер повел орду по лифтовым шахтам вверх, стремясь скорее оказаться на свежем воздухе, где по поверхности можно выскочить из неожиданной ловушки и снова уйти под землю. Однако там его ждал сюрприз.

Когда двери лифта вылетели в стороны от ударов когтей генокрадов, Абелина призвала все свои силы, которые были ей доступны. Спрятавшаяся за стойкой охраны Эмилия вместе с немногочисленными стражниками начала стрелять по лезшим из бункера генокрадам. Их было очень много и жуки как-то быстро заполонили окружающее пространство, Абелине именно это и было нужно. Призвав всю мощь варпа на их головы, она саданула молнией из рук, поджигая передовые части наступления, кое-где создавая очищающее пламя. Она не знала, живы ли огрины внизу вместе с ее свитой — связь установить не удалось, хотя канал работал. Но инквизитор понимала, что во время боя воинам как-то некогда заниматься болтовней, поэтому не настаивала на ответе. Сейчас ее задачей стояло сдержать первый натиск — подмога в лице роты огринов и двух рот гвардейцев уже спешила из части, а все остальные, поднятые по тревоге, уже выходили на свои позиции. Как только инквизитор и поисковые группы покинули территорию базы, полковник Конот привел солдат в боевую готовность и каждый знал, куда ему следует выдвинуться. Так что сейчас против инквизитора играло время и количество ползущих из подвала генокрадов.

Эмилия и стрелки видели как падают тушки мерзких тварей от воздействия инквизитора-псайкера, но даже ее сил не хватило бы, чтобы сдержать такую орду. Некоторые стражники прекратили вести огонь и уже собрались было бежать, спасая свои шкуры, но тут комиссар вспомнила, кто она есть на самом деле.

— Куда собрался, солдат?!! — заорала она проснувшимся командным голосом. — Сражайся с ксеносами во имя Императора или я тебя пристрелю сама!! — Взбешенная, с искаженным от ярости лицом, она внушала стражникам страх, размахивая лазпистолетом. — Вернись на позиции, возьми лазган и стреляй, варпово отродье!! Докажи, что ты мужик, а не трусливая тряпка!!

И сама продемонстрировала солдату, как нужно убивать генокрадов. Стражники, конечно, немного струхнули при виде выплескивающейся на них волны тварей, но силовые молнии инквизитора, огонь снайпера, и призывные вопли комиссара сделали свое дело — они стали худо-бедно стрелять. Засевший где-то наверху между колонн на небольшом выступе Токс клал тиранидов одного за другим из своей винтовки, не подпуская близко к Абелина. Та, "выстрелив" еще раз молнией из пальцев, вынула плазменный пистолет из кобуры и выжала спуск. Оружие гуднуло и часть генокрадов превратилась в пар — мощный энергоимпульс тут же разорвал их тушки, а высокая температура заставила закипеть внутренности тварей. Не ожидавший такого сопротивления Контролер чуть притормозил свою орду, уже решая, а не повернуть ли ему назад, как ощутил, что в подземелье все двести особей уничтожены. Зажатые с трех сторон кинжальным огнем из лазганов и огнеметов, его бойцы просто умирали, не успевая дать отпор. Громилы оказались очень сильными и умелыми воинами, противопоставить которым в тесных коридорах коммуникаций Контролеру было нечего. В открытом поле он справился бы с ними без труда, но в данной ситуации... нет, нужно пробиваться через верх и на выход из города. Контролер отдал приказ усилить натиск и его бойцы взвыли, выражая свое усердие, стараясь услужить ему. Человеческие стрелки, прятавшиеся за укрытием, дрогнули, едва заслышав этот вой, но не они были главной целью, а существо, что стояло на пути Контролера. Оно обладало могущественными силами, сравнимыми с силами Патриарха. Возможно, не такими могущественными, но все же подобными его, Контролера, собственным. И оно было в приоритете уничтожения, потому что практически одна сдерживала его орду. Ее ручное оружие создавало мощные взрывы и энерговсплески, уничтожавшие сразу трех-четырех бойцов, а преобразованная с помощью способностей энергия поджаривала до десятка. Контролер нервничал, направляя на ее атаку, все больше и больше бойцов и существо стало отступать. Он почувствовал, что она начала терять свои силы и усилил нажим, добавив к нему свой телепатический удар.

Вой Контролера генокрадов стал для Абелины неожиданностью и она немного пошатнулась, теряя концентрацию. Ее психические силы были подорваны сражением с тиранидами, она знала свои возможности и, выпустив пару молний из рук, уже понимала, что находится на пределе. Ослабленная, с просевшими ментальными щитами, она могла оказаться хорошей целью для хищников варпа и удар Контролера пришелся по ее мозгам как никогда кстати — ментальные щиты лопнули и из носа Абелины потекла кровь. Мерзкая тварь словно выбрала удачный момент когда нанести удар. Его бойцы были уже в десятке метров от инквизитора, которая рухнула на колени. Что-то там кричала молодая комиссар, стреляя из своего лазпистолета, почти не причинявшего вреда хитиновой защите тиранидов, верный Токс уже спрыгивал с карниза вниз, чтобы защитить свою хозяйку, но та понимала, что он не успеет. Генокрады уже были близко и самый первый из них занес свой острый бритвенный коготь для того, чтобы проткнуть инквизитора. Абелина попыталась извернуться и удар прошел вскользь, разрывая на ней безрукавку и блузку на спине, оставляя широкую открытую рану. Боль помогла взбодрится перегруженному сознанию, изыскать резервы и инквизитор попыталась ответить генокраду молнией, однако произвела только слабую искорку. Тварь заверещала и пригвоздила второй конечностью ее плечо к полу, прежде чем сдохла. Абелина выгнулась дугой, крича от дикой боли, как тут голова генокрада разлетелась от выстрела лазгана и на ее кожу попала часть его кислотной крови. Лицо обожгло новой вспышкой боли, тело ломило и корежило от полученной глубокой раны — генокрад завалился на бок, оставив свой коготь в плече инквизитора, увлекая за собой легкое тело женщины, кладя его сверху на свой труп. Сознание, растерзанное телепатическим криком Контролера и истощенное самой инквизитором больше не могло бороться с наплывами боли и отключилось, бросая тело в желанную негу беспамятства.

Токс подскочил к Абелине, одним ударом отсек конечность генокрада и подхватил тело женщины с торчавшем из него когтем, уворачиваясь от атаки следующей твари. К нему уже спешила Эмилия, наплевав на тиранидов — она видела, что во фланг им ударили огрины, вынося двери. Шорох могучим ударом молота своротил створку, чтобы она не мешала бойцам и, продолжая движение, отбросил двоих генокрадов к стене. В вестибюль уже ворвались прибывшие первыми огрины и сейчас Контролер в полной мере осознал, в какую ловушку попал. Громилы натурально вынесли оставшихся в живых бойцов, используя свое тяжелое оружие, один выстрел которого отправлял тиранида к его праотцам разума улья. Кроме этого дробовики и огнеметы выжигали всех без остатка, не давая генокрадам даже и шанса на выживание. Контролер застрял в шахте где-то посередине и сосредоточился на управлении горстки выживших войск, сдерживающих натиск великанов, как снизу прилетел разрывной снаряд из болтера и пробил его толстую шкуру. Контролер взревел от боли, бойцы качнулись, оставшись без управления, чем огрины и воспользовались, давя их как тараканов. Снизу снова начали стрелять, на этот раз по ногам и Контролер, не удержав свое грузное тело, полетел вниз, рухнув на дно лифтовой шахты. Последнее, что увидели его глаза — это взмах топора и наступившая после этого темнота.

Хват освободил свое оружие из тела крупного тиранида. Они не были похожи на привычных ему паразитов, но напоминали своей тактикой и отчаянными атаками, когда понимали, что жить им осталось недолго. Именно этот подвид таракана ничем не напоминал королеву, но тем не менее был словно управляющим центром всей этой толпы тварей. Как только удалось его вырубить, все генокрады как будто замерли на секунду, а потом начинали действовать как обычные животные — разрозненно, нападая поодиночке, шипя и плюясь, ведь их атаки некому было координировать.

К нему подошла Сабля в сопровождении Жетона. Два других поисковых отряда спешили к месту схватки как только она началась и ударили в тыл вовремя, при этом сопровождающих огринов агентов "оттерли" в тыл, сохраняя их жизни. Ну, кроме скитария, который обладал невероятно могучим арсеналом, используя его на всю катушку. Гора даже восхитился его отвагой, не ожидая от такого мелкого и хрупкого человека, закованного в броню, невероятной храбрости и смелости. Он убивал паразитов даже быстрее и больше, чем это делал сам Гора и огрин решил уже было непременно у него поучиться подобному искусству. Раньше он считал, что мелкие людишки на такое не способны, но сейчас видел перед глазами пример того, что не стоит всех судить по внешнему виду. На первый взгляд атака огринов была самоубийственной — кинуться в меньшинстве на такую огромную ораву, но у Жетона и Винта хватило мозгов не спорить с великанами. Они понимали, что в этом вопросе громилы гораздо компетентнее их. Затем и Сабля поняла это, хотя и оказалась на волосок от смерти.

Огрины разбили орду тиранидов на несколько отрядов, уводя их за собой, заставляя их делать именно то, что им было нужно. Для такой четкой координации действий нужна была связь, однако Сабля ничего такого не заметила и начала поглядывать на Хвата и остальных с некоторым испугом, а ну как они обладают телепатическими способностями. Женщина поделилась своим наблюдением с Жетоном, на что десантник презрительно фыркнул.

— У них компактные вокс-передачики в ухе, а на губе прилеплена мушка микрофона, неужели не видишь?

Сабля пригляделась и заметила черные точки в уголке рта у каждого. Теперь многое стало понятным.

— Откуда такое оборудование? — спросила она. — Оно ведь жутко дорогое и не используется в гвардии — там обходятся обычными наушниками и микрофонами размером с жука.

— Я спросил, мне сказали, что это подарок. — Жетон усмехнулся. — Цитирую: "от мелких человеческих женщин, носящих славную броню и храбро дерущихся в рукопашной".

Сабля быстро перебрала в уме организации Империума.

— Другой гвардейский полк? — спросила она.

— Сестры битвы. — Засмеялся десантник, пиная мерзкую голову генокрада. — Мы здесь закончили? — обратился он к Мастеру, который стоял вместе с Хватом возле лифта. Оба прислушивались.

— Стоит прочесать подземелья. — Произнес командир огринов. — Проверить на наличие паразитов, а пока...

Он ухватился на трос лифта и сильно дернул его, проверяя, может ли он его выдержать. Проползшие по шахте вверх генокрады уже вырвали со стальным мясом двери кабин и проделали огромные дыры в металле, заклинив лифт, так что подниматься можно было уверенно, что Хват и проделал. Он зацепился за край пола вестибюля и, подтянувшись, выбрался из лифта, при этом успев откатиться в сторону — охранники, пережившие атаку генокрадов, трясущимися руками продолжали целится в сторону темного зева шахты и когда там появилось движение, нервы у одного не выдержали и он открыл огонь. Только молниеносная реакция спасла огрина от поражения, хотя луч все же попал в наплечник доспеха, не причинив вреда танковой броне. Стражник повел стволом за выбравшимся телом, как к нему подошла девушка-огрин и вырвала лазган из руки.

— Пушки детям не игрушка. — Сказала Заноза, забирая оружие.

Хват встал, поправив оружие за спиной, следом за ним из проема лифта появился Гора и также быстро оказался в вестибюле, по которому бродили огрины. Зал был впечатляюще огромным, с витыми колоннами поддерживающими полукруглый потолок, гротескного вида лепнина украшала стены, а на некоторых их них висели большие картины, изображающие Императора и его сыновей-примархов. Однако Хват на них не обращал внимания — он сразу же увидел лежащую без сознания госпожу инквизитора и хлопотавших возле нее Эмилию и Токса. Огрин решительно подошел к ним, отдавая приказ.

— Проверить здание, всех паразитов уничтожать на месте! — его голос перекрыл гомон любопытных огринов, осматривающих внутреннее убранство здания.

Бойцы тут же разбежались по коридорам, лестницам и кабинетам, прочесывая здание, а Хват склонился над инквизитором.

— На вид раны неглубокие. — Он указал на спину и часть бока. — Ожог, правда, подпортил мордашку, но главное, что она жива.

Убийца метнулся к нему, чтобы попытаться уколоть небольшим кинжальчиком с отравленным лезвием наглого огрина, как тот перехватил его кисть с оружием левой рукой, а правой схватил за горло. Все замерли, наблюдая невиданную картину — асассина поймали в захват тисков и сейчас Хват с интересом разглядывал его маску.

— Следи за языком, огрин. — Пропыхтел Токс, уже жалея о своем внезапном порыве. Тело, отравленное многочисленными ядами, циркулирующими в организме, иногда сбоило и убийцу охватывало необъяснимое желание причинять боль всем кто был рядом. Именно по этой причине его и списали "на берег" — неуправляемый асассин никому не нужен. У Токса была одна дорога из Храма Вененум — вперед ногами, но Абелина как-то смогла его отстоять и убедить Совет присоединиться убийце к ее свите. Инквизитор своими психическими силами подавляла его внезапные вспышки гнева и за это Токс был ей благодарен. Сейчас же, увидев, что ее ранили и она без сознания, убийца испытал невероятную вспышку ярости, которую выместил на остающихся в живых тиранидах, но прибывшие огрины всех быстро перебили, а чувство еще не угасло. А сейчас этот тупоголовый громила позволяет себе оскорбления в адрес инквизитора! Смерть ему!

— Тебя оскорбляет правда? — с интересом спросил Хват, не выпуская из руки дергающегося убийцу. Тот как-то пытался выскальзывать и у него постепенно получалось, тело асассина словно было пластичным, что невероятно для человека, но огрин держал крепко. — Скажи, в чем твоя проблема? Мы на одной стороне.

— Прекратите!! — закричала от дверей лифта выбравшаяся наверх Сабля. — Отпусти его, огрин! — Она направила лазган в голову Хвату.

— Только после того, как удостоверюсь, что он не причинит никому вреда. — Пробасил тот. — Сейчас не время сориться и устраивать "охоту на ведьм". — Хват смотрел прямо в узкие щелочки-прорези маски Токса. — Просто от горя у него немного помутились мозги, я прав?

— Совершенно верно. — Отозвался скитарий Винт, который быстро подошел к висящему убийце и сделал ему какую-то инъекцию в шею. — Все, теперь можешь его отпустить — больше пытаться убить он никого не будет.

Сабля не знала об этой особенности асассина и ей стало на мгновение страшно, а ну как он прирежет ее ночью? Видимо, поэтому Токс всегда ночевал отдельно от всех, а ведь Сабля думала, что он молится Богу-Императору, прося снисхождения и сил в будущей операции, а тут вон какое дело — у убийцы просто крыша поехала. Да, служба в свите инквизитора точно не подарок. Хват бережно поставил асассина на пол и тот зашатался, потом присел-встал, восстанавливая циркуляцию крови, после чего сжал кулаки и посмотрел на огрина, прошелестев своим обычным голосом.

— Прошу простить мое поведение, лейтенант. — Только сейчас Сабля вспомнила, что тупоголовый болван имеет офицерское звание.

— Может быть, уже поможете ей? — осведомилась Эмилия. — Инквизитор может умереть!

— У нее персональный стазисный блок, в случае потери сознания или ранения он позволяет доставить госпожу в госпиталь в течение нескольких часов. — Ответил Винт, склонившись над Абелиной. — В этом городе нет приличного медблока, а я не доверяю местным врачам, поэтому справиться с ее ранами может только Док.

— Тогда возвращайтесь в часть, мы тут закончим. — Произнес Хват и скитарий, поклонившись, поднял с пола Абелину, осторожно перенеся ее в машину.

Никто даже не возразил, что огрин отдавал всем приказы. Холан так вообще привык к этому еще в пещерах той планеты, где ловили хаоситов. Он знал, что первое впечатление об огринах обманчиво — неповоротливые увальни, они оказались умными, опытными воинами, при этом находя нестандартные решения и также планируя атаки. Да и потом, Холану было с ними как-то спокойно, особенно когда за спиной такой ходячий танк, вооруженный тяжелым оружием.

Хват оглядел свою роту — многие уже вернулись с обхода помещений и отрицательно мотали головами — мол, никого нет, все чисто. Холан и Эмилия тоже подошли к Хвату, ожидая от него указаний, Тихонький остался снаружи — на него повесили сопровождение чиновников в безопасное место и он был этим весьма недоволен.

— Холан, остаешься за старшего, охрана объекта, все дела. Доложись полковнику, объясни ситуацию, думаю, с этого момента чиновники будут посговорчивее.

— Еще бы. — Фыркнул лейтенант. — А ты куда?

— Мы — вниз. — Хват показал в сторону лифта. — Прочесывать подземелья, искать гнездо, хотя, я уверен, что там мы ничего не найдем, но убедиться все же стоит.

— Может быть, свяжешься с полковником? — предложил Холан. — Он должен быть в курсе происходящего.

— Непременно так и сделаю. — Хват повернулся к ждущему комиссару. — Отправляйся в часть, будь рядом с инквизитором, после пробуждения она потребует всю информацию о произошедшем, расскажешь ей все.

— А почему я? — уперлась девушка. — Я пойду с вами!

— Не стоит. — Мягко произнес Хват. — Там внизу кровь и кишки, вонь и дерьмо, бегающие в темноте генокрады, нападающие внезапно со спины, так что лучше займись инквизитором. Тем более, что она тебе доверяет.

— Как доверяет? — не поняла Эмилия. — Откуда ты знаешь?

— Чувствую. — Просто ответил огрин.

Абелина медленно приходила в себя. Лежа под теплым одеялом, в блаженной неге, которую не хотелось покидать, она прислушивалась к тому, что происходит вокруг, чтобы убедиться в своей безопасности. Последнее, что она помнила — это брызги кислоты на ее лицо и дикую боль в плече. Мысленно женщина вздохнула и открыла глаза.

Она находилась в бункере полковника Конота, рядом на стуле тихо посапывала комиссар Эмилия. Абелина осторожно коснулась ее разума — девушка спала без сновидений и инквизитор не стала ее будить. Она обратила внимание на свое плечо, которое проткнул коготь тиранида — рану уже обработали и она была туго забинтована так, что и рукой не пошевелишь. Раздетая до трусов, Абелина была укрыта двумя одеялами — своим привычным, которое таскал с собой Док, и походным полковым, которое использовал Конот. Женщина снова вздохнула и осторожно выбралась из-под одеял, босые ноги коснулись холодного пола, но не это волновало инквизитора. Она подошла к своим личным вещам, аккуратно сложенным на стуле. Мурзик, который спал в этой же комнате, мигом проснулся при первых шевелениях своей хозяйки и, потянувшись, подбежал к ней. Абелина приложила палец к губам, гиринкс понял, что лучше помолчать и потерся крупной головой о бедро инквизитора, его пушистый хвост обнял голень женщины и та ощутила успокоение разума — верный друг воздействовал на нее психическими силами, помогая унять боль и снять напряжение перегруженного разума. Абелина открыла сундучок и нашла там зеркальце. Посмотрела на свое отражение и вздохнула.

— Красавица. — Тихо произнесла она, разглядывая химический ожог на левой стороне лица.

Глаз не пострадал, немного досталось волосам и на том месте они уже расти не будут, придется менять прическу, ухо получило больше всех — раковина как-то съежилась, кожа словно стекла вниз, застыв уродливой каплей. Лучше будет его отнять и заменить на протез, Док все сделает быстро и качественно. Конечно, она может слышать и без уха, все-таки орган внутри головы не пострадал, но определять источник звука уже не сможет, а это главное. Ну и о внедрении можно будет забыть, если только не представляться отставным пехотным капитаном или майором. Увечье и аугментика не были в Империуме чем-то выдающимся, однако мужчины предпочитали молоденьких барышень, не пострадавших от ужасов войны, а вот с этим Абелина уже ничего не могла поделать.

Одной рукой она попыталась натянуть майку, но рана на спине и в плече дала о себе знать — даже сквозь плотные бинты проступили капельки крови и небольшое напряжение заставило отступить инквизитора к койке, на которую она и присела. Эмилия засопела и открыла глаза, закрыв их снова, чтобы потом распахнуть во всю ширь.

— Госпожа Инквизитор!! — закричала она и Абелина поморщилась. — Зачем вы встали?!! Вам еще рано двигаться, доктор категорически запретил!!

— Я сама знаю, что мне рано, а что поздно. — Сухо проворчала Абелина тихим голосом. — Помоги мне одеться.

— Нет. — Твердо сказала комиссар, тряхнув головой. Сейчас она напомнила ей упрямых огринов, которые на словах согласятся, но сделают все равно по-своему, как они проделали подобное в подземельях. Она же четко отдала приказ — не отсвечивать, но громилы все равно устроили там заварушку. Хотя, стоит отдать им должное, они дали немного времени, чтобы эвакуировать гражданских и успеть подготовиться к встрече с тиранидами. Как они там, живы? — Вы должны лежать, вы сильно пострадали от тиранидов, вам нужно отдыхать!

— К варпу отдых, когда эти твари обосновались на планете. — Инквизитор снова попыталась одеться, но проклятая майка не лезла на перебинтованную и прижатую к телу руку, а просунуть в нее голову не удавалось — спина отзывалась еще больше болью.

На вопли Эмилии в комнату вошел Док, за его спиной было видно виноватую физиономию Сабли, которая, заметив, что Абелина сидит голышом, тут же притворила дверь, чтобы любопытные мужики не сунули свой нос куда не следует. Техножреца-медика она за мужика не считала и правильно — тот уже давно перешел тот порог восторга по женскому телу, приводящих подростков и некоторых мужчин в экстаз. Инквизитор усмехнулась на это и посмотрела на Дока, который, пользуясь своим механодендритом, осторожно запустил в рану иглу анализатора.

— Насколько все плохо? — спросила его Абелина.

— Плечевой сустав не поврежден, разрыв мягких тканей и мышц серьезный, регенерация займет какое-то время, рана на спине неглубокая, препараты я уже ввел, но главное не это. — Единственный живой глаз уставился на инквизитора. — Вы сильно перенапряглись психически, да еще и сработал телепатический удар тиранида, ваш мозг был перегружен, боюсь, что часть способностей вы потеряли.

— Я все еще могу... — начала Абелина, создавая молнию, то есть пытаясь ее создать, но голова тут же закружилась, пошла носом кровь и Док немедленно подхватил женщину, укладывая ее на кровать. Эмилия комкала в руках одеяло и заботливо укрыла им инквизитора — та моментально ослабла настолько, что не смогла ей воспрепятствовать. — Проклятье варпа, это сложнее чем я думала. — Вздохнула Абелина. — И надолго? — спросила она у Дока.

— Боюсь, что навсегда. — Возвратный дыхательный имплант шумно выпустил воздух из грудной клетки техножреца. — Вы можете читать мысли, возможно, останется внушение, постановка ментальных барьеров против демонов и хищников варпа, но преобразовать энергию имматериума вы вряд ли сможете. — Док посмотрел на Мурзика. — Благодарите гиринкса за то, что он помог оставить вам хотя бы это — Мурзик не отходил от вас ни на шаг, пока я оперировал. Вероятно, он поддерживал вашу душу своими психическими силами и защищал от тварей варпа, почувствовавших вашу слабость — после операции он выглядел не лучше вас.

Наверное поэтому гиринкс не почувствовал ее пробуждения — он сам был истощен, подумала Абелина. Большая кошка подошла и, встав на задние лапы, заглянула в лицо инквизитору, тихонько мяукнув, словно осведомляясь о ее здоровье. Женщина протянула руку и погладила гиринкса по голове, после чего посмотрела на хлюпающую носом Эмилию и приказала.

— Позови полковника Конота — я должна знать, что происходит. Сколько я была без сознания? — спросила, обращаясь к Доку.

— Почти сутки. — Эмилия уже вышла, что-то громко говоря стоящим за дверью — Абелина не стала прислушиваться. — Ушную раковину я восстановлю, это не проблема, слышать будете как прежде, но вот лицо потребует пересадки кожи. Начать искать донора?

— Не стоит. — Отмахнулась та. — Шрамы украшают инквизитора, не так ли? — и подмигнула техножрецу.

— Это помешает вашему налаживанию контактов с населением и аристократией. — Заметил Док. — Они не обращают внимания на аугментику, но только если она скрыта под головным убором или под одеждой.

— У нас еще осталась Сабля и у нее с мордашкой все в порядке. — Улыбнулась Абелина.

— Плохая идея. — Техножрец был неподвижен как статуя. — Сабля — солдат, а не аристократка, от нее за километр разит уставом и дисциплиной.

— Помоги мне одеться. — Попросила его Абелина, немного восстановив силы. — Я не хочу выглядеть в глазах полковника слабой.

— Думаю, это не требуется. — Просто сказал Док. — Он все поймет, он военный и сражается уже давно, он видел ранения и похуже, да и сам попадал в подобные ситуации.

— Я... — слова застряли в горле женщины. — Я так не думаю. — Добавила она уже тихо.

— Хорошо. — Не стал спорить с ней техножрец.

Он помог облачиться инквизитору в повседневную форму, только на верхнюю половину тела пришлось накинуть куртку. После чего Абелина попросила полковника войти — она ощутила его присутствие за дверью и это внушило ей надежду, что с ее способностями не все так плохо, как предрекал Док. Конот протиснулся внутрь, теребя в руках фуражку. Он виновато посмотрел в глаза Абелине, на что та мягко улыбнулась как тогда, во дворце, однако проклятый химический ожог все испортил. Но, вот удивительно, он не испугал полковника, наоборот, тот улыбнулся в ответ, пытаясь ее приободрить.

— Мы прибыли так быстро, как смогли. — Начал оправдываться Конот. — От части до здания Администратума одиннадцать километров, водители еще не знакомы с городом, поэтому немного заплутали... — Он стыдливо замолчал.

— В этом нет вашей вины, полковник. — Произнесла инквизитор. — Никто не знал, что тираниды будут там — огрины наткнулись на них случайно и вовремя, когда они готовились ворваться в здание снизу из подземелий и я оказалась там вовремя. Хм, тоже случайно. — Она задумалась. — Совпадение?

— Думаю, нет. — Покачал головой полковник. — Ночью мы здорово пошумели во дворце и патриарх решил действовать. Он начал копить силы в подземельях, а для этого их надо было там собрать. Просто мы вовремя подсуетились и отправили поисковые группы, не обсуждали дальнейшие действия и не слали запросы командованию. — Он улыбнулся. — Извините мне мою прямоту, инквизитор, но по опыту я знаю, что подобное промедление всегда приводит к неприятным последствиям.

— Я отдала приказ огринам не атаковать, но они не послушались. — Строго сказала Абелина, сделав паузу и на ее удивление, полковник принялся защищать громил.

— Не стоит их наказывать, госпожа Инквизитор. — Произнес он, измяв фуражку до состояния тряпки. — Они весьма своевольные, я признаю, иногда игнорируют указания и проявляют излишнюю инициативу, но отличные бойцы и всегда выполнят приказ, даже ценой своей жизни. Скорее, ценой жизни. Они погибнут все до единого, но будут стоять намертво.

— Сколько их погибло внизу? — тихо спросила Абелина.

— Ни одного. — Мотнул головой Конот.

— Как?! — вырвалось у инквизитора. — Из лифта выскочила такая орава, что я подумала нас просто затопчут!

— Они вызвали огонь на себя, отвлекли тиранидов, заставив их распылить силы, заманили в коридоры, обрушив им на голову потолки тоннелей. — Начал рассказывать Конот. — Потом использовали тактику ударил-отступил, постепенно сокращая поголовье тварей. Просто их Контролер принял решение пробиваться наверх, потеряв половину из своих бойцов в подземельях. Он считал, что здесь простые гражданские и с ними будет проще справится, чем с вооруженными огринами. И просчитался, когда встретил вас. — Конот прямо смотрел в глаза Абелине. — Огрины не задумываясь отдали бы свои жизни в борьбе против паразитов, они сделали все, чтобы уменьшить численность генокрадов. Точно также как и вы. — Полковник замолчал. — Прошу простить меня, что плохо думал о вас, просто до этого... — он замолчал.

— Не стоит всех мазать одной краской, полковник. — Заметила Абелина — она поняла, что встречи с Инквизицией не всегда были доброжелательными. — Итак, что произошло, пока я валялась в отключке?

— Огрины прочесали все подземелья города, нашли пару мест, где гнездились твари и выжгли их. — Доложил Конот. — Но лейтенант Хват уверен, что это сделано для отвлечения, там были мутанты и генокрады — искать патриарха нужно за городом.

— И он прав. — Задумчиво произнесла инквизитор. — Стоит блокировать коммуну "Колос" — тепличное хозяйство, расположенное в горах. Им занимался лично первый помощник, хотя все документы указывают на то, что основная масса людей была направлена в коммуну "Рассвет". Нужно тщательно провести расследование и определить место гнездования, после чего нанести удар с орбиты.

— Я связался с капитаном Ландером — "Зерно Истины" будет отремонтировано в срок, через три дня он появится на орбите.

— Что ж, хорошо. — Кивнула Абелина. — К этому времени пусть чиновники Администратума проведут полное медицинское обследование всего населения города. Любое сопротивление может быть расценено как пособничество врагу — предупредите об этом всех жителей, но поселенцы в коммунах не должны ничего знать. Предоставьте медикам и чиновникам свою охрану. Кстати, как они? Продолжают вставлять палки в колеса гвардии?

— На удивление нет. — Усмехнулся Конот. — Видимо, нападение тиранидов очень впечатлило их и они развили бурную деятельность, да и помощников с губернатором нет, некому на них давить. Даже спорить не стали, кто из них главный, связались со столицей сектора, те пообещали прислать замену, назначили заместителя, так что вместе с "Зерном" прибудет и новый планетарный губернатор. — Поделился информацией полковник. — Арбитрес, правда, так и не появились из своей крепости и на запросы не отвечают, думаю проверить ее в первую очередь, вдруг гнездо там?

— Все возможно. — Согласилась инквизитор. — Пошлите туда разведчиков.

— Я отдал приказ начать формирование отрядов СПО — на складах полно огнестрельного оружия и боеприпасов к стабберам и автопушкам пруд пруди. — Сообщил полковник. — Посты на выезде из города выставлены, сейчас инженерный взвод строит там укрепленные ДОТы, им помогают техники из ремцеха.

— Паника?

— Отсутствует. — Конот улыбнулся. — Все это время город жил в страхе, никто толком ничего не понимал, а когда появился реальный враг, все вроде как успокоились и теперь молятся на Императора и гвардию. Началось паломничество в его храм, что стоит на горе.

— Генокрады часто прикидываются проповедниками культа Императора. — Задумалась Абелина. — Храм нужно проверить в первую очередь на всякий случай, но я там была, вроде бы все в рамках Экклезиархии.

— Обязательно. — Сделал себе пометку в блокноте Конот. — В целом применяем стандартные меры обороны, сильно на СПО я бы не рассчитывал — необученные солдаты, пускай и горящие желанием помочь, но извергающие кучи дерьма в штаны при одном виде тиранида. Извините. — Поправился он, смутившись.

— Ничего, полковник, я слыхала вещи и похуже, но ваше сравнение очень точное. — Улыбнулась Абелина. — Что ж, раз делается все возможное, то не буду вас отвлекать. Действуйте. Только проверьте, пожалуйста, Храм и крепость в первую очередь, пошлите огринов, у них, оказывается, есть нюх на эту мерзость.

— Непременно так и сделаю. — Кивнул полковник. — Разрешите идти?

Абелина ничего не сказала, только махнула рукой.

— Выздоравливайте. — Пожелал полковник, потом открыл было рот, чтобы еще что-то сказать, но не стал и вышел из комнаты.

Док заметил изменение состояния пациента — ее клонило в сон, организм устал и требовал восстановительного отдыха. Сунувшаяся за вышедшим Конотом Сабля была решительно отправлена назад — сейчас не время для доклада и разговоров. Абелина уже спала, не заметив, как погрузилась в сон. Рядом с ней, забравшись на койку и потоптавшись, разлегся гиринкс. Док не гнал кота, он понимал, что тот участвует в процессах излечения души инквизитора, ведь именно Мурзик не давал ей поддаться полноценному влиянию варпа.

Глава 4.

Два открытых транспортера "Химера" мчались с ветерком по отличной бетонной дороге, проложенной из города до крепости арбитрес. День должен был быть жарким, светило уже показалось из-за горизонта, чистое голубое небо свидетельствовало об этом также как и растущая температура на столбике термометра, когда взвод Хвата в своем половинном полном составе выехал с территории части. Он решил, что для проверки крепости и ее возможной зачистки хватит и сорока огринов — строение было небольшим, вмещало в себя от силы те же сорок-пятьдесят человек и находилось километрах в тридцати от города. Если же там окажется слишком много паразитов, то всегда можно вызвать подкрепление — город сейчас натуральным образом готовился к осаде и солдаты могли оперативно среагировать на нападение.

С последнего нападения на здание Администратума прошло два дня. Рота Хвата прочесала все подземелья, кроме разрозненных группок тиранидов нашла еще и гнездовища каких-то других существ. У них были очень большие черные глаза, длинные руки и ноги, а все тело как будто состояло из гофрированных шлангов, причем твари источали совершенно неприятный запах, иначе говоря — вонь. К ним даже прикасаться было неприятно, но пришлось — твари, когда нашли их гнездо, неожиданно всполошились и кинулись на поисковиков, пытаясь достать их своими грязными когтями и примитивным оружием вроде обрезков труб, металлическими полосами, дубинами и баграми. Только против тяжелого лазгана сильно не помашешь и огрины всех перебили, а огнеметчики еще и выжгли места их гнездования, чтобы не допустить распространения этой заразы. Когда Хват доложил об обнаружении этих существ уже после того, как рота расправилась с ними, то полковник Конот почесал затылок и произнес:

— Наверное, это были Хруды. — Пожал он плечами. — Мусорщики. Они вроде бы безвредны, стараются избегать обнаружения, к людям по большей части не лезут, сидят тихо в канализации, но, видно, генокрады напугали их, раз они решились вас атаковать.

— Их не надо было убивать? — спросил Хват.

— Да и черт с ними. — Рассеяно махнул рукой полковник, словно не слышал вопроса огрина. — Они тоже своего рода паразиты — где их численность возрастает, то там все начинает разрушаться. Это своего рода воздействие их псиполя, как у орков. Наверно. — Конот почесал подбородок. — То, что вы их уничтожили — молодцы, еще того, чтобы город ушел под землю от их влияния нам тут не хватало. Если хочешь детально ознакомится с этими тварями, то тебе к инквизитору — она наверняка знает больше.

Хват только кивнул на это предложение, мол, как-нибудь в другой раз. После тщательной зачистки подземелий, закупорки нескольких опасных выходов на поверхность бетоном вперемешку с минами, доступ в технические коридоры и тоннели перекрыли, оставив несколько и выставив возле них посты. Чиновники Администратума не возражали — мера это временная, к тому же группы техников отныне буду сопровождать солдаты гвардии. Тираниды на планете еще где-то остались, потому что в их полное уничтожение не верил ни Хват, ни инквизитор, ни полковник и комиссар, да и остальные тоже не расслаблялись — город готовили к возможной долгой осаде, но и про эвакуацию не забывали — экстренно вывести всех жителей все равно бы не успели, но хотя бы спасти часть, применив против оставшихся Экстерминатус. Инквизитор уже задумывалась об этом.

В первую очередь нужно было разобраться с коммунами, определить в какой именно свил себе гнездо патриарх и сейчас взращивает армию. Абелина внимательно осмотрела павших тиранидов, когда чуть-чуть окрепла после ранения — все же организм у женщины был крепкий, да и серьезно помогали психические способности, и веско заметила, что мутантов среди них, то есть гибридов человека и внедренного паразита было очень мало — в основном боевая форма генокрада. А это значит, что для вызова флота-улья патриарху осталось совсем немного — он наращивает биомассу коллективного сознания, чтобы усилить свой психический крик и добить воплем до разума улья или его осколка. А это значит, если ему не помешать, то в скором времени в этот сектор галактики заявится остальная банда тиранид, что где-то бродит по мирам Империума, поглощая биосферу и набирая силу.

Поэтому в городе началось спешное формирование отрядов СПО, законсервированные склады были вскрыты, часть чиновников временно переквалифицировалась в интендантов, выдавая оружие желающим вступить в гвардию. Медицинская комиссия трудилась вовсю, проверяя полутора миллионное население столицы, выявляя болезных, увечных, калек и прочих инвалидов, которые старались скрывать свои недостатки, брала их на подозрение, но это все же были люди — искали в первую очередь мутантов генокрадов и их агентов и пара таких случаев уже вскрылась — прямо в кабинете медика один из них попытался подсадить работнику паразитический эмбрион, чтобы тот подделывал результаты, да вот незадача — всех медсотрудников в первую очередь подвергли проверке и, выяснив, что среди них нет шпионов, приставили к ним охрану. Как только пациент стал дергаться, кричать и пытаться сблизится с медиком, как охрана мигом скрутила ему руки, но тот оказался неожиданно силен и раскидал всех. Он так бы и ушел, но предусмотрительный Конот порекомендовал отправить в медлабораторию двух огринов для усиления стражи. Мошонка и Вонючка даже разбираться не стали — звизданули агенту по голове, вырубив его и отдали Доку для опытов, который и извлек из тела извивающегося паразита, да и сам организм человека уже был изрядно изменен — пищевод еще и играл роль яйцеклада для подсаживания эмбрионов паразитов в тела жертв. Абелина же сделала вывод, что Патриарх пока пытается контролировать ситуацию, считая, что еще не все потеряно, поэтому и играет в эти шпионские игры. Ведь многочисленный флот Империума еще пока не завис над планетой, а значит, что его шансы остаться незамеченным весьма высоки. Инквизитор, одна из немногих, знала, что на самом деле тираниды не глупые жрущие все подряд твари, а хитрый и умный противник, который использует все, чтобы добиться своей цели. Какова эта цель было нетрудно догадаться — пожрать все живое и нарастить собственную биомассу. Согласитесь, как-то мелковато для такого могущественного разума, но другого объяснения ученые не нашли или же не придумали.

Но никто сдаваться не хотел и военная машина Империума закрутилась — все важные объекты оборудовались постами и ДОТами, на въезде в город рылись траншеи, база гвардейцев так вообще больше походила на окопавшуюся крепость и могла принять сотню тысяч жителей города — территория и наличие необходимого числа строений позволяли. А остальные мог легко отсидеться в огромных цехах фабрик и заводов. И потом, размышляла Абелина, валяясь на койке, потому что долго ходить ей было тяжело, всегда можно вызвать грузовой транспорт с Симиллы или того же Балтазара и погрузить на него гражданских, чтобы эвакуировать с планеты. Как таковая, она была не особенно и нужна, Агла могла легко восполнить все потребности населения сектора в пище, но оставалась главная проблема — тираниды. Если они расползутся по планете и поглотят ее всю биосферу, то никакого флота-улья не понадобится — новый осколок родится прямо на глазах.

Пока же в городе наводили "новый мировой порядок" и готовились к возможной осаде, огрины получили приказ проверить крепость арбитрес. Перед этим в храм Бога-Императора наведались агенты Инквизиции и сунули свой нос во все щели, а Док со специальным портативным сканером обследовал каждого священника. Представители Экклезиархии что-то там пытались возмущаться, но были игнорированы агентами, а Токс даже снял свою маску и глубоко втянул в легкие воздух в храме через две дырки, заменяющие ему нос. Лицо убийцы было невероятно обезображено, везде имелись следы химических ожогов, а кожа превратилась в поверхность Луны с ее кратерами. Священники сразу же сообразили, кто перед ними, до этого считая Токса просто наемником инквизитора в эксклюзивной броне и тут же прекратили все свои слабые попытки сопротивления, затрепетав от страха перед представителем Официо Ассасинорум. Еще бы, никому из них не хотелось быть обвиненными в ереси. Храм в итоге оказался чист, то ли тираниды решили его не использовать, то ли сообразили, что это выведет к ним агентов инквизиции гораздо быстрее. Абелина и некоторые другие служители Ордоса догадывались, что твари на самом деле гораздо умнее, чем кажутся. Остальные же представители Инквизиции продолжали призывать на их головы кары Экстерминатуса и проклятья Императора, при этом совершенно не заботясь о сохранности миров Империума. Если так пойдет и дальше, то человечеству просто негде будет жить — все кислородные миры земного типа будут уничтожены не тиранидами так Инквизицией. Может быть твари именно этого и добиваются?

В общем, теперь Хват ехал в открытом транспортере поверять другой потенциально опасный объект — крепость арбитрес. За рулем сидел Мастер, которому очень понравилось управлять техникой и он даже выгнал рядового Форсайта, которого определили водителем на эту машину. Тот, понятно, с огрином спорить не стал и тихонько сидел в сторонке, пока старый великан наслаждался поездкой. Органы управления транспортером были для него маловаты, но Мастер стоически терпел это неудобство и пытался приспособиться. Он рулил одними пальцами рук, нажимал на педали большими пальцами ног, скинув ботинки, распространяя вокруг себя запах портянок. Ехать нужно было по прямой и вскоре огрин положил локоть на борт транспортера, подставил лицо ветру и наслаждался поездкой и управлением. Хват даже усмехнулся про себя, но ничего не сказал, пускай Мастер порадуется. В жизни пещерных жителей было мало интересного, однообразная рутина с поиском пищи, сражениями с мохначами и паразитами, охотой на червя и торговлей с поморами, так что здесь, в Империуме, огринам было все в новинку и до жути интересно. Они не были тупыми, как считало их большинство, чрезвычайно любознательные, они просто не имели доступа к знаниям и восполняли сей пробел так, как могли.

Впереди показалась крепость арбитрес — монолитная стена, окружающая здание внутри. Этакий средневековый замок, который вырос посреди чистого поля с редкими вкраплениями деревьев. Хват протянул руку и постучал Мастера по плечу.

— Притормози, дальше пойдем пешком.

Тот понял задумку командира и свернул в поле, чтобы не мешать движению по дороге, которое, впрочем с нападением тиранидов тут же исчезло — инквизитор своей волей запретила все перемещения гражданских. Она не ожидала, что твари проявят себя так быстро и поэтому не желала паники, но очевидцев произошедшего было очень много, те же, кто не был возле здания Администратума, смогли сложить два плюс два, когда начался повальный медосмотр. Несомненно, кто-то и испытывал страх, но большая часть граждан ощутила подъем духа, зная, что на их защиту встанет имперская гвардия, а самые отважные стали записываться в СПО. Люди не стали стенать и кричать о помощи — они засучили рукава и принялись за работу. Время неизвестной опасности и непонятных исчезновений закончилось, наступило время действия. Империум не развалится, подумала тогда Абелина, когда среди его жителей есть такие храбрые люди, встающие на защиту своей родины по одному только зову.

Мастер быстро обулся, пока огрины разгружались. Все деловито проверяли оружие уже по второму разу — сейчас, имея дальнобойные пушки против паразитов, многие из них изменили свое мнение по отношению к ним. Если раньше огрины считали убийство издалека чем-то позорным, то сейчас, столкнувшись с многочисленным противником в виде хаоситов или тиранидов, поняли, что до ближнего боя они могли бы и не дожить. И авторитет Хвата, как прозорливого вождя взлетел и вовсе на недосягаемую высоту — огрины видели, что он в первую очередь забоится об их жизнях, для того, чтобы как можно больше их вернулось домой.

— Садись за руль, Гарри. — Обратился Хват к рядовому Форсайту. — Если вдруг в крепости случится заварушка и тварей окажется так много, что мы не справимся, то придется нам быстро уносить ноги.

— Как это уносить?! — воскликнул недовольный Обломок и потряс своим боевым топором. — Мы никогда не отступаем!

— Тебя не было в подземельях. — Бросил проходящий мимо него Гора. — Это не те паразиты, что живут в наших горах — эти хитрее и стремительнее, да и к тому же их гораздо больше, натурально затопчут толпой. Глупо сопротивляться превосходящим силам противника, когда ты пошел в разведку, ведь твоя задача — доставить сведения, а не вступить в бой. Только в самом крайнем случае.

— Но мы же можем сражаться? — не понял Обломок. — Разве не для этого мы сюда прибыли?

— Отряд должен быть готов ко всему. — Ответил ему Хват, проверяя заряд батареи лазгана и защелкивая его в гнездо. — В том числе и к нападению превосходящих сил противника. Но глупо погибнуть от собственной дурости я вам не дам. — Он посмотрел в глаза каждого и огрины хранили молчание. — Посмертным героем стать очень просто, но вот твои родичи, что ждут тебя дома, не поймут твоего героизма. — Обломок опустил глаза. Он был старше Хвата и на родине его остались ждать жена и маленький сын и парень очень хотел их увидеть вновь. — Так что ведем себя как в подземельях — осторожно, без фанатизма и криков. Завидев противника, оцениваем его возможности. То есть можем ли его уничтожить на месте или лучше выманить наружу под все стволы. Все понятно?

— Так точно! — отозвался хором отряд.

— Тогда вперед! — Хват побежал впереди колонны, которая немедленно сорвалась следом за ним. Рядовые Форсайт и Фергюсон смотрели им вслед. Этим гвардейцам уже приходилось работать с огринами в пещерах и они знали, на что громилы способны.

— По-моему чтобы уничтожить эти сорок рыл нужно как минимум в тысячу раз больше тиранидов, чем могут поместиться в этой крепости. — Пробормотал Гарри.

— Пожалуй. — Согласился с ним Кирк Фергюсон. Но оба все же проверили как вынимается их оружие — огрины огринами, но и собственной безопасности забывать не стоит.

Естественно, ворота, ведущие в цитадель арбитрес, были закрыты и открыть их было некому — рядом с крепостью стояла гнетущая тишина. В гнездах стрелков на стене не было видно силуэтов людей, вокруг царило какое-то запустение. Хват подошел ближе к стене, раскрутил веревку с крюком и зацепил его за ее край, сильно дернув, проверяя сцепление. После чего быстро полез наверх, пока возможные противники не заметили его проникновения. Точно также поступили Стержень, Гора, Битень, Веселушка, Космач и Молчун — остальные двинулись вокруг преграды к воротам. Когда передовой отряд проникнет внутрь, то обязательно откроет главный вход. Оказавшись на стене, Хват сел на нее и осмотрел чистый двор, где стояла пара машин арбитрес, ворота в гараж техников были распахнуты настежь и там, среди станков, гулял ветер. Огрин не стал прыгать вниз, хотя мог — высота стены была метров семь, для его роста и местной гравитации все равно что плюхнутся с метровой высоты, но Хват предпочел выбрать веревку и перекинуть ее на ту сторону, сделав остальным воинам его группы знак оставаться на месте и прикрывать его сверху, пока он будет двигаться к воротам — если во дворе никого нет, то можно и открыть главный вход. Его поняли и остальные тут же распределили между собой секторы стрельбы — могучий Гора легко удерживал в своих руках тяжелый болтер, а патронная лента была намотана вокруг его пояса. Кроме того Хват "по-революционному" навесил ему крест на крест еще две ленты и лейтенант так и щеголял — ему очень понравилось "украшение", придававшее ему вид славного воина.

Рядом с Хватом на бетонные плиты двора спрыгнул Молчун, державший оружие наготове — он внимательно осматривал местность и нюхал воздух.

— Паразитов не чувствую. — Тихо заявил он.

— Я тоже. — Одними губами ответил ему Хват. — Запускаем остальных. Гора, Битень, Веселушка, проверьте гараж.

Трое огринов молча спустились и отправились к ремцеху, где на подъемнике завис транспортер арбитрес, валялись ключи и инструменты, вымазанные в масле и охлаждающей жидкости — похоже, что ремонт был в самом разгаре, когда все люди исчезли, но вот толстый налет пыли говорил о том, что это случилось очень давно. По углам мастерской баловень-ветер уже успел нанести песок и пыль, сбросить вниз со стола лежащие на нем мелкие инструменты или же это постарался кто-то другой. Гора понюхал воздух гаража и медленно вошел, тихо ступая. Его глаза отлично видели в темноте и различали все мелкие подробности убранства ремцеха, но вот останков людей он так и не заметил. Веселушка обошла помещение по периметру и сказала:

— Чисто.

В это время заскрипел давно не смазываемый механизм открытия ворот и огромная створка поднялась вверх, освобождая проход, через который во двор вошел основной отряд и быстро рассредоточился по нему. Огрины обшарили каждый закуток, но так и не нашли людей.

— Внутрь. — Скомандовал Хват и группа, разбившись на два отряда, собралась возле входов.

Для того, чтобы войти нужно было предъявить ДНК-ключ — рядом с дверью призывно мигал красный огонек замка с изображением отпечатка пальца, но такового у огринов не было, так что Хват просто кивнул Шороху и тот, размахнувшись, со всей силы саданул по створке молотом. Тут же во дворе взвыли сирены тревоги и открытые ворота главного входа с грохотом упали вниз, а из ниш в стенах крепости полезли автоматические турели, разыскивая противника.

— К бою! — прокричал Хват, стреляя по огневым точкам.

Рядом с огринами ударили несколько лазерных лучей, однако громилы не собирались стоять на месте и открыли ответный огонь, быстро поразив немногочисленные турели — все же тяжелое вооружение в том числе и пара ракетниц, напоминающие пусковые установки на "Стражах" позволили очень быстро справится с хилой защитой арбитрес. Механизмы взорвались, оставив в стенах черные закопченные дыры в местах своих креплений, баззеры тревоги так и не хотели затыкаться и переполошили всю округу своим воем, однако стрельба по динамикам решила этот вопрос. И наступила благоговейная тишина.

— Раненые есть? — спросил Хват, идя вдоль бойцов.

— Мокрого зацепило. — Ответил с той стороны здания Гора, возглавлявший второй отряд. — И у Дурня с Рогом пара царапин.

— Все в порядке, вождь. — Пробасил один из раненых. — Сейчас перевяжусь и буду как заново родившийся.

— Теперь уже можно не прятаться. — Хмыкнул Молчун. — Они знают, что мы здесь.

— Ломай. — Разрешил Хват и Шорох, криво улыбнувшись, снова саданул по двери. Эти створки, в отличие от тех, что стояли в Администратуме, оказались более прочными, но двух ударов могучего огрина хватило, чтобы вышибить их внутрь.

Отряд Хвата зашел в полутемное помещение, где красноватыми всполохами мелькали сигнальные лампы тревоги, но вот звука не было — то ли со временем отключился, то ли здесь тоже стреляли по динамикам. Видимо, две системы не были связаны друг с другом — одна работала внутри здания, вторая — снаружи. По логике пробравшийся внутрь двора противник должен быть замечен охранной системой, но, во-первых, этого не произошло и, во-вторых, какое отношение имеет дверь крепости к сигнализации во дворе? Она же должна предупреждать защитников о попытке проникновения внутрь, а не делать это после того, как враги уже лезут во все окна и двери крепости. Впрочем, скоро все стало понятно.

Динамики системы были вырваны с корнем, прямо от входа внутрь тянулся кровавый засохший след, везде были следы драки и сражения — выщербленные от попадания пуль стены, свисающие провода освещения, разрушенные плиты пола и закопченные потолки, вероятно, от взрыва гранат. Хват внимательно осмотрел коридор и, мягко ступая, двинулся дальше — его прикрывали сзади Молчун и Веселушка. Кровавый след тянулся куда-то по коридору влево и огрин двинулся за ним, не забывая смотреть на потолок — паразиты обожали нападать сверху, сваливаясь на голову зазевавшемуся охотнику.

Отряд проверил помещения, чьи входы выходили в коридор — людей там не было, но кавардак присутствовал изрядный — перевернутая и сломанная мебель, брызги крови на стенах и потолке, копоть и отметины на стенах. Медленно продвигаясь вперед, отряд покинул коридор и разделился еще на несколько троек. К Хвату привычно пристроились Веселушка и Молчун. Огрины вели себя как на охоте — обратились в невидимок, хотя сами и не подозревали о такой особенности. Сторонний наблюдатель в темноте не смог бы разглядеть огромной туши и неожиданное появление перед ним огрина наверняка вызвало бы остановку сердца от страха. Особенность действовала недолго, но даже такого минимального времени хватало, чтобы подкрасться к противнику. Которого пока не было видно.

Кровавый след вел куда-то на второй этаж, огрины обшарили первый, встретившись с другим отрядом и так и не найдя ни одного арбитрес. Приняли решение подниматься наверх и Хват опять пошел впереди — его страховали сзади. Внезапно перед ним выросла тень с когтями — тиранид принюхивался, пытаясь определить слепой башкой кто перед ним — и огрин немедленно открыл огонь, тушу порвало высокомощными выстрелами, но тиранид успел заскрипеть и со второго этажа послышался шорох — похоже что вся эта братия спала и сейчас возбудилась, почувствовав пищу и кончину одного из своих. А может быть они слышали удары молота и взбодрились, сейчас уже не поймешь. Они волной полезли по лестнице, но их уже встретили огнеметами и дробовиками — пламя пожирало плоть, заставляя тварей отступить, а картечь отстреливала руки и ноги, когти и рога. Громко ухал тяжелый болтер в руках Горы — тот встал как Джон Рембо, упер приклад оружия себе в сгиб локтя и с удовольствием палил в тварей, наблюдая как они разрываются на части. Огрины медленно поднялись наверх, выдавливая опешившего от сопротивления противника. Тварей на самом деле было немного — десятка два, может чуть больше, да и противопоставить тяжело вооруженным громилам они ничего не могли — из них только двое или трое успели плюнуть кислотой и метнуть жала, после чего тут же и полегли. Хват поднялся наверх, оглядел место бойни, определяя направление, откуда они появились — из широкого зала, своего рода командного центра арбитрес. Его прикрывали с боков, когда командир двинулся к обиталищу тиранидов. Тут и там лежали куски оторванных человеческих тел, пальцы и уши, кровь впиталась в стены и ее уже было не отмыть. Посреди зала лежала какая-то груда плоти и вяло шевелилась, словно амеба, источая вонь. Молчун тут же направил на нее огнемет и мерзкое порождение улья утонуло в очищающем пламени. Хват осмотрелся — людей не было. Возможно, эта куча плоти — все во что их превратили мерзкие твари.

— Нужно проверить остальные помещения. — Заявил Гора.

— Займись. — Ответил ему Хват, заметив неповрежденный пульт с отключенным когитатором и гололитическим проектором, забрызганный кишками и засохшей кровью. Потеки на толстом экране монитора помешали бы рассмотреть изображение, поэтому огрин поискал глазами ветошь или тряпку, чтобы протереть. — Может быть здесь остались записи камер наблюдения, Мастер, проверь.

К пульту подошел кузнец, который лучше всех разбирался в технологиях Империума — общение с лояльными Механикусами не прошло даром. Он пощелкал тумблерами, подавая питание на проектор, однако тот не включился. Мастер опустился на корточки, проверяя подачу питания и заметил чуть смятый, но целый, выдернутый из розетки провод. Подключив его, он попробовал снова и этот раз монитор вспыхнул яркой подсветкой, по его дисплею которому ползли символы загрузочной системы. После чего пискнул сканер, расположенный слева от экрана и по телу Мастера проскочил луч. Кузнец посмотрел, что от него провода шли куда-то за стену, но не стал придавать этому значения, тем более, что и сам когитатор выглядел не лучшим образом, словно был собран из трех или четырех изделий. Однако загрузочный экран сменился не привычной заставкой системы, готовой к работе — изображением аквилы и мигающего курсора строки запроса, а вывел несколько файлов, подсветив их.

— Здесь есть записи кого-то из арбитрес. — Мастер всмотрелся в маленькие циферки, что подписывали номера файлов, потом сравнил их с текущим временем и датой, указанной на мониторе. — Последняя сделана больше недели назад — первая почти семь месяцев по исчислению Империума.

— Еще и недели не прошло, как мы тут высадились. — Произнес удивленный Шорох. — Это что же, те арбитрес, что приехали нас выгонять со складов были не арбитрес?

— Это были агенты. — Хват подошел к Мастеру и открыл запись. Общение с компьютером в прошлой жизни позволило ему быстрее понять информационную технику далекого будущего, тогда как старый огрин только познавал с интересом этот виртуальный мир битов и данных. — Посмотрим.

Проектор выдал изображение чуть уставшего мужчины в форме арбитрес, который посмотрел в глазок видеокамеры.

— Дата — седьмое ноль второго пятнадцатого сорок второго тысячелетия. Я — сержант Август Карелл, отдел расследования арбитрес. По запросу третьего помощника губернатора начал проводить следствие по случаям исчезновения людей в городе и в коммунах, список прилагается к файлу. По заявлениям родственников пропавших те подписывали контракт на работу в поле вахтовым методом, после чего пропадали. Трое человек пропали неожиданно и по невыясненным на сегодняшний день причинам — просто не явились со смены. Самостоятельные поиски родственниками результатов не дали, сделанные запросы в коммуны были отрицательными. Командир отсутствовал в крепости по причине его длительной командировки в коммуну "Рассвет" по направлению первого помощника губернатора, так что запрос третьего помощника пришлось обработать мне. — Сержант собрался с мыслями. — После долгих опросов и проведения следственных мероприятий я принял решение изучить технические тоннели под городом, чтобы отыскать следы пропавших людей, потому что все исчезновения проходили вблизи входов в подземелья, а по ним можно вывести за город кого угодно. В результате проводимых моей группой поисков мы натолкнулись на колонию Хрудов, которые вместо того, чтобы сбежать или спрятаться, атаковали нас, что для поведения этих существ нехарактерно. Они скорее будут избегать боевого столкновения с человеком, чем пытаться нападать. Присутствие их на планете, а также характерные раны на теле нескольких обнаруженных в тоннелях пропавших жертв говорили о том, что они подверглись атаке этих паразитов. После обнаружения их гнезда я рекомендовал зачистить все тоннели и вызвать на планету полк имперской гвардии, потому что малыми силами мы бы не справились, запечатать входы и изолировать паразитов, однако в этом мне было отказано. — Сержант вздохнул. — Причины подобного решения мне были не ясны, а беспечное отношение к данному происшествию чиновников Администратума совершенно не укладывалось в рамки их должностных обязанностей, словно им было все равно. Я обратился напрямую к моему командиру, вернувшемуся из командировки, предоставив все материалы по делу, но его поведение напомнило мне таковое у первого и второго помощников — он совершенно спокойно отнесся к появлению Хрудов на нашей планете и не собирался ничего предпринимать, заявив, что они не опасны. А люди продолжали пропадать, причем уже массово — исчез целый караван работников, направлявшихся в коммуну "Ветер полей". Тогда я самостоятельно собрал группу верных мне арбитров и самовольно попытался зачистить гнездо этих тварей, однако их уже не было на месте. — Сержант посмотрел прямо в камеру. — Там, где они жили я нашел только их редкие останки, а также вот это. — Он продемонстрировал крупный коготь. — ДНК анализ, проведенный в нашей лаборатории арбитром-механикусом Дементием Холсом показал, что эта конечность принадлежит одному из подвидов тиранид. Это позволило мне сделать вывод, что в аппарат Администратума и, возможно, в наш собственный внедрены агенты генокрадов. Поведение нашего командира совпадает с таким же поведением помощников губернатора — совершенно беспечное и равнодушное, что приводит меня к выводу — они находятся под контролем. Я могу рассчитывать только на себя и на помощь моих верных людей, проводя новое расследование. Я связался с третьим помощником, потому что именно он инициировал запрос, и передал ему все документы. Тот меня заверил, что непременно свяжется с Инквизицией и будет осторожен. Я буду ждать их появления, но уже сейчас бы рекомендовал вызвать сюда несколько полков имперской гвардии для защиты гражданского населения и зачистки планеты от тиранидов. — Запись закончилась и Мастер глухо проговорил.

— Это было записано почти семь месяцев назад.

— Примерно в то же время, когда третий помощник и отправил запрос в Инквизицию. — Хват выбрал следующий файл. — Смотрим дальше?

— Давай. — Просто кивнул Мастер.

— Дата — двадцать четвертое ноль второе пятнадцатого. — Снова тот же усталый голос сержанта. — Я сержант Август Карелл имею все основания подозревать, что в высший аппарат Администратума и Адептус Арбитрес были внедрены агенты генокрадов, что подтверждается сделанным мной удаленным сканированием моего командира, его двух помощников, а также второго помощника губернатора. Файлы прилагаются. — Он обернулся, словно прислушавшись к чему-то. — Поведение и приказы командира не соответствуют его психопрофилю, он начал вести себя как болван, но при этом гнущий определенную линию. Увольнительные в город были им запрещены, постоянные беседы один на один со стражниками и арбитрами, которых я пока умудрялся избегать, похоже, что агент вербует себе сторонников с помощью телепатического внушения. Я более чем уверен, что их число растет, но мне никто не верит. — Сержант напрягся. — Существует вероятность, что я от природы имею более сильную сопротивляемость его внушению и поэтому еще соображаю, что происходит. Сегодня ночью я планирую уничтожить этот гадюшник, которым стала крепость арбитрес, этот рассадник заразы. Все найденные мной доказательства я спрятал в тайнике в стене, что находится в командом зале, вот шифроключ к его замку. — Сержант продемонстрировал написанный на листке код и место закладки файлов. — Чтобы генокрады не нашли моих видеозаписей и не узнали об этом, то я закодировал их как обычные отчеты и помести в папку "отправленные". Если мне и моим соратникам не удастся справится с командиром и его сообщниками, то программа в когитаторе зашифрует и эти видеозаписи и будет жать возможности переслать их Инквизитору или же командирам-гвардейцам. Я настроил сканер при входе в крепость таким образом, чтобы он использовал медицинские протоколы для выявления возможного агента генокрада и препятствовал нахождению ими этих данных. На экране монитора когитатора также стоит подобный аналог, подключенный к медаппаратуре — монтаж был завершен капралом Тенеси несколько минут назад. Вошедший обычный человек получил бы просто полный доступ к данным, а если это будет космодесантник или псайкер-инквизитор, то когитатор выведет все записи на экран. Я рассчитываю, что им не окажется проникший сюда адепт Хаоса, впрочем, тогда уже все будет неважно. Я пошел. — Сержант протянул руку и отключил запись.

Хват и Мастер переглянулись, размышляя над словами сержанта.

— Мы ведь не похожи на людей. — Произнес старый огрин. — Почему же программа выдала нам все записи?

— Возможно, посчитала нас за космодесант. — Пожал плечами Хват. — Мы высокие, здоровые и большие как они — я видел на картинке. Что если программа была немного повреждена и решила, что мы они и есть?

— Все может быть. — Согласился с ним Мастер. — Тут еще несколько записей, последняя — неделю назад.

— Крути sharmanku. — Махнул рукой Хват и огрин его понял, запуская видеоряд.

— Дата — пятнадцатое ноль четвертое пятнадцатого года. — Снова перед зрителями возник тот же сержант, на этот раз с повязкой на лбу и крупной царапиной поперек лица. — Я сержант Август Карелл, — он вздохнул, — твари нас переиграли. Командир, как я и разузнал, оказался агентом, также как и несколько других офицеров. Они смогли уйти ночью, предварительно отключив сигнализацию во дворе и крепости, словно готовились к нашему нападению. Когда мы атаковали подозреваемых мной офицеров, то они были к этому готовы — двое моих людей погибли сразу — Макс Седов и Дэн Крейг, остальные, в том числе и я отделались неглубокими ранами, но не это главное. Твари закрыли нас изнутри, сломали антенну связи и убили нашего астропата, чтобы мы не могли послать сигнал о помощи. Продуктов нам хватит надолго, это не проблема, но дело в том, что каждую ночь сволочи осаждают нас. Они пытались проделать подкоп, но даже их стальные когти не в силах проковырять монолитные плиты, из которых выложен наш пол, да и мы понаставили мин. Мы держим часть окон под прицелом, остальные заложили бронещитами и приварили к балкам перекрытий, навалили баррикад, но твари не оставляют попыток проникнуть снаружи. Днем они спят и ничем не показывают своего присутствия, ведь рядом трасса, по которой ездят грузовики. Мы пытались высовываться из окон и кричать водителям, но шум двигателей их машин и быстрая скорость не позволяют нас заметить. Писать плакаты бесполезно — я потерял еще двоих, когда те пытались вывесить их. Тираниды притащили какого-то своего плевателя или иглометателя и он просто изрешетил обоих с близкой дистанции. Трупы арбитров были тут же ими съедены. — Сержант уставился невидящим взглядом в стену. — Они просто ждут, когда наши нервы не выдержат и мы сами откроем ворота. Но этого не будет, наш техник смог перенастроить сигнализацию во дворе, чтобы она заорала, как только кто-то из этих тварей коснется окна крепости или сломает дверь, да еще и автоматические турели нам помогут, хотя надежда на них слабая — никто серьезно не думал, что крепость может подвергнуться нападению. Кассандра не та планета, за которую пришлось бы драться. Такая свистопляска будет слышна очень далеко и надеюсь, помощь нам придет. Когда-нибудь. — Сержант опустил голову. — Скажу честно, еще никогда так не желал прихода Инквизитора с его свитой и поддержкой из Сороритас или имперской гвардии. Думаю, что это мое последнее видео — будем держаться до тех пор, пока за нами не придут или пока не сдохнем с голоду.

— И последняя. — Произнес Мастер, запуская недельной давности запись.

На экране возникло мельтешение, слышался грохот выстрелов и жуткий вой генокрадов, камера выхватила лицо сержанта — он сдал за это время очень сильно, похудел и осунулся, рана на лбу воспалилась и кожа отваливалась крупными кусками, словно он гнил изнутри. Налицо было заражение кожи и крови, но в глазах человека по прежнему горел все тот же огонь справедливости и мести.

— Твари ворвались! — выкрикнул он. — Они не сломали двери — телепатическим воздействием заставили одного из солдат открыть их! У них появились зоантропы!! А это значит, что Патриарх уже вот-вот войдет в свою силу и времени нет совсем!! Похоже, его приказ или приказ его помощников заставил их атаковать!! Но еще не все потеряно — на орбите планеты появился корабль имперской гвардии — Линдону удалось поймать их сигнал на собранную им на коленке из запчастей переносную вокс-станцию! Он не Механикус, но потратил на это устройство много времени, оно работает только на прием, мы попытались послать в город сигнал бедствия, но там, похоже дела... — раздался треск очередей стаббера и уханье тяжелого болтера, который поставили на выходе из зала, — ... проклятье, твари лезут как тараканы!! Я закрываю крепость, чтобы они не выбрались, консервирую здание, если сможем, то перебьем всех, записи придется удалить, аааргхх!!! — сержант на записи выгнулся дугой, из его груди торчал коготь тиранида, который поднял арбитра вверх, вонзив в него еще один. Хват уже понял, что произойдет потом — тело Карелла разорвало пополам и тварь развернулась, чтобы бросить его половинки в центр комнаты, куда уже стаскивали мертвых защитников. Тиранид, разворачиваясь, зацепил провод хвостом и запись оборвалась. Мастер посмотрел на Хвата.

— Вот почему мы смогли увидеть эти записи — он просто не успел их стереть.

— Значит это судьба или воля Небесного Кузнеца вместе с Богом-Императором. — Ответил тот.

Хват снял свой шлем, точно также поступили и остальные — нужно было почтить память героев.

— Они знали, что обречены, но пожелали погибнуть в бою, чем сдаться врагу. — Произнес вождь. — Где тайник сержанта?

— Где-то здесь, в зале. — Мастер промотал вторую запись. — Вон в той стене, если смотреть на плане.

Хват подошел и внимательно осмотрел испачканную кровью поверхность, потом начал простукивать ее, прислушиваясь, пока случайно не наткнулся на нишу. Небольшая дверца прикрывала ее и огрин просто ковырнул своим ножом, вскрывая тайник, чтобы обнаружить там несколько блоков ОСД, рапорты на бумаге, кучу пиктоизображений и снимков медсканера, а также какую-то папку. Все это Хват сгреб одним движением и кинул в рюкзак, который таскала с собой Веселушка, поманив девушку рукой. Она всегда заботилась о командире и остальных членах отряда и там, в рюкзаке, кроме запасных батарей и магазинов всегда лежал небольшой запасец продуктов. Огрин повернулся к Мастеру.

— Как думаешь, можно эти записи сохранить на внешний носитель данных?

— Можно. — Кивнул тот и поискал глазами разъем. — Давай сюда ОСД.

Пришлось снова лезть в рюкзак и шарить в нем рукой, отыскивая маленький чип.

— Это что у тебя? — подозрительно спросил Хват, доставая из рюкзака пару витых металлических изделий — символов семейного союза. — Ты же вроде не имеешь мужа. Или я чего-то не знаю? — Веселушка покраснела при этих словах и как сопливая девчонка завопила.

— Положи обратно!!

— Я же кажется ру... э-э, нормальным языком сказал, чтобы семейные союзы не создавали. — Строго произнес огрин и остальные заулыбались. — Не время и не место.

— Знаю!! — Веселушка стала вообще пунцовой. — Отдай!! — Она вцепилась в рюкзак, но не пыталась поймать Хвата за руку.

— Я и не собираюсь у тебя их отнимать — они твои, храни на здоровье. — Хват кинул вещицы обратно в рюкзак. — Просто не надо было их с собой таскать — оставила бы в казарме.

— Ага, чтобы там их быстрее нашли. — Буркнула в ответ Веселушка, ставшая сразу же хмурой.

— У нас что, шарят по личным вещам? — от вопроса Хвата повеяло таким холодом, что все огрины сразу же сурово засопели.

— Нет. — Тихо произнесла Веселушка.

— Тогда почему такое недоверие к соратникам? — спросил ее уже мягче Хват.

— Потому что знаки семьи — личное дело каждого! — неожиданно резко ответила девушка. — И я не хочу, чтобы кто-то знал об этом, пока ты их не вытащил!

Командир почувствовал себя виноватым перед девушкой — он совершенно не подумал о своих действиях в таком вот ключе.

— Никто и не узнает, правда, ребята? — спросил Хват, посмотрев на своих бойцов.

— Мы будем молчать, символы — личное дело каждого. — Повторил слова девушки Молчун и это не вызвало смеха — все понимали желание Веселушки сохранить в тайне символы, чтобы потом преподнести одно из них своему избраннику и все мужчины в комнате захотели, чтобы это был именно он. Ну, кроме Хвата или может быть Молчуна, у которого по лицу не поймешь чего он думает — все время каменная рожа. Веселушку можно было назвать красавицей по огринским меркам, да и сама по себе она была плотная и сильная, ловка и умелая, прекрасно жарила мясо, работала с иглой и шкурами, будет хорошая жена и родит здоровое потомство.

— Я прослежу за этим. — Кивнул Хват, отдавая носитель ОСД Мастеру, который быстро перегнал на него записи с когитатора. — Что ж, больше нам здесь делать нечего, нужно все рассказать инквизитору и отдать ей носители — может быть данные помогут локализовать гнездо паразитов.

В коридоре послышался какой-то шум, словно тащили чье-то тело. В зал вошел Гора, крепко ухватив за ногу человека в форме арбитра и волоча его за собой — тот был без сознания. Он швырнул его к центру, там, где еще продолжала дымиться и вонять сгоревшая груда плоти, но огрины, благодаря своим фильтрам, не имели "счастья" нюхать мерзкие запахи. Хват подошел к человеку и, увидев небольшую уродливо торчавшую конечность на его спине, сразу же все понял.

— Где его нашли?

— Прятался в нише, хотел на нас напасть, но не вышло. — Ухмыльнулся Гора. — Он вроде как почти человек, я подумал, может быть возьмем его с собой, пускай инквизитор его допросит.

— Дельная мысль. — Согласился Хват. — Только его надо как следует связать. — Он достал свою веревку и спеленал мутанта по рукам и ногам так, что тот стал похож на колбасу в обертке. — В других помещениях еще что-нибудь есть интересное?

— Только кровь и трупы паразитов. — Гора сплюнул на пол. — Эти твари, похоже, сожрали защитников, а потом впали в спячку — мы резали их прямо во сне. Такое ощущение, что они лишились Королевы и воли к жизни. А у вас что?

— Скорее, их бросили свои же, оставив без контроля или переведя в "спящий режим". — Произнес Хват. — Мы нашли интересную информацию, ее нужно будет доставить инквизитору.

— А что делать с крепостью? — спросил Мастер. — Отмывать ее от крови и кишок нужно долго, а так она станет отличным форпостом на пути в город и защитники смогут оттянуть на себя часть сил паразитов. Ее ведь можно использовать.

— Нужно посоветоваться с полковником. — Решил Хват. — Пока же оставим все как есть — думаю, что паразиты вряд ли набегут сюда толпой как только мы уедем — они ушли, едва последний защитник погиб. Им было не интересно это место, они уничтожали тех, кто мог помешать им в реализации их планов, а про оставшихся тварей просто забыли или списали на потери.

— Значит, мы на очереди. — Весело сказал Обломок. — Это будет славная битва!

— Да уж не хуже чем с хаоситами. — Согласился Хват. — Но я предпочитаю видимого врага, чем удара в спину, так что не расслабляемся, все только начинается.

Огрины покинули крепость, закинув пленника подальше в кузове транспортера — Гарри покосился на мутанта, но ничего не сказал — и двинулись обратно в часть, оставив ворота открытыми. Даже если твари и залезут снова в крепость, то их можно будет также выкурить оттуда, да и будет заметно, что кто-то уже хозяйничает внутри.

Абелина уже чувствовала себя получше, хотя рука продолжала нестерпимо болеть, но это все мелочи. Больше женщину печалила частичная потеря ею своих психических способностей, к которым за долгое время службы она уже привыкла и полностью полагалась на них. Сейчас же прочитать мысли допрашиваемого она не могла, только уловить говорит он правду или врет, а уж про преобразование энергий варпа в боевые стихии можно было забыть — при малейшем напряжении из носа текла кровь, в голове начинался бешенный перестук молотков и, потеряв однажды сознание в результате своих экспериментов над собой, инквизитор завязала с ними, тем более, что Доку пришлось приложить немало усилий, чтобы Абелина не умерла. Он провел повторное обследование и выяснил, что лопнули несколько кровеносных сосудов в голове и только чудо или заступничество Бога-Императора не убило женщину. Техножрец, широким взмахом руки прекратив вялые попытки Абелины оправдаться, уложил ее на койку и той пришлось подчиниться, потому что слабость навалилась с новой силой. Напичкав тело инквизитора укрепляющими препаратами, Док вернулся к своим занятиям, а Абелиной занялся Токс. Он что-то смешивал из ядов, наплевав на техножреца, используя все свое искусство знахаря.

— Знания ядов не только могут убивать. — Тихо произнес он. — Они еще и могут излечить.

От приготовленной Токсом настойки Абелине стало значительно лучше — тот учел состав медицинских препаратов, которыми напичкал ее Док и готовил соответствующее снадобье. Его задачей было спасти инквизитора, а не загонять ее подальше в объятия варпа. Так что, раздав указания полковнику, Абелина завалилась отдыхать. Странно, что она совершенно не волновалась по поводу выполнит ли Конот в точности все ее приказы, ведь иногда некоторые так жаждали угодить инквизитору, что частенько перегибали палку и ломали все планы. За короткое время, используя свои способности еще там, на балу, она узнала, что полковник был не просто опытным военным, его подразделение, усиленное ротой огринов, танковым парком и парой взводов "Стражей", к тому же сотрудничавшее вместе с 18 артиллерийским полком и 54 танковой ротой, настолько усилило свои возможности, что инквизитор была уверена в их успехе. Полковник организовал оборону города, используя все доступные ему ресурсы, развернул такую бурную деятельность, используя имя инквизитора на полную катушку, что все чиновники Администратума, особенно после того, что произошло во дворце губернатора и под зданием Управления, тут же рьяно кинулись помогать и исполнять все указания полковника. Он заходил к Абелине несколько раз в день, четко останавливался на пороге, докладывал о сделанном и спрашивал распоряжений, но та решила положиться на него и разрешила проявлять инициативу. Радостный Конот убегал, а инквизитор с грустью подумала, что в Империуме по большому счету не понимают, что стратегией "а давайте закидаем ксеносов трупами" все войны не выиграть — командование подразделением должно обладать гибким умом и использовать все возможности для своей победы. Ну, кроме сотрудничества с Хаосом, конечно, ибо это самая жуткая мерзость, до которой может опустится человек.

Абелина, кряхтя как старая бабка, встала с кровати, удерживая руку, чтобы не потревожить рану. Коготь тиранида не содержал яда, так что тут ей повезло. После стычки с ними она запросила всю полную информацию об этих ксеносах и вскоре должны были прислать данные, кроме того пришли сообщения, что сестры битвы уже выдвинулись к ней на помощь и вскоре к гвардейцам прибудет подкрепление, которое воодушевит их на битву до недосягаемых высот и добавит огневой мощи.

По полу бункера раздался знакомый шум шагов — это полковник спешил на доклад. Перед дверью звук замер и в нее деликатно постучали, ожидая разрешения.

— Входи. — Чуть повысила голос Абелина и Конот натурально ворвался в ее "покои", весь красный от перевозбуждения.

— Огрины захватили языка! — тут же выпалил он и инквизитор напряглась. — В крепости арбитрес все мертвы больше недели назад — тираниды устроили блокаду и перед нашим прибытием атаковали их! Огрины привезли с собой носители данных, записи самих арбитрес!

— Кого именно они захватили? — собираясь с мыслями, спросила Абелина.

— Мутанта генокрада. — Полковник уже не кричал и успокоился. — Он не сильно деформирован, может говорить. Хват предлагает его допросить.

— Что ж, это звучит мудро, — кивнула инквизитор, — однако, я не уверена, что он нам что-нибудь скажет.

— Но попытаться стоит? — с надеждой спросил Конот. — Прикажете доставить его сюда?

— Нет. — Покачала инквизитор, ощущая смутную тревогу. — Лучше пусть посадят его где-нибудь в казарме, просто помогите мне дойти. — Попросила Абелина.

Передвигаться на большие расстояния она не могла — быстро уставала, хотя ноги были целы, пускай и в синяках. Сейчас она возлежала на кровати одетой — просто отдыхала, поэтому очень сильно удивилась, когда Конот подошел к ней и, едва покраснев кончиками ушей, просто поднял ее на руки и понес. Она думала, что полковник подставит плечо и она его использует в качестве опорной палки, но такое... однако, ехать на руках мужчины было приятно, поэтому Абелина смолчала, милостиво разрешив Коноту такое кощунство по отношению к ее телу.

Полковнику было наплевать на мнение окружающих, когда он нес инквизитора, хотя Абелина сделала попытку сопротивляться, покинув бункер на руках у мужчины. Гвардейцы пялились на такое представление и женщина сама покраснела еще больше, когда поняла, что будет выглядеть глупо в их глазах, позволив себе истерику или вопли. Однако полковник ее выручил — он рявкнул на любопытных и территория живо опустела, а рядом с ней вдруг нарисовались оба комиссара — Марш и Кармайкл, укрыв инквизитора от посторонних глаз и таким образом сопроводив до казармы. Что ж, сплетни солдатам теперь обеспечены, впрочем, идти было недалеко — огрины притащили мутанта в ближайшее помещение. Конот поставил на землю Абелину и та, поправив одежду, вошла в полутемную комнату — электричество еще не провели.

Посередине пустой казармы, которую даже не собирались восстанавливать или же еще не дошли руки, сидел на стуле человек. Внешне он выглядел как обычный работяга, но стоящий рядом с ним Хват поднял вверх его третью конечность, продемонстрировав, что это мутант. Абелина напряглась, но вокруг были огрины, гиганты окружили пленного полукольцом, у каждого в руке было оружие, направленное стволом на него, так что если тот и взбрыкнет, то его мигом укокошат.

— Он жив? — спросила инквизитор и поняла, как глупо прозвучал вопрос, впрочем, мутант выглядел как мертвец — бледная ввалившаяся кожа, редкие волосы и потрепанная одежда.

— А то. — Хмыкнул Хват и выкрутил третью руку, приводя мутанта в чувство.

Тот поднял голову и посмотрел на инквизитора налитыми кровью глазами, оскалившись. В его горле забулькало и тут же кинжал Хвата коснулся его шеи — тот подумал, что мутант хочет плюнуть в инквизитора. Абелина ощутила себя увереннее.

— Где твой хозяин? — спросила она. — Отвечай!

Мутант снова забулькал, потом с уголка его рта потекла тягучая слюна, капнула ему на штаны, растекаясь пятном. Тварь показала свои гнилые зубы и снова ощерилась.

— Вы все умрете! — произнесла она. — Ваши тела послужат Великой Цели!!

— Что это за Великая Цель? — поинтересовалась Абелина.

— Подойди, узнаешь! — нагло заявил мутант.

— Говори оттуда, я тебя прекрасно слышу.

— Ваше сопротивление ничего не изменит, скоро он возродится!! — Нараспев произнес мутант. — Его сила будет гораздо больше, чем у остальных Властителей!! Новый Монарх воцарится на троне и сменит старого, дряхлого, глупого неуча!! Его пришествие предопределено!!! — заверещал мутант и взорвался.

Его тело вспучилось на микросекунду, кинжал Хвата только начал перерезать ему горло, как плоть мутанта лопнула, отбрасывая громилу назад — ударная сила взрыва была велика, к тому же в закрытом помещении, пускай и с проломленной крышей, ее воздействие усилилось. Абелина автоматически попыталась выставить ментальный щит, голова мигом разболелась, пошла носом кровь, однако это не понадобилось — стоявший рядом Конот успел повернуться к инквизитору лицом и принять удар на свою широкую спину. Обоих швырнуло к выходу и хрупкая женщина больно ударилась спиной о пол, сверху на нее плюхнулся тяжелый полковник, прижимая к своему плечу голову инквизитора. Абелина видела, что лицо Конота исказила гримаса боли — проклятый мутант внутри был полон костяных игл, которые и разлетелись во все стороны. Этакая ходячая осколочная граната. Одетый в форму и по привычке в броню, Конот не получил серьезных повреждений выше пояса, однако несколько игл отыскали уязвимые места в его броне и плотно засели в теле человека. Кроме того все вокруг было забрызгано ошметками плоти мутанта.

— Ты в порядке?! — с волнением в голосе спросил полковник и попытался подняться, однако тут же скорчился от боли.

— Да, да. — Закивала Абелина, скосив глаза на снова открывшуюся рану в плече. — Я жива. Что случилось?

Ее вопрос услышал кто-то из огринов и ответил:

— Паразит взорвался.

— Никто не пострадал? — спросила Абелина, когда ей помогали подняться и тут же увидела стоящих вокруг кого-то огринов. — Кто ранен?! Нужен медик!! — И забубнила в горошину вокс-связи, вызывая Дока.

Конота тоже подняли, однако ходить он не мог — ниже спины броня отсутствовала и поэтому его ноги были щедро нашпигованы иглами. Из множества ран текла кровь и при любом движении ее ток усиливался. Абелина мигом оценила обстановку.

— Так, всех пострадавших в бункер, остальные — тщательно мыться, в крови мутанта возможно нахождение какого-нибудь сильного вируса, потом на медобследование! — Жестко распорядилась инквизитор. — Полковника в первую очередь на операционный стол. Кто там у вас ранен? — Она, прихрамывая, подошла к огринам — тяжелый Конот отбил ей все внутренности, но это можно было перетерпеть, а вот самому полковнику явно не поздоровилось.

На другом стуле сидел Хват и из его левого глаза торчала игла. Одна из женщин-огринов аккуратно вытянула ее и кинула на пол, открыв пустую глазницу — орган вытек и теперь громила грустно взирал на подчиненных одним правым глазом.

— Похоже, закончилось мое вождительство. — Пошутил он на огринском и посмотрел на Гору. — Принимай командование.

Абелина не поняла, о чем они говорят, но последующее удивило ее не меньше, чем лишившийся глаза огрин, который даже не вякнул и не потерял сознание от боли. Гора со всего маха засадил тыльной стороной ладони слева в голову Хвату, однако тот просчитал его движение, увидев шевельнувшийся наплечник, и успел подставить свою руку.

— Ишь чего удумал! — взревел Гора. — Мелкая царапина, а ты уже плачешь, как ребенок!! Кто поведет нас, если не ты?!!

— Я не вижу, что происходит слева. — Ответил ему Хват. — У врага будет преимущество с той стороны. — Он встал и принял чистую тряпицу из рук Веселушки, протирая глазницу, удаляя остатки глаза. — Промыть бы, потом наложить повязку. — Он посмотрел на возвышавшегося над ним Гору. — Сделаем все по правилам — назначим поединок.

— Не будет никакого поединка. — Громила сложил руки на груди и остальные посмотрели на него, ожидая, что он скажет. — Ты наш вождь — и точка.

— А увечье?

— Тебе выбили глаз, но не отрезали язык. Или ты резко поглупел за это время? — жестко спросил Гора. — Мы не на родине, здесь все чужое, а ты лучше всех понимаешь, что хотят от нас командиры, разбираешься в их технике и быстро все схватываешь. — Он хмыкнул. — Хват. — Словно смакуя произнес он его имя. — Твой отец гордился бы тобой. — Гора посмотрел на остальных. — Если же ты хочешь все сделать по правилам, как того требует наш закон, то бейся с тем, кто захочет выставить против тебя свою кандидатуру. Но я этого делать не стану.

— Почему? — спросил удивленный Хват.

— Потому что еще не дорос до такой ответственности! — рявкнул Гора. — Вести небольшой отряд у меня получается хорошо, но управлять сразу всеми, нет уж, я уже как-то раз попробовал. — Он посмотрел на своих родичей. — Все помнят, к чему это привело.

— Случайность. — Произнес Молчун. — Ты не мог знать, что ведешь всех в засаду паразитов, также как Хват не мог знать, что эта тварь может взрываться. У нас такого не было. И правило про увечного вождя говорит, что если он потерял в бою способность сражаться, то есть руку или ногу, то тогда нужно искать ему замену. А здесь только глаз — руки-ноги целы.

— Хват, — к огрину подошла Веселушка, которая была даже чуть повыше его, а сейчас так наклонилась перед сидящим огрином. — Ты отдал свою левую руку за нас, теперь левый глаз, почему бы имперцам не поставить тебе искусственный? Ведь они славно над тобой потрудились, и даже без этой руки и сражался как сильный умелый воин и никому не пришла в голову мысль бросить тебе вызов, так почему ты сам сейчас говоришь об этом? Ты разуверился в себе?

— Нет. — Хрипло отозвался тот. — Я еще на многое способен!

— Так почему ты сидишь здесь и жалеешь себя? — резко спросила девушка и огрин зарычал в ответ, а родичи улыбнулись.

— Насчет искусственного глаза это хорошая идея! — Подхватил Мастер. — У техножрецов полно запчастей даже для людей, что им стоит изготовить глаз для нашего вождя? Если вдруг они откажутся, у нас есть чем их убедить. — И посмотрел на собравшихся.

Огрины радостно загудели, обсуждая идею Мастера, и согласно закивали, одобряя ее, словно были на сходе. Впрочем, дело все равно за полковником или инквизитором — они решают достоин ли Хват аугментики и тот это прекрасно понимал, чего не скажешь о родичах. Абелина слушала тарабарщину огринов, пытаясь хотя бы вычленить знакомое слово, но язык был перегружен согласными и шипящими, так что ничего не получалось. Тогда она подозвала к себе комиссара Кармайкл и попросила ту перевести. Девушка вслушалась в трепотню громил и потом вынесла свой вердикт.

— Огрины решили, что вождь пострадал за них не по своей ошибке и достоин восстановления глаза. — Эмилия посмотрела на Абелину. — Вы сделаете ему новое око?

— Кто-то же сделал ему левую руку. — Заметила та. — И что мне мешает дать ему глаз?

— Ничего не мешает. — Согласилась та. — Просто огрины пойдут к вам просить за своего вождя, которого очень сильно уважают. Хват хотел сделать все по правилам — выбрать нового поединком, но его подчиненные не согласились. Они его слишком уважают и ваш отказ могут расценить как оскорбление, а что такое оскорбленные огрины, то вам лучше не знать.

— Вот как? — удивилась Абелина. — То есть твои слова они совершенно не воспринимают как приказы и саботируют их, если ты им прикажешь?

— Я не это имела в виду. — Эмилия без страха смотрела в глаза инквизитора. — Огрины они как дети, немного наивные, любопытные, совершенно не знают жизни в Империуме и все делают по своим правилам, которые хорошо подходят к их условиям существования. Они судят человека по делам его, а не по внешности. Хват отдал свою левую руку, остановив демона, и огрины оценили его случайное увечье, как знак доблести. К тому же канонисса сестер битвы, бок о бок с которыми мы сражались на той планете, незамедлительно отдала распоряжение восстановить конечность огрина, пускай и сама была в этом виновата. — Комиссар говорила горячо и много, защищая своих подопечных. Абелина почувствовала в ней тот яркий огонь веры и убеждения, который она вкладывала в свои слова. И если большинство комиссаров и имперцев воспринимали огринов как тупоголовых нелюдей, то молодая девушка увидела в них не просто нечто большее, чем просто союзников Империума, а вполне себе полноценные умные личности, пускай и со своими обычаями и нравами. И ее желание защитить их было понятно — Абелина видела, что огрины приняли в свою среду своего комиссара. — И ее решение подняло авторитет в глазах огринов — они стали четко выполнять приказы ее сестер, тогда как до этого слушали только своих командиров. Не сочтите это за саботаж или дерзость с их стороны, просто они так привыкли — доверяют только своим родичам или тем, кто сделал для них что-то полезное. Дайте Хвату глаз и все огрины как один присягнут вам — более верных и сильных союзников вам не найти.

— То есть по-твоему остальные имперские гвардейцы — говно на палочке? — спросила Абелина, наблюдая, как солдаты живо грузят полковника Конота на носилки, а Док вкалывает ему обезболивающее, чтобы тот был в сознании. Он и к ней подходил, но Абелина показала ему что в порядке и техножрец занялся более серьезно ранеными, однако к огринам не пошел — те просто не пропустили его в свой круг.

— Все отличные ребята, кроме лейтенанта Броскена, тот знатный говнюк. — Фыркнула Эмилия. — Но это к делу не относится, просто увидев, что вы позаботились об их вожде, его соратники станут вам доверять. Пока что они еще не решили как к вам относиться — в учебке их запугали Инквизицией.

— Как видишь, не все ее представители являются ярыми приверженцами костров и казней. — Абелина усмехнулась и развела руки. — Я выполню твою просьбу, тем более что и сама собирались это сделать — лишать сильную и опытную боевую единицу возможности полноценно вести бой — это глупость. Пусть Хват пройдет полное медобследование, вот тогда можно будет говорить об аугментике, а пока это только переливание из пустого в порожнее — толку от слов мало. — Абелина постучала по спине одного из огринов, прося, чтобы ее пропустили в круг. Хват что-то сказал и громила отошел в сторону. Некоторое время инквизитор изучала рану, вокруг которой уже кожа начала затягиваться и приобретать форму шрама. Новый глаз огрин, конечно, не вырастит, но и размеры стандартного импланта ему не подойдут, нужно делать эксклюзив, Док будет доволен необычным заказом. — Как себя чувствуешь?

— Отлично. — Хват встал со стула. — Игла не дошла до мозга, спасибо крепкому черепу. — Он глянул на инквизитора. — Вы можете мне сделать искусственный, как моя рука? — он пошевелил пальцами. — Понимаю, что это весьма дорогостоящий имплант, однако, одноглазый я буду считаться за полбойца.

— За этим я пришла. — Абелина посмотрела на ждущих ее решения огринов. Они уже вынесли свое, теперь дело за ней. — Мой техножрец постарается изготовить тебе аналог, но на это нужно время и полное твое медицинское обследование, также как и всех, кто присутствовал при взрыве. В теле мутанта мог быть опасный вирус.

— Опять иголки. — Проворчал кто-то из огринов и громилы засмеялись.

— Вам нужны очень прочные инструменты. — Хват посмотрел на Абелину. — Сестры госпитальер сломали об нас все свои иглы и затупили скальпели.

— Вот как? — Абелина посмотрела на Эмилию. — И кто проводил обследование? Возможно, есть полноценная медкарта, что сэкономило бы нам время.

— Медики канониссы Симоны Ганн уже изучили нас вдоль и поперек. — Изрек Хват. — Если вы с ними свяжитесь, то они отправят вам все результаты обследований.

— Но процедуры пройти все же не помешает. — Веско заметила инквизитор. — Я не хочу, чтобы вы превратились в жидкий кисель посреди территории части от запущенного тиранидами вируса.

Огрины насупились, переваривая ее слова. Хват же просто кивнул.

— Мы сделаем так, как вы скажете.

— Тогда пройдемте в бункер. — Распорядилась Абелина. — Время дорого. И не забудьте те носители данных, что вы нашли в крепости арбитрес, мне нужно с ними разобраться.

Веселушка извлекла из своего рюкзака пачку ОСД и передала их Эмилии, которая и понесла следом за инквизитором. Хозвзвод Смока уже наводил здесь порядок — ратлинги опрыскивали стены и пол специальным химсоставом, который растворял все ошметки плоти. Никто не хотел допустить распространения заразы, если таковая найдется. Огрины толпой отправились смывать с себя и с брони кровь мутанта, а Хват, молча подхватив Абелину, сил которой хватило только чтобы преодолеть половину расстояния до бункера, перенес инквизитора в ее комнату, которую переоборудовали под лазарет для командования. Там уже лежал Конот задницей кверху и пытался вывернуть шею, чтобы посмотреть на вошедших. Хват поставил Абелину на ноги и прошел в соседнюю комнату к техножрецам, которые тут же взялись за медсканеры, тем более, что Магос уже делал гнездо для аугментики Хвата и представлял, что именно сейчас от него требуется. Инквизитор связалась по воксу с Доком и приказала тому вывернуться, но сделать глаз для огрина, чем тот и занялся сразу же после того, как извлек из полковника все иглы и смазал его раны заживляющим составом. Абелина передвинула стул и присела рядом с Конотом.

В комнату вошел гиринкс, потерся головой о ногу Абелина, потом посмотрел на лежащего полковника, мявкнул, словно спрашивая, что с ним, после чего забрался на лежанку инквизитора и свернулся калачиком, устраиваясь спать.

— Я не знал, что они умеют взрываться. — Пробормотал полковник. — Прости.

— В этом нет твоей вины. — Абелина положила руку ему на плечо. Шея Конота покраснела от напряжения, он скосил глаза на женщину и та ему улыбнулась. — Это я должна была предупредить вас всех. — Инквизитор задумалась. — Как не вовремя атаковали эти тиранды и лишили меня возможностей. — Она грустно усмехнулась и посмотрела на полковника. — Впрочем, мне легче отвыкнуть от способностей, чем остальным псайкерам.

— Почему? — прохрипел Конот.

— Поверни-ка голову так, как тебе удобно. — Абелина заставила военного отвернуться к стене. — Не напрягайся. — Она замолчала. — Почему ты защитил меня? — спросила тихо. — И нес на руках?

— Потому что... — полковник замолчал на время, потом хмыкнул, — собственно, я и не намерен это скрывать, можешь отрубить мне голову или сжечь на костре, как тебе захочется, но я скажу. Я повидал много инквизиторов за свою службу и встречались мне в основном одни тупоголовые болваны, которые за своими догмами и приказами не видели живых людей. Они не понимали, что бой не всегда развивается по плану, всегда нужно вносить коррективы и тут нужна гибкость ума и инициатива, чем тупое исполнение приказов. Когда ты понимаешь, что именно сейчас нужно отвести людей, чтобы сохранить их жизни, а потом, используя передышку, контратаковать, а не просто бездарно погибнуть, защищая никому не нужный форпост посреди поля... — Конот снова попытался повернуть голову, но та бессильно упала на подушку. — Тактика заваливания трупами оправдывает себя в том случае, если есть постоянный подвоз боеприпасов и пополнений, но вот когда твои силы малы, погибла почти половина подразделения, танки подбиты, прикрытия с воздуха нет, артиллерия выбита, а еретики или ксеносы, почуяв победу, напирают, то разумнее отступить, чтобы потом выбить их с занятых мест. Провести перегруппировку, подвезти боеприпасы, усилить пехоту танковыми и артиллерийскими подразделениями, а не проводить потом по итогам боя расследование, почему вы "позорно" бежали и расстреливать выживших. — Полковник взял это слово в кавычки. Абелина молчала во время его слов, давая возможность военному выговориться. Он перевел дух и продолжил: — Я отвечаю за своих людей, валлхальцы это не самоубийцы-криговцы или не фанатики Таларана, для которых тактика закидывания трупами привычна и понятна. Мы действуем малыми силами, но более эффективно, как Элизианцы или те же Хараконские Ястребы, потому что по-другому в наших подземных тоннелях воевать не получится. Мы не плодимся как кролики, используем все доступные нам ресурсы, чтобы выжить и выживаем в нашем ледяном мире уже много сотен лет. И наше командование понимает, что просто кидать людей на амбразуру, значит перечеркнуть все годы их боевой подготовки, в которую вложено много сил и средств. Но, к сожалению, в Администратуме и Инквизиции многие этого не понимают и мы гибнем сотнями и тысячами. — Конот замолчал. — За все тридцать шесть лет, что я воюю, я потерял почти сотню тысяч солдат пополнения и не потому что я такой бездарный командир, а потому что был вынужден выполнять приказы тупоголового командования. И два инквизитора всегда пытались обвинить меня в ереси. Я даже просидел у них в застенках несколько месяцев в компании комиссара Марша. — Конот усмехнулся. — Потом был штрафной батальон и нас бросили на орков. Было тяжело, но мне удачным маневром удалось вбить клин в их силы и гвардия довершила начатое. Потом инквизитор, что вел мое дело, продался еретикам и меня вроде как реабилитировали, вернули звание и полк, выдали штандарт, под которым я воюю уже восемь лет. Недавно была история с ксеносами, которые ловко нам помогли против демона, что тоже можно добавить к тем обвинениям в ереси, что тянутся за мной. — Полковник снова замолчал. — Я уже сражался бок о бок с эльдарами на Кадии и знаю каковы они в бою. Да, они ксеносы, но среди них есть, оказывается и те, кто держит слово.

— Ты так и не ответил на мой вопрос, почему ты закрыл меня от взрыва? — напомнила ему Абелина, хотя уже догадалась. Полковник снова вывернул шею и скосил на нее глаз.

— Потому что ты мне нравишься, Абелина. — Произнес он. — Сначала я думал, что ты воздействовала на меня своей магией варпа, но когда ты лишилась ее, то понял, что она здесь не при чем. Ты единственный инквизитор, который не приставил к моей голове лазпистолет и к тому же ты чертовски привлекательная женщина.

— Я могу расценить это как оскорбление. — Улыбнулась инквизитор. — Вот так просто понял? — удивилась она — И так легко говоришь об этом?

— Я уже давно не пылкий влюбленный юноша, который краснеет при виде объекта своего обожания. — Хмыкнул полковник. — В моей душе есть только пустота и ее некем было заполнить до того момента, пока я не встретил тебя на балу. Если бы не обстоятельства, то я бы непременно позвал тебя в лучший ресторан Терры, а не этого паршивого городишки. — Конот замолчал. — Ирония судьбы — я влюблен в инквизитора Абелину Смит.

— Меня зовут Джоана. — Тихо произнесла женщина. — Джоана Шеффер.

— Абелина — не твое имя? — удивился военный. — Псевдоним для прикрытия?

— Это имя мне дали в стенах Инквизиции, отсекая мою прошлую жизнь. — Джоана грустно вздохнула. — Вся моя свита знает мою историю, если желаешь, я открою ее тебе.

— Чем же я заслужил подобное откровение? — ехидно спросил Конот и тут же легонько получил по затылку.

— Дурак. — Произнесла Джоана. — Думаешь, я не знала, что ты в меня влюблен? Еще там, на балу почувствовала. И знаешь, я не буду против твоего признания, потому что чувствую по отношению к тебе то же самое. Самое главное — распознать свою половинку и, кажется, у нас с тобой это получилось. — Она улыбнулась. — Знаю, что это против правил, но инквизиторам иногда их можно нарушать. В любом случае мы все служим Империуму одинаково и имеем право на толику нашего маленького счастья.

Она наклонилась к Коноту и поцеловала его в макушку. Мужчина вздохнул, слушая инквизитора.

— Я — уроженка Кадии. — Начала рассказывать Джоана. — Естественно, сколько я себя помню, я имела дело с оружием и с хаоситами. Сопротивляемость силам варпа у нас в крови, точно также как и большее наличие псайкеров. Видимо, влияние Имматериума. — Она пожала плечами. — Сначала мои способности дремали и я не ощущала дискомфорта, так, неясное предчувствие будущих негативных событий, пока однажды на нашу крепость не напали большие силы хаоситов. Проклятые еретики призвали младших демонов, мутанты набегали волнами, предатели-космодесантники уже почти сломали нашу оборону, когда погиб мой командир. У меня на глазах. — Абелина-Джоана замолчала, заново переживая это событие. — Я любила его всем сердцем, как любят отца, он был не просто примером для всех, он был для нас всем, умным командиром, талантливым полководцем и заботливым мужем и братом. Каждый выбирал для себя того, кем хотел видеть командира. И вот когда его не стало — проклятая демонетта проткнула его своим когтем и разрезала клешней, я ощутила внутри себя такую невероятную злобу и гнев, что ненависть прямо потоком полилась из меня. — Она посмотрела на Конота, который так и лежал, извернувшись, глядя на инквизитора. — Демонетту испарило молнией на месте. Очевидцы рассказывали, что я прямо запылала ярким светом Императора, словно была живой Святой, как Селестина. — Джоана усмехнулась. — Хотя я редко ходила в храм, но также как все платила десятину на его содержание. Я почувствовала в своих руках такую невообразимую мощь, я стала проводником этой силы и излила на головы демонов ярый гнев Императора, что немедленно ей и воспользовалась. Хаоситы дрогнули и это позволили накрыть их ряды нашей артиллерии, которой "Валькирии" подвезли боеприпасы, а потом я потеряла сознание. Очнулась уже на Черном корабле Инквизиции и знаешь, я не сидела в камере как ты. — Она горько усмехнулась. — Несколько инквизиторов пытали меня, выясняя, не одержимая ли я, вырезали на спине руны и ритуальные знаки изгнания демона, а я ощущала, что они боятся меня. Их сковал страх до такой степени, что когда их толпа приходила ко мне, я чувствовала их даже через стену. Их страх напоминал мне липкий холодный пот, был таким мерзким на психическую ощупь, что мне не хотелось даже слышать их и присутствие инквизиторов раздражало меня. Они срезали пласты кожи с моей спины, бормотали заклинания, хотя теперь я понимаю, что в них нет нужды — вся сила сосредоточена у тебя здесь. — Она постучала указательным пальцем по виску. — Мозг — не более чем проводник, а вот преградой для демонов выступает твоя душа, твоя вера, неважно во что. Ведь Хаос это то, чему мы жестко сопротивляемся, чего мы неприемлем, потому что поглощенная им душа уже не возродиться снова. Правы эльдар, когда говорил о варпе, как о вместилище душ — там есть место для всех. Другое дело хватит ли тебе сил сопротивляться его хищникам.

— То есть ты несанкционированный псайкер? — спросил, уточняя, Конот.

— Ну да. — Кивнула Джоана. — Гибель командира сформировала меня как жаждущего мести псайкера и позволила на мгновение установить канал с варпом, чтобы использовать его возможности. Будь я далеко от этого места или вообще не на Кадии, то постепенно я бы спустилась в бездну безумия, испытывая на себе прессинг имматериума или же моей душой завладел бы один из демонов, но, к счастью, этого не случилось.

— Так с тобой проводили связь ритуала душ? — спросил полковник.

— Сначала меня хотели скормить Астрономикону, как внезапно обнаруженного опасного псайкера. — Фыркнула Джоана. — Но за меня вступился один из Лордов-Инквизиторов и взял под свое крыло. Оказывается у них там то еще крысиное гнездо — множество фракций, которые по своему трактуют волю Бога-Императора.

— Ты попала к радикалам? Или как их там называют? — поинтересовался Конот.

— Это название придумали люди, далекие от Инквизиции просто для того, чтобы обозвать чудиков вроде меня. — Пояснила женщина. — На самом деле там все сложно — есть несколько правящих кругов, которые образуют своего рода совет и выбирают председателя, которого мы знаем как одного из Высших Лордов Терры. И среди претендентов на его место всегда идет борьба. В Инквизиции всегда превалировала группировка тех самых тупоголовых последователей религиозного учения, которые опираются на догмы веры в Бога-Императора, созданной одним из предателей-примархов, Лоргаром.

— То есть как?! — Конот аж подпрыгнул на койке, но застонал от боли в спине. — Вера в Бога-Императора — ложь, выдуманная Хаосом?!!

— Успокойся. — Уложила инквизитор полковника обратно на кровать. — И да и нет. — Ответила она. — Это самая страшная тайна Инквизиции — основатель и писарь Священных Текстов веры был не кто иной, как последователь Хаоса. Просто это было до того, как он продался Губительным Силам. И тебе не стоит трепать языком перед солдатами, раскрывая эту информацию, не стоит подрывать их убеждения. Предатель он или нет, но вера в Бога-Императора помогает Империуму не развалиться окончательно, а такие люди как я должны следить за тем, чтобы тайна не вышла наружу.

— Почему же ты мне ее раскрыла?

— Потому что я устала от них. — Вздохнула Джоана. — В архивах Инквизиции собраны все древние материалы, которые относятся к становлению Империума и культа Императора. Просто цементирующим раствором для людей выступил тот, кто отвергал все религии, считая их тормозящими прогресс, и в итоге стал одной из них. Ирония судьбы, как ты сказал. Просто Император не знал, во что это выльется. Людям всегда надо во что-то верить, они так созданы, и пусть это будет порядок Империума, чем анархия Хаоса.

— Ты говоришь так, как будто Император... — Джоана прижала ладонь к его губам.

— Я поняла, о чем ты хотел сказать. — Произнесла инквизитор. — Он жив и он страдает, просто Механикусы при подключении перепутали провода. — Она грустно улыбнулась. — Темная Эра Технологий с их слов была поистине расцветом человечества, мы достигли далеких звезд, основали множество колоний, также воевали с ксеносами и наша Империя расширялась, но восстание Железных Людей все погубило. Нам не известны факты, как именно оно произошло и по каким причинам, но мы знаем, что произошло потом. Разум или если тебе будет так угодно Дух Императора действительно заперт в Золотом троне, тело, сидящее на нем — не более чем пустышка и обозримый символ для верующих. Технология переноса сознания очень сложна, даже в то далекое время она редко использовалась и то в качестве сохранения жизни власти имущих. Вероятно, Золотой Трон это часть устройства, потому что знания и технологию обратного процесса переноса сознания в тело Механикусы отыскать так и не смогли или не сохранили.

— Твои слова попахивают ересью. — Пробурчал полковник.

— Мне можно их произносить, потому что я знаю правду. — Джоана наклонилась и прошептала ему на ухо. — Поэтому наша группировка самая малочисленная в Инквизиции. Мы те, кто принял правду, остальные не хотят о ней даже слышать и поэтому с таким невероятным рвением истребляют всех подряд, кто хотя бы задумывается об этом и ищут агентов Хаоса среди людей, подозревая всех. По поводу еретиков и хаоситов я с ними полностью солидарна, потому что подобной мерзости не место среди цивилизованных народов. В ту же категорию попадают тираниды и некроны, с последними вообще невозможно договориться — они просто уничтожают все живое, чтобы насытить свои прожорливые души, словно темные эльдар. С кем можно более-менее вести диалог — это светлые эльдары, орки, тау, с малой вероятностью другие космические цивилизации вроде джокаеро или фра'ал, хотя последние вообще никогда не вступали в контакт и общение заканчивалось обоюдными выстрелами. Потому что у всех у нас есть один единственный сильный враг — Хаос. Существа другого измерения, пробившие дыру в материальный мир, которые жаждут поглотить души живых. Энергопаразиты, если хочешь более точную формулировку. А паразитизм до добра не доводит, разве ты будешь продолжать кормить глистов, которые отравляют твой организм? Наверное, нет. Вот и с Хаосом та же история. И глупо конфликтовать друг с другом, когда раздоры между нами на руку хаоситам. — Джоана замолчала. — Ты говорил о недопустимости изменения планов в бою — у нас та же ситуация, инквизиторы имеют некоторый уровень инициативы, но все должно быть в рамках Кодекса. И меня точно также могут "вывести из игры" как и тебя вперед ногами, если вдруг заподозрят в ереси или даже возможности оной и даже защита Лорда-Инквизитора не поможет. Просто для некоторых расследований вроде этого нужно применять не грубую силу и крики о проникшей везде и всюду ереси, а тщательное расследование с доказательствами и фактами и разведку. Сюда не пошлешь тупоголового инквизитора, который немедленно призовет на голову всех жителей Экстерминатус, просто потому, что ему показалось, а ведь таких миров с подобными тепличными условиями очень мало и их надо беречь. Уничтожить жизнь легко, но вот создать — на это требуется время. Раз ты валлхалец, то вспомни, какова была твоя первоначальная планета? Цветущий рай-сад. И во что она превратилась?

— Ледяной шарик в бездне космоса. — Тихо произнес Конот. — Но мы не виноваты, проклятая комета врезалась в нас.

— А как же мир смерти Крига? Отравленная химическими бомбардировками Люция? Радиоактивная пустыня Жондон? Мир суши и ветров Энтаблер? Все это сделали люди, когда делили между собой власть и сферы влияния.

— И сколько таких миров, загубленных людьми?

— Много. — Покачала головой Джоана. — Где-то техножречество строит свои Кузни, осушая океаны и высасывая ресурсы из недр, где-то леса и поля изводят под строительство городов-ульев, где-то строят фабрики и заводы по производству пищи, ведь остались технологии как из пластика получить еду, а из фекалий — мясо. Не знал об этом? — Полковник вздохнул — покачать головой не было сил. — И лучше бы тебе не знать, что ты ешь в столовой, и с радостью грызешь эрзац-пайки, изготовленные из отходов химической промышленности. В архивах Инквизиции и Экклезиархии много чего интересного можно откопать, в том числе и про еду.

— Во многом знании много печали. — Произнес Конот. — Сомнения к Хаосу ведут, а ты мне тут уже наговорила на кузов и маленькую тележку, смотри, как бы я не переметнулся. — Он улыбнулся.

— Я тебе переметнусь. — Погрозила полковнику кулаком инквизитор и тоже улыбнулась. — Просто утряси это в своей голове и запомни главное — за нашими спинами гражданские люди. — Джоана похлопала полковника по плечу. — И они нуждаются в защите. Можно верить во все, что захочешь, главное, чтобы это принесло пользу Империуму.

— Слышала бы тебя канонисса Ганн. — Выдохнул Конот. — Вот кто однозначно фанатично верующий. Как она согласилась на сотрудничество с эльдарами, я до сих пор понять не могу.

— Это та, которая оттяпала руку огрину? — вспомнила инквизитор.

— Ну да. Она и его собралась отправить на костер, да только еретики и хаоситы лезли без остановки, время поджимало, да и совершать суд над тем, кто спас твою жизнь как-то не по-человечески.

— А может быть наоборот слишком по-человечески? — прищурилась Джоана, на что полковник не нашелся чем ответить. — И за какой проступок она вынесла свой приговор?

— Хват и остальные молятся своему богу, Небесному Кузнецу или что-то вроде этого. — Поведал Конот. — И сжигают своих мертвых. Они сложили из тел погибших большой костер и водили вокруг него хоровод, взявшись за руки. Канониссе показалось, что это какой-то ритуал призыва демона, вот она и вынесла свой вердикт. Еле-еле убедили ее не совершать ошибки.

— Это действительно ритуал. — Задумчиво произнесла Джоана. — Только на нем не сжигали тела павших, да и символизировал он другое. Но это было очень давно, еще в той дремучей древности, когда человечество еще не изобрело воздушный полет и ютилось в лачугах. Просто кто-то объединил два обряда в один — сжигание мертвых понятно и разумно в их условиях, раз они сражаются с паразитами. Они не желают, чтобы тираниды размножались. — Инквизитор вспомнила рассказы Эмилии. — Когда их обнаружили?

— Да где-то пять, может чуть меньше тысяч лет назад. — Припомнил Конот.

— И генокрады уже существовали тогда?

— Хват говорил, что они всегда с ними сражались, но вот такого же как у нас летоисчисления у них нет и понять, насколько именно давно — невозможно. Я только знаю, что туда отправилась исследовательская экспедиция и сестры битвы присылали запрос о родине огринов буквально перед балом во дворце, тоже чем-то заинтересовавшись.

— Зачем им это нужно? — удивленно спросила Джоана. — Они же ищут Чашу Императора, им нет никакого дела до верований каких-то дремучих великанов, что живут в снегах?

— Ну, значит, что-то такое там есть, раз они попросили координаты планеты. — Конот бы пожал плечами, да не мог. — И медобследование они со всей тщательностью госпитальер проводили и эта их сестричка Пронатус тоже там поблизости крутилась, всюду совала свой любопытный короткий нос.

— Хм, интересно, — задумалась Джоана.

— Что, проснулся профессиональный интерес инквизитора?

— И не только. — Ответила с улыбкой та. — Ладно, отдыхай, тебе нужно поспать. Зам у тебя толковый, комиссар опять же верный и адекватный, не фанатик, лейтенанты, хоть и сопливые, но услужливые, так что укрепят оборону города точно следуя указаниям. Надо только найти логово этой твари да стереть его с лица Кассандры. Все, отдыхай, а я проведу лекцию с личным составом вместо тебя.

— На тему? — встрепенулся Конот.

— Разновидностей тиранидов. — Ответила Джоана. — Данные пришли недавно, мне нужно самой в них разобраться и систематизировать, а то я больше с еретиками и Хаосом воевала, чем с этими тварями. И на будущее — зови меня Абелина, мое истинное имя должно остаться только между нами. Если проговоришься — мозги наизнанку выверну.

— Ну, женщины могут это делать и без психических сил. — Пробурчал Конот и смех инквизитора был ему ответом.

Абелина мысленно попросила Мурзика полечить полковника и кот, потянувшись, мягко скользнул на пол, подошел к кровати и бесцеремонно влез к мужчине на ноги. Тот крякнул, стиснул зубы от боли, но гиринксу было все равно — он плюхнулся на полковника, излучая тепло и спокойствие. Кот весил немало, однако Конот почти сразу же уснул, а его боль притупилась. Гиринкс, хоть и был маленьким псайкером, но знал, как воздействовать на пораженные ткани, восстанавливая их и именно сейчас он занялся тем, что умел лучше всего — лечил. Инквизитор постоянно спала с котом, потому что тот охранял ее во сне от вторжения демонов, да и вообще являлся не просто партнером, а настоящим другом, которому женщина могла доверится. И самое главное, что он не ревновал к понравившемуся ей мужчине.

Она вышла из комнаты и прошла к техножрецам, которые вдвоем колдовали над огрином. Игла вошла немного под углом, Хват успел чуть запрокинуть голову и повернуть ее, так что до мозга костяной дротик не дошел, да и не мог. За глазом располагалась костная перегородка, в которой существовало маленькое отверстие для зрительного нерва и кровеносных сосудов. Вероятность точного попадания в него была настолько мала, что ей можно было пренебречь, однако в мире все возможно и огрина вполне можно было убить, проникни игла точно по центру. Она ударилась о кость, "отрикошетила" от нее и расковыряла глаз, уже потеряв скорость, да и взрыв от мутанта был не такой уж и сильный — огрин отлетел буквально метра на три, не больше. Это легких людей сдуло, а вот гиганта с его массой стронуть с места — это надо было постараться. Остальные иглы не причинили серьезного вреда — застряли в плотной коже и даже дырочек от ран не осталось — все уже зажило. Док почистил Хвату глазницу, продезинфицировал, после чего применил наркоз и великан теперь спал, а оба "медика" копались у него в голове. Абелина-Джоана подошла к ним и встала рядом — Магос скосил на нее закрепленный на механодендрите визор, после чего вернулся к работе. Док же просто кивнул манипулятором, приветствуя инквизитора.

— Получается? — спросила женщина.

— Аугментики для огринов у меня нет, но штучное изделие я собрал. — Ответил Децим. — Еще вместе с техножрицами сестер. Просто на такой вот случай. Гнездо подключения мы уже установили, сейчас прокидываем нейрошунт и вырисовывается интересная картина.

— Какая же?

— Мозг огрина немного отличается от человеческого и в первую очередь более высокой нервной проводимостью. — Ответил Док. — Лобные доли очень хорошо развиты, не говоря уж о мозжечке и центре, что отвечает за координацию, вероятность же запоминания новой информации ими очень высока — они впитывают ее как губка. К тому же сам мозг постоянно генерирует непонятное излучение или создает вибрации определенной частоты, чем-то это похожее на псиполе орков. — Техножрец выдвинул один из своих визоров и посмотрел им на инквизитора. — Какую именно функцию производят эти вибрации, я не понял, но именно сейчас мозг находится в таком состоянии, что и позволило обнаружить данный эффект. Приборы показывают, что огрин пребывает в состоянии сна, мозг должен отдыхать, однако он продолжает работать в усиленном режиме.

— Это связано с психическими силами или варпом? — спросила инквизитор, уже начиная кое-что понимать. — Ведь я не ощутила среди огринов псайкеров, как тогда такое возможно?

Док на секунду завис, просчитывая варианты.

— Возможно, это встроенная защита от демонов варпа. — Он махнул клешней манипулятора. — Вроде стандартного поля Геллера на наших кораблях — характеристики весьма схожи.

— Интересно и кто засунул им в голову эту штуку? — спросила с любопытством Абелина.

— Слишком мало данных, нужны исторические исследования. — Ответил Магос. — По моим данным экспедиция на их планету уже отправлена, возможно, они найдут там какой-нибудь неучтенный фактор, о котором мы не подозреваем. Но предварительный вывод уже можно сделать — природа на подобное не способна, значит, над огринами был поставлен эксперимент. Кем именно и когда — неизвестно, но успешный результат перед нами.

— Они опасны? В смысле, они могут поумнеть до такой степени, что взбунтуются против людей?

— Возможно. — Согласился Док. — Но я уверен, что экспериментаторы предусмотрели и такую возможность. Если этот подвид огринов выведен искусственно, то существует и наложенное на них ограничение, возможно, спящий вирус, который активируется в результате определенных действий или же ускорения работы мозга. Как человеческие раковые клетки — это просто клетки, которые не хотят умирать и поэтому саботируют всю деятельность организма, заражая соседей. Возможно, магос-биологус ответили бы на этот вопрос более точно и разобрались бы в ситуации, но мои познания в этой области чрезвычайно скудны, что наводит меня на мысль о расширении моих возможностей памяти для изучения данного предмета. — Техножрец посмотрел на своего коллегу. — Как считаете, уважаемый Децим? — они могли и пообщаться напрямую, но при инквизиторе говорили вслух.

— Полностью с вами согласен. — Незамедлительно ответил тот. — Омниссия даровал нам самое чудесное из своих творений — знание и наша задача это знание отыскать, понять и применить на практике.

— Значит, с огрином вы закончите быстро? — спросила Абелина. Конечно, интересно, что такого еще техножрецы могут отыскать в их организмах, но сейчас есть проблема покрупнее и ей нужно еще изучить данные с носителей, что притащили громилы из рейда.

— Через два часа все будет готово, период заживления тканей поразительно быстрый и не займет много времени. Нет нужды подключать управляющий блок — соединим напрямую со зрительным нервом. Единственная проблема — синхронизация мозгом изображения с двух разных источников, но развитая нервная система должна с этим справится сама. Если же огрин будет испытывать головную боль или "раздвоение картинки", вот тогда мы поставим отдельный блок. А пока оставим так, проведем эксперимент в полевых условиях.

— Хорошо. — Кивнула инквизитор. — Чем планируешь его наделить?

— Ночное монохромное зрение для него не в новинку, так как сочетание колбочек и палочек в глазу соответствует таковому, потом термосканер, рентгенограф как у шлема Сабли, чтобы мог видеть сквозь стены и сканировать объекты на предмет скрытого оружия и боеприпасов. — Ответил Док.

— И как, без управляющего блока, он будет переключать эти режимы?

— Верньер на боковой стенке корпуса аугментики. — Ответил техножрец. — Это если необходимо переключится в режим рентгенографа или термосканера. Ночное виденье будет включаться автоматически при затемнении помещения. Поле зрения визора составит сто сорок градусов, так что огрин не будет испытывать дискомфорта. Но это все предварительное заключение, необходимы испытания.

— Ой, допрыгаетесь вы со своими экспериментами. — Покачала головой Абелина. — Вколотит он вас в пол и будет прав.

— Это невозможно. — Ответил Децим. — Наша совокупная масса превосходит огринскую ровно в одну целую тридцать восемь раза. К тому же он должен приложить усилие в...

— Это была шутка. — Перебила инквизитор техножреца. — Ладно, занимайтесь, не буду вам мешать. Я чувствую, что завтра будет тяжелый день.

— Способности возвращаются? — осведомился Док.

— Пока глухо. — Поморщилась Абелина. — Но кое-что все же проклевывается.

Она развернулась и вышла из помещения, проходя в комнату с когитатором и тактическим столом — предстояло много аналитической работы, которой ее обучил покровитель в Инквизиции.

Хват очнулся от наркоза, открыл глаз и осмотрелся, сразу же замечая склонившихся над ним техножрецов. Аугментика активизировалась и отправила изображение левой части комнаты прямо в мозг. Картинка была четкой и насыщенной, ничем не хуже, чем его обычное зрение и Хват повернул голову влево, определяя границы зрения.

— Голова не кружится, сбоев в изображении нет? — спросил Децим и огрин отрицательно мотнул головой. — Что ж, хорошо, нужно провести ряд тестов. — Из его механодендрита выдвинулся тонкий щуп и воткнулся в разъем на корпусе глаза. Хват попытался отшатнуться, но техножрец предупредил его. — Сиди, не дергайся.

Огрин послушно замер, пока Децим копался в настройках. Если правый глаз был живым и видел как обычно, но вот поле зрения левого, под манипуляциями техножреца, то уменьшалось, то увеличивалось, потом вообще пошел калейдоскоп картинок — изображение менялось от ночного виденья до рентгеновского. Все предметы стали темными, лишь оружие и боеприпасы подсвечивались, да тела техножрецов, в которых было минимум костей и органов и максимум металла. Хват с любопытством рассматривал их "внутреннее устройство", но Децим шустро закончил настройку и отключился от глаза, после чего начал попискивать, общаясь с коллегой Доком. Хват встал с койки.

— Я могу идти?

— Да. — Ответил Док. — Если возникнут проблемы со зрением — немедленно обращайся. Также в случае головной боли или исчезновения изображения. Сменой режимов зрения управляет вот этот верньер. — Техножрец указал на себе. — Подойди к зеркалу и запомни.

Хват так и сделал и с интересом изучал свою аугментику. Вместо левого глаза теперь была металлическая нашлепка с тремя визорами — один крупный и два мелких. Корпус был вплавлен прямо в кожу и закреплен на кости, так что глаз точно в бою не вывалится. Огрин покрутил головой, рассматривая себя — настоящий киборг, словно терминатор, лысый череп и нашлепка искусственного глаза. Не хватает идущих из башки трубок или проводов, как у некоторых офицеров Империума.

— А если он сломается, то как его заменить?

— Каждый из визоров просто вынимается и отключается от гнезда. — Ответил Децим. — Возьмись за окуляр и покрути его влево.

Хват так и сделал, выкручивая камеру по резьбе. Она вышла из ниши и осталась висеть на жгуте проводов, который входил в гнездо. Разъем для подключения был легко доступен.

— Технология универсальная. — Продолжил пояснять Децим. — Этот визор можно заменить на стандарт, принятый в Механикус, наличие запчастей не проблема — поломку можно очень быстро устранить. У тебя только корпус увеличенный и усиленный, все остальное — обычная аугментика.

— А заменить в бою?

— Тогда нужно носить с собой запасные визоры.

— Можно мне парочку? — улыбнулся Хват.

— У нас их не так уж и много, да и другим может пригодится, но со временем мы можем произвести еще. — Ответил Док. — Просто пока я не вижу в этом большой необходимости.

— Сделайте это, Док. — Хват пошевелил плечами. — А то потом может быть поздно.

— Я должен вас проинформировать, что завтра в восемь утра госпожа Инквизитор собирает совещание для всех офицеров. — Произнес техножрец, игнорируя просьбу огрина. — Вам тоже надлежит на нем присутствовать.

Огрин просто кивнул, дав понять, что услышал. Он вышел из помещения операционной, заглянул к полковнику, который спал. Прошел через зал для совещаний, где за когитатором спала Абелина — она вымоталась за короткое время, изучая многочисленные файлы и документы и сон просто свалил ее на рабочем месте. Хват аккуратно взял женщину и перенес ее на койку, уложив неподалеку от Конота, укрыл одеялом и покинул бункер — нужно было срочно заняться своими делами и показаться родичам, пускай оценят обновку. Гиринкс поднял свою голову, посмотрел своими кошачьими глазами на проходящего мимо огрина, который автоматическим жестом потрепал его по голове, после чего потянулся и снова задремал — лечение полковника не закончилось, но его раны заживали быстрее положенного, благодаря помощи Мурзика.

Все офицеры явились на собрание точно в срок, даже полковник Конот, морщась от боли, стоял в углу, потому что присесть по видимым причинам не мог, да и стульев было мало. Лечение гиринкса не прошло даром и он сейчас чувствовал себя прекрасно, хоть и задница с ногами болела. Абелина вышла перед небольшой аудиторией с носителем ОСД, подключила его к гололитическому проектору и посмотрела на притихших офицеров. Все три огрина тоже были здесь, также как и маленький ратлинг — лейтенант специальной снайперской роты. Его посадил к себе на плечо Жила и тот удобно устроился на наплечнике брони, облокотившись о стену, как это сделал огрин. На мгновение инквизитор мыслями вернулась к своему прошлому, когда ее командир вот также проводил свои совещания, разрабатывая планы нападения или обороны, и в зале создавалась такая семейная комфортная обстановка, которую Абелина ощущала и здесь. Офицеры были словно братья друг другу, а комиссар и полковник — их отцами. Что ж, видно ей придется взять на себя роль матери. Инквизитор внутренне улыбнулась и начала свою речь:

— Итак, господа офицеры, я собрала вас здесь затем, чтобы более подробно остановится на подвидах тиранидах, на их возможной тактике и функционале отдельных особей. Вчерашние события показали, что не стоит слишком обольщаться по поводу их безобидного внешнего вида, как оказалось это может быть скрытая бомба. Эта информация получена из архивов Инквизиции, поэтому прошу отнестись к ней со всей серьезностью и подобающей секретностью, то есть не болтать лишнего среди рядового состава и гражданских, дабы не вызвать среди них ненужную панику, но основной материал донести следует. То есть куда стрелять и как обороняться. То, что я расскажу, должно помочь вам в бою, а не испугать. Итак, приступим. — Абелина выбрала первое изображение генокрада.

— Это — обычный генокрад, то, что в итоге получается из человека-мутанта. — Тварь была чуть выше среднего роста, с шестью конечностями, острыми зубами, твердым панцирем сверху и хвостом. — Силой превосходит обычного человека вдвое, вооружен острыми как бритва когтями и жалом на хвосте. Предпочитает затаиться и напасть исподтишка, чрезвычайно опасен в ближнем бою, очень шустрый и резкий, поэтому завалить его можно с трех-четырех стволов, лучше больше, чтобы не было возможности маневра. Хитиновый панцирь очень крепкий, может выдержать пару выстрелов из стандартного лазгана М-тридцать пять. — Инквизитор посмотрела на огринов. — Против тяжелого вооружения и силового оружия бессилен. Как я уже сказала достаточно сосредоточенного огня трех-четырех лазганов, поэтому солдат следует поделить на четверки. Тактика генокрада — нападение из засады, скрытое проникновение в ряды гвардии, воровство людей или же подсадка эмбрионов, для удаленного управления зараженными. Отсюда напрашивается логичный вывод — генокрады это разведка тиранидов. В случае массового наступления используются как основные войска, потому что их период созревания приблизительно три часа. — Абелина оглядела тихо сидящих офицеров. — Для воспроизводства необходима живая плоть или же другая биомасса, то есть звери, птицы, насекомые, возможно использование овощей, зерна, листвы, обязательно наличие воды, потому что без воды процесс проходит медленно. Пока мы сидим здесь, то там, — она ткнула пальцем за стену бункера, — каждые три часа рождается по хрен знает сколько тиранидов. — Инквизитор чуть успокоилась и показала следующее изображение.

— Это — обычная пехота тиранидов, так называемые Плеватели и Метатели. Как видите, они крупнее генокрадов, количество конечностей то же самое, однако у Метателей добавилось дистанционное оружие — иглометы. Ими выстреливают из вот этих отверстий, используя внутреннее давление газов, своего рода пневматическое оружие. Иглы не костяные, как у этого мутанта — они органические, ороговевшие, как наши ногти, производятся внутри их организма, поэтому Метателям не надо пополнять боезапас — он у них всегда с собой. Лобовая защита достаточно серьезная, но также пробивается из лазганов и тяжелого вооружения. Против Метателей и Плевателей отлично работают огнеметы — твари боятся разрыва газа, который используют для стрельбы. В больших концентрациях он весьма взрывоопасен, поэтому превратить Метателя в бомбу очень легко. Газ накапливается в этих мешках, — появилось более подробное изображение тиранида в разрезе, — поэтому стрелять лучше сбоку или же метать гранаты рядом с ними, а не в лоб — налобная броня примет на себя весь удар и осколки не причинят вреда. Кроме огринских гранат, конечно, — Абелина посмотрела на Хвата, — у тех и взрывчатки больше и разлет осколков дальше, но у нас их мало, так что будем экономить. Что касается Плевателей — эти брызгают концентрированной кислотой на восемь-десять метров, могут и на двадцать, но если опять же создадут в мешках достаточно давления. В общем строение Плевателей и Метателей схожее и оба боятся огня. Наступают как обычная пехота, они тяжелее и массивнее генокрадов, могут стрелять во время движения и достаточно точно, также стремительны и резки, но попасть по ним легче, однако лобовая броня спасает. — Абелина снова перелистнула изображение.

— Теперь что касается штурмовых частей — это Подавитель. Понятно, что название говорит само за себя. Тварь в два раза больше в размерах обычного генокрада, вооружена когтями, клешнями, иглометом и имеет серьезную броню, устойчива к огню, но против плазменных винтовок и мельтаганов бессильна. Вот только последних у нас кот наплакал. — Инквизитор покачала головой. — Пригодились бы плазменные винтовки проклятых Тау, они наносят хотя бы какой-то урон их броне, но у них мощность маловата. — При этих словах Броскен недоуменно посмотрел на Абелину, остальные же офицеры просто пропустили сказанную женщиной ересь мимо ушей. Многие понимали, что против тиранидов нужно использовать все, что есть под рукой, в том числе и ксенотех, буде он появится. — В общем Подавители, если их будет много, доставят нам массу проблем — против них будем использовать танки и "Стражей" — их пушки должны справиться. — Майор Попов, капитан Смоляк и лейтенант Симонс сделали себе пометки в блокнотах. — Для производства одного Подавителя необходимо много биомассы, да и такие твари слишком заметны, но пока гнездо обнаружить не удалось, что весьма удручает и лишает нас разведданных. Вокруг Подавителя всегда присутствует с десяток Плевателей или Метателей и до сотни генокрадов. Они пускают его вперед, сами прячутся за ним. Когда тот вскроет оборону или рассеет противников, то остальные их добивают или утаскивают в гнездо. Поэтому желательно не допустить их сближения, уничтожать на расстоянии из пушек и артиллерии. Капитан Блад, вы оборудовали запасные позиции в городе?

— Так точно. — Ответил офицер. — Все готово, гаубицы замаскированы, а в части мы поставили макеты.

— Макеты? — удивилась Абелина. — Зачем?

— Чтобы запутать наблюдателей. — Ответил за капитана Хват. — Паразиты хитры, могут заслать разведчиков как к части, так и в город и если обнаружат настоящие орудия, то могут сконцентрировать атаку на том направлении.

— Умно. — Кивнула Абелина. — Нужно взять ваш опыт на заметку, может пригодится. Теперь что касается их танков — это Крушитель, Разоритель и Мясник, самый большой и страшный тиранид из всех. — Она показала изображение последнего. — Крушители и Разорители могут присутствовать на планете, то вот Мясник — вряд ли, он слишком большой, разродится такой тушей сможет не всякий выводок, только Флот-Улей, а его, слава Императору, нет поблизости, а то мы бы уже ощутили на себе вопль Патриарха. Про Крушителей и Разорителей стоит сказать, что они достаточно медленные, напоминают тараканов с Терры, сверху закрыты очень толстым хитиновым панцирем, который пробить могут только прожигающие снаряды. Сколько у вас в наличии?

— На складах полно. — Отозвался Конот, который инспектировал запасы в городе. — Подвоз к гаубицам и установленным пушкам на передовой мы наладили — эти будут заниматься ополченцы. СПО лучше использовать как поддержку, толку от них немного, а проводить обучение некогда — стрелять умеют и ладно.

— Хорошо, этот вопрос решен. — Абелина вернулась к рассказу. — В качестве оружия Крушитель и Разоритель используют жвала, когти и костяные булавы. Они просто продвигаются вперед, не обращая внимания на огонь лазганов и уничтожают все, что им попадется, также пожирая биомассу. Против них помогут только танки и мультимельты, пехоте лучше сразу отступить или заняться отстрелом обычных генокрадов, Плевателей или Метателей, которые едут на них сверху или прячутся под панцирем — у Разорителей существуют такие кожаные сумки, в которых твари и прячутся. Теперь что касается воздушного прикрытия тиранидов, — инквизитор снова сменила изображение, — это так называемый Летун, легкая версия генокрада, которая неожиданно атакует с воздуха когтями или плюется кислотой. Вертлявая и шустрая, сбить ее можно только плотным зенитным огнем, но главная ее задача — отвлечь стрелков на себя. То есть пока вы будете крутить головой, высматривая ее в небе, то к вам подкрадутся сзади или подскочат напрямую и порежут на ремни. Поэтому в каждой четверке выделите одного следящего за небом. Кроме Летунов у тиранидов есть Крикуны и Яйценосы. Первые — наш аналог истребителей, в качестве оружия используют звуковые волны, сконцентрированные в одну точку. Могут бить по площадям, могут поражать точечно, все зависит от формы их ротовой полости, которой они и кричат, крупнее Летунов, но меньше Яйценосов. Такие же шустрые и маневренные твари, кроме крыльев используют ускорение газовой струей, — Броскен фыркнул и Абелина внимательно посмотрела на него. — Я не разделяю вашего веселья, лейтенант, особенно тогда, когда эти твари свалятся вам на голову. — Лицо молодого офицера вытянулось. — Что касается Яйценосов, то, как следует из названия, они кидают сверху аналог бомб — яйца, имеющие твердую оболочку с повышенным давлением газа внутри эмбриона. Взрыв сопоставим с бомбами Тау или же нашими, так что когда эта пакость валится сверху, то у гвардии возникают крупные проблемы. Единственная положительная черта в этом — крылатые бестии немногочисленны, выводок не может себе позволить их массовое "производство", для этого требуются определенного рода ресурсы, которые извлекаются из атмосферы планеты или ее недр Капиллярными Башнями, а так как таковых на этой планете нет, то можно предположить, что Патриарх может максимально получить пять-шесть особей, может быть с десяток, не более. Теперь мы плавно перейдем к управляющим особям выводка.

— Это — Глава. — На картинке возник обычный генокрад, только со слегка увеличенной головой. — Под его контролем не больше десятка особей, реже пятнадцать-двадцать. Это своего рода боевая ячейка. Убив Главу вы на некоторое время лишите его подчиненных контроля и они станут вести себя как обычные агрессивные звери, то есть нападать на тех, кто ближе к ним находится, пока их не возьмут под свое управление Контролеры. С ними вы уже успели столкнуться в подземельях города. Это крупные центры передачи воли Патриарха, также имеющие некоторую свободу действий и инициативу. Они не слишком умные, но это не значит, что их не надо недооценивать. Управляют они сотней, двумя, может еще большим составом, точная численность неизвестна. Следующими в табели о рангах тиранидов идут Владыки. Если Главы — сержанты, Контролеры — лейтенанты, то Владыки — майоры и полковники. Они командуют крупными силами на поле боя, даже Мясники им подчиняются, хотя имеют некоторую свободу воли и отдельный разум. Владыки исполняют и передают остальным волю Иерархов, приближенных Партиарха, непосредственно руководят войсками, наблюдают за меняющейся ситуацией и усиливают нажим там, где он необходим. Если выбить Владыку, то наступление замедлится, а то и вовсе застопориться, потому что просто так взять под контроль такую массу и удержать в подчинении соседний Владыка не сможет — у каждого возможности ограничены. Понятно, зачем это делается — чтобы Владыки не развились в Иерархов и далее по "карьерной" лестнице. — Абелина усмехнулась. — По последним данным Инквизиции контролирующие особи могут вырастать из низов и занимать места более высокого ранга. Видимо в этом и состоит та самая Высшая Цель, про которую болтала живая бомба. Какой вопрос, лейтенант? — спросила инквизитор, заметив, что Тихонький тянет руку вверх.

— Госпожа Инквизитор, а как же сам Патриарх? Он может развиться в нечто более страшное и могущественное?

— Куда опять ты вылез со своими вопросами? — прошипел Конот. — Лучше молчи!

— Ничего, вопрос очень интересный и важный. — Абелина успокоила полковника взмахом руки. — Да, Патриарх может развиться в Монарха, это самая высшая известная нам особь, которая контролирует осколок Флота-Улья. Кто контролирует улей, мы не знаем, просто называем его Разумом, вероятно, это просто огромный мозг, который перемещается в космосе на тиранидском живом корабле. Более подробно я на твой вопрос не отвечу, лейтенант, потому что ты должен понимать — получать разведданные из гнезда тиранидов невозможно. Любого разведчика они схарчат за милый мой.

— Спасибо. — Поблагодарил Тихонький.

— Еще вопросы?

— Что насчет зоантропов? — спросил Хват и лейтенанты зашептались. — Сержант в крепости арбитрес сказал, что с помощью одного из них тираниды смогли проникнуть внутрь.

— Зоантропы — это спецвойска тирандов, их не так много, как кажется, но они очень опасны, ты прав. — Кивнула инквизитор. — Они владеют психическими силами, но не используют имматериум, а возможности своего собственного мозга, усиленного волей Иерарха или Патриарха. По сути дела они проводники его возможностей, могут выжечь мозги гвардейца на поле боя, ментально воздействовать на сердце и сосуды, разорвать их или оторвать конечность, используя телекинез. Очень опасные и сильные твари, никогда не наступают впереди, их всегда охраняют. Их плоть слаба, все тело — это большой мозг, опирающийся на ножки. Вряд ли вы выживете от их психического крика, но если подобрались близко, то зоантроп может вас разрезать своими когтями — в двух конечностях силы хватает.

— Откуда они такие красивые взялись? — проворчал Хват.

— Существует предположение, что они поглотили один из миров эльдар и ассимилировали их ДНК, что и позволило им рожать таких вот существ.

— Проклятые ксеносы умудрились и здесь нам нагадить. — Проворчал комиссар Марш.

— Это не их вина. — Мягко заметила Абелина. — Человечество дало тиранидам мутантов и генокрадов, Плевателей и Метателей, орки — Взрывателей и Крушителей, в их телах содержится орочья ДНК, эльдары поделились своими психическими силами и появились зоантропы, только у Тау им нечего будет взять кроме копыт и синей кожи. — Хихикнула инквизитор и офицеры заулыбались. — С некронами у тварей ничего не получится, а Хаос сам сможет их изменить, поэтому Флоты-Ульи в Глаз Ужаса и не лезут, понимая, чем это обернется для них, так что сражаться за всех с ними опять придется человечеству.

— Кто такие Взрыватели? — прогудел Гора. — Это тот мутант, что лопнул в казарме?

— Это частный случай. — Ответила Абелина. — Взрыватели — это катящиеся с сумасшедшей скоростью самонаводящиеся бомбы, влетающие в окопы и уничтожающие солдат. Как правило, они всегда идут первыми. Уничтожить их легко — плоть тонкая и содержащийся внутри газ сжат под давлением, поэтому быстро воспламеняется, однако маневренность у этих тварей на уровне и по прямой они никогда не бегают. Опасные штуки.

— Понятно. — Кивнул Хват. — Что-то еще?

— Есть некое подобие артиллерии, но они опять же существуют в составе Флота-улья и здесь вряд ли появятся. — Произнесла задумчиво инквизитор. — Но рассказать о них я могу. Шестиногие Плеватели с длинным стволом-хоботом, который и направляют в сторону противника. Кидаются взрывными яйцами, сгустками кислоты, тяжелыми костяными ядрами или камнями, которые заряжают в свой хобот. Рядом с ними всегда присутствует боевой расчет — несколько генокрадов, которые подтаскивают пищу и "боеприпасы". С ними встречался только космодесант и то только в одном месте, больше появления подобных тварей зафиксировано не было. Впрочем, это не значит, что их нет. — Абелина выключила проектор. — По последним полученным мной данным Патриарх уже готов атаковать, но почему он не взывает к Разуму Улья — загадка. Есть предположение, что он уже достаточно развился для того, чтобы стать Монархом, но ему не хватит ресурсов и эта планета для него как стартовый стол. Высосав ее досуха, он примется за другой аграрный мир в этом секторе, потому что промышленные и индустриальные миры тиранидов привлекают мало — там можно сожрать только людей. Сейчас наша задача — отыскать его гнездо и не дать сбежать. Под подозрение попадает одна из коммун, а именно "Колос", где населения достаточно, чтобы быстро освоить эту биомассу и увеличить численность выводка. Возможно, они уже это делают, поэтому предлагаю оперативной группе в составе ВСЕХ огринов, — Абелина сделала особенный акцент на этом слове, — а также двух рот лейтенантов Тихонького и Курчатова выдвинуться в сторону коммуны и произвести там тщательный осмотр и обыск. Вместе с вами поедут городские медики, поэтому вам нужно сосредоточиться на их... — инквизитор услышала шум от дверей, — что такое?

— Полковник, полковник!! — кричал гвардеец, прибежавший с узла связи. — Тираниды напали на одну из коммун!! С Администратумом связался руководитель поселка и просит помощи!!

— Какой именно? — быстро спросила Абелина.

— Коммуна "Колос". — Запыхавшийся солдат пытался отдышаться.

— Товарищи офицеры, началось. — Просто сказал полковник. — Всем по своим местам, занять оборону возле города.

— Нам нужно не дать поглотить им людей. — Громко сказал Хват и вышел вперед. — Если будем сидеть здесь, то сделаем только хуже — их численность и силы возрастут. Нужно немедленно атаковать.

— Пока мы туда доберемся, то их всех и так сожрут. — Мрачно сказал комиссар Марш. — Мы никого не спасем, да еще и распылим свои силы и подставим под удар.

— Если поедем на танках и транспортерах, то так и будет. — Согласился огрин. — Я же предлагаю использовать челноки, что стоят без дела на космодроме. Они уже готовы к вылету и заправлены, я узнавал в Администратуме. Им подобрать нас — пять минут.

— Полковник, свяжитесь с руководителем космодрома, — отдала приказ Абелина, быстро прикинув в уме предложение Хвата, — огрин прав, вы можете ударить им в тыл или сдержать наступление, все зависит от того, сколько там будет тварей. А танки и "Стражи" выдвинутся по дороге и поддержат вас огнем, когда будут на месте. Если к тому времени вы еще будете живы. — Тихо добавила инквизитор, но Конот ее услышал, потому что стоял недалеко. Впрочем, Хват тоже это понял.

— Нет. — Покачал он головой. — Мы сделаем по-другому. — И изложил перед всеми свой план.

— А что если ты не прав? — спросила его инквизитор. Самое интересное, что ни у кого из офицеров не возникло желания перебить громилу или поднять на смех. Как это он, тупоголовый огрин и советует командирам, что нужно делать? Где это видано? Так мог думать только говнюк Броскен, Тихонький, Холан и остальные ветераны молча переваривали предложение громилы и понимали, что лучше перебдеть, чем сдохнуть всем вместе.

— Тогда мы славно послужим Империуму и проредим их. — Ответил Хват. — Но я бы сделал так. Паразиты чрезвычайно умны и такие атаки для них не в новинку. Стоит попробовать.

— Тогда возьмите с собой нескольких "Стражей" и пару танков. — Распорядилась Абелина.

— Я пойду с ними. — Поднял руку капитан Смоляк. — Все мое подразделение. Майор Попов легко перекроет город своими силами — его ребята толковые и опытные.

— Двенадцать танков, не многовато ли? — спросил Хват. — Достаточно и четырех.

— А если у них там эти Крушители и Разорители, ты их чем, дубиной будешь бить? — ехидно спросил капитан. — Прожигающих броню снарядов на складах и для моих танков полно и боеукладки уже заполнены ими под завязку.

— Зачет. — Буркнул Хват и пояснил для тех, кто не понял. — Аргумент засчитан.

— Челноки уже на подходе, садятся за территорией части в районе КПП. — Полковник отнял палец от бусины вокс-связи. — Так что вам лучше поторопиться.

— Погодите! — вскричала Абелина. — Док, мельты готовы?

— Только шесть штук.

— Выноси.

— Понадобится помощь.

Техножрецы вытащили громоздкое оружие, сложенное на платформе, еле удерживая ее всеми своими механодендритами и манипуляторами.

— Это для вас, специально доработанные и улучшенные мультимельта-ганы. — Произнесла Абелина и Хват взял одну пушку в руку, рассматривая со всех сторон.

— Сидит как влитая. — Похвалил он работу мастеров.

— Пока только шесть штук, можно произвести больше, но требуется время. — Пояснил Док и указал на оружие. — Спусковая скоба, баллон с газом, электромагнитный ускоритель и плазменная камера защищены адамантием, чтобы не рванула в случае попадания в нее. Стреляет импульсами, оружие склонно к перегреву, индикатор выведен сбоку, также я применил технологию охлаждения Тау, двух радиаторов достаточно, чтобы вести плотный огонь, но не более минуты, дальше будет взрыв. Оружие ближнего боя, максимальная дальность — тридцать метров, но поражение убойное. Крушителям и Разорителям даже не снилась. Этот мельта-ган в разы превосходит свой обычный аналог, потому что делался под огринов.

— Подобные стоят на танках. — Заметил Конот.

— Это он и есть, только переделан для удобства в бою и снижена дальность в угоду мощности.

— Вот и проверим. — Хват с платформы быстро перекидал тяжелые пушки Горе и Жиле, которые тут же их начали изучать, ловко поймав. — Выделим самым храбрым и сильным стрелкам — мельта тяжеленькая.

— Тяжеленькая? — спросил Тихонький и протянул руку, чтобы ему дали подержать. Хват не стал его разочаровывать и положил ствол на плечо. — Ого! — человек присел под тяжестью. — Килограмм двести не меньше!! Сними с меня эту штуку, а то придавит!!!

— Точный вес сто двенадцать килограмм триста семьдесят один грамм. — Выдал Децим.

— Я держу ее в руке, если не видишь, так что не умрешь. — Улыбнулся Хват. — Все, погнали.

Он и огрины выбежали из бункера, за ними спешили Тихонький и Курчатов к своим подразделениям, капитан Смоляк и лейтенант Симонс, который на бегу уже думал кого именно отправить в ту мясорубку, что случится буквально через пять минут — челноки летают быстро. На территории части уже звучала тревога, спокойный голос полковника Конота объявлял по громкой связи каким подразделениям нужно грузиться в челноки и солдаты уже бежали к КПП, ворота которой были гостеприимно раскрыты. Танки пыхнули черным дымом выхлопов и рванули к одному из челноков, чтобы въехать по опущенной аппарели и разместиться в его трюме. Огрины и люди втягивались в брюхо другого транспорта, таща на себе оружие, щиты, запас боеприпасов и пищи. Все уже давно были готовы к объявлению тревоги и сидели на чемоданах. Комиссар Кармайкл тоже была вместе со своими и ее верный денщик Веснушка привычно прикрывала девушку. Она поднялась по аппарели, которая захлопнулась за ее спиной. Челнок, тяжело оторвался от земли словно раскормленный шмель и точно также сердито гудя полетел к горам, где находилась коммуна. Было это ловушкой или нет, неизвестно, но обычные земледельцы и пахари ждали помощи, пытаясь отбиваться лопатами, граблями и вилами от наступающих орд тиранидов.

Глава 5.

Пилоты двух челноков вели свои машины низко над землей скорее по привычке, чем по необходимости. Оба в прошлом служили в гвардии и были списаны на гражданку в результате серьезных ранений и инвалидности, однако это не помешало им устроиться на работу по прямому профилю. Работодатель в первую очередь смотрел на навыки и профессионализм сотрудника и уже во вторую на его физические параметры. Так многие торговые дома за свой счет давали своим работникам искусственные органы и другую аугментику, естественно включая ее стоимость в счет будущей зарплаты. И это было лучше, чем прозябать в комнатушке два на три, получая ветеранскую пенсию или пособие по инвалидности. Поэтому, когда пришло распоряжение от Администратума перейти под прямое управление командования гвардии и перевезти часть имперских войск, расквартированных на планете, то оба пилота с радостью рванули в небо — они почувствовали себя значимыми и незаменимыми, вспоминая прошлое. Загрузившись гвардейцами, оба тут уже получили точку назначения и на максимальной скорости двинули к месту выброски. В начале полета с ними связался один из лейтенантов.

— Постарайтесь сесть чуть подальше от врага, чтобы мы успели его встретить. — Попросил он.

— Не ссы, сынок! — весело ответил более старший по возрасту пилот. — Двести пятьдесят две орбитальные высадки, четырнадцать имперских наград с отличием за проведенные компании и восемнадцать губернаторских медалей за защиту миров-ульев, я знаю, что делаю!

— Надеюсь на вас. — Отозвался лейтенант и отключился, а пилот сосредоточился на управлении.

Это был чисто невооруженный гражданский транспорт, так что поддержать пехоту огнем из бортовых орудий пилот не мог, но Хват взял на себя эту заботу, подозвав Тихонького.

— Оставь несколько человек в шлюзе и проеме трюма — пусть ведут огонь сверху. — Лейтенант кивнул и собрался уже уйти, но огрин его остановил. — И еще, как только мы высадимся — проверь людей коммуны. Вдруг среди них есть агенты паразитов — не хотелось бы получить удар в спину. Отделение Шороха пойдет с тобой.

— Два моих взвода будут разворачивать укрепления, чтобы вы могли за ними спрятаться. — Ответил лейтенант. — Я уже назначил старших. Только сдержите первый удар тварей — он самый сильный.

— Встанем намертво. — Хват потряс мельта-ганом и чуть улыбнулся. Тихонький понял — эти точно выстоят.

— Береги себя, не подставляйся. — Он вдруг протянул руку и сжал пару пальцев на руке Хвата, после чего отвернулся и побежал раздавать приказы своим — челноки уже подлетали.

Сверху было хорошо видно, что к коммуне, которая находилась частью на склоне горы, а частью в предгорьях, стекается большая темно-фиолетовая масса. Она бурлила и вспучивалась как единый живой организм, постепенно заполняя своими метастазами огромные ангары тепличных комплексов, втягиваясь в их здания, убивая не успевших убежать людей и тут же на месте поглощая их плоть. Двери челнока распахнулись, а его аппарель выдвинулась и Хват сверху оглядел всю картину — тираниды еще не успели добраться до жилых помещений, которые скрывались в теле горы. От многочисленных теплиц в сторону основного комплекса коммуны бежала оранжевая толпа людей. Все одетые в одинаковые комбинезоны, люди превосходили по численности напавших на них врагов, но у них не было в руках оружия и в основном это были женщины и подростки — мужчины остались в теплицах, чтобы секаторами, вилами, лопатами, ломами и граблями постараться задержать противника. Они все прекрасно понимали, что не выживут, но хотя бы оттянут на себя тварей и дадут остальным время сбежать и укрыться в горе. Шлюзовые створы были открыты и сейчас принимали всех, служба охраны сбилась с ног, пытаясь урегулировать потоки спасшихся, часть вооруженных стражей была немедленно отправлена вниз, чтобы встретить тиранидов и они погибли одними из первых, стреляя из стабберов, не имея более серьезного вооружения. Пилот челнока нашел свободное место и уже начал опускаться, как заметил во внешние камеры, что огрины начали прыгать с тридцатиметровой высоты и тут же вступали в бой. Вспышки и завывания лазганов, грохот "Потрошителей", визг мельта-ганов, разрывы гранат, все это заглушило вой и вопли тиранидов, которые безнаказанно убивали людей и неожиданно получили серьезный отпор.

Хват сразу же опознал противника — перед ним были те же мерзкие рожи, что и внизу в подземельях. Множество генокрадов, мутанты, вооруженные стабберами, Плеватели и Метатели, изредка мелькали панцири Подавителей, а также два Крушителя медленно ползли к жилому комплексу. Сверху точно определить численность врага не получилось, а сейчас некогда этим стало заниматься да и незачем — первые атакующие с визгом кинулись на внезапно появившихся гвардейцев. В прошлой жизни Хвата ему и его роте частенько приходилось участвовать в таких вот внезапных боестолкновениях без предварительной подготовки и планирования, когда другая рота солдат неожиданно попадала в засаду и их отправляли на выручку. Вступать с ходу в бой для него не было чем-то новым, так что приходилось ориентироваться в свалке по обстановке и отдавать приказания на ходу, чем он и занялся. Людям требовалась защита и бывший инструктор понимал, что они не все мутанты и агенты генокрадов — тогда бы и смысла в нападении на коммуну никакого не было, нет, Патриарх держал их поблизости ради одной-единственной цели — быстрого пополнения своей биомассы. Инквизитор тоже могла ошибаться, поэтому Хват предпринял некоторые шаги в этом направлении, проведя собственное расследование и пошевелив мозгами, посылая Эмилию в Администратум, а также в космопорт. Вот почему пилоты оказались на рабочем месте — они были заранее предупреждены. Хват просто ждал, когда Патриарх сделает свой второй шаг и он не обманул его ожиданий. Похоже главный тиранид решил, что наступило время решающего сражения и скоро город окажется в кольце блокады. Если все будет так, как предположил огрин, то гвардия выстоит, если же нет, то придется идти к инквизитору, виниться и рассказывать ей все. Сейчас же перед его подразделением стояла задача сдержать нападавших тварей, просто он не ожидал, что их окажется ТАК много, но был уверен в своих парнях и девчонках. Отдав мельта-ган Космачу, огрин приготовил к бою свой лазган — он уже привык к этому надежному и неприхотливому оружию.

Лазган Хвата стрелял без перерыва, короткими импульсами выбивая бойцов противника, тираниды лезли упорно, они карабкались по трупам своих сородичей, прыгали на огринов, пытаясь воткнуть в них свои когти и вонзить клыки, однако добыча совершенно не хотела умирать. Наступление в отдельно взятом районе захлебнулось, огрины встали полукругом и их начали обтекать со всех сторон, замыкая этот круг. Их сосредоточенный огонь затормозил продвижение и тираниды моментально понесли потери, однако тварей было слишком много, они перли толпой не обращая внимания на погибших, их поддерживали огнем из стабберов и огнестрельного оружия мутанты и передовому отряду Хвата приходилось несладко. Но искусственный глаз здорово выручал, подсвечивая оружие у противника, и их огрин старался выбивать самыми первыми. Оглядываться и смотреть, что там происходит позади было совершенно некогда, тут приходилось вертеться ужом, чтобы выжить, но он знал, что его родичи храбро отражают все атаки.

Второй челнок высадил танки и "Стражей", которые тут же начали теснить пытавшихся замкнуть кольцо вокруг воинов тиранидов. Огнеметные установки на спонсонах и осколочно-фугасные снаряды вперемешку с разрывными живо перемололи атакующих тварей, а "Стражи" Симонса переместились на левый фланг и, нанеся ракетный удар по массе паразитов, смогли сдержать их натиск, пока гвардейцы Курчатова оборудовали мобильные укрытия. Рыть окопы было некогда, да и времени такого им бы никто не дал, поэтому солдаты просто втыкали щиты в землю, устанавливая распорки. Тяжелые лазпушки и болтеры занимали свои места, просовывая стволы в амбразуры щитов и расчеты тут же открывали огонь без команды. Лейтенант Курчатов хоть и был молодым юнцом, но не глупым офицером и понимал, что лучше дать немного инициативы опытным гвардейцам, чем кричать и топать ногами, требуя исполнения своих глупых приказов, как это делал Броскен и грозить каждому второму расстрелом. Поэтому Броскена в его подразделении могли легко пристрелить на поле боя, тогда как Курчатова уважали еще и за это. Ну и еще за то, что тот мог пить втихомолку с ветеранами и не спалиться при этом, как сделали эти два придурка Сигмунд и Бриск.

К Хвату кинулись сразу пять тварей. Двоих он срезал в полете и тут лазган замолк — автоматика отключила оружие в связи с возникновением неисправности. Тираниды взвыли, почуяв легкую добычу. Лазган был тут же отправлен за спину и закачался на ремне, а его место занял болтер и силовой топор — пришло время ближнего боя. Рядом с Хватом ухал "Потрошитель" Молчуна, слева Подмышка уже сражался в рукопашную с тремя тварями — им удалось немного подрезать товарища, но тот не обращал внимания на раны, отражая их атаки. Ударами сабли он зарубил двоих, но на их месте возникли еще трое, потом еще — твари атаковали с неистовством и безумством, чего паразиты никогда не делали, потому что часто бывали в меньшинстве и выжидали удачного момента для нападения. Подмышка неожиданно оказался в кольце из тиранидов, двое укололи его в спину, но когти скользнули по броне, потому что огрин не стоял столбом в ожидании, когда его насадят на пику как мясо для шашлыка. Он в ответ также атаковал, его болтер работал прекрасно и, удерживая его в правой руке, Подмышка ловко орудовал левой. Силовое лезвие сабли входило в прочный хитин как нож в масло, лишая жизни мерзких генокрадов.

Хват широким взмахом топора перерубил сразу двоих, троим отстреливая головы и кинулся на помощь Подмышке, потому что на того насело уже с десяток тварей — огрин как-то "откололся" от строя, выдвинувшись чуть вперед. Несколько ударов и пинков и твари разлетелись в стороны — ярости вождя не было предела. Хват почувствовал удар в спину, но доспех брони выдержал, а вот генокрад был очень удивлен, когда его черепушка разлетелась на куски от выстрела Стрежня. Правая рука Подмышки оказалась серьезно ранена — мышцу порвало, тиранид своими зубами выдрал приличный кусок и полноценно удерживать оружие огрин не мог, однако оставались еще ноги и левая рука, в которую он перекинул болтер, убрав саблю. Это стоило ему еще нескольких ран, однако головы нападавших разлетелись от попадания разрывных снарядов. "Потрошитель" был благополучно забыт, потому что в его магазине закончились патроны, а времени его сменить не было. Хват немного очистил пространство возле Подмышки, уничтожив еще двоих, метнул в гущу наступающих тиранидов несколько гранат одну за другой, успевая расстреливать атакующих. Мощные взрывы взметнули вверх куски тел и оторванные конечности, рядом с ними пыхнул огнемет, выжигая тварей и те заверещали — это к товарищам присоединился Битень, который сумел одолеть насевших на него зверюг и поспешил на выручку. Он видел, что вождь и его родич плечом к плечу держат на себе толпу тиранидов и остальные огрины не могут вовермя прийти к ним на помощь, потому что заняты своими противникам, а сам Битень немного отстал при высадке, поэтому немного "не успел" к начавшемуся бою. Очищающее пламя отбросило тварей чуть назад и Хват воззвал:

— Медик!!

После чего всучил Подмышку Битеню и еле успел увернуться от когтя генокрада, но его спас Молчун, снеся выстрелом из "Потрошителя" сразу двоих. Силовой топор Хвата опустился на голову Плевателя, который подобрался слишком близко и уже собирался окатить огрина струей кислоты, пара игл Метателя воткнулись в поддоспешник, миновав броню, но не смогли пробить его, а вот выстрел Хвата из болтера поставил в жизни твари большую жирную точку — иглострел рухнул с пробитой головой, но на его месте, словно многоголовая гидра, выросло еще двое. Где-то рядом визжала мельта, поляризованный круглый сияющий шар плазмы которой прошелся сквозь строй тиранидов, оставляя в их телах аккуратно выжженные круглые отверстия и потом разросся, натурально испепеляя тела, образовав круг выжженной земли, лишив попавших под его воздействие ближайших тварей конечностей или частей тел, срезав их. Оружие было мощным и эффективным, но достаточно долгая перезарядка и малая дальность не позволяла стрелку отражать все атаки — ему нужно было чем-то защищаться до следующего выстрела из мельты, поэтому Космач в левой руке держал лазган, поражая противника из него. Как только мельта остывала за пять секунд и заряжалась, а это очень много времени в бою, то огрин отпускал лазерное оружие и хватался на тяжелый ствол, снова производя выстрел, выносящий врагов с поля вперед ногами. Тираниды лезли на Космача с удвоенной энергией, понимая, что уничтожить его архиважно, но огрина прикрывали Стержень и Веселушка, отражая рукопашные атаки и поддерживая огнем из болтеров и дробовиков. Где-то рядом сражался вождь, отправляя паразитов к их праматери, и это еще больше воодушевляло огринов на битву, чем все проповеди имперских священников, полковой капеллан которых так и не явился на погрузку и сейчас его обязанности исполнял комиссар Марш и иногда ему помогала Эмилия. Впрочем, от последней огрины нечасто слышали проповеди — девчонка больше интересовалась жизнью сами громил, чем вдалбливала им в мозги догмы имперской религии.

Сама Эмилия не попала в гущу сражения — она и отделение девушек, под командованием Ступы, выступали второй линией, метко отстреливая нападающих и кидая в их толпу гранаты. Комиссар уже встречалась с еретиками и если там, кроме ползущих и вопящих врагов еще добавлялось распространяемое ими влияние варпа, то здесь шел только мерзкий запах самих тиранид. Ну и щелкающие у носа огринов челюсти, мелькающие когти и хитиновые тела тварей. Паразиты наседали, задние напирали на передних, толкая их под огонь оружия и силовые клинки, вал из тел все рос и теперь твари стали прыгать с него вперед, чтобы ударить в спину вгрызшимся в землю громилам, которые не собирались отступать. Конечно, они понемногу отходили назад, потому что сражаться на одном месте уже не получалось — под ногами валялись конечности и куски тел, мешались трупы тиранидов, но скорость продвижения паразитов значительно замедлилась, а в районе сопротивления огринов так и вообще встала. Комиссар понимала, что Хват дает время Тихонькому подготовить оборонительные позиции и ждет, когда второй челнок полностью разгрузится, ведь "Стражи" Симонса уже выскочили наружу и здорово наваляли левому флангу тиранид, пока первый танковый взвод отсек огнем правый фланг и к нему сейчас присоединились остальные. Она видела, что два Крушителя повернули в сторону танков, чтобы уничтожить их как можно быстрее, ведь экипажи капитана Смоляка начали продвигаться вперед, давя тиранидов. Управляющий центр понимал, что внезапно возникшие защитники не смогут перекрыть все направления, их слишком мало, поэтому бросил на их уничтожение значительную часть своих сил, отправив малую захватить людей. И задачей лейтенантов было не допустить этого.

Тихонький со своими пытался быстро возвести укрепления пока огрины сдержали первую волну тварей. Их было мало и большую площадь они перекрыть бы при всем желании не смогли, так что он должен был позаботиться о жизнях своих солдат и гражданских. К их позициям уже подползали пара танков, которые на выручку гвардейцам отправил командир — капитан Смоляк стрелял на ходу в гущу тварей осколочно-фугасными, образуя среди моря кишащих тел малые пятна свободного пространства, которые быстро схлопывались, заполняясь тиранидами.

— Курчатов, твою мать!! — заорал Тихонький. — Прикрой гражданских!!! Быстрее!!

Молодой офицер взревел как раненый бык, отдавая приказ, и его солдаты открыли сосредоточенный огонь из лазганов, отрезая генокрадов от бегущих женщин на левом фланге. Спрятавшись за удерживаемыми в руках щитами, они непрерывно стреляли, отступая к жилому комплексу. Лазпушки и болтеры Курчатова вырезали в толпе паразитов огромные бреши, но тем было наплевать на потери — они давили массой. Твари были шустрыми и быстрыми, они набегали и утаскивали за спины своих сородичей замешкавшихся людей, однако гвардейцы не дремали и вели точный огонь. Тихонький и рядовой Драг развернули тяжелый болтер и лейтенант приник к прицелу, выжав спусковой крючок. Оружие задрожало, выпуская разрывные снаряды прямо в толпу тиранидов, и та колыхнулась по направлению к ним — потери в отряде Контролера неимоверно возросли и он старался их минимизировать, уничтожив еще одну возникшую огневую точку. Для тиранидов внезапно высадившийся десант гвардейцев был неприятной неожиданностью, ведь Патриарх, изучив природу людей, распланировал атаку заранее и пара Владык думали, что у них есть достаточно времени для сбора биомассы, прежде чем сюда прибудут человеческие войска, однако люди воспользовались воздушным транспортом и сейчас сдерживали неистовые атаки рвущихся к беззащитным жертвам тиранидов.

Один из Владык считал план Патриарха безупречным и развивавшимся согласно срокам, но неделю назад его необходимо было ускорить, в связи с появлением имперских войск, но вот его исполнение почему-то резко забуксовало. Пускай атака на дворец была спланированной, но там образовался сильный враг, который помешал планам. В связи с этим атака на здание Управления полностью провалилась и, проанализировав поступившие данные, Патриарх пришел к выводу, что там возник неучтенный фактор в виде странных войск гвардии, которые умело уничтожали его бойцов. Они не были похожи на обычных солдат, отличались ростом и силой, реакцией и тактикой, это был умный и хитрый враг, который вполне мог переиграть самого Патриарха, что было невозможно, потому что тот очень тщательно изучил природу людей, выбирая для своего появления именно это отдаленный мир. По всей человеческой логике выходило, что небольшое подразделение их армии пожертвовало бы частью населения, чтобы спасти тех, кого было возможно, защитив столицу. Рассчитав время, Патриарх дал возможность наблюдателям людей заметить его силы, помаячив генокрадами, чтобы те успели передать сигнал бедствия в главный улей людей и уже оттуда им на помощь выдвинулась бы часть войск, решив, что это и есть основные силы тиранидов. Проведенного им на марше времени вполне хватило бы, чтобы осуществить сбор и сковать их силы сражением, чтобы потом остальные его войска ударили им в тыл. Все произошло по плану, однако некоторое количество солдат прилетело по воздуху, а свои воздушные силы Патриарх берег, потому что их было во-первых — мало, во-вторых — вырастить их без Капиллярных башен было проблемой. Их участие необходимо было во второй части его плана и отступать от него Патриарх был не намерен, потому что колонна бронетехники и транспортов уже выступила по направлению к коммуне, купившись на атаку. Да, возникли сложности на первом этапе, но вот гвардия как наиболее боеспособное подразделение людей сейчас делает именно то, что ему нужно — гибнет в неравном бою с его пехотой, защищая обреченный поселок, а основные силы просто не успеют им на помощь. Пускай люди почти скопировали его план, но они еще не знают, что их ждет впереди. Поэтому Патриарх передал четкий приказ — усилить нажим, бойцов не жалеть. Понесенные при этом потери будут восполнены в ближайшие сутки. Сейчас же он сосредоточился на второй части плана.

Шлюзы орбитальной станции были выбиты изнутри и оттуда, извиваясь словно слизняки, выбрались живые корабли тиранидов. Их было немного, но больше Патриарху и не требовалось. Первым делом, когда он осознал себя как наивысшую особь улья, то единственным его желанием было позвать Флот к этой планете. В нем говорил инстинкт, рефлекс, заложенный генетической программой его вида, но в космосе было пусто. Его психический вопль мог быть услышан и принят, однако к тому времени еще слабый выводок вполне могли уничтожить войска людей, поэтому Патриарх сумел волей своего развившегося разума подавить инстинкт и начать развитие своего плана, а именно — более полный захват управления человеческим обществом. Некоторые индивидуумы заподозрили неладное и были тут же присоединены к выводку, другие, более глупые, оставлены на своих должностях, потому что кому-то нужно было управлять колонией. Этим мог заняться и сам Патриарх, но справедливо рассудил, что внесенные им изменения могут быть замечены наблюдателями так называемой "Инквизиции", знания о которой он почерпнул из разумов порабощенных им людей. Эти воины-разведчики действовали малой группой, но могли уничтожить его выводок, поэтому Патриарх решил подстраховаться. Он перебрался на орбитальную станцию, поработив весь персонал, оставив только самых толковых специалистов, применив к ним свои возросшие психические силы. Подчинить слабые разумы было проще простого и те превратились в марионеток, которые сообщали всю доступную им информацию Патриарху, а уже тот решал, что именно делать и как следует поступить. Так отгрузки проходили вовремя, пилоты орбитальных челноков возили похищенных им людей, даже не подозревая, что за груз везут — он просто использовал их втемную, маскируя обездвиженные захваченные на планете жертвы в контейнерах с продуктами. Патриарха заинтересовали разумы пилотов — они отличались от обычных порабощенных гражданских и в первую очередь своей способностью сопротивляться его незаметному влиянию. Причем именно они начали первыми бить тревогу и удалить их незаметно не получилось, поэтому пришлось обоих списать на планету, заменив подконтрольными. Патриарх возжелал изучить этот феномен, но пилоты почему-то серьезно напряглись, у них имелось личное оружие и они обратились к арбитрес, которые уже были подчинены Патриарху, пускай и не полностью. Опасения вызывал третий помощник губернатора, который вроде бы в связях с пилотами замечен был, но вел себя крайне странно, однако подменять его Патриарх не собирался — кому-то нужно четко выполнять административную работу и тот продолжал делать ее хорошо, приказам его марионеток и мутантов не перечил, так что будущий Разум улья успокоился, но держал возможного врага на заметке.

Именно к этому и стремился Патриарх — стать Монархом, а потом уже Вышним, существом настолько мощного порядка, обладающего психическими силами невообразимой величины, способного почувствовать всех своих сородичей в любом уголке галактики и призвать их на службу. Старый Вышний остался в той галактике, откуда они прибыли, он смог ощутить слабые токи жизни в этой области космоса и отправил сюда свои Флоты затем, чтобы с их помощью возвыситься еще больше, стать более могущественным существом, но забыл одно важное правило — у любой жизни есть начало и конец. Вышний правил очень долго, но его эра подходила к концу. В той галактике было поглощено уже все, все планеты были высосаны досуха и там совсем не осталось жизни, если она и теплилась где-нибудь, то спрятавшись под поверхность планет, доживая свой век и вырождаясь или же путешествуя на космических кораблях, избегая всяких встреч с Флотом улья, тогда как тот только расширялся и прогрессировал. И Вышний допустил ошибку — он отправил несколько Флотов через пустоту, назначив каждого Монарха управлять ими. Они не могли нарушить волю Вышнего, но разрыв между головным разумом и его подчиненными все возрастал, его влияние ослабело и Монархи ощутили, что сами могут стать высшими. Они торопились начать поглощать новую галактику с пульсирующей впереди жизнью и самый первый наступил на грабли, как говорили люди — его уничтожили, а его Флот рассеялся, превратившись в полуразумные осколки, управляемые даже не Патриархами, а Иерархами, которые со временем могли развиться в более могущественные особи, но кто даст им такой шанс? Точно не он, Патриарх, потому что именно он станет тем, кто выведет свою расу на иной уровень.

Самый осторожный из всех прибыл недавно — он сохранил большую численность своего Флота и уже не действовал как предыдущие Монархи. Он прощупывал оборону людей, этих странных существ, которые обнаружили в себе странную особенность сопротивляться вторжению, тогда как существа родной галактики улья, едва ощутив присутствие Флота, тут же делали ноги. Редко кто пытался сражаться, те же, кто выставлял войска, свои жалкие хрупкие металлические скорлупки, где тысячи существ сидели как закуска в банке, быстро погибали под напором живых кораблей, а их планеты подвергались тщательному сбору необходимых улью веществ. Здесь, в этой галактике, вещества были другими, поэтому улью приходилось приспосабливаться, но Вышний наделил их этой способностью еще там, на родной планете, где возник сам. Патриарх не знал истории возникновения своего вида, но он знал историю становления, и она ничем не отличалась от той, что произошла здесь — нападение, уничтожение, преобразование и поглощение. Вот Высшая Цель улья — стать еще более могущественным и сильным, превзойти самого Вышнего, потому что тот знал единственный секрет. Его стадия развития не была конечной. Он мог получить такие недоступные простым смертным силы, с помощью которых сумел бы прокалывать пространство, останавливать поток времени, соединять галактики и итогом такого существования могло быть только поглощение всей Вселенной, ведь галактик так много, а улей только начал свой рост. И сейчас на его пути стоят эти жалкие людишки, которые сами возомнили себя избранной расой. Он, Патриарх, сокрушит их и поглотит тела этих странных здоровяков, применив их особенности в телах своих новых воинов и изучив их, тогда они станут еще более несокрушимыми.

Живые корабли тиранидов рванули вниз, неся в своем чреве десант. Их было всего с десяток, но больше Патриарху и не требовалось, кроме многочисленных войск они несли и другую функцию — охрана воздушного и околокосмического пространства, а также создание так необходимых ему Капиллярных Башен. Пока люди будут заняты сражением с его войсками, то за два дня он вырастит на отдаленном острове необходимые ему постройки, которые начнут выпускать споры в атмосферу, заражая атмосферу и изменяя климат своим влиянием на нее, а специальные корабли, которых пока всего три, преобразуются в "заводы". Начнут высасывать воду и доставлять ее к башням, переселять отростки башен дальше от острова, потом перейдут на континент. Нужно всего дня три-четыре и его рост и вторжение малая численность человеческих войск уже не сможет остановить, если к тому времени еще будет жива. Послать сигнал бедствия они не смогут — Патриарх позаботился об этом. Его диспетчеры-марионетки отвечали на вопросы столичных планет, успокаивая их правителей, полностью контролируя коммуникации и связь с планетой была недоступна, оставшиеся на ней люди были заперты. План развивался согласно сценарию Патриарха.

Орбитальная станция снаружи выглядела распотрошенной — вырванные с мясом створки, гуляющий во внутренних помещениях вакуум и холод космоса, разбитые переборки и уже застывшая родильная слизь, замерзший инкубатор, который был уже не нужен. Поглотив биомассу планеты, Патриарх вырастит еще более сильные и могучие корабли, которые составят костяк его Флота. Пока же они были раз в десять меньше обычного военного крейсера людей и не имели опыта сражений, но Патриарх точно знал, что войска в эту систему не пребудут — некому позвать на помощь. Появление корабля имперской гвардии встревожило его, но тот был поврежден и, высадив войска, скрылся в неизвестном направлении. Внедрить агента в ряды военных так и не удалось, поэтому Патриарх решил форсировать события и сейчас направлялся на планету — станция уже выполнила свое предназначение и была не нужна, с остальным справятся марионетки-диспетчеры, запертые в герметичном помещении с запасом кислорода и воды. Они непременно умрут, но прожить месяц по летоисчислению людей им хватит, а на большее Патриарх и не рассчитывал — к тому времени он уже захватит половину планеты и нарастит биомассу до необходимых размеров.

Колонна техники, что спешила на помощь высадившимся из челноков огринам, неожиданно оказалась в кольце передовых частей тиранидов. Рядовые твари не слишком понимали и разбирались, что перед ними не боевые машины — просто повозки с колесами. Генокрады и пехота накинулись на транспорт, который уже покинули водители и сейчас улепетывали в сторону города на одном из бронетранспортеров. Как только наблюдатели сообщили, что твари высадились рядом, то солдаты немедленно остановили колонну и бежали, потому что именно такой приказ отдал им полковник Конот, который сейчас стоял на наблюдательной вышке поста у въезда в город. Полковник хорошо видел в дальнозоркий бинокль, что колонна, которая не успела пройти и пятнадцати километров по ровному как стол шоссе, встала, а лейтенант Холан, который и вызвался добровольцем на эту операцию, сейчас на всех парах мчится назад. Инквизитор тоже была рядом с полковником и наблюдала за происходящим.

— Как он сумел догадаться об этом? — спросила она, пробормотав себе под нос, но Конот ее услышал.

— Видимо, он знает тиранидов лучше чем мы. — Пожал плечами военный. — Но чтобы до такой степени... хм, это удивительно. Могла ли ты подумать, что их Патриарх будет прятаться наверху?

— Нет. — Мотнула головой Абелина. — Я даже не рассматривала этот вариант.

— После того как Хват притащил этого, как он сказал "shakhida", то сразу же переговорил с Маршем и своим комиссаром, которые и помогли ему выяснить, куда именно вывозили пропавших. Он тоже немного ошибся, считая, что гнездо где-то на планете равнозначно удаленное от города и от коммуны "Колос", чтобы тираниды успели собрать "урожай". Но видишь, как вышло. — Полковник пожал плечами. — Что ж, теперь карты вскрыты, противник на горизонте и пора заговорить главному калибру пятьдесят четвертого артиллерийского. — Конот подключился к каналу связи с капитаном Бладом. — Корректировщики навели на цели?

— Да, данные получены. — Ответил тот. — Разрешите открыть огонь?

— Жги. — Просто сказал полковник и гаубицы ухнули, выпуская зажигательные снаряды по высадившимся на шоссе тиранидам, которые сейчас недоуменно кружили возле машин. — А теперь — фейерверк. — Произнес полковник и нажал на кнопку дистанционного подрыва грузовиков, которые просто одели в камуфляж транспортов, таким образом замаскировав с орбиты.

Времени было мало, но комиссар Марш и огрины начали готовиться к этому сутки назад, привлекая весь личный состав. Для некоторых сколотили из панелей грубое подобие танковых башен, грузовики перекрасили или натянули сетку. Как Хват убедил комиссара Марша пойти на такое, загадка, но, может быть постаралась его подопечная? Все возможно. Сейчас полковник не мог помочь огринам, которые ввязались в жуткую мясорубку возле коммуны, он мог только молится, что и проделал, шевеля губами. Абелина взглянула на него и все поняла без слов — часть способностей начали возвращаться, поврежденные нервные клетки мозга обновились и каналы немного восстановили свою проходимость, но еще не до конца. Сейчас же инквизитор была еще слаба, чтобы позволить себе психические атаки на поле боя, однако верный плазменный пистолет и силовой меч всегда были при ней. Также она легко управлялась с лазганом, стаббером и дробовиком, так что вполне могла заменить собой гвардейца, что и делала.

Колонна рванула, уничтожая сразу несколько десятков тиранидов — солдаты не пожалели взрывчатки. Накрытые сверху гаубичными снарядами, подожженные и потерявшие сразу пару сотен при высадке, твари заверещали и кинулись в город, чтобы покарать проклятых людей. Однако те были готовы к наплыву такого количества врагов. Вдоль границы города были прорыты траншеи, установлены стабберы и тяжелые болтеры через каждые десять метров, смешанные расчеты из гвардейцев и солдат СПО готовились дать отпор врагу, который еще и имел превосходство в воздухе. С космодрома можно было поднять еще пару челноков, но они погоды не сделают — вооружение на них установить не успели, да и смысла в этом большого не было. Сейчас летающие твари, по преимуществу Крикуны, начали атаковать транспортер Холана, однако в его кузове была установлена самодельная зенитка из четырех стабберов, за рукояти которой сел сам лейтенант. Хват посоветовал установить именно это.

— В данном случае решает не огневая мощь, а скорострельность, а она у стаббера потрясающая, да и если что с воздуха прикроет. Я не верю, что у них нет Летунов. — И Холан хорошо запомнил слова огрина.

Сейчас он был рад, что послушался здоровяка — счетверенные пулеметы ловко срезали воздушные цели и отсекали бегущих за ними быстроногих тварей. Водитель вилял, чтобы сбить прицел Крикунам и Метателям, впрочем, последних и не было видно — они не такие скоростные, как генокрады. А вот с ними вполне можно было справиться. Засевшее в кузове отделение сержанта Петрова точно и метко стреляло из лазганов, выбивая тварей по одному, некоторые отгоняли Крикунов, которые умудрялись пробраться через лавину пуль, выпущенных Холаном.

— Перезарядка!! — закричал лейтенант, когда четыре ленты закончились и два солдата тут же кинулись с коробками к нагревшимся стволам стабберов, чтобы зарядить патроны. Холан подхватил свой лазган, лежащий рядом и успел пару раз выстрелить по пикирующему сверху на него Крикуну, как тот применил свой звуковой удар.

Транспортер тут же завилял, водителя и всех, кто был в кузове на мгновение контузило, солдаты потеряли ориентацию в пространстве, у многих пошла кровь из ушей и носа, кто-то свернулся в калачик от боли, схватившись за голову. До города оставалось совсем ничего, буквально пара километров, когда машина слетела в кювет и перевернулась. Солдаты высыпались из кузова, кто-то, более устойчивый к воплям тварей от природы, продолжил стрелять. Крикун радостно возопил и снова ринулся вниз, чтобы сожрать и растоптать гвардейцев, потому что бегущие генокрады неожиданно оказались под обстрелом танков. Наводчики видели цели и тут же зарядили осколочно-фугасными по бегущим тварям, отсекая их от перевернутого транспорта. Крикун сманеврировал в воздухе, снова ударяя своей звуковой волной по солдатам. У кого-то не выдержали кровеносные сосуды и лопнули, часть снова повалилась на землю, некоторые гвардейцы уже были мертвы. Холан дрожащими руками поднял лазган и выжал спуск, но промахнулся, а тварюга развернулась к нему, как... ее голова взорвалась кусками плоти! Лейтенант не поверил своим глазам, но не стал выяснять, кто это так славно помог ему и его подразделению. В голове и ушах звенело, но Холан встал, потрепал за плечо воющего солдата, пошатнулся, размахивая лазганом как пьяный, оглядываясь назад, чтобы успеть занять позицию возле транспорта и отразить атаку, как какой-то навязчивый жужжащий в ухе звук отвлек его.

— Холан!!! — орал динамик вокс-связи на пределе, но лейтенант его еле слышал, сказалась контузия. — Холан, твою мать, ответь!!! Холан!!

— Слышу. — Тихо произнес одними губами лейтенант.

— Валите оттуда!! — кричал полковник. — Я выслал за вами два транспортера, они уже подъезжают!! Быстро все в кузов!!

— Понял. — Кивнул Холан, поднимая на ноги сержанта Петрова, который лишился правого уха и сейчас рана серьезно кровоточила. — Вася, пошли, Вася, вставай давай!! Всем, грузимся в транспорт!! — хрипло крикнул лейтенант, но его не услышали.

Транспортеры остановились рядом и с них застрекотали стабберы и заухали болтеры — сидящие в кузове стрелки отражали атаки набегающих генокрадов. Твари с этой погоней здорово рассеялись по полю, но полковнику и так было хорошо видно всю эту стотысячную ораву. Или их может быть больше? Неважно, главное, держать проходы в город и дождаться подкрепления. Конот видел, что солдатам Холана помогли залезть в кузов транспортера, подорвали перевернутую машину, нанеся тиранидам немного урона и водители погнали БТРы обратно. Танкисты стреляли без перерыва, вынося Плевателей и Метателей, кое-где среди этой мелкой шушеры виднелись панцири Крушителей и Разорителей, но, слава Императору, ни одного Мясника. Командовавший всей этой братией Патриарх решил пустить свои штурмовые части вперед, подкрепив все это атакой зоантропов, которых у него было мало. Все же для их рождения кроме ДНК эльдар необходима концентрация психических сил, да и контролировать таких индивидуумов очень сложно, потому что разумом они равны Владыке или даже Иерарху, а Патриарху не хотелось бы давать им такую большую волю. Так что он ограничился небольшими силами и теперь, под прикрытием генокрадов и пехоты, атаковал город.

— Снайперам сосредоточить огонь на зоантропах. — Передал приказ в рацию Конот. — Не одна эта тварь не должна и близко подойти к городу.

— Так точно. — Отозвался Крох и приник к прицелу.

В стволе его винтовки ждал своего часа специально разработанный для стрельбы на дальние расстояния патрон, а сам снайпер сменил привычную винтовку на другую большего калибра. Он лежал на крыше невысокого здания, уперев приклад в плечо, а ногами нащупав мешки с песком. Отдача у винтовки была серьезная и легкого коротышку вполне могло отбросить назад или вывернуть плечевой сустав, так что он подстраховался. Стоящая на сошках, винтовка повела своим стволом, наводясь на цель. Толпа тиранидов бесновалась и постоянно перемещалась, скрывая цели, однако Крох засек одного. Крупная голова на тоненьких ножках — зоантроп плыл посреди своей свиты, копя силы для нанесения психического удара. Он был буквально в километре от вырытых траншей, как снайпер выждал момент и плавно потянул спусковой крючок. Неожиданно для него винтовка вместо мощной отдачи издала едва слышный плевок, ствол компенсировал импульс, внутренний механизм колыхнулся по направлению к стрелку. Пуля чуть больше чем за секунду преодолела расстояние до цели и голова зоантропа разлетелась от точного попадания — заложенный в нее микрозаряд сработал как надо. Тварь просто не ожидала атаки и не успела поднять ментальные щиты, как была тут же убита. Соседние с ним тираниды заволновались и их ряды сомкнулись вокруг оставшихся зоантропов.

— Сосредоточьте огонь на зоантропах. — Отдал приказ Крох своим. — Три снайпера на одну цель — они наверняка возвели ментальные щиты. Вист, Далк, вы со мной. — Лежавшие здесь же на крыше его подчиненные ответили командиру кивком. — Цель групповая на одиннадцать часов, работаем.

Все три снайпера поймали в прицел редко мелькающую макушку зоантропа, который даже чуть присел, чтобы казаться ниже, однако стрелкам все было отлично видно.

— Готов. — Доложил Вист.

— Готов. — Доложил Далк.

— По моей команде. — Крох сам задержал дыхание выжимая спуск, находя тот самый момент, едва сдерживающий выстрел. — Огонь.

Все три винтовки выстрелили одновременно. Первая пуля попала в голову неудачно подставившегося генокрада, который нарезал круги возле своего босса, забрызгав его и свиту мозгами. Вторая ударилась в ментальный щит зоантропа и взорвалась, здорово просадив его, а третья в это время, догнав первых двух пробила его насквозь, поражая осколками хлипкую башку тиранида. Зоантроп зашатался, но Крох и остальные не стали рисковать и всадили в него еще по пуле, чтобы наверняка. Тварь издохла и вместе с ней еще парочка рядовых генокрадов. Крох посмотрел в небо, где кружили мелкие точки Летунов и Крикунов — они определили откуда шла стрельба по спецвойскам и получили приказ уничтожить снайперов. Установленная на крыше зенитка заговорила из своих стволов, посылая струи пуль в небо, но летающие твари оказались слишком верткими и умудрялись избежать попадания. Крох чуть привстал, поднимая тяжелую винтовку.

— Все, уходим на запасные позиции — эти засвечены.

— Выполняю. — Отозвались снайперы и начали спускаться с крыш внутрь здания. Крох и его двойка стреляли не одни — еще пятерых зоантропов удалось уничтожить, прежде чем они подползли к окопам.

Полковник видел, что в колыхающемся море тел тиранидов произошла перестановка и теперь вперед вылезли бронированные танки, за которыми бежали Подавители. Все остальные держались позади. Приблизительно сотня танков на шесть тысяч его солдат — две роты ушло с огринами и он не знал как у них там обстоят дела, связь пока наладить не удалось. Выживут — сами доберутся. А пока у него тут под боком настоящая армия Патриарха.

— Товарищ полковник! — подбежавший солдат запыхался и протягивал Коноту трубку орбитальной связи. — "Зерно" здесь, вас вызывает капитан Ландер!

— Как удачно он появился. — Улыбнулся полковник и взял трубку. — Здорово, старый хрыч!!

— И тебе не хворать. — Ответил с улыбкой капитан Ландер, хотя Конот его и не мог видеть. — Назначай цели — я поддержу вас огнем из лэнс-пушки.

— Истребители выпустил?

— Как только так сразу. — Ответил тот. — Они уже в пути.

— Километрах в семидесяти на юг от города держат оборону две роты и огрины — направь туда бомбовозы в первую очередь.

— Так и сделаю — сверху мне все видно, ждите их через десять минут, потом причешут тараканов возле вас. — Ответил капитан. — Тут еще под боком у меня болтается распотрошенная станция, это не вы?

— Уроды сидели на ней все это время, пока мы были внизу. — Злобно ответил полковник. — Если бы мы знали с самого начала, то давно бы их размазали по космосу.

— Проклятье! — выругался Ландер. — Операторы заметили три корабля тиранидов, поднимаются с планеты. Держитесь там, у меня здесь сейчас будет жарко — твари мелкие и шустрые!!

— Да поможет тебе Император!! — высказал пожелание полковник.

— Слава Императору!! — ответил ему Ландер и отключился.

— Можно использовать корабль для наблюдения с орбиты за перемещениями тиранидов. — Заметила Абелина и, увидев взгляд полковника, произнесла, — но я понимаю, что ему сейчас не до этого.

— Полковник, твари проникли на территорию части. — Доложил другой солдат. — Комиссар Марш привел заряды в боевую готовность. — И тут же в той стороне, где располагалась территория базирования гвардии, послышался грохот и тиранидов испарили множественные взрывы и термические мины, которыми щедро была усеяна часть. Солдат переждал звук особенно громкого взрыва и продолжил. — Комиссар эвакуировался вместе с пятой и восьмой ротами и занимает оборону согласно плану.

— Хорошо. — Кивнул Конот и посмотрел на Абелину. — Похоже, наши шансы возросли. Не такой уж он и умный, этот Патриарх. Жалко только, что весь ремонт и окопные работы пошли насмарку.

— Не стоит об этом печалится. — Инквизитор погладила полковника по плечу. Она не слишком и скрывала свое к нему отношение, а солдаты Конота были совсем не любопытными, что устраивало Абелину. И не трепали языками где не надо. — Готов?

— Мой лазган уже успел запылится, а лазпистолет не покидал кобуру долгое время. — Улыбнулся полковник. — Только очищающий огонь по ксеносам способен вернуть им работоспособность.

— А ты романтик, полковник.

— Сэм. — Серьезно сказал он. — Зови меня Сэм.

— Хорошо, Сэм. — Абелина вскинула к плечу лазган и очередью из трех выстрелов поразила набегающего на окопы тиранида в голову. Тело того по инерции пробежало еще несколько шагов и рухнуло перед траншеей, откуда солдаты уже вели огонь по пехоте тварей, даже не пытаясь стрелять по Крушителям, уже подползавшим к окопам. Вышка, на которой стояли полковник и инквизитор была защищена бронированными листами, к тому же от нее был прокинут мостик в здание, что возвышалось за их спиной и в случае атаки они могли легко сбежать под укрытие толстых стен, что и проделали, когда рядом с полковником просвистели первые иглы.

Майор Попов приник к прицелу, лично наводя орудие танка.

— Заряжай прожигающий!! — отдал команду он.

— Заряжено! — тут же отозвался сержант и нажал кнопку, замыкая цепь.

Майор нажал на спуск и танк дернулся, выстреливая снаряд. Экстрактор выплюнул гильзу наружу, а заряжающий уже держал наготове следующий снаряд из боеукладки. Попов видел, как его выстрел попал в бок Крушителя, проделывая в его хитиновой броне приличных размеров дыру. Тварь заверещала и ускорилась, но осталась боеспособной.

— Отставить прожигающий! — скомандовал Попов и сержант тут же вернул снаряд назад. — Давай осколочный.

— Попадешь? — с сомнением в голосе спросил его механик-водитель, который сидел впереди майора и получил от него ботинком по шлему за высказывание такого недоверия к способностям командира.

— Да чтобы я и не попал?! — взревел Попов. — Да я тиранидов на куски разрывными рвал, когда ты пешком под стол ходил!

— Заряжено! — Возвестил сержант, закрывая клин орудия и замыкая цепь.

Майор приник к наглазнику прицела — дальномер четко показывал расстояние до цели, но та перемещалась, пускай и не так шустро как раньше, но все же, и отверстие, проделанное им прожигающим, постоянно сминалось телом — хитиновые пластины наползали друг на друга, к тому же Крушитель пытался регенерировать, но остальные танкисты тоже не дремали и стреляли по цели, пробивая его тело в разных местах, причиняя дикую боль. Попов выдохнул, чуть довернул пушку джойстиком. Электропривод завизжал и затих, весь экипаж ждал точного выстрела от своего командира. Попов воевал уже с ними лет десять, а до этого сам был в составе экипажа сначала командиром танка, потом отделения, затем взвода, роты, потом дорос до зама, а теперь сам стал командиром полка. Не то, что его радовала эта должность, он легко бы согласился быть ротным, да только кто-то же должен управлять этими оболтусами. К тому же полковник Конот взял на себя любезность помочь новоявленному командиру с документооборотом и прочими бумажными обязанностями, чему Попов был благодарен. Он был бы даже рад влиться в его подразделение, потому что узнал Конота как весьма толкового командира, который не бросает людей на убой, а старается их сохранить. О чем говорит его приказ послать два транспортера за добровольцами, что выманили тиранидов на себя. Попов был рад служить с таким человеком. И вот сейчас ему нужно сделать выстрел на миллион — попасть с пятисот метров в маленькую дырочку на боку у Крушителя. Майор выдохнул, медленно вдавливая кнопку, Крушитель дернулся от очередного попадания, извернулся, замер на несколько секунд и Попов понял — пора. Он выжал спуск, танк дернулся и снаряд закрутился вокруг своей оси, моментально преодолевая расстояние до цели. Он влетел точно в проделанную кем-то дыру и взорвался внутри, нашпиговывая тварь осколками и раскалывая ее пополам, обрызгав всех находящихся рядом тварей кишками и кровью. Все внутренние органы Крушителя были смяты и перемешаны, мышцы не выдержали термического воздействия и тварь, напоследок охнув, замерла.

— Отличный выстрел, майор! — похвалил Попова сержант.

— Да только попал ты не в свою дырку. — Подал голос механик.

— Поучи отца в дырки попадать. — Хмыкнул Попов. — Я привык в чужие дырки снаряды из своей пушки загонять, а свою не подставлять, я ведь не пи...ас какой-нибудь.

Механик оглушительно захохотал, поняв двусмысленность сказанного, и сержант поддержал его.

— Так, отставить смех! — резко оборвал веселье Попов. — Давай прожигающий, потом осколочный, пока эти твари не допетрили, кто там на директрисе гвозди в их гробы забивает. — И ухмыльнулся. Майор обожал свою службу, а еще больше обожал стрелять, поэтому был благодарен полковнику еще и за то, что тот продумывал стратегию за него — у Попова появлялось больше времени заниматься любимым делом.

Две роты под командованием комиссара Марша организованно отступили на подготовленные позиции в районе ремцеха и очистных. На улицах были сооружены баррикады из грузовиков и прочего хлама, установлены лазпушки, снятые с дотов периметра части — никто не собирался их взрывать. Как только челноки забрали огринов и две роты, то демонтажем занялись в то же самое время и солдаты лейтенантов Бриска и Сигмунда быстро добравшись на транспортерах до позиций, едва успели их установить, прежде чем твари полезли на территорию части. Марш до последнего сомневался, что они будут атаковать защищенную территорию, но наблюдатели четко доложили, что видят внутри копошащихся тиранидов. Комиссар выждал, когда их соберется достаточное количество и активировал заложенные заряды. Часть взлетела на воздух вместе с сотнями тварей, а те, кто уцелели при этом, а таких оказалось немало, сейчас же немедленно рванули в сторону города, до которого было недалеко. Как Марш и предполагал они попытаются проникнуть в канализацию в районе очистных, чтобы выйти в тыл защитникам и его задача — не допустить этого. Комиссар взял под свое командование роты двух залетчиков-лейтенантов, определив их на передовую и те сейчас сжимали рукояти оружия с холодной решимостью кровью искупить свою вину и вернуть гордое звание гвардейца. Впрочем, Марш на них не злился — он понимал, молодость, толика свободы чуть вскружила им головы. Он и сам был таким же в прошлом.

Рядовой Шумахер выглянул в окно здания и заметил бегущую из леса толпу тиранидов. Ладошки молодого парня мигом вспотели и он еще сильнее сжал лазган.

— Не бзди, салага. — Прогудел сержант Толев, поглядывая в то же окно и заметив мандраж рядового. — Ты под защитой стен, не стреляй раньше времени. Вот подпустим жуков поближе и дадим им прикурить. Курить будешь? — спросил сержант и Шумахер замотал головой. — Ну и правильно, не куришь и не начинай. — Толев сунул сигарету в рот и чиркнул зажигалкой, втягивая в себя вонючий табачный дым.

Шумахер закашлялся от мерзкого запаха, который был ужасно едким, но не смущал сержанта — тот уже давно привык и бросать не собирался, понимая, что гробит свое здоровье. Однако пехотный полк уже столько раз попадал в смертельно опасные ситуации, что сержант быстрее сдохнет от пули хаосита, когтя тиранида, сюрикена эльдара или плазменного заряда синекожего тау, чем выплюнет свои легкие, забитые никотином. Толев затянулся, выпустил струю дыма под потолок и, прикусив фильтр, снова сунулся в окно, увидев, что твари бодро маршируют по проезжей части и лезут на стены.

— А вот теперь пора. — Сказал он и его лазган тут же завыл серией выстрелов.

Шумахер выставил свое оружие, просто направив его в толпу тварей и выжал спуск. Лазган чуть вздрогнул, испуская серию импульсов. Попал рядовой или нет — неизвестно, но определенно какой-то урон он нанес. Тираниды не пытались их атаковать, потому что очень много целей было прямо перед ними, и засевшие в здании гвардейцы по большому счету их не интересовали, потому что по тварям били из лазпушек, установленных на баррикадах. Часть тварей кинулась к зданиям, чтобы проникнуть внутрь и обойти защитников — они ловко забирались по отвесным стенам, выбивая окна, но там их тоже ждал сюрприз — сидевшие внутри солдаты кидали гранаты и отступали из помещений, обваливая потолки, так что здания тряслись и могли в любой момент обрушится.

— Держи проемы дверей под прицелом, салага. — Посоветовал Толев Шумахеру, сбивая со стены противоположного дома особенно шустрого тиранида. Его товарищи занимались тем же, прикрывая сержанта.

Внизу, возле баррикады, держалась горстка гвардейцев во главе с лейтенантом Бриском, который лично сидел за лазпушкой. Он не подпускал самых ретивых тварей, выбивая их, гвардейцы не жалели гранат, засевшие в зданиях солдаты стреляли из лазганов и ракетниц, нанося изрядный урон. Контролер отправил на подавление огневых точке часть своих сил, чтобы сковать защитников города и выйти к ним в тыл через территорию очистных, но там его ждал сюрприз — проклятые гвардейцы засели в зданиях, установили болтеры и сейчас выбивали его солдат. Немногим генокрадам удалось просочиться через их ряды и проникнуть внутрь, однако там их встретили решительным отпором. Сойдясь с ними в рукопашную, лейтенант Сигмунд зарубил двоих, но и сам пострадал от кислотного плевка тиранида — его броню прожгло за секунды и едкий состав слюны уже коснулся кожи, пока гвардейцы срывали со своего командира защитные латы. Сигмунд стиснул зубы от боли, когда кислота коснулась кожи, медик залила все это специальным нейтрализующим кислоту раствором, который выдали всем — запасы хранились на складах еще со времен самого первого вторжения тиранидов в галактику и про них давно забыли, поэтому Патриарх и не знал об этом — у него были другие цели и приоритеты. Кожу Сигмунда проело до кости и та белела на его теле. Медик быстро замотала рану бинтами, пока солдаты добивали проникших внутрь тварей и лейтенант, подхватив лазган правой рукой, сунулся к окошку, чтобы пострелять лезущих тварей.

Он видел, что часть из них вскрыла запечатанные люки и начала проникать внутрь канализационных коллекторов, чтобы пройти по городу. Сигмунд знал, что произойдет потом, как только большая масса тварей набьется внутри.

— Всем приготовиться к подрыву! — закричал лейтенант и словно вторя его словам произошла серия подземных толчков, в результате которой земля просела и часть тиранидов, заверещав, провалилась вниз. — Добить ублюдков!! — закричал лейтенант, стреляя в пылевую завесу. — Ни один не должен вылезти!!

Солдаты восторженно завопили и начали бросать в яму гранаты и стрелять без остановки, не давая возможности тварям вести раскопки.

Комиссар Марш уже рубился в рукопашную с генокрадами, которые во что бы то ни стало решили продавить силы защитников и прорваться к следующему входу в коллекторы. Его цепной меч с хлюпаньем резал плоть тварей, брызги крови и плоти летели комиссару в лицо, но тому удавалось их избегать — кровища хоть и обладала слабым кислотным эффектом, но она не могла проесть броню и кожу просто обжигала и красные пятна на ней легко лечились мазью. Вот если бы здесь был Плеватель, который мог легко смешать лимфу и кислоту из мешочков, то Маршу не поздоровилось бы, а так ничего, можно было вести бой.

Рядом с ним без остановки стрелял из лазпистолета Бриск, его солдаты примкнули штыки и кололи тварей, с одновременными выстрелами, так что атаки можно было сдерживать. Но защитников было слишком мало и погибнуть здесь совершенно не входило в планы комиссара.

— Отступаем на запасные позиции!! — отдал приказ Марш, мечом перерезая конечность замахнувшегося на него тиранида. — Подрываем баррикады!!

Гвардейцы начали бежать по улице в сторону центра города, прикрывая огнем отступавших. Кто-то пал под ударами тварей, не успев ретироваться, кто-то отчаянно бился, как комиссар Марш и не мог даже сделать шага. По стенам соседних зданий ползали тираниды, прыгая на защитников слева и справа — засевшие в зданиях солдаты были или мертвы или уже сами на грани смерти сражались с проникшими внутрь тварями. Марш понял, что сдержать силами всего двух рот такую толпу не удастся, но поддаваться панике не собирался. Он взревел, размахивая мечом, стреляя из подобранного им лазгана, отражая атаки тиранидов. Комиссар попытался отступить назад, споткнулся о тело какого-то гвардейца и упал на задницу — его выстрелы ушли в небо. Два генокрада заверещали и кинулись к человеку, чтобы добить его — меч Марша уже воткнулся в брюхо одного из них, прогрызая в его теле дыру, а вот башка второго разлетелась от высокомощного выстрела. Комиссар барахтался под телами мертвых тварей, упавших на него, пытаясь выбраться, чтобы его не затоптали. Он уже увидел, что неожиданная помощь прибыла вовремя и его сердце забилось втрое чаще, когда он опознал фигуру спасителя, спускающегося с небес.

Тираниды продолжали напирать и патроны в магазинах болтера Хвата давно уже закончились. Силовое лезвие топора испило тиранидской крови и сейчас, будучи на переднем крае, огрин сошелся с тварями в ближнем бою. Его доспех был покрыт их кровью и плотью, броня получила несколько вмятин и повреждений от мощных ударов когтей Подвителя, который сумел приблизиться к Хвату и чуть не убил его, но точный выстрел из болтера отправил того на тиранидские небеса. Рядом все реже слышался визг мельта-гана — баллон со смесью газов уже опустел и Космач начал отступать. Многие огрины не выдержали натиска тварей и погибли, напоследок забрав с собой столько паразитов, сколько могли — многие активировали зарядные батареи, превращая их в мощные гранаты, и тут и там происходили разрывы. Хват не мог помочь всем, рядом с ним бок о бок сражались Подмышка и Молчун, которые тоже уже остались без боеприпасов. Позади грохотал тяжелый болтер, сдерживая заходящих в тыл генокрадов, роты Тихонького и Курчатова намертво вцепились в землю, отражая атаки, давая возможность огринам немного передохнуть и отступить, только отступать не получалось — отходя назад все время натыкались на тиранидов и уже приходилось крутиться волчком, чтобы выжить в этой мясорубке. Хват получил уже несколько рваных ран там, где броня не прикрывала кожу — часть на руках и ногах, одну на пояснице, когда доспех немного задрался, но огрин не обращал на них внимания. Сражение для него слилось в один сплошной кадр из когтей, мерзких харь, клыков и рогов.

Вот он отражает атаку сразу двоих генокрадов, отрубая им головы, удерживая в левой руке кинжал, а в правой топор. Кто-то кидается на него слева, Хват ловит его тело в воздухе, протыкая лезвием клинка голову снизу, насаживая как на пику, потом отбрасывает пинком склизкое тело, встречая с разворота еще одного Плевателя, успевающего выпустить в него струю кислоты. На удивление твари она не причиняет огрину никакого вреда — не та концентрация, но для брони хватает и она уже курится слабым дымком, прожигаясь, а воин в этот момент перерубает топором Плевателя пополам, после чего кидается вниз, подхватывает чей-то лазган — свой уже давно потерян, потому что мешал в бою, а болтер спрятан в намертво пристегнутой к ноге кобуре — стреляет снизу вверх в тело падающего на него генокрада. Того взрывом отбрасывает на сородича и оба катятся вниз по горе из трупов, причем первый уже мертв, а второй еще нет. Мимо уха с визгом проносится плазменный шар мельта-гана и близкий разрыв опрокидывает Хвата на спину, но тот быстро поднимается, чтобы встреться лицом к лицу со следующим противником. Боевой клич уже не помогает, горошина вокс-связи снова сломана и вынута из уха и связаться с ротами гвардейцев нет никакой возможности. Хват рычит от бессилия и понимания, что сам загнал своих людей в ловушку. Он не ожидал, что тиранидов окажется так много, считал, что они поведут себя как паразиты — едва поняв, что не смогут одолеть огринов, то сбегут, ятобы сберечь своих бойцов и накопить силы, однако он ошибся. Воины гибли один за другим и он это чувствовал, ощущал необъяснимым образом, но был твердо уверен, что из всей роты выживет едва половина и если смертей будет очень много, то он точно сложит с себя полномочия вождя. Правитель должен быть мудр, а не глуп и молод, кидая бойцов в самое пекло. Просто сейчас у Хвата, окунувшегося в гражданскую жизнь Империума, сработала старая психологическая установка, доставшаяся еще с прошлой жизни — защитить мирных жителей. Там он делал все то же самое и не задумываться над тем зачем было некогда — жизни гражданских всегда в приоритете, есть враг, который им угрожает и есть цель. В конце концов он давал присягу что своей прошлой родине, что Империуму и нарушать ее был не намерен. Просто здесь все было попроще, но и подход немного иной — чиновники Администратума могли легко пожертвовать такой планетой как Кассандра в целях сохранения миллиардов жизней остальных. Но вот Хват не мог. Это было где-то внутри, сидело как червяк и точило его. Наверное, это называется совесть или собственные принципы, он не знал, но не мог поступить по-другому, не попытавшись спасти хоть кого-нибудь. Иначе эти женщины, мужчины, подростки и дети были бы обречены стать пополнением биомассы тиранидов и перед ним стоял выбор — погибнуть здесь всей роте огринов, но не дать им сожрать людей или же не помогать им и сражаться уже против более многочисленного противника. Ответ для Хвата на этот вопрос был очевиден.

Очередная порция врагов отправилась в объятия варпа или куда там попадают тираниды и внезапно Хват ощутил, что на него не нападают. А потом он услышал идущий сверху визжащий звук и поле накрыла серия разрывов. Один из Владык был уничтожен бомбовым ударом налетевших перехватчиков, второй не мог взять на себя контроль над такой огромной массой бойцов и теперь выбирал, что ему делать дальше — отступить и перегруппироваться, напав малыми силами, бросив остальных или же усилить натиск, подвергая себя тяжелейшему психическому напряжению. Хват воспользовался этим.

— Отступаем!!! — закричал он. — К жилым блокам!!

— Быстрее!! — кричал от болтера Тихонький. — Пока они не опомнились и не полезли снова!!!

Огрины отбегали от вала тел, подхватывая на ходу оружие, перезаряжаясь, таща на себе раненых, тех, кого могли спасти. Хват сунул топор за спину, подбежал к Подмышке, который с трудом двигался, закинул крупного огрина себе на правое плечо, взял раненого, лежащего на телах тиранидов, Ловкача. Тому перебило обе ноги, крупный разрез внизу живота, через который было видно кишки, сильно кровоточил и воин зажимал его руками, чтобы внутренности не вывалились. Хват напряг все свои усталые мышцы и побежал с обоими к медикам, которые уже суетились возле раненых. Благодаря своей силе и пониженной гравитации он смог вовремя доставить своих товарищей к доктору и уже собирался вернуться за следующими, но тут тираниды проснулись и полезли с новой силой.

Люди успели оборудовать хилые и слабые укрепления, установить щиты и прятались за ними, стреляя по тиранидам. Патроны у тяжелых болтеров тоже заканчивались, "Стражи" Симонса, прикрывая левый фланг, метались по полю, сдерживая толпу тварей, танки Смоляка, окопавшиеся на правом краю и частью по центру, бухали осколочными снарядами, поднимая комья земли вверх вместе с телами паразитов и раскидывая их плоть кусками. Они уже не наступали — командир боялся быть отрезанным от основных сил гвардии и оказаться в окружении, но свою главную задачу он выполнил — уничтожил обоих Крушителей и теперь тираниды могли давить только пехотой. Хват проверил батарею подобранного им лазгана и тут же открыл огонь по лезущим зверюгам. Метатели пытались плеваться иглами, но перехватчики гвардии зашли на еще один круг и здорово проредили ряды нападающих, да так, что оставшийся Владыка задумался о том, что потери превысили допустимое количество и пора бы сделать ноги. Он отправил ментальный запрос Патриарху и получил раздраженный ответ — защитники должны быть уничтожены, а население колонии поглощено. В помощь он отправляет ему еще один кластер под руководством Владыки и это воодушевило командира тиранидов. Он оценил состояние потрепанных защитников и решил кинуть на них все доступные ему силы. Несмотря на преимущество людей в оружии, его восемь тысяч легко задавят их массой.

— Чего они опять встали? — спросил Тихонький, облизав пересохшие губы.

— Думают. — Буркнул Хват, оглядывая своих. — Медикам покинуть поле боя, тащите раненых в жилой комплекс, забаррикадируйтесь там. Серега, есть связь?

— Да, рация не пострадала. — Лейтенант протянул огрину трубку. Тот немедленно вызвал Шороха.

— Шорох, что у тебя?

— Проверили половину гражданских, пока агентов не нашли.

— Отправь несколько бойцов встретить медиков.

— Давай лучше я присоединюсь к вам.

— Ага, чтобы мутанты нам в спину ударили? Нет, проверь всех. — Приказал Хват. — Мы тут продержимся, тем более что "Зерно" прислало перехватчики и уже висит на орбите. Нужно только связаться с ним — пускай нанесут орбитальный удар.

— Нужно доложить полковнику о нашем тяжелом положении, пусть свяжется с Ландером. — Встрепенулся Тихонький — он тоже видел летающие перехватчики, которые, отбомбившись, потянулись в сторону города. — Дай трубку.

Хват вернул рацию лейтенанту и тут же пристрелил первого прорвавшегося за баррикаду из тел генокрада. Тут и там снова возобновились выстрелы, "Стражи" отступили за позиции гвардии — Симонс не хотел терять свои машины. Проклятые Плеватели и Подавители уже выяснили уязвимые места в их конструкции и теперь пытались четко попадать в сочленения механизмов. Он уже потерял три штуки, благо, что пилотам удалось выбраться и они присоединились к гвардейцам, а машины пришлось уничтожить, как только множество тиранидов оказалось рядом. Впрочем, Владыка уже опасался приближаться к оставленной технике людей — он потерял слишком много бойцов и не собирался повторять тот же печальный опыт.

— Полковник!! — начал взывать Тихонький. — Полковник Конот, прием!!

— Сто второй на связи, кто говорит? — спросил радист.

— Дай полковника, Старый. — Попросил лейтенант, узнав связиста по голосу. — Нужна помощь!

— Сейчас. — Прошла буквально минута, за которую Тихонький успел положить немало пехоты тиранидов, приникнув к прицелу болтера. — Полковник на связи. — Ответил Конот. — Говорите. Тихонький, не молчи, говори!! — воззвал к нему командир и тот его еле услышал через грохот разрывов, хотя полковнику было все отчетливо слышно, что происходит возле коммуны.

— На связи лейтенант Тихонький, товарищ полковник!! — прокричал офицер, передавая рукоять тяжелого болтера рядовому Драгу. — У нас тут тяжелая ситуация — боеприпасов осталось мало, хорошо бы подкинуть несколько ящиков, да и еще один авианалет пригодился бы.

— Держитесь, что-нибудь придумаем. — Ответил Конот. — Выживешь — станешь капитаном.

— Да хер с ним, с капитанством!! — крикнул Тихонький. — Патронов мало, патроны нужны позарез!! Огрины несут потери, твари, сука, лезут без остановки как бешенные, если надавят, то всем хана, не удержим коммуну!! — кричал Тихонький в микрофон. — Запрашиваю орбитальный удар!!

— У Ландера самого проблемы. — Ответил ему помрачневший полковник. — Он не сможет точно прицелится — на орбите живые корабли тиранидов мешают ему это сделать.

— Да и х..й с ним, лишь бы выстрелил!! — закричал в ответ лейтенант. — Если твари пролезут в жилой комплекс, то гражданским однозначно кирдык!! Пусть бьет навскидку!!

— Он вас зацепит!! — заорал полковник.

— Пох..й!! — ответил Тихонький и потом вдруг очень мрачно и спокойно добавил. — Нам уже все равно. — Слышно его было отчетливо — тяжелый болтер затих, кончились боеприпасы.

— Эй, Тихонький, ты это брось, понял?!! — заорал полковник. — Ты не вздумай умирать, я не для этого вас туда отправил!! И огринам скажи — не хер геройствовать!! Отступайте, запритесь в комплексе, как только мы отобьем атаку на город — мы вас вытащим!!

— Поздно. — С убийственным спокойствием произнес лейтенант. — Сюда летит подкрепление варповых тварей на их живом корабле. Похоже, они высадятся нам прямо на голову.

— Тихонький!! — кричал полковник. — Не вздумай подыхать!!! Не отключайся, сейчас я свяжусь с Ландером, пусть делает что хочет, хоть наизнанку вывернется, но ударит по этим уродам!! — Ответом ему был только шорох эфира. — Тихонький?!! Тихонький!! — Конот недоуменно уставился на трубку.

— Связь прервалась. С той стороны. — Тихо сказал радист. — Похоже, они сделали это намеренно.

— Бл...ь!!! — в сердцах полковник швырнул трубку на рацию. — Гребаные уроды!! Вызывай Ландера, как только будет связь, дай его мне!!

Он подхватил свой лазган и кинулся к окошку здания, в котором расположили узел связи — нужно было срочно выпустить пар. Конот стрелял точно и метко — твари под прикрытием Крушителей и Разорителей уже подобрались достаточно близко к окопам и сейчас пытались их штурмовать, но безуспешно — у защитников города было достаточно боеприпасов и запасного оружия, чтобы отразить любой натиск. Мысли Конота крутились возле отправленных им на смерть людей и огрины определенно входили в их число. Перед глазами вставала мягкая улыбка Хвата, утверждающего, что все будет в порядке, они выдержат, вечно хмурое выражение лица Тихонького, которое светлело, когда он разгадывал очередной ребус "заговора", безмятежное лицо Курчатова, который даже не понимал, что их ждет. Сейчас его люди вцепились в землю там, возле коммуны и гибли один за другим, не давая тиранидам добраться до желанной добычи, и это еще больше распаляло Конота. Когда батарея лазгана иссякла, он быстро сменил ее и кинул пару гранат, чтобы твари не расслаблялись — они уже были рядом и в окопах кипела рукопашная схватка. Рядом с ним в стену воткнулись несколько игл — Метатель определил где находится полковник. Конот в пылу боя даже забыл о своих больных ногах или это терапия гиринкса так помогла? Он не знал, но чувствовал себя прекрасно. Рядом с ним бок о бок воевала инквизитор Абелина, на время превратившаяся в лейтенанта Джоану Шеффер с Кадии. Ее свита — Сабля, Винт и Жетон тоже были здесь, каждый на своем крае окопа, взяв под свое руководство по паре взводов. Проклятый лейтенант Броскен затрясся от страха, когда только увидел наступающих тиранидов и попытался предаться панике, но инквизитор холодным голосом осведомилась, не желает ли он дезертировать? Глядя на Абелину, Броскен вроде бы взял себя в руки, но был тут же ранен "удачным" плевком тиранида и его унесли в лазарет, а бремя управления его ротой на себя взяла инквизитор. Абелина быстро навела порядок, продемонстрировав не только власть, но и ум и сейчас солдаты воодушевились ее примером, отражая атаки тварей. Самых шустрых, проникших в окопы, перебили, но пехота лезла не останавливаясь и среди гвардейцев уже были потери. Танкисты тоже не дремали, осыпая Крушителей и Разорителей разрывными и осколочными снарядами, гаубицы капитана Блада, пользуясь корректировщиками огня, стреляли точно по целям, помогая солдатам. В районе ремонтного цеха и очистных, где засел Марш, тираниды попытались прорваться в канализационные и технические тоннели, но их встретили кинжальным огнем, а залитые в бетон мины сработали как надо, обрушив своды и погребя под тоннами бетона множество тварей. Люди сражались с храбростью и отвагой и полковник был уверен в успехе, только мысли об отряде возле коммуны не давали ему покоя. Им некуда отступать, за спиной только жилой комплекс, в котором тоже могут прятаться твари и если они зажмут его ребят... полковник даже не хотел об этом думать.

— Товарищ полковник! — к Коноту подбежал радист. — Капитан Ландер на связи!

— Дуглас, срочно ударь из лэнс-пушки по этим координатам!! — Полковник помнил расположение коммуны на карте наизусть и быстро продиктовал цифры. — Только сначала убедись, что не попадешь по нашим!!

— Я не стану этого делать. — Ответил капитан и полковник оторопело уставился на трубку. — У меня есть цели поважнее, к тому же помощь уже ушла вниз.

— Да ты там сбрендил что ли?!! — заорал полковник.

— Скоро сам все увидишь. — С усмешкой в голосе ответил Ландер. — И передай комиссару Маршу, что его молитвы были услышаны.

В небе над полем битвы появилось множество челноков, которые шли на посадку, а над колышущимся морем тел тиранидов прошли перехватчики и бомбардировщики, с опознавательными знаками Адептус Сороритас, сбрасывая свой смертоносный груз.

Эмилия стояла во второй линии обороны и видела, что к месту сражения по воздуху приближается какая-то пузатая каракатица. Танкисты подняли стволы своих машин и обстреляли живой корабль тиранидов, но их совокупной мощи совершенно не хватило на то, чтобы поразить судно. Каракатица зависла над гвардейцами, ее "сфинктеры" открылись и оттуда прямо на голову огринам и людям посыпались генокрады вперемешку со своими штурмовыми частями и танками. Они плюхались на землю, расправляли свои жвала, клешни, когти и клыки и тут же устремлялись в атаку. Рокада была разбита — тут и там возникли очаги сопротивления, от жилого комплекса в сторону наступающих тварей протянулись импульсы лазерных выстрелов — это Шорох наплевал на приказ вождя и поспешил на выручку сородичам. Эмилия сунула свой лазпистолет в кобуру, потому что толку от него было мало, подхватила выроненный кем-то из раненых солдат лазган и начала непрерывно стрелять в наступающую массу тел. Тварей не заботили потери — они давили волной, сминая защитников словно лавина и передовая часть огринов тут же оказалась погребена под массой их тел. Тяжелые болтеры гвардейцев грохотали без перерыва, расходуя последние боеприпасы, Эмилия видела, что в рядового Драга впились несколько игл и он, ругнувшись, откатился под защиту бронелиста. Девушка, стреляя по тварям из лазгана, подскочила к стационарно установленному оружию и заняла место гвардейца. Поспешившая за ней Веснушка успела укокошить троих генокрадов, когда тяжелый болтер заработал вновь, разрывая на куски тела атакующих — последняя лента уже была заправлена и в ней оставалось немного боеприпасов. Эмилия ощутила невероятный гнев, она совершенно не думала о том, что может погибнуть — чувство страха отошло на второй план или же вообще исчезло, осталась только ярость и злость. Она видела, как гибли ее подчиненные в неравном бою, как они храбро сражались, пытаясь защитить гражданских, выполняя долг гвардейца до конца. И потери среди них еще больше злили Эмилию. Где-то там, на задворках сознания она понимала, что все находящиеся здесь погибнут, но пока есть патроны и воля, то нужно уничтожить как можно больше врагов и тогда она будет считать состоявшийся размен удачным.

Веснушка размахивала мечом и стреляла из своего болтера почти в упор, то же самое делала и комиссар. Девушка не видела своего вождя и командира, который был где-то впереди. Жив он или мертв, она не знала, но сейчас у нее стояла важная задача — защитить комиссара, сохранить ей жизнь. Где-то еще продолжала визжать мельта, вспыхивало пламя огнеметов, слышались разрывы гранат и это придавало Веснушке сил сражаться дальше — ее соратники не погибли, они дерутся изо всех сил, сдерживая превосходящего по количеству противника. Время умирать еще не пришло, поэтому нужно было выстоять и Веснушка делала все от нее зависящее. Генокрады и даже Плеватели дохли от ее выстрелов и взмахов меча, тяжелый болтер, за которым сидела Эмилия, выкашивал их ряды, заставляя откатываться назад, но упорные твари продолжали лезть с новой силой. Сколько времени это продолжалось, Веснушка не знала, да и не хотела знать, как яркая вспышка в небе чуть не ослепила ее. Девушка подняла левую руку, прикрывая ею глаза и пропустила удар когтя генокрада, который вонзил ей в бок свою конечность. Коготь скользнул по броне и разрезал ткань и плоть, заставив Веснушку рефлекторно согнуться. Она приставила болтер к голове твари, которая не могла выдернуть свой застрявший в латах коготь и своими дерганьями наносила еще больший урон, и выжала спусковой крючок. Болтер щелкнул, поджигая капсюль, и разорвавшийся вблизи снаряд обдал Веснушку кровью тиранида. Она отсекла конечность мечом, охнула, когда отшвыривала ее от себя и только сейчас поняла, что на нее не нападают. Потому что твари были отвлечены новым противником.

С неба падал дождь из крови и кусков мяса — одновременный выстрел из двух лэнс-пушек порвал живой корабль на части. Над полем боя зависли несколько челноков с которых ворохом сыпались десантники, активируя гравиранцы. Над толпой тиранидов проносились перехватчики, сбрасывая бомбы на голову тварям. Положение Владыки изменилось — только что он побеждал и уже чувствовал вкус награды от Патриарха, как все неожиданно резко изменилось. Подошедшее и начавшее высадку подкрепление еще не успело полностью покинуть корабль, как судно было взорвано невиданным оружием людей, а к защитникам коммуны пришло подкрепление сверху. Откуда они тут взялись, Владыка не ведал и не знал, но сейчас принял решение спасти себя и хотя бы пару кластеров воинов. Он отдал приказ продолжить атаковать, а сам направился к опушке леса, чтобы скрыться в чаще, однако рядом с ним вспухла земля и управляющий центр сгинул в очищающем пламени очередного выстрела из лэнс-орудия — Ландер хорошо знал свое дело и не собирался давать сбежать ни одной твари.

Выжившие гвардейцы зашевелились, вылезая из-под заваливших их тел тиранидов. Кого-то натурально завалило трупами, кто-то пробивал себе дорогу наверх с помощью личного холодного оружия — кинжалов, ножей, топориков. Генокрады словно лишились управляющего центра и теперь застыли, ожидая команды или же бесцельно бродили по полю, впиваясь клыками в мясо, пожирая погибших. Тут и там уже послышались выстрелы — те, кто сохранил оружие, немедленно приступили к зачистке. Но все выжившие перед этим задрали головы вверх ибо оттуда спускалась благодать.

В сияющем свете местного светила, вспыхивая реактивными дюзами ранцев, на поле боя приземлялись сестры битвы. Их огнеметы, болтеры и лазганы тут же обрушили всю свою мощь на оставшихся тиранидов. Раненый лейтенант Тихонький, которому откусили часть правой ноги до колена и почти вырвали из плечевого сустава левую руку и сейчас она висела плетью на куске мышц и кожи, приподнялся на локте правой руки и поглядел на шествовавших по полю сестер.

— Слава Императору. — Пробормотал Слава и потерял сознание от кровопотери.

— Сестрам госпитальер немедленно заняться ранеными! — распорядилась канонисса, выжигая мерзкую тиранидскую погань. — Ищите выживших, задействовать биосканеры!!

— Выполняю! — отозвалась Превосходящая сестра Августина и, взяв свой отряд, тут же занялась поисками.

Корабль сестер прибыл в эту систему буквально пятнадцать минут назад и капитан Кадье сразу же застала бой, происходящий на орбите Кассандры. Отремонтированное "Зерно Истины" гоняло три живых тиранидских корабля, пускай и совсем младенцев, но не ставших от этого безопаснее. Они резко маневрировали в пространстве, развивали приличную скорость и имели хорошую защиту, но капитан Ландер не был бы собой, если бы не справился с ними в одиночку. Все трое уже были ранены — капитан бил торпедами без промаха, к тому же прямо на глазах Жюстины лэнс-пушка взорвала один из тиранидских кораблей, а двое других собрались отступить в атмосферу, чтобы регенерировать.

— Приготовить лэнс-орудие и торпедные аппараты! — тут же распорядилась капитан. — Истребительным эскадрильям — старт! Перехватчикам и бомбардировщикам — вниз, поддержать с воздуха отряды гвардии. Уничтожить врага!

Каких-то три минуты понадобилось пилотам, чтобы запрыгнуть в кресла своих машин и вот звенья уже набирали скорость в космосе, стараясь как можно быстрее сблизиться с врагом. Ландер не дал кораблям уйти — пушка перезарядилась и снова произвела выстрел, оставив от второго корабля только половину его живого тела. Тот начал падать на планету, тогда как третий попытался улепетнуть, но тут главный канонир "Славного" произвела свой выстрел и тот перестал существовать. На связь с сестрами вышел капитан Ландер и обрисовал возникшую внизу, на планете, ситуацию. Канонисса Ганн уже грузилась в челноки со своими сестрами, отдавая приказания по ходу. Часть из них пойдет на помощь защитникам города, сама же Симона вытащит храбро сражающихся возле одной из коммун гвардейцев. Капитан был уверен, что ей это удастся.

И вот сейчас канонисса шла по полю, выискивая среди лежащих вперемешку с тиранидами тел хоть кого-то живого. Тут и там торчали массивные тела огринов и она уже догадывалась, что здоровяки держались до последнего, даже когда их накрыло волной. Бывалый воин, она понимала, какая мясорубка здесь случилась и шансов выжить в громил почти не было. В уголках глаз появились капельки слез, но канонисса усилием воли сумела сдержать свою горечь от созерцания стольких погибших, внутри нее зародилось благородное чувство ярости и гнева на проклятых тварей. Сейчас же захотелось выжечь их всех без остатка, но пока нужно было отыскать выживших — канонисса верила, что огрины не все погибли. Она заметила какое-то шевеление и из-под двух генокрадов появилась хорошо знакомая механическая левая рука, которая отшвырнула от себя тяжелую тварь и залитый ее кровью огрин попытался выбраться наружу. Канонисса поспешила к нему и вцепилась в эту руку своей силовой перчаткой. Небольшое усилие экзоскелета и вот здоровяк стоит на ногах, придерживаясь за левый бок. Его тело кровоточило во многих местах, броня была смята, на ногах глубокие разрезы от когтей, шлем отсутствовал и Симона тут же заметила нашлепку глазной аугментики. Сначала она подумала, что это какой-то другой огрин, но нет, левая искусственная рука была только у одного из них, а работу своих техножрецов она могла опознать даже издалека.

— Хват, это ты? — на всякий случай спросила канонисса, обеспокоенно заглядывая в его правый глаз. — Что с тобой случилось? Где ты потерял глаз?

Ее сестры продолжали гонять оставшихся без управления тварей, добивая тех, кто пытался сопротивляться. В бой вступили три машины лейтенанта Симонса, которые выжили чудом, танкисты Смоляка поперли вперед, давя гусеницами тела тварей и стреляя из лазпушек, выжигая паразитов огнеметами, установленными в спонсонах. Танки тоже изрядно пострадали, на их броне расцветали ядовитые бутоны кислоты, прожигавшие защиту, однако ходовая частично не пострадала и машины могли двигаться. Хват осмотрелся и плюнул в сторону, после чего уставился на канониссу своим живым глазом.

— Симона? — хрипло спросил он. — Какими судьбами?

— Решила вернуть тебе долг. — Улыбнулась та своей "фирменной" улыбкой. — К тому же не все тебе веселиться, оставил бы немного жуков и мне.

Огрин мрачно посмотрел на нее и канонисса поняла, что сейчас сморозила глупость. Огрин начал разбрасывать тела, откапывая своих сородичей. Многие также как и он были погребены под толпой напиравших тиранидов и могли остаться в живых, убив пару-тройку из них, чтобы остальные не добрались до них. Симона молча начала ему помогать, оставив вопросы на потом — она прекрасно понимала момент, когда можно шутить, а когда не стоит.

За ту неделю, что они прищучивали еретиков и добивали хаоситов, канонисса узнала Хвата достаточно хорошо. Он был чрезвычайно умен для огрина, рассудителен и последователен в своих действиях. Иногда ворчал на сородичей и солдат, но больше для порядка, всегда приходил на помощь и пару раз спас голову непутевой канониссы, когда та, зарвавшись, бежала впереди отряда. Она была ему благодарна за помощь и вообще ощущала себя рядом с ним в безопасности, что было очень странно. Огрин, конечно, не красавец, но он привлекал сильную волевую женщину своей бесстрашностью, мужественностью и смелостью. Симона сама не понимала, почему ее так тянуло к нему, хотелось находится рядом с ним просто потому, что ей было так комфортнее и безопаснее. И вот сейчас она видела, что произошло здесь несколькими минутами ранее и понимала, что это трагедия для Хвата — потерять почти весь свой отряд.

К вождю начали подходить другие выжившие огрины, спрашивали о чем-то, тот односложно отвечал, махал рукой в сторону и те тоже начинали копаться в телах. Он словно забыл про свою кровоточащую рану в боку, но вот канонисса не забыла и, подозвав сестру госпитальер, приказала той обработать разрез. Огрин молча встал, прекратив "раскопки", дождался наложения повязки и продолжил свое занятие. Многие его родичи были ранены и стекались к своим медикам. Веселушка выжила и теперь при помощи сестер, оказывала первую помощь тяжелораненым и обрабатывала многочисленные порезы. Один из затронутых генокрадов оказался жив и Хват с невероятной ненавистью схватил обеими руками того за пасть и разорвал тварь надвое. Симона молчала, глядя на это действие и откидывая тела тварей — она прекрасно понимала чувства огрина. Вскоре к громилам присоединились и гвардейцы, которые искали своих павших товарищей. К Хвату подошел Шорох и что-то тихо сказал. Огрин как-то сразу поник, как будто из него вынули удерживающий стержень. Он кивнул и побрел за Шорохом, а канонисса увязалась за ним, оставив свое занятие.

На очищенной поляне рядами лежали мертвецы — люди и огрины. Рядом с трупами стояла Эмилия, чудом выжившая, получившая всего пару царапин и одну глубокую рану на плече, уже забинтованную. Она повернула к Хвату свое заплаканное лицо и бросилась к великану, обняв его за пояс, стараясь утешить и самой найти утешение в его объятиях. Тело худенькой девушки сотрясалось от рыданий, рядом с ней стояла Веснушка, понуро опустив голову. Глядя на это, у канониссы ком встал в горле, она не могла даже спросить или произнести хоть пару фраз — для происходящего невозможно подобрать слова утешения. Хват видел мертвое тело своего последнего родича, который храбро сражался до конца. Подмышка безмятежно улыбался, глядя в очистившееся от истребителей и тиранидов небо, по которому, спеша по своим делам, пробегали белоснежные облака. В горле Хвата запершило, он закашлялся, пытаясь избавиться от сгустка горечи, что образовался внутри. Огрин чуть отстранил Эмилию, бухнулся перед телом на колени, всматриваясь в лицо Подмышки, пригладил его волосы рукой, закрыл тому глаза, после чего встал и повернулся к остальным. Из живого глаза протянулась мокрая дорожка от скатившейся по щеке слезы. Хват провел тыльной стороной ладони по лицу, вытирая следы и посмотрел на плачущую Эмилию, потом на канониссу, которая грустно смотрела на погибшего.

— Я виноват в этом. — Сказал он и Веснушка удивленно вскинулась, глядя на вождя. — Я отправил всех на смерть, их гибель лежит на моей совести. Я недостоин быть вождем.

— Прекрати молоть чушь! — послышался голос позади Хвата и к нему, прихрамывая, подошел Жила. — Это была славная битва, они умерли храбро сражаясь в бою, а не в постели. Разве это не покроет их имена славой? Или ты хочешь лишить их такой чести? — говорил Жила на огринском и канонисса не понимала, о чем он, зато Эмилия четко уловила, куда клонит лейтенант.

— Вождь отвечает за всех! — решительно и твердо произнес Хват. — Что я сделал для того, чтобы спасти их жизни?!! Привел на смерть, не более того!!

— Дурень! — воскликнул Жила. — Ты спас миллион человек! Мы спасли, — поправился он, — и ты еще говоришь, что ничего не сделал?!! Останься мы в части — паразиты бы многократно размножились и вот тогда твое решение выглядело бы ошибкой!! Ты поступил так, как должен был поступить вождь — сохранил будущее пускай и ценой потерь! Вот в чем заключается мудрость вождя — он всегда думает о последствиях. Или, ты хочешь сказать, что мы не знали, что можем погибнуть? Все всё прекрасно понимали, но пошли за тобой, потому что знали — выбор невелик. Когда ты уходил на охоту выслеживать паразитов, думаешь, твой вождь не переживал за тебя? Что если весь ваш отряд был бы уничтожен, а над поселком нависла бы серьезная угроза? Ведь это он распорядился, чтобы вы пошли. И кто виноват в этом? Ты, который не смог дать отпор паразитам или вождь, который отправил тебя на смерть? — Жила тыкал пальцем в грудь Хвата и канониссе казалось, что он обвинял его. Рука Симоны легла на рукоять болтера, но рядом с ней встала Эмилия и мотнула головой.

— Не надо. — Прошептала девушка. — Это их внутреннее дело — не стоит в него вмешиваться.

— Как скажешь. — С выдохом ответила Симона, внутри нее бушевала буря.

Хват размышлял над словами Жилы — тот был кругом прав. Но все равно смерти сородичей больно ударили по нему, такого он даже не испытывал в своей прошлой жизни. Хотя нет, врет сам себе, испытывал и не раз, просто там всегда было кому отомстить. Что ж, есть кому отомстить и здесь.

— Я доберусь до их Патриарха и выверну его потрохами наизнанку за каждого погибшего воина, даю слово. — С мрачной решимостью произнес огрин на низком готике и Жила одобрительно улыбнулся. — Но сначала нужно похоронить родичей как полагается. — Хват посмотрел на канониссу, словно ждал ее разрешения и та только кивнула. Один раз она уже опростоволосилась с обрядами огринов и не желала повторять своей ошибки. — Сколько наших выжило?

— На самом деле много. — Улыбнулся Жила. — Почти две полные руки. Погибших не так много, но вот раненых... и еще, многие лишились конечностей, в строю остался почти взвод воинов из тех, кто может сражаться и держать оружие.

— Где Гора?

— Где-то там. — Махнул рукой в сторону трупов тиранидов Жила. — Погиб. Я видел, как он убил Подавителя, но десяток генокрадов улучили момент и ударили в спину. Проклятые твари, они истыкали тело вождя Рудокопов, но тот сумел отомстить им всем, прежде чем истек кровью.

— Может быть он еще жив?

— Не думаю — он активировал батарею лазгана. — Покачал головой Жила. — Паразитов было много и они навалились толпой. Но ты прав, мы откопаем всех родичей и сожжем, как подобает.

К стоящим огринам, несмотря на запреты сестры госпитальер, с которой вяло переругивался лейтенант Тихонький, подтащили носилки гвардейцы, на которых он и лежал. Слава пришел в себя от проводимых над его телом процедур и тут же увидел Хвата, который вел беседу со своими. Уши у Тихонького сохранились и слух, пусть и немного, но пострадал, однако огрины были рядом и он слышал весь разговор. Офицер тяжело дышал, культяпку ноги уже перевязали, бок забинтовали и медик суетился рядом. Огрины повернулись к человеку.

— Я хочу, чтобы вы сожгли моих солдат вместе со своими. — Твердо произнес Тихонький. — Я не желаю, чтобы они гнили в земле вместе с тиранидами, которые отравили ее. Пусть уйдут сразу к трону Императора, они это заслужили, погибнув с честью.

Канонисса даже не пыталась вылезать со своим мнением и кричать о ереси, как это сделал бы тупоголовый инквизитор или еще какой-нибудь болван и она скромно промолчала, а огрины, переглянувшись, кивнули, соглашаясь со словами человека. Выстоявшие с мясорубке солдаты имели полное право на желание почтить память своих павших товарищей тем способом, который считали наиболее приемлемым. Раньше, несомненно, канонисса высказала бы свое мнение по этому вопросу, призвав на голову гвардейцев все кары, но, проведя с ними бок о бок пускай и неделю и, узнав этих людей поближе, она поняла, что не всегда нужно давить. Стоит иногда проявить гибкость и это завоюет уважение солдат гораздо быстрее, чем гневные вопли и запугивание расстрелом. Сестра госпитальер обратила внимания на раны самих огринов и побежала к ним, водя сканером по телу.

— Множественные гематомы и резаные раны, возможно проникновение инфекции! — закричала она. — Немедленно пройдите в лазарет!

Хват только отмахнулся.

— Не спорь. — Мягко произнесла Симона. — Мы доделаем работу за вас — тираниды разобщены и лишены управляющего центра — это будет несложно. И тела ваших погибших товарищей мы отыщем быстрее с помощью биосканеров. — Она продемонстрировала экран ауспекса на наручи брони, который сиял красноватыми точками еще теплых тел. — Так что пройдите медобследование — я не хочу, чтобы кто-то из вас заразился.

— Канонисса дело говорит, Хват. — Кивнула Эмилия. — Пускай медики плотнее займутся твоими ранами.

— Полковнику может требоваться наша помощь. — Возразил огрин. — Пока мы тут прохлаждаемся — там тираниды рвутся к городу.

— Я отправила им в помощь свои основные сил. — Заверила его канонисса. — К тому же у нас превосходство в воздухе и два корабля висят на орбите, у которых лэнс-пушки разряжаются каждую минуту. Да и по последним полученным мною данным тиранидам даже не удалось проникнуть за городскую черту — вы нарыли там километры окопов и траншей, поставили столько пушек и пулеметных гнезд, что пройти там нереально. Единственный их вариант — проникнуть в канализацию, но там произошел подрыв тоннелей, а вести раскопки под выстрелами даже многочисленным тварям совершенно некомфортно. Так что заканчиваем здесь, оставляем охрану поселка из моих сестер и летим в город.

— Шорох, ты проверил людей? — спросил Хват стоящего рядом огрина.

— Не всех.

— Почему?

— Потому что вы подыхали здесь, пока мы прохлаждались там! — рявкнул тот. — Я не мог на это безучастно смотреть!

— Ладно. — Хмыкнул Хват и обратился к канониссе. — Ваши биосканеры могут выявить скрытого агента генокрадов? Я подозреваю, что они могли проникнуть в эту коммуну и потом атаковать нас с тыла.

— Я немедленно займусь этим. — Кивнула Симона, нажимая на горошину связи, чтобы отдать соответствующий приказ. — Отдыхайте и поправляйтесь, вы это заслужили.

После чего покинула лейтенантов. Эмилия посмотрела ей вслед.

— Странно, канониссу как будто подменили.

— Наверное, она неровно дышит к тебе, Хват. — Засмеялся Тихонький и тут же закашлялся. Сестра госпитальер возмущенно посмотрела на него, но ничего не сказала — она слышала от солдат и юмор похлеще.

— Этого еще не хватало. — Буркнул тот и все вокруг засмеялись. — Жена должна сидеть дома и ждать мужа, а не скакать с пушкой в руках, истребляя паразитов. — Огрин улыбнулся.

— Боюсь, ей не понравится твоя одинокая пещера с одной занавеской и камнем вместо постели. — Засмеялся Шорох. — Ты-то привычный, а канониссе будет твердо и холодно возлежать на нем — никакие перины и одеяла не помогут.

— Тебе придется ее греть каждую ночь, чтобы не превратилась в ледышку. — Произнес Жила на огринском, чтобы сестра госпитальер не навострила свои любопытные уши. — Ладно, посмеялись и хватит, у нас есть дело, которое нужно закончить до темноты. — И он посмотрел на светило, которое стояло в зените.

Точное число погибших огринов равнялось 57, 71 были тяжело ранены и не могли самостоятельно передвигаться, остальные имели повреждения средней и легкой тяжести и вполне себе, после небольшого отдыха могли идти в бой. Потери среди рот лейтенантов Тихонького и Курчатова были более серьезными — почти по три сотни солдат отдали Богу-Императору свои души, около пятиста получили глубокие раны и потеряли конечности, так что сестрам госпитальер пришлось бинтовать их почти до самой ночи. Те же, кто выжил, собрали тела погибших в одну большую кучу. Здесь были танкисты Смоляка, пилоты "Стражей" Симонса, рядовые, капралы и сержанты пехотных рот и сами огрины. Сложили поистине огромный костер, вырубив часть деревьев поблизости, заодно проверив рощу на предмет наличия там генокрадов. Население коммуны наотрез отказалось оставаться в этом месте и полным составом собралось переехать в город, а для этого отправленных машины было бы недостаточно, так что пришлось задействовать челноки. Обнаруженных среди них агентов генокрадов было не так много и они выявили себя почти сразу, как только их хозяева атаковали поселение, так что контрмеры, предпринятые Хватом, можно было не проводить, но перебдеть все же стоило. И все были с этим согласны — никому не хотелось оказаться носителем эмбриона тиранидов.

Чтобы стволы хорошо горели их облили прометием, на закате все выжившие и сестры битвы собрались возле кострища, взявшись на руки. Хват стоял рядом с комиссаром Эмилией и канониссой. Он осмотрел стоящих рядом и громко произнес:

— Эти воины храбро сражались и погибли в битве с честью и доблестью! Мы сжигаем эти тела дабы их души поскорее достигли Железного Трона и устроились подле Небесного Кузнеца, который примет их в свою великую армию и поведет сокрушать своих врагов! Или же дарует им новую жизнь, чтобы они исполнили его замысел! — Он посмотрел на Симону. — Скажи что-нибудь для людей. — Шепнул он.

— Рядовые, капралы и сержанты славнейшей имперской гвардии храбро выполнили свой долг перед Богом-Императором и Империумом, защитив жизни мирных жителей. Пусть же они вознесутся к Трону Его и вольются в Святую Армию, что уничтожит мерзкие порождения варпа и всех враждебных нам ксеносов навсегда! — Горячо произнесла канонисса практически повторив смысл сказанного огрином, только другими словами. Она задумалась, что религия Бога-Императора все же нашла отражение даже в их диких верованиях, хотя, судя по последним данным, это могло быть и влияние упавших на их планете сестер, что бежали от правления Вандира.

Хват взял из рук Жилы факел, приблизился к сложенным бревнам, начав напевать прощальную песнь. Все остальные огрины подхватили его слова, а удостоенные чести поджечь погребальный костер также прислонили свои пылающие факелы к веткам. Щедро облитые прометиумом, они моментально запылали и огонь взметнулся до небес. Хват, не прекращая петь, взял за ладошки Эмилию и Симону и повел их вокруг костра по часовой стрелке. Все огрины слитно двинулись как один и люди пошли вслед за ними, шепча губами слова молитв, которые знали. Канонисса шептала слова благословения ушедшим на тот свет и невольно прислушивалась к словам песни. Она завораживала, слова сами приходили на ум канониссе и Симона неожиданно заметила, что вместо знакомых молитв произносит непонятные для нее речи. Но что самое странное, она даже не пыталась это прекратить, словно включилась в процесс похорон. Внезапно пламя взметнулось еще выше, костер затрещал, внезапно быстро почерневшие головешки тел огринов и людей вдруг стали превращаться в прах и уноситься вверх вместе с искрами от огня. Огрины вместе с людьми затянули особенно долгую ноту и резко ее оборвали. Пламя взметнулось неожиданно сильно и вдруг опало, завернувшись вокруг своей оси, словно исчезнув из этого мира, забрав с собой тела людей и огринов. От костра остались только не прогоревшие стволы бревен и редкие черные головешки. Вверх, в наступающие сумерки уносились последние искорки, которые таяли в воздухе. Хват расцепил руки и как-то даже облегченно вздохнул, словно проделал тяжелую работу.

— Ваши смерти будут отомщены, братья. — Тихо произнес он по-огрински и Эмилия его поняла.

Комиссар посмотрела на людей, которые не понимали произошедшего, были ошарашены тем, что водили хоровод вместе с огринами и сейчас странно себя чувствовали, однако в душе у каждого поселилось ощущение, что они все правильно сделали. Тихонький не участвовал в хороводе по понятным причинам, но его поднесли к огринам и даже он ощутил это единение со здоровяками. Лейтенант грустно вздохнул, скорбя по убитым солдатам и в то же время радуясь за них. Он словно знал, что они точно отправились к Императору и воссели рядом с его троном, ожидая, когда тот позовет их на битву. Душа лейтенанта как-то сразу успокоилась, хотя до этого терзалась от переживаний и дум. Казалось, что он побывал у священника, который отпустил ему все грехи и он начал жить другой жизнью, перевернув печальную страницу этой и готов вписать на чистом листе новые строки.

Канонисса посмотрела на Хвата и тихо спросила:

— Что это было?

— Похороны. — Кратко ответил тот.

— Ты понял, что я говорю не об этом. — Нахмурилась Симона. — Это какой-то психический ритуал? Я не знаю вашего языка, но четко пела на нем, я это помню. — Канонисса посмотрела на огрина, требуя ответа. — Это невозможно.

— Я не знаю, как это объяснить. — Пожал плечами тот. — Обряд проводится с давних времен, в нем участвуют все, кто взялся за руки. — Он почесал затылок. — Думаю, тебе лучше спросить об этом у инквизитора, она все-таки псайкер, наверное, она сможет объяснить. Кстати, ты так и не сказала, как вы тут оказались? Вряд ли просто залетели на огонек — я знаю, что эта планета не входила в ваш список потенциальных мест нахождения Чаши, о котором ты мне говорила.

— Это приказ канониссы Аурелии — оказать помощь инквизитору. — Ответила Симона. — Мы — войска Экклезиархии и Инквизиции и должны подчиняться любому их требованию, поэтому поиски Чаши были нами пока прекращены, дабы исполнить приказ. Я знала, что вы находитесь здесь, но не знала, что у вас тут возникла проблема. Нам повезло, что наш Навигатор превзошла саму себя — мы преодолели больше шестидесяти восьми световых лет почти за девять часов. — Она посмотрела на Хвата. — Только с божественной помощью Императора возможно такое, теперь я не сомневаюсь. Видимо, у него на вас есть свои планы и эти ваши обряды угодны Ему, раз карающая длань до сих пор на вас не обрушилась.

— Конечно. — Кивнул Хват. — Я еще не убил Патриарха — у него передо мной должок. Нужно определить его местоположение с орбиты.

— Этим уже занимаются, я уверена. — Ответила канонисса. — Сейчас в челноки погрузят раненых и доставят в городской госпиталь, а мы законсервируем жилые помещения и полетим крайним рейсом. Остатки тиранид еще могут шариться по окрестностям и нужно быть настороже.

Хват втянул носом воздух.

— Я никого не чувствую, похоже, что они разбежались. Но как быть с остальными коммунами? На них тоже могут совершить нападение и Патриарх снова попытается увеличить численность своей армии, а мы не можем быть всюду — нас слишком мало.

— Я связалась с полковником и он сказал, что этим занялись в первую очередь, как только отбили нападение тварей на город. В коммуны были высланы отряды при поддержке сестер битвы с приказом отправляться в столицу. Если кто-то будет сопротивляться, то их сразу же проверят на месте и окажись они агентами генокрадов... — Симона провела себя пальцем по горлу. — Их тут же уничтожат. Кроме этого в штаб-квартиру системного сектора было отправлено сообщение об отражении первичной атаки тиранидов на Кассандру. Торговый дом Донгер собирает войска и высылает их сюда, так что скоро тут будет тесно от кораблей, но прибудут они только через день, может быть через два — гиперпереход долгая штука.

— Я думал все корабли Империума путешествуют через варп? — удивился Хват.

— Если расстояния небольшие, то используется безопасный способ, которым наши предки еще пользовались на заре Темной Эры. — Ответила Симона. — Спроси о подробностях у сестры Стефании, думаю, она тебе не откажет, та еще болтушка.

— У торгового дома такой мощный флот, что может блокировать систему? — спросил Хват.

— По-другому и быть не может — конкуренты ведь не дремлют. — Усмехнулась канонисса. — Каждый торговый дом содержит на свои средства собственный флот, их вербовщики рыщут по всему Империуму, предлагая бывшим гвардейцам или пилотам неплохой заработок у них на службе. Ведь они отправляют караваны с товаром, которые нужно защищать от пиратов, ренегатов, мародеров, налетов темных эльдар, кроме этого торгуют с соседями или даже ксеносами, вроде тех же эльдар или тау. — Последние слова Симона выплюнула, словно мерзкая гадость попала ей в рот. — Последним занимаются Вольные Торговцы, но такова была воля Императора — дать им некоторые послабления на этот счет. Если хочешь более подробно узнать о них, то спроси инквизитора, она тебе все расскажет, если не сожжет на костре за подобные еретические вопросы.

— Ну, это вряд ли. — Усмехнулся огрин. — До этого у нее поводов было достаточно. Мне она показалась довольно адекватной и умной женщиной.

— Это до поры до времени. — Буркнула Симона.

— Ты не доверяешь Инквизиции? — удивился Хват. — Сестры битвы вроде как являются ее войсками или я не прав?

— Являются. — Подтвердила канонисса. — Только за свою службу я редко встречалась с адекватными инквизиторами. Не понимаю, почему тебе так везет на командиров — полковник и комиссар у тебя просто золото, выдержанные, спокойные, но в решающий момент могут проявить твердость и при этом хорошо отличают истину от лжи, глупость от мудрости и прочее в том же духе. Раскрой мне свой секрет? — Симона заглянула в глаз Хвату. — И ты так и не ответил мне где потерял свой глаз.

— Никакого секрета здесь нет. — Пожал тот плечами. — Наверное, мне просто везет на хороших людей — не все же в Империуме идиоты. А насчет глаза — оказывается у тиранидов есть взрывающиеся ходячие бомбы, костяной иглой которого мне и вышибло око. Просто подставился неудачно.

— За твои слова тебя следовало бы казнить. — Задумчиво произнесла канонисса. — Но я не буду этого делать, ты мне еще пригодишься.

— Вот как? — Хват принял ее игру. — В качестве пушечного мяса?

— Не только. — Улыбнулась Симона. Теперь она стала чаще улыбаться в его присутствии, забыв про свой шрам. — Есть еще кое-что, но об этом пока рано говорить. Пойдем на погрузку, челнок уже ждет.

Огрины, собрав все исправное оружие и доспехи своих павших товарищей, загрузились в пузатый транспорт, куда уже сели гвардейцы и вместе с ними часть сестер битвы. Главные ворота в жилой комплекс были закрыты и законсервированы, воздуховоды и канализационные тоннели перекрыты специальными заглушками на случай возможной осады. Коммуну создавали давно и опасались налета пиратов или банд орков вместе с прочими ксеносами, так что строители учли и это. Только столетия мирной жизни разбаловали колонистов и про старые механизмы уже никто не вспоминал. Многим не хотелось жить в горе, рядом с теплицами возникли как грибы поле дождя типовые домики и вся местность вскоре превратилась в обычный поселок, а в горе расположили цеха и мелкое производство — мололи муку или варили джемы и повидло. Глава коммуны вспомнил про герметичное убежище, как только первые генокрады начали атаковать поселок и грызть людей и отдал приказ всем укрыться в горе. Еще глава сделал именно то, что от него требовалось, прежде чем погибнуть — вызвал отряд гвардии. Его мигом сожрали, не оставив и следа, впрочем, тварям это не помогло — их все равно покрошили в капусту.

Челнок долетел до города быстро и сел на широком поле космодрома. Здесь уже сновали туда-сюда машины, перевозя раненых в госпиталь. Портовые службы немедленно начинали обслуживать челноки, готовя их к следующему вылету, который мог состояться в любой момент, территория космодрома была оцеплена силами СПО, везде нарыты траншеи на случай нападения тиранидов. Некоторые суда, только разгрузившись, сразу же улетали в ночь и Хват проследил за их полетом глазами. Он закинул за спину единственную уцелевшую мельту, подобранную им, поправил чужой лазган, потому что свой так и не нашел, перезаряженный болтер торчал из кобуры, а силовой топор покоился в чехле за спиной — еле отыскал его под трупами. Огрин сошел по аппарели и увидел стоящую возле челнока сестру Пронатус. Память на лица у Хвата была хорошая и он сразу же опознал маленькую любопытную Стефанию, которая приставала к Мастеру с расспросами. Сейчас тот валялся на больничной койке — твари здорово искусали мужчину, но он точно должен был выкарабкаться. Едва заметив выходящих на своих двоих огринов и канониссу вместе с ними, Стефания подбежала к ним.

— Я вас уже заждалась! — закричала она. — Мне поручили доставить вас к полковнику и инквизитору — они уже давно вас ждут!

— Не суетись под тесаком. — Бросил Хват, подходя к сестричке. — Сейчас отправлю своих ребят отдыхать, потом проедем к полковнику. Ждали столько времени, подождут и еще немного.

— С орбиты обнаружили гнездо Патриарха — медлить нельзя! — сестра была как на иголках.

Хват переглянулся с канониссой и вздохнул.

— Парням все равно надо немного отдохнуть. — Произнес он. — День выдался тяжелый, но раз ты настаиваешь... Эмилия, Жила, займитесь расквартированием наших воинов.

— Комиссар Кармайкл тоже должна присутствовать. — Заметила Стефания.

— Не волнуйся, вождь. — Ответил Жила. — Тут всего сотня, разве я с ними не управлюсь?

— Со мной точно не справишься, тупоголовый Верховик, — произнесла, проходя мимо огрина, Заноза еще и похлопав того по спине. — Тебе нужен кто-то более компетентный в делах командования, вождь. — Заметила девушка.

— Неужели это ты? — спросил Жила.

— А почему бы и нет? — невинно спросила Заноза.

— Я сам решу. — Прекратил их спор Хват и сказал таким тоном, что оба поняли — он до сих пор не отошел от больших потерь среди воинов и всякие дружеские пикировки и подначки приносили ему только боль. — Никаких выборов поединком не будет — кого назначу, тот и будет командовать. Я сказал.

Заноза вздохнула и ругнулась на себя и свой проклятый характер. Она также как и все остальные командиры понесла потери среди своего отряда, но чудом выжила в этой мясорубке, отделавшись только синяками и незначительными порезами. Она вместе со всеми пела песнь скорби и считала, что в душе вождя установилось равновесие, позволяющее двигаться дальше, но тот не забыл погибших. Да, они славно бились и умерли, как и подобает воинам, но вождь до сих пор не мог принять их смерть и это было странно. Раньше такого Заноза за ним не замечала или же потери были не такими незначительными? У нее не было ответа на этот вопрос. Девушка еще раз вздохнула, поправила заплечный мешок и пошла вслед за остальными грузиться в транспортер. Все были как-то подавлены и молчали, редко кто беззлобно перебрасывался шутками, но вскоре и они затихли — все таки потеря стольких родичей ударила по всем сразу. И только сейчас Заноза поняла, какая ответственность на самом деле лежит на командире. Хват нес на себе этот тяжкий груз и не имел права его бросить. А она потянул бы, спросила девушка сама себя? Смогла бы принять смерть тех, кого ты отправил в бой своим приказом? Ветер трепал ее волосы, но Заноза не ощущала его, раздумывая. Наверное, она повзрослела в этот день. Сама не заметила, как ушла девичья молодость, а вот женская мудрость еще не наступила и сейчас девушка находилась на перепутье и некому было подсказать ей, куда идти дальше, какую дорогу выбрать. Кроме вождя. Только сейчас Заноза вспомнила, как вел себя Хват, этот молокосос, который был даже чуть младше ее. Он не кричал, не вопил, не требовал, все обстоятельно разъяснял, при этом его поведение напоминало умудренного годами вождя или же воина. Того, кто начинает пестовать несмышленых, едва оперившихся подростков, которым снег по колено. Они считают, что умнее всех и знают гораздо больше, однако жизнь жестоко щелкает их по носу. Видимо, Хвата жизнь щелкнула еще в раннем детстве, поэтому он так замкнулся. Заноза вспомнила, что огрин потеряли весь свой клан от нападения людоедов, когда был еще мал, практически не имел близких друзей, кроме своих двух родичей, но и они погибли и сейчас он остался совсем один. Вождь он или нет, но это одиночество давило на него очень сильно, к тому же тут присоединялась гибель его воинов. Другой бы мог сломаться, но Хват нашел в себе силы встать, отряхнуться и идти дальше. Подобное мог совершить только истинный вождь. Нет, не так, Верховный Вождь, который принимает на себя ответственность за весь народ. Но Заноза помнила, что случилось в замке Верховного и в ней заворочалась старая злость. Она знает, кто бросит вызов Верховному, если тот еще будет жив до их возвращения на родину. И обязательно победит, по-другому и быть не может. С этими настроившими ее на боевой лад мыслями девушка подставила лицо воздушному потоку, позволяя тому играть ее волосами — их везли на транспорте во временные казармы.

Симона поймала за ухо сестру Пронатус и подтянула к себе.

— Ай, больно! — возопила та.

— Надеюсь, ты не высовывала свой поганый язык при инквизиторе и не разболтала ей об истиной природе огринов?

— Э-э, — лицо Стефании приобрело отстраненное выражение. — Нет. — Ответила наконец она.

— Точно?

— Да. — Тряхнула головой сестричка.

— Ну смотри. — Отпустила ее ухо Симона. — Мы сами должны разобраться с этим делом и не стоит вмешивать сюда Инквизицию.

— С чем разобраться? — спросил Хват, прекрасно слышав весь разговор.

— Скажи мне, друг мой, — произнесла Симона, садясь в транспортер. Водитель уже был в курсе кто это и куда их везти, поэтому просто тронул машину. — Откуда вы появились на вашей планете?

— Ну, насколько я смог узнать об истории Империума, мои родичи когда-то прибыли туда. — Хват пожал плечами. — Если ты спрашиваешь о каких-нибудь древних легендах, то я таковые не знаю — у нас нет письменности и все передается из поколение в поколение только устно.

— Это глупо. — Покачала головой Стефания. — Должны были сохраниться архивы по вашему созданию, ой!

— Так, сестричка, а не сболтнула ли ты что-нибудь подобное при инквизиторе? — Симона подозрительно уставилась на Стефанию, которая опустила голову, а ее уши изрядно покраснели, что было хорошо заметно в свете городских фонарей.

— Ну, может быть. — Подавлено ответила она. — Но инквизитор не обратила на это внимания, клянусь!! Она была занята перераспределением войск и отдачей приказов!

— Что-то ты темнишь, моя дорогая, — канонисса подсела ближе к Стефании, — с отдачей приказов легко мог справиться и полковник Конот, между прочим, это его прямая обязанность — командовать.

— Ну, э-э, — замемекала Стефания, — Госпожа Абелина напрямую не интересовалась, но намекнула, что с удовольствием послушала бы эту историю.

— Инквизитор — псайкер. — Произнес задумчиво Хват. — От нее сложно что-нибудь скрыть. К тому же у нее есть гиринкс, который тоже владеет психическими способностями и придает ей сил. Она может использовать его как ретранслятор. Но что такое со мной не так? — спросил огрин напрямую. — Да, мы изрядно превосходим людей в росте и силе, обладаем некоторыми умениями, но ничего такого, чтобы относило нас у мутантам.

— Вообще-то вы именно они и есть. — Произнесла канонисса и Эмилия удивленно посмотрела на Хвата. — После многократных исследований ваших огранизмов и крови сестра Магнолия пришла к выводу, что матушка-природа вряд ли смогла создать нечто подобное из человека — кто-то здорово поработал за нее.

— Вот как? — удивился Хват, который сразу же понял суть. — То есть мы не результат естественной эволюции?

— Похоже на то. — Кивнула Симона. — Но вот для каких целей вы были созданы?

— Сражаться с тиранидами, конечно! — воскликнула Эмилия. — Их не берет кислота тварей, скорость реакции огринов и сила вполне сравнима с таковой у паразитов. И потом, вспомните, на их планете уже есть аналог тиранидов.

— Возможно. — Согласилась Симона. — Но мы не знаем, кто это сделал — люди или ксеносы. Я не имею широкого доступа к архивам Инквизиции, возможно, инквизитор могла бы ответить на этот вопрос, но я не хочу ее сюда впутывать. Что если все это просто большое заблуждение? И огрины сумели как-то самостоятельно развиться под многолетним прессингом тиранидов? Эволюционировать во что-то большее, чем простой человек? Ведь мы серьезно отличаемся от наших далеких предков даже десяти тысячелетней давности, не говоря уже о более далеких веках.

-Такого рода эволюционный процесс невозможен без внешнего вмешательства. — Уверенно сказала сестра Стефания. — На одну положительную мутацию приходится множество отрицательных — так природа экспериментирует с живым материалом. И выживает только тот, который лучше приспособится к окружающим условиям и приобретет определенные навыки. Здесь же налицо серьезная генетическая работа с организмами огринов.

— У нас есть поморы и южане, которые немного отличаются от нас, северян. — Задумался Хват. — Южан я не видел, только слышал о них, поморы же — это по сути своей подводные жители. Они могут долгое время проводить в воде, выше нас ростом, имеют перепонки и плавники и при этом худые как жерди. Ловят рыбу и промышляют морского зверя. Во всяком случае с едой у них проблем никаких нет. Мы часто вымениваем у них продукты на наши изделия из металла и оружие.

— Вот видите, кто-то предусмотрел и торговые отношения между различными расами! — возопила Стефания. — Где поморы выступают как снабженцы вас продуктами, а вы — ремесленниками! И еще воинами, которые сражаются с паразитами, ведь поморы редко вступают с ними в битву?

— Ну да, в их краях эти твари не водятся. — Согласился Хват.

— А чем занимаются южане? — спросила Симона, которой стало интересно.

— Так далеко на юг я не забирался, но их караваны бывало приходили к поморам и те выменивали у них на рыбу интересные вещи, сделанные из прочных шкур и эти шкуры не были кожей мохнача. Наверное, они содержат каких-то животных, используя их на мясо и на одежду. Просто на юге теплее, чем у нас.

— По моим данным на вашей планете всегда устойчивый минус. — Покачала головой Стефания.

— Даже в наших бесплодных горах растут мхи и лишайники, а в местах выхода теплых вод и гейзеров — карликовые кустарники. — Ответил ей Хват. — Возможно, на юге есть теплые оазисы, где произрастает корм для этих животных, я не знаю.

— Очень интересно. — Задумчиво произнесла Симона и посмотрела в сторону крупного здания Администратума, которое выбрали штабом. — Подъезжаем, инквизитору ни слова. Это ясно? — спросила она Стефанию и та рассеянно кивнула. — Вот и отлично.

Огрин и девушки выгрузились из машины и проследовали к зданию управления. Тут и там стояли транспортеры, где-то посередине улицы была навалена баррикада и на ней установлена лазпушка на случай внезапного прорыва тиранидов — даже ночью где-то в городе шли бои. Основную массу перебили на подходах, но части групп удалось проскочить через кордоны и сейчас они вполне могли готовить диверсии, поэтому жителям крайне рекомендовалось закрыться дома на все засовы и сидеть тихо. Улицы патрулировались сестрами битвы вперемешку с гвардейцами и СПОшниками, энергоподстанция работала на полную мощность, давая как можно больше света на улицы и зарево от города виднелось далеко. Хват поднялся по ступеньками и прошел в разгромленный еще тогда вестибюль, который уже начали восстанавливать, но пока не закончили. Стефания повела прибывших на второй этаж. Вся суета вокруг, хождение и беготня солдат и гвардейцев по коридорами и лестницам напоминало Хвату оплот большевиков — Смольный, который тот видел на картинках в прошлой жизни. Не хватало только красных полотнищ на окнах и революционных матросов в бескозырках со скрещенными на груди пулеметными лентами, рыщущих в поисках жратвы и выпивки. "Водка есть? — Нет. — А где есть? — В Зимнем. — Ура!!!", что-то вроде того. Огрин даже ухмыльнулся, увидев несколько "одухотворенных" солдатских рож, которые прошли мимо и спустились вниз — так они были похожи на матросов. Впрочем, физиономия самого огрина ничем от них не отличалась — квадратная мощная челюсть, скошенный лоб и надбровные дуги, интеллектуал каких поискать. Стефания прошла по коридору и постучала в дверь, возле которой стояла охрана из двух гвардейцев. Те даже вопроса прибывшим не задали — огрина признали все, а канониссу и подавно. Хват вошел в комнату первым, услыхав половину фразы Конота:

— ... перекинуть часть третьей роты в помощь Сигмунду, а Марша отозвать, они и сами уже справятся, тем более что.... — полковник замолчал, увидев вошедших. — Хват!! — Обрадовался он. — Ты жив, я уже подумал, что сестры не успеют!

Он прошагал к огрину и похлопал того по локтю — выше просто не достал бы. Полковник был действительно рад, что командир роты громил выжил в мясорубке. Он послал Стефанию в космопорт только чтобы та привела любого офицера или сержанта, возглавившего огринов. На крайнем сеансе связи с сестрами ему сообщили, что ситуация нормализовалась, но потери среди гвардейцев очень большие, а подробностей Конот не знал. Абелина кивнула вошедшему Хвату, внимательно посмотрела на стоящую рядом канониссу. Мурзик крутился рядом и, едва заметив огрина, подбежал к нему, мяукнув, посмотрел в лицо громилы. Почему-то гиринкс благоволил великану.

— Я потерял пятьдесят семь человек. — Прогудел Хват, подходя к тактическому столу с картой местности. — Семьдесят тяжело ранены и выживет ли кто-нибудь из них — не знаю, их отправили первым рейсом. Как у вас дела?

— Все отлично. — Ответила Абелина. — Тиранидов удалось уничтожить на подходах к городу, но часть все же смогла проникнуть внутрь. Сейчас их поисками занимаются комиссар Марш и Превосходящая сестра Катерина. — Инквизитор посмотрела на канониссу, которая легко выдержала ее взгляд. — Но с этим справятся и обычные роты СПО при поддержке сестер и гвардии — сейчас перед нами лежит куда сложная задача. — Она сразу же перешла к сути. — С корабля удалось засечь место высадки Патриарха — это одинокий остров в океане, расположенный не так далеко от берега. Необходимо уничтожить его как можно скорее.

— Ударить с орбиты и все. — Пожал плечами Хват.

— Мы так и сделали. — Кивнула инквизитор, не собираясь бурно реагировать на слова огрина. Она ощущала, что потеря его сородичей больно ударила по командиру и криком она еще больше усугубит ситуацию, причем канонисса почему-то была враждебно настроена к ней, Абелина это ощущала почти физически, да и Мурзик не отходил от высокой женщины ни на шаг, вдруг она захочет напасть на его хозяйку. — Выжгли там все дотла, но только поверхность. — Картинка на тактическом столе показывала "голую скалу" в море. Остров не был плоским — там присутствовали несколько гор и восхитительных пляжей. — Но Патриарх ушел вглубь — достать из лэнс-пушек мы его не сможем. Нужна наземная операция, если мы хотим сдержать вторжение.

— И для этого вам нужен я и мои парни? — утвердительно спросил Хват.

— Да. — Кивнула Абелина. — Вы показали, что знаете о паразитах больше чем мы. Кстати, как ты догадался, что нападение на коммуну — это только отвлекающий маневр?

— После того, как паразиты напали на это здание, я провел свое расследование. — Ответил огрин и поискал взглядом стул. — Я присяду? Что-то я устал.

От Абелины не укрылось встревоженное лицо канониссы и комиссара, Эмилия так вообще кинулась к Хвату и попыталась поддержать его за руку, но это все равно, что взвалить на себя два центнера — тебя просто придавит под тяжестью груза. Инквизитор широким жестом разрешила и огрин плюхнулся на скамью посетителей. Он прикрыл глаза, откидываясь на спину, словно собираясь с мыслями — Абелина его не торопила, молчал и Конот. Чувство глубокой вины поселилось где-то внутри полковника и инквизитор сделала себе заметку в памяти, чтобы разобраться с этим лично. Но после. Наконец Хват заговорил:

— Патриарх не зря планировал эту атаку — вывести все управление города из игры и сделать его беззащитным. Он с самого начала хотел захватить столицу — тут и населения больше и это стратегически важно, ведь тут сосредоточены основные припасы, склады, ремцеха и силы сопротивления. Захват коммун, в которых практически нет охраны, будет делом очень простым, к тому же в основном они все рассредоточены по планете и занимают большую площадь. — Хват перевел дух и Эмилия подала ему полный стакан воды — огрин выпил ее с благодарностью во взгляде. — После того как вы узнали, что крупная масса людей была отправлена на работы в коммуны, но не доехала до места назначения — я специально узнавал и звонил главам, которые в первый раз слышали об этом, что в коммуне "Рассвет", что в "Колосе" — то я сделал вывод, что их похитили. Я не предполагал, что он перевезет их на орбитальную станцию, думал, что гнездо расположено где-то рядом с городом, равноудаленное от коммуны "Колос" и столицы. В коммуне он мог быстро нарастить биомассу, проведя отвлекающий нас маневр, а самому напасть на столицу, когда наших войск там не будет, ведь проявления в ее окрестностях мы бы так и не обнаружили. Он даже дал время главе коммуны сообщить о нападении, что еще больше укрепило меня в мысли, что это ловушка. — Хват снова передохнул. Ран было много и они очень сильно устал за время битвы. Регенерация замедлилась в связи с попаданием в кровь множества тиранидских вирусов и иммунная система, пускай и закаленная в боях с нанопомощниками паразитов, все же неважно справлялась. Нужны были специальные средства и травы, которые остались у других огринов и Веселушка уже вовсю потчевала их настоем по приказу Хвата. Сам же вождь надеялся на свой сильный организм и свою волю, однако его состояние не укрылось от канониссы и она, шевеля губами, вызвала в кабинет сестру госпитальер с иммунными препаратами и противоядием против слюны тиранидов. Так, на всякий случай. — Паразиты часто так делали — имитировали атаку в одном месте, чтобы воины бежали туда, сами же вырезали весь поселок подчистую или захватывали жертв. Я предположил, что здесь произойдет то же самое — уж больно было похоже. — Огрин посмотрел на полковника и инквизитора своим живым глазом. — Хорошо, что вы меня послушали и не стали спорить.

— Я все-таки еще немного псайкер. — Ответила ему Абелина. — И твое предположение оправдалось, пускай и ты ошибся с гнездовищем, но никто не мог предполагать, что Патриарх с комфортом устроится на орбите. Теперь же он выдал себя и наша задача — покончить с ним и сделать это нужно как можно скорее, пока эта тварь не сбежала с острова, поэтому... Хват, ты слушаешь меня?

— Он спит. — Немного раздраженно произнесла канонисса, подходя и кладя пальцы ему на шею, ощущая, как бьется жилка на его шее. — Дайте ему отдохнуть.

— Сейчас каждая минута на счету!

— Дайте ему отдохнуть!! — Симона была настолько праведна в гневе, что Абелина не стала спорить, а полковник Конот сильно удивился. Она точно поняла, что огрин был для нее не просто "коллегой по ремеслу", а чем-то большим. — Сестра Магнолия, где ты? — спросила канонисса по связи.

— Уже подхожу. — Дверь раскрылась и на пороге появилась госпитальер с медицинским чемоданчиком в руках. — Сейчас.

Она, не обращая внимания на собравшихся, тут же раскрыла его, набрала в инъектор противоядие и ловко вонзила иглу в один из порезов на руке огрина, доставая до глубоко спрятанной вены. Заметив заинтересованный взгляд инквизитора, Магнолия пояснила.

— У огринов очень плотная кожа — иглой проткнуть почти невозможно, она согнется. — Сестра оттянула веко и посмотрела в глаз отключившегося Хвата. — На лицо сильное истощение организма наряду с многочисленной кровопотерей, рекомендую отдых как минимум шесть часов.

— А если применить стимуляторы? — спросила Абелина.

— Вряд ли наши помогут ему. — Пожала плечами Магнолия. — Все же его организм разительно отличается от человеческого. — И услышала в горошине вокс-связи шепот Симона. — Так что я бы порекомендовала обойтись их традиционной медициной — вызвать сюда кого-нибудь из огринов-медиков. Они используют заживляющую мазь, варят настои из сушеных корневищ лишайников — средства точно им помогают. Я знаю пару медиков, что были в его подразделении.

— Я сейчас! — воскликнула Эмилия и, не спрашивая разрешения, моментально покинула штаб. Конот слегка усмехнулся на это, но ничего не сказал.

— И когда он придет в форму? — спросила Абелина.

— Трудно сказать. — Магнолия снова набрала полный шприц витаминного коктейля. — Но сон — лучшее лекарство. Утром можно будет точно сказать выживет ли он.

— Даже так? — удивился полковник. — На первый взгляд он вроде как вполне себе здоров.

— Это только на первый взгляд. — Обронила Магнолия. — Переливание крови сделать не удастся — у меня полный лазарет огринов, двое уже умерли от кровопотери и на очереди еще пятеро. Мне просто негде ее взять, а использовать тех, кто выжил... — сестра покачала головой, — они сами выглядят не лучше чем он. Раненых очень много.

— Придется штурмовать остров своими силами. — Произнесла Абелина. — А я так надеялась на громил.

— Немного подождем. — Произнесла канонисса. — Пока же предлагаю высадиться на нем, перевезти танки и артиллерию, подготовить плацдарм — на это у нас сил хватит. А потом, глядишь, и огрины подтянутся. Ведь воевали же люди как-то до этого с тиранидами не полагаясь на громил.

— Не использовать совершенную версию космодесанта — глупо. — Прямо в глаза Симоне посмотрела инквизитор. Стефания при этих ее словах сжалась в комок — ей показалось, что канонисса ее прямо здесь и прибьет, так она была взвинчена и расстроена.

— Даже самый крутой космодесантник однажды получает по соплям. — Веско произнес Конот. — У нас еще есть время, инквизитор. Давайте пока займемся тем, что предложила канонисса — начнем прессинг тиранидов. Сейчас Патриарх лишен ресурсов и может начать ловить рыбу в мутной воде. — Полковник усмехнулся. — И наращивать за счет нее свою биомассу.

— Разумно. — Согласилась Абелина. — Тогда отправим на погрузку подразделения Го Сюна, Бриска, Броскена, с которым я поговорю позже и отдельно от всех, — глаза инквизитора сверкнули, — Холана и Грачева. Тихонький пусть остается здесь — он очень серьезно ранен. Его солдат предлагаю пока передать под командование Курчатова — лейтенант тоже пострадал, но не так сильно, к тому же доказал, что может толково управлять людьми. Здесь останется Сигмунд и Зальц и все СПОшники — нечего им там путаться под ногами. Как только огрины более-менее придут в себя — перебрасывайте всех, нам пригодится каждый солдат.

— Пусть идут только добровольцы. — Возразила ей канонисса.

— Почему? — с любопытством спросила Абелина.

— Потому что сегодня они спасли миллион человек и до кучи несколько миллиардов на остальных планетах сектора, заплатив за это своими жизнями! — немного резковато ответила Симона. — Думаю, что они имеют право на отдых!

— Они дали присягу Империуму точно также как вы и я, и не имеют права оспаривать приказы командования. — Ледяным тоном заявила леди инквизитор.

— Вместо них пойдут мои сестры и я лично поведу их. — Твердо произнесла канонисса. — У нас силовая броня, мельта-ганы, лазпушки, я отдала приказ, чтобы челноки высаживали огнеметные танки прямо на остров. Мы пройдемся по тоннелям тиранидов очищающим огнем и выжжем эту мерзость до каменного основания! Если вы будете упорствовать в своем намерении отправить огринов впереди всех, как штрафную роту, то я буду ходатайствовать перед Инквизицией о лишении вас Печати и звания инквизитора!

Обстановка серьезно накалилась, канонисса была немного твердолобой, к тому же ей не нравилось, что какая-то баба, пускай и постарше ее, распоряжается жизнями солдат с такой легкостью — этих туда, этих сюда, этих под когти тиранидов бросим и все будет в порядке. И полковник не может ей возразить, потому что он совсем мелкая пешка в этих высоких элитных сферах. К тому же Симона на дух не переносила инквизиторов. Она сама не знала, почему, но всегда воспринимала их указания и приказы в штыки, отчего часто страдала и только заступничество канониссы Аурелии спасало эту тугодумную дуру. Сейчас она была готова растерзать Абелину только за то, что та отдаст преступный по ее мнению приказ. Конот замер, пытаясь определить настроение "своей" половины. Он не одобрял поведения канониссы, но и выступить тоже не мог — две бабы начали ссориться и мужику лучше не встревать, а то отхватишь от обеих. Впрочем, Абелина не была такая уж дура, как Симона.

— Хорошо, будь по-твоему. — Легко согласилась она. — Пускай идут только добровольцы. Но что-то мне подсказывает, вряд ли кто-то из огринов останется здесь, кроме тяжелораненых.

— Пускай они сами решают, они это заслужили. — Сердито буркнула Симона и развернулась к Магнолии. — Проследи, чтобы Хвата доставили к его подразделению и как следует подлечили. Я же займусь переброской своих войск с вашего позволения. — Канонисса кивнула, откланиваясь и покинула штаб. Вслед за ней вышла Стефания и Магнолия и инквизитор с Конотом остались одни.

— Какая скверная баба. — Поежилась Абелина. — Такая точно пригодилась бы в Инквизиции.

— Нет уж. — Оттянул ворот полковник. — Она и на своем месте страшна в гневе и имеет право судить и миловать.

— Посмотрим, так ли она хороша в битве, как говорит. — Абелина посмотрела на Конота. — Поверь, я могу укротить даже такую страшную стерву. — И повернулась к огрину. — Что же такое она в тебе нашла? Хотя, пути Императора неисповедимы.

Полковник не нашелся, чем ей ответить и просто развел руками.

Глава 6.

Хват резко проснулся от того, что кто-то пытался снять с него доспехи. Мозг еще полноценно не включился в работу, но тело уже среагировало, рефлексы не подвели и огрин схватил за руку этого кого-то, оказавшегося Веселушкой. Девушка вздрогнула от неожиданности, посмотрела Хвату в глаза, который уже узнал ее, а также баночку с заживляющей мазью, удерживаемую ею в руке. Рядом со штатным медиком отряда стояла Эмилия, непроизвольно зевая, потому что тоже изрядно устала и от беготни, и от битвы, и от всего произошедшего. Огрин поерзал на лавке, усаживаясь поудобнее, вспоминая, где он находится.

— Похоже, я вырубился ненадолго. — Хрипло произнес он. — Сколько времени прошло?

— Сорок минут, час, какая разница. — Пожала плечами комиссар. — Я успела доехать до казарм и вернуться обратно в штаб вместе с Веселушкой, чтобы подлатать тебя.

— Снимай доспехи — я смажу твои раны. — Произнесла девушка, уже приготовившая мазь.

— Ну, не здесь же. — Огрин осмотрелся и увидел, что полковника и инквизитора в кабинете нет. — А где Конот?

— Он руководит погрузкой на челноки. — Ответила Эмилия. — Инквизитор распорядилась, чтобы начали переброску пехоты и техники на остров, где обнаружили гнездо тиранидов.

— Ты снимешь уже доспехи или нет? — нетерпеливо сказала Веселушка. — Долго я так должна стоять?

— Сниму, сниму. — Пробурчал Хват, вставая.

Он расстегнул застежки, аккуратно ставя помятый и местами проткнутый нагрудник доспеха возле лавки, наплечники, наручи тоже отправились следом. Поддоспешник, которым выступала плотная брезентовая ткань, с внутренней стороны весь пропитался потом и был точно также изрезан когтями тиранидов. Веселушка помогла Хвату раздеться до пояса, сразу же увидев сползшие бинты на ране. Кроме многочисленных синяков, ушибов и царапин на теле Хвата присутствовали два глубоких разреза, сочившиеся сукровицей. Эмилия с содроганием взглянула на то, как огрин, чуть поморщившись, выдавил гной, позволяя чистой крови "промыть" рану.

— Куда ты лезешь своими грязными грабарками?! — завопила Веселушка, ударив Хвата по рукам. — Сейчас я промою рану и зашью, хорошо что прихватила все что нужно. — Она стала копаться в своем рюкзачке, в который легко можно было засунуть госпожу комиссара целиком и еще место осталось бы. — Тупоголовые мужики. — Ворчала медик, отыскав выданный на складе медицинский спирт, аналог йода и крупную иглу с нитью из жил мохнача. — Вечно лезут, куда не понимают, потом болеют, хиреют, заразу цепляют. — Она продолжала ворчать, смочив бинт спиртом и аккуратно вычищая рану.

Хват молчал, терпеливо пережидая ее ворчание, не вмешиваясь в процесс. Он заметил, что Веселушка злобно сверкнула на него глазами, продолжая свое занятие и бормоча под нос. Эмилии стало смешно, но она сдержалась и отошла к тактическому столу, на котором продолжала парить интерактивная карта острова — информацию передавали сразу с орбиты, которую уже зачистили от тиранидов. Станцию взорвали к варповой бабушке, чтобы этой мерзости и рядом не было и сейчас два корабля — эсминец и легкий крейсер заняли удобные позиции для стрельбы из лэнс-пушек, зависнув над островом и над городом. Воздушное пространство планеты полностью контролировали истребители и перехватчики, которые возвращались на дозаправку и пополнение боеприпасами, садясь на космодроме, куда уже подвозили со складов все необходимое. На каждой планете резервы НЗ, предназначенные для имперской гвардии, тщательно охранялись и своевременно пополнялись, при этом разворовать их было сложновато. Если такое происходило, то провинившихся чиновников ждала незавидная судьба.

— В госпитале все нормально? — спросил Хват нейтральным тоном.

— Нет. — Зло буркнула Веселушка, уже успокаиваясь. Она и сама не понимала, почему разозлилась на вождя, просто своим поведением последнее время он ее бесит. — Двое умерли — Мошонка и Круча, восемь в очень плохом состоянии — еле дышат и без сознания. — Она посмотрела на Хвата. — Не знаю доживут ли до утра. Сестры госпитальер вместе с техножрецами колдуют над какой-то установкой переливания крови или раствора ее заменяющего, сказали, что может получиться их ремани...рениам... ре-а-ни-ми-ро-вать, — выговорила по слогам Веселушка. — Пусть попробуют — я сделала все что могла.

— Настоем хоть поила? — спросил Хват и тут же пожалел об этом.

— Нет, бл..ь, водой! — воскликнула взвинченная медик. И где только таких слов набралась? Видимо, ее плотное общение с медиками людей и гвардейцами явно не пошло ей на пользу. — Думаешь, я не знаю, что делать?!

— Ладно, не кипятись. — Примирительно сказал огрин. И добавил наставительно. — И не ругайся, тебе это во-первых, не идет, и во-вторых — дурной пример заразителен, не уподобляйся матерящимся гвардейцам.

Уши также как и щеки Веселушки порозовели, как тогда в крепости арбитрес и она молча продолжала обрабатывать раны вождя. Хват прекрасно понимал ее чувства — когда на твоих руках умирает пациент, а ты ничего не можешь сделать просто потому, что раны слишком глубокие, он потерял много крови и вопрос его выживания — это вопрос чуда, то произошедшее очень сильно ударяет по переживающему за пострадавшего медику. Будет угодно Небесному Кузнецу или самому Императору, чтобы боец выжил и выздоровел — это произойдет. Нет — значит, нет. Хват же старался не касаться вопросов веры, если это помогает его воинам, то и незачем запрещать. Да он и сам последнее время начинал задумываться над сутью вещей, почему все устроено именно так и не иначе. И возникший внезапно вопрос о происхождений огринов его тоже заинтересовал еще там, в учебке, ведь он видел своих "собратьев" с других планет и они разительно отличались от его родичей. Пускай не силой и комплекцией, но умом и сообразительностью. Нет, они тоже не были такими уж тупоголовыми, какими их показывают в имперских агитках и методичках, но не отличались гибким умом, как сородичи Хвата. Узнавая что-то новое, огрин это запоминал и потом применял в жизни, другие же смотрели на новинки равнодушно. Впрочем, даже неумным собратьям нравилось стрелять из дробовиков, потому что это было очень шумно и весело.

Веселушка закончила обрабатывать раны и начала зашивать их, прокалывая иглой кожу и стягивая края. Хват морщился, но боль притупилась от мази, которая обладала мягким анестезиологическим эффектом и было не так больно. Захотелось спать, но огрин приказал себе взбодриться, потому что впереди еще было одно незаконченное дело. Веселушка сама уже клевала носом — она выдержала тяжелый бой, пускай и на второй линии. Каким бы равноправием огринские женщины не пользовались, но мужчины всегда их задвигали на второй план, первыми принимая удар врага на себя. Наивысшая задача женщины — рожать воинов и беречь очаг, а не биться с противником, хотя они и умели это делать. Поэтому Веселушка видела, как погиб Стержень, Битень, Кулак, Ловкач скончался от полученных ран еще там, возле жилого комплекса коммуны, Космач получил тяжелые раны и сейчас находился между жизнью и смертью. Из всего личного отряда Хвата на ногах остались только она и Молчун, который сейчас отдыхал в казарме — Жила приказал всем спать как только огрины выгрузились из транспортеров. Воины понимали, что конец еще далеко и использовали каждую минутку для отдыха. Веселушка закончила зашивать раны на теле вождя, срезала нитку и нанесла на все это сверху толстый слой мази, плотно перебинтовав. Хват почувствовал себя как в корсете.

— Без резких движений хотя бы сутки, а то раны вскроются. — Пробурчала девушка себе под нос и вздохнула, виновато посмотрев на вождя. — Только нет у нас этих суток.

— Нет. — Согласно кивнул он. — Благодарю. — Он отечески потрепал ее волосы на голове и начал натягивать вонючий поддоспешник.

— Погоди, его надо постирать и зашить, лучше надень чистый. — Остановила его Веселушка, начав копаться в рюкзаке, бурча оттуда. — Я... вот... принесла. — Добавила она уже тише.

Хват с интересом посмотрел на девушку, но выяснять причину ее заминки не стал.

— Доставай тогда.

Из безразмерного рюкзака тут же был извлечен комплект одеяния как раз под размер Хвата, который немедленно в него облачился. Помятый доспех закрепили сверху, огрин сунул топор за спину рукоятью в чехол, болтер так и не покинул кобуры, лазган повис на ремне, а единственная мельта была взята в руки. Огрин решительно направился к двери, которая распахнулась перед его носом и внутрь влетела канонисса, чуть не столкнувшись с могучей тушей громилы. Симона попыталась затормозить, но ее мягко поймали за талию, а сам Хват чуть сместился в сторону, чтобы женщина не ударилась в его доспехи.

— Хват?! — она очень удивилась тому, что огрин уже проснулся и встал. — Ты же... куда ты собрался? Тебе нужно отдыхать!

— Prorab выпускает ракету, не время нам всем отдыхать. — Пропел Хват. — Я слышал, вы планируете зачистить гнездо, тогда нам нужно спешить — ждать нас никто не будет.

Он не видел, как Веселушка за его спиной, упаковывая рюкзак, равнодушно смотрела на канониссу, однако в ее взгляде нет-нет, да мелькали искорки неприязни. Это наверняка повеселило бы Хвата, заметь он что-то подобное.

— Я разговаривала с инквизитором и она согласилась, чтобы участвовали только добровольцы. — Сказала Симона. — Вам нет нужды всем совать туда голову — раненые могут остаться здесь.

— Так и сделаем. — Кивнул огрин. — А сейчас надо спешить. О, а это что за эскорт?

В коридоре стояли несколько сестер битвы с носилками. Канонисса обернулась и чуть смущено произнесла:

— Это мы собирались тебя тащить в лазарет.

— Зря. — Буркнул Хват. — Такую тушу вряд ли подняли бы.

— У нас встроенные в силовую броню экзоскелеты. — Заметила канонисса, которая чуть-чуть обиделась на такое замечание огрина.

— Тогда носилки бы сломались под такой тяжестью. — Просто ответил тот. — Ладно, раз уж пришли, то тащите нашего комиссара, а то она спит на ходу.

— Вот еще! — Возопила Эмилия. — Ничего я не сплю!

— Да? — удивился Хват. — Тогда чей храп я слышал минуту назад?

Все засмеялись, а комиссар хотела обидеться на огрина, пока не поняла, что это такая военная шутка.

— Отдых, конечно, не помешает. — Сказал громила, когда смех утих. — Сколько лететь до острова?

— Час, может быть чуть больше. — Быстро подсчитала в уме канонисса.

— Веселушка, сколько у нас осталось бодрящего корня?

— Немного. — Покачала головой та. — На котелок хватит.

— Тогда пойдут только те, кто выпьет настоя.

— Ты сильно огорчишь тех, кого оставишь здесь. — Серьезно произнесла Веселушка. — Захотят пойти все, а варева получится мало.

— Будем тянуть жребий. — Пожал плечами Хват и повернулся к канониссе. — Можешь подкинуть нам оружия и боеприпасов? Эта штука, — он потряс мельтой, — оказалась весьма эффективной и очень хорошо жжет тварей. Если получится, то можно снять подобные с танков или транспортеров, тащить только неудобно будет, но что-нибудь да придумаем. Потом пригодятся огнеметы и дробовики — паразиты обожают прятаться в нишах в пещерах, там много тесного пространства и это оружие будет более востребованным, чем лазганы. Хорошо бы запустить туда пару ракет, но тогда обрушаться своды и Патриарх окажется заперт и сможет прорыть себе другой выход, а вечно караулить на острове его мы не сможем. К тому же он в любой момент может издать психический вопль и сюда примчит осколок Флота-улья и тогда всем станет очень кисло.

— Все твои предложения выглядят дельными, я сейчас же отдам приказ, чтобы техножрицы на "Славном" смогли переделать столько мельт, сколько у нас есть. Пока будем лететь, пока высадимся, определим норы и места атак, наметим маршруты, подвезут оружие и боеприпасы.

— Так и сделаем. — Хват чуть отстранил Симону. — А пока я переговорю со своими воинами — мы пребудем на погрузку как только решим, кто пойдет.

— Я немедленно отправлюсь в космопорт и первым же транспортом полечу на остров, чтобы организовать прием войск. Как только вы прилетите, все будет готово. — Ответила ему канонисса и, повернувшись, первой вышла из комнаты.

— Святоша. — Ядовито буркнула себе под нос на огринском Веселушка, думая, что ее не услышат, но Эмилия стояла рядом и с удивлением посмотрела на девушку. Она что, испытывает к канониссе неприязнь? Нет, причин у огринши ее любить, конечно, нет, но чтобы так относиться к сестре битвы, которая спасла их от смерти? Странно. А если она узнает или инквизитор почувствует эту сложившуюся неприязнь, как тогда быть? Не прилетит ли самой комиссару за такое непотребство, ведь она должна пресекать подобные мысли среди личного состава своего подразделения. Надо бы устроить личный разговор с Веселушкой, разузнать, что именно ее заставило так ненавидеть канониссу.

— Пошли, барышни. — Хват поманил девушек за собой.

За последний час в здании Администратума ничего не изменилось — также по "Смольному" ходили гвардейцы и бегали чиновники, стояла стража из местных СПО, мелкие командиры добровольческих отрядов забегали в кабинеты, получая на руки распоряжения, бланки приказов, отдавая на подпись уже состряпанные отчеты и рапорты — бюрократическая машина вовсю ворочалась. Кто-то орал благим матом, пытаясь выбить для своих солдат лучшее обмундирование, кто-то сетовал на отсутствие транспорта, все грузовики, мол, забрала гвардия. Мимо огринов и комиссара прошла группа техников, совершенно не обращая на них внимания — они направлялись в отдел, заведующий запчастями, для получения указания по восстановлению водоснабжения города — тираниды во время штурма очистных и канализации повредили часть оборудования. К тому же там могли еще оставаться их разрозненные отряды и техники откровенно боялись туда лезть без поддержки гвардии.

Транспортер с заснувшим за рулем рядовым Гарри так и стоял, приткнувшись возле здания Администратума. Хват постучал по броне стволом мельты и водитель проснулся, замотав головой в поисках источника шума.

— Заводи, поехали. — Отдал приказ огрин.

Все расселись и транспортер, пыхнув черным выхлопом, помчался по пустым ночным улицам города, тормозя на блокпостах, объезжая баррикады — Гарри уже выучил все перекрестки и улицы наизусть. Доехали минут за двадцать к месту новой дислокации гвардии — территория части сейчас превратилась в выжженное пятно земли с разрушенными до основания постройками. Казармы же находились недалеко от космодрома и представляли собой бараки для временного проживания вахтовых рабочих, в которых и разместили гвардейцев. Там же находился и временный госпиталь, в котором вовсю трудились сестры битвы. Хват шепнул Гарри на ухо и тот, кивнув, свернул к зданию, где лежали раненые огрины. Вождь вышел из транспортера, отпустив водителя — Эмилия и Веселушка пошли за ним.

Огрин вошел в низкие двери, ловко протиснувшись в проем. Потолки не были привычно высокими, сделаны для людей, так что пришлось идти сгорбившись. По коридорам бегали медсестры, сидела дежурная, которая тут же встрепенулась, завидев посетителей.

— Вы куда?! — спросила она, загораживая проход. — Тут госпиталь, посторонним находится запрещено!

— Где лежат раненые огрины? — спросил Хват. — Их около семидесяти человек, должно быть большое помещение.

— В дальнем крыле. — Дежурная сестра госпитальер поняла, кто перед ней. — Пройдите стерилизацию и можете их навестить или поговорить с сестрой Магнолией, которая ими занимается. Доспехи снимите — на них может быть тиранидская зараза.

Хват не стал спорить и разоблачился тут же, подумав, что его раны скрыты под одеждой и незаметны для сестер. Веселушка первой проскочила в стерилизационную, оборудованную установкой, облучающей входящего и убивающей всех микробов на его одежде, к тому же обувь необходимо было мыть в специальном растворе, в ванне с которым огринские говнодавы не помещались. Так что Хват взял тряпку и тщательно обтер подошву, после чего положил ее на пол и снова вытер ноги, выходя из комнаты. После чего дежурная вроде как удовлетворилась его внешним состоянием и пропустила к палате, где лежали раненые. Хват прошел туда, открыл дверь и застыл на пороге.

Прямо на полу, на матрацах, лежали огрины, все опутанные трубочками системы жизнеобеспечения, подключенные к аппаратам искусственного дыхания. Между ними ходили сестры, записывая показатели, а за размещенным в углу когитатором, куда стекались все данные, сидела сестра Магнолия, которую Хват узнал сразу же — у него была хорошая память на лица. Женщина заметила вошедшего и тут же встала, направившись к нему.

— Каково их состояние? — спросил огрин.

— У шестидесяти шести уже стабилизировалось, но они пока все без сознания. — Ответила медик. — Умерли еще трое.

— Кто? — в голосе Хвата было столько горечи, что у самой Магнолии сердце само сжалось от тоски.

— Вот они. — Тихо произнесла медик, указывая на три трупа, накрытых простыней с головой.

Хват подошел к ним, открывая лица. Клыкастый, Вертлявый и Космач. Видеть труп последнего было еще больнее — безмятежное лицо погибшего огрина словно улыбалось командиру и подмигивало, мол, не грусти, все будет хорошо. Хват провел рукой по щеке Космача, поправил сбившийся с головы волос, после чего закрыл простыней и повернулся к Магнолии. Эмилия не пошла дальше порога — она прекрасно видела оттуда, кто именно умер и на ее глазах наворачивались слезы. Девушка отвернулась и вышла в коридор, плюхнувшись на скамью ожидающих, рядом с ней присела Веселушка, которая разделила боль утраты товарищей вместе с командиром. Она ощущала тоску и горе Хвата даже отсюда, через которую пробивалась еле сдерживаемая ярость и гнев.

— У меня есть для вас просьба. — Магнолия приготовила книжечку для записей. — Похороните их по нашим обычаям — сожгите тела на рассвете. Веселушка останется с вами и покажет, что надо сделать и как.

Магнолия просто кивнула, не став задавать глупых вопросов или ерепениться — не время и не место. А вот Веселушка вскинулась и набросилась на вождя.

— Значит, ты не хочешь меня брать с собой?!! — слезы в ее глазах высохли и сейчас метали молнии праведного гнева.

Хват подошел к девушке и обхватил ее за плечи словно заключил в объятия.

— Я буду далеко и не смогу провести обряд. — Сказал он. — Возлагаю на тебя эту честь.

Веселушка была зла, но согласилась, не став спорить. Сейчас перед ней стоял не охотник и воин Хват, которого она давно знала, а самый настоящий ВОЖДЬ! Который имеет право отдать приказ и не выполнить его, значит пойти против его воли, стать изгоем. Веселушка слишком уважала Хвата и не только, поэтому просто подчинилась, не устраивая истерик, как это иногда делали имперские женщины — она просто не представляла себе подобного поведения. Хват погладил ее волосы и произнес:

— Начни варить настой — нам понадобятся все силы, чтобы истребить эту мерзость и отомстить за павших. Идем.

В казарме стоял богатырский храп — все очень устали и использовали каждую минутку для сна. Дневальный отсутствовал — все равно бы уснул, так что на входе дежурил кто-то из гвардейцев Тихонького. Сам лейтенант лежал в госпитале и Хват по пути заглянул к нему, удостоверившись, что с ним все в порядке. Да, он потерял ногу, но быстрый разговор с сестрой Магнолией, которая сопровождала огрина до выхода, оставил в душе Хвата надежду, что лейтенант, нет, уже капитан, получит новую аугментику и еще послужит на благо Империума.

Хват щелкнул выключателем и помещение залил яркий свет ламп.

— Рота, подъем! — скомандовал он и солдаты зашевелись, протирая глаза и беззлобно ругаясь. — Построиться!

Многие заметили, что вождь был в латах и вооружен, с расширившимися от недосыпа зрачками, почти полностью закрывшими глаз и зашевелились быстрее. Веселушка не стала ждать и уже извлекала из своего волшебного рюкзачка ингредиенты для варева. Хват оглядел оставшуюся в живых сотню.

— С орбиты засекли место, где спрятался Патриарх. — Он сделал паузу, чтобы смысл дошел до всех. — Это небольшой остров недалеко от континента, весь изрытый пещерами и ходами паразитов. Сейчас туда перебрасывают войска и технику, скоро настанет и наша очередь. Согласно приказу полковника Конота наше подразделение понесло большие потери в результате операции по защите коммуны, поэтому... — Хват снова оглядел всех, — для зачистки логова мне нужны добровольцы.

Все сделали шаг вперед — никто не захотел отсиживаться в казарме, когда остальные пойдут мстить за собратьев. Вождь мысленно кивнул себе.

— Я знаю, что вы устали, но запасов бодрящего корня на всех не хватит — сколько получится порций, столько людей и пойдет. — Огрины недовольно зашумели и Хват повысил голос. — Я не хочу потерять еще и вас! — Он смотрел в глаза каждому. — Нас и так осталось мало, а вы устали после битвы, многие имеют раны, которые скрывают от медиков. Или думаете я об этом не знаю? — некоторые опустили глаза. — Мне нужен каждый боец и я взял бы всех, но в пещерах — вы все знаете — нужна сосредоточенность и ловкость, а именно сейчас ей мы похвастать не можем. Поэтому пойдут только те, кто получил царапины или неглубокие порезы, кто успел отдохнуть и восстановить силы, к тому же настой примем только перед операцией, во время полета можем немного поспать.

— Пойдут все. — Из строя вышла Ступа и встала, уперев руки в бока. Чем-то она напомнила Хвату жену Обвала, тихую и смирную женщину, которая никогда не перечила мужу, но если тот где-то умудрился накосячить, то вот тут превращалась в строгую и справедливую судью. Ступа же, не обращая внимания на вождя, прошла к своему мешку и стала в нем копаться, поясняя на ходу свои действия. — Для такого случая берегла. — Она извлекла на свет небольшой мешочек из шкур, встряхивая его. — Нужно только его растереть хорошенько.

— Что там? — спросил любопытный Носач.

— Измельченная в порошок печень рыбы Го. — Ответила Ступа и все огрины издали вздох удивления. — Редкая штука, я знаю, по случаю выменяла у поморов, как знала, что пригодится.

— Сколько там? — спросил Хват.

— На эту сотню как раз достаточно. — С ухмылкой ответила девушка, подходя к вождю. — На, смотри сам. — И развязала мешочек, в котором лежал бурый порошок.

— Я никогда его не видел. — Пожал плечами вождь. — Только слышал.

— Я видел. — Вылез вперед Жила и заглянул в мешок. — Точно, он.

— Тогда живем! — воскликнул Молчун и посмотрел на Хвата. — Придется тебе брать всех, вождь!

Хват вздохнул и посмотрел на Веселушку.

— Кто-то должен остаться — провести обряд над павшими братьями и присмотреть за ранеными. Главной я назначил Веселушку.

— Пусть остаются женщины. — Прогудел Скала, зам погибшего Горы, не уступающий ему ростом.

— Еще чего?! — вскинулась Заноза. — Ты, что ли, за меня решать будешь?!

— Не дело вам в пасть к тварям лезть. — Возразил Скала.

— Да нас тут больше половины!! — возразила девушка. — Мы на второй линии стояли и не сильно пострадали!

— Неправда. — Ответил ей Шорох. — Вас паразиты с правого фланга атаковали, я видел. И потом, не спорь с мужчинами, как вождь решит, так и будет. — Огрин сложил руки на груди и посмотрел на Хвата, ожидая от него подтверждения своих слов.

— Разделимся на три отряда. — Тот посмотрел на Занозу, которая даже не фыркнула на это замечание. — Впереди пойдут разведчики-охотники. Сколько нас? — Огрины молчали, подсчитывая в уме. — Правильно, с десяток, не больше. Воины будут держаться позади и составят второй отряд, а вы — поддержка. Третий и замыкающий. Согласна?

— Я тоже могут быть охотником! — дерзко выкрикнула Заноза, но вождь отрицательно покачал на это замечание головой, прекращая спор.

— Ты — женщина и прекрасно это знаешь. Ты слабее, чем мы, но выносливее, стоит признать, однако столкновения в ближнем бою не выдержишь. К тому же мы там будем не одни — гвардия тоже пойдет в пещеры. Просто нужно сделать так, чтобы Патриарх сосредоточил удар на нас — он знает на что мы способны. И принимать его на себя будут воины.

— У нас есть лазганы, дробовики и огнеметы! — Заноза потрясла оружием. — Мы не с топорами, мечами и копьями на паразитов идем!

— Не спорь. — Твердо сказал Хват. — Ты знаешь, каков твой удел, так почему идешь против природы? Смотри, писька отрастет.

— И мужа у тебя никогда не будет. — Произнес с серьезным лицом Жила. — Где это видано, чтобы мужик на мужике женился?

Огрины засмеялись, а Заноза покраснела.

— Ну, раз она смущается, то, значит, не все потеряно. — Улыбнулся Хват и солдаты заржали громче. — Вместе с Веселушкой останутся Кривой, Хмырь, Пушинка и Снежинка, остальным — собрать личные вещи, проверить оружие и выдвинутся на космодром — я пока пойду узнаю насчет транспорта.

Лица у названых вытянулись, но они не стали спорить — прав вождь, кто-то должен и за ранеными присмотреть и на хозяйстве задержаться. Пещерники никогда всем скопом не ходили бить врага — дом должен остаться под надежной защитой и сейчас их дом — этот город. Те же, кто полетит на остров, предвкушали славную битву с врагом, где можно было отомстить за своих павших товарищей и жаждали сражения. Эмилия обратилась к Веселушке, которая уже разогрела походную плитку и поставила варево на огонь, ожидая, когда закипит.

— Что это за средство такое из печени рыбы?

— Им пользуются поморы. — Ответила та, наблюдая за неспешными сборами, ведь Хват давал время привести себя в порядок и почистить оружие. — Ловят эту редкую рыбу, потрошат, мясо едят, а вот печень сначала вымачивают в каком-то растворе, даже не знаю его состав, потом высушивают и растирают. Порошок, если его вдохнуть, придает человеку сил и бодрости на долгое время, усталость отступает, а мужская сила возвращается. — Веселушка стрельнула глазами в область паха. — Полученную организмом энергию можно применить в битве или же на супружеском ложе. Хват выбрал первый вариант.

— А что, у огринов и такое бывает? — удивилась Эмилия, имея в виду второе, и девушка ее поняла.

— Еще как. — Усмехнулась она. — Особенно у старых мужчин. У молодых и так сил полно, им это без надобности, а вот вождям, когда те становятся таковыми в приличном возрасте... иногда требуется энергетическая подпитка, чтобы сделать наследника — жена у него как правило молодая и здоровая, чтобы выносить потомство. Вот некоторые и прибегают к порошку, но он очень редкий и выменять его нелегко — поморы могут запросить с полсотни доспехов или же поставить условие — вооружить весь свой поселок.

— Они не производят металл сами? — с любопытством спросила комиссар.

— Там снежная равнина — кругом лед. Поморы живут на побережье Ледяного моря, ныряют вглубь и охотятся там на морского зверя, который не прочь разбавить свой рацион их тушками. — Веселушка усмехнулась, вспоминая. — Поэтому добыча рыбы Го, которая по размерам не больше ладони, — она показала нас своей, — это весьма хлопотное занятие. Обитает она на больших глубинах, прячется в естественных пещерах и туда не каждый помор донырнет — воздуху не хватит.

— Они прямо так ныряют? — глаза у Эмилии увеличились в размерах. — Это как, дыхание задерживают?

— Ну да, — кивнула Веселушка, высыпая в кипящую воду сухую траву и корешки, — они ведь не такие как мы.

— То есть как?

— Даже внешне отличаются — по большей части худые, высокие, ступни длинные, между пальцев — перепонки, чтобы хорошо плавать, а вот тут — жабры. — Она показала за ухом. — Только долго они под водой все равно находится не могут — дыхания не хватает. Это я сейчас знаю, что они частично восполняют запас кислорода в легких, Хват рассказал, но его расход повышен — холодно там, тело нужно согревать и двигаться, а то ноги сразу же протянешь. Я не особо разбираюсь в их анатомии, но точно знаю, что они от нас отличаются. А вот южане — вроде такие же как и мы, только живут далеко. Мы с ними не встречались, возможно, они также торгуют с северянами через поморов — у тех поселки разбросаны по берегу всего моря.

— Интересно, а?... — хотела было спросить комиссар, но тут огрины собрались и начали выходить из казармы и грузиться в транспорты, — ты же еще не доварила!

— Я успею передать настой перед посадкой. — Успокоила ее Веселушка, заметив, что к Эмилии подходит Веснушка. — Тебе пора.

Комиссару страсть как хотелось узнать про поморов и вообще про огринскую жизнь на их планете, но пришло время грузиться на челнок, а Эмилия должна быть со своим подразделением везде, где то ведет бой. На передовой край ее никто, конечно, не пустит, комиссара берегли, но и удерживать не станет — огрины уважают доблесть и профессионализм в бою.

Возле казармы уже стояло с пяток машин — как только Хват вышел и поймал за руку пробегавшего мимо офицера СПО, так сразу же решился вопрос с перевозкой. Добровольцев было много и они жаждали помочь, простые работяги и водители с удовольствием и рвением возили боеприпасы и самих гвардейцев на космодром, медики в лазаретах и медсестры ухаживали за ранеными, вовремя меняли повязки и капельницы. Все знали и видели наступление тиранидов и как гвардия храбро встала на защиту города, поэтому отказов от чинуш офицеры и солдаты не слышали, для многих простых граждан было кощунством даже подумать о подобном. Но в бочке с медом найдется своя ложка дегтя, пока же эта дерьмовая субстанция не бурлила, пережидая отправку гвардии, чтобы потом тихой сапой развернуться. Или не развернуться — новый планетарный губернатор точно привезет с собой собственную администрацию и перестановки в бюрократическом аппарате, а также увольнения неизбежны. Вот бздюны жопы и рвали, боясь потерять свои насиженные места.

Уже начинался рассвет, с этими перебросками туда-сюда, полетами и докладами Хват не заметил как прошла ночь. Сейчас на планете царило лето и темное время суток длилось недолго, а в северных широтах так вообще светило не закатывалось за горизонт, так что ничего удивительного. Челноки также прибывали и стартовали — сестры битвы перебрасывали технику сначала на космодром, а уже потом вывозили ее атмосферными транспортниками на остров. Видимо там не было достаточно большой площадки, чтобы на ней смог приземлиться пузатый орбитальный корабль, да и размерами челноки превосходили местные "самолеты". Один из таких только что коснулся своими опорами бетонки посадочного поля, открыл аппарель, ожидая погрузки. За старшего на переброске остался капитан Смоляк, которого полковник уже успел перевести в майоры и свои заместители — до этого эту функцию выполнял комиссар Марш. Хват заметил знакомую квадратную низкорослую фигуру танкиста и направил машину в его сторону. Смоляк был смеском сквата и человека, от своего родителя получил силушку и рост, а от матери — белый цвет кожи и правильные черты лица. Сейчас капитан-майор бубнил в вокс-передатчик, раздавая указания.

— Куда прешь! — заорал он, увидев приближающийся транспорт, подслеповато сощурившись. От природы видел Смоляк не очень хорошо, привыкнув полагаться на оптику, а в сумерках так и вообще различал предметы только по контурам. — Тормози!!

Как только машина остановилась Хват перепрыгнул через борт, резкое движение отозвалось болью в боку, но туго намотанные бинты играли роль корсета, да и рана уже стала немного заживать — Веселушка применила свои традиционные методы лечения — и подошел к капитану. Тот немедленно узнал фигуру огрина и улыбнулся.

— Хват, дружище! — закричал он. — Ты уже на ногах? Быстро же ты одыбал!

— Организм молодой да крепкий. — Ответил тот. — На какой челнок нам грузиться, что ближайшим отправляется на остров?

— Можете взять вон тот, который только что сел, я сейчас свяжусь с его пилотом. — Капитан махнул рукой в сторону только что севшего воздушного корабля. — Только подождите танкистов сестер битвы — они погрузят три своих огнеметных машины и можете отправляться.

— Полковник уже там?

— Да, принимает войска. — Кивнул капитан и сжал кулаки. — Меня оставили здесь руководить передислокацией, потому что моя рота, видите ли, понесла большие потери. Проклятье, а я так хотел намотать кишки Патриарха на гусеницы своего "Левиафана", чтобы отомстить за павших ребят! — Он посмотрел на огрина. — Может оставишь на его лбу метку от меня? В виде креста?

— Вырежу кусок его хитина и привезу тебе — можешь повесить на броню. — Хмуро ответил огрин. — Этот гад нам всем серьезно задолжал.

— Тут я с тобой согласен. — Смоляк снова махнул рукой по направлению челнока. — Давайте, грузитесь, время уходит. Эта сволочь, почуяв себя в ловушке, может ударить по всем нам своим воплем и поджарить мозги, пока мы тут треплемся.

Хват кивнул и отдал приказ своим. Огрины покинули транспортеры и живо забрались в корабль, рассевшись на скамьях по бортам. В это время сел орбитальный челнок, из которого сестры начали выгонять свою технику. Три танка откололись от группы и направились в сторону челнока — канонисса распорядилась, чтобы экипажи слушали и подчинялись командам Смоляка. Сама же уже умотала на остров, как только убедилась, что с огринами все в порядке, оставив в городе за старшую Превосходящую сестру Катерину, которая, понятное дело, весьма возражала. Впрочем, для нее это была не главная причина — комиссара Марша Конот забрал с собой и тот сейчас воодушевлял войска на острове, однако парни в его речах не сильно и нуждались — все хотели отомстить за павших товарищей, ведь у каждого погиб боевой товарищ. Марш же как всегда занялся организацией и снабжением, тогда как Конот — планированием атаки и постройкой оборонительных сооружений.

Танки заняли свои места, экипаж челнока быстро натянул растяжки, чтобы крупные машины не болтало в трюме и пилот поднял потяжелевший транспорт в воздух. Четыре реактивных движка натужно взвыли, конвертоплан перешел из вертикального в горизонтальный полет и, заложив вираж, скрылся в предрассветных сумерках. Хват проверил мешочек с порошком. На всех стимулятора все равно не хватило и оставшимся пришлось довольствоваться настоем корня, который передала Веселушка. И кое-что еще. Сказать ничего не сказала, но огрин и так все понял — в его руке оказался оберег, вырезанный девушкой из местного куска дерева, тогда как подобные вещицы на родной планете огрины делали из кости. Обычно использовались останки скелета мохнача, заговаривались шаманами рода и воины или охотники носили такие амулеты на шнурках из жил на шее. Здесь добыть кости мохнача Веселушка не смогла, поэтому использовала более простой и доступный материал — дерево. Ведь главное не из чего сделан оберег, а какую функцию он несет, а то что девчонка заговорила его Хват не сомневался, все же она дочь шамана и кое-что понимает во всех этих мистических делах. В прошлой своей жизни он полагался только на свои умения и в подобную чушь не верил, однако здесь убедился, что обереги реально работают.

Веселушка сделала это не при всех, а тайно, вроде как лично пожелав удачи и ее подарок можно было расценивать как проявление интереса девушки к парню, но и как заботу о своем родиче, однако Хват даже не думал о ее мотивах. Он пришел в их клан молодым парнишкой, почти подростком, который очень рано лишился родителей и почти всего рода. У кого-то это вызвало жалость, но внутри могучего тела сидела человеческая душа, уже имеющая жизненный опыт и Хват на это смотрел немного по-другому. Он учился выживать в этом ледяном мире, перенимал все самое лучшее, что ему могли предложить огрины и изредка вносил свои изменения, например в тактике нападения или организации засад. Было много нюансов, которые нужно было узнать и Хват не кичился своими знаниями прошлой жизни, а впитывал опыт поколений его новых предков. Этих грубоватых здоровяков он решил считать своими, потому что жил среди них, общался, ел и пил из одного котла, стоял плечом к плечу, отражая атаки паразитов и людоедов, а старая жизнь постепенно забывалась, уступая место новым знаниям. И только столкновение с Империумом начало пробуждать некогда полученные навыки.

Хват посмотрел на деревянный кругляш, на котором были искусно вырезаны волнистые линии, складывающиеся в картинку — схематичная человеческая фигурка сражается против огромного неземного создания. Веселушка не знала, как выглядит Патриарх, но заговорила оберег на победу огрина. Он усмехнулся — этак если наступит мирное время, то половина женского состава подразделения понесет ему свои резаные побрякушки в дар — не принять, значит серьезно оскорбить. И придется ему таскать за собой весь этот хлам — выбросить ведь нельзя. И потом, такие личные вещицы, сделанные руками и подаренные от чистого сердца всегда помогают воинам в бою, Хват это знал точно. Сейчас с ним был отцовский топор, переделанный техножрецом в силовой, материн клочок волос, заключенный в металлический овал амулета висел на шее на шнурке. Странное дело, но огрин никогда его не терял в битве, наоборот, тот придавал ему сил сражаться дальше. Теперь вот заговоренная Веселушкой вещица. А не имеет ли она на него виды? Хват попытался припомнить, бросала ли девчонка на него косые взгляды, но не смог. В романтических отношениях он был совсем не силен, если даже в прошлой жизни так и не смог жениться или не хотел? Да и какая сейчас разница? В мире вечной войны всех со всеми очень сложно строить далеко идущие планы и обнадеживать хорошего человека. Один раз он уже потерял руку, теперь глаз, что будет дальше, ведь не всегда рядом с ним будут хорошие люди, которые смогут отремонтировать его пострадавшее тело и не подумают о стоимости материалов и работы. Хват не хотел об этом размышлять, потому что негативные мысли имеют свойство сбываться.

Он сам не заметил, как уснул и проснулся от толчка севшего на опоры челнока. Некоторые еще спали, даже вой движков не мог разбудить уставших огринов. Хват встал и громко сказал в тишине, которая обрушилась на трюм, когда пилот заглушил двигатели и начал открывать аппарель:

— Подъем!! Выходим и строимся возле челнока! Порошок пока не вдыхать, как только поступит команда на штурм, вот тогда и примем.

Огрины начали выходить и строиться на бывшем пляже, который узкой полосой тянулся вокруг острова. По сути своей это была скала в море — нагромождение гор и камня, выпирающих из воды. Сейчас всю зелень с них смело в результате орбитальных ударов, до сих пор пахло горелым деревом и множество ручейков дыма тянулись вверх. Патриарх не зря выбрал это место своей резиденцией — с орбиты его уничтожить точно не смогли бы, даже лэнс-пушки, какими бы мощными не были, и то не могли прогрызть тонны камня и скал, внутри которых тираниды нарыли ходов и поселились в естественных пещерах. Сейчас по пляжу расползалась техника, солдаты и инженерный взвод возводили временные укрепления и командный пункт, танкисты 18 бронетанкового закрепленными на технике отвалами создавали бруствер из земли, пряча свои машины в песок. Все были заняты подготовкой к обороне, вдруг Патриарх решится атаковать, хотя это делать надо было раньше, когда гвардия и сестры только начали высаживаться. С неба ударил яркий луч и остров содрогнулся — капитан Ландер продолжал отвлекать внимание тиранидов и продолжал обстрел. Хват отвел своих подальше от челнока, оставил за старшего Жилу, который тут же усадил парней отдыхать и принимать пищу — захватили с собой сухпаи, а сам пошел разыскивать Конота и инквизитора с канониссой. Он точно знал, что эта троица будет вместе.

Разыскать их не составило труда — мобильный командный пункт уже был наполовину вкопан в землю и посланные по острову сервочерепа, которые уже составили карту местности, слетались к нему как пчелы к распустившемуся цветку. Мощные сканеры кораблей передали с орбиты все закоулки искусственных пещер и сейчас полковник Конот тщательно изучал нарисованную карту. Когда огрин подходил, то обратил внимание, что командиры чем-то удручены. Его не сразу заметили, но, увидев, лица людей просияли. Полковник первым шагнул к Хвату.

— Рад видеть тебя на ногах. — Сказал он, протягивая руку для рукопожатия. — Сколько людей ты привел?

— Всех, кто может сражаться и не слишком серьезно ранен. — При этих словах Симона нахмурилась, вспоминая, какие раны получил сам Хват. — Никто не захотел остаться, уничтожение паразитов — наша святая обязанность.

— Рада это слышать. — Произнесла инквизитор. Огрин отметил, что после того как между ней и полковником установились определенного рода отношения, которые мог не заметить разве что слепой, но обсуждать их солдатам даже не приходило в голову, женщина стала зачесывать свои волосы на левую сторону, прикрывая химический ожог. Но Хват точно знал, что Коноту наплевать, как выглядит инквизитор, она нравилась ему и такой. Шрамы, конечно, испортили ее лицо, но не смогли оттенить ту притягательную красоту, которой обладала Абелина. Или это все ее псайкерские способности? Впрочем, у канониссы тоже все лицо изрезано и ничего, так она даже выглядит симпатичнее. — Мы здесь гадаем с чего начать, может быть, посоветуешь что-нибудь? — Абелина указала на составленную с помощью техники карту подземелий.

Огрин подошел к гололитическому изображению, посмотрел так и эдак, после чего повернулся к "военным вождям".

— Предлагаю залить все выходы напалмом, кроме одного. — Он указал на широкий проход. — Выкурим тварей оттуда.

— Я предлагала то же самое! — с вызовом в голосе произнесла канонисса. — Зачем губить людей и посылать их на смерть, если можно выжечь тварей внутри!

— Отчаявшийся Патриарх может ударить воплем в любой момент и всем нам вскипятить мозги. — Заметила инквизитор. — А я должна убедиться, что он мертв и не оставил своих спор или яиц, чтобы начать все заново.

— Огонь все равно не пройдет дальше входов. — Произнес Хват. — Просто мы отрежем им путь наружу, а сами будем давить с этой стороны. — Он показал на широкий проход. — Они не зря его оставили и даже расширили, значит, будут выращивать внутри горы Мясников и Крушителей с Разорителями, они же достаточно крупные и не пролезут в узкие лазы. Это своего рода инкубатор, запасная база, на которую Патриарх и бежал. Я так мыслю, что он первым делом занялся производством самых крупных и мощных своих бойцов — для него архиважно сдержать наш натиск, а то и совсем нас уничтожить. Акваторию моря вокруг уже просканировали?

— Да. — Кивнула Симона.

— Сколько подводных выходов есть с острова?

— Ты же видишь, что ни одного. — Она указала на карту.

— Странно. — Хват потеребил квадратный подбородок. — Патриарх не может быть таким уж глупым, чтобы не подготовить для себя путей отхода. Возможно, они замаскированы и завалены специально. Как только мы начнем атаку, то он сбежит и ищи его по всей планете. Нужно отрядить несколько групп для контроля за прибрежной полосой и выдать кораблям новые цели.

— Думаешь, он сможет сбежать? — спросила инквизитор.

— Думаю, что это все ловушка. — Хват посмотрел на нее. — Сведенья, что Патриарх спустился именно здесь, точны?

— Да, точку их приземления зафиксировали с "Зерна". — Подал голос Конот. — И потом, его живые корабли тоже пытались приземлиться на эти скалы, но были все уничтожены — вон их останки. — Полковник показал на сгоревшую плоть и плавающие на волнах куски тел.

— Эта подземная зала достаточно большая для того, чтобы вместить корабль. — Обратил внимание командиров на нее Хват. — Он может скрываться там или организовать ложный побег. Допустим, мы начали штурм и продвижение вглубь, на нас кинут орды генокрадов и Плевателей, чтобы задержать, пока мы будем с ними разбираться, корабль прогрызет себе путь наружу и покинет это место. С Патриархом на борту или нет, я не знаю, но корабль мы уничтожим выстрелами с орбиты, как это сделали с остальными, будучи уверенным, что он именно там и он это знает. Не думаю, что Патриарх настолько туп, чтобы этого не понимать. А он сам затаится где-нибудь и дождется, когда мы уйдем, чтобы все начать заново. Раз он до сих пор не атаковал воплем, то надеется на благополучный исход или же у него есть подготовленный план. — Хват посмотрел на командиров. — Как считаете?

— В твоих словах есть смысл. — Задумалась Абелина. — А ты, часом, не можешь предсказывать будущее?

— Я не эльдарская Дальновидящая, да и в мешочке у меня не руны, а koks. — Пожал плечами огрин и засмеялся. — Если бы мог, то мы уничтожили Патриарха еще в космосе.

— Никто не может. — Вздохнула инквизитор. — Тираниды, будь они трижды прокляты, отбрасывают тень в варпе, ни один псайкер не может сосредоточиться и полноценно использовать свои возможности, даже астропаты испытывают муку.

— Может быть ты и не лишилась своих? — спросил полковник. — Просто тебе их "отключили" на время?

— Телепатическим ударом, который чуть не взорвал мне мозг? — усмехнулась Абелина. — Не думаю, но... ты можешь быть и прав, над этим нужно как следует поразмыслить. Астропаты не могут связаться со столицей сектора, поэтому приходится использовать гиперсвязь, но флот Торгового Дома уже идет к нам оказать поддержку. Сильно надеяться на это не будем, нужно постараться додавить тварей своими силами, а зачистку оставить СПО и войскам Донгеров — они перед гвардией по уши в долгах.

— Справимся. — Уверено сказал Хват. — Нужно больше боеприпасов для дробовиков и кассет для мельт — это оружие показало свою эффективность против орд тиранидов. Огнеметы тоже хороши, также как и холодное оружие, но я, все же, предпочел бы воевать дистанционно, не подпуская тварей слишком близко.

— Согласен. — Кивнул полковник.

— Техножрицы готовят сотню мельта-ганов для вас. — Произнесла канонисса. Она не сказала "огринов", в ее табели о рангах громилы выросли до полноценного человека. — Как только они будут готовы, то их спустят вниз. Жаль тут нет подходящей площадки для приземления — песчаная полоса слишком узкая и придется везти челноком с космодрома — а это еще как минимум час полета.

— Прямо omaha-bitch, — произнес Хват, оглядываясь.

— Что? — не поняла инквизитор.

— Да так, старая история. — Махнул тот рукой. — Одно из названий мест высадки, не стоит забивать себе этим голову. Ну так как? — вернулся он к прерванному разговору, — принимаем мой план? Заливаем напалмом все выходы, какие найдем и поддерживаем огонь, а сами штурмуем по единственному проходу?

— Кто пойдет первым? Вы? — спросил Конот, уставившись на громилу. Тот почесал затылок.

— Естественно, но не все. Можем использовать отвлекающий маневр — мы пролезем внутрь по другому проходу. Например, вот здесь. — Он ткнул пальцем в карту. — Пробить лаз в скале не проблема, выйдем в этот коридор и нападем с тыла.

— Как тогда с хаоситами? — сразу же ухватила мысль канонисса и огрин кивнул. — Тогда я пойду с вами!

— Нет. — Хват резко рубанул воздух ладонью. — Пойдет только моя группа охотников.

— Не глупи, вас мало и вы все там поляжете. — Симона нахмурилась.

— Пойдет моя группа. — Твердо повторил огрин и его взгляд потяжелел. Абелина даже своими куцыми возможностями почувствовала, что с громилой лучше не спорить. — Все они охотники и я в них уверен, мы не раз лезли в гнездо к паразитам и я понимаю, каков риск. В отличие от моей родины нам не придется использовать только холодное оружие — есть лазганы, мельты, огнеметы, болтеры, дробовики. Тираниды пожалеют, что сунулись сюда.

— Все равно я не согласна. — Симона продолжила играть в гляделки с огрином. Сильная воля, подумал удовлетворено тот, но слишком упрямая, даже упрямее чем я. Из нее получился бы отличный огрин.

— А разве у нас есть выбор? — спросил Хват.

— Выбор есть всегда. — Жестко сказала канонисса. — Я пойду с вами, а в проход впереди пойдут мои танки!

— И застрянут там? — Хват с усмешкой глянул на Симону. — Это здесь проход широкий, там, внутри, он сужается. И потом, есть множество ответвлений, где прячутся генокрады. Они меньше и точно будут нападать с тыла. Поэтому танки распределим по выходам — пускай жгут все, что оттуда вылезет. Парочку можно поставить возле этого прохода, роты лейтенантов пускай идут вслед за моими воинами и оставляют караульных при поддержке твоих сестер, чтобы твари не атаковали с тыла. Так будет эффективнее.

— Не вздумай заболтать меня, я пойду рядом с вами и точка! — твердо заявила Симона.

— Хрен с тобой, золотая рыбка. — Махнул огрин рукой. — Не забудь набить патронташ в болтеру и наточи меч — они тебе очень пригодятся.

— Не смей мне указывать, что делать! — глаза канониссы запылали праведным гневом. — Я лучше тебя знаю, что мне нужно! Моя мультимельта в бою будет не хуже твоей!

— Я же только предложил. — Спокойно ответил огрин и инквизитор мысленно улыбнулась, похоже, что между этими двоими установились не просто доверительные дружеские отношения. Так могут ссориться и ругаться только хорошие знакомые или же...

— И не лезь вперед, хватит, ты и так ранен! — заявила во всеуслышание канонисса, чем еще больше укрепила в этой мысли Абелину.

— Значит, будешь принимать удар на себя? — возразил огрин, подходя ближе. — Пойдешь позади и точка. Я сказал.

Два воина остановились друг против друга, раздувая ноздри, снова продолжая играть в гляделки. Конот смотрел на это со смехом, инквизитор же чувствовала возникшее между ними соперничество, когда каждый желает командовать другим. Она наблюдала нечто подобное в семьях, но считать сестру битвы и огрина состоящими в близких отношениях... бред! Одной не позволят обеты веры, второму — собственные размеры и убеждения, Абелина это точно знала, здоровяк был для нее как открытая книга — честен и справедлив. Однако, странная парочка из них вышла, подумала инквизитор, качая головой.

— Тебя не спросила, тупоголовый огрин! — прошипела Симона.

— Упрямая святоша! — ответил тот ей и рассмеялся, после чего канонисса подхватила его смех. — Почему ты всегда со мной споришь?

— Потому что я не твоего рода и ты не можешь мной помыкать! — ответила со смехом та. — Я сама принимаю ответственность за других и веду за собой своих сестер и решаю тоже я!

— Я только прошу тебя иногда прислушиваться к тому, что говорю — это может спасти твою жизнь. — Проворчал Хват и повернулся к полковнику и инквизитору. — Извините меня, но по-другому с этой упертой особой совершенно невозможно разговаривать. — И тут же получил легонький удар от Симоны в плечо. — Полегче, рана еще не затянулась.

У той немедленно сделался виноватый вид, канонисса совершенно не умела управлять своими эмоциями и на ее лице сменилось несколько выражений от глубокого понимания своей вины, до сердечного переживания за здоровье Хвата. Абелине даже псайкером не надо было быть, чтобы все понять. Канонисса полезла в подсумок за регенераторами, чтобы предложить их огрину, но тот остановил ее, поняв, что она хочет.

— Не надо, у нас есть свое средство. — Он потряс маленьким мешочком с порошком. — Как только поступит сигнал, то мы примем наш стимулятор и тогда эта гора треснет напополам.

— Что это? — с интересом спросила инквизитор. — Можно взять немного на анализ?

— Можно, но только щепоть. — Огрин раскрыл мешочек, в котором лежал бежевого цвета порошок. — Возьмите сами.

Абелина запустила в мешок руку и подцепила несколько крупных крупинок. Это для огринов порошок — для человека все равно, что крупные куски сахара или зерно пшеницы. Содержимое перекочевало в карман к инквизитору и та тщательно закрыла клапан — Док потом изучит его состав на досуге.

— Мой отряд немного отдохнет перед боем, да и раны как раз успеют затянуться, как только поступит сигнал, мы будем готовы.

— Пойду, отдам все необходимые распоряжения. — Произнесла Симона и первой вышла из командного пункта, Хват потянулся следом.

Абелина посмотрела на полковника.

— Ты в курсе, что громила нравится канониссе?

— Они сошлись еще на той планете. — Махнул тот рукой. — Оба слишком разные и от этого, наверное, их тянет друг к другу. Видела, как они спорят? Там чуть до драки первое время не доходило — ни один не желал уступать. Пока Симону пару раз не щелкнуло по носу, но Хват ее вовремя вытаскивал из-под обстрела. Это она так свой скверный характер проявляет, видимо, не может по-другому.

— Он ведь огрин. — Заметила инквизитор. — Не человек.

— Так о семье и сексе никто и не говорит. — Засмеялся Конот. — Это скорее близкие дружеские отношения, все всё прекрасно понимают.

— Ладно, зови своего комиссара, будем начинать подготовку к штурму. — Инквизитор всмотрелась в карту. — И как он сразу все просчитал? — скорее вслух сама себя спросила она и полковник не стал отвечать, потому что сам не знал ответа.

Мощный удар киркой расколол камень, который привычно выгребли острым концом инструмента, расшевелив гранит. Огрины очень быстро раскопали проход, используя свои собственные орудия труда, прихваченный с родины. Симона наблюдала за работой, стараясь не попасть под широкие замахи громил. Огрины забрались далеко в горы, где отвесные стены уходили ввысь, а камень представлял из себя отшлифованный ветром за многие века монолит. Вместе с отрядом из двенадцати огринов канонисса привела отделение сестер, вооружив всех мультимельтами, огнеметами и болтерами, набрав двукратный запас боеприпасов, чтобы в неподходящий момент они не закончились. Хват же собрал вокруг себя всех оставшихся в живых охотников из трех родов и двух нюхачей — Молчуна и Угрюмого и увел в горы, остальными воинами командовал Жила, обеспечивая штурм через широкий проход, при поддержке сестер, гвардейцев и свиты инквизитора. Сама Абелина не могла использовать псайкерские способности в силу их частичной утери, но и отсиживаться на пляже не собиралась — вооруженная плазменным пистолетом и силовым мечом, прикрытая с двух сторон Винтом и Жетоном, при поддержке Сабли и отдельного отряда полковника Конота, который обеспечивал ее охрану, инквизитор собиралась штурмовать обитель Патриарха вместе с простыми гвардейцами. Само присутствие сестер, комиссара и инквизитора рядом с собой настолько воодушевляло солдат, что они нетерпеливо переминались на месте, уже ожидая команды к отправке. Многие жаждали поквитаться за погибших товарищей и это было лучшим мотиватором для них. Абелина была уверена, что Патриарх попытается сбежать, а не затаиться, как предположил огрин, ведь главный тиранид был сильным псайкером и должен четко ощутить уверенность людей в своей победе. Как псайкер инквизитор чувствовала настрой солдат и это ей нравилось — все-таки в подразделении Конота почти не было трусов и предателей, все храбро и смело выполняли приказ, особенно увидев рядом с собой своих командиров, которые не прятались за их спинами.

Торопыжка выломал кусок камня и его кирка провалилась в пустоту. Огрины остановили работы и начали аккуратно вынимать обломки, расширяя проход. Хват углядел ответвление пещеры на карте и принял решение атаковать именно здесь. Извилистый темный тоннель соединялся с широким, который и вел к главной зале. Инквизитор дала огринам час, чтобы добраться до места проникновения, и потом намеревалась начать штурм. Изредка горы трясло — это развлекался капитан Ландер на пару с Кадье. Оба командира успели договориться о совместных действиях и, надо сказать, получалось у них это неплохо. Техножрицы канониссы как и обещали изготовили, а точнее, переделали столько мельт, сколько смогли и теперь почти каждый огрин, кроме дробовика за спиной тащил в руках столь разрушительное оружие ближнего радиуса действия. Симона опасалась, что во время боевых действий потолок пещеры может схлопнуться и обрушиться на головы, но Хват уверил ее, что подобное вряд ли случится.

— По горам били из лэнс-пушек, а им хоть бы что. — Заметил он, вытягивая канониссу за руку рывком на горный уступочек. — Так что не беспокойся на этот счет.

Он просто не знал, что Симона иногда испытывала чувство клаустрофобии и поэтому ненавидела долгие космические перелеты, действия в тесных помещениях и коридорах и уж тем более в пещерах. Сейчас она собрала всю свою волю в кулак и полезла в темноту вслед за скрывшимися ползком в пещере огринами. На глаза был надвинут ПНВ, который четко показывал пятки тихо передвигающегося впереди громилы. Когда на Симону надвинулись со всех сторон камни и она ощутила себя пойманной в ловушку в каменном мешке, то сознание запаниковало, стало трудно дышать, канонисса замерла, ее сердце увеличило свой ритм и казалось выпрыгнет из груди, как огрин впереди зашевелился и словно перетек из одного положения в другое. Вот сейчас были видны его ноги, а сейчас — лицо. Незнакомый громила вгляделся в побелевшее лицо Симоны и сказал.

— Может быть вы вернетесь? — он был очень вежлив.

— Нет. — Замотала головой та, едва выдавив из себя слова. В тех пещерах было попросторнее и там она не ощущала такого давящего эффекта скальной массы.

— Тогда закройте глаза. — Произнес тот и канонисса подчинилась, не став спорить. Она поняла, что это не просьба, а приказ.

Огрин чуть дунул на нее, взъерошив волосы, Симона ощутила ток воздуха, как ее сознание как будто куда-то поплыло. Она увидела себя словно со стороны — взрослая женщина, замершая в широком пещерном проходе и напоминающая маленькую испуганную девочку. И чего здесь боятся? Да тут пешком можно пройтись! Симона вдруг встала и пошла за уходящими вдаль громилами, спины которых все время удалялись. Она пыталась их догнать, но те все ускользали и канонисса спешила изо всех сил. И ей это удалось, когда она уткнулась носом в спину самого крайнего из них и вдруг очнулась.

Они стояли в просторном широком проходе — как Симона миновала тот узкий лаз, она совершенно не помнила. Канонисса обернулась и увидела, что из дыры в каменной стене выползают ее подчиненные — сестры также как и она натянули на головы ПНВ, чтобы видеть в темноте, однако огрины приборами не пользовались и Симона знала почему. Особенности зрения. Она решительно подошла к Хвату, который настороженно вслушивался в темноту. Орать канонисса не собиралась, понимала, к чему это может привести. Она привлекла его внимание и тот наклонился к ней.

— Что вы сделали со мной? — спросила шепотом женщина.

— Почему ты не сказала, что боишься замкнутого пространства? — вопросом на вопрос ответил Хват.

— Потому что никто не спрашивал. — Огрызнулась Симона, но тут же пожалела об этом. — Так что вы сделали?

— Угрюмый убрал твой страх и все. — Пожал плечами огрин.

— Как это убрал? Это что — огринское псайкерство?

— Считай что так. — Ответил другой огрин, стоящий рядом. — Не все рождаются без страха, у некоторых его приходится принудительно снимать или заглушать, если он самостоятельно справиться не может.

— Угрюмый — нюхач в третьем поколении. — Произнес Хват так, как будто это все объясняло. — Нюхачи — это у нас что-то вроде шаманов, они видят дальше и чувствую паразитов лучше, чем охотники и потом умеют вот такие штуки — влиять на сознание, человека, огрина, зверя, без разницы. Сильные могут подчинять своей воле, слабые — только чувствовать паразита. Это не влияние варпа, это скорее как телепатические способности у тиранидов. Точнее, их антипод, чтобы можно было с ними эффективно сражаться. — Хват задумался. — Я так считаю.

— Ладно. Куда дальше? — спросила Симона.

— Молчун укажет путь.

Здоровенный огрин точно также принюхивался к воздуху, потом решительно свернул влево и за ним потянулись охотники — пока столкновения с тварями не произошло. По времени гвардия уже должна была атаковать и похоже на их пути собрались все, кто прятался внутри горы. Огрины продвигались быстро, словно спешили, предчувствуя что-то и это их волнение передалось Симоне. Она даже не заметила, как бежавший рядом с Молчуном Хват выхватил болтер из кобуры и одним выстрелом убил высунувшегося из стены генокрада. И тот час же разразилась бойня.

Тварей было не так много и нападать скопом они не могли — мешали стены каменного коридора, зато мельты и дробовики сработали как надо. Пара термических взрывов плазмы среди тварей и их тушки тот час же освободили проход. Сестры даже не успели использовать свое оружие как все уже было кончено.

— Прикрывайте тыл. — Бросил на ходу Хват. — Нужно спешить — Молчун волнуется. Что-то происходит.

По коридорам пришел звук чьего-то дикого рева и огрины чуть притормозили. Пару выскочивших в коридор Плевателей убили тут же, они даже не поняли, что случилось.

— Мы недалеко от главной залы. — Произнес Молчун. — Но я не чувствую Патриарха, однако там есть что-то крупное. — Он посмотрел на командира. — Королева?

— Вряд ли, скорее, их корабль. — Ответил тот. — И он прогрызает себе путь наружу. — Хват воспроизвел изображение карты в памяти. — Мы можем обойти их по этому лазу.

— Нет. — Возразил Угрюмый. — Там нас ждут. Идем прямо — сопротивление не будет слишком серьезным.

Вождь только кивнул на эти слова. Переговаривались огрины на своем наречии и Симона не поняла не слова, наказав себе выучить уже их язык как это сделала комиссар Кармайкл, которая сейчас сражалась где-то в каменных коридорах. Изредка до ушей диверсионного отряда долетали звуки битвы — визг мельт, хлопки болтеров и вой лазганов. Гвардия давила тиранидов, постепенно продвигаясь вперед, несла потери и им тоже нужно спешить.

Огрины быстро преодолели коридор, который выходил в главную залу и тут же заметили ворочавшуюся там тушу живого корабля. Он был мал, еще как следует не оформлен, напоминал скорее личинку червя, чем полноценную особь, однако уже пытался двигаться. Огрины зашли со стороны "кормы" тиранида и к ним кинулась немногочисленная охрана. Море голов Плевателей и Метателей, вперемешку с генокрадами и их агентами, щелкали жвалами и вопили, пытаясь как можно быстрее добраться до внезапно появившегося противника. Однако огрины не собирались давать им возможность закусить ими — все выжали спуск мельта-ганов и огнеметов, выстрелы которых накрыло тварей очищающим пламенем с хлопками взрывов и визгом оружия. Канонисса присоединилась к этому пиршеству смерти, уничтожая тиранидов. По ее броне скользнули несколько костяных игл — кто-то из Метателей успел прицелиться, однако был тут же убит, плазменные взрывы не щадили никого. Корабль немного обожгло термическими ударами и он ускорил свой побег, извиваясь как змея. В правом ухе канониссы запищал динамик вокс-передатчика, выданный инквизитором. Он имел больший радиус и мощность, чем стандартные поделки механикусов и мог добить до поверхности.

— Вы напали с тыла! — кричала Абелина и ее плазмопистолет визжал не хуже мельты. — К вам сейчас кинется вся эта шайка — уходите в пещеры!

— Поняла! — ответила Симона, непрерывно стреляя. — Давите!

— Пытаемся, но их слишком много и у нас есть потери. — Ответила инквизитор. Она находилась позади и редко стреляла, зато метко. — Их сейчас эвакуируют в лазарет сестры. Вы нашли Патриарха?

— Нет, нюхачи не чувствуют его присутствия. — Инквизитор не стала спрашивать, кто такие эти нюхачи.

— Ищите, нужно бороться с причиной, а не со следствием.

— Хват, где Патриарх?!! — воззвала к огрину канонисса, убивая одного из последних охранников корабля, в бок которого уже впились несколько выстрелов из мельт и оглушительный рев монстра чуть не контузил всех в пещере. Сестры зажали уши, шлемы частично погасили звуковой удар, но огрины неожиданно устояли, не прерывая своего огня. Толстую шкуру из мельт они могли грызть долго, поэтому Хват и остальные только подстегивали его выстрелами, заставляя шевелиться быстрее. Сестры держали круговую оборону, как вдруг из левого широкого тоннеля выплеснулась натуральная волна тиранидов.

— Огнеметы! — закричал Хват, бросая долго перезаряжаемую мельту и она повисла на ремне, вытягивая вперед жало оружия, баллон которого был закреплен у него на спине.

Громилы вместе с сестрами создали такую стену огня, все заливая горючей смесью, что твари притормозили, но задние напирали и передним пришлось сигать в огонь. Они зажигались как спички или сухие дрова, тут же воспламеняясь и пещера наполнилась жутким воем боли и страдания. Однако Хват не знал жалости — эти твари убили много его товарищей, а уж сколько родственников извели на родной планете, даже он не мог подсчитать. И сейчас он воздавал им по заслугам. Корабль продолжал дергаться, уползая все дальше и огрин, уже наполовину опорожнивший баллон огнесмеси, вызвал по воксу Конота.

— Товарищ полковник, корабль вот-вот покинет пещеру, направление северо-северо-запад, передайте наверх.

— Понял тебя! — прокричал в ответ тот. — Держитесь, мы наступаем тварям на пятки! Я уже вижу вашу стену огня впереди, помощь сейчас будет! Мы зажмем их с двух сторон!

— Близко не лезьте, огнесмеси осталось секунд на тридцать. — Хват быстро кинул взгляд на индикатор наполнения баллона. — Потом перейдем на мельты, но к ним зарядов мало, придется биться в рукопашную, если паразиты кинутся на нас.

— Не вздумайте подохнуть!! — рявкнул в микрофон Конот. — Усилить нажим!! — закричал он, но солдаты и так непрерывно стреляли. — Не сбавлять темп — впереди наши!! За Императора!!

— За Императора!! — подхватила Абелина и ответом ей был рев сотен глоток — дух рядовых гвардейцев взлетел на недосягаемую высоту.

Тираниды дохли один за другим, два Владыки, которым Патриарх поручил оборону своего гнезда пытались угодить своему хозяину и делали что могли, но воинов и бойцов у них было мало, в пещерах не удавалось атаковать с флангов, хотя один из Владык устроил засады на потолке, но проклятые великаны, что шли впереди быстро обнаружили его бойцов и атаковали первыми. Ничего не оставалось как бросить все силы на сдерживание продвижения, пока корабль не покинет залу. Жизнь Патриарха священна для своих подданных и Владыки делали все, чтобы он спасся. Сами командиры ощущали присутствие своего хозяина и это увеличивало их силы, но против разрушительного оружия людей они ничего не могли противопоставить. Пара Крушителей, которые появились уже здесь, были немедленно гвардейцами уничтожены и теперь осталась только пехота. Владыки знали, что это не одно гнездо, Патриарх бы не стал так рисковать, собирая все в одном месте и сейчас их задача состоит в том, чтобы ликвидировать как можно больше людей, позволив остальным выжить и начать все заново.

Внезапно возникшие в тылу враги нанесли существенный урон кораблю, перебив его охрану и один из Владык принял решение атаковать их, чтобы уничтожить, отвести силы, отступить в тоннели, зайти с флангов и тыла, чтобы потом атаковать рассеявшегося по проходам противника. Но враги оказались вооружены не хуже наступающих гвардейцев и создали непреодолимую стену огня, через которую изредка перепрыгивали воины, чтобы быть тут же уничтоженными на месте. Один из Владык уже погиб и оставшийся взял на себя управление воинами. Он понял, что находится в ловушке и решил атаковать людей сверху. Послав Плевателей и Метателей карабкаться на стены, он провел контратаку на наступающих, чтобы отвлечь их внимание, однако его планам не удалось сбыться — стена огня в зале неожиданно опала и Владыка услышал хорошо знакомый визг орудий, испаряющих своими зарядами все вокруг. Карабкающихся на стены Плевателей стали сбивать меткими выстрелами из лазганов, тварей не хватало, самого Владыку уже ранило, зоантропов было мало и их берегли — те наносили противнику хоть какой-то, но урон, однако на громил их психические вопли почему-то не действовали, даже не причиняли вреда. И уничтожить их не получалось — здоровяки были ничуть не медленнее чем его бойцы и их прикрывали гвардейцы. Владыка решился на единственный отчаянный шаг и приказал всем взорваться.

Когда первые тираниды неожиданно вспухли, Хват понял, что сейчас произойдет.

— Назад!! — закричал он, поворачиваясь спиной, хватая стреляющую из болтера Симону за руку и прижимая канониссу к себе, закрывая своим телом — она держалась с ним рядом.

Кто-то успел среагировать, кто-то нет, как вся эта бурлящая масса тварей вдруг взорвалась брызгами кислоты, посылая костяные иглы, которые находили свои цели. Некоторые солдаты умерли быстро, кого-то сильно ранило, кого-то обожгло кислотой и сейчас едкая органическая химия прожигала кожу, добираясь до кости. Сильно пострадали передовые штурмующие части людей, огрины не получили повреждений, хотя кто-то и лишился глаза также как Хват — самое уязвимое место у них на лице, а иглы летели беспорядочно и их было много, так что вполне могли попасть в глазницу. Кислота же не причинила вреда их кожи, ее концентрация должна быть такой же как и у паразитов на их родной планете, чтобы вывести огрина из боя. Те тираниды приспосабливались долгое время к возможностям огринов, эти по сравнению с ними мелкие личинки.

По спине Хвата, защищенной броней, забарабанили иглы, не причиняя вреда. Некоторые поразили неприкрытые броней места стыковки пластин ног и рук, в основном там, где находились суставы. Огрин ощутил зуд и боль и, как только "обстрел" закончился, тут же начал выдергивать из тела иглы, попутно осведомившись:

— Все живы? Симона, ты как?

— Я в порядке. — Кивнула канонисса, которая ощутила себя в объятиях Хвата как в танке. — Тебя задело? — в ее вопросе звучала неприкрытая тревога.

— Только царапины. — Ответил огрин, вынимая самую крупную иглу. Тиранидские снаряды вошли неглубоко — помогла брезентовая ткань и плотная кожа. — Тяжело раненых нет?

— Вроде бы. — Ответил ему Молчун, разглядывая останки трупы тварей и также выдергивая иглы. — Еще легко отделались.

— Где корабль?

— Уполз, гад. — Буркнул Угрюмый и его лицо осветилось улыбкой. — Не далеко. Ему сейчас придет каюк — капитаны на орбите не дремлют.

— Если сюда пойдет вода... — Хват тревожно уставился на проделанный огромной тварью проход. — Мы должны выбраться отсюда!

— Патриарха так и не нашли. — Возразил ему Молчун. — Все было зря.

— Не зря. — Угрюмый потянул носом. — Здесь он. Не ушел. Сейчас я его чую, большой паразит мешал, отвлекал, но главарь рядом.

В широком проходе стонали солдаты, сестры госпитальер быстро эвакуировали наиболее сильно пострадавших, некоторым обрабатывая раны прямо на месте. Живых тиранидов не осталось — вокруг валялись куски тел, которые огрины начали сжигать из огнеметов, чтобы зараза не смогла распространиться. Это был нецелевой расход боеприпасов, но Абелина ничего не стала говорить — пускай делают как считают нужным. Уцелевшие солдаты помогали сестрам госпитальер и на выход образовалась очередь, однако давки не было — пещерный проход был широким и поместились все. Огрин беспокоился по поводу воды и Абелина разделяла его опасения.

— Всем покинуть пещеру! — отдала приказ он. — Сейчас здесь будет очень мокро.

— Если залу затопит, то и Патриарх утонет? — спросил ее Конот. — Или нет?

— Эта тварь выживет где угодно, ее нужно обязательно уничтожить во что бы то...

— Тихо! — Хват своим возгласом перекрыл вой солдатских глоток. Огрин забавно шевелил ушами, прислушиваясь. Даже вопль тиранидов не смог его контузить — уши отсекали их вопли, звучавшие на определенных частотах. — Вода. — Сказал он в мертвенной тишине, даже раненые замолчали, чтобы не отвлекать громилу. — Пошла вода! Всем, БЕЖИМ!!!

Огрин подскочил к лежащим солдатам, подхватил сразу обоих на руки. Он не обращал внимания на свои раны, которые после резких движений начали медленно кровоточить. Регенерация работала, но уставший организм, выдержавший подряд несколько сражений все же требовал отдыха и восстановления и сейчас держался на одной силе воли. Хват бежал одним из замыкающих, рядом пыхтела канонисса, которая тоже несла на руках одного из гвардейцев — экзоскелет позволял тащить тяжелый груз. Позади слышался шум — вода с ревом устремилась в проделанную тиранидом дыру и теперь заполняла все щели и пустоты в пещере, создавая грот и уравнивая его с океаном. Люди едва успели унести ноги, как позади уже плескалось подземное море. Стихии было сложно что-то противопоставить, а дышать под водой никто не умел, ну, может быть кроме сестер, у которых в костюмах существовала замкнутая система дыхания. Вода сильным ударом смыла тела гвардейцев вместе с останками тиранидов, подчистив место битвы, словно здесь только что никто не сражался. Кровь смыло со стен, но следы копоти от выстрелов лазганов еще долго будут напоминать о случившимся, если сюда сунет нос кто-нибудь из будущих исследователей планеты.

Угрюмый притормозил на выходе из пещеры, потом обернулся и посмотрел на плещущуюся внизу воду.

— Он там, сидит в каменном пузыре. — Огрин посмотрел на Хвата. — Я его чувствую.

— Где именно? — спросил вождь, передавая раненых сестрам. Канонисса навострила уши, вслушиваясь в чужую речь. Она высматривала в толпе солдат фуражку комиссара Кармайкл, но та была слишком мелкая даже для высокого роста Симоны и заметить ее не удалось.

— Через залу. — Уверенно произнес огрин. — Он сильно напугался и я его почувствовал. Он силен, сильнее Королевы. — Нюхач постучал себя пальцем по лбу. — Будет трудно с ним справиться.

— Нужно взять у людей дыхательные аппараты, чтобы добраться до него. — Заметил Хват. — Мы не поморы, так глубоко нырять не умеем.

Угрюмый только кивнул, соглашаясь.

— Он не станет дергаться, завалит проход в океан, а потом откачает воду. — Произнес, раздумывая, Хват. — Он сделал все, чтобы убедить нас в своей смерти. Корабль ведь уничтожен? — спросил он подошедшую инквизитора на имперском.

— Передали с орбиты, что выстрел был точным — этот бурдюк с дерьмом порвало как грелку. — Ответила Абелина.

— Патриарх здесь. — Хват указал на идущие по воде волны. — Он заперт в воздушном пузыре. Нужны дыхательные аппараты для нас, чтобы его выковырять.

— Это... будет сложно. — Задумалась инквизитор и обратила внимание на их маски. — На сколько хватает ваших кислородных патронов?

— На сутки, может быть больше. — Пожал плечами огрин. — Это в основном фильтры, в которые подается необходимая часть кислорода, по составу схожая с нашей атмосферой.

— Их можно немного переделать, создать замкнутый цикл. — Произнесла Абелина. — Док должен справиться. Действовать они будут недолго, но и Патриарх сидит неглубоко, донырнуть хватит. Или нет?

— Он рядом. — Ответил Хват. — Давайте так и сделаем.

Инквизитор тут же призвала к себе техножрецов, которые, немного покумекав и разобрав огринскую маску, предложили приделать к ним газовые шланги и навесить на спины бойцов баллоны со сжатой дыхательной смесью.

— Это будет лучше и быстрее, чем возиться с переделкой маски и кислородными фильтрами-патронами. — Сказал Магос. — Как считаете, коллега?

— Разумно. Тем более, что запаса баллонов хватит для возвращения назад и потом, кислородные патроны не предназначены для длительного использования в воде — они фильтруют газовую смесь и не способны задержать жидкость. — Кивнул ему Док и оба, призвав в помощь младших механикусов, тут же начали создавать акваланги для огринов.

Песчаный берег гудел — садились челноки, эвакуируя тяжелораненых в городской госпиталь, доставляя боеприпасы, перевозя войска — часть техники решили убрать, потому что надобности в танках ни инквизитор, ни Конот уже не видели. 54 так вообще не перебрасывали — гаубицам нечего было делать на острове. Здесь присутствовала только пехота, сестры и их танки. Да и подобная движуха должна была убедить Патриарха в том, что операция завершена. Тварь расслабилась бы и вот тут огрины нанесли свой удар. Да и судя по поведению канониссы она тоже собралась нырять. Ну еще бы, ее палкой от огрина теперь не отгонишь. Абелина усмехнулась, наблюдая, как Симона вытаскивает из тела Хвата иголки, а стоящая рядом сестра-госпитальер тут же смазывает раны заживляющим составом. Огрин сразу сказал, что много аквалангов не нужно, техножрецы должны справиться быстро. И вот сейчас снова готовили диверсионную группу, задачей которой являлось проникновение в святые святых Патриарха — его гнездо.

Уже наступал вечер, когда десять комплектов были полностью готовы и испытаны. К этому времени огрины уже отдохнули, восстановили силы, перекусили. Канонисса отобрала часть своих сестер для участия в этой операции. Преимуществом обладали те, кто умел хорошо плавать и чувствовал себя в воде комфортно и спокойно, умел вести подводный бой и иметь определенные навыки. Сама канонисса страха не показывала, однако маску и баллоны проверила не по одному разу. Огрины взяли холодное оружие и лазганы — мельта после нахождения в воде вела себя очень плохо, ее нужно было тщательно высушить прежде чем начать пользоваться, а кассета с газом хоть и была герметичной, но состав мог создавать соединения с жидкостями и тогда получится простой пшик. По той же причине не стали брать болтеры и дробовики — там мог намокнуть взрывсостав в патронах. Старый добрый лазер и силовой клинок — вот средство для уничтожения паразитов.

Хват поправил маску на лице, газовый шланг уходил за спину к висящим там баллонам. Огрин подошел к воде и быстро погрузился в жидкость, остальные последовали его примеру — громилы умели плавать и нырять, ведь каждое пещерное поселение располагалось возле подземной реки или же до подобного озера или грота было недалеко. Другое дело, что там частенько вода была ледяная, горячие источники не всегда подогревали ее, а здесь она была вполне нормальной температуры. Загребая мощными рывками, Хват начал быстро погружаться, достигая главной залы. Он дышал ртом, так как и показывал техножрец, да и в своей прошлой жизни иногда приходилось пользоваться аквалангом, так что техника дыхания вспомнилась быстро — нужно было только напоминать об этом телу. Вот только его родичей пришлось учить и они передвигались медленнее чем он, контролируя каждый вдох.

План был простой — пробить дырку в пузыре, затопить его и прирезать Патриарха. Деться оттуда ему будет некуда, барахтаться он там будет долго если не сбежит куда-нибудь. Жаль из лазгана его пристрелить не удастся, однако огрины все же прихватили свое оружие на всякий случай. А то вдруг там сухо и вода не пойдет дальше, давление атмосферы не даст заполнить пузырь. В общем, Хват прикидывал так и эдак, но все равно определяться надо было на месте, гадать можно было долго.

Огрины и сестры выплыли в главную залу и Хват тут же заметил резкие тени в воде — генокрады спешно заваливали проход в океан и заделывали трещины и щели каким-то клейким составом. Они возились возле выхода из зала и не обращали внимания на то, что происходит у них за спиной. Хват указал на них Молчуну и Торопыжке, доставая кинжал, мол, будьте наготове. Те кивнули. Быстро же Патриарх озаботился осушением собственной базы. Неожиданно над огринами метрах в десяти проплыли два генокрада, не обращая на них внимания — Хват проследил за ними глазами. Видимо ими управляли удаленно и лично Патриарх, потому что твари даже не кинулись на людей. Канонисса сжала рукоять меча и уже хотела его активировать, но свет сияющего клинка мог привлечь тварей и она повременила. Угрюмый показал в ту сторону, откуда приплыли генокрады и группа направилась туда. Огрин знаками показал, что там есть другой вход и Хват кивнул ему — веди, мол.

Группа быстро добралась до вертикального колодца, который уходил вверх. Когда они проходили тут раньше, то ничего подобного не было. Видно, Патриарх заставил проделать его низшим особям сразу же как только пошла вода в пещеры. Хват первым сунулся в колодец и заметил колыхающуюся пленку поверхностного натяжения. Огрин осторожно высунулся и посмотрел, что там происходит.

Это был еще один зал, чуть меньше, чем который внизу, весь покрытый какой-то слизью или биомассой. На стенах и потолке висли биологические светильники, державшиеся на сосочках, которые давали достаточно освещения, чтобы осмотреть залу. Посередине возился Патриарх. Он был в два раза больше Плевателя, но гораздо меньше Крушителя, при этом имел тщедушное тельце как у зоантропа и огромную голову. Возле своего хозяина возились генокрады и твари поменьше, в стороне от командира тиранидов ровными рядами стояли кожистые яйца — будущие заготовки для его бойцов. Хват медленно покинул колодец, освобождая место для остальных. Он привычно обратился в камень, очистил свою голову от мыслей, которые могли его выдать. По своему опыту охотника он знал, что Королева могла почувствовать огрина заведомо до того как он нападет и подготовиться к его визиту. Хват не хотел, чтобы подобное случилось здесь, а насчет людей... пока сестры не увидели Патриарха и не думают о нем, значит и он не знает, что они здесь, но вот чувствовать он их мог. Вероятно сейчас он не воспринимал их как угрозу — мысленный фон, создаваемый людьми был высок и для того, чтобы вычленить среди них маленькую группку нужно сосредоточиться. Или же Патриарх не берет людей в расчет — сейчас он явно занят работами по расчистке завалов и лично руководит рабочими. Сейчас охотники поднимутся в залу и можно будет атаковать. Лазган Хват нацелил прямо в голову тираниду и приготовился выстрелить. Пока линза мокрая, она снизит его мощность, но это была огринская пушка и она гораздо эффективнее, чем обычный лазган и урон у нее выше. Угрюмый, Торопыжка, Молчун, Кваша, Нос и Дурень только ждали команды вождя — их пушки также были направлены на ворочающегося Патриарха, который был поглощен своими делами. Как только из колодца появилась голова крайнего огрина — Самохвала, Хват тут же дал отмашку и выжал спуск одновременно с остальными. Сосредоточенный залп тяжелых лазганов вырвал из тела Патриарха огромные куски плоти и он заревел от боли, ударяя психовоплем по площадям, а его воины, на миг замерев, кинулись на огринов.

Вопль был очень громким и сильным до такой степени, что даже устойчивые громилы согнулись от боли. На одной силе воле удерживая лазган, почти теряя сознание, Хват снова и снова нажимал на спуск, причиняя невероятную муку Патриарху. Более устойчивый от природы Торопыжка стрелял прицельно прямо в голову главе тиранидов, но тот не стоял на месте, все время шатаясь и перемещаясь. Он видел, что его товарищам досталось больше, чем ему, Угрюмый и Молчун так вообще упали на колени и схватились за головы, выронив оружие — нюхачи действуют почти на одной волне с Королевами паразитов и такие вот вопли причиняют им невероятную боль. Хват, изредка стреляя, нашел в себе силы снять с пояса гранату и кинуть в сторону Патриарха — заряд не взорвался и банка просто подкатилась к ногам твари. Патриарх извергал вопль за воплем, телепатическими ударами заставляя чрезвычайно устойчивого противника отступать и дать возможность своим бойцам атаковать их. Он сосредоточился на громилах, потому что они были тем неожиданным фактором, который испортил все его планы и сейчас в сознании Патриарха родилось чувство мести. Он не заметил, как из колодца высунулась голова в маске и Симона, вытащив лазпистолет, парой выстрелов отогнала генокрадов, а потом метнула в Патриарха свою гранату. Раздался мощный взрыв, который повторился — боезапас огринской гранаты сдетонировал следом и Патриарха отбросило в сторону, отрывая ему конечности. Он и так потерял много крови от выстрелов, взрыв подточил его физические возможности, так что сил на мощный вопль уже не осталось. Сознание Хвата немного прояснилось, давление Патриарха снизилось и он увидел перед собой щелкающую челюсть генокрада. Рука вскинула лазган и башка твари испарилась, а вот тело завалилось на огрина. Пришлось скинуть его и встретить следующего тычком кинжала между ребер — завязался ближний бой.

Канонисса уже покинула колодец, давая возможность сестрам оказать поддержку. Психический удар обрушился только на огринов, Симона почти его не ощутила, лишь отголосок чужого сознания, которое давило своей волей. Но убеждения канониссы были сильны как никогда, к тому же там находился человек, которого она сильно уважала и, возможно, любила. Признаться себе в этом она не могла, а сейчас все подобные мысли сами выветрились из головы, потому что пришло время битвы.

Торопыжка стрелял только по Патриарху, выполняя четкий приказ вождя — что бы ни случилось атаковать главаря. Выстрелы из оружия проделывали огромные дыры в его теле, тиранид уже вопил от боли, не пытаясь нападать, а Торопыжка все стрелял. Генокрадов в пещере было немного и они насели на охотников, которые пытались отбиваться и это у них неплохо получалось, тем более что к сражению подключились сестры битвы. Часть из них атаковала Патриарха, который с перебитыми ногами уже почти лежал вздрагивающей грудой плоти, а часть вступила в бой с генокрадами, вымещая на них всю свою злобу и гнев. Симона метнула еще пару гранат и взрывами от главаря оторвало приличный кусок ноги, а тело Патриарха нашпиговало осколками. Глава тиранидов попытался собрать все доступные ему силы и издать последний свой рев, чтобы уничтожить людей, однако ему и этого не дали сделать — Торопыжка метким выстрелом просверлил в голове аккуратную дырочку и Патриарх, наконец, издох.

Это стало сразу же заметно по поведению генокрадов, которые словно потерялись в пространстве, замерли и огрины этим воспользовались, навалившись на них. Некоторые еще не отошли от воплей, но боевые рефлексы охотников были на уровне и это не помешало им ловко расправиться с остатками войска. Симона оглядела пещеру и увидела ряды яиц. Она вытянула руку по направлению к ним и сестры, выстроившись в ряд, расстреляли издалека будущее тиранидов. Хват в это время доставал из герметичного мешка мины — он подумал о том, что надо бы взорвать гнездо. Будь оно под водой, это сделать было бы сложнее, но раз так повезло, то почему бы не использовать взрывчатку? Заложив заряды, огрин нацепил маску и указал пальцем остальным — возвращаемся. Сам же подошел к Патриарху, несколькими взмахами топора отделил его голову от тела, чтобы быть уверенным наверняка о смерти твари, после чего отрезал его когти, срезал часть хитина с груди, все это упаковал в тот же мешок, где до этого лежали мины — куски тела кое-как поместились в нем. Привязал к поясу. Огрины в это время проверяли маски и давление дыхательной смести в баллонах.

— Не забудьте дышать как обычно и стравливать воздух. — Напомнил он им. — Иначе порвет легкие и уши, получите баротравму. И резко не всплываем — держимся на глубине, выравниваем давление, потом идем дальше. Сестры — вас тоже касается.

Симона не сказала ни слова, просто кивнув и не став спорить, чем удивила лейтенанта. Огрин показал ей детонатор.

— И помните о тварях, что заваливали проход — их тоже нужно уничтожить, а то появится новый Патриарх.

— Мы этим займемся — возвращайтесь на поверхность.

— Я проконтролирую.

Огрины ныряли один за одним и медленно потянулись к выходу. Генокрады шныряли вокруг в темной и мутной воде, некоторые пытались нападать. Лишившись своего "водителя", они превратились в обычных зверей и не прочь были закусить кем-нибудь. Последний приказ Патриарха призвал их к выходу и теперь они крутились поблизости, изредка устраивая драки между собой. Сияющий силовой меч Симоны привлек их внимание и они слетались на него как пчелы на мед. Огрины ловко насаживали тварей на кинжалы, сабли и мечи — сражаться под водой было сложно, твари не потеряли своей шустрости, но зато были разобщены и не нападали скопом, предпочитая выхватывать крупные куски и жрать их на месте. Чем огрины и воспользовались, убивая генокрадов, запах крови которых заставил стекаться к месту схватки кого-то и покрупнее — завалить проход в океан они не успели и теперь в пещеру, ставшую подводной, начали заплывать обитатели планеты. Встречаться с ними никто из людей не горел желанием, слишком уж страшно и зубасто они выглядели, поэтому все аквалангисты быстро сделали оттуда ноги или, точнее, ласты, зависая в некоторых точках, чтобы уровнять давление, держа на всякий случай круговую оборону. Обитатели океана пока довольствовались тушками тиранидов и на людей внимания не обращали, особенно когда Нос насадил самую любопытную "акулу" на наконечник своего силового копья, располовинив ее. Когда пространство было очищено, твари частично съедены, частично разорваны, то Хват связал несколько сохранившихся целыми трупов генокрадов и потащил их за собой. Симона не поняла, зачем ему это и сделала себе зарубку в памяти спросить огрина.

Диверсионная группа появилась на поверхности уже ночью — сумерки давно закончились и светило удалилось отдыхать. Однако их ждали — инквизитор собственной персоной, полковник, оба комиссара и вездесущая сестра Пронатус вместе с госпитальерами — вдруг кому-нибудь потребуется немедленная медицинская помощь. Хват швырнул связку тел тварей на каменный берег пещеры и выбрался сам, снимая маску и делая глубокий вдох. Он забыл на мгновение, что эта атмосфера бедна кислородом и теперь с наслаждением дышал. Абелина с интересом смотрела на такое представление, пока Эмилия не засуетилась и не кинулась к огрину с его маской в руках, но сестра Магнолия ее притормозила.

— Погоди, сейчас он адаптируется.

— То есть как? — не поняла комиссар.

— Он сам об этом не знает, но знает его тело. Просто он забыл о своей маске. — Тихо произнесла медик.

— Как все прошло? — спросила инквизитор.

— Нормально. — Ответил огрин и снял с плеча мешок, с которого ручьями стекала вода. — Сувенир.

Он достал из него коготь главного тиранида и протянул его инквизитору.

— Зачем тебе эти трупы? — спросила, подходя, Симона и тут же закричала. — Почему ты без маски?! Ты сейчас задохнешься!

— Я... — огрин вдруг задумался, останавливая канониссу взмахом руки, — я не чувствую удушья. Хм, странно. Торопыжка, сними маску. — Отдал он команду.

Огрин выполнил ее и было заметно, что он пытается не дышать. Вождь тоже это заметил и подошел к нему — тот держал маску на всякий случай. Вот Торопыжка осторожно потянул носом, закашлялся, потом начал вполне нормально дышать. Остальные были очень удивлены и начали один за одним пробовать воздух "на вкус".

— Маска больше не нужна? — спросил он.

— Оставь, вдруг пригодится в какой-нибудь вредной газовой среде. — Приказал Хват и повернулся к канониссе. — Я не знаю, почему, но я чувствую себя прекрасно и не задыхаюсь. Похоже, что все это время мы таскали намордники зря.

— Это потому, что твой организм адаптировался к местной атмосфере. — Заявила Магнолия, кинув взгляд на инквизитора, которая уже была в курсе физического отличия тел огринов. — И маска по большому счету тебе не нужна — у тебя также как и у остальных перед легкими стоят биологические фильтры.

— Это вы узнали из результатов обследования? — сразу же догадался Хват.

— И не только это. — Кивнула Магнолия, полностью игнорируя знаки, которые ей делала канонисса. — Вы весьма любопытный народ для исследования.

— Помнится мне, на нашу планету уже отправили экспедицию, почему бы вам не поинтересоваться тем, что им удалось обнаружить? — немного гневно спросил Хват.

— Не сердись, я не собираюсь использовать вас как подопытных мышей. — Хихикнула медик, — однако докопаться до истории вашего появления на свет было бы любопытно.

— Возможно, позже. — Буркнул огрин, которому не понравились такие вот намеки, да еще и в присутствие инквизитора. Пускай Абелина и была на первый взгляд нормальной теткой, но что стоит ей сообщить о находках в ту же Инквизицию и всех огринов вполне могут посчитать как враждебных созданий и попросту уничтожить? Очень не хотелось бы нагадить своим родичам, что продолжали жить в снегах. — Патриарх мертв, но его создания до сих пор продолжают шнырять по планете. Нам необходимо заняться их поисками и зачисткой гнезд, вряд ли это одно.

— С этим вполне справятся местные силы и направленные сюда войска Торгового Дома. — Заявила Абелина. — Операцию на этом острове я считаю законченной, готовьтесь к эвакуации. И еще, не отходите далеко, вы мне понадобитесь.

— Не так быстро, инквизитор. — Вперед выступила Симона. Ее рост позволял женщине смотреть на остальных свысока. Она пощелкала клавишами своего наручного ауспекса и перед Абелиной возникло изображение какого-то документа с кучей печатей, при этом хорошо выделялась одна, проставленная чиновником от Инквизиции.

— Что это? — холодно поинтересовалась Абелина и Конот при этих словах напрягся, ожидая худшего.

— Это приказ Администратума по которому в сопровождение легкого крейсера "Славный", принадлежащего младшему ордену Адептус Сороритас, возглавляемому мной, — начала торжественно зачитывать канонисса, — передаются эсминец "Зерно Истины", а также перевозимые на нем сто второй пехотный валлхальский полк имперской гвардии, восемнадцатый бронетанковый и пятьдесят четвертый артиллерийский. Приказ подписан всеми организациями Империума, имеющими отношения как к орденам Сестер Битвы, так и Гвардии. Документ заверен печатью Инквизиции, давшей свое согласие на временное формирование подобного боевого соединения, предназначенного для выполнения поставленных передо мной задач. Адмирал Костюшко и генерал Грисс уже извещены и также подписались на приказе, вы должны были получить его, полковник Конот. — Обратилась к офицеру Симона. — Ознакомится и также расписаться.

— Некогда было просматривать бумажки. — Проворчал тот. — Но раз такое дело... — он переглянулся с Маршем, — теперь вы наш командир?

— Именно. — Кивнула канонисса. — Но я сразу же хочу, чтобы вы поняли — я не буду вам мешать делать свое дело. Да, признаюсь, я раньше перегибала палку и вела себя как дура, но всем нам свойственно ошибаться, поэтому я попросила стоящую надо мной канониссу Аурелию, главу ордена Кровавой Розы посодействовать в этом вопросе, потому что ваша помощь с хаоситами оказалась как нельзя кстати, а ваше тактичсекое руководство войсками и планирование поразили меня. И потом, раз уж здесь пошла речь об огринах и их планете, то своим заданием мы могли бы решить сразу две задачи — выяснить местонахождение Чаши и разгадать тайну их происхождения. Тем более, что цели совпадают.

— Поясни? — спросил Хват, совершенно не обращая внимания на ранги и звания.

Мысленно инквизитор усмехнулась, не это заставило канониссу обратиться к своим командирам, ведь видно же невооруженным глазом, что ее Превосходящая сестра так и жмется к комиссару Маршу, а сама она испытывает к огрину неподдельные чувства. Или же их боевая дружба настолько близка, что вынудило Симону пойти на этот шаг. Ну и потом, раз с сестрами случилась эта заварушка с хаоситами на той планете, то поиски Чаши могут привести к еще более печальному эффекту, ведь это один из трех священных предметов, которых касались руки Императора и если он попадет в лапы Хаоса, то последствия могут быть пострашнее Глаза Ужаса. И не приведет ли это к переделу власти между влиятельными кланами Терры, когда они отыщут реликвию, вот что беспокоило Абелину.

— Ваша планета стоит в середине нашего списка потенциальных мест нахождения Чаши, — ответила Симона, глядя на Хвата, — а ваша вера в Небесного Кузнеца подводит меня к мысли, что это мог оказаться кто-то из техножрецов или жриц с упавшего корабля сестер, который пытался нести вам свет веры Императора.

— Так. — Резко и властно произнесла Абелина. — Закрыли эту тему — здесь для этого не место и не время. Всю известную вам информацию о Чаше и огринах предоставите мне в отчете — я должна сама разобраться в этом вопросе, что там выдумки, а что правда.

— Это дело Сороритас! — громко сказала Симона.

— Я должна напомнить вам, канонисса, что ордена Адептус Сороритас или как мы называем их в обиходе сестры битвы, подчиняются напрямую Инквизиции, а я, если вы вдруг забыли, принадлежу к этой организации и являюсь ее полномочным представителем здесь.

Некоторое время обе женщины играли в гляделки, не желая уступать. Казалось, воздух накалился, такой горячей выглядела возникшая ситуация. Пока ее не разрядил огрин.

— Девочки, не ссорьтесь. — Улыбнулся он. — Мы все делаем одно большое и нужное дело — защищаем Империум в силу своих возможностей. Раз пришел приказ на наше переподчинение, то глупо ссать против ветра, простите за мое простое огринское сравнение. — Конот усмехнулся в кулак. — Я знаю, что не имею права голоса здесь, потому что всего лишь лейтенант какой-то маленькой зачуханой роты тупоголовых громил, но даже я своим скудным умишком понимаю, что выстроившаяся сейчас вертикаль власти вознесла на свой пьедестал госпожу Инквизитора. — И очень внимательно посмотрел на Абелину. — И сейчас она решает наши судьбы.

— Ты не пробовал выступать в Совете Высших Лордов Терры, огрин? — спросила та. — Бьюсь об заклад, там и половины из сказанного тобой не поняли бы.

— И твоя рота отнюдь не зачуханная. — Произнесла Симона, также глядя на Хвата.

— Тогда, может быть, прекратите тянуть одеяло каждый в свою сторону и займетесь текущими делами? — спросил тот. — Как минимум эвакуацией гвардии и встречей войск Торгового Дома, которым еще придется вникнуть в ситуацию. Ведь можете же вы работать совместно, когда захотите.

Инквизитор и канонисса переглянулись.

— В тебе дремлет дипломат, Хват. — Ворчливо произнесла Симона и сверху вниз посмотрела на Абелину. — Я распоряжусь, чтобы вам предоставили всю известную нам информацию о нахождении Чаши, дальше сами решайте, что с ней делать.

— Буду ждать с нетерпением. — Ответила та. Ни от кого не укрылось, что между этими двумя властными женщинами выяснение отношений еще не закончены.

— Вот и хорошо! — хлопнул в ладоши Конот, который сейчас почувствовал себя как на горящих углях, да еще и зажатый между молотом и наковальней. — Хват, зачем ты притащил с собой эти трупы? — спросил он.

— Чтобы сжечь. — Ответил тот, — а то эта пакость может пустить корни. — Он вытащил детонатор и нажал на кнопку.

Гора чуть вздрогнула от взрыва и часть скальной породы осела, а подземное море всколыхнулось и волна докатилась до стоящих возле выхода из пещеры людей.

— Смотри-ка, сигнал прошел. — Удивился огрин. — Я думал придется снова нырять.

— У него мощный передатчик. — Ответила Симона, которая кляла себя за тупоумие, как так не понять, зачем громила прихватил трупы. — Даже с орбиты достанет.

— Хорошая штучка. — Хват подкинул детонатор на ладони и сунул в карман. — Пригодится.

Войска грузились в челноки и покидали остров. Хват навестил своих и выяснил, что потерь, слава Кузнецу, не было, только глубокие раны и порезы, которые уже обработали сестры госпитальер и огринские медики. Сейчас люди отдыхали или же чистили оружие. Охотники валились с ног — время принятой дозы стимуляторов уже прошло и начался отходняк. Вялость и усталость были первыми признаками и исцелить огринов, вернуть им былую форму мог только сон. Жила еще днем объявил всем отдых, тогда как диверсанты не могли себе этого позволить и уже вторую ночь проводили на ногах. После эксперимента с масками все попрятали их в мешки и вскоре вообще забыли, что таскали их на лицах. Солдаты грузились в челноки, молодые техножрецы ворчали, что им снова приходится сворачивать командный пункт, однако стоящий над ними Децим тут же пресек эти возмущения и молодые заработали вдвое усерднее. Старшие техножрецы бухтели на двоичном языке о том, что раньше и поколение трудилось усерднее и лучше служило Духу Машины, читая все необходимые литании, не то что эти оболтусы. Совсем от рук отбилась молодежь, болт им в шестеренку и чтоб без смазки неделю ходили!

Прилетел челнок и огрины загрузились в него в полном составе. Хват пытался поспать, но его разбудили перед посадкой и провели в кабину пилота — инквизитор прислала персональное сообщение, а личного ауспекса у огрина, понятное дело, не было. Хват протиснулся в кабинку и посмотрел на гололитическое изображение Абелины.

— Прибыл флот Дома Донгер. — Без предисловий начала она. — И с ним новый губернатор, который должен был прилететь на "Зерне". Он хочет встретиться с командирами полков, твое присутствие может быть кстати.

— Скрытый мутант? — тут же понял Хват, куда клонит инквизитор.

— Нет, что ты. — Махнула та рукой и задумалась. — Хотя, кто знает. В общем, тебя на посадочной площадке будет ждать транспорт и комиссара своего тоже захвати с собой, пусть привыкает общаться с представителями власти.

— Хорошо. — Пилот разорвал соединение, а огрин вернулся на свое место.

Значит, инквизитору нужна его огневая мощь, что ж, вполне объяснимо. Это все равно, что поставить тяжелый болтер и лазган посреди зала губернаторского дворца и посадить за них расчет. Наверняка она и полковника пригласит и майора Попова с капитаном Бладом, они же офицеры, командующие своими подразделениями. Позовет ли канониссу? Вряд ли, почему-то обе терпеть друг друга не могут с первой встречи, он это понял сразу. Они ведь не знакомы или просто у каждой сформировалось свое собственное мнение, касаемо сестер и инквизиции? Одна считает их подстилками и вооруженными до зубов шлюхами, а вторая — мерзкими предателями Империума, преследующими только свои цели и казнящими направо и налево? Ой, сунул ты свою головушку в это змеиное бабское гнездо, теперь как бы самому не загреметь в застенки Инквизиции. Это даже хорошо, что Абелину шваркнуло по мозгам — она хотя бы не узнает его истинную сущность, как Сандра. Та могла заглянуть глубоко в подсознание и вытащить на свет божий такое, о чем он уже давно подзабыл. Держать ухо востро с этими бабами нужно.

— На выход!! — подал команду пилот и огрины зашевелились. Хват сам не понял, что раздумывал во сне.

Он тяжело поднялся, почему-то раны стали заживать все медленнее, бок зудел и тупая ноющая боль мешала передвигаться. Когда он плавал в воде и сражался с тварями это было не так заметно, а сейчас организм расслабился и позволил себе помучить хозяина. Огрин мысленно ругнулся на боль и спустился по аппарели, тут же увидев стоящий транспортер и ожидающего Хвата Жетона — свита отбыла с острова раньше инквизитора, позволив взять Абелину под охрану полковника. Огрин выхватил из строя пробегающую мимо Эмилию — комиссар забавно задергалась в его руке, когда та подняла ее над землей, удерживая за воротник.

— Нас вызывают на ковер. — Пояснил свое действие Хват и Эмилия вопросительно посмотрела на него, ожидая продолжения. — Прибыл флот Торгового Дома и инквизитор требует нашего присутствия.

— Может быть уже поставишь меня на ноги? — спросила девушка.

— Извини, забыл. — Огрин поправил ее форму и заботливо отряхнул снаряжение. — Сейчас я отдам пару приказов и поехали — нас уже ждут.

Жила внимательно выслушал пожелания вождя и кивнул, мол, все сделаю в точности. После чего Хват со спокойной душой плюхнулся на скамью транспортера и Жетон погнал машину к месту встречи, где уже находились Абелина и канонисса — полковник Конот должен был заявиться с минуты на минуту, а вот комиссар Марш остался на острове — руководить погрузкой оставшихся рот. Его заменил майор Попов, судя по его кислой роже, удрученный подобным приказом, исходившим от командира. Низкую почти квадратную фигуру танкиста Хват заметил с порога, когда вошел в городскую резиденцию планетарного губернатора, которую местный имбецил почти не посещал — майор также прибыл одновременно с огрином и комиссаром.

Охрана, завидев Жетона и его сопровождающих, пропустила их без вопросов. Хват профессиональным взглядом отметил их выправку и подготовку — это не силы СПО, а вполне себе опытные ветераны, которые после службы в гвардии подались в наемники. Их экипировка отличалась от обычной гвардейской — полностью герметичный бронекостюм, напичканный электроникой, встроенные в черепа системы наблюдения и связи и еще хрен знает что под броней. Лазганы у них тоже отличались от солдатских — короткие, изготовленные по системе булл-пап, в общем, штурмовой вариант. Кроме них вооружены все были лазпистолетами, у кого-то за спиной крепился дробовик, ракетница, гранатомет, некоторые таскали в кобурах болтеры. Парочка подозрительно покосилась на рукоять оружия огрина, торчавшего из кобуры — болтер его размеров превосходил их в разы и мощный патрон мог легко пробить даже высокотехнологичную броню, а то и разнести десантника в клочья. А что касается лазгана и висящую за спиной мегамельту... командир личного отряда охраны будущего губернатора предпочитал об этом не думать. Но требовать сдачи оружия от громилы не стал — они не враги гвардии, о чем сразу же всех предупредил их босс.

Жетон тихо постучал в дверь и она отворилась — Токс был рядом и прислушивался к шагам в коридоре. Он сразу же определил тяжелую поступь огрина, который не скрывал своего присутствия, хотя мог, а стучащие рядом с ним каблуки сапог Эмилии и бухающие говнодавы Попова ни с чем невозможно было спутать. Хват вошел вслед за Жетоном, глазами обводя помещение. Разум принудительно перевел тело в боевой режим и все ноющие боли отступили — организм в который раз напрягся, чтобы отразить возможную атаку. Огрин тут же увидел сидящего за столом крупного мужика, за спиной которого стояла охрана в бронекостюмах, расслаблено сидящую в кресле Абелину напротив него, стоящего рядом с ней Конота, который мельком взглянул на вошедших и коротко кивнул. Майор Попов задержался у входа, стараясь быть подальше от инквизитора, которую охраняли Сабля и Винт, при этом Хват был уверен, что скитарий держит всех охранников губернатора на прицеле. Канонисса вместе с Превосходящей сестрой Катериной стояла возле колонны, опершись об нее спиной и сложив руки на груди. Она посмотрела на огрина и только моргнула глазами — тот все понял без слов. Это не то место и не те люди, при которых можно проявлять дружеские чувства.

— Так это и есть тот лейтенант, о котором вы говорили? — громко спросил мужик за столом. — Это ведь огрин, я ничего не путаю?

— Именно так. — Кивнула инквизитор. — И попрошу вас не относиться к нему как к дерьму — все-таки его рота понесла самые значительные потери, защищая ваши капиталовложения.

— О, я даже не пытался его оскорбить. — Мужик поднял руки ладонями вверх. — Просто все знают, как в Империуме воспринимаю огринов.

— Просто относитесь к нему как к равному и проблем не будет. — Произнесла Абелина. — Итак, я бы хотела услышать ваше предложение, ради которого нам пришлось бросить все свои неотложные дела и примчаться сюда и предупреждаю, что оно должно быть действительно важным. — Короткая речь инквизитора была наполнена космическим холодом.

На ее слова будущий губернатор чуть усмехнулся одними уголками губ. Инквизиторы никогда не меняются, подумал он, разглядывая сидящую перед ним женщину, у которой на левой половине лица кратерами стянул кожу химический ожог. Он знал, кто именно может оставить такую метку и считал, понимал все недовольство Абелины этой встречей — той пришлось демонстрировать свое уродство незнакомым людям. Впрочем, той на мнение губернатора было наплевать — она ждала его слов и тот собрался с мыслями.

— Во-первых, я должен выразить вам признательность от всего Торгового Дома Донгер за вовремя оказанную помощь во вскрытии этого мерзкого тиранидского культа, который развернулся в результате попустительства местных властей. Со своей стороны я готов вас уверить, что более подобного не произойдет — мы приложим все усилия, чтобы выжечь эту ксеносскую заразу с Кассандры. — Губернатор сделал паузу. — И во-вторых — глава Торгового Дома Донгер приглашает вас, а также всех солдат славнейшей имперской гвардии посетить мероприятия, которые он устроит в вашу честь на Симилле, столичной планете системного сектора.

— Это что, взятка? — спросила Абелина, подняв правую бровь.

— Э, простите, я не понимаю, о чем вы? — губернатор искренне удивился.

— Культ генокрадов развивался здесь не один месяц и даже не один год. — Резко произнесла инквизитор и чуть подалась вперед. — Сколько вы получили сообщений от местных властей и помощников губернатора о том, что здесь происходит что-то странное, что необходимо выслать помощь и проверить население? Что люди пропадают, что арбитры бездействуют, что местная власть не реагирует на сообщения, что чиновники Администратума составляют липовые отчеты? Я могу еще долго продолжать и не поверю, что вы не знали об этом. — Ее указательный палец уткнулся в мужика за столом. — Если вы думаете, что это голословное обвинение, то я предоставлю вам всю собранную мной и моими людьми информацию. Это первое. И второе — я предполагаю, что это сделано было вами намерено — развитие культа и его последующее становление, но вот с какими целями? — Инквизитор уставилась на губернатора, ожидая ответа.

Тот пожевал губами, размышляя. Он просто не знал об этом — глава Дома вызвал его три дня назад и назначил новым губернатором. Об управлении, экономике и финансах бывший генерал знал только издалека, а в политике вообще не разбирался. И сейчас искал выход из сложившегося положения. Нет, инквизитор его не обвиняла, хотя и могла, раз собрала такую доказательную базу. Но вот радости это генералу в отставке не добавляло. Он вздохнул и сказал:

— Вы прижали меня к стенке. Послушайте, лучше вам переговорить с главой Дома — я всего лишь его рупор. Я бывший военный, верой и правдой служил Империуму точно также как и вы, вышел в отставку в чине генерала, я ничего не понимаю в этих подковерных интригах. — Губернатор скривил губы и развел руками. — Меня потому и отправили сюда, чтобы провести зачистку — в этом у меня мозгов побольше, чем у этих расфуфыренных аристократов. — Последние слова военный с презрением выплюнул. — Мне выделили штат чиновников, которые должны заменить всех местных и наладить разрушенное производство, чтобы возобновить поставки, ведь сроки поджимают и контракты горят — кто-то может перехватить их и покупатели откажутся от продукции Дома Донгер.

— Так вот в чем проблема. — Абелина откинулась в кресле. — То есть пока все было хорошо, главе дома не было никакого дела до того, что тут происходит и Патриарх сообразил это быстрее, чем чиновники — он не препятствовал производству продуктов, позволяя забирать товар грузовозам. — Она посмотрела на канониссу. — Возможно, только появление корабля гвардии заставило его вскрыть свои карты, ведь захватив одну планету и создав на ней мощную инфраструктуру, он мог двинутся на остальные миры сектора.

— Это ведь тираниды, они прожорливые жуки, не более. — Заметил губернатор. — И не могут строить далеко идущих планов

— Вам приходилось встречаться с ними?

— Участвовал в двух кампаниях по зачистке. — Кивнул тот. — Мерзкие твари, но не слишком сообразительные.

— Они приспосабливаются. — Произнесла Абелина. — К нашему миру, к нам, к обществу, используют все возможности для скрытого проникновения и постоянно эволюционируют. И они отнюдь не глупы. Что еще они придумают в будущем на нашу голову я даже боюсь предположить. Но, тем не менее, третьему помощнику губернатора удалось послать весточку в Инквизицию и вот я здесь. И благодарить за то, что Кассандра не превратилась в тиранидский мир вы должны вот этих людей. — Она указала на Конота, Хвата, Попова и канониссу, обведя ладонью помещение. — Раз уж так сильно им задолжали.

— Об этом вам лучше поговорить с главой Дома Донгер — я всего лишь тупой рубака и исполнитель. — Улыбнулся генерал. — Мне приказали передать послание, я это сделал. Дальше уже ваша забота.

— То есть Торговый Дом не хочет выносить сор из избы? — громко спросил Хват и на него уставились все. — Я правильно понял?

— Правильно. — Кивнула Абелина и встала. — Они хотят тихо договориться с нами, иначе не прислали бы приглашение — о гвардии вспоминают только тогда, когда наступила полная жопа и местные власти наложили в штаны, с ног до головы обосравшись. — Генерал широко улыбнулся на слова инквизитора, прекрасно понимая, что она имеет в виду. — Что ж, мы принимаем приглашение вашего главы, оба корабля окажутся на орбите Симиллы через три дня — нам нужно завершить передислокацию техники и пехоты, забрать раненых из госпиталя, пополнить запасы топлива и боеприпасов. Также я хотела бы предварительно переговорить с главой о предоставлении гвардейцам полноценного лечения и обеспечения КАЖДОГО солдата кибернетическим протезом за счет Торгового Дома. Думаю, это будет малая часть оплаты той суммы, что он им должен.

— Не сомневаюсь. — Кивнул генерал. — Раз уж вы здесь, то не могли бы предоставить мне всю информацию на каких целях стоит сосредоточится?

— Хват? — спросил полковник огрина и тот подошел к столу, на котором зажглась гололитическая карта Кассандры.

— Эту цепочку островов стоит зачистить очень тщательно — гнездо Патриарха находилось на этом острове и он мог перебросить свои силы на остальные островки или же оставить законсервированные гнезда. Потом проверка всех коммун, всех жителей под медсканер — среди них могли остаться агенты. И третье — вот эти леса на юго-востоке от столицы. Твари набегали с той стороны.

— Хорошо. — Генерал кивнул. — Все четко и по делу, уважаю. — Он посмотрел на огрина, потом на инквизитора. — Я предоставлю вам новую технику взамен поврежденной и сделаю все от меня зависящее, чтобы поставить ваших людей в строй, полковник. Могу порекомендовать рекрутинговый центр в столице, где вы сможете принять пополнение — они обучают солдат базовым навыкам перед вербовкой в ряды гвардии. Можете поинтересоваться у главы на этот счет.

— Так и сделаю, спасибо, товарищ генерал. — Конот привычно щелкнул каблуками, отчего губернатор даже чуть улыбнулся — похвала старому военному была приятна.

— Извольте откланяться. — Произнесла Абелина. — Нам нужно решить текущие задачи.

— Вы можете всегда найти меня здесь — просиживать штаны в губернаторском дворце я не собираюсь. — Ответил ей генерал. — Если что обращайтесь напрямую — я извещу своих адъютантов, чтобы они сразу же переадресовали ваш вызов мне.

Инквизитор кивнула и покинула кабинет в сопровождении свиты и остальных. Когда группа командиров вышла на улицу, то Абелина повернулась сразу ко всем, включив на всякий случай подавитель прослушки.

— Расслабляться пока рано — несомненно губернатор говорил правду, однако он может быть только пешкой в большой игре и не знать истинных целей. Кому-то нужно было ослабление Торгового Дома и, возможно, культ генокрадов это простые исполнители, а в их столице засели предатели покруче.

— Должен сказать, что я, как и этот генерал, ни хрена не понимаю в интригах и шпионских играх. — Пожаловался Конот.

— А тебе и не нужно — думать за вас буду я. — Возвестила Абелина.

— Нам нужно отправляться на поиски Чаши. — Напомнила ей канонисса.

— Чаша подождет. — Отмахнулась инквизитор. — Прошло пять с лишним тысяч лет или около того, несколько недель ничего не изменят. Нужно сперва закончить здесь или вы забыли, что согласно приказу поступили в полное мое распоряжение? — На эти слова Симона только заскрежетала зубами. — Итак, я сейчас озвучу свою главную мысль — глава так или иначе пригласит нас на бал, организованный в нашу честь и не надо морщиться так, как будто вы съели лимон, полковник Попов.

— Я майор, инквизитор. — Ответил танкист.

— Нет, уже полковник, соответствующий приказ мною был подписан и направлен в Муниторум, они просто не смогут во-первых, отказать, и во-вторых, кто-то должен будет командовать поредевшим восемнадцатым бронетанковым. Все выжившие офицеры и солдаты повышаются в звании, кроме труса Броскена. — Абелина посмотрела на полковника. — Хочешь, чтобы я его расстреляла перед строем как сеющего панику?

— Просто выгони его, заменим другим, хотя бы тем же сержантом Тигом, который командовал вместо этого ублюдка. — Ответил ей Конот.

— Согласна, он тоже показался мне толковым командиром. — Инквизитор оглядела присутствующих. — Итак, все кто здесь идут на бал, форма одежды — парадная.

— Что и даже я? — удивился Хват. — Я ведь вроде как рылом не вышел и вообще тупой огрин. Как-то раз уже сходил, может ну его?

— Первый блин комом. Ничего, это даже хорошо, — засмеялась Абелина. — Я хочу посмотреть на вытянувшиеся рожи аристократии, которая будет забавно вздергивать носы при виде неотесанного огрина. Ты сделаешь главное — отвлечешь внимание. Ну и на всякий случай присмотришься к публике.

— Подозреваешь генокрадов? — тут же спросил полковник.

— Я подозреваю сразу всех и каждого. — Ответила инквизитор. — И хочу, чтобы моя спина была прикрыта. Токс, как всегда, используй маскировку и проработай пути отхода из дворца главы или где он там будет проводить бал — все инструкции и карту помещений получишь позже, я постараюсь предварительно выяснить место встречи у неуемного торгаша. Сабля и Жетон — переодеться и играть влюбленную пару, вам не привыкать.

— Оружие? — спросил элизианский штурмовик.

— Как всегда — скрытое. Не мне тебя учить.

— Понял.

— Теперь, полковник, вы пойдете со мной как мой кавалер. — Абелина сверкнула глазами в сторону Конота. — Вы не против?

— Провалюсь я в варп, если подумаю подобное! — заявил тот и присутствующие рассмеялись.

— Канонисса, вы составите компанию Хвату. Или хотите возразить? — лукаво спросила ее Абелина. — Он может легко играть роль вашего телохранителя.

— Только перед тем, как идти со мной ему неплохо бы помыться. — Симона посмотрела на огрина и улыбнулась. — А то от него изрядно воняет.

— Это все потроха тиранидов. — Ответил тот. — Но ты права — сполоснуться не помешает. — Хват сунул нос себе подмышку и шумно вдохнул, совершенно не стесняясь.

— А что насчет меня? — спросила Эмилия.

— Вот твой кавалер — полковник Попов. — Указала на танкиста инквизитор. — Вы составите отличную пару, да и по росту вполне подходите.

— Я не умею танцевать. — Пробурчал тот.

— А вам и не придется — придете вместе, пошарахаетесь по залу, можете даже нагадить где-нибудь в углу или под столом — я даже поощрю подобное. Расслабьтесь в конце концов. — Абелина улыбалась. — Покажите, что гвардия умеет не только славно сражаться, но и заткнуть за пояс любого аристократа в искусстве выпивки.

— Это поклеп. — Возразил Конот.

— Да? А как же твои два лейтенанта, что устроили пьяную драку с гражданскими?

Полковник не нашелся что ответить.

— Впрочем, я их прощаю, оба храбро показали себя в бою и достойны награды. Просто мне на балу нужны те, кто выглядит как настоящие рубаки и полковник Попов именно из таких. Поэтому форма одежды — парадная.

— Эх, придется стряхнуть пыль с моего кителя. — Вздохнул танкист. — Еще знать бы где он валяется.

— Сошьешь себе новый, денег я дам. — Сказала Абелина и посмотрела на загрустившую Катерину. — А вы, Превосходящая сестра, зовите уже своего комиссара — пойдете с ним туда под ручку. И не надо меня благодарить и так забавно краснеть ушами, думаете, я не догадалась о вашей интрижке?

— Это не интрижка. — Тихо произнесла Катерина, но инквизитор сделала вид, что не услышала ее.

— Каждый имеет шанс на свое личное счастье и сестры не исключение, так что прошу вас, канонисса, серьезно ее не наказывать, она вам еще пригодится. — Продолжила инквизитор.

— Пожалуй, менять такую храбрую и смелую сестру на молодую неумеху я не хочу, так что получит по мягкому месту сто плетей и пускай остается. — Катерина возмущенно посмотрела на Симону. — Шутка, десяти вполне хватит.

— Еще можно пробить в бубен. — Сказал Хват. — Или в грудную клетку.

— Так, эти вопросы решили. Сейчас всем отдыхать, полковник, можно вас на пару слов... — Что там хотела инквизитор сказать Коноту Хват уже не слышал — он направился к транспорту, потащив за собой Эмилию, едва услышав приказ отдыхать — башка совершенно не соображала, и майора Попова, канонисса с Катериной увязались за ними следом.

— Сейчас я хочу одного — добраться до койки и завалиться спать. — Объявил огрин. — Кто со мной?

— Единственная здравая мысль, прозвучавшая за все время. — Улыбнулся Попов. — Поддерживаю.

Военные залезли в транспорт и севшая за руль Эмилия погнала машину в сторону казарм — она знала дорогу.

Лорду-Инквизитору пришел сигнал вызова через засекреченную сеть ретрансляторов, тщательно сохраненную и обслуживаемую отдельным отрядом механикусов. Технология была древней, созданной еще в то время, когда человечество только начинало знакомится с варпом и не умело быстро перемещаться на другой конец галактики, однако посылать сообщение уже научилось. Сигнал не имел задержки и можно было общаться напрямую, пускай даже абонент находился в тысячах световых лет от адресата. Лорд посмотрел на код вызова — к нему обратился один из его личных агентов.

— Доклад. — Сухо сказал в микрофон Лорд.

— Приветствую, мой Лорд. — Он услышал ответ той, кого вытащил из застенков своей же организации. — Операция по вскрытию и искоренению культа прошла успешно — весь отчет я перешлю с информационным пакетом. Во время ожидания следующего задания я хотела бы изучить один из ресурсов, что встретила во время своего расследования.

— Что за ресурс? — поинтересовался Лорд. — Древняя человеческая раса или же любопытный ксенотех?

— Скорее отголоски прошлого. — Ответила Абелина. — Огрины, мой Лорд, весьма любопытная физиология, которая напоминает подобную у космодесанта, но сходства лишь поверхностны. Требуется глубокий анализ их ДНК, изучение особей на месте, после чего можно будет делать выводы. Предварительно могут только сказать, что применялась технология времен Темного Века, генетические изменения тел идеально сбалансированы.

— Даже так? — удивился Лорд. — Как насчет лояльности ресурса?

— Они преданы Императору, но весьма упрямы в почитании своих Богов. Предлагаю постепенное воздействие на их веру с помощью подмены понятий. Со временем мы можем получить полностью подконтрольное нам население.

— Жесткий контакт исключен?

— Исход будет не в нашу пользу — в информационном отчете содержатся все записи их действия в бою. Потерять такой ресурс будет очень глупо.

— Кто-либо еще знает об этом ресурсе?

— Точно известно, что губернатором субсектора была отправлена туда экспедиция с целью изучения огринов — результаты мне неизвестны. Данные также содержатся в отчете.

— Кто проводил исследования?

— Подразделение сестер госпитальер в составе младшего ордена. Утечка исключена — я немедленно распорядилась все засекретить.

— Всю информацию перешлите мне, все вовлеченные участники должны быть осведомлены о неразглашении, контроль за этим оставляю на вас. Разрешаю вам провести расследование, используйте необходимые для этого ресурсы — соответствующий приказ я отдам лично. С этого момента выходи на связь только со мной, никто не должен ничего знать, особенно в нашей организации. И еще, Джоана, — Лорд назвал инквизитора ее настоящим именем, — постарайтесь форсировать события, что-то начинается в районе Глаза Ужаса, промедление может стоить нам дорого.

— Я поняла. Разрешите приступать?

— Начинай. — Отдал приказ Лорд и откинулся в кресле — над поступившими данными стоило тщательно поразмыслить.

Глава 7.

Два космических корабля, легкий крейсер сестер битвы и эсминец имперской гвардии, который уже до этого уже побывал на столичной верфи, вышли из гиперпространства и неспешно двинулись к темно-серой, почти грязной планете — Симилле, столице системного сектора. Когда-то она была цветущим раем, пока здесь не появился человек и не перестроил ее биосферу под себя, наделав городов и фабрик. Рудные карьеры, глубокие шахты, находящиеся рядом с ними заводы и фабрики, промышленные предприятия и индустриальные гиганты, все они производили столько выбросов в атмосферу, что местным жителям приходилось носить кислородные маски. Ресурсной базы на планете хватило бы надолго, а когда минералы закончатся, то производства не будут простаивать — торговый флот Донгер всегда может перевезти столько груза, сколько им необходимо.

Хват стоял возле иллюминатора на четвертой палубе, где размещался 102 полк и наблюдал за космосом. Бок планеты уже было видно, кроме него по орбите вращалась крупная станция тороидальной формы, раскинувшая свои причальные штанги далеко в пространство. Сейчас к ней подходил грузовоз, который навскидку превосходил размерами оба корабля вместе взятых. Как огрин определил это, он и сам не понимал, но чувствовал, что судно огромно и в его трюм вполне можно запихать "Зерно" со "Славным" в придачу. Помимо этого по системе передвигались и другие суда, которых Хват не мог видеть, зато отлично лицезрели на своих экранах операторы следящих систем — патрули Торгового Дома тщательно охраняли систему.

Раз вызов пришел от самого системного губернатора, то на орбитальном терминале уже были зарезервированы два места под стыковку — генерал-губернатор Кассандры передал всю информацию на столичную планету о прибывающих войсках. Конечно, присутствие сестер битвы немного обескуражило главу Дома, однако он не стал отказываться от своих слов и отдал все необходимые распоряжения. Сейчас, по протоколу, состоится высадка имперских войск, которые парадом пройдут по главной улице столицы Симиллы — Каранара. Полковнику Коноту были переданы все инструкции и он заставил своих лейтенантов, часть из которых уже перевели в капитаны, вызубрить их на зубок. Строевой подготовке гвардейцев учили едва ли их нога коснулась бетонной площадки учебки и проблем с этим быть не должно, но вот с огринами... однако Хват заверил полковника, что все пройдет нормально. Он за эти несколько часов, что длился гиперпереход немного потренировал свою роту, чтобы не ударить в грязь лицом перед гражданскими. В строй встали не все — тяжелораненые плохо выздоравливали и их после парада перевезут в столичную лечебницу, точно также как и пострадавших гвардейцев. Медперсонал был уже предупрежден, сестры госпитальер будут присутствовать при лечении точно также как и огринские медики, старшей над которыми Хват назначил Веселушку. Их было-то всего пять человек — двое парней и три девушки, причем первые выступали в качестве санитаров и "подай-принеси" — вся работа по лечению ложилась на плечи трех "хрупких" созданий. Впрочем все они были дочерями шаманов и кроме употребления ранеными взваров и отваров внутрь использовали заговоры. Просвещенный человек назвал бы это дикарскими обычаями и вообще призвал бы Инквизицию на головы нелюдей, поэтому крыло больницы, где расположили огринов, решено было закрыть для любопытных медсестер из человеческого персонала. Ибо сестра Магнолия заинтересовалась, почему во время шепота Веселушки ткани лежащего перед ней пациента начинают регенерировать в разы быстрее, кровь увеличивает свой ток, а значительная часть поврежденных клеток самовосстанавливается. Но как только подключаешь соответствующую медаппаратуру или проводишь сканером по телу огрина, то процесс замедляется, а то и вовсе останавливается. Слышавшая про психические техники эльдар, которые также могли излечивать пациентов, Магнолия даже не сравнивала их с огринскими, потому что громилы явно не тянули на древнюю человекоподобную расу. Но разобраться в вопросе ей очень хотелось, чему девушки-лекари явно сопротивлялись. До чего довели бы раненых эксперименты настырной медсестры никто не знал, если бы не пришел Хват и не выставил ее за дверь вместе со своим оборудованием — Магнолия упросила канониссу оставить ее на "Зерне". Понятно, что госпитальер обиделась на огрина, однако после с досадой поняла, что была слишком настойчива и пришлось уступить огринским практикам. На ее вопрос, а с человеком они могут точно также, Веселушка ответила:

— Нужно образы крови изучать — свои-то мы хорошо знаем.

— Что за образы крови? — с любопытством спросила Магнолия.

— Ну-у-у, — протянула лекарь, явно не зная как объяснить несведущему человеку истины, понятные только ей, — это как ваше медоборудование — я смотрю на раненого, вижу, что его кровь испорчена и начинаю ее чистить, произношу заговоры и она обновляется. А за этим и плоть тоже начинает восстанавливаться, вспоминает свое былое состояние до пореза или раны. Но это все не так просто, нужно сосредоточиться, распознать образ, а то и навредить можно. Шаманы лучше умеют, я ведь только училась этому и еще не все секреты познала.

Из чего Магнолия сделала вывод, что своим бубнежом огрины создают звуковые колебания, которые влияют на природные вибрации клеток — про это медсестра знала. Аппараты восстановительной терапии использовали ту же методику — пациента клали на ложе, подключали к сканерам и начинали обрабатывать звуками различной частоты. Иногда помогало. Что ж, выходит, что и у людей эти образы крови есть, только они разные и нужно очень точно настраивать аппаратуру, чтобы не калечить пациента. Но как огрины узнают в какой именно тональности нужно произносить эти их заговоры, ведь на первый взгляд воют на одной ноте? Дикарская бредятина, не иначе, но Магнолия видела, что это работает и это еще больше вгоняло ее в ступор.

Огрины привели себя в порядок, почистили броню и постирали одежду, стволы лазганов сверкали как у кота яйца, мультимельты заняли свои места за спиной рядом с холодным оружием каждого. Лазпистолеты и болтеры покоились в кобурах на бедрах тех, у кого они были. Хват отвернулся от иллюминатора и оглядел свое воинство — орлы! Его самого сразу повысили до звания капитана, Жила стал ап-лейтенантом, командиром второй роты назначили Шороха и дали ему лейтенантское звание, многих рядовых повысили до капралов и сержантов. Рота огринов сократилась почти вдвое, но своей боеспособности не потеряла, наоборот, парни привыкли к дистанционному оружию и его разрушительной мощи, переняли тактику действия в городе и тесных помещениях. Огрины быстро адаптировались к незнакомой обстановке и учились по ходу действий. И это явно шло им на пользу.

Полковник Конот распределил очередность прохождения рот — впереди пойдут все человеческие, нелюди замыкающие, потом танкисты полковника Попова, куда вольются взвода майора Смоляка. После тяжелых машин пройдут "Стражи" капитана Симонса и уже затем 54 артиллерийский в полном составе. Капитан Блад также получил звание майора и на него обрушился весь вал бумажной документации, разгребать завалы которого он не имел никакого желания. Пришлось выделить для этого несколько усидчивых ратлингов из хозвзвода Смока, Конот даже временно перевел их в адьютанты лишь бы занимались бумажками и те с энтузиазмом взялись за дело — к рутинной работе им не привыкать. Ратлингов, понятное дело, нужно было контролировать, а то наворотили бы там, однако Конот уже убедился, что вороватые коротышки на самом деле не были такими уж клептоманами, каковыми их считали в мирах Империума. Нет, некоторые определено страдали симптомами воровства, но командиры вовремя били их по рукам, так что с этой стороны все было нормально. Сами ратлинги должны были топать впереди огринов, а то за ними малышей вообще никто не увидел бы.

— Помните, народу на улицах будет много. — Наставлял Конот. — Все будут орать и свистеть от восторга, так что не надо шарахаться. Здесь редко когда проводят парады гвардии, поэтому подобное событие будет обязательно освещено в прессе и пикточерепа журналистов будут порхать над нами. Не надо их сбивать на лету, Хват, тебя и твоих парней это особенно касается, а то устроите там пальбу, потом от позора не отмоемся.

— Да что мы, тупые что ли? Все понимаем. — Ответил на это командир роты громил.

— Я-то знаю, что с мозгами у вас все в порядке, но люди считают вас тупыми и начнут хохотать или показывать пальцами, если вы сделаете что-нибудь не так. — Конот смотрел на Хвата. — Не надо на них реагировать.

— Может нам вообще на парад не ходить? — с надеждой спросил тот.

— Не выйдет — вы часть полка и главные герои, только массам об этом знать не обязательно, а во власти кто надо уже и так в курсе. — Пояснил полковник. — Это честь для гвардейца — пройти парадом по освобожденному городу. Правда, этих никто не захватывал, но все же, столичная планета. В общем, час терпения и позора и все свободны. — Улыбнулся Конот. — Казармы для нашего размещения уже готовы, нам предоставили неделю для изучения города, отдыха, прогулок по нему, пока все наши солдаты не встанут в строй и мы не наберем новых, получим технику и вооружение — за все платит Дом. Точно также как и сестры — к ним должно прибыть пополнение из Схолы. Как дождемся, так и двинем на поиски Чаши. — И мельком взглянул на огрина. Абелина поделилась с ним своим разговором с Лордом-Инквизитором и полковник был в курсе — он умел держать язык за зубами. — Это всем ясно?

— Так точно! — громыхнул строй глоток офицеров, стоящих перед командиром.

— Разойтись.

И вот сейчас предстояло пройти по станции, загрузиться в челноки и спуститься на планету — своим транспортом Торговый Дом запретил пользоваться гвардии, они предоставили местные суда. Что ж, хозяин — барин, Хват не переживал по этому поводу. Когда корабль едва ощутимо ткнулся в причальную штангу и магнитные захваты подтянули к себе корпус, в шлюзовой камере сравнялось давление и двери распахнулись, то первые гвардейцы уже ступили на орбитальную станцию. Солдаты в указанном полковником порядке покидали судно, чтобы не создавать толчею, как гражданские, которые все время лезут вперед, ругаясь и давя более слабых, как будто боятся не успеть на уходящий к планете транспорт. Здесь все было четко и по уставу: поступила команда — все вышли. На случай парада гвардейцам выдали новенькую броню и форму, заменили оружие, у кого оно имело потрепанный вид — солдаты привыкали к своим лазганам и расставались с ними крайне неохотно, все же пушки не раз спасали им жизнь. Тяжелораненых и нуждающихся в протезировании перемещали на станцию под присмотром сестер госпитальер — ресурсов корабля канониссы не хватало, чтобы "починить" всех, но Абелина оговорила этот вопрос с главой Торгового Дома и тот пошел ей навстречу, пообещав полное содействие. Вот только документально это не было подтверждено и инквизитор вполне себе серьезно опасалась того, что тот может забрать свои слова назад. Так что ротой Тихонького пока временно поставили командовать повышенного до звания сержанта Драга, который, хоть и был ранен, но выздоровел раньше командира, который остался без ноги. Конот пообещал лейтенанту что тот станет капитаном и сдержал свое слово, точно также как и намеревался сдержать и другое данное им раненому — тот вскоре будет ходить на своих ногах, пускай и протезах, но зато самых лучших. Гвардейцы часто навещали своих раненых товарищей и каждый горячо заверял их, что командиры не спишут их как инвалидов, а для начала полноценно вылечат, а уже потом предоставят выбор — покинуть ряды гвардии или же остаться. Ни один не высказал желание сбежать. Ну, может быть кроме двоих-троих симулянтов, которым оторвало конечности в результате негативного влияния на них кармы. Что заработали, то и получили. Броскена опять же перед всем строем лишили звания за трусость и выгнали из гвардии, причем рука комиссара Марша, который и зачитывал приговор, так и тянулась к рукояти лазпистолета, а стоявшая рядом с ним Эмилия, сузив глаза, гневно смотрела на мерзкого лейтенанта — он явил наглость подкатывать к ней. Многие с удовольствием прикончили бы бывшего лейтенанта, но инквизитор своей властью запретила, пояснив, что убийство самый простой способ. Вот перевоспитать человека — для этого нужно приложить усилия. Но она понимает, что такой как Броскен вряд ли изменится, поэтому его лучше выгнать сейчас, чем он принесет проблемы потом. Почему его не послать в штрафбат? Потому что там он подставит подразделение еще быстрее, чем в обычном полку гвардии и погибнет много людей. Так что пускай бежит без оглядки — если примется за старое, то судьба сама с ним разберется. Броскен вздохнул с облегчением, когда узнал, что его не расстреляют и не отправят сражаться с хаоситами, спешно собрал манатки и покинул казармы, скрывшись в неведомом направлении. Ну и хрен с ним. Его место занял сержант Тиг, которому пришлось дать звание лейтенанта. В этой кампании против тиранидов многие получили новые шевроны, однако и гвардейцев погибло тоже немало — из восьми тысяч осталось в живых пять с половиной, причем раненых было примерно поровну с получившими мелкие царапины и бегающими на своих двоих солдатами. Таким образом численность представляемой на параде гвардии составляла едва треть от ее списочного состава, точно также как танкисты и артиллеристы.

Сестры битвы тоже участвовали в параде, шагая позади гвардии, а пилоты истребителей и перехватчиков должны были пройти над главным широким проспектом и запустить хлопушки, чтобы порадовать гражданских зрелищем и мощью имперской армии и флота. Сестрам канониссы редко когда приходилось участвовать в парадах, поэтому она тренировала их до седьмого пота, добиваясь слаженности действий. Девчонкам приходилось несладко, но они терпели и понимали, какая это ответственность — пройтись по улице города перед его гражданами.

Хват вел свой отряд по станции, высокие потолки которой позволяли передвигаться без проблем. Для гвардейцев очистили коридоры и те прошли на посадку без препятствий — гражданские поворчали для приличия и удалились по своим делам. Пилоты орбитальных челноков получили разрешение на взлет как только загрузились войсками. Их задачей было всадить полк в космопорту, где солдат уже ждал транспорт, выделенный для нужд гвардии главой Дома. Он и доставит их к месту, откуда начнется парад. С корабля на бал так сказать.

Местные работники с удивлением и изредка презрением в глазах смотрели на проходящих мимо них огринов, когда те грузились в транспортники. Ратлинги, впрочем, удостоились такой же чести, но Смоку и Кроху было на это наплевать, также как и Хвату, пускай что хотят, то и думают. Когда расселись, то Молчун наклонился к вождю.

— Почему они так на нас смотрят?

— Как на дерьмо? — уточнил Хват его вопрос и тот кивнул. — Потому что их так научили.

— Но мы же спасли их планету от вторжения. — Искренне не понимал Молчун. — Разве можно так к нам относиться?

— Мы спасали не эту планету, а другую. — Ответил ему Хват. — На которую им всем также наплевать как и на нас. Простой работник не видит дальше своего замкнутого мирка, в котором живет — работа, дом, жена, дети, зарплата и так далее. Как только его коснется война, вот тогда он забегает и будет боготворить тебя, если ты мимоходом спасешь его тушку. А пока этого не случилось, то на тебя можно плевать, ты же нелюдь, дерьмо по сравнению с тем, кто родился человеком. Так что, Молчун, не бери в голову.

— Как же так? — недоумевал тот. — Я считал, что все люди такие же как наши соратники-гвардейцы.

— Ну, просто нам повезло столкнуться с лучшей частью человечества и она оказалась в гвардии. — Пожал плечами Хват. — Заметь, не все из гражданских — дерьмо. Когда мы шарились по Кассандре, то нам всегда помогали, вежливо указывая дорогу, или те же работники коммуны — там на тебя смотрели как на спасителя. — Вождь хмыкнул. — Но у них обстоятельства были другими. А так, пожалуй, большинство людей считают тебя за дерьмо. Просто наплюй на их мнение — лучше или хуже ты можешь стать только в глазах своих родичей, которые судят тебя по поступкам твоим, а не по лживым наветами и клевете.

Молчун вроде бы успокоился, однако продолжал размышлять над словами вождя, вспоминая эпизоды общения с гражданскими, которых было немного. Потом он вспомнил, как глава коммуны, рискуя жизнью, успел передать сообщение о нападении и не закрылся в бункере, хотя мог — он возглавил атаку на тиранидов и погиб, пускай и не умел как следует обращаться с оружием. Его смерть была храброй, он сделал главное, чуть задержал тварей до прибытия гвардии и огринов и выиграл время для женщин и детей, которые успели скрыться в горе. Разве это не характеризует его как смелого человека? У него был выбор и он сделал его, защищая свой дом с оружием в руках, а какой выбор сделают эти люди, которые сейчас брезгливо смотрят на огринов? Смогут ли они точно также взять оружие в руки, когда враг постучится в их двери или станут умолять его о пощаде на коленях? У Молчуна не было ответа и он уже хотел спросить об этом вождя, как машина тормознула — приехали к месту начала парада.

— Строится! — громкий голос Хвата разнесся над машинами и кроме огринов технику начали покидать гвардейцы.

— Держим дистанцию!! — был слышен крик Конота. — Офицеры впереди, солдаты на три шага позади!! Холан, куда ты встал?!! Я тебе сто раз говорил, что ты, мать твою, офицер, а не сержант!! Встань вперед, чучело!! Так, это кто там харкнул?! Прекратить немедленно!! Не чесаться во время парада!! Если опозорите меня — сгною!! — Все понимали, что полковник нервничает не хуже остальных и давали ему возможность проораться. — Выровняли ряды, стоим, ждем, когда подтянутся танкисты и артиллерия! Я отдам команду и пойдем с левой ноги, все запомнили?! С левой, вашу мать, а не как попало, вы не на передислокации!! Всем ясно?!!

— Так точно!

— Ух, доведете меня. — Полковник рысью пробежал по рядам, проверяя готовность гвардейцев, поправляя на солдатах форму и измеряя в пальцах наклон каски от бровей. — Вроде все в порядке.

Позади стоящих солдат появились танки — полковник Попов собственной персоной торчал из люка, схватившись за закраину. Он оглядел ряды гвардейцев и отдал команду тормозить точно в десяти метрах от крайнего воина — дальномер не подвел, четко выдав расстояние. Позади танков замерли шагоходы Симонса — сам командир сидел за рычагами первого из них. Машин было всего четыре штуки — все остальные уничтожены в результате боев. Приказ на получение новой техники уже был подписан и вскоре на Симиллу должны были доставить с соседнего Балтазара заказанные машины. Новоиспеченному капитану предстояло их принимать, проводить диагностику и гонять на полигоне, изучая технику — эти модификации немного отличались от тех, на которых привыкли служить его пилоты. Торговый Дом купил лицензию на производство "Стражей" у механикусов, внес свои изменения и даже занимался их поставками другим Домам. Так все были вооружены ракетными комплексами и автопушками с увеличенным боезапасом, а лазерных дальнобойных орудий было немного — командиры отрядов "Стражей" Торгового Дома воевали в основном в городах-ульях, подавляя восстания гражданских или же разбираясь с еретическими культами и там применение орудий ближнего радиуса действия было оправданным. Симонс же, ознакомившись в ТТХ, побежал к Дециму с предложением о частичной замене оружия и переделке, так что механикусы на параде не присутствовали — они занимались своим любимым делом — проектированием. Так что сейчас капитан построил оставшиеся машины треугольником — сам впереди, трое позади. За ним, лязгая гусеницами, медленно катились гаубицы Блада. Гвардия пойдет пешком и тяжелые машины вполне успешно будут двигаться с их скоростью.

Когда все собрались, то полковник Конот связался с распорядителем парада и дал отмашку своим войскам. Идущая первой рота сержанта Драга, который заменял раненого командира Тихонького, качнулась и задала темп всем остальным. Рядового без слов перевели в сержанты, будь воля Конота он дал бы ему лейтенанта, но такого мощного карьерного прыжка в Муниторуме не поняли бы, так что пришлось обойтись сержантским званием, впрочем Драг был рад и этому. Гвардейцы некоторое время привыкали к строевому шагу, вспоминая закрепленные навыки, потом выровнялись и все пошло как по маслу. Когда передовые части вывернули из-за угла высокого здания, то были встречены восторженным ревом собравшихся граждан столицы. Проспект был ярко освещен фонарями, потому что затянутое как всегда серое небо не давало столько света, сколько нужно. На лицах солдат и гражданских красовались дыхательные маски — концентрация вредных веществ в воздухе превышала все допустимые нормы, но люди уже привыкли и не обращали внимания. В жилых комплексах воздух проходил через систему фильтров и очищался — Торговый Дом относительно заботился о своих сотрудниках и работниках, поощряя рождаемость и обеспечивая медицинской помощью. Торгаши умели считать деньги, в том числе и те, которые тратились на обучение молодого персонала. Даже старикам предоставляли работу, позволяя им трудится на тех должностях, которые не требовали сильных физических усилий, ведь это тоже приносило прибыль. Шестеренки торговой машины крутились и вовремя смазывались и даже возможное вторжение не могло заставить остановится этот механизм.

Конот шел впереди, одетый в парадную форму, четко выстукивая каблуками сапог ритм. Его глаза пробегали по лицам людей, некоторые искренне радовались параду и тому, как шли гвардейцы, для некоторых это была принудиловка и они ждали, когда же все закончится, а некоторые, но таких было немного, со злобой на физиономиях наблюдали за прохождением войск. Похоже, здесь тот еще гадюшник, подумал полковник, автоматически ставя ноги и продолжая размышлять. Возможно, Абелина и права, что все это нужно для того, чтобы пустить пыль в глаза, заставить врагов поверить, что гвардия не дремлет и в любой момент может выкорчевать мерзкую заразу ереси и отправиться дальше. Какой именно культ мог пустить здесь корни полковник не знал, но уже внутренне готовился к неприятностям на балу.

Кто-то из толпы метнул к ногам солдат букет цветов. Хват заметил движение в воздухе и его рука сама выдернула болтер из кобуры, а аугментика глаза тут же вычислила метателя. Им оказалась совсем мелкая девчушка, девочка, еще получавшая образование. Она искренне радовалась тому, что видит и сделала это от души, даря гвардейцам букет. Возможно действие громилы кто-то и заметил, но пальцем показывать не стал, да и сам огрин быстро сунул оружие обратно в кобуру, продолжая шагать. Этот душевный порыв едва не стоил ей жизни, подумал он, наблюдая, как стоящая рядом мать или бабушка выговаривает девчонке, а та стоит с виноватым видом. Я совсем не знаю гражданских, думал Хват, не знал их и раньше, не знаю и теперь. То, что для них нормально, я воспринимаю как возможную агрессию или же нападение. Нужно держать себя в руках и следить за парнями, а то наворотим таких дел, которые потом не расхлебать.

Букеты, слава Императору, больше никто не метал. Этот быстро затоптали и цветочки с белоснежными лепестками превратились в кашицу под ногами. Проспект был широким и длинным, но Хват сам не заметил, как они его миновали и за углом крупного административного здания гвардейцев уже ждали те самые транспорты, что привезли их сюда. Водители быстро переехали по параллельным улицам и, получив указания, ждали своих пассажиров. Полковник Конот вздохнул с облегчением, когда солдаты начали рассаживаться по машинам — официальное мероприятие закончилось и сейчас гвардейцев отвезут в казармы. На улицах немного потемнело — яркость освещения снизили, тучи наползли на город и начал накрапывать мелкий кислотный дождик. Все жители тут же скрылись в домах, а транспортеры нырнули на нижние уровни города, скрываясь от едкой химии. Оказывается под бетонными автострадами и высотками прятались жилые районы с магазинами, лавками, мелкими производствами и кабаками. Водители хорошо знали город и вскоре доставили пехоту в казармы, тогда как танкистам и артиллеристам пришлось тащиться под дождем по опустевшим улицам.

Хват вошел в казарму, проверяя все ли вещмешки доставили в целости и сохранности — людям он не доверял точно также как и его соплеменники. Каждый кинулся проверять свои запасы. И если между собой они никогда друг у друга не воровали, то доверять в этом деле незнакомцам совершенно не собирались. Пока огрины разоблачались, снимая броню, размещаясь на койках, идя в душ и готовясь к ужину — парад был назначен на послеобеденное время, то в казарму к ним заглянула канонисса, выглядывая фигуру вождя. Огрины сняли маски, бродили голыми по пояс и среди мускулистых громил, которые для Симоны были все на одно лицо, определить вождя было сложно. Ее заметили и окликнули своего лидера — все догадались кого именно она высматривает. Хват подошел к ней с полотенцем через плечо — собирался в душ. От тела огрина исходил терпкий запах, но он был не неприятной вонью, как ожидала канонисса — она еще полуголым его не видела, все время в броне и заляпанного кровью врагов — так мог пахнуть обычный здоровый человек, занимающийся физическим трудом.

— Через два дня нам надо быть на балу у главы Дома. — Тут же начала канонисса с порога. — В чем ты собираешься туда идти?

— Можно в броне или оденусь в шкуры. — Пожал огрин плечами. — Мне все равно, я ведь тупоголовый дикарь и должен выглядеть соответствующе.

— Нет, так не пойдет. — Упрямо тряхнула волосами Симона. — Завтра мы идем в ателье. И возражений с твой стороны я не приму — для меня бал такое же событие как и для тебя, происходит впервые и я не хочу показать перед аристократами всех сестер битвы как обыкновенных рубак. Мне наплевать на их мнение обо мне лично, но не наплевать на мнение об ордене в целом. А раз инквизитор назначила тебя в мои кавалеры...

— В телохранители вообще-то. — Поправил ее Хват. — И я могу быть официально на приеме в броне.

— Я этого не хочу. — Тихо сказала Симона, глядя огрину прямо в глаза. — Воинов и без тебя хватает, а вот кавалеров днем с огнем не сыщешь. Особенно под мой рост. — Канонисса ждала ответа.

Хват посмотрел на нее словно оценивая, потом вздохнул и буркнул:

— Ладно, пойду туда в костюме, как ты хочешь. Только нужно сразу же пришить петельки под оружие.

— Ты сам — оружие. — Заметила Симона, мысленно уже одевая громилу в камзол и брюки. — Рукоять твоего болтера будет выпирать и под костюмом заметно.

— Я возьму кинжал и пару метательных ножей — добыть пушку я сумею. — Ответил ей Хват. — Да и тебе бы не помешало скрытно разместить лазпистолет.

— У меня для этого есть ноги и не придется пихать его в сумочку. — Усмехнулась Симона и тут же закусила губу. — Проклятье варпа, я совсем забыла об этой штуке! Так, встречаемся завтра в девять, хорошо?

— А где? Ты уже изучила это место? — Хват обвел казармы рукой. — Я вот еще нет.

— Мы заняли левый ряд казарм, вы — правый. Встретимся у выхода в гараж.

— Хорошо. — Кивнул огрин. — До завтра.

— Не опаздывай.

— Что от тебя хотела эта святоша? — с неприязнью в голосе спросила Веселушка, подходя, и это насмешило Хвата.

— Предложила завтра прошвырнуться по магазинам.

— И что это значит? — глаза девушки сузились.

— Только не надо наводить на нее порчу — я вижу, что именно это ты и собираешься сделать. — Серьезно сказал Хват, беря ее за плечи и разворачивая к себе. — Это насчет подготовки к балу у главы, нужно выглядеть соответствующе проклятому человеческому этикету, то есть обрядиться в костюм и повязать галстук.

— Ты будешь выглядеть смешно и непривычно — повседневная одежда удобная. — Произнесла Веселушка.

— Для нас — да, но не для людей. — Покачал головой вождь. — И вообще, вождь я или нет?! — спросил он слишком громко, так что многие повернулись в их сторону, ожидая продолжения. — Как решу, так и будет!

— Успокойся, вождь. — Со смехом в голосе произнесла Веселушка. — Просто мне не нравится, что эта святоша постоянно крутится возле тебя. — Добавила она уже тише.

— Ревность?! — изумился Хват и украдкой оглянулся по сторонам, все остальные вроде как занялись своими делами, но держали ушки на макушке, да еще и Эмилия, услышав недовольные нотки в голосе Хвата, поспешила на разборки. — Не ожидал от тебя, честно. Разве я достоин такой красотки как ты? Одноглазый и без руки? — он попытался все перевести в шутку.

— Это уже мне решать. — Твердо сказала Веселушка. — Для того, чтобы сделать ребенка у тебя все на месте, не оторвало, я проверяла.

Хват аж поперхнулся от такой откровенности и замолчал, не зная что сказать, а вот девушка явно была довольна тем, что заставила вождя смущаться. Эта маленькая месть была приятна, но потом в душе заняло чувство вины за то, что она выставляет командира перед остальными дураком и это вытеснило бабскую дурь из головы.

— Прости, я не хотела этого говорить, просто... эх, все так сложно.

— Что сложно? — спросила Эмилия, подходя. Она услышала последние слова Веселушки и хотела вникнуть в суть разговора.

— Я знаю закон. — Произнесла девушка на поморском, чтобы комиссар не поняла. Язык немного отличался, вроде как диалект, но для комиссара, которая понимала с пятого на десятое сойдет. — И он прав, но ничего не могу с собой поделать.

— Держи свои чувства при себе, нехорошо когда вождь первым нарушает закон, который обязался хранить и соблдать — это приведет к вседозволенности. Не показывай их так явно, многие и так уже догадываются. Я ведь не слепой, я все вижу. Считай, что мы находимся в дальнем и долгом походе, вокруг враги и помощи ждать не откуда, надеяться можно только на себя. — Он посмотрел на обидевшуюся Эмилию, которая не понимала новую тарабарщину и сказал на обычном имперском. — Прими мой совет и не заходи за черту.

— Ты обрекаешь себя на одиночество, вождь. — Упрямо сказала Веселушка на поморском. — Так поступать не следует — ты можешь погибнуть в любой момент, как это произошло с Горой, Костью, Тараном и многими другими отважными воинами. Они не оставили потомства, лишили наш род своей храброй крови и это приведет к вырождению.

— Я знаю, но таковы правила. — Вздохнул огрин. — Я вождь. — Хват ткнул себя большим пальцем в грудь. — Вы выбрали меня им, я не стремился к власти и я не могу принадлежать кому-то одному — я принадлежу сразу всем. И думаю сразу за всех, и потеря каждого из вас серьезно ранит меня. — Он смотрел в глаза Веселушки, пытаясь внушить ей эту мысль. — Когда ты поймешь это, то повзрослеешь, сейчас же передо мной стоит взбаламошенная девчонка, которая думает не головой, а другим местом. Так?

— Я...

— Так?! — повысил голос Хват.

— Да. — Тихо отозвалась Веселушка.

— Тогда разговор окончен. — Жестко произнес капитан и посмотрел на Эмилию. — Вот так приходится воспитывать некоторых забывчивых особ.

— Что случилось? — спросила комиссар.

— Так, ерунда. — Отмахнулся огрин и посмотрел на девушку. — Кстати, ты ведь идешь на бал к главе, а платье соответствующее у тебя есть?

— Есть. — Гордо ответила Эмилия и тут же вспомнила с каким выражением лица на нее смотрели тетки-аристократки в губернаторском дворце на Кассандре, это захолустной планетке и тут же помрачнела. Местные расфуфыренные барышни точно обольют ее с головы до ног холодным душем презрения и брезгливости. Все эмоции были отчетливо написаны на ее лице, так что Хват все понял.

— Идешь завтра с нами по магазинам — канонисса будет подбирать себе платье, да и на меня индивидуально сошьют костюм. И нужно еще вытащить полковника Попова, а то заявится в своем старом кителе или танковом комбезе, каково тебе будет с таким кавалером?

— Но для этого с ним нужно встретиться. — Пролепетала комиссар. — Хват, можно я пойду с тобой, а канонисса — с майором! — она ухватилась за руку огрина как утопающий за соломинку.

— Слишком заметно. — Покачал головой тот. — И потом, ты хочешь нарушить приказ инквизитора?

— Просто майор такой старый. — Пробурчала Эмилия и громила захохотал.

— Если его причесать и приодеть как любого мужика, то он будет еще очень даже ничего. — Хват лукаво посмотрел на комиссара. — Не кисни, Попова тоже с собой возьмем. Я подозреваю, что к походу могут присоединиться и инквизитор с полковником. Бери пример с них — совершено никого не стесняются и ведут себя естественно.

— Вот именно. — Вставила свою шпильку Веселушка.

— Сгинь. — Махнул на нее рукой Хват. — Ты наказана, будешь сидеть в казарме безвылазно.

Девушка надулась, но потом поняла, что вождь так шутит, да и подруги уже подскочили — им страсть как хотелось узнать что же там произошло между ней и вождем. Бабье совсем распоясалось, подумал Хват, глядя на то, как они перешептываются в углу, нужно подтянуть дисциплину в подразделении.

— И потом, проверь раненных. — Заметил огрин. — Их должны были доставить в госпиталь на планету. Найди эту вездесущую Магнолию, она покажет где именно их разместили.

— Где же я ее найду?

— Обратись к сестрам — они подскажут. — Хват с хитринкой во взгляде смотрел на медика. — Давай, шевелись, до ужина успеешь. И своих подружек тоже забери — помогут.

— Как прикажешь, вождь. — Язвительно ответила Веселушка и покинула казарму в сопровождении еще двоих.

— Еще одна Заноза, — сказал, подходя к комиссару и вождю Шорох. — Я смотрю, тебе не слишком удалось вправить ей мозги? — перешел он на поморский.

— Встряска не повредит. — Ответил тот. — Но ведь не успокоится, настырная, как ее папаша. — Вздохнул Хват.

— Верная, честная, храбрая, — стал загибать пальцы Шорох. — Зачем сопротивляешься?

— Уступаю. — Засмеялся Хват, а потом добавил серьезно. — Не время и не место.

Тот согласно кивнул.

— Забыв обычаи, мы забудем кто мы. — Шорох задумался о своем. — Так сделали людоеды и ты знаешь, в кого они превратились.

— Поэтому и не хочу того же для вас. Покинув свою родину мы столкнулись с чужими обычаями и верованиями, которые могут легко занять место наших, потому что слишком соблазнительны. Молодые этого не понимают и впитывают всякую ересь.

— Ты сам молодой. — Усмехнулся огрин. — А ведешь себя как мудрый вождь. У тебя даже детей нет, открой свой секрет, Хват, как тебе удается?

— Он прост. — Пожал плечами тот. — Я слишком рано повзрослел.

Шорох насупился, вспомнив историю вождя. Он положил руку огрину на плечо, мысленно разделяя с ним скорбь.

— Я горд тем, что иду за тобой, вождь. — Сказано это было серьезно, без пафоса. Шорох на самом деле так считал. Хват просто кивнул ему в ответ, принимая.

— На каком языке вы говорили? — спросила любопытная Эмилия, пытаясь скрыть свою досаду.

— На поморском. — Ответил громила. — Языке береговых жителей.

— И зачем это надо было скрывать от меня?

— Потому что это наше личное дело, не твое. Извини, комиссар, но все тебе знать о нас не обязательно. — Хват посмотрел на Эмилию. — Не огорчайся, у нас нет от тебя секретов, но кое-что принадлежит только нам, ты просто не поймешь.

— Так объясни, может быть пойму. — Упрямо тряхнула волосами девушка.

— Чтобы понять, нужно родиться одним из нас. — Ответил Хват. — В Империуме другие порядки, ты воспитана по-другому, для тебя это может показаться дикостью и невежеством, но на нашей боевой подготовке это никак не скажется, уверяю тебя. И на лояльности Императору.

— Я думала, что вы приняли меня. — Обиженно пробурчала Эмилия и Хват засмеялся.

— Ты действительно этого хочешь?

— Да!

— Комиссар хочет войти в нашу дружную семью! — крикнул огрин и все в казарме повернулись на его голос. — Ну, как считаете, устроим ей испытание?

— И тогда я смогу взять ее в жены? — спросил кто-то, кажется Пятка.

— Конечно.

Эмилия от подобной перспективы пришла в ужас. Она испугано посмотрела на Хвата, на остальных огринов, которые ждали ее реакции и чуть отступила назад, попытавшись спрятаться за фигуру вождя, когда грянул оглушительный хохот. Смеялись все и не над комиссаром, как подумала Эмилия, а над славной шуткой вождя, ведь никто серьезно не рассматривал мелкого человечка в качестве жены. Девушка готова была уже провалиться под землю и намеревалась выскочить из казармы, чтобы сгореть от стыда где-нибудь в укромном уголке, но Хват ловко поймал ее за руку.

— Не спеши, это шутка. — Огрин улыбался. — И никто над тобой не смеется, уважать меньше тебя не перестанут. Даже над вождем могут подшутить, он ведь после этого злобу таить не будет, если не дурак, также поступай и ты. Если над тобой шутят, значит тебя уже приняли в семью. Просто ты не знаешь всех наших обычаев и ритуалов, поэтому к тебе относятся немного снисходительно, как к новичку — многое прощают. А насчет принятия в род, — он задумался, — ритуал действительно есть, но для этого мы должны вернуться на родину — на чужбине его не проводят.

— Почему? — Эмилия видела, что огрины, повеселившись, вернулись к своим занятиям.

— Воздух не тот, окружение не то, все не то. Родные горы сил придают. — Хват пошевелил пальцами в воздухе. — Лучше спроси у Веселушки, она дочь шамана, она многое знает, — произнес он и потом добавил, — но не все понимает.

— А что это за испытание? — любопытство победило гордость и обиду.

— Для мужчин — убить паразита или мохнача, поохотится на червя. Для девушек — ублажить вождя. — Хват растянул губы в улыбке. — Шутка.

— Дурак. — Покачала головой комиссар, сообразив, что огрин снова над ней посмеялся.

— Ну, что есть, то есть, у меня этого не отнять. — Развел тот руками. — А если серьезно, то испытания для них не слишком отличаются от мужских — девушек посылают в горы собирать каменный мох. Он растет очень высоко, только гибкая, ловкая и сильная юная дева сможет добраться до самых вершин, при этом не попасться мохначу или паразиту на зуб. Так что испытания легкими не бывают. Ну как, сдюжишь?

— А просто подлететь к нему можно?

— Разве это испытание, результат которого дается легко? — удивился Хват.

— Но как же ваши девушки лезут туда в одиночку? — вопросом на вопрос ответила комиссар. — Они же могут сорваться, их могут сожрать эти твари, замерзнуть в конце концов.

— Тогда такие женщины нам не нужны — естественный отбор. — Пожал плечами огрин.

— Дикари. — Вынесла свой вердикт Эмилия. — Вы ничем не отличаетесь от варваров.

— Не мы такие, жизнь такая. — Философски заметил Хват. — Ты спросила, я ответил, все по-честному. Ну как, идешь завтра со мной, таким примитивным созданием, за покупками?

— Иду, куда же я денусь. — Проворчала Эмилия. — Но все равно так как вы поступаете со своими женщинами — это слишком по варварски.

Хват не стал ей говорить, что во время испытания девушку всегда сопровождали охотники. Они незаметно передвигались впереди и по сторонам, стараясь оставаться незамеченными, ведь для них это тоже было своего рода испытание. Иногда отгоняли паразитов или же отбивали одного от стаи, направляя к испытуемой. И всегда готовы были прийти на помощь, если она не выдержит или оступится. Терять женщин чревато для рода — мужчины рожать не умеют по природе своей. Только если потакать им во всем, то вскоре дамы сядут мужикам на шею и что из этого может получиться Хват видел на примере рода Старого Копья. Там вождем рулила его жена и тот выполнял любой ее каприз, поссорившись с окрестными соседями по мелкому поводу, а когда на поселок напали людоеды, то помощь не успела прийти вовремя — никто не хотел поддерживать отношения с дурным родом и редко общался. И Старое Копье вырезали подчистую. Была бы жена мудрая да молчаливая, вот тогда собрались бы родичи, да помогли выстоять ослабевшему клану, а так... видимо не нужны такие воины родному краю, которые заветы предков не чтят и законы Небесного Кузнеца забывают. Можно было все это рассказать Эмилии, но вот нужно ли? Хват не стал, потому что просто не хотелось посвящать человека во внутриогринскую кухню. Он еще завтра с этими бабами намучается, когда по магазинам ходить будет. Хорошо, что есть полковник Попов, который оттянет на себя часть их внимания.

Завтра, как и было назначено, Хват стоял вместе с Эмилией и полковником Поповым, которого даже искать не пришлось — он ночевал прямо в гараже по привычке, боясь проспать время, когда подгонят новую технику. После предложения канониссы пройтись по магазинам, рожа танкиста приобрела такое же выражение лица как и у Хвата, однако тот понимал неизбежность этого процесса. Парадная форма уже давно пришла в негодность, а щеголять в танковом комбинезоне среди аристократов полковнику точно не хотелось, все же он представлял свой бронетанковый полк и не желал выглядеть чуханом. Так что, к великому неудовольствию Симоны, которая рассчитывала на отдельный поход с Хватом пришлось тащить еще двоих. Канонисса сдержалась, чтобы не высказать все, что она думает по этому поводу, как на горизонте нарисовалась инквизитор под ручку с полковником Конотом.

— О, я вижу, здесь уже все собрались! — с удивлением воскликнула Абелина. — Не хватает только Жетона и Сабли, но у них есть соответствующие костюмы, в отличие от вас. Это вы правильно придумали, канонисса, вытащив их за покупками, все должно быть идеально.

И вот тут Хват вспомнил кое о чем.

— У меня нет денег. — Развел он руками и виновато улыбнулся. — Поход отменяется? — спросил с надеждой.

— Просто так ты не отвертишься. — Засмеялся Конот. — Все нормально, деньги есть. — Он похлопал себя по нагрудному карману кителя. — Как только финансисты закончат взаиморасчеты с Торговым Домом, то в кассу полка капнет еще несколько сотен золотых империалов.

— Ну, это вряд ли. — Пожала плечами Абелина.

— Почему? — не понял полковник.

— Потому что сейчас твои гвардейцы проходят процедуру аугментации и восстановления за счет Донгеров, а они весьма скрупулезны в такого рода операциях, так что как бы ты им не остался должен.

Конот задумчиво почесал затылок, вернул фуражку на место и посмотрел на инквизитора.

— Слушай, я совершенно ничего не понимаю в этих экономических делах, может быть займешься и переговоришь на эту тему с губернатором? Так и быть возьмешь себе процент от суммы.

Губы Абелины превратились в узкую сжатую полосу и она со всего маха ударила полковника в плечо, совершенно не смущаясь присутствующих.

— Обалдел?! — закричала она. — Немедленно возьми свои слова обратно, иначе я сильно огорчусь и выжгу твои мозги силой своего разума!

-Хорошо, хорошо. — Конот тут же поднял руки ладонями вперед. — Забудем.

— Я знаю, что будет лучше для тебя, твоего полка и Империума, так что, полковник, большая просьба, не высовывай свой язык, когда я буду говорить. — Прошипела Абелина и повернулась к остальным. — Простите меня за эту вспышку гнева, друзья, но иногда он совершенно невыносим.

Канонисса улыбнулась своей "замечательной" улыбкой, мол, конечно, это же ваши личные дела, Эмилия опустила глаза в пол, Хват стоял с каменной рожей, а полковник Попов сделал вид, что изучает какие-то документы, которые сохранил на ауспексе. Абелина мысленно вздохнула, одернула себя за несдержанность, но сейчас Сэм действительно ее выбесил. Как он вообще мог подумать такое?! Чтобы она брала деньги, предназначенные гвардейцам, себе?! Да и этот тоже хорош, ляпнул не подумав. Ладно, Джоана, соберись, сейчас перед тобой стоит задача сделать из этих грубоватых солдат пускай и не светских львов и львиц, но хотя бы вполне успешных аристократов на первый взгляд.

К шестерке людей подкатила машина, за рулем которой сидел Винт. Он взял напрокат транспорт с открытым верхом, чтобы огрин поместился без проблем — в крытую машину он бы просто не влез. А этот длиннющий кабриолет на гусеничном ходу был оборудован мягкими креслами, обшит внутри кожей и панелями с деревянными вставками. Этакая представительская машина для военных. Абелина села первой и за ней быстро разместились остальные.

— Поедем сначала на Империум Плаза. — Распорядилась она. — Если там ничего не подберем или будет дорого, — она стрельнула глазами на поникшего Конота, — то прокатимся до Махариус Молл и торгового центра "Терра", идет? — это уже спросила у спутников.

— Я здесь впервые, так что поедем куда скажете. — Ответил Хват за всех и транспортер рванул с места.

Сейчас город выглядел другим — мрачным, холодным, серым. Если ярко освещенные фонарями улицы во время парада еще как-то скрашивали тоскливые стены его зданий, каналов переходов и развязки автомобильных трасс, то сейчас все это "великолепие" предстало перед Хватом во всей красе. Люди спешили по своим делам, кто на работу, кто со смены, магазины и лавки не отсвечивали яркими вывесками, потому что была объявлена экономия электроэнергии — Кассандра требовала восстановления и обычным гражданам вновь нужно было затянуть пояса потуже и раскошелиться, выуживая последние империалы, оплачивая повышение налогов. Как сообщалось в выпусках новостей вся сэкономленная энергия позволила высвободить часть мощностей подстанций с тем условием, чтобы не проводить их модернизацию, что увеличит их срок службы еще на несколько лет. При чем тут Кассандра и экономия энергии, Хват не понимал, но чувствовал, что местные чинуши совсем недалеко ушли от тех, которые некогда заправляли на Земле. Вдобавок к мрачным темным улицам из серого неба пошел дождь. Винт нажал кнопку и транспортер накрыла широкая крыша, под которой огрин едва уместился. Скитарий вел машину быстро и профессионально, без рывков, высчитывая траекторию движения, ловко обгоняя медленно ползущий пассажирский транспорт и многочисленные грузовики. Личных автомобилей было немного и принадлежали они в основном важным аристократическим родам планеты. Конечно, обычный гражданин тоже мог позволить себе купить машину, но вот содержать ее и платить налог... такая роскошь доступна лишь очень богатым людям. Взять напрокат, как это сделал Винт, это можно, это всегда пожалуйста. Деньги платишь небольшие, но зато катаешься в свое удовольствие, не думая про ремонты и смену техжидкостей.

Машина въехала в подземную парковочную зону торгового центра и гвардейцы вошли в многоэтажный магазин, где куча лавок и мастерских предлагали свои услуги и товар. Абелина цепко ухватила Конота за локоть, чтобы не сбежал.

— Так, парочки, разбрелись по магазинам, встречаемся здесь через час, нет, через два. — Решила инквизитор, понимая, что времени на выбор одежды может и не хватить. — Полковник Попов, позаботьтесь о комиссаре Кармайкл, вам, все-таки, идти вместе с ней, так что ваш мундир должен подходить под цвета ее платья. То же самое касается и вас, канонисса.

— Да уж как-нибудь сама разберусь. — Тихо проворчала Симона, надеясь, что Абелина ее не услышит.

— Вот и славно. — Провозгласила инквизитор. — Вперед!

— Одежду для меня придется шить в ателье. — Хват присматривался к лавкам, из которых торчали головы продавцов с удивленными выражениями лиц, заметивших такую странную компанию. — Зайдем в первую попавшуюся?

— Мы с вами! — запищала Эмилия и Абелина усмехнулась — она еще не отошла так далеко, чтобы не слышать комиссара.

— Тогда давайте вон туда. — Решил огрин и повел свой маленький отряд на приступ мастерской.

— Нелюдям у нас вход воспрещен. — Перед ними встал невысокий, но крепкий подмастерье. — Тем более в такой одежде.

Канонисса уже было открыла рот, чтобы поставить этого дурака на место, но Хват ее опередил.

— Я думал, в Империуме все равны, — Он посмотрел сверху вниз на парня, — но раз вам не нужны деньги, тогда мы найдем более покладистого мастера.

— Э-э, — в голове паренька защелкал счетчик, как только он услышал про оплату, — мы принимаем только золотые империалы.

— С этим проблем нет. — Хват выудил единственную монетку, завалявшуюся у него в кармане, и подбросил вверх. Та закрутилась в воздухе, завораживая своим движением подмастерье, тот даже протянул к ней руку, как огрин ловко поймал ее в свой кулак. — Ну так что, пустишь нас или придется поискать другое место?

— Заходите. — Выдавил парнишка и отошел в сторону.

— Как будто он бы тебя остановил. — Нарочно громко произнесла канонисса и также сверху вниз посмотрела на парня.

Мимо подмастерья прошли огрин в броне, сестра битвы в броне, танкист в относительно чистом комбезе и комиссар в парадной форме. Нужно быть таким тугодумом, чтобы не понять, что перед тобой военные, которые вчера прошлись по проспекту парадом. Видимо, паренек был из таких или же не присутствовал на мероприятии.

Внутри ателье персонал был более внимателен к своим посетителям, хозяин лавки по-быстрому навалял подмастерью, вразумив его тычком и тот умчался в служебные помещения ждать заказов, а две услужливые барышни дежурно улыбнулись вошедшим.

— Хотите костюм индивидуального пошива? — спросила одна.

— На меня. — Кивнул огрин. — И на товарища полковника. — Он указал на Попова. — А девушки пока подберут себе вечерние платья. У вас же есть готовые?

Канонисса удивленно посмотрела на громилу.

— Где ты выучил такие слова?

— Перед тем как прищучить тиранидов, мне пришлось побывать на балу у губернатора. — Ответил тот. При слове "тираниды" обе барышни ойкнули и слегка сбледнули с лица, но проявили выдержку и поспешили предложить посетителям уже имевшиеся коллекции. — Там, правда, никто не заставлял меня снимать броню.

— В той глухой дыре, явись ты весь грязный и пьяный, тебя бы приняли за помощника губернатора и легко пропустили внутрь. — Фыркнула Симона. — Это столица, Хват, тут немного другие порядки и другие люди.

— Господа, позвольте снять с вас мерки. — Произнесла одна из барышень, вернувшись с метром, а вторая в это время держала на плечиках несколько вечерних платьев все на Эмилию. — Боюсь, вам тоже надо будет заказывать индивидуальный пошив. — Это уже адресовалось канониссе.

— А сколько это будет стоить? — задала закономерный вопрос комиссар, прикидывая сумму своей наличности и рассматривая шикарные наряды.

— Эти платья — от шестьсот пятидесяти золотых, индивидуальный пошив — от девятисот.

— Кошмар! — схватилась за голову девушка.

— Это дорого? — спросил Хват.

— Цены просто грабительские. — Кивнула канонисса и посмотрела на барышень, которые задрожали под ее взглядом. — А не состоит ли ваш хозяин в каком-нибудь культе? Например, поклонения Золотому Тельцу?

Болтер Симона с собой не взяла, но это не значит, что она не была вооружена — эфес меча был отлично виден всем.

— Ткани очень дорогие. — Пролепетала продавец, — хозяин покупает их на фабрике небольшим количеством, качество очень хорошее, опять же работа и индивидуальный пошив. — Она замолчала.

— Я же говорил, что надо идти в броне. — Прогудел Хват. — И разнести это торгашеское место к варпу.

— Но сначала призвать Инквизицию, проверить, честно ли они ведут бухгалтерию и не обманывают ли покупателей. — Вторила ему канонисса и оба сузили глаза, обратив свой взгляд на бедных девушек.

Та, что держала в руках метр, грохнулась в обморок, вторая задрожала как лист на ветру. Снова появился хозяин, оценил возможный ущерб от посетителей, которые уже стали запугивать его сотрудников и поспешил к ним.

— Я мастер Дункан. — Представился он. — Рад видеть здесь и служить представителям славнейшей имперской гвардии, а также преклоняю колено перед канониссой ордена Сороритас. — Старый был достаточно опытен, чтобы разобрать знаки на броне Симоны, Хвата, комбеза Попова и формы Эмилии. — Простите моих сотрудниц, они еще молоденькие и никогда в своей жизни не видели гвардейца во плоти. Итак, чем вам могу помочь?

— Нужен деловой костюм для выхода в свет. — Произнес Хват. — Современный и недорогой.

— Под вашу фигуру недорогой не получится. — Покачал головой хозяин и улыбнулся. — Но я могу сделать вам скидку, как военному.

— И во сколько мне встанет заказ? — внешний вид огрина мог обмануть кого угодно, но только не хозяина, который сразу же просек, что громила умен.

— Учитывая скидку, можно обойтись в восемьсот двадцать золотых. — Скромно произнес хозяин.

— Здесь есть магазин тканей? — спросил вдруг Хват и обратился к Эмилии на своем языке. — Я подумал, а что если нам самим сшить себе одежду? Так выйдет дешевле.

— Прием уже послезавтра. — Ответила та. — Нам не хватит времени и потом, кто это будет делать?

— Не забывай, что я вождь, а у меня в отряде куча швей мастериц. — Заметил огрин, не обращая внимания на хмурящуюся канониссу. — Стоит мне приказать и они быстро сварганят мне одежду. Купить ткань выйдет всяко дешевле.

— Хозяин сделал небольшую скидку и я не думаю, что тут у других может быть дешевле.

— Может. — Сказал ей Хват. — Просто эта лавка ближе всех к выходу, вот он цены и ломит. Ладно, — произнес он уже на имперском, — спасибо за предложение, но думаю, нам нужно посетить и другие ателье, сравнить цены и выбрать наиболее устраивающую нас. — Огрин смотрел на хозяина.

— Как вам будет угодно. — Пожал тот плечами, отворачиваясь от посетителей, поняв, что те не будут ничего заказывать — они потеряли для него ценность.

— Чего ты там наговорил? — спросила канонисса, когда они вышли из лавки. — Я не поняла ни слова.

— Предложил купить ткань и сшить самим. Так будет дешевле.

— У этого толстяка действительно дороговато. — Подал голос Попов.

— А вы знакомы с ценами, полковник? — спросила ехидно Симона.

— Нет. — Мотнул тот головой.

— Точно также как и ты. — Заметил Хват. — Зашли четыре Loha, как таких не обмануть? Так что давайте пройдемся по рядам, выясним цены, а потом уже будем думать.

На первых трех этажах лавки и магазины готового белья явно были рассчитаны на богатых аристократов и посетителей, пока же сама минимальная цена на пошив составляла шестьсот золотых. Огрин морщился — отведенное на поиск время неумолимо заканчивалось и Абелина вполне могла призвать к ответу, как инквизитор, словно услышав его мысли, появилась сама.

— Ну что, неудачники, так и не нашли дешевого ателье? — со смехом спросила она.

— Вы, госпожа инквизитор, тоже еще не переоделись, как я погляжу. — Язвительно отозвалась канонисса, которую этот поход уже утомил. Гораздо приятнее сражаться с еретиками или ксеносами, рубя головы направо и налево, стреляя из болтера, чем выискивать среди торгашей самого честного.

— У меня есть все необходимое. — Ответила Абелина, — что же касается вас, то рекомендую заглянуть в лавку к "Уотто", что на восьмом этаже. Тихое приличное местечко, где рады людям и нелюдям. Сам он, кстати, ратлинг, так что проблем с предрассудками в отношении рас Империума не испытывает. Наведайтесь к нему, он снимет мерки с каждого за пять минут, после чего к завтра костюмы будут готовы.

— Ну и для чего нужно было нас гонять по этажам? — спросил Хват.

— Чтобы вы поняли, какая пропасть лежит между вами и гражданскими. — Серьезно сказала инквизитор. — И были готовы к дню приема. Там на вас выльется ушат грязи и нечистот с помоями, которые будут извергать мерзкие глотки высшего общества. Просто абстрагируйтесь от этого — они аристократы, элита, они привыкли так жить и не воспринимают военных за людей — для них вы что-то вроде той же мебели, как охранники. Стоят возле дверей и молчат, пока эта богема щебечет и рассуждает как все плохо в Империуме. — Инквизитор скрипнула зубами. — Моя бы воля я распотрошила бы это змеиное гнездо, но, к сожалению, пока они нужны. И этим пользуются. Они даже простых гражданских не считают за жителей Империума. В этом торговом центре вы столкнулись со средней прослойкой местного общества, которые чуть-чуть поднялись из грязи и уже плюют на остальных сверху, ощутив вкус жизни. А там будет еще хуже и болтером воспользоваться вам не дадут, канонисса. — Заметила Абелина. — Вы ведь не хотите призвать на их головы очищающий огонь? Хотя... — задумчиво произнесла инквизитор.

— Была бы моя воля, то именно так и сделала бы. — Буркнула Симона.

— Вот почему сестер битвы, гвардейцев, серых рыцарей, ассасинов, космодесант, инквизиторов и прочих служителей Империума, которые большую часть своей жизни проводят на войне, держат подальше от простых граждан — их психика все делит на черное и белое. Есть враг — его нужно убить. Если гражданский высказывает свое мнение, не совпадающее с мнением сестры битвы, — Абелина посмотрела на Симону, — с мнением полковника гвардии, — в этот раз на Конота, — с мнением комиссара и его подчиненного, — Хват и Эмилия переглянулись, — то он, несомненно, еретик и как минимум должен быть допрошен. И касается это всех — граждан, не граждан, людей, нелюдей, служат они Империуму или торгуют с ним. Торгаши, конечно, те еще сволочи, но не будь их, то гвардия и остальные организации Империума лишатся своей самой главной составляющей. — Абелина сделала паузу. — Финансов. Поэтому мы вынуждены их терпеть. Проклятый симбиоз.

— Без закупок продовольствия, оружия и снабжения войны не выиграть. — Кивнула канонисса, которая немного была знакома с этой кухней в силу своей должности. — Я это понимаю, но цены местных мастеров на их услуги — просто грабеж!

— Вы еще не видели цен на Терре. — Усмехнулась инквизитор. — Там жалованья солдат всего полка едва ли хватит, чтобы сшить полковнику фуражку. Так что, друзья, оставьте мрачные думы в стороне и идите к Уотто — этот хитрый ратлинг хотя бы не ломит троекратных цен. А мы пока подождем вас в кафе на пятом этаже, что находится в самом дальнем углу Плаза. Там подают неплохой рекаф, а также по слухам приготовленные блюда у них просто объеденье и стоят недорого.

— А вы, что, не пойдете? — спросил Хват.

— Мы уже там были. — Ответил Конот и посмотрел на Абелину. — И инквизитор права — более тихого и спокойного местечка с низкими ценами вам тут не найти.

— Похоже, что у ратлинга не так хорошо идет дело, раз он залез так высоко. — Проворчал Попов, топая по лестнице — эскалаторы были, но идти до них было далеко и Хват привычно поскакал наверх, перепрыгивая через ступеньки, и остальным пришлось следовать за ним.

— Может быть он работает только по заказам? — спросил огрин. — От инквизиторов например? Поэтому и спрятался там, где его не будут искать? К тому же Абелина его знает и очень хорошо.

— Все может быть. — Пожала плечами Симона. — Вон его лавка. — Она первая заметила вывеску.

Действительно, скромная вывеска вещала, что именно здесь находится ателье "У Уотто. Пошив и ремонт одежды и обуви". Хват привычно отодвинул девушек себе за спину и первым вошел внутрь, пригнувшись — проем делали под людей и он был низок для огрина. Внутри оказалось такое же ателье, которое он помнил по прошлой жизни — столы для раскройки, несколько швейных машинок с сидящими за ними женщинами-ратлингами, занятыми работой, зеркала и примерочные для мужчин и женщин. А также сам хозяин, который радушно улыбнулся вошедшим.

— Здгаствуйте. — Ратлинг сильно картавил. — Что пгивело таких замечательных людей в мою скгомную лавку?

— Рекомендация. — Ответил Хват, разглядывая коротышку. Его насторожил говор хозяина, как бы все это не оказалось шуткой инквизитора, подумал он.

— От кого же, позвольте узнать?

— От женщины с химическим ожогом на левой стороне лица. — Хват провел по своему шраму.

— О, великолепная и жизнегадостная Абелина Смит! — восхитился ратлинг. — Как же, я лично знаком с ней, с этой эффектной и пгекгасной женщиной! И этот ожог пгидает ей особенный кологит, вы не находите? Пги этом она совегшенно не смущается своего внешнего вида, какая сильная воля!! Я восхищен ей! Особенно, если она пгиводит ко мне таких клиентов как вы. Но я плохой хозяин, газ дегжу вас на погоге. Чего уже желаете? Костюм, пагадную фогму, китель?

— Деловой костюм подойдет. — Прервал этот брызгающий поток слюней изо рта мастера Хват. — И во сколько это встанет, уважаемый?

— О, тогг? — казалось, ратлинг сейчас выпрыгнет из штанов, так его возбудило это слово. — Дгузья восхитительной Абелины — мои дгузья!! Обмег, пошив, пгимегка и последующие догаботки — за все я скгомно и нижайше попгошу с вас всего двести двадцать золотых империалов. Ну как, вы согласны с такой суммой?

— Пожалуй, это в три раза дешевле, чем с нас хотели содрать на третьем этаже. — Хват посмотрел на Симону и Эмилию. — Ну, что скажете?

— А как у вас с качеством ткани? — подозрительно спросила Симона. — Она не расползется на огрине, если тот напряжет свои мышцы?

— О, не извольте беспокоится, здесь габотают пгофессионалы. — Заверил мелкий еврей Уотто. — Последняя поставка с Кассандгы — самая лучшая, самая свежая и новая, пока эти фогшмаки гаспознают ее вкус, то малыш Уотто уже пошьет вам из нее одежду и все эти беспечные люди этажами ниже будут иметь жалкий вид, когда узнают, каких именно клиентов они лишились!

— Во завернул! — восхитился Хват. — Слушай, а в роду у тебя курчавых не было?

— Если вы имеете спгосить за мои волосы, то служба в гвагдии хоть и лишила меня части моей госкошной шевелюгы, однако заботой нашего спасителя, Бога-Импегатора, да пгебудет его дух вечно с нами, я еще совсем не стаг и сохганил остатки былой кгасоты. — Уотто приподнял шапочку и показал всем несколько жиденьких волосиков, которые развевались от тока воздуха, создаваемого вяло вращаемыми лопастями вентилятора воздуховода. — Но смею вас завегить, что касаемо волос мои пгедки все как один имели великолепную гастительность на голове.

— Да не, я не про это. — Махнул рукой Хват. — Ладно, забудь. Ну что, девушки, пожалуй я согласен, пускай снимает мерки.

— О, я уже готов и давно нахожусь в нетегпении!! — возвестил ратлинг.

— А сколько будут стоить наши платья? — спросила Симона. — Я хочу черное с красными вставками.

Еврей-коротышка сморщился так, как будто съел лимон целиком.

— Нет, такой кгасивой девушке совегшенно не подойдут эти цвета!! Мастег Уотто знает, что вам нужно!! И у него уже есть готовый экземпляг!! Как газ под ваш гост — сияющая леди, великолепная Антонина Деланития Сагланта Четвегтая отказалась от своего заказа, потому что ее кавалег пгедпочел таки чегный цвет, а не бело-желтый!! Оно как будто сшито под вас!

— Бело-желтый — цвета другого ордена. — Заметила канонисса. — Я хочу черно-красный и точка.

— Сделай, как девушка хочет, а то она весьма резка в своих суждениях и упряма, как и подобает настоящей женщине.

Уотто уставился на Хвата, а здоровяк получил удар кулаком в бок от Симоны, которая немного обиделась на его слова.

— Хогошо, желание клиента — закон для меня. Тепегь пгошу вас пгойти за шигму и снять свою бгоню — мегки должны быть очень точными, чтобы костюм сидел как влитой на фигуге. Он станет для вас втогой бгоней и вы не захотите с ним гасстаться.

Хват так и поступил, сняв доспехи и оставшись в одних трусах. Уотто щелкнул пальцами и три девушки живо обмерили остальных, записывая в блокнотиках параметры заказчиков. Ратлинг лично занимался огрином, бегая по лесенке как заведенный. Хват переставлял ее вместе с коротышкой, за что тот рассыпался в благодарностях. Он настолько был поглощен работой и нестандартностью заказа, что даже сделал еще одну небольшую скидку, округлив до двухсот золотых. Впрочем, Хвату было все равно — деньги держала при себе канонисса и расплачиваться тоже будет она. Если захочет, а то придется огрину топать на прием в броне к большому неудовольствию инквизитора. Судя по ее речи она сама недолюбливает высшее общество и Абелине явно претит появляться там. Однако служба обязывает и не всегда бывает необходимость нажимать на спусковой крючок плазменного пистолета, иногда нужно и языком поработать, расспросив болванов, входящих в элиту. И здесь именно такой случай.

Картавый ратлинг показал Хвату пример костюма, который будет под него шить — камзол со множеством пуговиц и широкие штаны с лампасами. Он пытался подобрать под его лапу обувь, но огрин остановил Уотто.

— Погоди, мастер, не нужны эти пуговицы и франтоватый вид. Сделай мне простой пиджак и брюки из черной ткани.

Уотто надул губы.

— Но это пгостецкая одежда обычного чиновника сгеднего звена, а вы пойдете на пгием к губегнатогу, газве так можно?

— Сделай как я прошу, пожалуйста. — Попросил Хват.

— Я бы прислушалась к его словам. — Отозвалась канонисса. — Все-таки его кулак размерами явно превосходит вашу голову, мастер Уотто, а уж про упертость огринов вы наверняка наслышаны и она явно превосходит упертость сестер битвы. — Уколола Симона Хвата, но тот сохранил каменную рожу.

— О, Бог-Император, что за клиенты, совегшенно не дают газвенуться настоящему мастегу и пгоявить его талант в полной меге. — Воззвал Уотто, но потом махнул рукой и занялся делом.

Канонисса выбрала вариант черного платья с красными кружевными наплечниками, такими же вставками на локтях и запястьях и воротнике. Длинна была в пол и ткань прекрасно прикрывала все ее тело, особенно искусственные ноги ниже колена. Чтобы не упасть в таком платье и не наступить на полы, она попросила сделать от середины бедра вырезы, которые прикрывала ткань платья внахлест. И идти удобно и опять же никто не увидит ее шрамы и аугментику. Хват заметил, что канонисса явно стеснялась своих протезов и неосознанно прикрывала прочную сталь тканью, когда проходила обмерку. Огрин не стал пялиться, хотя на него смотрели все не скрываясь — Эмилия уже видела тело вождя, на котором живого места не было, одни шрамы и рубцы от них. Некоторые были еще свежими, поясную повязку Хват снял буквально перед самыми прилетом на Симиллу, так что дыра в боку едва затянулась свежей кожей. Канонисса тоже бросала украдкой взгляды на огрина и поймала себя на мысли, что подсчитывает количество отметин на его теле, словно сравнивая со своими.

Полковник Попов заказал обычную парадную форму, а вот Эмилия решила пойти путем огрина и выбрала скромное платье черного цвета без рюшечек и кружев, облегающее ее фигуру и подчеркивающее все ее "выпуклости". Комиссар поймала себя на мысли, что квадратный Попов не так уж далеко ушел от огрина. Его фигура и рост чем-то напоминали сквата, так что возможно его отцом был бородатый коротышка, а вот мать — из людей. Спрашивать о родителях полковника комиссар как-то постеснялась, так что могла только строить догадки. Впрочем, Эмилию больше заботил послезавтрашний поход на прием губернатора, чем спутник. И еще, где можно спрятать оружие, если там начнется заваруха, ведь инквизитор вполне может бросить обвинение губернатору о бездействий при всех и чем это закончится не знает никто. Не просто так она гуляет с полковником Конотом и пьет рекаф — наверняка они уже продумывают возможное нападение на дворец и его штурм. И здесь я бы сделала ставку на огринов, подумала Эмилия, они ничем не хуже космодесанта, им бы еще соответствующую броню и мощнее силы в гвардии не найдется.

В общем, на примерки потратили час, после чего Уотто отпустил клиентов, уверив их что завтра к утру будет все готово. Симона оставила задаток и Хват привычно повел отряд к кафе — он как-то быстро и ловко освоился в центре и ориентировался не хуже местных. Сладкая парочка — инквизитор и полковник — сидели вместе и о чем-то перешептывались, причем Абелина счастливо улыбалась. Хват вперся в кафе, не обращая внимания на охрану, которая, впрочем, не стала препятствовать громиле и подошел к столику — сесть на стул он не мог, раздавил бы своей тушей.

— О, быстро вы справились! — удивилась Абелина. — Ну, как вам этот мелкий прохиндей Уотто?

— Много говорит. — Ответил огрин. — Главное, чтобы справился и успел в срок, хрен картавый.

— Картавит он от повреждения голосовых связок, просто не обращайте внимания, а мастер он отличный, мне порекомендовал его инквизитор Боннер, это его агент.

— Я так и знала, что он шпион. — Буркнула канонисса.

— И очень хороший, должна сказать. — Кивнула Абелина. — Помог раскрыть два еретических культа и поучаствовать в нескольких операциях по их ликвидации. С винтовкой он обращается также хорошо как со швейной иглой. К тому же я предварительно дала ему указание сшить вам костюмы и описала ваш внешний вид — он просто разыграл перед вами спектакль "заказчик-мастер".

— То есть наши платья уже готовы? — не поняла Симона.

— Нет, — мотнула головой Абелина, — они будут сшиты к утру и еще предстоит пройти доработку. Просто Уотто учел некоторые ваши физиологические особенности и мои рекомендации и соответствующе сошьет одежду.

— Боюсь, я не понял. — Произнес Попов.

— В костюмах будут скрытые чехлы, петли и карманы под оружие. — Ответил за инквизитора Конот.

Хват присел на корточки и наклонился к инквизитору.

— Чего нам ожидать? — прямо спросил он. — Может быть стоит скрыто подвести отряд к его дворцу, чтобы взять штурмом.

— Нет, этого делать я не собираюсь. — Ответила Абелина. — Хотя желание такое возникает. — Улыбнулась инквизитор. — В предварительном разговоре глава Дома показался мне умным и расчетливым человеком и я уверена, что так и есть. Мои способности еще не вернулись, но кое-что я все еще могу да и Уотто пообещал помочь с информацией. Поэтому рубить с плеча не будем — возможно, главу просто не стали информировать о происходящем и вот здесь возникают вопросы.

— Смена правящей элиты? — спросила канонисса.

— Не исключено. — Кивнула Абелина. — Либо это происки конкурентов и именно они виноваты в распространении тиранидов. И вот тогда придется раскручивать цепочку в их сторону, потому что это подрыв устоев Империума. — Инквизитор посмотрела на Симону. — Как вы знаете он допускает небольшие локальные войны между Домами, но с использованием нашего же оружия, а не распространения биологической заразы, поглощающей все на своем пути или использования помощи Хаоса. Если Торговый Дом пойдет на сделку с демонами, то он будет уничтожен и предан забвению. И за этим следим мы, инквизиторы. — Абелина посмотрела в кружку, потом на остальных. — Сообщаю вам информацию, о которой болтать на каждом углу не следует — местный инквизитор сообщил, что занят расследованием и уже связался со мной, вот почему на Кассандру отправили меня, а не его — кажется он ухватил ниточку, за которую можно раскрутить клубок. Я предупредила его, что буду не одна, вы — моя свита, пускай и временная, но имеете все полномочия судить. — Канонисса нахмурилась. — Что-то не так, канонисса?

— Я не умею играть в эти шпионские игры, инквизитор. — Прямо сказала она. — И от меня за километр сквозит сестрой битвы, трудно не понять кто я на самом деле.

— Будьте собой — от вас больше ничего другого и не требуется точно также как и от Хвата. — Кивнула ей Абелина. — Это тоже часть плана.

— Может посвятите в детали? — спросил Хват. — А то зарубишь не того, нехорошо получится.

— Не вздумай притащить с собой топор. — Быстро произнес Конот. — Хватит и твоих кулаков.

— Кинжальчик я все же возьму — без стали чувствую себя голым.

— Поэтому Уотто так тщательно тебя обмерил и я одобрила твой выбор костюма. — Инквизитор посмотрела на огрина. — Простой, но функциональный. Скажи, ты уже видел его где-то?

— Да, в учебке. — Соврал Хват.

Абелина пристально посмотрела на огрина, который глядел на нее честными глазами.

— У меня такое чувство, что ты чего-то не договариваешь. — При этих словах Эмилия посмотрела на Хвата, а канонисса напряглась. — Главное, чтобы это не сказалось на нашем общем деле.

— Не понимаю, о чем вы говорите. — Громила был сама честность.

— Ладно, забудем пока. — Вот это пока сильно насторожило Хвата. — Итак, послезавтра всем быть максимально готовыми, полковник Попов, вас в курс дела введет Сэ... э-э-э, полковник Конот. Сейчас можете быть свободны, погуляйте по центру или по городу. И не забудьте надеть респираторы — сегодня концентрация ВВ в воздухе сильно завышена — предприятия работают в авральном режиме. Торговый Дом понес убытки и желает их быстрее компенсировать.

Хват первым вышел из кафе — ему вдруг стало жарко.

Дворец главы Торгового Дома и по совместительству губернатора системного сектора находился на вершине скалистой горы, которая нависала над городом. Добраться туда можно было только по воздуху на гравиглайдере или же по канатной дороге. Богатые жители Симиллы пользовались антигравитационным транспортом, те, которые победнее, вынуждены были двадцать минут томиться в тесной кабине подъемника, чтобы наконец попасть в шикарные залы дворца. Этот домик раза в три превосходил своими размерами губернаторский на Кассандре и явно слабо отражал славу своего владельца. Губернатор уже строил новую резиденцию и не в промышленно загаженном районе, а на отдельном острове посреди океана, который кислотные облака миновали стороной благодаря розе ветров.

Костюм на Хвате сидел как влитой — швеи Уотто постарались на славу. Черные атласной ткани брюки, такой же пиджак, белоснежная рубашка и бабочка — Джеймс Бонд позавидует. Собственно, Хват с него и заказал костюм, он себя не представлял в камзоле и штанах с лампасами, будет похож на попугая. Впрочем, полковник Конот, который одел белую парадную форму с аксельбантами и крупными знаками отличия, совершенно не испытывал дискомфорта по поводу своего внешнего вида — он к нему давно привык. Полковник Попов крутил головой и мял шею, словно ему давил воротник, но виноват в этом был не костюм, а нервишки танкиста, который первый раз был приглашен на такого рода мероприятие. Эмилия преодолела себя, беря пример с инквизитора, подошла, взяла Попова под руку и тихо прошептала:

— Расслабьтесь, полковник, вы слишком напряжены.

Тот тоскливо посмотрел на комиссара и вдруг улыбнулся.

— Просто держите меня за руку, комиссар, чтобы я не выпрыгнул в окно, пытаясь сбежать или не дал в морду кому-нибудь из этих напыщенных идиотов.

— Думаю, что это будет не так уж сложно. — Улыбнулась ему в ответ Эмилия.

Канонисса взяла под руку Хвата и они первыми вышли из кабинки подъемника. Абелина мысленно поздравила себя с победой — пока двое упрямцев делали именно то, что ей и было нужно. Огрин как-то органично дополнял тонкую и худую высокую канониссу, которой пришлось снять экзоскелет, однако ее искусственные ноги легко выдерживали непривычную для нее гравитацию. Тренированные мышцы тела женщины позволяли ей двигаться легко и изящно, не испытывая дискомфорта. Ну, может быть чуть-чуть, но под рукой всегда был Хват, на котором можно легко повиснуть и тогда он отнесет ее на руках к подъемнику.

На входе стояла рамка металлоискателя и Хват слегка заволновался — его метательные ножи были спрятаны в широких рукавах пиджака, а сбоку на ремне крепился чехол с кинжалом, который можно было выдать за личное оружие. На всякий случай огрин надел наруч на правую руку и скрыл его под рукавом, дабы если у охраны возникнут вопросы, то предъявить по требованию. Метательные ножи прятались в нишах искусственной левой и под доспехом правой, их легко можно было вытащить за привязанные веревочки.

Нестандартная пара подошла к рамке и вперед вышел начальник охраны, усатый пузан в дорого расшитом камзоле, штанах с лампасами и комиссарской фуражке. Выглядел он как напыщенный попугай, чем и развеселил Хвата. Однако канонисса хмуро смотрела на начальника.

— Ваши пригласительные. — Пробухтел он и огрин, сунув руку во внутренний карман, протянул два билета. При этом его движении охрана изрядно напряглась, ожидая, что вместо бумажки громила вытащит оттуда переносную ракетницу и размажет их тонким слоем по площадке фуникулера. Начальник близоруко сощурился и посмотрел на имена. — Хм, нелюдей у нас еще не было. — Он презрительно посмотрел снизу вверх на огрина. — Будь моя воля, то я вышвырнул бы твою задницу вниз со скалы прямо сейчас, огрин.

— Будь моя воля, — наклонившись к нему, произнес Хват так, чтобы отчетливо слышала охрана, — то ты полетел бы первым рейсом.

— Ты мне угрожаешь, мерзкий мутант?! — взвился начальник.

— Он предупреждает. — Выступила вперед канонисса и вперила в того свой самый "фанатичный" взгляд. — Я канонисса младшего ордена Сороритас, если вы не удосужились прочитать мою должность, и я могу легко обвинить вас в ереси, мой дорогой друг. — Сказано это было так ядовито и нагло, что начальник чуть отступил. — И призвать на вашу голову очищающий огонь с моего корабля. Если что он висит сразу над нами и стоит мне прошептать по вокс-связи заветные слова, как весь этот великолепный дворец превратится в пылающие руины. Как тебе такая перспектива, жирный боров? — А Хват в это время еще и подмигнул.

Начальник представил и ему стало дурно.

— Я вижу, что вы здесь слегка расслабились. — Канонисса обвела площадку с охраной взглядом. — И подзабыли, что ваш Дом входит в славный Империум, управляемый нашим великим созидателем и мудрецом, Богом-Императором. Или вы думаете, что его незримое око чуть отвернулось от вас и позабыло? Нет, друзья, оно видит вас насквозь.

Стоявшая позади Абелина мысленно похлопала канониссе. Из нее может выйти неплохой инквизитор, задатки есть. Ловко она прижала этого чванливого начальника охраны, который возомнил себя пупом земли. Он падок на лесть и любит деньги даже больше, чем Бога-Императора, но проклятый еретик относится к знатному роду, поэтому пока его не трогали до поры до времени. Он ведь трус и может легко заложить своих хозяев, спасая свою шкуру от виселицы, а то, что он работает на того, кто сильнее и больше заплатит, Абелина уже не сомневалась. Держать на таком важном месте такого человека — глупость. Ну, это дело главы Дома, не ее.

— Так дашь нам пройти или мне все-таки сбросить тебя со скалы? — вопросил Хват.

— Прошу. — Начальник сделал жест ручкой и огрин двинул вперед, зыркнув на охранников.

Рамка засвистела. К громиле подтянулись четверо, явно профессионалы, не те мальчики, что изображали стражей. Хват молча закатал рукав, показал свою левую искусственную руку, снял наруч и кинжал в чехле, после чего прошел снова — металлодетектор молчал.

— Кинжал придется оставить. — Заявил начальник охраны.

— Это мое личное оружие, приказ подписан командиром моего полка. — Огрин полез за еще одной бумажкой в карман.

— Вход с оружием во дворец строго воспрещен!

— Позвольте мне решить этот вопрос. — Мягко за спиной начальника произнесла Абелина, взмахнув у него перед носом печатью Инквизиции, когда тот повернулся на голос. — Гвардеец вам прямо сказал, что это его личное оружие, которое у него не может отнять никто, даже Высший Лорд Терры. Уложение два дробь пятьдесят семь, приказ за номером двадцать восемь тринадцать бис сорок два от тридцать второго тысячелетия. Можете ознакомиться на досуге. Или вы не верите моим словам?

— Конечно, конечно, как скажете, госпожа инквизитор!! — пролепетал бзднувший начальник, узревший кто перед ним, и замахал рукой стражам, мол, пропустить.

— Если вы так переживаете за безопасность своих гостей, то уверяю вас, если они не замешаны в преступлениях и еретических культах, то с ними ничего не случится — я пригляжу за этим огрином. — Мило улыбнулась Абелина, подавая билеты. — Вот наши пригласительные.

Начальник давил лыбу и даже не взглянул на протянутые бумаги — он испугался очень сильно да так, что инквизитор начала чувствовать его запах. Запах страха. Она пока не напрягалась, боясь, что опять пойдет носом кровь, просто привычно начала медленно прощупывать чиновника. Он реально боялся за себя, переживая, что злой и страшный инквизитор обнаружит нечто такое, за что его можно осудить. Поэтому старался держаться и делать вид, что озабочен безопасностью гостей, хотя сам желал оказаться как можно дальше от дворца. Лучше на другой планете. Проклятый гадюшник, подумала Абелина, и здесь у всех рыло в пуху. Впрочем, как и везде.

Группу гвардии и сестер пропустили без вопросов и пары разбрелись по огромному залу, изучая входы и выходы. Комиссар Марш поймал официанта, разносящего напитки и угостил дорогим коктейлем сестру Катерину, которая стала ему не просто боевым товарищем, но чем-то большим. Абелина взяла их с собой только для того, чтобы они славно отыграли свою роль, точно также как и Эмилия с Поповым и Хват с канониссой. Причем последние вполне дополняли друг друга. Думали, что я не увижу, как вы прячете оружие в свои искусственные конечности, со смехом подумала инквизитор, наблюдая, как канонисса неловко переступает в туфлях на каблуках. Они были невысокими, но та привыкла к армейским ботинкам на сплошной подошве и это поистине было для женщины мучением. Ничего, тебе полезно, злорадно подумала инквизитор, наблюдая, как оба неспешно прогуливаются среди гостей, высматривая врагов. От обоих за километр разило военщиной, а шагали они так, что вся стража следила только за ними, как бы эти двое не устроили бойню. И это вполне вписывалось в планы Абелины. Она заметила условный сигнал, который подал один из агентов Боннера — глава Дома в нетерпении и жаждет встречи. Женщина кивнула и увлекла Конота за собой, прищелкнув языком — Жетон и Сабля, что оккупировали стол, дали понять, что услышали приказ инквизитора. Токс уже был на месте и прятался где-то под потолком — для профессионального убийцы проникнуть в губернаторский дворец, находящийся пускай и под охраной, было плевым делом.

Хват лавировал между знатными дамами и пузатыми господами, стараясь не задевать это дерьмо, которое начинало сразу же визгливо бурлить и вонять.

— Посмотрите, кто пригласил этого противного мутанта?! — вопрошала одна из них. — И что за переросток рядом с ним в этом нищебродском платье? От нее за километр пахнет порохом и прометием.

— Вообще-то напалмом, старая кошелка. — Ответила ей Симона и улыбнулась своим фирменным оскалом. — Не путай мокрое с круглым.

Дама вытаращила на нее свои дебильные глаза, пытаясь понять, что такого ей сейчас ответили и каким образом оскорбили и не пора ли звать охрану, как Хват наступил ей на ногу, смяв ступню своим весом.

— Извините. — Сказал он ойкнувшей и завывшей в голос от боли даме. — Я случайно.

— Охрана! — воззвал кто-то из пузатых чинуш. — Здесь...

Огрин ловко закрыл ему рот рукой и прошептал:

— Еще раз вякнешь — скину вниз с балкона, усек?

— А я напишу на твоей могиле, что ты был мерзкий еретик. — Ухмыльнувшись, добавила Симона. — Устраивает такой расклад? — чинуша замотал башкой. — Тогда сиди тихо и не мешай нам отдыхать, понял? — судорожное кивание. — Вот и молодец.

— Что-то тут тесновато, надо бы очистить площадку, я хочу размяться и потанцевать. — Громко произнес Хват.

— Ты умеешь танцевать? — удивилась канонисса.

— Скакать козлом много ума не надо. — Засмеялся тот, а все дамы и их кавалеры возжелали оказаться от такой шумной и грозной парочки как можно дальше. — Если хочешь, научу.

— Лучше я покажу тебе как надо. — Симона посмотрела по сторонам. — А где музыканты? Такой богатый Дом разве не может позволить себе нанять живых исполнителей, не сервиторов?

— Музыканты будут только после официальной речи губернатора. — Пискнул кто-то из толпы.

— Скучный праздник. — Возвестил Хват и заорал. — Официант, всем шампанского!! — и громко захохотал.

Дамы, которых он не мог видеть, сморщили носы от такой грубости, мужчины же даже не решились возразить крикуну и забияке, впрочем, стража и охрана как-то не горела желанием его утихомиривать. Огрин мог не просто дать в бубен, а превратить лицо возразившего в отбивную котлету. Пока таким образом громила оттягивал на себя внимание, Абелина прошмыгнула во внутренние покои дворца, где ее уже ждал провожатый.

— Идите за мной. — Бесцветным голосом позвал сервитор и женщина двинулась за ним.

Робот привел ее к широкой двери и распахнул перед инквизитором. Она не заставила себя долго ждать и шагнула внутрь. За широким столом, в уютном кресле, сидел сам глава Торгового Дома, граф Сантьяго Донгер, возле его правой руки статуей застыл бывший ассасин, какого именно дома, угадать было сложно. По левую руку от главы застыл инквизитор собственной персоной, Даниэль Боннер. Кроме них за портьерами прятались еще двое, видимо, стража. Интересно, а что здесь делает инквизитор и не ловушка ли это, подумала Абелина, проходя вперед и останавливаясь перед столом главы, там, где стояло такое же богатое кресло.

— Присаживайтесь, госпожа инквизитор, разговор будет долгим. — Произнес глава, сверкнув своими яркими голубыми глазами.

— А как же ваша приветственная речь?

— С ней прекрасно справится и мой двойник. — Ответил тот с улыбкой. — Она не настолько сложна, чтобы я напрягался ради нее, к тому же собравшимся в зале высокородным идиотам все равно не понять, кто перед ними и о чем он говорит. Итак, прежде чем мы начнем, я хочу поблагодарить вас за оказанную моему дому помощь на Кассандре. Многие считают ее захолустной планетой, но это не так — аграрный мир, который может легко накормить целый сектор, обуть и одеть его в отличные ткани вряд ли будет неинтересен моим конкурентам. Когда-то давно моему отцу удалось убедить их в этом, но разведка Дома Трагетсов и Кантерра не дремлет — им удалось выяснить каковы перспективы развития этого мира.

— Зачем вы все это мне рассказываете? — прямо спросила Абелина. — Ведь это не относится к нашему вопросу.

— Еще как относится. — Фыркнул глава, а Боннер едва улыбнулся. Самыми уголками губ. — Лишение нас этого мира поставило бы все промышленные планеты на колени — Агла не смогла бы прокормить три мира с пятидесятимиллиардным населением, а Кассандра справится вполне и еще оставит урожай злаков на следующий цикл посадки. Конкуренты не могли этого не понимать, поэтому и сосредоточили удар на ней.

— На планете был обнаружен культ генокрадов и развившиеся до патриарха тираниды! — Громко сказала Абелина. — Если вы знали, то чего ждали? Или вам наплевать на жизни своих подданных, которых там погибло без счета?

— Потери в таком случае среди гражданского населения неизбежны и вам хорошо известно об этом. — Также спокойно заметил глава, кинув взгляд на инквизитора. — Это мы послали весть о случившемся и они прислали вас.

— Разве это не сделал третий помощник? — удивилась Абелина.

— О, он сделал это, но гораздо позже, когда набрался храбрости. — Ответил ей Боннер. — Но мы не могли ждать. Сейчас я объясню. — Он начал расхаживать по комнате. — Оба Торговых Дома объединились между собой против Донгеров с одной единственной целью — оттяпать себе кусок их пирога. Все это вполне себе укладывается в обычные корпоративные войны и Империум бы не задействовал гвардию в случае возникшего конфликта. Однако предстоящая бойня подорвала бы экономику всех трех Домов и нарушила бы важные поставки от Донгеров к кузницам Механикусов. Без этих элементов сборка титанов и вокс-передачиков была бы невозможной, не говоря уже о простых лазганах для гвардии и танков. Слишком многое завязано на Дом Донгер. Первоначально идея о нападении исходила от Дома Трагетс, после чего к ним присоединились Кантерра, почуяв выгоду от такого слияния и предоставив свои корабли для перевозки войск. Оба имеют достаточно сильный флот и профессиональные армии, набранные из бывших гвардейцев, прошедших не одну кампанию против еретиков или орков, так что воевать они умеют, главное правильно их замотивировать. Золотой империал вполне подойдет. И вот здесь на сцене появляются тираниды.

— Они хотели выдать вас за агентов генокрадов. — Поняла его мысль Абелина.

— Именно. — Кивнул глава. — Допустить рассадник этой заразы на Кассандре мы не могли — итак зашли уже слишком далеко, но и дать сорваться с крючка обоим воинствующим домам не хотели. Поэтому уважаемый инквизитор Боннер пришел ко мне и вскрыл все карты, предложив свою многоходовую комбинацию. И она сработала как никогда лучше. Флот гвардии, что сейчас громит орков, вскоре после победы будет переброшен сюда и отправлен на зачистку Кассандры вместе с моими силами, которыми руководит генерал-губернатор, а там... генерал Грисс найдет неопровержимые доказательства того, что именно корабли враждебных нам Домов доставили генокрадов на планету.

— Где они их раздобыли? В смысле тиранидов, а не доказательства. Или это звенья одной цепи? — спросила подозрительно Абелина.

— Вероятно, сняли с одного из дрейфующих судов. — Пожал плечами Боннер. — Какая разница, главное, что вы их победили, лишили управления и последующая зачистка навсегда освободит наш сектор от этой погани.

— Все это слишком хорошо выглядит, чтобы быть правдой. — Абелина смотрела на главу исподлобья. — Где доказательства причастности домов к перевозке генокрадов?

— Они есть. — Глава протянул ей диск с данными. — Можете ознакомится прямо сейчас — проектор вон в том углу.

— Так и сделаю. — Кивнула инквизитор и взяла диск. Она быстро просмотрела информацию. — Вам никто не говорил, что вы работаете слишком грубо? — спросила она, возвращая его назад.

— Поясните. — Глава вздернул бровь.

— Все что есть на этом диске — сфабрикованная чушь. — Твердо произнесла Абелина и повернулась к инквизитору. — Не ожидала такого от вас, господин Боннер. Только вы могли знать, где именно можно найти яйца тиранидов и притащить их на Кассандру. Вы выбрали бедную планету для заражения только потому, что в последствии хотели компенсировать все затраты за счет этих двух домов. — Женщина стояла на ногах так, что ее было не сшибить. — И заодно прибрать их активы к своим загребущим рукам. Вы ведь в курсе, что Дом Кантерра торгует с эльдарским миром-кораблем Янден, а Трагетсы — с Тау? И те и другие пользуются простейшими ксенотехами, одобренными механикусами, а вот таковых у вас нет. И желание получить подобные артефакты было очень велико, до такой степени, что вы презрели законы Империума и пошли против них.

— Я же говорил, что она догадается. — Спокойно произнес Боннер делая шаг вперед. — Послушайте, Абелина, не будьте такой упертой как та сестра битвы, что сейчас буянит вместе со своим дружком-огрином в приемном зале. Они все равно вам не помогут — слишком далеко до этого помещения, вы здесь одна и даже ваша свита не знает где вы. Ваши агенты плохо умеют маскироваться и их легко просчитать. Например, комиссар и его подруга явно не играют в любовь — они полны ею, а вот мужчина и женщина, боевики, что изображают влюбленную пару, наоборот, плохо переносят общество друг друга. Скажите, разве они могут вам помочь? Тем более, когда вы лишились своих псайкерских способностей. Слушайте что я вам скажу, Абелина, — проникновенно начал инквизитор, — Святая Терра далеко, до столицы сегментума вообще путь неблизкий, мы на периферии, на границе пустоты и сегмента Ультима и должны рассчитывать только на свои силы. И как-то выживать здесь, где полно пиратов, бандитов, проклятых ксеносов не говоря уже про силы Хаоса, которые постоянно ищут лазейки в наш мир. Так что не стоит играть в героя и корчить из себя неподкупного инквизитора. Просто закройте глаза на то, что здесь происходит и ступайте с миром. И бедных гвардейцев вылечат именно так, как вы и договаривались с графом. Если же вы будете упорствовать, то вам не помогут ни корабль гвардии, ни сестер битвы, пускай они и зависли на орбите над дворцом. Мы починили флотскую калошу как и предписывает закон, внеся часть изменений от себя. — Боннер вытащил из кармана блок детонатора и погладил единственную кнопку. — Стоит мне ее нажать и в космосе произойдет ядерный взрыв — бомба небольшая и отлично поместилась между переборками двигательного отсека и торпедных установок. Вы же не хотите губить столько невинных жизней?

— А что с кораблем сестер битвы?

— Он под прицелом наших лазерных пушек установленных на орбитальных крепостях. — Ответил глава. — Ну же, инквизитор, соглашайтесь, пока вам предлагают жизнь. Для вас это наилучшее решение — вы сохраните множество жизней ни в чем не повинных сестер и солдат.

— У меня есть другое решение. — Неожиданно сказала Абелина.

— Это какое же? — спросил ехидно инквизитор.

— Уничтожить сгнившее дерево на корню. — Жестко сказала женщина, неожиданно делая для всех сальто назад.

Ассасин начал действовать одновременно с инквизитором, в его руках как по мановению волшебной палочки появились два лазпистолета и он тут же открыл точный огонь по смазанному силуэту. Убийца понимал, что женщина, как бы она не была хорошо подготовлена, не может двигаться так быстро. К тому же прикормленный инквизитор Боннер сообщил всю доступную ему информацию о свите Абелины и гвардейцах. Простые солдаты не могли доставить много проблем, но скитарий, ассасин и штурмовик вполне.

Инквизитор Боннер достал свой плазмопистолет и, дождавшись зарядки, уже собирался сделать выстрел, как глава дома положил ему руку на ствол.

— Хикс справится. — Сказал он и тут же упал на пол, сраженный выпущенной Токсом парализующей стрелкой — ассасин еле успел занять позицию, ликвидировав двоих спрятавшихся стражей.

Инквизитор понял, что в помещении есть кто-то еще под маскировочным полем и нажал кнопку тревоги. Все стражи получили сигнал и ринулись на подмогу своему господину, а центральные двери дворца оказались перекрыты. Враги не могли этого не знать и сейчас сами сунули голову в ловушку. Боннер от бедра выстрелил по прыгающей как кузнечик Абелине и мощным взрывом с Винта сорвало маскировочное поле. Инквизитор с удивлением узрел, что вместо женщины пришел скитарий под гололитическим изображением невероятного качества. Как, была у него единственная мысль и тут же пропала, потому что в шею ткнулась игла и инквизитор потерял сознание. Токс выскочил из вентиляционной отдушины, где прятался все это время — ходы делали большими и широкими и для убийцы, который годами подвергал свое тело изменениям и был на ты с ядами не составило труда проползти по ним ужом. Ассасин, который служил Донгерам уже давно, понял, что нужно спасать хозяина. Он пару раз попал в шустрого скитария, сочленения и механизмы которого явно прошли нестандартную модернизацию, но выстрелы поглотило защитное поле, и подскочил к главе дома, пытаясь взвалить его на плечо, но к нему спешил Токс. Два ассасина встретились глазами и каждый понял друг о друге все.

Токс атаковал первым — его сюрикеновый пистолет, позаимствованный у эльдар, метнул несколько иголок в противника, но тот уклонился и выстрелами из лазпистолета атаковал в ответ. Глава Дома был забыт и уронен на пол, когда два убийцы сблизились, чтобы выяснить отношения в ближнем бою. Рядом с головой Токса прошел лазерный импульс, иголка пролетела в миллиметре от плеча врага, удар в грудную клетку был встречен рукой Токса, однако захват произвести не удалось — противник вывернулся. Оба соответствовали своей подготовке и были равны, однако преимущество было на стороне ассасина Абелины — Винт поспешил на выручку и, улучив момент, ткнул кинжалом прямо в корпус убийцы. Тот изогнулся от боли и Токс без замаха отсек ему голову своим малхусом, вынутым из ножен. Башка покатилась по полу и остановилась возле тела своего хозяина. Токс и Винт молча подхватили тела усыпленных ассасином предателей и покинули комнату — возможная стража не смогла бы их остановить, ведь отход прикрывали Жетон и Сабля.

Как только события в комнате начали разворачиваться по экстремальному сценарию, чего Абелина хотела бы избежать, то она тут же послала сигнал штурмовой группе огринов, которые только и этого и ждали. Необходимо было проникнуть во дворец, обеспечить безопасность выхода инквизитора и его свиты, устранить возможных противников, а также взять под контроль приемную залу, где находились все сливки местного общества. Когда инквизитор-предатель подал сигнал тревоги, информируя своих сторонников, что приглашенные гости пытаются сопротивляться, то Хват, едва заметив шевеление в рядах и услышав в динамике приказ инквизитора, кивнул канониссе и та, откинув полы своего платья, присела на корточки, выхватывая лазпистолеты, спрятанные в нишах ее ног. Автоматика подала пушки прямо ей в руки, ведь Симона не собиралась приходить безоружной. Сам огрин сунул руки в рукава и тут же два метательных ножа полетели в стражей. Сила броска была такой мощной, что обоих кинетическим импульсом отбросило назад. Огрин не стал ждать, когда охрана очнется — он прыжками добрался до убитых им стражей, подхватил лазган, сломал скобу спускового крючка пальцами левой руки и тут же меткими выстрелами начал выбивать противников. Поднялась паника и крик, дамы и кавалеры сбились в кучу как стадо баранов и жалобно блеяли, не понимая, что происходит. Охраной у входа занялись Катерина и Марш, сестра вполне профессионально зарезала обоих стражей, пока комиссар прикрывал ее от выстрелов из своего наградного лазпистолета. Эмилия и полковник Попов, которые тоже были в курсе что нужно делать, встали спина к спине и перестреляли стражей правой стороны зала. Оружие танкист добыл из вазы, куда его сунул агент Абелины — шпион не подвел и сработал четко, поставив на месте закладки только известную Попову метку. Охраны в зале было не так много — человек тридцать, может быть больше и опасность из них представляли несколько профессионалов, которые тут же спрятались за балюстрадами и оттуда вели огонь по нападавшим. Публика мешала прицелиться и несколько пузанов уже лежали с пробитыми головами, а натекавшие из-под них лужи крови пугали дам до обморока.

Хват рванул к балкончику, где засели стражи, прыжком преодолел расстояние до него и, вцепившись аугментированной рукой, перекинул свое тело через ограждение. Его сразу же заметили и открыли было огонь, но тут бронированные стекла брызнули лавиной осколков и через проем окна внутрь скользнула могучая фигура огрина в броне. Тяжелый лазган выплюнул импульс, испаряя одного из стражей, второго Хват успел ранить из стандартного лазгана, но и сам получил пару попаданий в костюм, однако ткань не была пробита — Уотто не подвел. Вплетенные в ткань керамитовые пластины отлично держали выстрел из лазгана, но рассчитывать на них как на танковую броню все же стоило — высокомощные импульс легко ее пробивали. Шорох, что командовал десантно-штурмовой операцией, кинул вождю его топор и тот, удерживая лазган в правой руке, ловко взмахнул левой, рассекая пополам прятавшегося за портьерой окна испуганного стража. Оставшиеся двое задрали руки вверх, но Шорох повел стволом и половинки их тел упали на пол балкона — огрин не собирался оставлять противников в тылу.

— Всем внимание!! — раздался громкий голос инквизитора. Абелина пробубнила огринам пару приказов и Шорох, кивнув Хвату, ударом своего боевого молота вышиб дверь во внутренние помещения дворца, куда тут же проникли Ворох и Штык. Они не собирались зачищать здание полностью — достаточно было взять под контроль площадку фуникулера и главную залу и перекрыть остальные выходы. — Я инквизитор Абелина Смит провожу здесь боевую операцию по искоренению обнаруженной мной ереси. Большая просьба всем лечь на пол и не шевелиться, в противном случае вы будете уничтожены на месте. — Рев тревоги выключился — Жетон и Сабля, сопроводив Токса и Винта до выхода, добрались до охранных помещений, доступ в которые им любезно предоставил тот самый начальник, который очень хотел жить. — Охране дворца сложить оружие и пройти во второй зал, если будет зафиксирована попытка сопротивления, то вас ликвидируют. — Абелина завершила свое сообщение.

До этого она разговаривала с главой Дома устами Винта, сидя в кладовке под маскировочным полем. Тупой сервитор убедился, что внутрь зашла именно женщина — он не мог просканировать того, кто просто использовал проектор, "одев" личину инквизитора. В это время и произошла подмена, как только робот отвернулся и выпустил из поля зрения Абелину — до этого он шел впереди и его камера на затылке все время следила за ней. Угол обзора у нее узкий и поворот головы вправо или влево обеспечивал небольшую мертвую зону и именно этой особенностью воспользовался скитарий.

Операцию штурма разрабатывал лично Хват, как только инквизитор обратилась к нему с этой просьбой по подсказке Конота. У нее не было фактических доказательств, только косвенные и сообщения информаоров, но женщина прожила достаточно долго и наработала колоссальный опыт общения с предателями, так что решила перестраховаться и в этот раз она не воспользовалась своими утраченными способностями, просто попала в точку. Аналитический склад ума и прогнозирование Дока дали именно тот результат, который Абелина и хотела услышать — всю эту операцию с тиранидами затеяли именно глава Дома и инквизитор. Который слишком долго пробыл на одном месте и решил, что достаточно сделал для Империума и пора бы поработать на себя. Он имел хорошо развитую сеть агентов, слухачей и информаторов, где нужно кому нужно подкидывал улики и держал этот город в кулаке, в том числе и главу Дома и именно на это был расчет Абелины. Она специально поставила задачу Токсу и Винту захватить этих двоих живыми — инквизитора можно прилюдно осудить, а главу принудить к сотрудничеству, причем такому, что он и его Дом уже не сорвется с крючка Империума. Флот отослан в систему планеты Кассандра и ловит разбежавшихся тиранидов, лазерные пушки орбитальных станций вполне могли доставить проблем, однако сигнала разрешения на применение этого оружия не произошло и операторы занимались своими делами. К тому же отдельная группа РЭБ-борьбы, которая состояла из нанятых Абелиной преступников (что ж, в таких городах-ульях полно всякого отребья и частенько инквизиторам приходится иметь с ними дело да и некоторые их них являются агентами на постоянной основе, получая зарплату), подключилась к кабелям дворца и перехватывала все идущие от него вызовы. Конечно, они могли сменить сторону, как это сделал маленький Уотто, предупредивший Абелину о засаде. Ратлинг был честен и ответственен и не забыл про свою пускай и недолгую службу в гвардии. Его собрали по кускам медики прямо на поле боя и комиссия списала малыша на берег. Уотто был шапочно знаком с Абелиной и не забыл лицо той молоденькой лейтенантши, которая вытащила изрядно уменьшившееся тело ратлинга из-под обстрела. Сначала он хотел покончить с собой, понимая, что стал инвалидом на всю жизнь и протезы ему явно не светят, однако случилось еще одно чудо — его подобрал инквизитор и приставил к работе. Боннер тогда еще был молодым и не таким жадным, как сейчас и Уотто верно служил ему. Абелина напомнила о себе связавшись с ним по инквизиторскому каналу — память псайкера позволяла фиксировать даже мельчайшие детали, в том числе и этот случай с ратлингом и попросила об услуге. Лицо лейтенанта так врезалось в память Уотто, что он ее сразу узнал. Зрелая женщина с недавно полученным химическим ожогом на лице, когда она вошла в его лавку (до этого они обменивались информацией только по связи), то из глаз Уотто сами собой брызнули слезы. Нервы ратлинга не выдержали и он просто стоял и плакал. Абелина подошла к нему, ласково погладила по голове, а малыш в это время картаво говорил, он словно хотел свалить с себя этот груз, который тяготил его душу. Абелина тщательно проинструктировала его на будущий день, когда сюда заявятся огрин и компания, а сама отправила сигнал взломщикам из канализации. Времени на подготовку оставалось все меньше. Заодно сообщила и про закладку бомбы капитану Ландеру, что было своего рода проверкой информации ратлинга — тот был знаком с агентом, который и произвел закладку. Механикусы вскрыли обшивку и обнаружили устройство, правда удалить его не получилось — бомбу поставили на неизвлекаемость, но вот заглушить сигнал — вполне. Сейчас техножрецы ломали головы как же вытащить смертоносную штуку оттуда.

Хват бросил на пол человеческий лазган и поймал брошеную Молчуном свою пушку. В левой руке зажат топор, в правой — тяжелое оружие, размер ствола которого подвергал в трепет и заставлял анусы элиты непроизвольно сжиматься в ожидании выстрела. Канонисса контролировала левую часть зала, Хват с балкона правую при поддержке двух огринов, остальные члены штурмовой группы рассредоточились по второму залу, встречая сдавшуюся в плен охрану. Внизу между лежащими дамами и кавалерами бродили оба комиссара и сестра с полковниками. Бежать стражам все равно было некуда — высокая скала рядом с городом. Именно по этой тверди часть огринов взобрались наверх. Десяток летел на "Валькирии" и просто спрыгнул вниз на крышу дворца, привязав веревки и спустившись до окон зала, через которые они и вошли. Бронеставни опустить забыли или их просто не было, но на этот случай штурмовики притащили мельта-ганы, которые вышибли бы любые створки. Ну и силовое оружие конечно.

Площадку огрины держали под контролем, главный вход уже открыли и в зал вошел Док в сопровождении гвардейцев. Первая рота Тихонького под командованием сержанта Драга собралась во дворце в полном составе. Командир еще только отходил от операции по приживлению аугментики и еще валялся на кровати, так что полковник эксплуатировал его подразделение вовсю. Как только главные офицеры покинули казармы, те были переведены в осадное положение и старшим остался майор Блад, который в обороне понимал больше всех — гаубицы неповоротливые и артиллеристы всегда возводили дополнительные укрепления, чтобы их не уничтожили. Док прошел через зал, в окна вслед за огринами полезли сестры битвы, которые использовали реактивные ранцы — канонисса призвала свой личный отряд, который сидел недалеко от дворца и ждал сигнала. В общем, высшее общество было впечатлено такой оперативностью действий и бздело вовсю — вонь медленно распространялась по залу и лишь вентиляторы спасали от нее. Прикажи сейчас Абелина провести допросы — выложили бы все грязное белье как миленькие. Но этим займутся арбитры, которых инквизитор уже вызвала. Их начальник на удивление оказался не замешанным в делах дома, крепость находилась недалеко от столицы и всегда была готова перейти на осадное положение. Арбитр был таким же упертым как Хват или канонисса или сама Абелина, чтя свой собственный моральный кодекс и законы Империума. Если бы еще и арбитры оказались под колпаком Донгеров, то инквизитор однозначно разочаровалась бы в правящей верхушке этого системного сектора. Элиту целиком пришлось бы менять, вызвать отряд инквизиторов вместе с Лордом, чтобы те вынесли свой вердикт. Пока же можно передать власть и охрану порядка арбитрам, пока те ждут флот имперской гвардии, что сейчас громит орков. Потому что глава не врал в одном — конкуренты, если прознают про это, то тут же двинут свои войска на захват территорий, а вот это сейчас никому не нужно. Пускай Торговые Дома и якшаются с ксеносами, но они приносят пользу Империуму, да и междоусобная война подорвет экономики столичных систем.

Абелина поманила Дока за собой и тот прошел в небольшую комнатку, где Токс хорошенько привязал к стульям обоих заговорщиков.

— Осмотри их на предмет скрытых ампул с ядом.

— У инквизитора они точно есть. — Механикус склонился над бесчувственным телом, открыв тому рот. Док тут же обнаружил искусственный зуб и извлек закладку. Токс фыркнул.

— Пробуди этого урода. — Приказала Абелина и убийца вколол противоядие в шею господина Донгера.

Глава Дома приходил в себя медленно или же делал вид, что ему плохо, но когда открыл глаза и увидел инквизитора во плоти, скитария, направленный ему в голову ствол мельта-гана, который удерживала Сабля, то попытался снова притвориться потерявшим сознание, однако тычок тут же возвестил ему, что делать этого не стоит. Он захлопал глазами, разглядывая свиту.

— А теперь поговорим на моих условиях. — Спокойно произнесла Абелина.

— Я все скажу. — Облизав губы, тут же скороговоркой сказал Сантьяго. Если его еще не убили, то будут судить и можно поторговаться. — Это все придумал Боннер, ваш инквизитор! Он сам пришел ко мне с этим предложением, сказал, что все организует самостоятельно, от меня требовалось только финансирование, что я и обеспечивал! Я не знаю подробностей, но все транзакции и переводы тщательным образом зафиксированы и лежат у меня в сейфе. Если вы отведете меня, то я покажу их вам, там кодовый замок, а ключ к нему...

— Шифр — два восемь восемь пять. — Сказала Абелина — прочитать сильную мысль собеседника она могла самостоятельно даже с такими слабыми способностями. — Что ж, уже хорошо. Теперь выслушайте меня внимательно, граф Донгер. Вам инкриминируется сознательное нарушение безопасности Империума, посредством финансирования деятельности предателя-инквизитора. Наказание за подобное преступление — смертная казнь. — Абелина сделала паузу. — Но ее можно заменить штрафным батальоном имперской гвардии, там, хотя бы, вы проживете какое-то время и принесете пользу своему государству.

— А можно как-нибудь смягчить наказание? — с надеждой спросил граф, намекая на взятку.

— Я — не Боннер. — Ответила Абелина. — Я — представитель закона Империума и должна следить за его соблюдением как моим коллегами, так и всеми остальными.

— Честная, значит. — Прошипел Донгер. — А что если я скажу, что ты крутишь шашни с полковником гвардии?

— Личная жизнь инквизитору не запрещена. — Парировала Абелина. — И потом, кому ты что расскажешь, если мы сейчас тебя усыпим и засунем в морозильник, а очнешься ты где-нибудь на Тарате или Гатонаксе пять или еще в какой-нибудь дыре, где штрафников бросают на пулеметы орков или хаоситов. Так что молчи лучше в тряпочку — целее будешь.

— Я все равно тебе отомщу!! — граф смотрел со злобой. — Мой род очень известен в Империуме и важен для него, чтобы какой-то инквизитор мог решать его судьбу!

— Инквизиторы наделены подобного рода полномочиями — решать судьбы. — Абелина говорила голосом без эмоций. — Инсигнию давали мне не вы и не другие высшие роды Терры, а лично Лорд-Инквизитор, тот, кто выше связей и выше власти. Тот, кто должен следить за соблюдением закона всеми гражданами Империума, в том числе и мной. И я действую в рамках закона, проводя боевую операцию в этом замке. Хорошо, что здесь собралась вся знать столицы — допросы не займут много времени, тем более при поддержке гвардейцев и арбитрес. — Абелина кивнула Токсу и тот снова вонзил иглу в шею графу, который что-то хотел сказать. — Теперь этого.

— Он все будет валить на графа. — Произнес Винт.

— Пускай, заслушаем его версию.

Однако послушать не получилось, как только Боннер очнулся, то попытался раскусить удаленную ампулу, а когда понял, что не удастся покончить с собой, то скороговоркой произнес кодовую фразу. Токс попытался его снова усыпить, но инквизитор уже был мертв. Абелина с сожалением смотрела на его труп.

— Хм, я не знала, что себя можно запрограммировать на это.

— Это сделал сильный псайкер. — Произнес Док, раздумывая над случившимся. — Вряд ли человек.

— Думаешь, эльдар?

— Вполне возможно. — Кивнул механикус. — Темный или светлый, теперь нам без разницы.

— Еще одна ниточка, ведущая на сторону. — Абелина вздохнула. — Этот клубок становится все запутаннее.

— Ничего, разберемся. — Ответила ей Сабля и прислушалась к сообщению. — Жетон говорит прибыли арбитры.

— Хорошо, я сейчас их встречу и все объясню, а вы пока добудьте из сейфа все документы графа, возможно, там будет еще что-нибудь интересное и снимите копии — они нам пригодятся.

Возле подъемника отряд арбитров встречали огрины. Абелина отдала приказ, чтобы громилы опустили оружие и Хват повторил ее слова. Штурмовики расползлись в стороны, продолжая наблюдать за полицейскими, которые держались насторожено — вызов пришел от инквизитора. Командир уже высматривал Абелину и та подошла к нему.

— Простите за беспорядок, но такое бывает, когда преступники начинают сопротивляться.

— Я капитан Стокер. — Представился арбитр. — Уполномочен Адептус Арбитрес следить за соблюдением здесь закона. Я могу расценивать ваши действия как измена Империуму и разжиганию мятежа. — Его люди направили стволы оружия на огринов.

— Не говорите ерунды, капитан. — Жестко сказала Абелина. — Это я могу легко обвинить вас в том, что вы слишком долго просидели в своей крепости и позволили измене возникнуть в самом центре власти этого Дома. Пройдемте внутрь, я покажу вам документы главы Донгеров, а также предоставлю все пиктозаписи его слов.

— Что ж, давайте посмотрим. — Командир арбитров явно не боялся присутствия инквизитора. Видимо, он повидал на своем веку и не такое.

Жетон уже вышел в главную залу, держа в руках диски с записями, а также ворох бумаг. Все это он протянул капитану и тот углубился в чтение. Его не смущали сотни пар глаз, что смотрели на него с надеждой. Вот сейчас командир арбитров арестует мерзкую девку, что приказала уложить элиту носом в пол и тогда справедливость восторжествует. Однако этого не произошло, капитан нахмурился и обвел взглядом лежащих аристократов.

— Чувствую, предстоит очень много работы. — Покачал он головой. — Ну и заварили вы кашу.

— Не я, а они. — Ткнула пальцем в элиту Абелина. — Предлагаю начать допросы немедленно.

— Я должен вызвать дознавателей прямо сюда и сделать все по закону. — Сообщил капитан. — Охрану дворца уже разоружили?

— Мои люди занимаются этим.

— Если кого-нибудь из стражей убьют, то я буду вынужден завести уголовное дело. — Напомнил инквизитору закон арбитр.

— Если при этом они станут оказывать сопротивление, то подобное неизбежно. — Ответила ему Абелина. — Охрана предупреждена, но среди них всегда найдутся наивные идиоты, которые не понимают очевидного.

— Но все они граждане Империума.

— Разве вы будете продолжать кормить паразитов, которые причиняют вам боль? — спросила инквизитор и капитан задумался над такой аналогией.

— Может быть вы и правы. — Нехотя согласился он. — Где мы можем расположиться?

— Помещений во дворце полно, занимайте любые. — Абелина широким взмахом руки провела по залу.

— Еще одна просьба, пусть гвардейцы присмотрят за порядком здесь — я свяжусь с Администратумом и назначу исполняющего обязанности губернатора.

— Погодите, возможно, ему оставили инструкции на тот случай, если все пойдет не так, как рассчитывали заговорщики. — Предупредила капитана инквизитор. — Лучше пусть работают в стандартном режиме — проведем допросы, потом уже выясним есть ли там предатели.

— Ваше предложение не лишено смысла. Хорошо, так и сделаем. — Кивнул арбитр. — Но я могу рассчитывать на помощь гвардии?

— Конечно, ведь это их прямая обязанность — соблюдать порядок в мирах Империума и бороться с его врагами. — Заверила Абелина.

Хват в это время изучал свой костюм, которые порвался в некоторых местах. Пускай Уотто и был хорошим мастером, но на такие кульбиты одежда явно не была рассчитана. Сейчас роль огрина свелась к обычному наблюдению за лежащими аристократами, которые уже поняли, что уйти пораньше домой им не дадут и смирись со своим положением. Никто из них не стал бы бунтовать или вопить о мятеже — все покорно ждали своей участи и как таковой контроль за ними не требовался. Впрочем, Хват не собирался уходить с вечеринки — распоряжалась все равно инквизитор и такого приказа пока не поступило. Огрин повесил лазган на плечо и вышел из зала на балкон, который навис над пропастью. Под его ногами раскинулся ночной город, тускло освещенный фонарями — электричество продолжали экономить. Канатная дорога темным пятном фуникулеров едва виднелась в темноте и по ней ползли кабинки. Рядом с ним материализовалась канонисса, которая поставила левую ногу на перило, обнажив бедро и сунула лазпистолет в открывшуюся нишу на голени.

— Славное место для хранения оружия. — Похвалил ее Хват, опершись на перила балкона и наблюдая за городом.

— Я потеряла ноги, когда была еще обычной сестрой битвы. — Сказала Симона, хотя огрин ее и не спрашивал. — В одном из первых боев с хаоситами. — Она хмыкнула. — Я тогда еще была неопытной, буквально год из Схолы, дерзкой и наглой и поплатилась за это. Недооценила противника. И вот сейчас вынуждена ковылять на протезах. — Она посмотрела на Хвата. — Я до сих пор сожалею, что пришлось отрубить тебе руку.

— Ты спасла мне жизнь и это главное. Забудь.

— Такое не забудешь. Б-р-р-р!! Меня до сих пор кидает в холодный пот, когда вспомню того демона.

— Страх поселился в твоей душе?

— Нет, что ты, — отмахнулась канонисса, — просто это слишком мерзкое воспоминание.

— Они часть нашей жизни. — Произнес огрин, посмотрев на Симону.

— Кстати, ты так и не выполнил свое обещание. — Напомнила та.

— Это какое же?

— Ты обещал мне танец, помнишь?

— Разве здесь сейчас место и время?

— Для этого подойдет любое место и любое время. — Симона смотрела прямо в глаза громилы.

Она подошла к нему и положила руки на плечи. Костюм огрина был порван местами и в крови, но это не смущало канониссу, она сама выглядела не лучше.

— Нет музыки. — Попытался соскочить с крючка Хват и в ответ женщина мило улыбнулась своим оскалом.

— Пусть она звучит у тебя в голове. — Тихо прошептала она огрину на ухо, попытавшись дотянуться — высота каблуков позволяла.

Они стояли, обнявшись, тихо покачиваясь и переминаясь с ноги на ногу и никто не мог их увидеть, даже звезды, которые скрылись за темно-серыми тучами кислотных облаков.

Порядок наводили еще недели две как минимум — полк Конота взял на себя функции арбитрес, патрулируя улицы. Капитан собирал всю информацию, полученную от дознавателей и приходил в ужас от того, что творил глава на пару с инквизитором. Конечно, половина аристократии не знала о их делах, а та, которая знала, тут же выкладывала все подробности, только чтобы их не коснулась карающая длань Империума. Так вскрылись финансовые схемы и махинации с перечислениями обязательной десятины, когда часть денежных средств утаивались и переводилась на личные счета аристократов или главы Дома. Со смертью инквизитора вскрыть его агентурную сеть не составило труда и неоценимую помощь при этом оказал Уотто. Часть информаторов тут же слила все что знала, но некоторых постигла та же участь, что и самого Боннера — их нашли мертвыми и капсул с ядом при них не оказалось. Абелина долго раздумывала над этим обстоятельством, соглашаясь с Доком, что действовать могущественный псайкер. Получается, что сам Дом Донгер был задействован в чьей-то чужой комбинации и сам играл отведенную ему роль. Все оказались пешками и сейчас перед инквизитором стояла задача отыскать этого невидимого кукловода, который мог оказаться даже демоном Хаоса или его последователями. Хотя, в последнем Абелина сомневалась — для пораженных безумием хаоситов это было слишком сложно. Вот для эльдар такая тонка игра была не в новинку, древние интриганы вполне способны на такое. Но вот к кому тянется этот след? Одни вопросы и никаких ответов, ведь все подозреваемые тут же покончили с собой.

Полковник принимал пополнение, собрав военную комиссию из офицеров, пригласив Хвата и комиссаров. Рекруты, зайдя в кабинет, первым делом видели зверскую рожу страшного нелюдя, а уже потом своих будущих командиров. Конот играл роль доброго дяди, тогда как комиссар Марш примерил на себя личину ярого сторонника казней и соблюдения законов. Остальные сидели для галочки и просто повеселиться, но у Хвата была важная роль, к тому же он привел нюхача Молчуна и оба огрина иногда переговаривались на своей тарабарщине, чтобы новички не поняли — они проводили главный отбор среди кандидатов.

— Этот не годится — трус. — Вещал Молчун и Хват тут же выносил свой вердикт. Конот прислушивался к их мнению, тем более, что операция по штурму дворца, которую провернули громилы, впечатлила его.

— Я не понимаю, как ты додумался до этого? — спрашивал огрина полковник.

— Это все равно, что штурмовать дворец Амина или выдергивать Муссолини из тюрьмы. — Ответил тот. — Нужно сначала поработать головой, а уже потом руками, да и с этим оружием, — Хват потряс мельтой, — многое становится проще.

Кто такие Амин и Муссолини Конот спрашивать не стал, наверное, какие-то бандиты-огрины, раз громила знает, о ком говорит. И благословлял тот день, когда к нему пришел приказ о зачислении в его подразделение такой роты. Признавать не хотелось, но поначалу он скептически относился к огринам, только в бою разглядев их возможности.

Пополнение набрали быстро и приступили к его тренировкам. Капитан Симонс, полковник Попов и майор Смоляк получали новую технику, пересаживали на нее свои опытные экипажи, чтобы поскорее привыкали. Техножрецы начали переоборудование тех машин, который должны были быть оснащены лазерными пушками и работа кипела. Все удовольствие оплачивали с тайных счетов аристократии и лично главы Дома, над которым должен был состоятся суд. Деньги вывели из серой тени и сейчас использовали по назначению. Хват попросил инквизитора о изготовлении для его подразделения аналога штурмовой брони десантников и та дала свое согласие. К работе был привлечен Децим и Док, часть младших техножрецов, которые занимались рутинными работами. Учитывая пожелания громилы, они изготовили сто пятьдесят восемь индивидуальных комплектов для каждого огрина. Он включал в себя тактический шлем с дыхательной маской, доспехи с несколькими слоями брони, начиная от легкого керамита и заканчивая верхним слоем, что применяли на транспортерах. Бывшую броню никто не выбрасывал — огрины не имели такой привычки и сохраняли на будущее. Комплекты имели возможность закрепления на них гравикрыльев, мощность которых пришлось пересчитать, ибо нести такую тушу в небе было тяжело даже для стандартных изделий космодесанта. Док был знаком с их технологиями и, не стесняясь, применял здесь. Все комплекты сделали герметичными, чтобы огрины могли действовать в космосе как абордажная группа — Хват на одном из собраний высказал такую мысль и Конот ее одобрил. А то неприятно сидеть на корабле как селедкам в бочке, особенно когда он находится под обстрелом противника. Так что огринов экипировали по полной, превратив в настоящие ходячие танки. Они быстро привыкли к броне и весело носились по полигону, отрабатывая штурмовые ситуации и атакуя противника. Хват разбил роту на две группы и тренировался вместе с ними, играя то в обороне, то в нападении. При этом его тактический гений иногда затмевали Шорох и неожиданно Заноза, которая провела блестящий отвлекающий маневр, разделив свой отряд на несколько групп, ударив сразу со всех сторон, отвлекая противника на себя, тогда как ее диверсанты пробрались внутрь и уничтожили командиров. При этом ее условные потери превысили минимальное значение, однако Хват был доволен — он сумел воспитать себе достойную смену.

Веселушка больше не затевала подобных разговоров и вождь был ей благодарен. С канониссой они пересекались редко — та принимал пополнение сестер из Схолы и тоже занималась тренировками молодежи, не вылезая с полигона. Несколько рот гвардейцев ходили патрулями по столице и при этом жители не боялись их — Абелина выступила на центральных новостных каналах и сообщила, что в высших эшелонах власти были обнаружены предатели и сейчас столица переходит под временное управление Совета Дома, после чего состоятся выборы нового главы. Будет в этом участвовать народ или нет, никто не знал, главное, чтобы зарплату не снизили и налоги не повысили, остальное можно было и потерпеть.

Так что полки провели время с пользой, дожидаясь имперского флота, который должен был прийти и проконтролировать ситуацию. Адмирал Костюшко и генерал Грисс уже закончили операцию против орков, перебив всех зеленошкурых. Если там и остались их споры, то голову они поднимут еще не скоро. Оба командира были в курсе ситуации, произошедшей на Симилле и получили от Муниторума соответствующий приказ — обеспечить безопасность систем, принадлежащих Дому Донгер и не допустить распространения мятежа. Также командиры давно уже были уведомлены о том, что "Зерно Истины" отправится в сопровождение сестер битвы и их флот лишался одного корабля и трех боеспособных подразделений.

Абелина закончила отчет для Лорда-Инквизитора и с хрустом в костях потянулась. Предстоял очередной сеанс зашифрованной связи. Она активировала передатчик и ее командир словно ожидал вызова, тут же ответив.

— Доклад.

— Операция на Симилле успешно завершена, но вскрылись новые косвенные улики — вероятность враждебного вмешательства составляет шестьдесят восемь процентов.

— Показатель высок, тебе удалось локализовать источник?

— Нет, мой Лорд, все ниточки, ведущие к нему оказались оборваны, однако я предполагаю, что действовали сильные псайкеры эльдар. Торговый Дом Таргетс ведет дела с миром-кораблем Янден, возможно это они.

— Маловероятно. — Отозвался Лорд. — Я бы сделала ставку на мир-корабль Биэль-Тан, пускай их место дислокации находится далеко от систем, но влияния своего они не растеряли. К тому же в соседнем секторе замечена активность темных эльдар — они тоже могут приложить к этому руку. Перешли мне всю собранную тобой информацию — ей займутся аналитики.

— Примите пакет с данными. — Абелина нажала кнопку и сжатый текстовый архив улетел по системам связи. — Ожидаю дальнейшего задания, мой повелитель.

— Веди расследование, займись изучением ресурса, следуй вместе с сестрами битвы, помогай им в случае атак на них. — Подумав, отозвался Лорд-Инквизитор. — Первым делом проверьте планету огринов — связь с направленной для их изучения экспедицией прервалась, необходимо выяснить подробности случайно они пропали или это зачистка. Держи меня в курсе событий, позже я пришлю инструкции.

— Как прикажете, мой повелитель. — Абелина склонила голову, но Лорд не мог ее видеть и отключил связь прежде, чем инквизитор сделала то же самое.

Глава 8.

Абелина закончила формировать очередной отчет, предназначенный для Лорда-Инквизитора и задумалась над тем, а все ли правильно она делает. Несомненно разобраться в природе огринов было бы интересно, тем более раз уж никто этого до нее не сделал, то это долг инквизитора, однако чисто по-человечески их было жаль. Самобытную, пускай и примитивную культуру может легко раздавить тот же сапог Инквизиции, признав культ поклонения Небесному Кузнецу варварским и достойным немедленного искоренения. Но с другой стороны не использовать такой драгоценный ресурс как эти сильные ловкие бойцы было бы откровенно глупо. Не то чтобы она не доверяла своему непосредственному руководителю, но все же в последнее время его действия ставили перед ней еще больше вопросов и главным из них был "зачем?", а потом уже "для какой цели?".

Лорд-Инквизитор собирал свою личную армию. Для чего и какие перед ней он поставит задачи — неизвестно, но то, что его подчиненные в результате своих расследований или участия в многоходовых комбинациях самого Лорда, приводили под его знамена целые планеты и народы, не являлось для Абелины чем-то неизвестным. Взять тот же Дом Донгер, с которым подписан кабальный договор о взаимопомощи, причем последние должны выполнить его буква к букве — предоставить по одному слову Лорда флот численностью как минимум в двадцать единиц и укомплектованный по высшему разряду. А это обученные и экипированные солдаты, перевозимые в казармах кораблей, танковые подразделения и артиллерийские части, полки истребителей и перехватчиков, ракетные комплексы и шагоходы, к тому же каждый корабль должен нести в своем чреве ядерный заряд. Это чтобы зачистить на месте все грязные делишки Лорда. И это сильно настораживало инквизитора.

Получив в свое распоряжение такой возобновляемый ресурс как огрины, Лорд вполне мог соперничать и с независимыми орденами космодесанта, которые стояли наособицу в организациях Империума. Пускай огрины немного и не дотягивали до этого звания, им просто не хватало опыта и не было определенных способностей, хотя кое-чем они все же владели, но у них было одно большое преимущество — они могли самостоятельно воспроизводиться. И вот этот вопрос Лорд хотел прояснить как можно быстрее, получив по громилам все медицинские данные и проанализировав их. Ему нужны были ответы и Абелина обязана была ему их дать. Но существовала одна загвоздка — слишком упертый вождь. Хват.

Едва сестры госпитальер наведались в казарму к огринам, чтобы пригласить девушек на еще одно полное медицинское обследование, то Хват вышел вперед и чуть ли не пинками послал их как можно дальше. Видимо кто-то из его подчиненных женского пола рассказал, что именно с ними делают сестры и куда заглядывают и это явно не понравилось вождю. Нет, с точки зрения логики дикаря его можно понять — тетки лезут туда, откуда появляются дети, отщипывают кусочки плоти и проводят непонятные манипуляции своими инструментами, их действия вполне могут сказаться на деторождаемости. И именно этого боится вождь — после окончания службы в гвардии его воины женского пола должны стать матерями. Наивный, он не знает, что попал в гвардию на всю оставшуюся жизнь и уже не вернется назад. Хотя нет, корабль сестер направится к их родной планете и у его воительниц еще будет шанс завести семью, если приказом оставить их там, а вместо них набрать других воинов мужского пола.

Абелина пыталась настаивать, проявляя несвойственный инквизитору интерес и это еще больше насторожило вождя. Хват не был тупоголовым, как принято считать огринов, его цепкий разум подмечал детали, запоминал мелочи и тоже анализировал происходящее, делая одному ему понятные выводы. И настойчивые просьбы Абелины и сестры Магнолии насторожили здоровяка, при этом инквизитор постаралась, чтобы его подружка-канонисса не узнала о них, потому что та точно встанет на сторону огрина — Абелина хорошо разбиралась в такого рода отношениях. Да и ее свита тоже не дремала, скрыто наблюдая за объектами. Называть это любовью язык бы не повернулся, однако крепкая боевая дружба между мужчиной и женщиной невозможна, инквизитор это знала по себе, но здесь наблюдала нечто похожее. Обоих связывал по рукам и ногам устав ордена и законы рода, которые ни тот ни другой не имели права нарушать. Они — вожди, представители своих, если можно так выразиться, кланов, на них равняются остальные, они являются для них примером и если вождь позволяет себе вольно трактовать закон, который должен соблюдать, то какой же это вождь?

И вот сейчас она не знала что делать — информации для очередного отчета накоплено и собрано очень мало, Лорд будет в ярости, ведь он требует все больше данных, но сейчас Абелина не может отдать приказ покинуть планету пока не пребудет ее "сменщик". Сюда направлен молодой инквизитор, только что из Схолы, которому нужно сдать дела, объяснить ситуацию и уже после этого лететь вместе с сестрами на поиски Чаши. Это они так думают, на самом деле нужно разобраться с огринами и пропавшей на их планете экспедицией. Что если их просто убили за то, что сунули свой нос слишком глубоко? Судя по Хвату и его товарищам громилы вполне способны на это — они свято хранят свои тайны и даже комиссар Кармайкл не допускается до них. Кстати о ней, девочка попала под серьезное влияние огринов, выучила их язык, вникает в культуру, постоянно проводит время с громилами и начинает вести себя также. Что это, влияние общества или целенаправленное воздействие на психику? Но у огринов не может быть псайкеров по определению, Абелина бы это почувствовала или знала, Инквизиция хранит много тайн, однако громилы могли определенным образом воздействовать на разум людей, например, отводить взгляд, кажется так это называется. И еще одно наблюдение — их способности слишком сильно похожи на тиранидские и это напрягает. К тому же существует еще одна проблема — полковник Конот.

Стоило признаться самой себе, что Абелина полюбила этого опытного вояку. Она не играла с ним, используя в своих целях, а действительно прониклась чувствами к этому офицеру. Пока ей удавалось скрывать это от Лорда, но при очной встрече тот сразу все поймет и кадианка снова окажется в подвалах Инквизиции, на этот раз навсегда. Ведь личные привязанности вредят делу, исполнитель начинает чаще отвлекаться и думать об объекте своего интереса. Вождь Хват в этом деле поступил мудро — запретил все серьезные отношения внутри коллектива и пригрозил всем своим огромным кулаком. Хотя даже у него шушукаются по углам, но с людьми всегда сложно и следить за всеми невозможно, огрины хотя бы поддерживают дисциплину в своем подразделении. А она все-таки находится на посту инквизитора и имеет достаточно сильную власть управлять остальными. Многие воспринимают ее отношения с полковником как очередную игру инквизитора и она прикладывает к этому все усилия, но правда все равно выползет наружу рано или поздно. И что тогда делать? Полк вполне могут объявить мятежным со всеми вытекающими отсюда последствиями. Абелина вздохнула. Ну и заварила ты кашу, дорогуша, подумала она, вовек не расхлебать. Как просто было в кадианском полку, видишь врага — убей, а здесь... скандалы, интриги, расследования. И все грязное белье Империума приходится переворачивать вверх дном, чтобы докопаться до истины. А ворошить его нет никакого желания. И как теперь поступить с огринами? Вдруг на орбите их планеты повиснут несколько грузовых кораблей и все население переловят для того, чтобы перевезти на другую планету в более комфортные условия? Оденут в форму, выдадут лазган и кинут ради интересов Лорда на штурм тех же мирных городов-ульев, как это было во времена ереси Хоруса? Когда наивных здоровяков обманули предатели, перевернув все вверх дном и подменив правду ложью. Когда знаешь, за что биться, оно как-то легче становится, но когда не уверен ради чего и не понимаешь целей, то умирать совершенно не хочется.

Едва слышно открылась дверь и вошел полковник. Конот посмотрел на сидящую Абелину, подошел к ней и чмокнул прямо в химический ожог на лице — та не стала отстранятся и, повернувшись, посмотрела на офицера.

— Что, всех сдала? — с усмешкой спросил полковник, плюхаясь на соседний стул.

Инквизитор улыбнулась его шутке и покачала головой.

— Ты даже не представляешь, в каком я сейчас положении нахожусь. — Она посмотрела на текст отчета и ударила по кнопке клавиатуры когитатора, отправляя сообщение в архив — пока еще не время. — Мое проклятое любопытство и настойчивость может погубить не только огринов.

Полковник напрягся.

— Все так плохо? — тихо спросил он.

— Я уже говорила тебе о Лорде — он ведет какую-то свою игру и она мне не нравится. Слишком похожа на время ереси.

— Ты не сможешь бросить ему вызов — тебя растопчут. — С сомнением в голосе сказал полковник. — И даже я не смогу помочь.

— Но и обманывать его долго не получится — он обо всем догадается. — Подхватила Абелина мысль полковника. — Что мне делать?

— Отошли информацию из старых отчетов, скажи, что корабли еще не выдвинулись к месту назначения — обстановка на планете не позволяет ее покинуть, данные обновить не удалось. Он на время отстанет и займется другими своими агентами. — Предложил полковник. — И потом, ты уверена в своей свите?

— Также как в себе — я набирала их лично и они преданы мне. — Тряхнула головой инквизитор.

— Мои офицеры не знают о природе огринов ничего, а вот сестры канониссы... как думаешь, она может сболтнуть лишнее?

— Ей Хват не позволит. — Абелина усмехнулась и полковник повторил ее гримасу. — Ты видел как она на него смотрит, чуть не рот заглядывает.

— Если ее руководство узнает об этом, то Симону снимут с поста и она это прекрасно знает, так что будет молчать, я уверен. — Задумчиво произнес полковник. — Мы не должны допустить утечки информации. — Он посмотрел на Абелину. — Ты действительно уверена в выводах Дока?

— Да. — Ответила та. — Искать нужно на родине огринов и он будет большим. Возможно, там кое-что сохранилось и я не хочу, чтобы ЭТО попало в плохие руки — Империум это не только Бог-Император, это еще и куча организаций, в которых полно предателей.

— Я понял, кого в первую очередь ты имеешь в виду. — Кивнул полковник. — Власть и Хаос, они как две подружки, всегда идут рука об руку.

— Именно. — Вздохнула инквизитор и посмотрела на полковника. — Ты ведь не просто поболтать пришел?

— Прибыл корабль с твоим сменщиком. — Конот встал. — Мы отправляемся через два дня — приказ канониссы. И еще — ты летишь на "Зерне", почему-то святоша решила отправить тебя на наш корабль. Ты в курсе, что она терпеть тебя не может?

— Это чувство взаимно. — Усмехнулась Абелина, вставая. — Что ж, пойду, поприветствую молодое дарование. Главное, чтобы ЧСВ у него не зашкаливало до небес, а то наворотит таких дел, которые потом придется очень долго разгребать.

Полковник кивнул, выходя следом за возлюбленной.

Молодой инквизитор оказался именно таким, каким его ожидала увидеть Абелина — парень всех подозревал в ереси и рвался немедленно произвести аресты и учинить допросы. Однако выданный ему в сопровождение опытный агент Инквизиции и наставник слегка охлаждал его пыл, да и сама Абелина приложила к этому руку, властным холодным голосом одернув мальчишку. Присутствовавший при этом Хват, которого она попросила слегка шугануть молодого, оскалился и громко спросил, может ли он съесть этого недомерка с разрешения госпожи, а то на вид он мясистый и вкусный. На что молодой слегка побледнел, а Абелина, сохраняя невозмутимость на лице, немного одернула зарвавшегося артиста, который весьма заигрался и мог схлопотать пулю. Впрочем, с реакцией Хвата и его мускулами вряд ли бы сравнялась свита молодого инквизитора, в которую входил тот самый опытный агент, боец-штурмовик, медик-техножрец и бывшая сестра битвы, которой повезло не попасть в репентии за свой тяжкий проступок — Лорд всегда умел находить людей, ступивших на грань и делать им предложение, от которого невозможно отказаться. Канониссы на встрече не было, а то конфликта точно не удалось бы избежать, а так все прошло буднично и быстро — передали дела, растолковали обстановку, пожелали удачи и откланялись. Больше на Симилле Абелину не держало ничего.

Корабли были заправлены под завязку и готовы к походу, теперь за главную оказалась Симона, которая, проверив все не по одному разу, отдала приказ выдвигаться. Точкой назначения обозначили родину огринов как наиболее потенциальное место сокрытия Чаши и здесь пригодятся опытные проводники, которые сейчас отдыхали в казармах. Абелина поселилась недалеко от каюты полковника и ходила к нему в гости, правда недолго.

Корабли шли в варпе буквально несколько часов, как астропаты приняли призыв о помощи грузового судна, на которое напали пираты. Канонисса в это время находилась в рубке и сама видела, как задрожала астропат и скороговоркой выпалила:

— Внимание, всем, всем!! На грузовой конвой совершенно нападение, корабли охранения не справятся с пиратами, просим помощи!! Все кто может, отзовитесь!! Просим помощи!!

— Где они? — спросила капитан Кадье.

— Выход из варпа через восемь минут. — Тут же отозвалась навигатор. — Потом совершим прыжок на гипердвигателях до системы, где напали на судно.

— Ваше решение, канонисса? — спросила капитан — она доверяла своему экипажу целиком и полностью. Все профессионалы и не будут болтать по пустякам.

Симона колебалась. С одной стороны она не имела права подвергать свою миссию опасности и это может быть ловушкой, с другой — мерзкие бандиты разграбят судно, принадлежащее Империуму, а потом снова начнут нападать на караваны. Ее долг призвать очищающий огонь на их головы и уничтожить очередных предателей или ксеносов, посягнувших на собственность государства.

— Сколько потребуется времени на гиперпереход? — спросила она.

— От семнадцати до двадцати трех минут. — Навигатор уже все просчитала — она чувствовала точку, откуда пришел призыв и самым ближайшим местом выхода из варпа была соседняя система. Добраться до транспорта можно было и через варп, но на это потребовалось бы гораздо больше времени, к тому же пространство хаоса любило чудить и можно было прибыть позже назначенного срока, навигатор точно ощущала это, и обнаружить на месте разграбленный грузовик и никакого следа пиратов, а так еще был шанс поймать их на месте преступления.

— Выходим. — Решила канонисса и повернулась к другому астропату. — Сообщите на "Зерно" — пусть готовят абордажную команду.

— Я проложу гипертрассу. — Сказала Кадье. — У нас все же легкий крейсер, а не эсминец — капитан Ландер легко сможет поддержать нас огнем и маневром рассечь пиратов. Атаковать одним кораблем пускай даже слабенький конвой, состоящий только из корветов поддержки они не решатся — все рейдеры трусы. — Презрительно выплюнула последние слова капитан. Она терпеть не могла подобные отбросы галактики.

— Держите связь с астропатами грузовика. — Отдала приказ Симона. — Я хочу знать всю информацию, кто именно напал — ксеносы или ренегаты.

— Получены данные — это корабли эльдар. — Тихо пробубнила телепат. — Они уже вскрыли обшивку и рвутся к грузу. По пути хватают экипаж и конвоируют на судно, но люди их не слишком интересуют.

— Значит это темные. — Задумчиво произнесла канонисса. — Эльдары не берут пленных — этим занимаются их собратья, хотя они все одной краской мазаны. Что ж, им же и хуже.

— Это могут быть и Светлые, которым нужны рабы. — Заметила Кадье.

— А в чем разница?

— Да, собственно, ни в чем. — Пожала капитан плечами. — И те, и другие проклятые ксеносы и достойны только смерти.

— Выход из варпа через пять минут, на "Зерне" объявлена боевая тревога. — Произнесла второй астропат. — Они тоже получили сообщение с грузовика и начали формирование команд из гвардии и экипажа корабля. — Она посмотрела на канониссу. — Инквизитор назначила главной штурмовой командой группу огринов.

— Вечно эта полковничья подстилка лезет не в свое дело! — возмутилась Симона. — Здесь и сейчас решения принимаю я!

— Но вы должны согласовывать их с ней. — Напомнила канониссе капитан. — Все же она — инквизитор и по вертикали власти находится выше вас.

— Не напоминай и так знаю. — Буркнула Симона. — Хорошо, информируй меня обо всех изменениях по вокс-связи — пойду разомнусь.

— В коридорах кораблей эльдар низкие потолки. — Заметила Кадье.

— Не во всех — ушастики тоже любят строить с размахом. — Симона потрогала рукоять болтера в кобуре, подумывая, что нужно взять второй и побольше боеприпасов. — Как только выйдем из гипера — действуйте по ситуации. Вы флотоводцы — вам и карты в руки, главное, высадите нас как можно ближе к их кораблям, чтобы твари не успели сбежать и не сбили челноки — мой меч давно уже не пил эльдарской крови.

— Как скажешь, Симона. — Кадье была в отличных отношениях с канониссой.

Приказ Хвату возглавить группу штурмовиков пришел буквально минуту назад и отдала его лично инквизитор. Наверное, думает, что это ее маленькая месть за его непослушание, впрочем, ему наплевать — нечего тянуть свои рученки к его воительницам, а то совершат непотребство, как потом ему, пускай и временному вождю, отмыться от такого позора, что позволил чужакам творить со своими подчиненными всякое? Грош цена такому вождю.

Штурмовую группу он сформировал за секунды — в его отряд вошли все те же лица: Молчун, Веселушка на правах медика, Нос, Кулак, Таран, Клочок, Затуп и Выступ, два брата из рода рудокопов и Хмурый. Шорох взял целиком свое отделение, Заноза и Жила тоже набрали бойцов — огрины решили, что всем идти необязательно, достаточно поддержать огнем абордажников капитана Ландера, чему те были безмерно рады. Ступа с остальными идут зачищать грузовоз, тогда как вождь поведет отряды на штурм пиратского корабля. Ну еще бы, таким громилам стыдно прятаться за спинами низкорослых людей. Да и новую броню опробовать тоже не помешает. Все-таки комплекты были весьма навороченными благодаря встроенной электронике в шлемах, позволяющей видеть сквозь стены с помощью термосканеров. Только этим она и отличалась от прошлых доспехов, ну еще была герметичной — в ней можно было легко проболтаться в космосе минут десять, пока не вырубится подогрев. Впрочем, Хват всех предупредил сразу — особо полагаться на нее в бою нельзя, вдруг откажет или окажется поврежденной, тогда спасет только врожденное чутье на опасность.

Батареи к лазганам полностью заряжены, магазины к болтерам полны патронов, дробовики и холодное оружие закреплено за спиной, у некоторых с собой огнеметы — выкуривать пиратов. Полковник Конот раздал указания, пока корабль шел в гипере к месту нападения — задача огринов отсечь доступ пиратов от грузового судна, по возможности осуществить штурм их лоханки, от которой Ландер отстрелит двигатели, чтобы не сбежали. Если твари сдадутся в плен, в чем Конот сильно сомневается, то захватить и провести показательную казнь — это научит остальных. Когда ему сообщили, что напали эльдары, он помрачнел, проверил герметичность своей брони и тут же связался с абордажными группами.

— Если это светлые, то использовать они будут бластеры и сюрикеновые винтовки с пистолетами. Если Темные — отравленные клинки и осколочное оружие. Не щадить ни тех ни других — здесь нет хаоситов и некронов, только люди, а они напали на наше судно и должны понести адекватное наказание — смерть. Все поняли?

— Так точно!

— Тогда действуем по плану — зачищаем помещение за помещением от ксеносов, по возможности стараемся освободить заложников и не допустить их гибели. Если другого способа нет — они погибнут во славу Империума. Темные всегда стараются захватить вас живьем, чтобы потом пытать.

— Зачем? — спросил Хват. — Какой в этом смысл?

— Удовольствие получать. — Буркнул Конот в микрофон. — Приказ ясен?

— Так точно!

— Грузимся в челноки и ждем команды.

Сначала из гипера вышел крейсер, за ним с опозданием в пять секунд — эсминец. Капитан Ландер тут же получил изображение со сканеров, которые определили количество кораблей в системе — тяжелый, длинный как колбаса и такой же туго набитый товаром грузовоз завис в пустоте, возле него крутились обломки уничтоженных кораблей охранения — судя по сигнатурам, парочка бывших корветов. Но корабль пиратов был только один — присосавшийся к грузовозу как пиявка средний рейдер эльдар, способный везти достаточно груза. Его паруса были свернуты, а двигатели работали на холостом ходу. Ландер тут же определил приоритетную цель.

— Жюстин, — он вышел на прямую связь с капитаном "Славного", — выпускай истребители, они атакуют бортовые орудия пирата, чтобы челноки смогли без проблем состыковаться, на тебе остается контроль космоса. Я прицельно отработаю по его движкам торпедами — никуда эти ксеносы не дернутся. Пошли сообщение о нападении в ближайшую обитаемую систему — предупреди, что понадобится медицинский транспорт, а то пока они там раскачаются, то половина пленных передохнет.

— Поняла, выполняю. — Капитан Кадье полностью полагалась на более опытного флотоводца, каким в ее глазах предстал Ландер.

Ворох перехватчиков и истребителей порскнул с ее корабля, когда пилотам поступила команда на взлет. Каждый уже получил в бортовой когитатор полетный план, наметил себе цели. Следом за ними с "Зерна" стартовали челноки, которые пошли по дуге, прикрываясь кораблями от возможного залпа самонаводящихся торпед эльдар. Оба судна на форсаже рванули к грузовозу, пираты начали разворачивать парус — их явно заметили и эльдары пытались удрать, даже не вступая в драку, когда Ландер пустил торпеды. Лазерные бортовые орудия рейдера выпустили первые импульсы в космос, пытаясь сбить первую волну ракет, обнаруживая себя и по ним тут же заговорили лазпушки истребителей. Часть выстрелов поглотило защитное поле, генератор которого вышел в нагрузочный режим, однако части торпед удалось прорваться через заградительный огонь и обрушившийся на кораблик удар был страшен — поле лопнуло, генератор отключился, чтобы не взорваться, а корпус эльдарской скорлупки принял на себя всю мощь имперских боеголовок. Почти развернутый парус порвало в клочья, пострадали пара дюз, но рейдер еще пытался трепыхаться — он рвался на свободу, но грузовоз держал его крепко. В результате взрывов абордажный стыковочный переход повредило и заклинило, он превратился в искореженную трубу. Лазерные пушки эльдар замолкали одна за другой, истребители выбивали орудия, пользуясь тем, что защитное поле исчезло и к пирату подошли два абордажных челнока. Пилоты подвели бортами свои кораблики к судну и специальное оборудование тут же присосалось к корпусу, а резаки начали вскрывать обшивку, обеспечивая доступ внутрь. Подобный аналог стоял и у эльдар, только переход был длиннее и резаки другими. Когда корпус был вскрыт как консервная банка, по стальному полу рейдера застучала тяжелая поступь огринов — штурмовые отряды ворвались внутрь и шипение лазганов возвестило о том, что сопротивление бесполезно.

Воэйра облизала пересохшие губы, но толку от этого было мало — слюна практически не выделялась. Раз в два, а то и в три дня ей давали выпить чашку воды и это считалось еще королевским подарком. Когда не истязали отощавшее и исхудавшее тело дальновидящей. Эльдарка мысленно заставила свой организм терпеть и не доставить удовольствие мучителям, которые сейчас смотрели на ее голое тело, подвешенное за запястья рук, дабы увидеть ее муки жажды. Темные родственники действительно продались с потрохами демонам Хаоса, получая наслаждение от страданий жертвы.

Как только ее поймали, то сперва на глазах Воэйры казнили всех ее бойцов и мучения их длились очень долго. Палачи издевались, отрезая по кусочку от их тел, начиная с ушей и заканчивая ударом кинжала в сердце, чтобы прикончить то, что осталось от бойца. И нужно было благодарить за то, что палач даровал им такую смерть. Но даже не это было самым страшным — перед казнью у всех отобрали камни душ и дальновидящая точно знала, что Та Кто Жаждет вполне могла пожрать души ее бойцов. Каждая смерть психологически ударяла по эльдарке, ведь они пошли за ней, доверили ей свои жизни, ничуть не сомневаясь в правоте сказанного дальновидящей. А она корила себя за то, что не смогла предвидеть случившегося, как будто боги лишили ее этого дара и амулет, который ей надел на шею Таладриэль был тут ни при чем. Да, она оставила мир-корабль по его просьбе и сейчас Воэйра понимала, что это был один из кусочков большого и грандиозного плана Темного. Как столько лет он мог маскироваться и добился такого высокого положения в обществе эльдар, она не понимала, но и восхищения у нее Таладриэль не вызывал, скорее наоборот, внутри Воэйры образовалась пустота, которая увеличивалась с каждой смертью ее бойца и заполнить ее могла только месть, наградой за которую будет отрубленная голова Таладриэля.

Проклятый предатель на корабле больше не показывался — вернулся на Биэль-Тан, чтобы дальше продолжать обманывать старейшин. А вот местный капитан судна и по совместительству руководитель шайки Отступников постоянно высовывал свой язык, болтая с дальновидящей. Связанную ее он мог не опасаться, тем более с камнем-блокиратором на шее, поэтому с удовольствием рассказывал их планы, делясь подробностями. Он был уверен, что Таладриэль отдаст дальновидящую ему.

Для начала дальновидящую раздели догола, ее одежду сожгли у нее на глазах, проведя какой-то свой ритуал, а уже потом приступили к истреблению и казни ее отряда. После того, как темные натешились наступила очередь Воэйры. Первым делом ей отрезали уши. Честь выпала одному из сильных воинов, который победил в поединке с себе подобными и тот, высунув свой раздвоенный язык, лизнул бархатистую кожу дальновидящей, которая успела немного загрязниться, но это не смутило садиста, наоборот, раззадорило. Он провел ножом по коже, начиная резать ухо снизу вверх. Воэйра терпела боль, которая острой резью ударила по мозгам, а мучитель еще что-то шептал в другое ухо, словно успокаивая эльдарку. Орган с хлюпаньем отделился от головы и по шее побежала теплая кровь, капая вниз на пол. Воин воздел отрезанное ухо вверх и издал победный клич, который подхватили другие. Рядом с дальновидящей в это время находился лекарь, который залечил рану, остановив кровь и превратив слуховой проход в коричневую спекшуюся корку. Он проковырял в ней отверстие, заглянул в "ухо", после чего уколол булавкой. Голова Воэйры дернулась от резкой боли, потому что предыдущую ей удалось заглушить силой своей воли — единственного анестезиологического средства, которое у нее оставалось.

За честь отрезать второе ухо темные бились насмерть и кто-то даже погиб на арене — уши дальновидящей ценились среди них сильнее всего прочего, даже больше, чем уши ее воинов. И снова обладателем второго уха стал этот урод, который резал первое. Шоу обставили с размахом — Воэйру из камеры перевели к подобию алтаря и уже там провели свой ритуал. Темные визжали от экстаза и восторга, совокупляясь друг с другом прямо здесь, в большом помещении, бывшей кают-компании, чем еще больше мучили дальновидящую. Она не могла принять этих существ, которые были ее родственниками по крови — сейчас перед ней бесновалась банда хаоситов в полном составе. Воин отрезал второе ухо, заревел от гордости и уже собрался поиметь саму Воэйру, но самый главный не дал ему это сделать. Оба вцепились друг в друга, чем вызвали еще больше криков восторга. Воин дрался умело и безжалостно, но главарь не зря занимал свой пост — он смертельно ранил противника, после чего отрубил ему голову и показал всем присутствующим. При гробовой тишине он предложил снова разыграть уши Воэйры и вопли продолжились с новой силой — у проигравших поединок появился шанс получить их. Тут же был очерчен круг, где претенденты бились за обладание таким сильным артефактом. Победили двое и каждому досталось по уху. После чего наступила очередь сосков.

Их срезали со знанием дела, тело Воэйры кровоточило, но стоящий рядом лекарь быстро заживлял раны, не забывая бередить их булавками и иголками. Он не убирал боль, хотя мог, наоборот, усиливал ее до такой степени, что дальновидящая теряла сознание, но валяться в блаженной неге беспамятства ей не давали — лекарь приводил ее в чувство. Потом начали по одному отрезать пальцы на ногах, начиная с мизинца, после чего также раздали всем желающим — каждый хотел заключить кусочек Воэйры в амулет и носить на шее. Пускай засунут себе его хоть в задницу, за которую он их и укусит. И никто не поднимал руку на ее девственность — главарь это четко объяснил всем желающим и те вняли его просьбе. А кто не внял, тот отправился на долгожданную встречу к Слаанеш. Теперь уже Воэйре было все равно как называть этого бога боли и мучений.

Так постепенно Отступники добрались до коленного сустава и вскоре дальновидящая должна была лишиться и их. Пальцы на руках они не трогали, также как и голову, разве что обрили ее налысо, но это было сделано еще в начале пленения. Наверняка волосы тоже распространили среди своих — они ведь по мнению темных обладают невероятной ценностью. А вот с тела срезали пласты кожи, со спины и с живота. И лекарь был тут как тут — сразу же останавливал кровь и мерзко ухмылялся. Воэйра за все время пыток не издала ни звука, чтобы не дать садистам насладиться ее болью, прокушенная до крови нижняя губа уже давно превратилась в изжеванный кусок плоти.

На некоторое время от нее отставали, словно давая передохнуть. И тогда приходил главарь и рассказывал планы Таладриэля. Он наклонялся к ее правому слуховому проходу и говорил прямо в отверстие, потому что Воэйра больше не могла слышать как следует — звук был глухим и определить откуда он исходит стало невозможно. А главарь все шептал, делясь с ней информацией, похохатывая, чувствуя свою власть над этой гордой несломленной женщиной. И это злило его еще больше, хотя темный понимал — дальновидящую можно убить и пусть ее душу сожрет Слаанеш, но она не издаст ни звука и не ответит на его вопросы, так сильна ее воля. Тогда главарь свирепел и избивал висящее в стальных захватах тело, пока оно не напоминало просто окровавленный кусок туши или мяса. Потом он вспоминал указание Таладриэля и ему становилось страшно и лекарь снова излечивал раны Воэйры. Но сейчас знахарь запаздывал и очередной сеанс глумления продолжался на этот раз двумя рейдерами.

— Ну же, ведьмочка, скажи что-нибудь. — Увещевал один. — Мне скучно, а ты все время молчишь.

— Может быть ей надоели пытки и нужно попробовать что-нибудь другое? — спросил второй, опускаясь перед эльдаркой на колени и запуская руку ей в промежность. — Например, удовольствие? — Он начал активно массировать плоть и Воэйра стиснула зубы, отрешаясь от всего, стараясь войти в состояние медитации. Изредка садисты использовали этот вариант "пряника", но дальновидящая и здесь молчала. Темный резко озверел и, отняв руку, ударил ею женщину по щеке. — Мерзкая сука! Я заставлю тебя говорить! — он ударил кулаком в живот, попав прямо в срезанную рану, которая еще как следует не зажила и кровь начала сочиться через засохшую корку плоти. — Ты завопишь как миленькая, из твоих уст донесется крик боли и стон похоти, как только я расшевелю тебя!! Мерзкие высокомерные твари, считающие себя благородными!! Проклятые пуристы, не желающие принять естественный ход вещей и природы, пусть вас поглотит Слаанеш и до кучи все Боги Хаоса!!

Неожиданно корабль ощутимо тряхнуло и по коридорами заревела серена тревоги. Оба пирата подскочили и переглянулись. Они вытащили пистолеты, приготовили холодное оружие и выскочили из камеры, где висела дальновидящая. Воэйра посмотрела им вслед — обоих как ветром сдуло. Она пыталась прислушиваться, но слух подводил ее, единственное, что она поняла это то, что на рейдер было совершено нападение. Темные сами только что напали на человеческий корабль и мимо нее провели нескольких пленников, чтобы точно также подвесить и начать издеваться, питая свои души их энергетикой. Воэйра подошла бы для этого лучше людей, но вкушать из источника имел право только главарь и несколько приближенных, которые и высасывали из нее душевные силы. Сейчас дальновидящая подняла голову, всматриваясь в полутемный коридор — Отступники оставили дверь в камеру открытой. Она слышала чей-то крик и визг какого-то смутно знакомого оружия, потом корабль тряхнуло еще раз, тело дальновидящей ударилось о стену и кровь от толчка побежала сильнее. Мимо камеры кто-то быстро пробежал, а вслед ему пронеслись два импульса. Войэра не разглядела, были ли это выстрелы лазганов людей или бластеров ее народа. В душе возникла надежда, которую тут же сменила мрачная мысль — главарь мог разыграть перед ней спектакль нападения, чтобы потешить себя и наконец сломать дальновидящую. Войэра снова отрешилась от действительности, попыталась уйти в себя, но слишком ослабла. Камень, что висел у нее на шее, постепенно вытягивал из эльдарки все психические и жизненные силы и результат истощения заключался не только в голоде, но еще и в этом.

— Стоять!! Я убью его!! — завопил кто-то дурным голосом, как мимо снова пронесся лазерный импульс и крикун замолчал.

Кто-то большой и тяжелый шел по коридору и ударами металла о металл раскрывал двери камер. Шаги приближались и они были не одни — вместе с тяжелым слышались какие-то шорохи и негромкие возгласы. А потом проем заслонил огромный силуэт. Воэйра подняла голову и посмотрела на громилу в бронекостюме, напоминавшего этих человеческих мутантов-космодесантников, который застыл на пороге, рассматривая ее тело. В правой руке у него был зажат направленный на нее лазган, в левой — болтер, а позади за спиной закреплен обоюдоострый топор. Кого-то он ей напомнил, но напряженный уставший мозг не хотел воспроизводить воспоминания. Главное, что он был не темный и может исполнить ее просьбу и подарить ей желанное искупление. Воэйра открыла рот и издала тихий звук, почти неслышно произнеся.

— Сними у меня с шеи камень и прикончи. — Она не смогла долго удерживать голову и острый подбородок уткнулся в яремную впадину. — Я должна...

Мужчина молча вошел в камеру, Воэйра видела как ствол его лазгана поднялся и тот повесил оружие себе на плечо, после чего пальцами разорвал стальные оковы — металл легко гнулся в местах зажимов — и кровоточащее легкое тело дальновидящей повисло у него на руках. Действие мужчины было для нее настолько неожиданным, что она растерялась и из глаз вдруг сами собой брызнули слезы. Эльдарка плакала не понимая, радоваться ей своему спасению или же огорчаться, нервная система не выдержала такого напряжения и организм самостоятельно расслабился, а вместе с этим вернулась боль от ран. Воэйра попыталась сдержать свой стон, но слезы остановить она не могла. Лицо мужчины полностью закрывала маска шлема, причем было заметно, что она какая-то неправильная — с левой стороны в районе глаза находилась кибернетическая человеческая аугментика. Он протянул руку и снял с дальновидящей камень-блокиратор, раздавив его в пальцах и на нее разом нахлынула информация о происходящем. Она ощутила все, что творилось на пиратском рейдере и поняла, кто перед ней.

Это был вождь огринов, тот самый, что лишился руки в пещере демона — с его стальным протезом разорвать оковы было плевым делом. Воэйра видела, что ему сделали протез не только кисти, но и глаза, значит здоровяк уже успел еще где-то пострадать. И поняла, что тот ее узнал сразу, даже такую, просто не ожидал здесь увидеть среди пленных.

Огринов не остановили ни осколочные винтовки темных, ни их пистолеты с ядом и тяжелое вооружение вроде ракетниц и мельт — громилы, пускай им и было немного тесно в коридорах, имели немалую мощь в своем распоряжении. Тяжелые лазганы, которые они таскали как игрушки выбивали защиту рейдеров на раз, а осколочные и бронебойные патроны болтеров легко прошивали доспехи, тогда как танковую композитную защиту огринов пробить было сложновато. На паре палуб темные установили дезинтеграторы, но пара ракет, выпущенных из ракетницы разворотили часть корабля, нарушили его каркас, повредили обшивку и мертвый космос ворвался в помещения. Тут же сработали гермозатворы и огринам пришлось откатиться назад, чтобы проникнуть в другие помещения через нижнюю палубу, где томились пленники. И тут Хват нашел Воэйру.

Висящее перед ним тело совершенно не напоминало ту грациозную и холодную высокую красавицу, которую он запомнил. Сейчас это был просто кусок мяса мало напоминающий гордую эльдар. Проклятые пираты лишили ее ушей, части ног, кожи, оставили свои отметины на теле, явно издевались со знанием дела. В душе Хвата заворочалось чувство жажды крови. Смотря на женщину, он уже все решил для себя и упертого вождя уже было не остановить.

Он снял дальновидящую со стены, аккуратно вынес из камеры плачущую женщину, нашел взглядом Веселушку.

— Одеяло. — Приказал вождь и та тут же вынула из рюкзака требуемое.

Все огрины ощутили его настроение и поняли, что сейчас Хват не просто не в духе — он в ярости и вождю требуется ее немедленно выпустить. Укороченное тело Воэйры замотали в шкуры и Хват бережно передал его Веселушке.

— Доставь на корабль. — Приказал он. — Если будут вопросы — ссылайся на меня.

— А?...

Хват так посмотрел на девушку, что та чуть ли не бегом кинулась в сторону состыкованного челнока. Вождь взял лазган в руки и поспешил по коридору дальше, откуда слышались крики и выстрелы.

— Дайте нам уйти! — кричала группка темных, прикрываясь заложниками. — И мы отпустим их, даем слово!

— Вашему слову веры нет! — отвечал капитан Тихонький, который уже давно встал на ноги и повел свой отряд на штурм корабля эльдар. Его лазган был точно направлен в голову пирата. — Мы казним вас быстро и легко.

— Мы так не договоримся! — кричали бандиты.

Внезапно в коридоре появилась огромная фигура, которая с ходу выжала спусковой крючок лазгана и голова пирата испарилась вместе с частью шеи. Удерживаемый им заложник тоже пострадал — кожа с левой стороны спеклась от термического воздействия, но он был жив. Остальные эльдар не ожидали атаки и растерялись на секунду, однако тут же начали убивать пленных, но вышедший вперед огрин стрелял без промаха, словно его руку вел сам Бог-Император. За ту секунду он смог убить еще двоих, после чего заговорили лазганы гвардии — ветераны уже выбрали себе цели. Несколько заложников погибли от эльдарского и дружественного огня, двое темных попытались спастись бегством и достичь спасательных капсул, но Хват не позволили им скрыться — его выстрелы по ногам лишили обоих подвижности. Вождь опустил оружие и пошагал к эльдарам — Тихонький отдал приказ медикам оказать помощь раненым и пленным и поспешил следом.

Хват сорвал шлем с темного, поднял его за шею, рассматривая лицо — тот вяло шевелил ногами.

— Я запомню ваше отродье. — Произнес он, приложив большой палец к глазу и вдавливая его внутрь черепа.

Пират закричал от боли и огрин отшвырнул его в стену, приложив с такой силой, что тот потерял сознание. Второй пытался отползти, потом выстрелить, но вождь увернулся и наступил ботинком ему на ноги, проворачивая, сминая плоть и кости — Хват давил своей массой. Темный ощутил страх и боль и неизбежность своей кончины, которая исходила от огрина. Здоровяк присел и ударом кулака вмял нос и лицевые кости черепа эльдара в пол, размазав по поверхности. После чего встал, повернулся к первому пирату и ударом ноги с разворота — Тихонький не поверил своим глазам как эта огромная туша смогла двигаться так быстро и ловко — размозжил тому голову. После чего огрин посмотрел на заложников, на капитана и пошагал назад — коридор был тупиковым и куда собирались бежать пираты — непонятно. Возможно, скрыться в воздуховоде или еще в какой-нибудь нише.

Кому-то из пленных не повезло, темные резанули своими отравленными клинками их кожу и теперь жертвы дергались в муках. Противоядия не было и капитан с грустью смотрел на то, как умирают гражданские люди. Он посмотрел на Хвата.

— Что случилось? — Тихонький понял, что обычно осторожный огрин неспроста превратился в берсерка.

— Темные эльдар не заслуживают жизни в галактике. — Бросил Хват. — Я видел, что они делают с пленными в своих камерах — больше такого не повторится.

— Ты не сможешь победить их всех, никто не знает даже где они живут.

— Я узнаю и выжгу их гнездо к варпу. — Сказано было это так, что капитан сразу понял — сделает. Слишком упорный и упертый. — Я сказал.

Объявлено это было так, как будто огрин затеял свой крестовый поход. Он посмотрел на капитана и направился к челнокам — корабль по большей части был зачищен, пленные, те, кого удалось спасти, сейчас будут эвакуированы, а сама калоша пиратов взорвана. Сейчас Хват беспокоился о судьбе эльдарской дальновидящей, спасение и присутствие которой на корабле может быть расценено инквизитором как предательство.

Он пришел вовремя — Веселушка растеряно стояла с укутанной в одеяло Воэйрой и пыталась объяснить гвардейцу, что нужно доставить раненую на корабль. Тот сразу же опознал эльдара — даже отсутствие ушей не помешало ему сделать это. Слишком тонкие черты лица, другой цвет кожи, чуть раскосые глаза, ну как тут не узнать ксеноса. Гвардеец был из новеньких и еще не знал огринов, поэтому из кожи вон лез, чтобы выслужиться и буквально исполнял приказы. К спорщикам подошел Хват — оба замолчали при его появлении — взял дальновидящую у Веселушки из рук.

— Не положено! — попытался возопить гвардеец, но был просто отодвинут тушей вождя с дороги.

Он нацелил на Хвата свой лазган, прибегая к последнему средству убеждения, палец так и дрожал на спусковом крючке, однако вождь не обращал на солдата внимания. А ствол лазгана сильным резким движением загнула Веселушка, которая все видела и прикрывала спину Хвата. Гвардеец растерялся и хотел вызвать командира по рации, как к нему подошел один из ветеранов и положил руку на плечо.

— Не стоит. — Просто сказал он. — Оставь их — огрины ничего не делают просто так.

— Но он пронес на борт корабля ксеноса! — удивленно пожаловался гвардеец.

— У нас на борту присутствует инквизитор, а эта эльдар была в плену. — Ветеран уже был в курсе, кого именно протащили на борт — солдаты видели дальновидящую на руках у Веселушки. — Ее информация может быть полезна. Думай вперед головой — отношения с другими всегда можешь испортить. С помощью лазгана. — Ветеран похлопал молодого по плечу и отошел в сторону — громилы возвращались с корабля вслед за своим вождем.

Хват направился прямиком к Доку — только он мог разобраться в физиологии эльдар. Воэйра ехала на руках у огрина и ощущала исходящую от него уверенность в правильность своих действий. Она поняла, что он несет ее в лазарет с намерением оказать первую помощь. Кроме этого желанием огрина было уничтожить всех темных, которые подняли руку на своих сородичей и издевались над дальновидящей. Едва увидев ее истерзанное тело Хват тут же поклялся сам себе более не допустить подобного, ведь на ее месте могут оказаться обычные люди. А он поклялся их защищать. Тем более, что перед дальновидящей у него был должок точно также как и у Конота, канониссы и остальных — она предупредила их о пришествии демона и помогла отбиться от орд хаоситов, скинув бомбы им на головы. Как она оказалась на корабле темных, Хват не знал, но чувствовал, что эта история только начинается.

Абелину уже проинформировали, что огрин пронес ксеноса на борт "Зерна" и направляется к ней. Пилот челнока не стал спорить с громилами и, когда штурмовой отряд загрузился полностью, перевез их на эсминец. Когда фигура огрина в броне появилась в дверях отведенной для инквизитора и ее свиты помещения, то Абелина уже была там. Она сразу же заметила сверток из шкур у него в руках, откуда высовывалась лысая голова с уже зажившими ранами от отрезанных ушей. Инквизитор сразу же вспомнила свою собственную травму и поняла состояние эльдарки. И что там еще скрыто под одеялом она могла только догадываться.

Хват стрельнул глазами в сторону инквизитора и пронес Воэйру в смежное помещение к Доку, аккуратно положив на операционный стол. Дальновидящая хранила молчание, она только попыталась прикрыть руками свое обнаженное тело, чтобы люди слишком сильно не пялились, но силы вообще покинули ее и она смогла только вяло шевельнуть ими. Над ней склонился техножрец, своими механодендритами развернув шкуры и проводя сканирование организма. Кроме него в помещении присутствовали уже знакомый огрин и женщина с химическим ожогом на лице, судя по ее каменному выражению — инквизитор. Воэйра тихонько попыталась коснуться ее разума и поняла, что она тоже псайкер, пускай и не такой сильный как она, но все же. Женщина получила сильную телепатическую травму и сейчас ее способности на время исчезли, однако их можно было вернуть и дальновидящая знала как. Инквизитор хмуро посмотрела на огрина, потом обратилась к техножрецу.

— Как ее состояние?

— Сильно истощена как в физическом так и в ментальном плане — слишком долго пробыла в плену. — Сообщил свои наблюдения Док. — Ее не кормили, только поили водой и очень редко. Внутренние органы отбиты, но кровотечений нет, череп лишен ушных раковин, грудь — сосков, ноги ниже коленного сустава отсутствуют, по всему телу многочисленные срезы кожи. — Он замолчал.

— Твои рекомендации? — сухо спросила Абелина.

— Покой, восстановительные процедуры, усиленное питание. — Техножрец задумался. — Изготовить протезы будет сложновато — все же физиология эльдар не подходит под нашу технологию, но решить эту проблему помогут исследования.

— Не надо. — Тихо произнесла Воэйра, пытаясь рукой остановить техножреца, но мышцы от долго висения и напряжения ее не слушались. — Не тратьте на меня свои... средства.

— Мы поставим тебя на ноги. — Громко сказал огрин и посмотрел на инквизитора так, что Абелина поняла — лучше выполнить его просьбу. Хват сейчас на взводе и может пойти против всех, стать вне закона, лишь бы спасти ксеноса. Это его желание для инквизитора было непонятным и стоило прояснить вопрос сейчас же.

— Ставь капельницу. — Распорядилась она. — Эльдарка должна выжить.

Войэра вздохнула и подумала, а не попала ли она в еще худшее положение, но интуиция подсказывала, что с ней все будет в порядке.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — обратилась Абелина к Хвату и тот посмотрел на дальновидящую.

— Собери всех. — Произнес наконец огрин. — Канониссу, полковника, обоих комиссаров, сестру Катерину, можно позвать эту любопытную, как там ее, забыл, — он пощелкал пальцами, — которая нашла информацию о Чаше.

Абелина зло сверкнула глазами на огрина, мол, попридержи язык, но тот только отмахнулся.

— Она знает. — Спокойно произнес он. — Это она помогла нам уничтожить того демона.

От этой информации мозг инквизитора взорвался от любопытства и она вышла, чтобы отдать соответствующие приказы.

Все, кто был в курсе собрались достаточно быстро в кабинете Абелины. Воэйра, ощутив себя в безопасности, точнее, так решил ее организм, уснула, восстанавливая силы и Док занялся детальным изучением ее организма, чтобы изготовить протезы для эльдар. Никто из техножрецов такого еще не делал, ну, или он об этом не знал, так что стоящая перед ним проблема была очень интересной со всех точек зрения и решение должно быть уникальным, что еще больше приблизит его к истинному знанию, что хранит Дух Машины.

Хват снял шлем и часть брони, стоял, прислонившись к стене. Канонисса еще не знала, зачем ее позвали, точно также как и комиссар Кармайкл и сестра Стефания — остальные были в курсе. Коноту сообщили его гвардейцы, что огрин таскал по коридорам раненого ксеноса и тот отдал приказ держать язык за зубами, а офицерам проследить за его исполнением. Абелина внимательно осмотрела всех присутствующих и начала:

— Час назад Хват притащил на борт судна эльдарскую дальновидящую, раненую и истерзанную темными. Она лишена ног ниже колена, — канонисса нахмурилась при этих словах, — ушей и имеет множество ран на теле. Темные использовали ее как источник своего долголетия, об этом говорит сильное энергетическое истощение. И перед нами встает вопрос — что с ней делать?

— Отправить следом за ее родственничками. — Буркнула Симона. — Нечего этой ксеносской погани делать у нас на борту. И зачем ты ее притащил? — накинулась она на Хвата.

— Это та самая дальновидящая, которая помогла нам. — Ответил он и канонисса тут же поняла, о ком он говорит. — Ты хочешь отплатить злом на добро?

— Она — ксенос! — Симона была такая же упрямая как и огрин.

— Она — истерзанная и пострадавшая женщина! — рявкнул Хват так, что Конот потряс головой — у него чуть не заложило уши. — На ее месте могла быть любая другая, в том числе и человеческая ты тоже убила бы ее за то, что она была среди ксеносов или пострадала от них?

— Это другое. — Отмахнулась канонисса.

— То же самое. — Упрямо сказал Хват, рубанув ладонью воздух. — Она помогла нам и не только с демоном и мы остались ей должны. Все мы. — Он обвел рукой помещение. — Ну, кроме инквизитора. И наши потери от хаоситов были бы огромными, ты знаешь это.

— Нужно еще выяснить, как она попала к темным на корабль. — Ответила Симона. — Может быть все это ловушка.

— У нее на шее был какой-то камень, который блокировал ее способности. — Вспомнил Хват.

— И где он? — поинтересовалась Абелина.

— Я его уничтожил.

— Аргх!! Это ты поторопился. — С досадой произнесла Симона. — Что если она устроит тут нам всем мозговой штурм?!

— Вот об этом я и хотела бы поговорить. — Абелина была довольна, что военные пришли к тому же вопросу, что и она. — Что именно дальновидящая делает в застенках корабля темных и как туда попала? Ведь она один из сильных псайкеров своей расы и вполне может постоять за себя, уж я то знаю, на что способны эльдары. Однако ее ловят и истязают. И у меня возникает два вопроса — или это случайность и все именно так и произошло как мы видим, или это целенаправленное внедрение на корабль, ведь она знала, что вы ищете Чашу. Ведь так?

— Вообще-то это именно она указала нам место поиска. — Заявила сестра Стефания. — Дальновидящая медитировала над ее нахождением, таково было условие сделки.

— Какой сделки? — спросила инквизитор.

— Мы помогаем эльдарам уничтожить демона — они помогают сестрам найти Чашу или определить ее возможное местонахождение. — Произнес Хват. — Тем более, что хаоситы и у них и у нас были как кость в горле.

— И вы пошли на подобную сделку? — спросила Абелина у Конота.

— Выбор был небольшим. — Мрачно отозвался тот. — Армия хаоситов была огромной, оба наших корабля были повреждены, преимущества в воздухе не было, мы окопались в старом монастыре или комплексе колонистов, кто знает, что это за здание и держали там оборону, пока канонисса с эльдарами и огринами не прихлопнули этого демона.

— Значит, вы были там? — сузив глаза, Абелина смотрела на Симону.

— Да. — С вызовом ответила та. — И лично разрезала мечом его толстое брюхо.

— И отрезали руку огрину?

— Это была необходимость. — Ответил тот инквизитору за канониссу.

— А вот нефиг было всякую варпову погань хватать! — Симона повернулась к громиле. — Сам виноват!

— Ладно, виноват, признаю. — Тот поднял руки ладонями вверх.

— Что ж, что было, то было. — Разрешила спор Абелина. — Меня интересует, что будем делать сейчас?

— Для начала спросить у нее что произошло, а потом высадить где-нибудь в нейтральных территориях или где там эльдары живут. — Предложил Хват. — Чтобы ее снова не поймали — на ведь теперь калека.

— Давай-ка я тебе проясню кое-что про них. — Сказала Абелина. — Дальновидящие, если только они не сменили свой путь, одни по космосу не перемещаются. У нее должен был быть корабль, команда и опытные воины, которые обеспечивают ее безопасность. Где это все?

— Я же предложил спросить. — Напомнил огрин. — Тогда все и выяснится.

— Док, как состояние эльдарки? — спросила Абелина по вокс-связи.

— Сейчас стабильное — она спит. — Тут же отозвался техножрец. — Я поставил капельницу с физраствором, полным микроэлементов, необходимых эльдарам. Это поможет ей набраться сил.

— Ага и свернуть всем нам мозги. — Буркнула Симона.

— Как ты думаешь, она благодарна тебе за то, что ты ее спас? — спросила Абелина, пристально глядя на огрина.

— Она попросила меня, чтобы я ее убил. — Мрачно сказал он. — Но я видел людей с ранами гораздо хуже, чем у нее и желание жить у них совершенно не пропадало, наоборот, они цеплялись за нее всеми доступными им возможностями, так что я решил, что это временное помутнение рассудка.

— Если дальновидящая дошла до того, что молила о смерти... — инквизитор задумалась, — значит у нее на то были причины. Проклятье, когда же она придет в себя?

— Неизвестно. — Ответил Док, который еще был на связи.

— Как только дальновидящая очнется, я хочу с ней поговорить. — Сообщила техножрецу Абелина и повернулась к остальным. — Всю информацию о присутствии у нас на борту эльдара засекретить, болтунам отрезать языки, я не шучу. За обшивку двух этих кораблей не должно просочиться ни одного звука. Полковник, доведите до личного состава, что часть спасенных находится у нас на лечении, дождемся медкорабля и судов сопровождения, чтобы они взяли под охрану транспорт. Кстати, удалось выяснить зачем темным понадобился его груз?

— Я разговаривала с капитаном судна. — Вылезла любопытная Стефания, потому что остальные как-то вообще об этом не подумали. — Их целью являлись пехотные бронекомплекты и оружие — лазганы, автопушки, стабберы, забрали часть гранат и несколько болтеров. Всего в нападении участвовали три корабля, два из них тут же отчалили и ушли в Паутину, а один остался собрать рабов. Эти двое ускользнули у нас из под носа.

— Печально. — Абелина привычно начала сопоставлять информацию. — Значит темным понадобилось наше вооружение и просто купить его через подставных лиц они не захотели, хм, странно.

— Это не первое нападение в этом секторе. — Продолжила Стефания. — После разговора с капитаном я поискала информацию об атаках на наши транспорты — было еще две и осуществили их рейдеры темных эльдар. Все направлены против Торговых Домов — интересы государственных планет Империума не задеты.

— Значит работали целенаправленно, чтобы не вызвать беспокойства у Администратума и не усилить патрули кораблями гвардии. — Абелина привычно поправила локон волос и начала его теребить. — Взяли только часть товара?

— Ущерб пока не подсчитывали, но да, основной груз сохранился. — Подтвердила Стефания.

— Таким образом у Торговых Домов в результате нападений не случилось серьезных убытков, потери они могут нивелировать за счет небольшого повышения цены конечного продукта или единовременного налога, а Империум не станет интересоваться, что же там у них происходит. Возможно, в столицу сектора даже не докладывали о нападениях, поэтому и конвой был таким слабым — парочка корветов не противники рейдерам эльдар.

— Возможно, ты и права. — Проворчала Симона, сложив руки на груди. — Тогда свидетель происходящего нам необходим — похоже, что темные готовят какую-то провокацию, направленную против нас.

— Да. — Согласилась Абелина. — Человеческое оружие зачем-то им необходимо, вряд ли для простой перепродажи, тогда бы логичнее было захватить весь груз, а не его часть. Учитесь, комиссар Кармайкл, — инквизитор посмотрела на Эмилию. — Сестра Стефания получила нужную информацию по горячим следам, а канонисса сделала верные выводы.

— Да, госпожа инквизитор, я учту. — Кивнула комиссар.

— Готовишь смену? — спросил Конот. — Она еще служит в моем полку и переводить ее я не собираюсь.

— Девочка способная, нечего ей всю жизнь служить с этими остолопами.

— Полегче, я еще здесь. — Пробухтел огрин.

— Это была дружеская шутка. — Поправилась Абелина, взглянув на Хвата. — Что ж, значит, перед нами возникла новая проблема, которую нужно решить.

— Эдак мы до Чаши вовек не доберемся. — Заметила Симона. — Все время возникают какие-то сторонние обстоятельства.

— Жизнь вообще странная штука — никогда не знаешь с какой стороны тебя ударит под дых. А Чаша лежала пять тысяч лет и еще полежит, ничего с ней не сделается. — Отмахнулась инквизитор. — А нападения происходят уже сейчас и с этим необходимо разобраться немедленно, раз уж мы здесь и узнали об этом.

— Согласен. — Кивнул Хват и отлип от стены. — Как только дальновидящая придет в себя я тоже хотел бы ее навестить.

— Также как и я. — Тут же вылезла вперед Симона и Абелина усмехнулась ее словам.

— Хорошо, можем собраться там же в полном составе. — Распорядилась она. — Сейчас займитесь своими делами.

— Пойду, сверну пару голов что ли. — Ответил Хват и первым вышел из комнаты.

Воэйра медленно приходила в себя, сказался бурлящий коктейль в крови, которым ее напичкал техножрец. Видимо он очень хорошо знал физиологию эльдар, раз сумел ее не убить, а даже немного подлечить. Конечно медицина людей ни шла ни в какое сравнение с методиками эльдар, но и псайкеров среди человечества было не так много. А те, которых находили, невежественная Инквизиция заключала под стражу или же уничтожала. Воэйра слышала о чем-то подобном от одного из воинов-эльдар еще когда сама шла по пути воина. Молодая девушка впитывала знания и опыт ветеранов, чтобы стать такой же как и они — смелой, храброй, ловкой, сильной и умелой.

Она открыла глаза и внимательно осмотрела комнату, где находилась. Руки не были связаны, ее тело прикрывала белая простыня и дальновидящая лежала на операционном столе, а над ней склонились манипуляторы медицинского автомата. Воэйра попробовала пошевелить руками и ей удалось — похоже, что техножрец привел ее мышцы в рабочее состояние, снял напряжение и частичную атрофию там, где они долго не двигались. Дальновидящая поднесла ладонь к глазам и пошевелила пальцами — все работали четко и слажено. Она провела рукой по черепу, на котором уже стал потихоньку отрастать короткий ежик волосиков, потом коснулась "ушей" — техножрец очистил кожу от запекшейся корки крови и освободил слуховой проход. Слышать лучше она все равно не будет, ориентироваться по звуку теперь не сможет, но хоть совсем глухой не осталась и то хорошо. Дальше ладонь Воэйры изучила свою грудь с отсутствующими сосками — на их месте уже давно срослась подживающая кожа и остались шрамы. На животе и спине содранная кожа так и будет отсвечивать рубцами, а вот ноги... дальновидящая вздохнула. Их уже не вернуть, только заменить протезами из психокости, но для этого нужно сначала добраться до эльдар, а сделать это с чужого человеческого корабля будет проблематично.

Воэйра снова вздохнула и задумалась о своих перспективах. То, что ее спас тот самый у-орм было неожиданностью, но только теперь дальновидящая поняла, что их судьбы действительно связаны. С ним и с еще одной женщиной, кажется, она находилась в чине канониссы одного из их церковных орденов и вела себя по отношению к эльдарам враждебно. Впрочем, для мон-кей это привычное дело. Тогда Воэйра решила, что их дороги расходятся навсегда и если встреча произойдет, то будет случайной. Что ж, предсказанное сбылось. Она не была настолько могучим псайкером, который мог так далеко заглянуть в будущее, просто привыкла доверять чувствам, а они не лгали, говоря, что ее жизнь будет связана с этими двумя. Был еще один силуэт, но он выглядел туманным и нечетким. Возможно, это женщина-инквизитор, к техножрецу которой у-орм ее и притащил. Он весьма сообразителен, отметила Воэйра, заметив еще тогда в пещере необычное поведение громилы. Он не стал нести ее в обычный лазарет, где о физиологии эльдар знали очень мало, только куда их можно поскорее прикончить, а доставил прямо к медику инквизитора, который явно знает гораздо больше других. Что ж, похоже ей придется отблагодарить у-орма как полагается, ведь он вернул ее к жизни и она сможет отомстить за загубленные души ее воинов.

Потом Воэйра вспомнила о планах Таладриэля и ей стало страшно. Она испугалась не за себя, а за свой народ, за тех жителей мира-корабля, которые могут пострадать в результате его действий и это будет ужасно. Пускай неформально ее выдворили и она является Изгоем, проклятый предатель наверняка постарался обсудить ее кандидатуру на совете старейшин, которые и приняли такое решение, однако она еще остается дочерью Биэль-Тан и должна позаботиться о его жителях — предотвратить катастрофу. И в этом ей могут помочь мон-кей, которые так удачно спасли ее из плена. Просто их нужно правильно замотивировать, указать путь, тем более что они сами серьезно выиграют от этой сделки. И разговаривать нужно с самым главным на этом корабле — инквизитором. Конечно есть командиры и пожиже, вроде полковника, канониссы и других офицеров, но все же решающим голосом обладает эта женщина с химическим ожогом на лице — Воэйра чувствовала доступную ей власть.

Мон-кей, нет люди, теперь она должна называть их так, потому что обязана им жизнью, в общем люди узнали, что она очнулась и дверь в помещение тихонького отворилась. Воэйра не ожидала что в нее проникнет гиринкс. Дальновидящая повернула голову и замерла, когда увидела это прекрасное создание. Кот выставил усы вперед, уши у него стояли торчком, пушистый хвост был напряжен и вытянут в струну. Он, медленно ступая, двинулся к лежаку Воэйры, изучая незнакомого пришельца. Мурзик чувствовал, что от лежащей женщины исходят знакомые ментальные эманации, такими же, пусть и слабее, обладала его хозяйка, но эта светилась гораздо ярче. И подобный феномен стоило как следует изучить. Гиринкс подошел к улыбнувшейся ему Воэйре, которую появление этого существа привело в восторг, что она даже забыла о своих ранах. Дальновидящая потянулась к нему рукой — гиринкс замер, обнюхивая пальцы. Воэйра не спешила, она давала ему освоиться, понять, что она ему не враг, а наоборот, может быть другом. Мурзик счел пришелицу безопасной и позволил ей почесать его за ухом. Пальцы Воэйры погрузились в густую шерсть и начали перебирать ее, вычесывать, ерошить. Дальновидящая даже забылась чуть-чуть и пропустила тот момент, когда в комнату вошла инквизитор.

— Я решила, что гиринкс поможет вам прийти в себя, дальновидящая. — Произнесла Абелина, наблюдая за тем, как эльдарка гладит ее компаньона по голове.

— Где вы его нашли? — спросила Воэйра. — Гиринксы очень редко встречаются в галактике.

— Это старая и очень грустная история. — Абелина присела на стоящий в комнате стул. — Его котенком вместе с остальными похитили с родной планеты пираты, сброд из ксеносов и людей, если вы хотите точно знать. — Добавила инквизитор. — Тогда я была молодым инквизитором, только что вступившим на свой путь тайного защитника Империума и корабль, на котором я совершала свой перелет до места назначения, натолкнулся на их пиратскую лоханку, что сломалась посреди космоса. Кроме гиринксов в их трюмах мы обнаружили пленных человеческих рабов. Естественно, все бандиты отправились в космос прогуляться без скафандра, а вот Мурзика я взяла себе, точно также как астропаты разобрали остальных. Он не возражал. — Инквизитор улыбнулась, гладя гиринкса по голове. — Это был подарок судьбы и теперь я ни за что с ним не расстанусь.

— Понимаю. — Кивнула Воэйра, разглядывая грациозное существо. Кот мягко запрыгнул на операционный стол, повозился возле ее обрубков ног и спросил у хозяйки, почему лежащая перед ней пришелица такая короткая.

"Потому что я была в плену", — обратилась к нему телепатически Воэйра и гиринкс встрепенулся.

Он не отвечал в привычном для людей и эльдар мысленном контакте, его голос невозможно было услышать, но понять образы, которые кот передавал — легко. Это даже невозможно было назвать речью — набор картинок, словно показывают отрывки из фильмов, никак не связанных друг с другом, но опытный телепат тут же расшифровал бы послание. И Воэйра потянулась разумом к гиринксу, просто наслаждаясь общением. Абелина частично улавливала их разговор, проклятые тираниды серьезно урезали ее способности, но все же инквизитор сумела понять, что ее друг доволен общением, точно также как и дальновидящая, которая после всех этих нанесенных психологических травм смогла сохранить ясный разум. И цель. То, что у эльдарки есть цель, Абелина не сомневалась.

— Вот про это я и хотела с вами поговорить. — Она вежливо обратилась к ксеносу. Прав Хват — она ничем не отличалась от простой пострадавшей человеческой женщины. Кадианке уже приходилось работать с эльдарами и не все из них были вероломными, как ксеносов представляла имперская пропаганда. Тот же Хват серьезно оценил командирские и боевые способности дальновидящей, а он воин и уважает только то, что видит.

Мурзик разлегся в ногах Воэйры и начал тихонько мурчать. От него исходила такая волна теплоты и умиротворения, что дальновидящая чуть не провалилась в сон, но смогла усилием воли отогнать дрему.

— Полагаю, это ваше право. — Произнесла она. — Что вы хотите узнать?

— Как вас пленили?

— Среди нас оказался предатель. — Воэйра рассказывала спокойно, без эмоциональной нагрузки. — Он сдал наш маршрут и корабли Темных напали на нашего "Охотника". Я и мои воины сопротивлялись как могли, но Отступники использовали арканные амулеты, что блокируют силы псайкеров. Видите, я откровенна с вами и не собираюсь ничего скрывать, тем более что вы также нуждаетесь во мне, как и я в вас.

— С этого места поподробнее, пожалуйста. — Попросила Абелина. — Вы уже поняли, дальновидящая, что я инквизитор и моя обязанность расследовать подобные нападения и проникновения ксеносов на территорию Империума, в результате которых может пострадать гражданское население, так что давайте сотрудничать, раз уж так вышло из-за одного упрямого офицера.

— Вы хотели наказать этого у-орма? — с интересом спросила Воэйра. — Простите, не знаю вашего наименования его народа.

— Огрины. Мы зовем их огрины. — Что-то такое эльдарка уже слышала, но не придала значению — для нее это было просто слово. — Они — мутанты. Извращенная природой или чужой волей ветвь человечества.

— Значит им вы не отказываете в существовании, как всем остальным? — невинно спросила эльдарка. — Простите, если мой вопрос задел вас или же был оскорбительным — с мон-кей, нет, простите, с людьми я встречалась в основном в бою, а не на переговорах.

— Они от одного с нами корня. — Ответила инквизитор. — Но именно вы настояли на том, чтобы сотрудничать вместе с гвардией. — Заметила Абелина. — И победили демона Хаоса.

— В тот момент это было выгодно для мира-корабля эльдар. — Просто сказала Воэйра.

— А если бы было выгодно уничтожить их всех? — спросила Абелина. — Вы бы сделали это?

— Империум постоянно кого-то уничтожает, независимо от выгоды для него. — Ответила дальновидящая. — Так почему мы должны поступать по-другому?

— Справедливо. — Проворчала инквизитор. Что ж, разговор с эльдаром это тебе не аристократам по ушам ездить. — Так что нам делать с вами дальше, дальновидящая? Боюсь, что в Империуме вам места не будет, а доставить вас на ближайший мир-корабль мы не сможем по очевидным причинам — у нас все же боевые корабли и это будет расценено как нападение — нас попытаются уничтожить еще на подлете и вряд ли поверят нашим сказкам, что у нас на борту эльдар.

— Я просила у... огрина, чтобы он освободил мое тело от души и позволил сразиться в варпе с демонами, чтобы хоть как-то искупить совершенную мной ошибку, но громила меня не услышал. — Пожаловалась Воэйра и добавила. — Сначала я решила, что он вдруг резко поглупел, но потом поняла, что этого упрямца послала ко мне судьба или же сама Иша. Ибо поняв, что я осталась жива, я могу нарушить все планы Темных и предотвратить катастрофу. И вас это тоже касается. — Ее указательный палец уткнулся в Абелину. — Зовите свою свиту и командиров, что ждут в соседнем помещении — я открою вам планы Отступников.

— Зачем? В смысле, почему вы это делаете?

— Потому что от ваших действий зависит судьба моего народа и одного из ваших миров-ульев. — Просто сказала Воэйра. — А я не люблю повторять дважды, ведь если сказанное не поняли с первого раза, то вряд ли поймут потом.

Гиринкс разлегся как полноправный хозяин, вытянувшись во всю свою длину на кровати и протянув лапы к груди дальновидящей. Воэйра ухватила его за теплые пятки и начала их массировать, отчего Мурзик заурчал еще громче — он наслаждался обществом псайкеров, словно попал на родину. Первым в помещение вошел Хват, привычно увешанный оружием. Болтер в кобуре, лазган на плече, топор за спиной, запасные зарядные батареи, патроны и гранаты, к тому же громила умудрился закрепить дробовик, чуть сместив в сторону холодное оружие, как будто кованного ножа в чехле, закрепленного на ключице и кинжала, висящего на левом бедре было недостаточно. Воэйра оценила его внешний вид, сравнивая со своими, полустершимися от издевательств темных, воспоминаниями и мысленно покачала головой. Разве он нуждается в такого рода арсенале? Хотя, не ей судить огрина, тот знает, что делает, она могла в этом убедиться еще там, в пещерах. Следом за ним вошли комиссары, полковник и канонисса с сестрой Стефанией собственной персоной. Симона, увидев лысую голову эльдарки с отрезанными ушами, мысленно позлорадствовала, потом укорила себя и решила, что должна держаться спокойно и уверенно, словно ее это не касается. Она ведь профессионал и не должна опускаться до истерик, как было в прошлый раз. Но в том были виноваты хаоситы, а не она. Симона знала это точно.

Вошедшие расположились по комнате полукругом и уставились на Воэйру. Возникла неловкая пауза, которую нарушил огрин.

— Вы так быстро сбежали, дальновидящая, что я не успел поблагодарить вас. — Прогудел он.

— Я выполнила свою часть уговора, также как и вы свою. — Дальновидящая смотрела прямо в глаза Хвату, привычно пытаясь ментально его ощупать, но потерпела неудачу.

Мозговые вибрации, колебания которых она обнаружила в прошлый раз, стали как будто еще жестче и сильнее, словно тоже становились опытнее и мудрее вместе со своим хозяином. Все это крайне интересно и слова инквизитора о мутантах не лишены смысла, дальновидящая уверена, что огрины — новая раса человечества. Империи рождаются, проходят свой золотой век и обращаются в прах, печально подумала эльдарка. Так было с Древними, так было с нами и так будет с людьми. Но что если есть шанс на перерождение? Как у этих огринов, которые через несколько тысяч лет, когда человечество окончательно одряхлеет и впадет в маразм мракобесия, займут его место? Будут ли в их время существовать эльдар или же все окажутся поглощены Той-Что-Жаждет? Или же Таладриэль все же предлагает путь, пускай и кровавый, мерзкий и грязный, но хоть какой-то путь ради сохранения расы? Эти вопросы поразили саму Воэйру и она решительно ответила на них нет. Эльдары могучая древняя гордая раса, которая не опустится до подобного. Во всяком случае они и так не могут до сих пор отмыться от позора Падения и клейма обманщиков и интриганов, так почему бы ей не изменить хотя бы мнение этих людей о ее славном народе? Или попытаться, ведь если ничего не делать, то ничего и не случится. Не будет перемен и ее народ незаметно и тихо скатится в бездну забвения и лишь опустевшие миры-корабли и редкие постройки на мирах Ушедших будут напоминать об их расе, когда в космос выйдет кто-то более сильный, молодой и нетерпеливый, обладающий кипучей энергией и жаждой познания.

— Так что вы хотели поведать нам, дальновидящая? — вежливо спросил Хват. — Уж простите, но я слышал весь ваш разговор.

Воэйра собралась с мыслями, а Абелина хмуро посмотрела на огрина, который опять начал болтать своим языком ненужные вещи. Эльдарке знать об этом не обязательно.

— Во-первых, я хочу поблагодарить вас за мое спасение и оказанное лечение. — Войэра бы поклонилась, но по очевидным причинам сделать этого не могла. — Время, проведенное мной в застенках камер Темных, было... весьма неприятным. Но это не значит, что я лишилась разума или моя воля была сломлена — наоборот, моя решимость окрепла как никогда и я прошу у вас помощи. — Она посмотрела на всех — люди с интересом взирали на лежащего ксеноса. — Предупреждаю сразу, это не будет просьбой народа эльдар — меня изгнали с мира-корабля и сейчас вы вольны делать со мной все что угодно — за меня никто не будет мстить.

— Вот и славно. — Сказала канонисса и ее рука дернулась к кобуре, вытаскивая болтер, однако...

Хват быстро сместился к Симоне и удержал ее от этого необдуманного шага, просто схватив за ствол. Против сервоприводов экзоскелета боролись природные мышцы, обладающие невероятной силой, и вторые победили. Не потому, что были настолько сильнее механизма, а потому, что воля и упрямство канониссы в который раз оказались слабее "мощной харизмы" огрина. Тот встал перед Симоной и сказал, глядя ей в глаза.

— Я не хочу, чтобы ты сделала очередную глупость, к тому же можешь забрызгать мозгами дальновидящей весь лазарет и кто потом будет стены отмывать? — черный юморок огрина слегка повеселил полковника, но тупая сестра битвы снова обострила ситуацию, как и тогда в подвале крепости.

— Зачем ты ее притащил? — прошипела она тихо, говоря только для огрина.

— Мы, кажется, уже обсудили, зачем. — Также тихо произнес Хват. — Возьми себя в руки и успокойся.

— Свои семейные разборки будете устраивать вне этой комнаты. — Громко сказала Абелина и повернулась к Воэйре. — Прошу простить за эту выходку канониссу Ганн, она слегка не в себе от произошедших недавно событий и стала весьма нервной. Продолжайте, пожалуйста.

Любовь между мутантом и представителем основополагающей религии, удивилась эльдарка. Как такое возможно? Но это дело самих мон-кей, ее оно не касается, пускай разбираются сами, главное, чтобы это не сказалось на их совместной работе.

— Как я уже сказала — я изгой и была в плену на корабле Темных. — Повторила Воэйра специально для тупоголовой канониссы. Ей тут же пришлось нарушить свои слова, но если свяжешься с людьми, то вполне можешь деградировать до их уровня. — Поэтому одной из пыток их архонта было посвящения меня в их планы. Они не опасались, что я кому-то что-то расскажу, без ног далеко не убежишь, а мои психические силы были заблокированы камнем с арканным заклинанием. — Воэйра машинально потянулась поверить висит ли у нее на груди личный камень душ, но вспомнила, что его отобрали и демонстративно разбили при ней. — Когда предатель покинул корабль, то Темные на моих глазах казнили всех моих воинов, оставшихся в живых. Они умирали медленно и мучительно и я не хочу вспоминать их смерть. — Дальновидящая замолчала на мгновение, успокаивая себя. — Темные рассчитывали, что это сломает мою волю, но наоборот я еще больше укрепилась в ней. И надежда отомстить подогревало мое желание жить. — Воэйра посмотрела на собравшихся людей. — Если вы выполните мою просьбу, то я пойду к вам в услужение, инквизитор. Ведь вы принимаете в свою свиту ксеносов?

Прозвучавшее предложение было настолько неожиданным для Абелины, что она даже не нашлась что сказать. Пока она обдумывала слова дальновидящей полковник Конот крякнул и бросил в пространство:

— Да уж, обзавестись личным предсказателем было бы неплохо. Это сберегло бы нам много жизней.

— И мы вовремя могли бы уничтожить Патриарха еще на орбите. — Буркнул Хват. — Не пришлось бы лезть в его гнездо и гонять по планете.

Похоже недавно имперцы столкнулись с тварями из пустоты, решила дальновидящая и понесли в этой стычке серьезные потери. Как псайкер она не могла отправить сообщение через варп потому что твари умели создавать психическую блокаду, однако они не лишали ее способностей. Конечно, все это изрядно напрягало организм эльдарки и ей приходилось сражаться с полчищами тварей в ближнем бою. Теперь было понятно, как инквизитор получила свою травму — она применила свои силы и отраженные воплем одной из тварей они ударили по ней самой. Женщина просто не была к этому готова, не знала, что такое возможно, отсюда мозг как бы закуклился сам в себе и не позволял реанимировать их, отвечая головой болью и кровотечением из носа. Воэйра могла бы помочь инквизитору и это была еще одна монетка в копилку сотрудничества с ней.

— Некоторые радикально настроенные мои коллеги так делают. — Согласилась со словами дальновидящей Абелина. — Но я... это трудное решение, к тому же я еще не услышала, что ВЫ можете мне предложить.

Она ведет беседу весьма мудро, заключила Воэйра, не голосит о культах ксеносов и ереси, как делает большинство инквизиторов, не хватается за оружие, старается опираться на здравый смысл и логику, что уже хорошо. Значит, Империум не так уж и прогнил, если в нем живут, служат и умирают такие славные мон-кей, как эти присутствующие перед ней военные. Что ж, возможно, они и помогут ей, тем более когда услышат о том, какие выгоды для государства принесет им сотрудничество с эльдаром-изгоем. Ведь единственное, что осталось Воэйре — это искупление своих ошибок перед ее народом.

— Я открою вам планы архонта и предателя, который оказался темным. — Произнесла дальновидящая. — Все дальнейшие решения зависят от вас самих, захотите ли вы спасти тысячи жизней эльдар и людей или же позволите событиям идти своим чередом. — И взгляд пришелицы остановился на канониссе.

— Нечего так на меня смотреть, ведьма. — Буркнула та. — То, что ты осталась без ног не делает тебя похожей на меня. — И только тут Симона поняла, что сболтнула лишнее.

— Вот как? — удивилась Воэйра. Она хотела добавить, что, по-видимому, потому огрин ее и спас, что увидел в ней канониссу, но вовремя одернула себя. Личные проблемы мон-кей должны решить сами между собой. — Действительно, между нами много общего. — Продолжила она другую свою мысль. — Как и у вас, долг дальновидящей состоит в том, чтобы защищать мир-корабль и всех эльдар от нападения пиратов, бандитов и враждебных рас. Я являюсь... являлась для моих воинов светочем, водителем духовной силы, воодушевляющем из на подвиги, которому они доверяли, мои решения не обсуждались и не подвергались сомнению, что и привело нас в ловушку. И я скорблю по их душам, поэтому мой долг — отомстить предателям. Разве вы не стали бы делать подобное, канонисса?

— Да я бы размазала их по космосу тонким слоем! — воинственно воскликнула Симона, представив, что кто-то из ее сестер гибнет от рук темных или попадает в их камеры пыток. Хват на всякий случай держался рядом, а то вдруг Симону посетит еще один непредвиденный порыв эмоционального помешательства.

— Тогда забудем о возможных разногласиях и протянем друг другу руку дружбы. — Улыбнулась Воэйра.

— Да чтобы я... — начала канонисса, но тут же получила толчок в бок локтем от огрина. Она, насупившись, посмотрела на громилу, который молча буравил ее взглядом. Под ним она словно превратилась в послушного кролика, стушевалась и невнятно закончила. — Хорошо, ведьма, я не стану тебя убивать, но приглядывать за тобой все же стану.

— Благодарю вас за такую откровенность. — Воэйра чуть привстала, опершись на локоть и склонила голову. — Теперь что касается планов темных...

— Да не томи ты уже, рассказывай. — Не вытерпел комиссар Марш, за что получил по шее уже от полковника.

— Эти эльдар могут заболтать кого угодно, но ничего не скажут по делу. — Проворчал Хват и на этот раз получил тычок от канониссы. Та с удовольствием вернула ему должок.

— Это потому, что у нас больше времени, чем у вас. — Степенно ответила Воэйра, которую забавляла эта возня мон-кей. — Но перейдем к делу. Предатель планирует напасть на колонию Ушедших и сделать это с помощью темных. — И замолчала.

— И все? — спросил, не выдержав, Хват. — А мы тут при чем?

— Оружие. — Прошептала Абелина, которая сообразила, с какой целью садисты осуществляли нападения на грузовозы. — Они хотят провернуть все так, как будто виноват Империум?

— Вы верно угадали мою мысль. — Дальновидящая была довольна, что инквизитор оказалась не такой тупой, как остальные, к тому же слабенькие псайкерские способности давали ей преимущество перед другими. — Темные переоденутся в боевую форму вашей гвардии, возьмут их оружие и нападут на поселение. Оставят много следов, подтверждающих что именно люди виновны в истреблении эльдар. Кого-то захватят в качестве будущих жертв для пыток, кого-то казнят прямо на месте, остальных убьют. Старейшины моего мира-корабля безнаказанным это не оставят. Колония Ушедших имеет небольшую численность, что-то около десяти тысяч поселенцев, может быть больше. Мужчин и женщин у них поровну, они все могут держать в руках оружие и, несомненно, заберут в варп с собой столько душ темных, сколько смогут, но это не волнует архонта, потому что те впоследствии смогут возродиться.

— Это как? — не поняла Абелина. — В архивах Инквизиции нет информации по камням душ у темных эльдар, известно только, что они в результате своих ритуалов скармливают своему богу души своих пленников.

— Это так. — Согласилась Воэйра, остальные притихли и слушали внимательно. — Но предатель, имя которого я не хочу оглашать, потому что он недостоин этого, нашел на одном из ваших миров-кузниц технологию, которую хочет адаптировать для возрождения темных.

— Какую такую технологию? — спросил Конот, переглядываясь с Маршем. — Что-то сразу ничего в голову не приходит.

— Технологию создания бездушных машин из плоти. — Просто сказала Войэра.

— Сервиторов? — Удивилась Абелина. — Но зачем они ему? Я не понимаю, это просто безмозглые клоны, которых... — она неожиданно поняла. — С помощью ритуалов он хочет использовать их тела для душ погибших темных?!! Которые будут все как один таскать ваши камни?! Это так?!

— Немного неверно, но вы угадали направление его плана. — Сказала Воэйра. — Архонт был весьма со мной откровенен, когда срезал мои с... в общем, когда пытал меня. Ему не нужны ВАШИ клоны — он создаст своих, благо ваше оборудование позволяет это сделать. Но даже в безмозглого клона, пускай и идеально повторяющего организм эльдар, невозможно внедрить душу. Только изделия из психокости способны на это. Призрачные Стражи и похожие на них искусственно созданные воины, которые являются вместилищем душ для наших предков. И то это только оттенок их былого величия и могущества, а не полноценные личности. Здесь же речь идет именно о полном перенесении сознания в тело клона, когда сохраняется весь накопленный за время существования эльдара опыт. Его память, его привычки и наклонности, полноценный перенос его души и сознания. Это своего рода бессмертие, к которому стремились некроны и которые его получили. — Воэйра задумалась. — Какая ирония судьбы, они в поисках подобной технологии сами стали жертвами К'тан, а какие-то мон-кей, простите, люди, превзошли их.

— Кто такие К'тан? — спросил Хват.

— Это энергетические паразиты, — ответила вместо дальновидящей Абелина, — которые пожрали души некронтир и те стали некронами. В общем, долгая история и рассказывать ее нет никакого желания. Так что, этот ваш архонт, он хочет переселить души погибших темных в тела клонов с помощью какой-то древней человеческой технологии?

— Она не настолько древняя, как вы думаете. — Улыбнулась Воэйра. — По сравнению с жизнью эльдар, конечно.

— Да уж, куда уж нашим деревенским мозгам до ваших прогрессивных городских интеллектуалов. — Снова проворчал Хват и на этот раз его не стали тыкать в бок — все согласились с этими словами.

— Это не оскорбление, а факт. — Пояснила дальновидящая. — Цивилизация эльдар всегда будет старше вас, также как и вы будете старше Тау. Это естественный ход вещей и его не изменить. Мы тоже когда-то были молодыми и также как и вы вышли в космос на примитивных кораблях, чтобы заселить окружающее нас пространство. И до нас были Древние, цивилизация, познавшая много тайн Вселенной и уже тогда воевавшие с некронтир.

— Не будем углубляться в историю. — Произнесла Абелина, возвращая разговор в нужное ей русло. — Итак, темные нашли некое технологическое устройство, которое может переселять души в тела и собираются его использовать. — Инквизитор обернулась к остальным и посмотрела на присутствующих. — Вы понимаете, что это значит?

— Что? — спросил огрин за всех.

— То, что в Империум можно будет вернуть Императора!! — воскликнула инквизитор.

Вот тут все реально зависли, обдумывая сложившееся положение. Первым молчание нарушил Хват.

— И как нам найти эту штуку? Вы знаете, где они ее держат? — спросил он у Воэйры, но та отрицательно мотнула головой.

— Я только знаю, что она есть и находится на одном из миров галактики. В Паутину они ее не потащат — слишком заметно, да и работать в этом подпространственном измерении она не будет, похоже, что они это уже выяснили. Какой-то программный сбой ваших электронных блоков. Они даже чуть его не сломали, поэтому похитили ваших инженеров, чтобы те разобрались. Ну, тех, которые изменяют свою плоть с помощью механизмов.

— Техножрецов. — Уточнил Конот и посмотрел на Абелину. — Теперь понятно зачем они нападали на корабли — им нужны рабы для экспериментов.

— Не только. — Покачала та головой и посмотрела на Воэйру. — Это ведь не все. Какой из миров-кузниц они собираются атаковать для демонтажа технологической линии по производству сервиторов?

— Вероятно, тот, что будет ближе всего. Точных координат я не знаю, но могу помедитировать над его местонахождением, однако мои возможности достаточно слабы без рун. — Сообщила дальновидящая. — Это все, что мне известно.

— Нужно сориентироваться по карте. — Сказала инквизитор. — Все данные есть у меня и вычислить этот потенциальный мир наша прямая обязанность. — Она посмотрела на Воэйру. — Что ж, дальновидящая, вы нам очень помогли, ваша информация была бесценна.

— Теперь я могу ее убить? — спросила упрямая канонисса. — Вдруг все это ловушка? И то, что она тут наболтала — чистой воды вымысел?

— Ты хоть во что-нибудь веришь? — спросил ее Хват.

— Я верю в заветы Бога-Императора!

— И о чем они говорят? — спросил огрин и, видя, что Симона сейчас начнет перечислять, загибая пальцы, остановил ее. — Ладно, не стоит. А теперь послушай меня. — Он схватил ее за плечи и сжал так, что даже в экзоскелете женщина ощутила себя как в тисках. — Я ей верю. Она говорит правду. Точка. — Огрин смотрел прямо в глаза канонисса. — И моя вера сильнее твоей.

— Почему?

— Потому что в ней нет изъяна. — Просто сказал он.

— О каком изъяне ты говоришь? — не поняла та, но вмешалась Абелина.

— Я потом объясню. — Она тронула Хвата за плечо. — То, что ты сразу поверил дальновидящей слегка настораживает, но меня интересует, почему ты так убежден в том, что она сказала правду? — Инквизитору было любопытно, как огрин, который не имеет псайкерских способностей, мог ощутить фальшь и ложь в словах.

— Потому что я чувствую, когда говорят правду. — Просто ответил громила и указал пальцем на эльдарку. — И потом, здесь находится отличный детектор лжи и сейчас он счастливо валяется в ногах у дальновидящей. Разве это не показатель?

— Гиринкс?!! — Изумилась канонисса. — Он же просто животное!

— Не животное, а разумное существо. — Немного резковато поправила ее Абелина. — И огрин прав — Мурзик первым почувствовал бы ложь, а это значит, что дальновидящая была откровенна и сейчас перед нами стоит задача, что делать с этой информацией.

— Призвать флот и раздолбать темных. — Полковник Конот был краток. — И вернуть утерянную технологию. Механикусы будут в восторге. И потом, как ты сказала, она ведь может вернуть Императора к жизни?

— Вот об этом я и хотела с вами поговорить. — Абелина смотрела прямо на канониссу, после чего повернулась к Воэйре. — Спасибо за рассказ, дальновидящая, сейчас отдыхайте. Ваша задача — восстановить силы и медитировать над местонахождением этой технологии.

— Я так и сделаю, инквизитор. — Воэйра моргнула глазами, соглашаясь со словами Абелины.

— Все на выход. — Объявила та и народ начал покидать помещение, — Мурзик, останься и помоги дальновидящей отдохнуть.

— Меня зовут Воэйра. — Произнесла та и Абелина замерла. — Теперь я не имею права носить этот титул. Видите, я целиком и полностью доверилась вам, доверьтесь и вы мне, для начала скажите свое имя.

— А...

— Нет, не это. — Покачала головой эльдарка, перебив ее. — Решите уже для себя кто вы — истинный слуга своего народа или же чья-то марионетка.

Абелина тряхнула волосами, заметив, что огрин и другие любопытные тормознули в проеме двери. Значит, ведьма уже знает. Что ж, с ее способностями это легко, к тому же в проницательности эльдар никто не мог их упрекнуть. Воэйра поставила ее перед выбором — дальше жить во лжи или же принять решение, от которого будут зависеть жизни. Не только ее, но и окружающих, потому что инквизитор чувствовала, что они вляпались в нечто нехорошее. В нечто такое, что может сломать весь уклад жизни в Империуме и не только его. И хватит ли у них сил и воли выдержать это.

Полковник Конот тянул за собой комиссара Марша и поторапливал остальных, но сдвинуть скалу, которую из себя представлял сейчас огрин для человека было невозможно. Они все равно узнают, решила для себя инквизитор и посмотрела прямо в зеленые глаза ведьмы.

— Меня зовут Джоана Шеффер, дальновидящая Воэйра. — Та кивнула в ответ на эти слова.

— Прошу прощения, что заставила вас сделать свой выбор, инквизитор, но вы должны понимать, что от ваших решений зависят судьбы наших народов. — Она повторила ее мысли почти слово в слово.

— Я принимаю ваши извинения и нахожу их приемлемыми. Сейчас отдыхайте. — Джоана повернулась к любопытным и махнула рукой — идите, мол. Хват широко улыбнулся и оттопырил большой палец руки словно одобрил действия инквизитора, как будто знал ее секрет. Кто знает, может быть и знал. Вот только недовольная и подозрительная физиономия канониссы портила весь произведенный на остальных эффект.

Всю компанию Джоана запихнула в соседнюю с лазаретом комнату — посвященные, а иначе их сейчас и не назовешь, расселись на стульях и приготовились слушать. Канонисса нервничала и ерзала больше всех, пока Хват не положил ей руку на плечо, но Симона резко дернулась, сбрасывая ладонь огрина — она явно была на него зла. Что ж, сейчас ей и остальным предстоит услышать нечто такое, отчего все устои ее веры могут пошатнуться и инквизитор не знает, как это скажется на ее боевых навыках.

— Сперва я хочу спросить тебя, Хват, что ты имел в виду, когда говорил об изъяне веры? — задала коварный вопрос Джоана.

— Вера не должна призывать к насилию — в первую очередь она заботится о гармоничном развитии души. — Просто ответил он.

— Но разве в вашей вере в Небесного Кузнеца не так? — спросила инквизитор.

— У нас нет ни одного слова о том, что мы должны вырезать чужаков подчистую. — Спокойно пояснил огрин. — Кузнец не призывает к геноциду, наоборот, он советует, как жить в мире. Это не значит, что мы должны всем улыбаться и отдавать последнюю накидку первому встречному. — Хват посмотрел на сидящих в зале. — Если чужак проявляет миролюбие, то хозяин должен ответить тем же. До тех пор, пока он не явит свою гнилую сущность. Да, кланы иногда сражаются друг с другом, хотя у нас и без войны проблем хватает. Да, у нас есть те, кто забыли заветы предков и пошли по легкому пути — их называют людоеды. Они не люди, они потеряли право так называться и опустились до животных. Но все остальные свято следуют закону и неукоснительно его исполняют.

— Значит, вера в Бога-Императора призывает к насилию? — сузив глаза, спросила канонисса. — А ты не обратил внимание на то, что вокруг нас враги? Что проклятые хаоситы совершают набеги из Глаза Ужаса? Что зеленошкурые вырезают целые города-ульи в поисках металла для своих поделок? Что синекожие тау ядом своих речей разлагают население Империума и оно начинает бунтовать против законного правителя? Что мерзкие эльдар своими лживыми наветами и интригами развязывают войны и все, что мы тут слышали может легко оказаться ложью? Единственные честные из всей этой банды ксеносов — это тираниды. Они хотя бы не скрывают своих намерений, собираясь закусить человечеством! И ты говоришь, что я должна протянуть им руку дружбы?!!

— Я этого не говорил — ты додумала за меня сама. — Спокойно заметил огрин и сказано это было так, что все сразу же притихли. Эмилия вдруг ощутила себя на собрании вождей племени, ей, как будто почудились отблески костра на стенах каменной пещеры, тени от сидящих силуэтов, а голос Хвата вдруг невиданно усилился. Огрин словно впечатывал в умы собравшихся каждое свое слово. — Вера или убеждения позволяют выстоять в тяжелые времена, она предает сил. Но если сама вера основана на лжи, то и ведет она к краю пропасти. Ты говоришь, что человечество окружают враги и это правда, но как быть с предателями внутри самого человечества? Как быть с теми, кто за кусок ксенотеха способен обречь на гибель миллионы людей? Я тебе отвечу как. — Огрин смотрел на канониссу и словно гипнотизировал ее. — Вы забыли заветы своих предков, забыли основы, которые провели бы вас к процветанию. У каждого своя стезя — пахарь сеет зерно и собирает всходы, мастер шьет одежду и обувь, кузнец выплавляет сталь и делает оружие, воин — защищает их всех. Не нападает ради наживы, а ЗАЩИЩАЕТ. И когда воин стал брать деньги за свои услуги — все изменилось. Потому что его святая обязанность превратилась в услугу. — Хват обвел глазами зал. — Скажите, что ему тоже нужно кормить своих детей? Но раньше с ним своими продуктами делился пахарь, который сеял сразу на всех, мастер делал для него доспех, а кузнец — меч. А что делаете вы? Мало того, что во главу угла у вас поставлены товарно-денежные отношения, так еще распространяясь по галактике, вы лезете на чужую территорию со своим уставом и заветами, не слушая местных жителей. Вы не учитываете их интересов и отсюда все ваши проблемы. Вам не хватает территории? — спросил Хват. — Не хватает ресурсов? Этого в достатке даже в пределах одной системы. Я не очень хорошо разбираюсь в высоких технологиях, но понимаю в кузнечном деле. Так вот, мы используем ВСЕ, что только можем найти в наших горах. У нас ничего не пропадает, мы не создаем горы мусора и с природой у нас все в порядке, потому что утилизируем все. Из шкур убитых животных мы шьем одежду, из костей делаем оружие и инструменты, из желудков — прочные бурдюки для воды, из жил — веревки. У нас ничего не пропадает — все идет в дело. Мне не хочется это признавать, но орки выступают санитарами галактики — они подчищают за цивилизациями мусор и творят из него оружие. Да, они воинственны и глупы, но они хотя бы не оставляют гор мусора после себя.

— Они оставляют трупы. — Мрачно произнесла Симона, остальные молчали. — Ты хочешь сказать, что вы, мутанты, живете лучше и правильнее чем мы?! — с надрывом в голосе спросила она. — Что люди, которые достигли звезд и потомками которых вы являетесь были настолько тупыми, что не прислушались к советам примитивных дикарей, которые ютятся в пещерах и бегают босиком по снегу?! Что мутанты живут правильнее, потому что у них банальная нехватка ресурсов и выхода нет, как использовать все что есть под рукой?! И ты предлагаешь вернуться нам к полуголодному существованию, бросить все, начать ковать мечи и бегать в доспехах и ждать, чтобы какие-нибудь Тау, спустившись с небес, принесли нам Всеобщее Благо?!! — в глазах канониссы стояли слезы, а что творилось у нее в душе из за этих словах Хвата, то невозможно было описать словами. У Симоны возникло ощущение, что он ее предал.

— Я не призываю к этому. — Также спокойно сказал вождь. — Я уверен, что в Темный Век Технологий человечество было куда развитее и сильнее, чем теперь. Но ваш путь — тупиковый. Империум в стагнации, это нужно давно признать, развиваются всевозможные культы поклонения Императору, которые тормозят прогресс и при этом представители их дерутся друг с другом, вырезая целые города. Механикусы не желают делиться информацией, старательно накапливая знания, но не применяя их во благо остальных! Только редкие их представители способны на это, но их уничтожают как предателей! — Он повернулся к инквизитору. — Я был в городской библиотеке Дома Донгеров, комиссар Эмилия не даст соврать, — та от неожиданности вздрогнула, но кивнула, — она перевела мне несколько статей из информационных источников. Прочитав их, я сделал вывод, что раньше, да даже во времена Императора Империум был гораздо сильнее и могущественнее, чем теперь. Не было такого сильного разделения человечества внутри него, оказывается, Император призвал отказаться от культа поклонения ему и пресекал подобные попытки, он ратовал за научный прогресс человечества. Однако это тоже однобокий путь, он не мог этого не знать, просто перед ним стояла задача сделать из полуразрушенного государства сверхцивилизацию. А в итоге получился пшик на всю галактику. Сейчас я скажу невероятную ересь, но вам придется меня выслушать. — Хват встал со стула. — Как историческая личность Император очень важен, я не спорю. Он объединил человечество, создал сильное государство, способное конкурировать с остальными ксеносами, что живут в галактике. Уже тот факт, что войска гвардии сдерживают сотни лет хаоситов, лезущих из Глаза Ужаса, достоин уважения. Но, со всеми этими достижениями планеты Империума скатываются к темным временам мракобесия, когда человека легко могут подвергнуть пыткам за то, что у него один глаз косой или волосы не того цвета или думает он по-другому. И чем, по-вашему, та же церковь отличается от темных эльдар? — голос Хвата гремел, после чего он повернулся к инквизитору. — Сколько людей было несправедливо замучено в камерах Инквизиции и на их кораблях? Разве вы, полковник, не подвергались преследованиях и пыткам с их стороны?

— Это другое, тем более, что все обошлось. — Заметил Конот, которому интересно было слушать выводы огрина и он думал, а не прикажет ли по концовке его речи Джоана пристрелить его? Хват, конечно, в броне и будет сопротивляться, но бежать с корабля ему некуда.

— Все то же самое. — Сказал огрин. — Просто среди инквизиторов есть здравомыслящие люди и именно на них пока держится Империум. — Он указал на Абелину. — Вот пример перед вашими глазами. А теперь скажите мне как действия сестер битвы и Инквизиции сочетаются с верой в Бога-Императора? Он что, призывал жечь людей на кострах? Садить их на кол или вздергивать на дыбе? Или, может быть, пытать в каменных подвалах? Вряд ли. — Покачал головой Хват. — Все это сделали и придумали те, кто остался после него, как Император пострадал за все человечество, вспомнить хотя бы страшную Эпоху Раздора, когда церковь боролась за власть. В его истории уже был такой случай и сколько просуществовала та религия, которую потом сменила Эра Золотого Тельца?

— О каком случае ты говоришь? — спросила подозрительно инквизитор и тут Хват понял, что в запале сболтнул лишнее.

— У нас есть предание, — попытался вывернуться он, — что Сын Бога пострадал за человечество, искупив все его грехи. Его убили на кресте, а после он воскрес. Но это не имеет никакого отношения к Небесному Кузнецу и к Императору — это не связанная с ними история.

— Ладно. — С тяжелым вздохом сказала Джоана. — Хват здесь наговорил на двадцать смертных казней, но в одном он прав — наша вера основана на лжи.

— Что?!!! — возопила Симона и вскочила со стула. Ее рука сама потянулась к болтеру и канонисса направила его на огрина и инквизитора, которые даже не дернулись. Полковник медленно расстегнул кобуру лазпистолета и переглянулся с Маршем, который готов был выдернуть силовой меч. Обстановка изрядно накалилась и все военные были на взводе. Эмилия во все глаза смотрела на происходящее, а сестра Стефания с любопытством арахнолога изучала поведение пауков в стеклянной банке. — Возьмите свои слова назад, инквизитор, иначе я буду вынуждена пристрелить вас как еретика. И огрина заодно. — Горько добавила она.

— Сядь и послушай меня, канонисса. — Жестко произнесла Джоана. — И убери свой болтер, а то ненароком пристрелишь кого-нибудь.

Обе женщины играли в гляделки, пока Симона не сдалась. Она не хотела признаться себе, что в словах Хвата прозвучала часть правды. Кардинальские миры и правда отличались чрезмерной жестокостью к своей пастве, там наказывали за любую малую провинность, работали у станков по 14 часов в день, выдавая гору продукции, которую потом поставляли в другие миры Империума, получая невероятные прибыли. Часть из этой продукции перепадала сестрам битвы, которые несли охрану этих планет. Но финансовыми потоками управляли с Терры и верховный Лорд всегда был в курсе сколько всего произведено и отгружено, какова выручка и на сколько следует увеличить рабочий день, чтобы получить еще больше. Без финансирования невозможно вести долговременную войну и это воспринималось всеми как должное. Верховного Кардинала не заботили проблемы простых гражданских, точно также как и не заботили других Лордов Терры. И они нашли решение — кнут. Гвардия, сестры, рыцари, инквизиторы, ассасины, все они являлись следствием этого кнута.

Джоана внимательно следила за реакцией канониссы и когда она внешне успокоилась, продолжила.

— Мои слова и слова огрина не покинут этой комнаты. Никто не должен знать о великой тайне, которую хранит Инквизиция. И эти слова не должны поколебать вашу веру, канонисса, потому что иначе вам не победить хаос. Ведь только сильными убеждениями ему можно противостоять, не важно во что ты веришь. Огрины верят в своего Кузнеца и тот придает им сил, вы верите в Бога-Императора и он делает с вами то же самое. Всадники Гастании верят в Духа Степей и неистово сражаются с хаоситами, скача в бой на своих конях под завывания своих трубачей. Хаосу противостоит Вера, главное, чтобы она была сильна в ваших душах, а не умах. А то, что происходит возле нее называется религия. И вот там открываются самые черные стороны человека. Кто-то служит ей за деньги, кто-то за власть, а кто-то сам хочет стать Богом. И одному это почти удалось. — Джоана оглядела всех пристальным взглядом. — Я говорю сейчас о Лоргаре, одном из примархов Императора и предателе своего отца. Именно он написал Ликтицио Дивинитатус, основу культа Императора и нашей религии.

— Не может быть! — тихо прошептала Симона. Она снова вскочила со стула. — Это все ложь!!! — В уголках ее глаз стояли слезы.

— Это самая страшная тайна Инквизиции. — Произнесла твердо Джоана. — И это правда.

— Нет!!! — Канониссе захотелось рвать и метать, срочно убить кого-нибудь.

Хват встал и подошел к ней, схватив за плечи, но женщина задергалась в его руках, колотя кулаками в перчатках по его броне.

— Отпусти меня, мерзкий еретик!!! Мутант! Урод! Исчадие варпа! Тупой огрин!! — Симона плакала и кричала, но стены комнаты были толстыми и не пропускали ни звука.

— Успокойся. — Просто сказал огрин. — Сестра, есть какое-нибудь успокоительное?

Стефания будто очнулась от сна.

— Я сейчас сбегаю. — Подорвалась она.

— Не нужно. — Инквизитор подошла к канониссе и вколола ей в шею лекарство. — Ей нужно поспать — обычно истово верующие никогда не желают принять правду. А что касается тебя... — Джоана посмотрела на огрина, — будешь ли ты продолжать сражаться за Империум или предашь его?

— Я защищаю свой дом и простых людей, мне нет дела до политических интриг и высшей знати. — Просто ответил Хват, медленно усаживая на стул обалдевшую от успокоительного коктейля Симону. — Если ко мне в дом ломятся враги и выносят двери, я беру в руки оружие, чтобы защитить свою семью. Если сосед просит о помощи и я вижу, что его родные в опасности — я беру оружие в руки. Но я никогда не приду к соседу и не отберу у него красивую вещь только потому, что она мне понравилась. Эльдары — наши соседи и они в беде. — Хват смотрел прямо в глаза Джоане. — Среди них тоже уродов хватает и темные тому доказательство, но и среди людей есть еретики, которые продались хаосу, а также всевозможные культисты и предатели. Я не могу пройти мимо того, кому нужна моя помощь, если он честно просит о ней. Сейчас дальновидящей нужна наша помощь. Если мы устранимся от этой проблемы, закроем на нее глаза, то в галактике преумножится несправедливость, силы Хаоса усилят свое влияние и вернувшийся бумеранг судьбы ударит по нам еще страшнее, чем когда-то по эльдарам, раз их цивилизация постепенно угасает. Возможно, я непонятно говорю, но я уверен, что без нашей помощи все сложится еще хуже.

— Я поняла тебя. — Кивнула Джоана и посмотрела на остальных. — Иногда такие беседы нужны, чтобы встряхнуть вам мозги и заставить думать. Итак, перед нами встала проблема как помочь эльдарам, не вызвав с их стороны дружественного огня. Они ведь не знают, что мы пришли помочь, а не уничтожить их.

— А как на это отреагирует твой Лорд-Инквизитор? — спросил полковник. — Не будет ли наше вмешательство объявлено мятежом? Я не поручусь за только что набранных рекрутов, к тому же кто-нибудь из офицеров станет задавать неудобные вопросы и что мне на них отвечать? Они ведь тоже могут, — Конот кивнул на замолчавшую канониссу, — за оружие хвататься. И стрелять в тех, кто недавно насмерть стоял против тиранидов мне что-то не хочется.

— Если хочешь, то я могу перед ними выступить. — Произнесла инквизитор. — Печать у меня есть, мне поверят. Если еще вправить мозги канониссе, то вообще будет отлично.

— Я могу заняться этим. — Подняла руку сестра Стефания. — Все же работа в архивах подразумевает допуск к секретным материалам и я в курсе, как был сформирован культ поклонения Императору. Я могу продемонстрировать некоторые редкие сохранившиеся записи, чтобы убедить канониссу в том, что это не подделка. Надеюсь у нее хватит сил принять правду.

— Откуда у тебя записи? — спросила Джоана.

— Я взяла с собой все необходимое. — Ответила Стефания. — Просто на всякий случай. — И заверила. — Я не собиралась использовать эту информацию против Империума, скорее наоборот, она помогает мне проанализировать возникшую ситуацию, потому что даже за тысячелетия люди редко меняются.

— Ладно. — Согласилась инквизитор и посмотрела на огрина. — Хват тебе поможет.

— Ну уж нет. — Помотал тот головой. — Она же дикая как кошка, чуть что сразу за оружием кидается. Я не хочу, чтобы мне выцарапали глаза.

— У тебя больше всех шансов ее вразумить, чем у нас. — Заметила инквизитор.

— Это еще почему?

— Ты что, совсем тупой? — спросил его комиссар Марш. — Даже я вижу, как она на тебя смотрит, а сейчас ты плюнул ей в душу своими словами. Так что иди, извиняйся.

— Да. — Безэмоциональным голосом произнесла Симона. — Я требую извинений.

— Она что, нас слышит? — удивился комиссар.

— Конечно, я ведь не снотворное ей дала. — Пожала плечами Джоана.

— Б..ть! — выдохнул Марш и тоскливо посмотрел на Конота, но полковник только усмехнулся.

— Вас всех нужно казнить. — Тем же голосом произнесла канонисса. — Немедленно. Сборище мерзких еретиков. Я должна... я устала. — Глаза канониссы медленно моргнули.

— Видимо, никто ничего делать не собирается, тогда я займусь. — Хват подошел к Симоне и взял ее на руки.

— Отпусти меня, ты, огринская сволочь. — Было смешно слышать голос канониссы, похожий на сервитора и вождь усмехнулся.

— Для начала я вправлю тебе мозги, любимая. — Произнес он со всей нежностью, на которую был способен. После чего подмигнул Эмилии и остальным, которые были немного в шоке от такого заявления. Впрочем, Джоана сразу же догадалась, что огрин решил сыграть свою роль. Симона уставилась на него, медленно переваривая сказанное. — Сестра Стефания, поможете мне?

— Да, да, сейчас, — засуетилась та, спеша к выходящему огрину.

— Итак, здесь остались самые вменяемые. — Джоана потерла ладони друг о друга. — Будем надеяться, что огрину удастся убедить канониссу помочь нам.

— Трахнул бы ее и всего делов. — Буркнул себе под нос комиссар Марш, думая, что его не услышат, но Эмилия поразилась сказанным им словам, да и инквизитор повернулась в сторону военного.

— Мысль крайне интересная, но, боюсь, это невозможно.

— У вас что, инквизитор, слух неожиданно прорезался? — поинтересовался комиссар и получил тычок от Конота. — Что?

— Не забывайте, что хотя я и потеряла ухо, но слышать хуже не перестала. Это во-первых и во-вторых — у меня там имплант. — Джоана продемонстрировала маленькую мушку микрофона. — И теперь я слышу, как бурчит в животе у комиссара Кармайкл. — Эмилия покраснела, — хотя обед был недавно.

— Растущему организму нужны калории. — Вступился за свою подчиненную Марш. — Но давайте вернемся к эльдарам — что вы предлагаете?

— Огрин прав — помочь им необходимо. Хотя бы затем, чтобы их силы не атаковали наш мир-кузницу. Для начала неплохо бы выяснить какой именно, но, кажется, я уже догадалась. Это вторая по значимости планета Трагетсов, где производят сервиторов и поставляют на рынок Империума. И я думаю, что за инквизитором Боннером стояли темные.

— Считаешь, что его запрограммировали на самоубийство они? — спросил Конот.

— Я уже уверена в этом. — Инквизитор подошла к проектору и активировала карту галактики, укрупнив ее до карты сектора. — Смотрите, дальновидящая сказала нам, что темные готовят нападение на колонию эльдар, но не сказала, где она находится. Я предполагаю, что где-то здесь, в этом секторе. — Она указала пальцем. — И план свой эльдары начали воплощать в жизнь гораздо раньше, чем поступило сообщение о тиранидах. Им нужно было создать напряженность в этом секторе, а самое главное — развязать войну между Торговыми Домами. Локальный конфликт позволил бы оттянуть часть флотов от столичных планет и снизить обороноспособность мира-кузницы. Нет, о нападении стало бы известно и сюда прислали бы как минимум флот гвардии, но я уверена, что это еще не все. Раз темные не отказались от своего плана, то у них еще много козырей в рукавах. Возможно, они хотят натравить на миры Трагетсов тиранидов или орков, во всяком случае я должна буду предупредить их руководство.

— И придется раскрыть часть того, что здесь произошло? — спросил Конот. — Поведать о дальновидящей? А как к этому отнесется твой руководитель? Ты уверена, что он еще не получил всю доступную тебе информацию? Ведь ему ее передать может тот же Док или Токс, или Сабля, да любой из твоей свиты!

— Полагаешь, я не должна никому верить?

— Ты сама сказала, что мы ступили на скользкую дорожку предательства и мятежа. — Спокойно заметил полковник. — Нас могут объявить еретиками и та же канонисса с удовольствием расстреляет нас, а капитан Ландер заключит под стражу. Конечно, он мой старый друг, но все же приказа ослушаться не сможет. Как быть с этим?

— Не знаю. — Джоана присела на стул и вздохнула. — Скажу честно — я устала. — Она посмотрела глазами, полными тоски на полковника. Конот тут же подвинул к ней свой стул и обнял инквизитора, совершенно не стесняясь комиссаров. — Я всего лишь бывший пехотный лейтенант, немножко псайкер, но не тысячелетний интриган, который сейчас играет против нас. У меня не хватает опыта, не хватает знаний, мне даже положиться не на кого.

— Как это не на кого? — удивился Конот. — А я? А мой полк? Огрины в конце концов! Хват может молоть всякую чепуху, но хуже стрелять от этого он не станет. Разве на них ты не можешь положиться? Приказ инквизитора для гвардейцев — закон. Они шагнут даже демону в пасть, если это сможет спасти миллионы жизней. Разве этого недостаточно?!

— С точки зрения Лордов мы пойдем против их воли, займемся самодеятельностью и уже этого достаточно, чтобы обвинить нас в мятеже. — Грустно сказала Джоана. — Вы готовы пойти на такое?

— Я готова! — звонко сказала Эмилия, встав со стула и одернув форму. — Если наши действия спасут жизни гражданских, проживающих на мире-кузнице, то это стоит того, чтобы умереть за Империум неважно что об этом думают Лорды!

— Ишь ты, помирать она собралась. — Ворчливо произнес Марш. — Никто помирать не будет — все сделаем по уму, но для этого нужно заручиться поддержкой всех, в том числе и сестер и капитанов кораблей. В одиночку мы не выстоим — пример дальновидящей налицо, но вместе — справимся.

— В единстве наша сила. — Полковник погладил инквизитора по голове. — Гвардия создана, чтобы сражаться с врагами Империума и поддерживать в бою своих союзников и сейчас ими на время стали эльдар. Что, если оказав помощь их колонии, мы убедим их присоединиться к нам?

— Звучит заманчиво. — Кивнула, улыбнувшись, Джоана. — Но я все равно должна связаться с Лордом и открыть ему часть правды. Если этого не сделать...

— Понимаю. — Кивнул в ответ Конот.

— Инквизитор, а что за выбор вы должны были сделать? — спросил комиссар. — Ну, про который говорила ведьма?

— Джоана — это мое настоящее имя. — Женщина сразу же поняла, куда Марш клонит. — Абелина — данное мне инквизицией. Дальновидящая просто предложила мне выбрать один из путей.

— И что за пути?

— Путь чести и путь лжи. — Ответила ему Джоана. — Я выбрала первое.

— Ну, тогда об этом не стоит и жалеть. — Марш усмехнулся, вспоминая время, проведенное в застенках Инквизиции. — Все что не делается — все к лучшему.

— Согласна. — Джоана посмотрела на Конота. — Ну что, соратники, спасем Империум в очередной раз, пускай он этого и не хочет?

— Обязательно. — Кивнул ей полковник.

Симона проспала несколько часов как убитая. Проснувшись, она ощутила спиной, что рядом кто-то сидит, большой и сильный. Он тихо посапывал, дежурил возле ее кровати, не отходя ни на шаг. Нетрудно было догадаться, кто это. Канонисса была зла на огрина за его слова, за то, что он сказал правду, от которой Симона пыталась отмахиваться всю свою жизнь. Она искала утешение в битвах с ксеносами, командовала штрафными батальонами репентий, даже сама чуть не загремела в один из них из-за той истории с Фабрицио, и опять все повторяется по кругу. Она что, проклятая варпом и Богами Хаоса? Симона шевельнулась и Хват всхрапнул, после чего почесался и уставился на спину канониссы. Она знала, что ее раздели до майки и трусов и укрыли одеялом и было непривычно оказаться без брони. Нет, она в ней не спала, конечно, но чувствовала без нее себя очень неуютно.

— Уйди. — Глухо произнесла она. — Не хочу тебя видеть. — Женщина с удивлением коснулась пальцем своей щеки, по которой пробежала слеза.

— Не дури. — Выдохнул огрин. — Правда всегда тяжела.

Они молчали некоторое время.

— Ничего не хочешь мне сказать? — не выдержала Симона.

Хват вздохнул. Он забрякал доспехами, видимо, переместился вместе со стулом поближе к ее кровати. Нет, это была не ее каюта на "Славном" — она еще находилась на борту "Зерна". Рука огрина коснулась темных волос Симоны и та резко повернулась к нему, сжимая кулак и пытаясь ударить громилу.

— Не трогай меня!

Хват ловко погасил ее удар своей стальной ладонью и поймал ладонь. Симона извернулась как кошка и огрин увидел, что в ее глазах стояли слезы. Канониссы зарычала, пытаясь освободиться, но громила держал крепко и она поняла, что не сможет перебороть его. От отчаянья и душевной тоски она завыла и злость немедленно перешла в слезы и рыдания. Симона хотела быть сильной, она не должна была расслабляться, но все эти произошедшие события и слова наложились друг на друга. Канонисса плакала, прекратив сопротивляться. Огрин сунул руку под одеяло и вытащил из-под него Симону, усадив себе на колени. Он гладил ее голову, шептал в ухо слова успокоения и канонисса неожиданно для себя ощутила потребность в этой ласке. Она положила голову мужчине на грудь, который в этот раз был без доспеха — он гремел ножнами кинжала о свой протез.

— Все будет хорошо. — Шептал Хват. — Ты справишься, ты сильная, я знаю.

— Не хочу быть сильной. — Выдохнула Симона и посмотрела на огрина, на его изрезанное лицо все в шрамах. — Сколько себя помню, я всю жизнь была сильной и не позволяла себе опускаться до подобного. А ты... — она стукнула кулаком Хвата по груди, — ты мерзкий уродливый мутант! Что ты сделал со мной?

— Что? — не понял тот.

— Ты спас меня и влюбил в себя! — сказала Симона главные слова. — Это я должна всех спасать, а не ты!

— Разве? — удивился Хват, продолжая гладить ее волосы. — По-моему наоборот ты должна сидеть дома и растить детей, а твой муж — защищать тебя и охранять.

— Это несбывшаяся мечта. — Канонисса посмотрела огрину прямо в глаза. — Ты считаешь меня взбаламошенной дурой?

— Ты тоже мне нравишься. — Кивнул он. — И у нас много общего, главное из них — долг. Мы — вожди, на нас равняются наши подчиненные, что они могут подумать, если увидят тебя такой?

— Какой? — не поняла Симона.

— Слабой и расклеившейся. — Резко произнес Хват. — Ты канонисса боевого ордена или девчонка, выпускница Схолы?

Симона вытерла красные глаза и со всего маху засадила кулаком Хвату в ухо, но тот ловко отдернул голову.

— Я — канонисса! — важно сказала он. — Отпусти меня, ты, тупой мутант! — Огрин немедленно разжал объятия, однако Симона не торопилась слезать, удобно устроившись у него на коленях. — Ты выполнил мой приказ? — удивилась она.

— Зато ты не торопишься исполнять мои просьбы. — Заметил он, разглядывая своим живым глазом ее лицо. Симона немного покраснела от такого внимания, вспомнила про свои шрамы и провела пальцами по рубцам. — Они тебя не уродуют, наоборот, говорят, что с тобой лучше не связываться. — Сказал Хват.

— Обними меня. — Попросила канонисса.

— Ты уж определись, чего ты хочешь. — Проворчал огрин, но пожелание выполнил. В его руках находится было приятно, к тому же от тела Хвата шло тепло и вскоре Симоне стало жарко.

— Я женщина, я раба своих желаний. — Сказала она, вставая и огрин немедленно отпустил ее. Канонисса прошла к своей броне, потеребила поддоспешник, оглянулась на Хвата, который разглядывал ее протезы.

— Где ты потеряла ноги? — спросил он.

— Разве это так важно?

— Совсем нет. — Согласился он и подошел к женщине. — Так ты поможешь нам с эльдарами?

— Ты же знаешь, что я не могу ослушаться приказа инквизитора, а пока у нее не отобрали печать — она главная. — Произнесла Симона, отводя глаза, но Хват поймал ее за подбородок.

— Я спросил у тебя не об этом. — Он честно смотрел на канониссу своим глазом. — Прости, что наговорил лишнего при всех, но таков уж я сам по себе.

Симона провела по рубцу шрама на лице огрина.

— Поэтому ты мне и нравишься. — Призналась она. — Ты честен, справедлив и всегда говоришь правду, а я терпеть не могу лжи. — Симона вздохнула. — Ее в моей жизни было слишком много. Права инквизитор, я создала свой собственный мирок и скрылась в нем как в скорлупе. А ты ее разбил. — Она снова вздохнула. — Я понимаю, что мы не можем быть вместе, ты — огрин, я — человек. Ты — вождь, я тоже и нас ведет долг перед нашими воинами. Ты кругом прав, но иногда так хочется забыть о проблемах и немного пожить для себя.

— У нас еще будет шанс на это. — Улыбнулся Хват. — Так ты с нами?

— Ну куда я от вас, идиотов, денусь. — Улыбнулась в ответ канонисса. — С вами хотя бы безумно весело.

Лорду-Инквизитору снова пришел вызов от одного из его агентов, который сейчас занимался разработкой одного из боевых ресурсов. Последний отчет от нее был скуп на информацию, но это и понятно, больше добавит ей к нему было нечего, потому что агент еще не прибыла на планету и не начала расследование. К тому же пропавшая там экспедиция успела переслать немного данных и скомпилировать их с информацией агента было плевым делом. Его аналитики уже сделали предварительные выводы и Лорд был готов послать туда свою экспедицию, но неожиданные проблемы в другом секторе заставили его пока забыть про огринов.

— Приветствую вас, Лорд-Инквизитор. — Голос женщины звучал немного необычно, но в этом виновата была межзвездная связь. — Операция на Симилле завершена, все дела переданы агенту Саксу, я приступаю к разработке ресурса. Но случилась непредвиденная встреча — корабль темных эльдар атаковал грузовое судно, принадлежащее дому Кантерра, часть груза была похищена, но экипаж они вывезти не успели — мы прибыли с небольшим опозданием. Темные уничтожены, однако мне удалось выяснить, что это не простое нападение, а звенья одной цепи.

— Какое же?

— Связанной с предательством агента Боннера. Его зомбировали темные и он был просто винтиком в их плане. У меня нет прямых доказательств, только косвенные, но они указывают на то, что темные планируют нападение на один из миров-кузниц, принадлежащих Трагетсам.

— Что производит этот мир?

— Боевые машины, оружие, оборудование и клонов для сервиторов.

— Всего этого у нас в Империуме в достатке, не понимаю твоего беспокойства.

— Но ведь темные планируют атаку на промышленный мир, там ведь наши технологии и они зачем-то им нужны!

— Почему ты решила, что им нужны наши технологии?

— Потому что атаковать укрепленный мир — это глупо. Если только это не отвлекающий маневр. Прошу вас, мой Лорд, направьте в сектор двенадцать сорок семь небольшой патрульный флот гвардии, пусть хотя бы поболтается по системам, его помощь будет неоценима.

— Я не могу этого сделать и ты это знаешь. — Лорд наклонился к микрофону. — Не в моих правилах распылять ресурсы по галактике, когда они нужны мне в другом месте. У тебя под командованием два корабля и три полка гвардии вместе с сестрами битвы, обойдись своими силами. Разберись с планами темных, используй свои возможности и не забывай про огринов, вскоре они мне понадобятся и я не хочу ждать, пока ты их правильно замотивируешь.

— Да, мой повелитель. — Джоана разорвала соединение и посмотрела на Конота, который сидел рядом с ней и все слышал.

— Что ж, мы получили карт-бланш от Лорда и теперь пришло время действовать. — Заметил он. — Но мне не нравится, что он знает координаты планеты огринов и легко может нагрянуть туда со своими силами.

— Думаю, что его можно будет перехитрить. Но для этого мне точно потребуется помощь эльдар. — Джоана заговорщицки подмигнула.

Глава 9.

Воэйра медленно приходила в себя после введенной ей техножрецами анестезии. Док, даже не пытаясь оспаривать распоряжения Джоаны о пересадке эльдар аугментики, лично проводил операцию по протезированию утерянных конечностей дальновидящей, а полковой механикус Магос ассистировал ему. Предварительные тесты, проделанные Доком, позволили ему сделать вывод, что человеческая аугментика вполне подойдет эльдарке. В будущем возможно некоторое падение производительности в результате повышенного износа из-за особенностей нервной системы пациентки. Вместо стандартных токопроводов пришлось поставить более толстые из прочного материала, чтобы приблизить скорость прохождения нервного сигнала близкого к физическим параметрам дальновидящей. Док постарался вовсю, кропотливо работая над сращиванием тоненьких нервных окончаний Воэйры с толстыми жгутами проводов киберног.

Дальновидящая открыла глаза и посмотрела на висящий над ней операционный агрегат мон-кей, который своими никелированными манипуляторами напоминал безжизненную технику некронов. Воэйра резко села на попу и откинула простыню — она была абсолютно голая, однако совершенно не стеснялась двух механикусов, которые присутствовали в операционной. Они были лекарями, тем более совершенно не испытывали какого-либо полового влечения к женскому телу. Просто перед ними был объект хирургического вмешательства, ничего более. Воэйра посмотрела на два стальных обрубка, чужеродным пятном прилипших к ее белой коже. По краю кибернетики безобразно шла завернутая в металл техножрецами кожа со свежими рубцами от медицинских инструментов. Дальновидящая протянула руку и потрогала холодный металл, который отныне будет являть вместе с ней единое целое. Ступня отдалено была похожа на человеческую, пальцев не было — просто сплошная опорная поверхность. Ну, это понятно, подумала дальновидящая, кибернога должна выполнять свою функцию и выполнять хорошо, а шевелить пальчиками теперь совершенно не обязательно.

— Попробуйте пошевелить стопой. — Попросил Док, наблюдая на ауспексе показания датчиков ног. — Мне нужно замерить скорость прохождения нервного сигнала и отрегулировать вашу координацию движений.

Войэра не стала спорить с техножрецом и просто выполнила требуемое. Ноги подчинялись ее воле, но дальновидящая чувствовала, что они все же являются чужеродными для нее. Понятно, что люди не имели никакого понятия о психокости, из которой эльдары производили свои протезы и единственной надеждой на "нормальные" ноги для Воэйры являлись костопевы колонии. Только они могли исправить вмешательство механикусов и дать ей хотя бы подобие той красоты, какой ее наградила природа.

Док закончил настройки и посмотрел на дальновидящую.

— Попробуйте пройтись.

Воэйра встала и закачалась на месте — организм эльдарки не привык к тяжести протезов мон-кей, она вообще не предполагала, что они окажутся такими тяжелыми. Удерживать равновесие было тяжело и ей на помощь пришел Док, своей "третьей" рукой придержав дальновидящую за талию. Она мысленно скользнула в сознание техножреца и с удивлением ощутила мертвенную пустоту. Создалось такое ощущение, что она коснулась некрона — механикус почти ничем не отличался от той машины. Нет, несомненно, он думал, но его мысли были полностью логичны и рациональны, малые эмоции, которые изредка проскальзывали, подавлялись самим аугментированным организмом, в который были встроены сосуды с различными растворами, влияющими на ткани и мозг и подавляющими выбросы гормонов. Воэйра прежде не сталкивалась с этими людьми, но знала, что странные мон-кей по своей воле превращают себя в машины. У них есть прислужники, которых они называют сервиторы, так вот, механикусы не слишком от них и отличались, единственное — у них была иллюзорная свободна воли и принятия решений, тогда как их машины выполняли единственную заложенную в их мозг программу.

Воэйра прошлась по комнате, балансируя телом и привыкая к протезам. В тех местах, где кожа была содрана, лекари смазали поврежденные участки каким-то заживляющим составом и перебинтовали, так что сейчас худющая и костлявая Воэйра напоминала древнюю мумию некрона, поднявшегося из саркофага. Дальновидящая усмехнулась своим мыслям, передвигаясь по комнате. Она слышала гулкие удары своих тяжелых ног и понимала, что с ее слухом тоже поработали — Док внедрил в слуховой проход чувствительные микрофоны, подключив их к барабанной перепонке органа. Теперь эльдарка могла определять источник звука не хуже самого техножреца. Воэйра понимала, зачем люди это сделали — им нужна была боевая машина эльдар, видящая, а не сидящий в отдельной комнате оракул, который только и может, что изрекать прописные истины. Да и сама Воэйра вряд ли на подобное согласилась бы — все же чувство мести за своих воинов пылало в ее груди и заставляло жить наперекор судьбе. Кстати, о судьбе, подумала дальновидящая, какова вероятность того, что ее спасли из плена именно эти мон-кей, с которыми она уже имела дело. Галактика велика, людей в ней много и на месте того у-орма мог оказаться кто угодно и он вряд ли снизошел бы до спасения истерзанной эльдар, скорее наоборот, подарил бы ей смерть. А так... что ж, у нее есть шанс отомстить и предотвратить катастрофу мира-корабля. Ведь если тысячи воинов, повинуясь злой воле Таладриэля, нападут на мир людей, за который те будут отчаянно сражаться, то погибнет множество эльдар и Биэль-Тан уже не оправиться от такого удара. И от этого выигрывают только темные — они получают технологию воспроизводства клонов, которая им так нужна, приносят кучу жертв своему мерзкому божеству и как итог, захватывают ослабевший мир-корабль и после издеваются над ее народом. Предатель все точно рассчитал, но не учел одного — кто-то из светлых Богов варпа помог дальновидящей, послав корабль с мон-кеями в этот участок сектора. И темные оказались слишком жадными, чтобы сразу не покинуть захваченной судно — они решили поживится пленниками и это стало их ошибкой. Поэтому сейчас святая обязанность Воэйры предотвратить нападение на колонию Ушедших, но как это сделать, она еще себе не представляет. Однако чувство дальновидящей подсказывает ей, что нужно довериться мон-кей и лучше это сделать прямо сейчас.

— Мне выдадут какую-нибудь одежду или придется разгуливать прямо так? — спросила она техножреца. — Боюсь, что тогда ваши воины умертвят меня, как только увидят.

— Сейчас все будет, дальновидящая. — Произнес Док и скрылся в соседней комнате, появившись вскоре с комплектом брони.

Пока она спала или была без сознания техножрецы сняли мерки с тела эльдарки и вручную изготовили для нее броню. Воэйра надела нижнее белье, сверху грубую ткань, которая играла роль поддоспешника, после чего облачилась в латы. Люди инквизитора предусмотрели все — каждый кусочек тела дальновидящей был прикрыт броней, а на голове удобно разместился тактический шлем. Ее броню разрисовали своими имперскими узорами, налепили черепов и вырезали отличительный знак одного из полков армии мон-кей. Сама броня не шла ни в какое сравнение с подобными аналогами у эльдар — была тяжелой и слабоманевренной, в ней дальновидящая чувствовала себя как в консервной банке. В сторону резко не отпрыгнуть, ни мечом взмахнуть. Придется ее по-своему доработать, хотя имперцы не понимали, что толщина доспеха еще не значит, что воин в нем надежно защищен. Иногда скорость реакции и быстрота спасает жизнь гораздо лучше, чем толстая защита. Воэйра сняла шлем и посмотрела на отличительный знак — кулак с цифрами мон-кей и крылья рядом с ним.

— Что это значит? — спросила она техножреца.

— Гвардейцы будут думать, что вы привлеченный специалист и временно входите в состав подразделения. — Ответил Док. — Точно также как рота огринов — у них на плече изображен такой же символ сто второго пехотного, однако вместо крыльев — мечи.

— И что они значат? — Воэйре было любопытно узнать о геральдике имперцев. Не то что она выпытывала, но все же ей придется некоторое время провести среди них, да и ее обещание служить инквизитору еще никто не отменял. Эльдар, нарушивший свое слово, считался ненадежным. Но наличие предателей и темных говорило, о том, что подобному не очень то и верили. Однако Воэйра чтила свой собственный кодекс, одним из правил которого являлось соблюдение данного ей слова. Не важно кому, важно, что дальновидящая приложит все усилия, чтобы его исполнить.

— Мечи означают, что подразделение является штурмовым и находится на острие атаки. — Ответил Док. — Топоры — ударные части, крылья — воздушное прикрытие или сторонние специалисты, молоты — танковые части, приписанные к полку, кривые сабли — подразделения прорыва, молнии — десант, черепа — смертники. В разных полках принята своя система символов, но полковник Конот решил, чтобы вы не слишком выделялись.

— А почему меня не записали в свиту инквизитора? — поинтересовалась Воэйра.

— Госпожа считает, что для этого нет оснований. — Вежливо ответил ей техножрец. — Она просила передать, что освобождает вас от данного ей обещания, но взамен хочет попросить об услуге.

— Вот как? — зеленые глаза Воэйры вспыхнули. — Вероятно, мне стоит спросить ее об этом?

— Да. — Кивнул Док.

— Тогда поскорее проводите меня к инквизитору, чтобы мы могли решить насущные вопросы как можно быстрее.

— Именно это я и собирался сделать. — Ответил техножрец. — Прошу.

Он вел дальновидящую по длинным и огромным коридорами человеческого корабля. Навстречу сновало много солдат, идущих по своим делам. Они мало обращали внимания на дальновидящую, подумаешь, еще один наемник, наверное, он из свиты инквизитора, так что лишний раз ему не надо показываться на глаза. И даже высокий рост не являлся чем-то выразительным, стоит вспомнить канониссу и огринов, которые напоминали космодесантников. Кто-то двигался в столовую, кто-то на тренировку для отработки слаженных действий во время боя, ремонтные бригады также торопились устранить мелкие поломки, которые все же случались даже после капитального восстановления корабля. На верфях заварили корпус и поменяли кое-какое оборудование, усилили балки и установили дополнительные торпедные аппараты с лазерными пушками, что потребовало уменьшить количество перевозимых войск, но капитан Ландер сознательно пошел на это. Все равно перевозимые полки являлись пассажирами, а вот от канониров, операторов лазерных пушек и пилотов зависели их жизни, так что капитан делал все, чтобы облегчить им труд и обеспечить выживаемость самого корабля и его "попутчиков". Ландер любил свой корабль, он ни за что не расстался бы с ним, не покинул гибнущее судно, если ситуация сложилась бы подобным образом, потому что не видел смысла в дальнейшем существовании. И взорвал бы реактор, чтобы судно не досталось ксеносам или оркам, после того, как эвакуировал экипаж. Вот только Ландер не догадывался, что его верные подчиненные сами не собирались оставлять своего капитана в одиночестве — они легко шагнули бы вслед за ним. Его слишком сильно уважали, чтобы предать.

Док остановился перед дверью и пропустил дальновидящую вперед. Воэйра вошла, быстро окидывая взглядом помещение — посередине тактический стол с гололитическим изображением окружающего корабли космоса. В пространстве сновали синие точки, собираясь возле одной крупной — грузовоз еще не покинул систему, где на него напали и дальновидящая решила, что прошло не так уж много времени после ее освобождения. Имперцы вывозили раненых, восстанавливали на месте поврежденные дюзы, чтобы судно могло продолжить движение, а два корабля Имперского Флота висели в космосе, охраняя их покой.

За столом напротив двери сидела инквизитор Джоана, возле нее расположился гиринкс, который, едва завидев вошедшую Воэйру, посмотрел на свою хозяйку и, словно спросив разрешения, подбежал к эльдарке, обнюхал ее искусственные ноги и мявкнул, спрашивая, что это? Дальновидящая ласково коснулась гиринкса своим разумом, успокаивая существо и тот, обвив ее ноги своим пушистым хвостом, потерся головой о коленку. Мурзика не обманула надетая броня — он сразу же почувствовал, что пришелица, которая очень напоминала хозяйку и с ней можно было безопасно общаться, вдруг встала на ноги, а он видел, что ее конечности повреждены. Как она так быстро их отрастила? Нужно срочно выяснить и разобраться — любопытству гиринкса не было конца. Джоана слегка улыбнулась поведению своего компаньона.

— Похоже, дальновидящая, вы перетянули на свою сторону моего партнера. — Ровно произнесла Джоана.

— О, не извольте беспокоится, инквизитор, — ответила Воэйра, снимая шлем, чтобы присутствующие видели ее глаза. — Это его инициатива, не моя.

— Поэтому я и не беспокоюсь. — Шевельнула плечом Джоана. — Мурзик весьма любознателен и это иногда играет с ним злую шутку.

Полковник Конот, который сидел по правую руку от инквизитора, усмехнулся. Ну еще бы, он помнил, как гиринкс всего его тщательно обнюхал, чтобы разрешить допустить к телу Джоаны. Шерстяной ревнивец. Сидящий по левую руку от инквизитора комиссар Марш посмотрел на часы и кинул быстрый взгляд на полковника.

— О, не стоит беспокоиться, комиссар, они скоро будут. — Заверила его эльдарка.

— Может быть уже прекратишь заглядывать в мою голову? — ворчливо спросил Марш, который был явно не в духе — он собирался встретиться со своей подругой, а тут его срочно вызвали на совещание и комиссар слегка досадовал, понимая причину неожиданного сбора. Эти мон-кей такие предсказуемые.

— Я даже не пыталась этого делать. — Воэйра развела руками. — Вы сами слишком громко думаете.

— Значит, канонисса все же согласилась. — Произнесла Джоана, сцепив пальцы в замок. — На нее не похоже.

— У огрина проснулся дар убеждения. — Усмехнулся полковник.

Воэйра ощутила, что они говорили о связи канониссы и у-орма. Она быстро разорвала ментальный контакт — личные привязанности людей должны остаться их собственными и никто не имеет права разглашать их. Так было принято на мирах-кораблях эльдар и это правило также входило в ее кодекс. Никто не подглядывал за другим в замочную скважину, чтобы потом со счастливыми криками разболтать каждому встречному о произошедшем. Эльдары не могли себе позволить подобного просто потому, что жили слишком тесно и напряжение между индивидуумами могло легко достигнуть точки кипения, а ссоры плохо отражались на отношениях воинов и экзархов в бою. Дальновидящая знала об этом не понаслышке. Но здесь... она коснулась разумов полковника и инквизитора и ощутила, что те ничего не имеют против отношений канониссы и огрина, наоборот, всячески их поддерживают. Вождь громил был сильным, командир сестер битвы была сильной, но внутри нее пряталась женщина, тайным желанием которой было стать слабой и по-настоящему женственной, и на удивление огрин мог ей это дать. Она сама так считала и их отношения не несли похоти, скорее дальновидящая могла бы назвать их любовью или же близкой дружбой двух соратников.

Дверь распахнулась и на пороге возник огромный квадратный силуэт, за которым разглядеть тонкую и худую канониссу было решительно невозможно. Хват прошел внутрь, кивнул присутствующим и плюхнулся на стул возле стены, что стоял по правую руку от Воэйры. Симона зыркнула на дальновидящую неприязненным взглядом, но ничего не сказала и тоже устроилась на стуле возле у-орма. Гиринкс увидел новых посетителей и подбежал к ним. Первым делом он вскарабкался на колени к огрину и заглянул ему в глаза, словно требуя что-то.

— Кормить не буду. — Буркнул тот, погладив кота по голове. — Нечем. — И посмотрел на инквизитора. — Иди вон к Симоне, у нее попроси.

— У меня тем более ничего нет. — Произнесла канонисса, чуть отстраняясь от гиринкса, который направился в ее сторону. У-орм ловко подхватил кота за грудную клетку и посадил себе на плечо. Мурзик тут же заурчал и начал тереться о мощную шею огрина.

— Вот мне и воротник. — Произнес Хват и гиринкс с мявом спрыгнул на пол.

— Своей фразой ты нажил себе врага. — Заметила Джоана.

— Теперь единственное, что мне нужно опасаться, это то, что он нагадит мне в башмаки или нассыт на подушку. — Произнес огрин. — Но это я как-нибудь переживу.

— О боги. — Инквизитор воздела глаза к потолку и обратила их на дальновидящую. — Простите этого громилу, он иногда совершенно не думает, о чем говорит.

— Меня не задевает его болтовня. — Ответила Воэйра и прижала руку к груди. — Прежде всего, я хочу поблагодарить вас за то, что поставили меня на ноги и спасли из рук Отступников, дав возможность отомстить за своих воинов.

— Ну, пока еще мы ничего не сделали. — Сказала Джоана. — И для того, чтобы у нас с вами получилось задуманное, то мы должны полностью доверять друг другу. — Инквизитор повернулась к Симоне. — Канонисса, вы с нами?

Та тяжело выдохнула, собираясь с мыслями.

— Если я скажу, что мне все это нравится, то вы не поверите. — Симона была откровенна. — Но я понимаю, что своими силами мы победить большее зло вряд ли сможем, поэтому я не против помощи ксеносам, если это принесет пользу Империуму. Но если все пойдет не так... — она посмотрела на Воэйру. — Клянусь Богом-Императором, я первая выстрелю тебе в голову, проклятая эльдар!

Хват положил ей ладонь на руку и канонисса выдернула ее. Воэйра почувствовала, что огрин недоумевает по поводу ее слов, ему казалось, что они обо всем договорились, но такова была натура Симоны — она ни за что не могла признаться даже самой себе, что поступает неправильно. Понимая, что слишком упрямая для этого, она не могла сломить свою гордость и потом жалела об этом. Словно ее душа разрывалась между долгом и обязанностями и необходимостью нарушить взятые на себя обязательства потому что так будет правильно. Симона разумом понимала, что только помощь эльдарской колонии может предотвратить нападение темных на мир-кузницу, своего рода превентивный удар. Но вот вбитые в нее в Схоле доктрины религии и веры были слишком сильны, чтобы вот так нарушить их. Да еще и инквизитор подлила масла в огонь, рассказав о том, как был на самом деле создан культ Императора и земля зашаталась у канониссы под ногами. Она боялась ошибиться и привести своих сестре к гибели. Теперь она не знала, что делать, ведь правда была слишком страшна. Но больше всего она боялась влияния на нее и на ее сестер сил Хаоса. Ведь зерна сомнения в ее душе поселила именно инквизитор, а она уже якшается с ксеносами! Но пришел огрин и все вернул на свои места. Ему канонисса доверяла. Он был воином, вождем, блюстителем собственного кодекса чести и сейчас он намеревался помочь эльдарам, даже если это стоило ему и его народу жизни, ведь их легко могли обвинить в мятеже или назначить еретиками. А Симона этого допустить не могла. Лежа на кровати, она спиной ощущала дыхание сидящего рядом Хвата, а тот, изредка нарушая свое молчание, рассказывал ей о свой родине и вот тогда по спине канониссы пробегали мурашки. Она сражалась с хаоситами, с еретиками, с мятежниками, с ксеносами, но она была уже подготовленным бойцом и со временем привыкла заглядывать в лицо смерти. Огрин шел с ней рука об руку с малолетства. Он буднично рассказывал о том, как лишился родителей и почти всего племени еще будучи ребенком, как был вынужден выживать в чужом клане и приспосабливаться к его правилам, как учился воевать и сражаться в снегах, как вырезал деревни людоедов и разорял гнезда паразитов. И вот тогда Симоне становилось за него страшно. Она сама считала себя уже потерянной для любви, но нашелся человек, нет, мутант, который посвятил войне всю свою жизнь. Она еще иногда вспоминала беззаботные годы, проведенные в Схоле — Хват не знал их никогда. И вот сейчас, когда он сказал, что не может пройти мимо чужой беды, что это будет неправильно, что любая разумная жизнь священна, Симона схватила его за руку. И дело было не в том, что она пожалела его, а наоборот, она хотела, чтобы он вытащил ее из того болота словоблудия и лжи, в которое она проваливалась с каждым годом. Прикрываясь словом Бога-Императора и поиска еретиков, канониссе частенько приходилось вести за собой сестер против слабовооруженного противника, который представлял из себя сброд мятежников, простых гражданских, доведенных до отчаянья и взявшихся за оружие, чтобы отстоять свои права. И она сознательно подавляла бунты на кардинальских мирах, отрешаясь от всего, стараясь не думать о том, что жители уже не могли больше терпеть узаконенного рабства. А вот такой как Хват точно встал бы на их сторону. Потому что так было правильно по совести и по кодексу. Огрин поведал ей основы их жизненного уклада и она нашла их достаточно справедливыми. В них не было места коварству и лжи, товарно-денежным отношениям и ростовщичеству, они говорили о взаимовыручке и помощи ближнему потому что в их мире по-другому не выжить. И Симона согласилась. Она не могла пойти против воли огрина, признавшись самой себе, что он ей нравится. Внешне, конечно, он не красавец, но какая-то харизма у него точно есть, раз канонисса в его присутствии теряет голову, но чувствует себя в безопасности. И сейчас она решила довериться ему и сидит на этом стуле, в ожидании плана, который изложит инквизитор.

— Симона, хватит. — Спокойно сказал Хват. — Простите ее, дальновидящая, недавно канонисса узнала нечто такое, что весьма сильно ударило по ее мировоззрению.

— Я понимаю. — Склонила голову Воэйра и посмотрела на Джоану. — Вероятно, вы хотите услышать от меня подробности о местонахождении колонии и ее возможностях в обороне?

— Было бы неплохо. — Согласился Конот. Обидевшийся на всех гиринкс возился где-то в углу и уронил стоящий там резервный блок когитатора, просто напомнив о себе. Полковник шикнул на вредного кота, но тот проигнорировал его, продолжая свое черное дело. — Просто так заявится на орбиту планеты мы не можем — на нас тут же нападут и мы развяжем локальную войну в этом секторе.

— Именно так. — Воэйра подошла к тактическому столу. — У поселения есть небольшой флот — пара рейдеров и несколько звеньев истребителей, это все что я знаю. Патрули постоянно перемещаются по системе в режиме маскировки, рейдеры готовы отразить возможную атаку противника и как только имперские суда появятся на экранах их радаров, то катастрофа неминуема. И я не знаю, как ее предотвратить.

— Я знаю. — Поднял руку огрин. — Придется ждать нападения.

— Хочешь атаковать, когда темные проявят себя? — спросил полковник.

— По-другому никак.

— Погибнет много эльдар. — Грустно произнесла дальновидящая. — Это будет трагедия.

— Придется чем-то пожертвовать. — Пожал плечами Хват. — Но большинство выживет, даю слово.

— Путешествия по варпу — не точная наука. — Заметила Джоана. — Мы можем прибыть раньше, чем темные нападут или же позже, когда уже будет некого спасать.

— Воспользуемся гипердвигателями. — Предложил огрин. — Выйдем в соседней системе и будем ждать. У нас же есть дальновидящая, она может предсказать время атаки.

— У меня нет рун и от этого мои психические способности весьма ограничены. — Сказала Воэйра и посмотрела на Джоану. — Но план у-орма мне нравится, он хотя бы предложил что-то.

— То есть мы, по-вашему, болваны? — раздраженно спросил комиссар Марш.

— Я этого не говорила, — покачала головой дальновидящая, — вы сами решили за себя.

— Ладно, Стэн, забудь. — Полковник Конот остановил готовившуюся сорваться тираду с языка комиссара. — Мы здесь не для того собрались, чтобы обмениваться взаимными упреками.

— А как-нибудь предупредить вы их можете? — спросил Хват. — Ну, через ментальную плоскость или там астральную окружность?

— А вы уверены, что мне бы поверили? — вопросом на вопрос ответила дальновидящая. — К тому же я не могу исключать нахождения среди поселенцев агентов темных, они точно должны там присутствовать, ибо готовящаяся акция чрезвычайно важна для предателя. Он хочет спровоцировать атаку эльдар мира Биэль-Тан на один из ваших миров и поэтому ему нужен прецедент, дабы убедить в этом совет старейшин — просто так никто ему флот и воинов не выделит.

— Это понятно. — Хват задумался. — А показать нам эту систему вы можете?

— Конечно. — Воэйра подошла к тактическому столу и, используя свои силы, начала перебирать звезды. — Она находится здесь.

— Но тут пусто! — воскликнул полковник.

— Не сомневайтесь, она там.

— Наши разведчики не ошибаются. — Конот теребил подбородок и перекинулся взглядом с Маршем. — Если только их не обманывали все это время.

— Эльдары могли воздействовать на их разумы, заставить их забыть о том, что они видели и стереть все записи о посещении этой системы. — Заметила Джоана. — Это возможно?

— Если в колонии много практикующих псайкеров, то да, такое возможно. — Воэйра раскинула руки и зашептала слова. На нее тут же направили стволы болтеров и лазпистолетов, на что дальновидящая усмехнулась. — Не беспокойтесь, это простейшая иллюзия.

— Вздумаешь залезть ко мне в голову и я проделаю в твоей аккуратную дырочку. — Симона держала Воэйру на мушке.

— Моих сил все равно не хватило бы справиться с вами всеми. — Ответила та, не прекращая своих манипуляций. Возле тактического стола возникло изображение неизвестной системы — эльдарка транслировала его из своей памяти. — Ваши разумы слишком сильны. — Она кинула взгляд на огрина.

— Ну, понятно, — кивнул тот, убирая оружие в кобуру, — На самых примитивных и тупоголовых ваше колдовство действует гораздо лучше. — Он не знал, что его разум дальновидящей не удалось бы взломать даже с рунами — природная защита четко работала.

Хват встал со стула и подошел к иллюзии — в системе было десять планет и две из них в поясе жизни. Обе были укутаны белоснежными облаками и вращались вокруг своей оси, причем одна была зеленой и живой, с бурлящими в атмосфере ураганами, дующими ветрами, волнующимися морями и океанами, а вот вторая почти полностью покрыта снегом. Все выглядело настолько натуральным, что огрин потянулся потрогать, но помедлил, решая, а не навредит ли он жителям этой планеты. Воэйра мысленно усмехнулась — его так легко впечатлить. Громила привык к гололитическим изображениям аппаратуры людей, но здесь картинка была более четкой.

— С рунами получилась бы еще лучше. — Неожиданно для себя сказала Воэйра. — А так иллюзия бледная.

Хват посмотрел на дальновидящую, но ничего не сказал, а принялся изучать вторую планету, так похожую на его родину. Только темные цепи горных кряжей и гранитных скал разбавляли скучную картину, да еще незамерзающее море на экваторе. Полковник Конот и комиссар Марш тоже подошли к иллюзии и начали ее тщательно рассматривать. Гиринкс ощутил любопытство людей, бросил шуметь и тоже подбежал — ему страсть как хотелось узнать, что именно удивляет его спутников. Мурзик привстал и потрогал лапой одну из планет, которая располагалась "ниже" всех — шерстяная подушечка прошла насквозь. Гиринкс очень удивился и занервничал, став вылизываться. Джоана пришла ему на помощь и образами передала, что это своего рода изображение. Тогда кот успокоился и вместе со всеми стал наблюдать за движением планет.

— Значит, вся система под колпаком. — Задумчиво произнес Хват. — А ближайшие системы патрули тоже проверяют?

— Изредка. — Воэйра погасила иллюзию — долго поддерживать ее она не могла, пока еще слишком слаба и не хватало сил. Джоана, у которой частично сохранились способности, почувствовала усталость дальновидящей и потом только вспомнила, что она ничего не ела.

— Я плохая хозяйка. — Вслух обругала инквизитор себя. — Прошу простить меня, дальновидящая, но когда вы в последний раз ели?

— Это было давно. — Воэйра улыбнулась.

— Я сейчас же распоряжусь накрыть нам стол. — Джоана связалась с Доком, который все это время стоял с той стороны двери. — Не знаю, подойдет ли вам наша пища...

— Подойдет. — Просто кивнула Воэйра.

— Тебе пока нельзя твердое. — Решительно воспротивился огрин, чем вызвал в свою сторону ревнивый взгляд канониссы. Она что, думает, что я могу претендовать на у-орма? Это же смешно, подумала дальновидящая, искоса наблюдая за нервничающей Симоной. — Только жидкий питательный бульон.

— Думаю, что ваш техножрец в курсе этого. — Сказала Воэйра. — Где я могу расположиться, чтобы принять пищу?

— Сейчас этот стол превратится в обеденный. — Возвестил полковник, гася карту космоса. Повинуясь его манипуляциям гололитический проектор ушел вниз и отверстие закрылось ровной площадкой. Марш ушел в соседнюю комнату и притащил скатерть, которую и постелил поверх стола. — Мы предпочитаем питаться в столовой, но ваше появление там, дальновидящая, вызовет ненужную нам шумиху и пересуды, а мы хотели бы избежать подобного поведения среди наших солдат.

— Скоро им идти в битву против эльдар и в защиту других эльдар. Как вы объясните им это? — лукаво спросил Воэйра.

— Просто. — Ответил ей комиссар Марш. — Колония — наши союзники, приказ о помощи эльдарам исходит от нашего инквизитора, мы даже состряпали бумагу, чтобы такие подозрительные конспирологи как Тихонький успокоились.

— Разумно. — Согласилась Воэйра, оглядывая людей. — Возможно, мое присутствие будет смущать вас принимать пищу, я все-таки ксенос.

— Сейчас вы наша гостья и проводник, было бы невежливо выпроводить вас вон. А некоторые особы вполне могут и потерпеть. — Взгляд инквизитора буравил канониссу. — Или, если ваше общество их напрягает, могут выйти.

— Нет, я останусь! — с вызовом произнесла Симона. — Похоже вы попали под влияние ведьмы и только я сохранила каплю рассудка, чтобы присмотреть за ней.

— Право не стоит ругаться из-за меня, я легко могу пообедать отдельно. — Заверила Воэйра.

— Нет, мы будем кушать все вместе. — Твердо заявила Джоана, не отрывая взгляда от канониссы. — Раз уж вы согласились влезть в нашу лодку, то и раскачивать ее не следует, а нужно совместно грести.

Обе женщины позыркали друг на друга и сделали вид, что каждый принял сторону другого, но все равно остались при своем мнении. Вскоре Док и несколько сервиторов принесли блюда и очень быстро накрыли стол.

— Эх, почек zayachih верченых не хватает. — Досадливо произнес огрин, доставая огромную ложку из подсумка и тщательно вытирая ее о скатерть, не пользуясь салфеткой. — Ну-с, приступим.

— Веди себя за столом прилично. — Прошипела ему на ухо канонисса, ощутившая внезапный стыд за поведение громилы. Но, во-первых, наклониться к здоровяку она не могла и, во-вторых, ее шипение услышали все, отчего на лицах присутствующих расцвели улыбки.

— Обещаю, что не буду ковырять в носу, рыгать и чесаться. — Огрин приложил руку к груди. — Честное огринское.

Симона вздохнула и покачала головой — иногда он совершенно невыносим, но сейчас она понимала, что Хват шутит. Вот такие у него шутки, дурацкие. Может быть поэтому ее к нему и тянуло? Огрин не выделывался, не притворялся, говорил правду прямо и честно. Да, иногда стоило придержать язык за зубами, но в характере здоровяка присутствовала эта неприятная для других черта — он слишком требователен как к себе, так и к остальным. И требователен во всем, от зашнурованных ботинок и чистого подворотничка, до четкого исполнения законов и правил его родины. При этом сам громила забывает, что его планета — это мелкая песчинка в Империуме, где на его выверты смотрят по-другому, легко видя в них ересь и мракобесие. И быть Хвату сожженному на костре где-нибудь на кардинальском мире за свои слова, если бы ему так не повезло в учебке. Повезло попасть в полк к Коноту, который был сам себе на уме и прекрасно умел отличать хорошие вещи от дурных, к комиссару Маршу, который не один раз заглянул в пасть к Хаосу и вынес оттуда единственное верное правило — доверяй своим солдатам, не перегибай палку, но и не давай сесть им себе на шею. Уважение, вот чего добивались офицеры, а уже за ним идет все остальное. Огрина — уважали. За профессионализм действий, за отвагу, за храбрость. Он и его соратники доказали это в бою. Языком он мог молоть какую угодно чепуху, но она не выйдет за обшивку корпуса этого корабля, Симона была уверена и ни одни гвардеец не сдаст незнакомому комиссару шумного здоровяка. Ну, кроме новичков, но она уверена им уже все объяснили.

Все за столом хранили неловкое молчание — Хват тщательно пережевывал пищу, работая ложкой как ковшом экскаватора. Его порция была раза в три больше, чем у остальных. Воэйра изящно, как и соответствует эльдарам, пила с ложечки питательный бульон, пускай у него и вкус был не очень, но дальновидящая понимала, что сейчас это важно. Прав у-орм, ее организм давно не получал твердой пищи и сейчас жидкость именно то, что ему и требовалось. Полковник сопел, переглядываясь с комиссаром Маршем — обоим еще не приходилось разделять трапезу с ксеносами и поэтому офицеры чувствовали себя неуютно. Симона так вообще не притронулась к пище, но хотя бы молчала.

— Почему вы не едите, канонисса? — спросила ее Джоана.

Та со смешанной ненавистью и тоской во взгляде посмотрела на инквизитора, но ничего не ответила. Воэйра ощущала состояние женщины, для которой сесть за один стол с эльдаром уже считалось верхом ереси. Дальновидящая ничем ей не могла помочь, она знала, что недавно канонисса претерпела серьезный разговор и сейчас находилось в душевном смятении, выйти из которого она должна была сама. Ну, или при помощи огрина.

Хват чуть пододвинул к ней тарелку и, наклонившись, прошептал на ухо.

— Ты сидишь за одним столом с мутантом и инквизитором, разве тебя смущает присутствие за ним еще и эльдара?

Симона злобно сверкнула в его сторону взглядом и неуверенно взяла ложку ладонью.

— Хорошая девочка. — Похвалил Хват.

Канонисса с яростью бросила столовые приборы, которые жалобно звякнули о тарелки.

— Ну все, хватит! — заявила она. — Терпения моего больше нет! — Она развернулась и уже хотела засадить огрину тыльной стороной ладони по лицу, как будто он был во всем виноват, но тот поймал ее руку и легко задержал.

— Сядь! — это прозвучало с его стороны, как приказ и Симона неожиданно для себя замерла. — Прошу тебя, не веди себя как дура хотя бы при дальновидящей. — Огрин силой своей воли подавлял бунтарский дух канониссы.

Нет, неожиданно осознала Воэйра, он применял какой-то способ ментального давления, причем делал это неосознанно!! Нечто такое, что позволяло держать подразделение в узде и требовать точного исполнения приказов. Интересно всем огринам доступна такая способность или только некоторым, достойным звания вождя? Дальновидящая скользнула в сознание Хвата и встретила серьезный ментальный барьер, преодолеть который незаметно у нее бы не получилось, но вот считать поверхностные мысли громилы — легко. Тот испытывал легкую досаду на то, что пришлось так сделать при всех и даже немного чувство вины перед женщиной, но он знал, как образумить канониссу. И что самое интересное, она подчинилась. Сильная женщина жаждала быть слабой при мужчине, который волей был ее сильнее. Нужно обязательно поговорить с ней об этой ее уязвимости перед Хаосом, потому что сомнение и смятение для него открытые врата и она это знала. Но ее решимость таяла, когда рядом был огрин, Симона и сама не понимала, почему так себя ведет.

— Нет нужды требовать от канониссы соблюдать этикет, инквизитор. — Сказала Воэйра, поднимаясь и обращаясь к Джоане. — Совместная трапеза была... слишком преждевременна.

— Вам не нужно извиняться, дальновидящая. — Заметила Джоана, глядя на эльдарку. — Просто канониссе очень сложно принять нового союзника.

Инквизитор специально устроила этот совместный обед, чтобы сплотить соратников. Преломившие вместе хлеб и напившиеся от одного источника потом считались сторонниками. Не друзьями, не родственниками, об этом не могло идти и речи, но единомышленниками. И сейчас это было самым главным — Воэйра поняла ее замысел.

— Она постарается изменить свое мнение о вас. — С нажимом в голосе произнесла Джоана.

Симона фыркнула, но ничего не сказала, а снова взяла ложку в руку и принялась хлебать суп с индифферентным выражением лица. Офицеры сидели молча, пока Марш не налил себе полный до краев стакан амасека и не выпил его залпом.

— Не желаете, дальновидящая? — предложил он выпивку.

— Я пью только воду. — Тихо ответила эльдарка, расправившись с бульоном.

— Комиссар, плесните мне на два пальца чисто для пробы. — Попросил огрин.

— А ты буянить не будешь? — подозрительно спросил Марш, на что Хват улыбнулся.

— Сейчас проверю крепость вашего напитка, а потом уже решу ломать мне стол и стулья с битьем морд или нет.

— Э, вы мне это прекратите, тут вам не балаган! — возмутился полковник, но комиссар успокаивающе махнул рукой.

— Сейчас полстакана каждому не повредит. — Заверил он.

— И мне. — Попросила Симона, протягивая стакан.

Марш не стал ерепениться и налил полный, который канонисса точно также как и он выпила залпом.

— Хм, уважаю. — Оценил ее размах комиссар и плеснул огрину в кружку.

Хват принюхался, потом медленно процедил сквозь зубы, после чего поставил на стол и посмотрел на офицеров.

— Не поймите меня неправильно, но ваш амасек не крепче нашего взвара.

— Чего? — обиделся было Марш. — То есть то, что вы там каждый день в своей казарме хлещете — натуральное спиртное?

— Мы пьем отвар — тонизирующий напиток. — Ответил Хват. — Взвар — это немного другое и состав его другой, что-то вроде настойки, но проходит процесс кипячения. А еще у нас есть самогонка, принести?

— Из чего вы ее делаете? — спросила Джоана, которой стали интересны такие подробности огринского алкогольного продукта.

— Взвар из молодого мха, что на скалистых кручах под солнцем растет, добавляем немного сушеной печени мохнача, свежей слизи червя, все это тщательно перемешивается и выставляется на свет. После брожения доводится до кипения, чтобы исчез неприятный запах, после уже можно пить. Иногда разбавляют ключевой водой. А самогонка... — огрин пожал плечами, — дикая смесь различных видов лишайника и мха, настаивается семь дней, потом перегоняется...

— Это как? — перебил его Марш.

— Ставятся две чашки друг над другом, разводится огонь под одной из них. Конденсат от выпаривания собирается во второй. Продукта выходит мало, но он получается забористый, зараза. — Хват вдруг стал хмурым. — Однажды это нас подвело.

— Как подвело? — спросил неугомонный Марш.

— Родовичи отмечали праздник, многие напились так, что язык заплетался, на ногах стоять не могли. В это время людоеды и напали. — Огрин замолчал. — С тех пор пили мало, вождь сразу же запретил подобные гулянки — погибло очень много воинов и охотников, сопротивляться они не могли, только бестолково размахивали руками.

— А ты? — спросила Симона, внимательно слушая откровения громилы.

— А я не пьющий. — Усмехнулся Хват. — В том бою я взял много трофеев — два крепких хитиновых щита, пять мечей, саблю и множество кинжалов с ножами.

— И сколько лет тебе было? — спросила дальновидящая, хотя уже и так это знала, но сделала скорее для всех остальных.

— Шесть или семь периодов, что-то около того. — Ровно ответил тот. — Может меньше.

— А период — это сколько? — решила уточнить канонисса, понимая, что время счисления огринов вряд ли похоже на принятое в Империуме.

— Наш период это примерно два ваших года. — Пояснил огрин. — Это я уже здесь узнал.

— Двенадцать — четырнадцать лет! — выдохнул комиссар. — А сейчас тебе сколько?

— Восемь с половиной. — Гордо ответил тот.

— Семнадцать! — простонал Конот. — Да ты еще дитя!

Симона потрясенно смотрела на здоровяка. Она никогда не задумывалась, сколько же ему на самом деле лет, по разговору он выглядел умудренным жизнью и опытом воином, а на деле безусый мальчишка! И как она могла в него влюбиться?!

— У меня в роте есть и постарше. — Заметил огрин, совершенно не смутившись. — Если переводить на ваши года ему двадцать пять или около того.

— То есть вас, детей, отправляют на службу в гвардию? — спросила инквизитор.

— Мы очень быстро растем. — Ответил Хват. — Восемь-девять периодов — время создавать семью.

— И какова ваша продолжительность жизни? — задал вопрос комиссар.

— Самого старого, кого я знал, звали Говорун. Он погиб от когтя паразита, когда ему было двадцать восемь.

— Лет?

— Периодов.

— Да уж, — выдохнул полковник, оттягивая воротник кителя. — Однако невеселая у вас там житуха.

— Да нормальная. — Хват опустил уголки губ вниз, пожимая плечами. Его выражение лица выглядело немного удрученным — Мы не жалуемся. Бывает в схватках гибнет много молодых воинов рода, вдовы остаются с детьми и если они не могут прокормить себя то... род исчезает. — Огрин не стал продолжать и замолчал. Воэйра ощутила, что это как-то связано с ним и его клятвой, данной самому себе. Для вождя его подчиненные были чем-то большим, чем солдаты — они стали для него родичами и гибель каждого очень сильно огорчала Хвата, но кроме этого было что-то еще и это огрин скрывал ото всех, даже от сестры битвы.

— В суровых условиях куется суровый характер. — Вспомнила канонисса. — Меня интересует другое, как ты, такой юный, сумел занять место вождя, да еще и слепить из своих людей тактически грамотное боевое подразделение?

— Я не рвался в командиры — меня выбрали воины. — Ответил Хват. — У нас судят по делам, а не по речам. И потом, хочешь жить — умей вертеться, а с лазганом в руках и болтером в кобуре это сделать гораздо проще, чем с копьем и топором за плечами.

— То есть будь у вас дистанционное оружие, то вы бы не стали теми, кто есть сейчас? — спросила инквизитор.

— Наверное. — Пожал плечами огрин. — Самые тупоголовые умирали первыми, следующие за ними учились на их ошибках, все наши законы и правила написаны кровью наших предков, вот почему их не рекомендуется нарушать. Кто идет против — превращается в изгоя. Его не убивают, но он становится одиночкой и должен впредь сам заботится о себе. Выживет он или умрет — все зависит от него самого и его умений. Если мозгов хватит — может основать свой клан или род, это не запрещено. Соберет таких же изгоев и они выживут. Вместе. У многих так мозги от дури прочищаются.

— То есть назад вы их не принимаете?

— Почему не принимаем? Принимаем, роду всегда нужна свежая кровь и опытные воины с охотниками. Он уже искупил свое деяние и может вернуться назад. Некоторые хитрецы предпочитали переждать время где-нибудь в брошенных пещерах, чтобы потом вернуться героями, однако для таких у нас есть испытание и хитрюга вряд ли бы его прошел, если просто грел пузо. Да и отсидеться в пещере не получится, кушать хочется всегда, нужно ходить на охоту или собирать мох с лишайниками, на них тоже можно продержаться какое-то время, но организму нужно мясо, без него никак. Можно податься к степнякам или поморам, обменять у них железо или горючий камень на еду, но надо потрудиться — если отдашь свое оружие, то быстро станешь добычей. Вот почему изгоев у нас мало — выжить вместе проще, а дураки... они у всех есть.

— Согласен. — Кивнул полковник. — Все это крайне интересно и познавательно, но как к семнадцати годам ты накопил такой колоссальный опыт? Извини меня, но это невозможно, я ни за что в это не поверю.

— Но сейчас вы доверяете ему, полковник. — Утвердительно произнесла дальновидящая, глядя на Хвата, который реально напрягся при этих словах, но не показал виду, внешне оставшись невозмутимым. — Разве он подводил вас?

— Нет. — Вынужден был признать тот.

— Тогда почему, едва узнав сколько ему лет, вы подвергаете сомнению его компетентность в должности командира, на которую его выбрали его же воины? — Задала свой вопрос Воэйра. — Разве своими делами он не доказал, что может ее занимать?

— Дальновидящая права. — Улыбнулась Джоана и положила ладонь на руку Конота. — Огринам приходится выживать в своем суровом мире и мускулы не всегда играют важную роль. Просто у Хвата так устроены мозги — она сначала думает, а потом делает.

— Лучше бы за языком своим следил, прежде чем сказать, что думает. — Тихо пробурчала канонисса.

— Что вы сказали? — громко осведомилась инквизитор.

— Все это хорошо и прекрасно, — ответила та, — но к решению наших проблем не приближает. Как нам помочь эльдарам, если мы даже появиться в их системе не можем?

— Огрин же предложил сидеть в засаде в соседней системе. — Напомнил всем полковник. — Похоже на план, а дальновидящая будет медитировать над появлением темных.

— Мои возможности без рун ограничены, но я постараюсь, тем более, что это в моих интересах.

— Дальновидящая, а вы можете, используя иллюзию, как маскировку, протащить небольшой отряд на планету? — задумчиво спросил Хват. — Например, малый челнок?

— Вы хотите обмануть наблюдателей эльдар? — удивилась Воэйра. — Вряд ли подобное получится, все же мой народ обладает психическими силами, кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Могут распознать наш обман.

— А что если нам закосить под орков? — спросил огрин и на него посмотрели все. — Помните, полковник, как мы тренировались на полигоне? Например, группа орков попытается высадиться на планете эльдар, никаких следов людей и связи с ними. Можно даже переделать один из челноков под орочий корабль, чтобы вообще не вызвать подозрений.

— Орки летают на астероидах. — Произнесла Джоана. — Они иногда захватывают наши корабли и переделывают их по-своему, но атаковать малым челноком мир эльдар, который тщательно охраняется — бред. Они сразу же заподозрят высадку диверсионной группы. Вас собьют еще на подходе — орки малыми силами не летают.

— Тогда нужно выждать подходящий метеорит или астероид и прокатиться на нем до места назначения. — Заметил Хват. — Или самим запустить такой. Мы ведь в состоянии это сделать?

— Слушай, а тебе точно семнадцать лет? — осведомилась Симона. — Рассуждаешь ты как столетний опытный ветеран.

— Астероид должен пройти вблизи атмосферы планеты, разогнаться об нее и уйти в космос. — Рассуждала вслух инквизитор. — Но для того, чтобы придать ему ускорение нужны двигатели. Док, зайди.

В помещение просочился техножрец и замер статуей, ожидая приказаний.

— Мы можем высверлить небольшой астероид на манер корабля орков? — спросила Джоана.

— Для этого понадобится двигатель и топливный бак, система управления, маневровые...

— Нет, нет, нет, — замотала головой инквизитор. — Только бак и двигатель, чтобы задать ему разгон?

— С этим проще, — согласился Док, — но у нас нет двигателя также как и подходящего астероида.

— Его можно легко приобрести у тех же торговцев, что сейчас латают грузовоз. — Заметила инквизитор.

— Нужен не очень большой камешек, чтобы не слишком светился на радарах. — Произнес Хват и повернулся к Доку. — В трюм нашего корабля можно запихнуть такой, чтобы провести все работы?

— Нет. — Безэмоционально ответил техножрец. — Но в крейсер "Славный" — вполне.

— Канонисса, тогда вам и карты в руки. — Сказала Джоана. — Допустите на свой корабль моего техножреца?

— Как будто у меня есть выбор. — Буркнула та и посмотрела на огрина. — Хочешь лететь на этом куске камня?

— А почему нет? — пожал тот плечами. — Все же лучше, чем устраивать пострелушки с теми, кого собрался спасать.

— План огрина, конечно, безумен, — произнес задумчиво полковник, — но он может сработать. Только как вы собрались высаживаться на поверхность?

— На гравишутах конечно.

— И у тебя есть опыт их использования? — заинтересованно спросил Конот.

— Нет.

— И ты собираешься его приобрести во время высадки?

— По ходу разберемся.

— Что мне нравится в огринах — это безумная смелость и незамутненность сознания. — Пошутил комиссар Марш. — И еще он заявлял, что самые тупые передохли первыми! Нет, друзья, на их планете остались такие же самоубийцы как Хват, потому что суют свою голову в пекло только по приказу вождя, полностью ему доверяя! Ты хоть понимаешь, что у тебя выжить один шанс из миллиона?

— Ну, так его надо использовать. — Огрин мотнул головой. — Чего зря сидеть и сотрясать воздух.

— Так как, Док, получится? — спросила техножреца Джоана.

— Гравишуты для огринов мы сделаем, он сам просил об этом. Астероид раздобудем — каменюк в космосе полно, запустить по нужной траектории — запустим, это не проблема, если только по пути он не встретится с еще одним таким же блуждающим камнем. Но как высадить вас на планету — я не знаю, вспышки работы реактивных ранцев буду сразу же замечены аппаратурой эльдар.

— Нужно направить астероид как можно ближе к планете, чтобы он коснулся атмосферы и подорвать его. — Сказал Хват. — Когда осколки разлетятся, мы прикроемся ими.

— Самоубийство. — Покачал головой комиссар.

— Нет. — Ровно ответил техножрец, проведя анализ сказанного громилой. — Если просчитать направление полета и взрыва, количество высвободившейся тепловой энергии может прикрыть работу гравишутов, огрин прав. Но во время приземления придется снова их включить и риск обнаружения возрастает.

— Мы сбросим гравишуты при подлете к планете и спустимся на парашютах. — Произнес Хват. — Ранцы нужны нам только для того, чтобы отойти от расколовшихся камней астероида — остальное за нас сделает гравитация.

— Что такое парашют? — спросила Симона. — Я не слышала об этом средстве спуска.

— Примитивное устройство, не требующее использование двигателя. — Пояснил Док. — Купол из прочной ткани, который тормозит падение. Откуда ты о нем знаешь?

— Мы используем подобные средства если нужно быстро спуститься вниз. — Пожал плечами Хват. — Правда наши тяжелее и ими невозможно управлять — просто купол из сшитых шкур. Это когда веревок не хватает, перед тобой отвесная стена приличной высоты и спускаться по ней боязно — можно сорваться. Тогда мы прыгаем. Иногда кто-то выживал, если не ломал себе ноги.

— Да вы все там психи! — возмутился полковник. — Прыгают они!

— Тихо. — Успокоила его Джоана и посмотрела на Хвата. — Если мы предоставим тебе и твоей команде более продвинутые парашюты, то вы с ними справитесь?

— Нужно потренироваться. — Сказал тот и посмотрел на дальновидящую. — И все зависит от времени, через которое темные нападут на колонию.

— О, пока Таладриэль все тщательно не подготовит, то он не станет этого делать. — Заверила та. — Возможно это нападение на ваш транспорт было крайним, но перед тем, как атаковать колонию, ему нужно проинструктировать Отступников и наказать тех, кто не исполнил его приказы. Так что думаю около недели у нас в запасе есть и потом, он ведь опирается на совет старейшин корабля и должен быть точно уверен, что они поддержат его предложение, а для этого атака должна быть очень кровавой — ни один эльдар колонии не должен выжить. Думаю, он сейчас переносит маршруты патрулирования флота Биэль-Тан таким образом, чтобы они не встретились с кораблями темных и не нарушили его планов. И отвечать за эти манипуляции будет кто-то другой. Своими интригами он может убрать своих же конкурентов и расчистить дорогу к власти. Таладриэль ничего не делает спустя рукава, но он такой же темный как и остальные — изредка ему требуется разрядка. Он даже меня поймал за то, что я не выполнила его приказ.

— Какой именно? — спросила Джоана.

Воэйра посмотрела на полковника, на комиссара, огрина и канониссу.

— После изгнания демона я должна была напасть на вас. — Просто сказала она.

— А ведь я чувствовала! — с торжеством произнесла Симона. — Что спиной к ушастым лучше не поворачиваться!

— Почему ты этого не сделала? — спросил Хват.

— Я не ударю в спину тому, кто помог мне. — Казалось, голос дальновидящей наполнил все помещение. — Это противоречит моему собственному Кодексу чести, которому я следую всю свою жизнь. — Симона замолчала, переваривая ее слова.

— Что ж, принимается. — Проворчал полковник и посмотрел на инквизитора. — Но нам нужно поторопиться — темные ждать не будут.

— Согласна. — Джоана посмотрела на Дока. — Займись проектированием и изготовлением реактивных ранцев и парашютов для огринов — гравишуты будут слишком заметны. Техножрицы канониссы и механикусы гвардии займутся переоборудованием метеорита, а ты, — она посмотрела на Хвата, — набери отряд и возьмите с собой передатчик, чтобы мы не полагались только на способности дальновидящей.

— Да, инквизитор. — Кивнул огрин и посмотрел на эльдарку. — Хотелось бы узнать местоположение поселения и средства охраны, которыми пользуются поселенцы.

— Там проживают в основном земледельцы, ремесленники, охотники и лекари, воинов среди них немного, но каждый при случае может взять оружие в руки. Есть ли среди них видящие — не знаю, я давно там не была. — Ответила Воэйра, снова зажигая иллюзию, чтобы показать место обитания эльдар. Картина зеленой планеты очень быстро приближалась, словно зрители сами сидели за штурвалом истребителя, который, сделав круг, зашел на посадку в открывшееся отверстие в горе — снаружи никаких построек заметно не было. Однако широкие и раскидистые кроны деревьев прикрывали собой аккуратные домики, разбросанные тут и там. Присутствовала небольшая площадь с фонтаном, здание ратуши или еще какой администрации. Все было сделано из материала, покрытого камуфляжем — эльдары знали толк в маскировке и в то же время в архитектуре. Ни одно из зданий не было похоже на другое. — Небольшой по вашим меркам городок находится на крупном континенте возле горного хребта — часть его домов врезана в скалу. Там же располагаются ремонтные доки для судов и аппаратура наблюдения. Вам придется запускать астероид издалека и его скорость явно должна быть близка к световой, чтобы быстро добраться до планеты — обычно камни так не летают.

— Ну, мало ли что можно встретить в космосе. — Пожал плечами Хват. — А иначе мы будем ползти туда сутками.

— Именно. — Кивнула Воэйра. — Так что ваш корабль должен выйти за границами колониального радара, значительно дальше, чем орбита крайней планеты, выпустить астероид и тут же уйти в прыжок. Только так можно быть уверенным, что вас не засекут. Правда, там могут быть патрули, но я буду медитировать над местом безопасного выхода.

— Нам понадобится камуфлировать броню под местные условия. — Сказал огрин. — Как только мы высадимся, то постараемся добраться до города.

— ЕСЛИ вы высадитесь. — Скептически произнесла Симона. — Лететь на куске камня — чистой воды самоубийство!

— Орки же летают.

— Орки — спороносцы! — воскликнула она. — И полные дегенераты! Чем больше их погибнет, тем больше родится! Они как вирус, распространяются по галактике, чтобы загадить ее окончательно!

Дальновидящая не стала говорить о том, что тем же самым заняты люди, сейчас для этого явно не место и не время. Однако огрин повернулся к канониссе и сказал:

— Вот видишь, значит технология ими уже отработана и нам ничего не угрожает. Как только мы дадим сигнал, что нападение состоялось, выдвигайтесь. Нам с планеты будет проще подсветить цели, да и на месте поможем поселенцам.

— Вам не стоит идти с ними на контакт — вас могут убить или темные узнают о том, что все их планы раскрыты. Пока же они думают, что меня лишили жизни как и всех остальных на их корабле — люди редко берут пленных. — Сказала Воэйра.

— Учтем. — Кивнул громила, но дальновидящая ощутила, что огрин задумал что-то свое, просто не стал разглашать. — Что ж, раз с этим решили, то пойду, обрадую ребят. — Он встал из-за стола. Канонисса вышла вслед за ним и схватила здоровяка за руку.

— Ты не обязан это делать! — воскликнула она, не обращая внимания на проходящих мимо солдат. — Проклятье, ты вообще им ничем не обязан!

— Я не могу пройти мимо чужой беды. — Просто сказал Хват. — Особенно зная, что из этого может выйти.

— Тогда будь осторожен. — Симона встала на носки и ткнулась губами в подбородок огрина, который опешил от такого и стоял столбом. Канонисса смутилась своего неожиданного порыва и виновато улыбнулась. Давний шрам исказил ее лицо, но для Хвата оно не потеряло привлекательности.

— Что я делаю? — спросил он сам себя и притянул к себе канониссу, впившись в ее губы своими губами. Наблюдавшие эту сцену гвардейцы застыли гипсовыми изваяниями, а Симона, которая ударила кулачком по наплечнику огрина, вдруг расслабилась и сама потянулась ему навстречу. Обоим было наплевать на то, что о них подумают, ибо чаша грехов каждого из них уже была переполнена. С точки зрения правильного имперского священника и инквизитора, конечно.

Легкий крейсер имперского флота на мгновение выскочил из гиперпространства, чтобы снова исчезнуть во вспышке перехода, а отделившийся от него кусок камня активировал двигатели и начал свой быстрый разгон. Выброс теплового импульса был мощным, но этого ускорения хватило, чтобы маленький метеорит набрал необходимую ему скорость и понесся к своей цели. Впереди по своим орбитам вяло перемещались с десяток планет, окруженные несколькими кольцами астероидных полей и залетавшие оттуда астероиды были не редкость. Патрули эльдар изредка фиксировали таких гостей и просчитывали их траекторию, вычисляя могут ли они повредить их колонии на планете. Сбивать куски камня они не сбивали, но перехватить в крайнем случае могли. Также и сейчас командир патрульного рейдера зафиксировал вспышку на окраине системы.

— Все внимание на дальнюю полусферу. — Это мог быть не только взрыв газа, который случается при столкновении космических тел. Вроде бы так далеко от светила, но иногда внутренности метеоритов нагревались, а редкие кометы, которые неслись по своим орбитам, так вообще никогда не расставались со своими дымящимися хвостами.

— В поле зрения радара чужеродных объектов не обнаружено.

— Проведите спектральный анализ вспышки. — Приказал командир, который уже давно страдал подобной паранойей. В систему изредка залетали малые разведчики людей и пока их удавалось обманывать, промывая мозги экипажу и стирая из их когитаторов все данные. Ушедшие руку набили на подобных операциях. Нет, разведчиков можно было бы и ликвидировать, но тогда имперцы в подозрительный сектор космоса пошлют свой флот и тут же обнаружат богатую ресурсами систему, в которой скрывать поселение будет очень сложно. Поэтому эльдары без нужды разведчиков не убивали, а если таковое и случалось, то обставляли дело так, как будто экипаж погиб от внезапной случайности.

— Похоже на работу имперских ускорителей. — Сообщил оператор.

— Тщательно просканировать сектор, — отдал приказ командир, — пилотам истребителей быть готовыми к вылету. — Он внимательно вгляделся в экран радара.

Мимо проскочил особенно ретивый астероид, который пилот заметил в последний момент и чуть отвернул в сторону — каменюка не отражалась в свете звезды.

— Что это было? — командир ощутил маневр.

— Метеор, несущийся на бешеной скорости. — Тут же доложил пилот. — Еле успел отвернуть.

— Откуда он взялся?

— Вероятно из поля. — Оператор просеивал пространство на предмет работы маскировочных полей мон-кей. — Вспышка была где-то здесь.

— Отследите траекторию этого метеора. — Командир ухватился за свою интуицию — он доверял ей. Конечно, он не дальновидящий и будущее предсказывать не умеет, но психических сил его пока еще никто не лишил.

— Выполняю... метеор достигнет Ультрана через десять ударов* (* — я решил, что у Ушедших будет другое времяисчисление, 1 удар — 1 удар гонга, равен приблизительно человеческому часу, точнее 1,07). — Доложил оператор и повернулся к командиру. — Опасности нет — камешек слишком мал, сгорит в атмосфере. — Он ощутил сомнения командира. — Прикажете его догнать и уничтожить?

— Нет. — Покачал головой тот — орки верхом на метеоритах еще летать не научились, да и такую махину как их выдолбленный внутри астероид пропустить было бы невозможно, одно только гравитационное возмущение столкнет с орбиты все окрестные камни. — Но на всякий случай передайте на второй рейдер пусть проследят за ним.

— Хорошо.

— Командир, никаких следов работы имперских двигателей. — Произнес другой оператор. — Похоже две каменюки треснулись друг об друга, а вспышка случилась из-за перегрева газа, что был внутри одного из них — я зафиксировал сильное излучение нашего светила. Остатки той аномальной активности звезды добрались до края системы.

— Ложная тревога. — Произнес первый оператор.

— Не снижать бдительности. — Сказал командир, пошевелив ушами. — Я чувствую напряжение в воздухе.

Уже после смены два оператора встретились друг с другом в столовой.

— Что-то последнее время командир какой-то нервный.

— Это из-за предсказания Видящей о нападении имперцев. Не он один такой. — Ответил второй.

— Видящая! — фыркнул первый. — Девчонка даже не вышла из своего первого цикла, а с ней носятся как с божеством!

— Ты же знаешь, что в колониях видящие рождаются редко. — Заметил второй. — Тут дети появляются на свет раз в цикл, а чтобы среди них нашелся кто-то уже обладающий даром... это тройная редкость.

— И все считают ее перерождением духа Дальновидящей Мэлши. — Скептически произнес первый. — Она жила еще во времена Войны В Небесах и давно уже прошла цепочку перерождений, возвысив свой дух до небес! Возможно, она сидит возле трона Иши, а может уже давно исчезла в ненасытном брюхе этой мерзкой суки!

— Я не понимаю твоей злобы, брат. — Оператор посмотрел на своего напарника. — С чего такая ненависть?

— Мне просто не нравится, что все наши старейшины как один помешались на девчонке и твердят одно и то же! — Зло ответил тот. — По мне так она еще ничего путного не предсказала, все ее видения не более чем общие слова — ничего конкретного!

— Ну как же, мы же перехватили человеческих разведчиков четыре года назад и только благодаря ей.

— Она приказала их отпустить! — чуть громче чем нужно заявил оператор. — А нужно было убить! Никто не должен знать, что существует эта система!

— Ты чрезвычайно радикально настроен, брат. — Сообщил ему второй оператор, ставя тарелку с едой на стол. — Может быть тебе стоит показаться лекарю? Ты слишком нервный и плохо выглядишь.

— Я в порядке. — Неожиданно успокоился собеседник. — Спасибо за заботу, к лекарю мне не нужно, это просто временное напряжение. Его мне поможет сбросить длительная медитация и покой.

— Тогда ей и займись — до следующей смены осталось три удара. — Заметил второй. — И ты должен быть в форме.

— Согласен. — Кивнул тот. — Прости меня, брат, что я причинил тебе беспокойство, этого больше не повторится.

— Тогда садись за стол и подкрепись — силы тебе понадобятся.

Операторы второго рейдера, так как делать было нечего, следили за незваным гостем, который очень быстро, почти со световой скоростью достиг планеты, где расположилась колония эльдар. Само по себе было удивительно, как такой камешек сумел развить подобную прыть, ведь его "товарищи" лишь вяло ползли по своим орбитам и очень редко сходили с них. Командир второго рейдера сомневался в выводах операторов первого, поэтому приказал взять метеорит в прицел орудийных систем.

— Как только достигнет атмосферы — стреляй. — Отдал приказ он.

Оператор кивнул и точно вел камень, следя за ним. Командир прав, если этот обломок войдет на такой скорости в атмосферу, то точно не успеет сгореть — набранная им масса будет велика. Так что его лучше заблаговременно притормозить. Оператор выждал еще немного и вдавил кнопку спуска, лазерная пушка выплюнула импульс, который чуть коснулся камня. Тот закрутился, от него откололись несколько кусков, траектория была изменена, а потом раздался взрыв. Остатки газа, содержащегося в полостях, нагрелись от выстрела и от трения в приближающейся атмосфере и спровоцировали дополнительный взрыв. Оператор проследил, как крупные куски камня, уже потерявшего свою скорость, горят в атмосфере планеты, направляясь в океан и в ненаселенную местность. Он не обратил внимания на показатели приборов, который на две секунды зафиксировали вспышку работы двигателей.

Внутри астероида была вмурована капсула с десантом, оборудованная небольшим двигателем. Когда импульс отстрела от крейсера и разгонный блок придали камню необходимую скорость, сидящим внутри огринам пришлось только ждать — от них ничего не зависело. Концепцию высадки переработали и отказались от реактивных ранцев, которые слабо помогли бы десантникам. На такой скорости вхождения в атмосферу удар метеорита о поверхность был бы страшен и его сбили бы еще на подлете. Поэтому Док предложил сыграть на этом и как только лазерный импульс пушки эльдар частично развалил "внешний корпус", состоящий из камня, сработали пиропатроны, произведя подрыв, во время которого включился двигатель и когитатор, сориентировавшись в пространстве, метнул капсулу с десантом прямо к планете. Конечно, существовал риск быть уничтоженными в космосе и тогда отряд непременно погиб бы от удушья и разгерметизации, но дальновидящая уверила всех, что получится. Доверять эльдарам было глупо, но в ее способностях никто не сомневался, да и сам командир-самоубийца предлагал рискнуть. И вот сейчас самое трудное, по его мнению, осталось позади — они проскочили патруль и теперь готовились к высадке. Стены капсулы были собраны из прочного материала, который мог выдержать выстрел пушки эльдарского рейдера, так что за защиту Хват не переживал — он тревожился за десантников, которые пользовались парашютом впервые. То, что он наболтал за столом было не более чем выдумкой, чтобы люди отстали и лишь пронзительный взгляд дальновидящей говорил о том, что проклятая ведьма догадалась о его небольшой лжи. Ну и пусть, все равно никому не расскажет, подумал огрин, глядя на высотомер, который вел обратный счет, это в ее интересах, чтобы высадка прошла удачно. Гравитация на этой планете была понижена, а состав кислорода такой же как и на родном мире Хвата, так что проблем с дыханием не возникло. Главное, чтобы парашюты сработали как надо.

Он дождался десятитысячной отметки и нажал на кнопку, кивнув остальным. Капсула раскрылась как бутон цветка, выпуская на волю десантников и ее лепестки закрутились рядом с летящими вниз огринами, подхваченные ветром. Хват увидел под собой извивающуюся ленту реки, непривычно зеленые леса с насыщенного цвета мясистой растительностью, горный кряж, который оказался слева. Когитатор постарался вывести десантников как можно ближе к месту высадки, а вообще они могли упасть на той стороне планеты и добираться до города несколько месяцев, если бы преодолели океан. Так что им не просто повезло, похоже рука Бога-Императора или же кого-то из эльдарских светлых богов вела их, помогая. Потому что столько случайностей, наложившихся друг на друга просто не могли произойти одновременно. Люди называли это чудом, а Хват — закономерностью. Просто узнать замысел ее создателя было невозможно, он находился за гранью человеческого понимания. Тут и правда поверишь в божество, подумал огрин, летя вниз и следя за своими товарищами, чтобы они не слишком кувыркались в воздухе. Он не беспокоился за них — парашюты раскроются автоматически как только десантники пройдут 2000 отметку. А вот дальше придется слегка порулить — куполообразная конструкция требовала четкой корректировки в пространстве и кого-то может отнести чуть дальше от остальной группы, а то и вовсе разбросать.

Сработала автоматика и Хвата чуть дернуло — купол гасил скорость. Над головой раскрылось голубое покрывало, чтобы наблюдатели с поверхности не заметили отличия в кусочках неба, а вот сверху ткань покрыли камуфляжной зеленой краской, точно такой же, что сейчас разрисовала бронекостюмы огринов. Черные полосы перемежались с темно-зелеными пятнами и коричневыми мазками — Хват использовал последние наработки имперцев в области маскировки. Высокие деревья с развесистыми кронами очень быстро приближались и огрин проломил ногами растительность, опускаясь вниз. Парашют зацепился за ветки и пришлось обрезать стропы. Купол смешался с листвой и Хват махнул на него рукой — даже если вдруг найдут, то это уже будет неважно, темные наверняка скоро атакуют, десантники и так почти неделю потратили на приготовления. Естественно, канонисса порывалась лететь вместе с ними, но огрин пригрозил, что пристегнет ее к стулу до окончания операции и все веселье она просидит в каюте, отчего Симона, скрипя зубами, согласилась. Пойдет только его отряд, десять человек, все воины и охотники и один медик. Ну, куда же без нее, хмыкнул вождь, сверяясь с показаниями наручного ауспекса, чтобы найти остальных. Веселушка больше не устраивала сцен перед подчиненными, хотя слухи по казарме ходили один другого хлеще, но над вождем никто не шутил и под сомнения его приказы не ставил — огрины знали, когда можно веселиться, а когда лучше промолчать. Впрочем, Веселушку и ее подружек хмурые взгляды вождя совершенно не задевали, бабы, что с них взять. Да и медик точно пригодится, а девушка все же дочь шамана и поднаторела в имперской медицине, к тому же в рейде она не будет обузой — Веселушка ходила с охотниками на промысел, да и не за красивые глаза попала в отряд вождя, победив всех претенденток в честном бою. На нее можно было положиться и не только как на хорошего воина — девушке перепало немного способностей и от папаши-шамана.

Хват быстро нашел Хмурого, который шлепнулся об землю и сейчас вставал, потирая ушиб. Его парашют не зацепился за ветви и оба быстро прикопали снаряжение в земле, сняв дерн кинжалами. К ним вышел Молчун, а вместе с ним Нос и Затуп. Выступ где-то потерялся, но нюх огрина четко выводил его к остальным. Веселушку нашли последней — она болталась высоко на ветвях. Дотянуться до ствола она не могла, а сигать вниз с приличной высоты было боязно. Кто же знал, что у девчонки развилась акрофобия, но та не признавалась в этом. Если бы Хват знал о ее страхах, то ни за что не взял бы с собой, но та молчала как партизан. Они и сейчас управляла парашютом закрыв глаза, только чтобы не видеть расстилающуюся под ногами землю. Ступни не чувствовали опоры и это еще сильнее пугало Веселушку. Судя по ее бледному лицу она чуть не померла со страху, но тем не менее нашла в себе силы спуститься вниз. Хват показал ей ладонью — режь стропы, я тебя поймаю. На лбу той выступил холодный пот, внутри бронекостюма она уже была вся мокрая, но Веселушка, сжав зубы и прикусив губу до крови, трясущимися руками достала нож и резанула лямки. Падение было внезапным и девушка вскрикнула, ощутив, что снова находится в воздухе, как руки вождя ее ловко поймали. От нервного истощения и перенапряжения девушка потеряла сознание.

— Ну и медик. — Проворчал Торопыжка, не забывая следить за окружающей обстановкой. Джунгли это вам не снежная равнина, тут спрятаться гораздо легче. — Высоты боится.

— Ничего, сейчас в себя придет. — Хват порылся в подсумке Веселушки и дал ей нюхнуть лекарства с резким запахом. Та тут же очнулась и захлопала глазами.

— Проверьте снаряжение и выдвигаемся. — Отдал приказ вождь, протягивая руку медичке, помогая ей встать. — Что же ты не сказала, что высоты боишься?

Та промолчала и виновато посмотрела на Хвата. Огрин хмыкнул и потянул лазган со спины.

— Порядок движения следующий — Молчун, Я, Затуп, Выступ, Веселушка, Нос, Торопыжка, Хмурый, Ворчун, Клык замыкающий. Не шумим, не кричим, пользуемся внутренней связью — мы на вражеской территории и эльдары не должны про нас узнать. До города не близко. Как выйдем в заданный квадрат — проверим связь. Все, вперед.

Колонна огринов быстро исчезла в густой растительности джунглей — идущий замыкающим Клык посмотрел по сторонам, поправил зарядную станцию для лазганов на спине, которая дополнительно соединялась кабелем с его оружием и позволяла стрелять очередью, и исчез следом за остальными.

Хайрела сидела уже который час в позе медитации, но так и не могла сосредоточится — что-то все время отвлекало. Чувствительный слух девушки легко вычленял разговоры ремесленников на улице, шаги матери в доме, стук посуды, шорох лап прирученного местного зверя, напоминающего волка у мон-кей, только более поджарого, больших размеров и не такого шерстяного — мать показывала ей картинки. Зверя звали Пушок за небольшой торчащий хохолок на макушке, впрочем, тому было совершенно наплевать на то, как его зовут, лишь бы кормили. За это он готов был стеречь дом и охранять покой хозяев, вот только надобности в его услугах не было никакой — все в поселке жили дружно и не устраивали ссор. Эльдары не какие-то примитивные мон-кей, которые даже между собой дерутся. Хайрела вздохнула, как же можно быть такими варварами, недалеко ушедшими от орков, ведь зеленокожие обожали войну и мон-кей тоже любили воевать, истребляя друг друга с отчаянной жестокостью. Разве подобное поведение подходит для разумного существа? Девушка была еще слишком юной и про темных родственников не знала — ей не открывали этот позорный секрет.

Хайрела была одним из поздних детей, что изредка рождались в колонии. Естественный прирост населения был очень скудным, максимум могли родить одного-двух, хотя попыток не прекращали. Каждый желал на собственном опыте убедиться, что у него получится, но мертворожденное дитя говорило только об одном — Та-Что-Жаждет уже пожрала почти все души эльдар и те не могли воплотиться в материальном мире. Если ребенок появлялся на свет живым, то сильные псайкеры поселения проводили над ним ритуал, пытаясь выяснить чья душа вошла в это тело и действительно ли предок эльдар обрел шанс на новую жизнь. Потому что иногда такие дети несли на себе печать Хаоса, истинного и исконного врага эльдар и тогда старейшина приносил таким родителям избавление. Но появившаяся восемьдесят лет назад на свет Хайрела вдохновила всю колонию — могучий псайкер, старейшина Голитаэль почувствовал в ней силу видящей. И вот сейчас она постигает азы психического колдовства, сидя на твердом полу и пытаясь сосредоточиться, хотя сама девушка знала, что ее способности работают спонтанно и не зависят от ее желаний, словно боги сами нашептывают ей в ухо то, что хотят сказать жителям колонии. Так недавно ей было видение о нападении на их поселок извне, из космоса и старейшины тут же усилили патрули, а часть ремесленников начала производить оружие — на всякий случай эльдары готовились к отражению атаки. Хайрела вздохнула — видение было туманным и нечетким, кто на кого напал совершенно непонятно, но старейшина уже поднял волну паники и все находились в состоянии ожидания неприятностей. Этак они сами призовут на свою голову беду, подумала будущая Видящая, сидя в неудобной для нее позе. Залетевшее в дом насекомое больно укусило ее в шею и Хайрела ловко прихлопнула врага, который пожелал испить ее крови. Естественно от сосредоточения в медитации не осталось и следа. Девушка поняла, что так продолжаться не может и со вздохом встала с пола, как ее ушей достиг мелодичный звон поселкового колокола — звонарь отмечал полдень.

От этих ударов сознание Хайрелы куда-то провалилась и она очень четко увидела себя на центральной площади с фонтаном, который был разрушен. Низкорослые создания, облаченные в броню, стреляли по жителям из какого-то лучевого оружия, при этом быстро перемещаясь и уворачиваясь от ответных выстрелов защитников. Кто-то уже вступил с ними в ближний бой, но нападавшие ничуть не уступали в резкости ударов самим эльдарам, единственное их отличие — рост. Самый высокий едва доставал Хайреле до груди, но она была местной, точно также как и остальные жители — низкая гравитация сделала свое дело. Девушка смотрела на происходящее широко раскрытыми глазами, нарисованная картинка была настолько яркой и четкой, что создавалось ощущение полного присутствия. Она видела, как гибнут один за другим жители города, как неизвестные, чьи лица были закрыты шлемами с темными прорезями для глаз, с наслаждением наносят удар за ударом, Хайрела ощущала их чувства и они приносили ей только боль и страдания. К стоявшей на площади девушке подскочил один из врагов и уже занес меч для удара, как поспешивший защитить молодую видящую воин успел выстрелом отшвырнуть его тело от нее, а сам кинулся на помощь, чтобы увести стоящую столбом Хайрелу, как что-то опустилось ей на плечо и девушка вдруг оказалась сидящей на площади, вымощенной камнями. Чей-то громкий голос пророкотал приказ и над ней застыл в положении для стрельбы невероятно огромный, почти квадратный эльдар, рядом с которым возник еще один. Хайрела хотела что-то у него спросить, как видение растаяло и она увидела, что снова вернулась в реальность, а над ней склонилось взволнованное лицо матери.

— Что?! — спросила она. — Что ты увидела?!

Все находящиеся рядом эльдары почувствовали состояние видящей и скорее поспешили к ее дому. Мать вбежала в комнату, где медитировала ее дочь и с ужасом увидела лежащей ее на полу в скрюченной позе, прижимающей руки к животу. Сосед-ремесленник и кожевных дел мастер вбежали на ее испуганный крик и перенесли девушку на кровать, тогда как кто-то уже побежал за старейшиной. Мать метнулась за водой, но Хайрела открыла глаза, в которых плескалось море боли. Она посмотрела на встревоженные лица, обращенные к ней, резко села на кровати, ее глаза остановились на лице матери.

— Я видела... — картины страшной резни заставили девушку замолчать, — ... нападение на город врагов. Они были в броне, вот такой. — Показала наплечники на себе Хайрела. — И их оружие стреляло лучами. — Ей не рассказывали о вооружении имперцев, точно также как и других ксеносов — старейшина считал это преждевременным. Он вообще охранял душевное спокойствие Хайрелы, дабы демоны Хаоса не прознали о том, что среди Ушедших появилась сильная видящая. — А еще у них были мечи как у нас.

— Как именно они выглядели? — мать переглянулась с ремесленником и тот уловил ее мысль, поспешив в дом за изображением имперского солдата. — Высокие? Низкие? Зеленые, с клыками? Или бездушные, похоже на скелет? — ужасная мысль мелькнула про некронов, но эльдарка поспешно отогнала ее от себя.

— У них были доспехи, закрывающие все тело, — немного успокоившись, начала вспоминать Хайрела. — И еще шлемы, под ними не видно лица, но рук точно две и ног две. И двигались они очень быстро, наши воины дрались наравне с ними.

— Вот такие солдаты? — спросил, вбегая в дом ремесленник, показывая стандартное обмундирование имперского гвардейца, только у того был открытый шлем и лицо можно было хорошо разглядеть.

— Очень похоже. — Кивнула девушка. — Только здесь, здесь и здесь все закрыто. — Она указала пальцем, а потом посмотрела на мать, — но там были и другие.

— Какие другие? — насторожилась та еще больше. Не хватало, чтобы эти тупые мон-кей притащили с собой демонов хаоса. Или нападение осуществляли предатели Империума? Больше вопросов, чем ответов. — У них были рога на головах? Или изуродованные лица и лишние конечности?

— Лиц я не видела. — Напомнила Хайрела. — И рогов тоже. Те, они были большими, ростом как мы, только квадратные какие-то и тоже в закрытой броне, похожей на защиту нападавших. Я решила, что это эльдары.

— Почему? — удивился ремесленник.

— Они не несли угрозы. — Вспомнила свое чувство, которое ощутила в видениях будущего девушка. — Наоборот, они пришли, чтобы нас защитить. И от них веяло силой. И спокойствием, как будто ничего не произошло. Они не враги!

— Хм, — ремесленник переглянулся с матерью и кожевником. — Нужно все рассказать Голитаэлю.

— Непременно. — Согласилась та и посмотрела на дочку. — А ты отдыхай, никаких медитаций, я не хочу, чтобы демоны узнали, где ты и кто ты.

— Но мама! — воскликнула Хайрела. — Городу нужна моя помощь!

— Ты уже и так значительно ему помогла — предупредила об атаке. — Мать посмотрела на ремесленника, передавая ему свою мысль и тот кивнул.

Старейшина немедленно созвал совет. Поступившая информация была слишком важна, чтобы ей пренебрегать — безопасность колонии висела на волоске. Он оглядел внимательным взглядом всех присутствующих. Голитаэлю, бессменному лидеру этой группы Ушедших уже шел тридцатый цикл, он родился после того, как произошло Падение народа эльдар и принял бразды управления от своего отца, который уже давно ушел на перерождение, но до сих пор так и не смог появиться среди "малышей" эльдар. Голитаэль верил, что время еще не пришло и желал дождаться отца, прежде чем сам повторит его путь. Ушедшие долго экспериментировали с психическими практиками, добиваясь того, чтобы душа не отдалялась далеко от мира, в котором погибло ее тело. Если бежавшие на мирах-кораблях использовали для сохранения своей сущности камни душ, содержимое которых потом выпускали в единое хранилище на борту судна, то Ушедшие пошли по иному пути. Не все колонии практиковали то, что предлагал отец Голитаэля, но именно это поселение верило в то, что оно делает. И вот проводимые ими обряды даровали им Хайрелу, дух которой просто забыл свое прошлое воплощение, но сохранил способности к предвиденью. Сам старейшина считал, что в их поселении возродилась одна из могучих видящих прошлого, достопочтимая Мэлша, и ей нужно просто помочь вспомнить. Многие не понимали такого пристального внимания к персоне девчонки и считали покровительство Голитаэля старческой блажью, однако вслух никто против такого поведения старейшины не высказывался. И правильно, думал он, гладя свой посох, ибо я гораздо мудрее вас всех вместе взятых. Он уже был в курсе рассказа видящей, а аналитики на его основе предоставили свой прогноз и сейчас в совете разгорались дебаты.

— Мы не можем полностью полагаться на видения! — бушевал молодой советник, стремящийся к сану старейшины. Голитаэль приглядывал за амбициозным эльдаром, дабы тот не ступил на стезю темных родственников, ибо иногда у него проскальзывали очень знакомые замашки. — Где доказательства и факты появления имперских судов? Все экипажи малых разведчиков, что залетали к нам, были полностью избавлены от своих воспоминаний и их автоматы очищены от записей!

— Но это не значит, что имперцы не попробуют вновь. — Мягко заметила более мудрая советница, занимающаяся управлением земледельцами и сельским хозяйством колонии. — Что мешает их флоту просто сбиться в пути с варпа? И, обнаружив нашу планету, они немедленно ее атакуют, ведь наши силы малы для защиты. — Она повернула голову к Голитаэлю. — Я прошу призвать нам на помощь несколько судов мира-корабля Биэль-Тан!

— Какой смысл просить наших родственников о помощи, если мы даже не знаем, нападут на нас или нет! — фыркнул молодой. — Девочка вполне могла начитаться перед сном книжек о наших прошлых победных битвах или насмотреться иллюзий. Тем более, что подростковому мозгу легко принять внушаемое за действительное.

— Вы, уважаемый Кохарт, принимаете свои фантазии за реальность. — Жестко сказал третий советник, отвечающий за безопасность поселения. — И в дальнейшем опираетесь на них, как на факты. Разве слова видящей недостаточно, чтобы мы приняли и поверили ее словам? Видящие — главное сокровище нашей расы, они всегда вели нас той дорогой, по которой было легче и проще пройти.

— И это не принесло нам счастья! — выкрикнул Кохарт. — Вспомните, с чего началось Падение!

— Падение произошло по вине таких говорунов как вы! — жестко сказал Голитаэль, стукнув посохом. — Которые решили пойти самым простым путем — сбежать! И сейчас мы пожинаем плоды их выбора.

— А что нужно было делать? — язвительно спросил молодой. — Если вся наша раса решила единомоментно самоубится в экстазе наслаждения!

— Не смей говорить такие слова о наших предках, мальчишка! — вспылил начальник охраны. — Не тебе судить их!

— Что сделано, то сделано. — Произнес с грустью Голитаэль. — Сейчас перед нами стоят другие задачи — как выжить и сохранить колонию. Доложите, что вам удалось узнать, уважаемый Солан.

Начальник безопасности колонии, отвечавший также за боевую подготовку рекрутов и охрану совета, приподнялся со своего стула.

— Почти сутки назад одним из патрульных рейдеров была зафиксирована необычная вспышка на окраине нашей системы. Проверив координаты, они ничего не нашли, но обнаружили странный метеор, который двигался очень быстро с околосветовой скоростью. Капитан рейдера уже не успевал его уничтожить, поэтому передал просьбу командиру экипажа рейдера, дежурившего на орбите. Камень обнаружили и метким выстрелом расщепили на осколки. Часть из них упала на планету в лесах и в океане, часть сгорела в атмосфере.

— Ну и зачем вы это нам говорите? — не понял молодой, все еще недовольный тем, что его не поддержали.

— Метеоры с такими скоростями не летают, если только не запущены искусственно. — Веско произнес Солан, глядя на молодого. — Кто-то проверяет нашу оборону и я подозреваю нахождение в нашей системе разведчиков темных.

— При чем тут темные? — вскинулся Кохарт. — Если вы так верите девчонке, то она видела имперцев, а не Отступников!

— Все это может быть их операцией. — Невозмутимо произнес начальник охраны. — У мон-кей нет таких технологий, которые мы бы не смогли обнаружить. В прошлом, да, еще до Падения их корабли могли прокрасться у вас под носом и вы даже не увидите их инверсионного следа. — Молодой фыркнул. — Но сейчас Империум уже не тот, но и недооценивать его нельзя. Возможно темные хотят уничтожить нашу колонию их руками.

— Зачем? Какой в этом смысл? — воздев руки вверх, картинно возопил Кохарт.

— Чтобы развязать войну между Империумом и Биэль-Тан. — Закончил за Солана Голитаэль. — Своих силенок у них не хватит, а вот вмешаться в разборки между эльдарами и мон-кей — вполне. Просто так темные ничего не делают, у них наверняка появился сильный лидер, который обещал им свежую подкормку эльдарскими душами. Я склоняюсь к этой мысли.

— Бред! — заявил Кохарт, сложив руки на груди в замок.

— Мы должны проверить все версии. — Сказал Солан и посмотрел на Голитаэля. — Разрешите провести в системе поисковые мероприятия?

— Займитесь этим, — кивнул ему Голитаэль. — Локеран, на вас возлагаю ответственность за защиту города — раздайте гражданам оружие, наберите отряды ополчения из добровольцев — мы не можем рисковать и вести себя беспечно. Далее, свяжитесь с кораблем Биэль-Тан и запросите у них поддержку, они нам не откажут. Псайкеры, займитесь маскировкой поселка, для стороннего наблюдателя здесь должен произрастать дикий лес. На этом пока все. — Старейшина склонил голову, объявляя собрание закрытым.

Солан решительно подошел к старейшине и жестом позвал его на пару слов.

— Мы проверили обломки метеора — внутри него была капсула с десантом. — Голитаэль вскинул брови, ожидая продолжения. — Я не знаю, все ли из них выжили, но место посадки мои воины обнаружили. И вот что странно — никаких следов присутствия мон-кей, словно лес растворил их в себе.

— Десант темных? — спросил старейшина.

— Не уверен. — Покачал головой Солан. — Помните в сообщении видящей тех квадратных громил, что придут нам помощь? Я думаю, что это они и есть.

— Это не вяжется с видимыми ею событиями. — Заметил старейшина. — Но ты прав, мон-кей могут плясать под дудку Отступников или же демонов Хаоса. Разыщи эту группу, но не нападай, просто следуйте за ними — посмотрим, что они будут делать.

— Мои воины уже идут по их возможному следу — я предположил, что двигаться они будут по направлению к городу. — Ответил начальник охраны.

— Держи меня в курсе и присмотри за Кохартом, в нем слишком явственно проступили темные черты.

— Да, старейшина. — Солан приложил руку к груди и покинул зал для совещаний.

Опасаясь привлечь внимание демонов, колонисты не пользовались услугами псайкеров, передающих сообщения через варп. У эльдар для этого существовали продвинутые системы связи, гораздо лучше и эффективнее чем у людей, поэтому Солан после собрания сразу же направился в зал связи, где нашел скучающего оператора.

— Необходимо отправить сообщение на Биэль-Тан. — Коротко сказал он и оператор начал стучать по кнопкам, совершая серию манипуляций.

— Передатчик настроен. — Сообщил он. — Что именно передавать?

— Код три, восемнадцать шестьдесят. — Отрывисто произнес Солан и оператор кивнул, нажимая завершающую процесс кнопку. Однако призывный желтый огонек мигал, сигнализируя, что отправить послание не удалось. Оператор нажал еще раз — никакого эффекта.

— В чем дело? — спросил Солан, мгновенно осознавший, что именно это значит, но еще надеющийся на благополучный исход.

— В системе какой-то сбой. — Голос оператора чуть дрожал. — Сигнал не уходит дальше системы.

— Исправить и немедленно передать сообщение на корабль. — Солан не стал ждать заверяющий лепет оператора и вышел из зала связи. Теперь он был точно уверен, что темные уже здесь и готовятся к нападению. Но кто из них, думал про себя воин, размашисто шагая по коридорам, вырубленным в скале, кто предатель? Один из операторов центра связи? Техник? Ремесленник, который зашел к своему приятелю на огонек или же кто-то из совета? Самый первый подозреваемый — Кохарт, но он просто глупый мальчишка, который сменил отца на его посту, более умелый интриган и шпион вряд ли стал так открыто подставляться. Нет, невидимый кукловод где-то сидит в стороне и продолжает дергать за ниточки. Да еще этот непонятны высадившийся отряд, наверняка в нем есть человеческие псайкеры, раз его воины не могу обнаружить даже следов присутствия гвардейцев. Обычно диверсанты так глупо себя не ведут, прибирают за собой, чтобы точку выброски не обнаружили, а тут сразу пять тканных куполов, причем веревки, к которым крепился груз, обрезаны силовым лезвием. Какие-то странные гвардейцы, намусорили и исчезли. Люди не умеют растворяться в пространстве, если только они не псайкеры, но даже сильный человеческий псайкер не сравниться с таковым у эльдар. Но у них только около десятка могучих магов и всего одна видящая, которой сопли нужно еще вытирать. Проклятые темные, они знают когда нанести удар. Солан был зол, но быстро успокоился, потому что понимал — воплями и криками делу не поможешь. Лучше еще раз навестить Хайрелу и все тщательно у нее выпросить, возможно вспомнит какую-нибудь деталь. А пока его воины прочесывают джунгли в поисках отряда, горожане получают оружие и готовятся к отражению атаки, он может проанализировать поведение подозреваемых, хотя агент темных может быть не один. Солан решительно спустился вниз, в городок — нужно как можно скорее начать выполнять намеченный план.

Поисковый отряд эльдар уже несколько ударов передвигался по джунглям. Два рейнджера скользили по веткам деревьев, перепрыгивая с одного на другое, помогая себе психическими силами. Они тщательно обследовали местность, пока остальной отряд шел внизу, прорубая себе путь через высокую растительность. Оба рейнджера когда-то жили на мире-корабле Алаиток и, став изгоями в результате своих неправильных действий, оказались выброшенными на обочину жизни. Был выбор пойти в пираты, прибиться к темным или к Ушедшим и два приятеля решили, что пора бы остепениться и начать мирную жизнь земледельца или ремесленника, однако начальник охраны Солан тут же определил обоих в свой летучий отряд — ему такие профессионалы были нужны. Они редко сражались против разумных ксеносов, по большей части выслеживали и убивали зарвавшихся хищников или шли на абордаж случайно залетевших в систему судов. Но это задание командира напомнило обоим, что рано расслабляться. Впрочем, рейнджеров не сильно напрягало присутствие отряда мон-кей — гвардейцы не сравнятся с умелыми воинами эльдар. Но сейчас никаких следов высадившегося отряда видно не было — трава не примята, сучки и ветки у кустов не обломаны. Даже если здесь несколько ударов назад проходили диверсанты, то они оставили бы широкую просеку. Городок на планете был один — редкие фермы и поля не в счет, они все равно сбывали продукцию в поселке и находились рядом с ним, а в простую прогулку по джунглям старший рейнджер не верил. Он еще раз внимательно осмотрел растительность, но так ничего и не увидел. Светило уже клонилось к закату, скоро на лес упадет темная ночь и поиски будут прекращены, а за это время мон-кей могут уйти далеко. Можно было использовать визоры, но рейнджеры боялись в темноте переломать ноги — естественных спутников у планеты не было, а так как система находилась на окраине галактики, то и ярких звезд рядом не было, а света тех, что мелкими точками оказались разбросаны на темном покрывале, явно не хватало. Старший отряда свистнул, подражая местной птице, и отряд внизу остановился. Он спустился к ним и приказал устраиваться на ночлег. Костер разводить не стали — тут не было крупных хищников, а мелкие сами не полезут к двуногим.

Рейнджер выставил охранные посты и прилег одним из первых — он собирался дежурить под утро, когда приходит самый сон. Воины повозились и улеглись, вот только рейнджеру сон не шел, словно что-то его тревожило. Он даже приподнялся на локте, когда услышал непонятный шорох со стороны постового, но тот был жив — слабенький псайкер чувствовал это. Рейнджер постарался успокоить свои нервы, как его горла коснулось остро отточенное лезвие ножа.

— Вякнешь — умрешь. — Произнес кто-то хриплым голосом на низком готике.

Рейнджер не стал играть в героя, а просто кивнул, потому что заметил как огромные тени чуть шевелятся возле его бойцов. Похоже, что его переиграли, подумал он, а рука сама скользила к рукояти меча, но противник прекрасно видел все его действия и перехватил ладонь, завернув ее за спину, то же самое проделывая со второй. Нож от горла рейнджера убрали, но тот не стал дергаться, понимая, что его воины погибнут, если он сыграет в героя. Руки сковали и точно также диверсанты поступили со всем его отрядом — все восемь бойцов сейчас лежали лицом вниз. Огромный массивный мон-кей обошел рейнджера, стянул с него шлем и тот временно ослеп — в темноте эльдары видели совсем плохо. Видимо, по взгляду воина диверсант понял это, потому что хмыкнул и спросил из мрака.

— Еще отряды, идущие по нашему следу, есть? — Рейнджер молчал. — Не вздумай мне лгать, я почувствую неправду.

— Может быть он не понимает? — спросил кто-то слева.

— Все он понимает, вон как глазками хлопает и ушами шевелит. — Фыркнул громила. — Ну так как, ответишь на мои вопросы? — Рейнджер плюнул ему в лицо, но мон-кей вовремя убрался. — Что за манера, все время плеваться? Ты что, верблюд? Ладно, не хочешь, не говори, твое право. — Он отошел куда-то в сторону и рейнджер начал прислушиваться.

Диверсанты разожгли небольшой костерок и в его свете воин увидел, что их броня была покрыта камуфляжной краской. Она настолько ловко сливалась с растительностью, что отличить их от куста можно было только по движению. Мысленно он обругал себя за это, уже отвык от хитрости мон-кей и привык, что они всегда прут напролом, не считаясь с потерями. А эти диверсанты явно профессионалы и более подготовленное подразделение, как же он мог так лопухнуться?

— Есть будешь? — спросил его тот же громила и воин увидел, что на открытом огне они разогревали паек. — Может тогда станешь поразговорчивее. — Он был явно доволен, что его отряд поймал эльдар. — Думаешь, как мы вас обнаружили? — спросил, словно читал мысли и тут в душу к рейнджеру закрался холодок страха — что если среди них есть псайкер? Тогда он просто вывернет его наизнанку, ведь рейнджер не такой мощный колдун, чтобы бороться в ментальном плане. Он владеет телекинезом и немного телепатией, но это все, на что распространяются его навыки. Громила тем временем снял шлем и эльдар увидел, что это какой-то неправильный мон-кей — его глаза были как у зверя, а само лицо не таким острым как у остальных имперцев. Наверное, это космодесантник, решил рейнджер, который воочию их никогда не видел, но зато был наслышан. — Топаете вы как выводок паразитов, шумите в джунглях. — Произнес громила, наворачивая ложкой кашу. — Совсем по сторонам не смотрите, а тебе сверху не так все и видно, как ты думаешь. Мы вас еще в полдень обнаружили — смотрим, плетутся в хвосте какие-то дохляки. Ну и решили спросить дорогу — правильно мы к городу идем?

Рейнджер разлепил губы и неожиданно для себя произнес:

— Правильно.

А потом задумался, сделал ли он это самостоятельно или под влиянием псайкера.

— Ну вот видишь, а ты говорить не хотел. — Громила облизал ложку и сунул в карман. — Еще раз предлагаю — будешь? — Он протягивал ему крупную банку в которой оставалась еще половина мон-кеевской каши.

— У нас свои запасы есть. — Опять ответил рейнджер и снова обругал себя, да что же это такое, он идет на поводу у противника.

— Тогда доставай, подкрепись.

— Руки связаны. — Пошевелился воин.

— Это чтобы ты глупостей не натворил.

— А как же я тогда есть буду? — спросил рейнджер, уже понимая, что его и его воинов пока убивать не станут. Можно сколько угодно играть в молчанку, но тогда и разговор уже будет другим, а лишаться частей тела совсем не хотелось — он знал на что способны мон-кей. Они как темные, придумывают пытки одну хлеще другой и применяют их даже на своих сородичах. Дикари.

— А я тебя покормлю. С ложечки. — Кто-то из диверсантов фыркнул. — Не бойся, не тронем мы вас. — Заверил гигант.

— Почему?

— Потому что не для этого мы здесь. — Просто ответил он. — Ты дальновидящую Воэйру знаешь? — Рейнджер отрицательно покачал головой. — Она очень слезно просила нас, чтобы мы вам помогли атаку отбить. — Про это командир отряда слышал и напрягся — он знал немного больше, чем его бойцы. — Темные хотят под нас закосить, под гвардию то есть, чтобы, значит, все шишки на нас попадали. — Говорил мон-кей как-то непонятно, но рейнджер улавливал смысл. — Они грабанули транспорт и в нашу форму переоделись, чтобы было все tip-top, совпадение полное. Ваша колония им как ресурс нужна — дальновидящая что-то там про души говорила, вроде как едят они их, я не все понял. — Ну еще бы, с твоими-то мозгами, мон-кей, усмехнулся рейнджер, но перебивать разговорчивого диверсанта не стал. — Только вот так прилететь мы к вам не можем — спугнуть темных боимся, а то нападать они не будут, раз мы уже здесь. Не дураки они на лазганы грудью лезть, на живца ловить их будем. Вот нас передовым отрядом к вам и отправили — осмотреться на местности да сигнал подать, когда мерзота эта полезет. Так что выбирай, эльдар, либо мы с вами, либо я тебя и твой отряд тут на месте кончаю, чтобы ты раньше времени темных не предупредил. — Закончил громила свою речь.

— Среди нас предателей нет! — Мотнул головой рейнджер.

— А я и не говорю, что они в твоем отряде есть, их в городе полно. — Диверсант указал на старшего банкой, которую продолжал держать в руках. — Связь вам точно уже отрубили — не в их интересах, чтобы вы на всю галактику о помощи вопили. А астропатов у вас нет, нам дальновидящая рассказала. Боитесь вы демонов, поэтому и не держите их.

— А видящая твоя случаем сама не темная? — с издевкой спросил мон-кея рейнджер. — И тоже вас вслепую использует?

— Тогда ты бы уже под этим деревом с перерезанным горлом лежал. — Указал, где именно, мон-кей. — Пойми, дурья башка, не мы твои враги. Когда на голову вам темные посыпятся кто сражаться с ними будет? Много у вас воинов?

— Каждый эльдар готов пожертвовать ради колонии! — с пафосом заявил воин.

— Пожертвовать много ума не надо. — Заметил диверсант, — а вот при этом врага разбить и победить... тут определенные навыки нужны. Есть они у ваших землепашцев, ремесленников, мастеров? — Возникла пауза. — Могут они оружие в руки взять, да в горло своему противнику воткнуть? Молчишь? Правильно молчишь, понимаешь, что погибнут они только зря. А темные все воины, они ради этого живут, чтобы убивать и наслаждение испытывать. Покалечат они вас всех и заберут к себе на корабли, чтобы кожу со спины срезать, ноги укорачивать, да уши отрезать. — Диверсант сказал это так, словно сам видел. Рейнджер чувствовал, что внутри мон-кея поднимается волна ненависти и ярости, но он ее сдерживает. И направлена она на Отступников, он это ощущал точно. — Хочешь ты этого для своего народа? — спросил громила.

— Нет. — Тихо произнес рейнджер.

— Повтори, не слышу.

— Нет! — уже громче выкрикнул он и осознал, что кругом мон-кей прав. — И как нам быть? — спросил он. — Ведь вам не поверят, даже я не верю.

— Резонно. — Заметил диверсант. — Поэтому мы и ждем.

— Чего?

— Нападения, чего же еще. Тут как на охоте — главное не выдать себя зверю. Устроил засаду и терпеливо жди, животина, она ведь тоже не глупая, нюх у нее есть, глаза и уши, когти и клыки, чтобы отбиться и напасть. Также и здесь. — Диверсант вынул нож и критически осмотрел лезвие. — Только оружие у разумных зверей дальше и больнее бьет, а так ничем мы от животных не отличаемся. Ни ты, ни я. — Он посмотрел на рейнджера, но тот молчал, обдумывая его слова. — Ладно, коли ты есть не хочешь, то сиди голодным. Уходим. — Это уже он сказал своим бойцам и самый мелкий из них залил костер водой.

Глаза рейнджера привыкли к свету и обрушившаяся на него темнота не давала различать даже силуэтов. Сквозь развесистые кроны не проникал звездный свет, однако громилы легко обходились без него — видимо в их шлемах стояли приборы последней разработки их механизированных чудиков. Рейнджер почувствовал, что его отрывают от земли и закидывают на плечо. Он был уверен, что с его воинами остальные делают то же самое.

— И куда вы нас потащите? — спросил он в темноту.

— В город. — Просто ответил тот же хриплый голос, который он слышал. — Время уходит, нужно спешить, наш шаман тревожится.

И эльдар почувствовал, что громила бежит. Изредка по лицу и телу хлестали ветки, но рейнджер совершенно не обращал на них внимания — он раздумывал над словами диверсанта и запутался, не понимая кому теперь верить. Единственное, что он вынес из этой речи — громила не врет и тела его воинов действительно лежали бы уже мертвыми.

Солан находился в зале связи, ожидая, когда техники смогут отправить сообщение. Теперь уже он не сомневался, что в поселении действуют агенты темных — кристалл передатчика не может самостоятельно треснуть, по нему нужно чем-то ударить. И это было не простое физическое применение сил — били явно молнией. Значит в зале точно никого не было, да и такое воздействие почувствовали бы сильные псайкеры, а раз они молчат то... подозрения начальника службы безопасности еще больше усиливались. Если темные высадятся под видом имперцев и используют их оружие, а псайкеры совершат атаку в спину защитникам, то колония обречена. Она и так обречена, если Отступники уже давно хозяйничают на ее территории. Слишком Солан увлекся наблюдением за внешним пространством, понадеялся на Локерана, что тоже наводит на определенные мысли. Но сейчас главное успеть предупредить Биэль-Тан, чтобы они выслали флот.

В коридоре послышалась какая-то возня и Солан развернулся в ту сторону — кто-то натужно пыхтел. Начальник не обладал псайкерскими возможностями, но имел хорошую память и отличные аналитические способности, которые уже не раз его выручали. И вот сейчас эти шорохи и стуки были нехарактерны для окружающей обстановки. Солан взял в правую руку меч, а в левую — сюрикеновый пистолет и направился к выходу. Оба техника и оператор, что возились под панелью управления, с удивлением посмотрели на командира, но ничего не сказали. Едва Солан приблизился к выходу, как оттуда ему прямо в лоб уставился огромный ствол болтера. Эльдару приходилось сталкиваться в бою с людьми и он знал, что мон-кеи не слишком высокие, однако именно этот выглядел квадратным и огромным даже по меркам эльдар. Солан вскинул руку, выжимая спусковой крючок пистолета, уходя от выстрела болтера вправо, взмахивая своим мечом, чтобы отрубить ствол, двигался он быстро и точно, сейчас имперец только начинает соображать, что происходит, однако... Болтер нападавшего рявкнул и Солана отнесло в сторону — стрелял мон-кей тупоносой травматической пулей, попал точно в доспех, который выдержал удар, но его весь измяло, а кинетическая энергия импульса сильно ударила по внутренним органам и ребрам эльдара. Тот попытался встать, но огромный мон-кей был уже здесь, выворачивая руку Солана с зажатым в ней мечом, а в зал уже проникали еще двое, беря на прицел обоих техников и оператора. Пальцы в стальной перчатке сомкнулись на шее командира и громила поднял тело эльдара на уровень прорези своего шлема, разглядывая.

— Это он? — спросил хрипло десантник на низком готике, который Солан знал. По службе приходилось выучить язык этих животных.

— Да. — Ответил знакомый голос из коридора и эльдар скосил глаза, уже догадываясь, кто предатель.

Каково же было его удивление, когда он увидел старшего рейнджера со скованными за спиной руками, которого уже внесли в помещение, а вместе с ним и остальных. Громила долго не дал командиру рассматривать входящих, быстро завернул ему руки и также сковал за спиной, после чего посмотрел на нагрудник доспеха и срезал ремни, удерживающие его на теле.

— Осмотри его. — Приказал он и к Солану подошел самый мелкий из мон-кей, на ходу снимая перчатки.

Солан увидел тонкие кисти и чуть выпирающую пластину доспеха на груди — перед ним явно была женщина. Медик бесцеремонно задрала рубаху на груди эльдара, разглядывая гематому, образовавшуюся от выстрела, провела пальцами по синяку, щупая ребра — действовала она профессионально и ловко и Солан поразился такому поведению, он уже начал складывать два плюс два. Веселушка быстро осмотрела пациента и доложила.

— Пара ребер сломана, внутренних кровотечений нет, множественные синяки и ушибы.

— Перевяжи его. — Распорядился Хват, обследуя помещение. Хмурый стоял возле выхода из зала, приглядывая за коридором.

Огрины проникли в каменный город в предутренних сумерках, когда стража не так бдительна, да и обойти психически одаренных эльдар оказалось достаточно просто из чего Хват сделал вывод — не все они псайкеры как говорят. Возможно, способности в них дремлют, но их не сравнить со способностями Веселушки или Молчуна — следопыт и нюхач точно определил безопасную дорогу, а дочь шамана прикрыла всех мороком. Да и остальные постарались, отводя взгляды охране — это все умели. Рейнджер молчал всю дорогу, раздумывая над словами огрина, но, когда увидел куда они направляются, заговорил. Решил, что они идут уничтожать их систему связи, но Хвату нужно было не это, а быть в курсе происходящего. Что он и объяснил эльдару. Рейнджер затих, а потом предложил вызвать в зал начальника службы безопасности поселка, чтобы рассказать ему все. Так или иначе на руководство колонией нужно было как-то выходить, Хват не объяснял инквизитору и полковнику своих мотивов, полагая, что они не поймут. Глядя на дальновидящую, он не верил, что остальные эльдары будут такими же упертыми как и имперцы в своих ксенофобских взглядах, но первоначальное поведение рейнджера его расстроило, однако тот показал, что умеет думать. Сейчас проверим умеет ли думать также его начальник.

Солан изучал противников, сопоставляя видение Хайрелы и громил, которые ходили сейчас по залу. Молодая видящая еще не умела создавать иллюзии, но рисовала она отлично и ее наброски начальник изучил очень тщательно — они изображали великанов под определенными ракурсами, какими запомнила их сама Хайрела, но сходство было налицо. И еще, видящая упрямо утверждала, что они не враги и Солан был склонен ей поверить, иначе сейчас уже лежал бы с дырой в груди. Болтер был заряжен травматическими пулями, а не боевыми. Но его хозяин выщелкнул магазин и вставил на его место другой — более он не собирался брать пленных. Эльдар видел, что один из громил снял со спины огромный контейнер и нажал пару кнопок на его стенке. Тотчас оборудование развернулось и оказалось переносной радиостанцией, способной добить до соседних систем, но вот ее мощности, чтобы связаться с Биэль-Тан явно не хватало. Громила размотал антенну и прошел к идущему наверх силовому кабелю, просто привязавшись к нему. Усиливает сигнал, подумал про себя эльдар, наблюдая за действиями имперцев. И как они умудрились протащить все это через джунгли, спросил он сам себя и тут же ответил — на них экзокомплекты с силовым каркасом, они и не на такое способны. Но все равно обычный эльдар будет шустрее, чем их механизмы, однако громила ловко перехватил его движение, выстрелив точно в грудь. Словно отвечая его мыслям, командир отряда снял с себя шлем и эльдар все понял — перед ним был не человек, мутант.

Солану приходилось встречаться с космодесантом мон-кей и он мог точно сказать — это не они. Те все же были пускай и сильными, большими, могучими, но с привычным обликом мон-кей, здесь же сразу бросались в глаза животные зрачки мутанта, форма его черепа и нижней челюсти. И размеры. Под броней не было искусственных мышц, Солан понял это сразу. Перед ним расхаживал качок в доспехах. И остальные были под стать ему. Громила подошел к эльдару и присел на корточки — медик уже успела его плотно перебинтовать, причем скованные руки начальника ей не мешали.

— Поговорим? — предложил мутант и кивнул в сторону связанного рейнджера. — Тот видимо не в курсе, что происходит, а ты вроде как один из главных в этом поселке?

— Да, я вхожу в совет. — Просто ответил Солан. Мон-кей предлагает помощь? Это интересно, обычно они применяли орбитальные бомбардировки, если обнаруживали колонии эльдар и не собирались идти на переговоры. — Глупо было так рисковать своими жизнями — нужно было просто связаться со мной.

— И спугнуть темных? — спросил громила. Значит, они в курсе, подумал Солан. Что это, одна из многоходовых комбинаций, которую разыгрывает их инквизитор или же уловка Отступников? В любом случае выслушаем версию диверсанта, пока я связан, то не могу ничего сделать. — Нет, подождем, когда они заявятся к вам в гости. — Хват оглядел зал. — Кому в колонии можно доверять?

— Никому. — Ответил Солан. — Любой может оказаться их агентом.

— Даже ты?

— Даже я. — Спокойно отозвался эльдар и в глазах рейнджера мелькнуло удивление напополам с презрением. Он не предполагал, что начальник может продаться Отступникам, но Хват на такое заявление фыркнул.

— Верно мыслишь, никому доверять нельзя. Среди простых жителей тоже может затесаться предатель. — Он встал и подошел к широкому окну, вырезанному в скале — из него открывался замечательный вид на городок. Деревья росли чуть ниже и с горы было отчетливо видны чистые улочки, ранние утренние прохожие, спешившие по своим делам, уборщики, что подметали дворы. И нависшая над этой идиллией угроза. Хват отвернулся. — Но на тебя мы положиться можем. — Он посмотрел на Молчуна и тот кивнул — сидящий перед ним эльдар не был темным. У тех в душе имеется характерный след, а не Веселушка, не Молчун его не ощутили.

— Вас послал инквизитор? — решил прояснить ситуацию Солан — вряд ли эти мон-кей просто так заглянули сюда на огонек.

— Одна дальновидящая. Воэйра. — Ответил Хват и эльдар кивнул — он знал это имя.

Не самая старшая из дальновидящих Биэль-тан, но и не самая молодая, отличный воин и перспективный кандидат в совет видящих. Значит, она как-то узнала о том, что темные планируют нападение, но почему тогда флот мира-корабля не патрулирует систему? Или для использования мон-кей есть какие-то причины, о которых Солан не знает? Мысли и решения видящих порой непонятны, но они никогда не несли угрозы народу эльдар — все направлены на его защиту, ведь это их стезя. Но почему она сама не появилась здесь, чтобы предупредить о нападении? Или знала, что агенты темных проникли слишком глубоко в тело колонии? Или даже в мир-корабль? Одни вопросы и никаких ответов.

— Мне известно кто это. — Сообщил Солан мутанту. — Значит, она хочет выманить темных с вашей помощью?

— С вашей. — Уточнил диверсант. — Проклятые уроды слишком хитры и трусливы, чтобы принять честный бой. — И некоторые из его бойцов согласно закивали. — Нужно дождаться их высадки, уничтожить челноки, чтобы не смогли бежать и зачистить город от этой заразы. Ну, как тебе план?

— Могут погибнуть гражданские. — Заметил Солан.

— Жертвы неизбежны. — Произнес Хват.

— Жизнь одного эльдара ценнее жизни тысяч мон-кей! — не выдержал рейнджер.

— Но-но, полегче. — Повернулся к нему огрин. — Чем вы это заслужили? Тем, что живете дольше? А что вы сделали даже для самих себя? Сбежали в глушь и затаились там, надеясь, что беда обойдет вас стороной? Так вот, этого не будет. — Он оглядел зал, Солан молчал, не собираясь вступать в полемику. — Каждый сам кузнец своей судьбы и вы не исключение. Сейчас численность ваших противников превосходит вашу, но это не значит, что нужно упасть на колени и ждать их милости. Благодарите дальновидящую, что просила за вас и поэтому мы здесь.

— Мы не нуждаемся в помощи каких-то грязных мон-кей! — воскликнул рейнджер, смысл сказанного до него еще не дошел.

— Таск, хватит! — жестко произнес Солан. — Сейчас не время проявлять дурь и гордость. — Он посмотрел на диверсанта. — Ушедшие не для того покинули родину, чтобы продолжать дело предков — в первую очередь они должны были научиться смирять свою гордыню и понести искупление за их грехи. И принять любую помощь, которую нам предлагают, глупо от нее отказываться, если наши силы малы перед возникшей опасностью.

— Но командир, а как же жители?! — спросил рейнджер из своего угла. — Они не умеют сражаться и непременно погибнут!

— Считай это естественным отбором. — Твердым голосом произнес Солан. — Никто не мешал им тренироваться. И потом, мы сами должны защитить свой дом — если это будут все время делать за нас, то грош цена нашей гордости, раз самостоятельно мы совершить подобное не в силах. Подумай над моими словами, Таск.

— Я не согласен. — Пробурчал рейнджер, а Хват с интересом поглядел на Солана.

— Ты говоришь мудро. — Кивнул огрин. — Я верю тебе. — Он подошел и снял с рук эльдара наручники, после чего поставил его тело на ноги и всмотрелся в глаза. — Союз? — мутант протягивал Солану руку.

Тот смотрел прямо в вертикальные зрачки и, не глядя, сунул свою узкую ладонь в его лопатообразную.

— Властью, данной мне советом старейшин, я, Солан Закадиэль, закрепляю это соглашение и подтверждаю союзный долг. Отныне мой клинок и оружие придет вам на помощь по первому вашему зову.

— Я, Хват, вождь, командир штурмовой роты сто второго валлхальского пехотного полка, клянусь соблюдать принятые на себя обязательства по защите и обороне этой колонии. — Огрин смотрел прямо в глаза эльдару и каждый видел в партнере самого себя. Командир понял, что перед ним человек чести, который не отступится от своего слова и он, Солан, дитя гордого народа эльдар, не мог посрамить свое имя, данное этому мон-кей, предав свою клятву.

На панели приборов замигал входящий огонек вызова — срочное сообщение с одного из рейдеров. Хват выпустил руку эльдара и тот поспешил к оператору, которого уже освободили от наручников.

— На связи.

— В систему вошел корабль мон-кей. — Доложил командир. — Это десантная баржа, хорошо вооруженная.

— Предатель! — возопил рейнджер, но Солан взмахом руки заставил того замолчать.

— Что-нибудь еще? — спокойно спросил он.

— Да... — командир замялся. — Вместе с ним летят корабли эльдар. Похоже, это рейдеры флота Биэль-Тан.

— Вот как? — вскинул бровь командир. — Сколько их?

— Пять судов, идут плотной группой позади баржи. Обычное охранное построение.

— И что им нужно?

— Они не выходят на связь — передатчики молчат.

— Они засекли второй рейдер?

— Пока нет — Далитан увел корабль в тень планеты.

— Пусть остается там, близко к ним не суйся — сейчас нам важно сохранить судно. Но и страха не показывай, продолжай вызывать, тяни время.

— Вы же не думаете, командир...

— Все зависит от их действий. — Ответил ему Солан, переглянувшись с командиром диверсантов. — Будем ждать.

— Вас понял. — Тот отключился, а Хват повернулся к Выступу.

— Отправляй сообщение. — Тот кивнул.

— Что если это не темные? — спросил его Солан.

— Уроды не так давно атаковали несколько имперских грузовозов и похитили оружие и броню. — Ответил мутант. — Они могли точно также захватить десантную баржу, чтобы все выглядело достоверно. И совершенно не прячутся — знают, что вам некуда бежать и помощи ждать не откуда, поэтому и ведут себя так нагло. Едва ваш корабль подойдет к ним на расстояние выстрела — сожгут. Передал данные?

— Да. — Кивнул боец.

— Останешься здесь вместе с Веселушкой — обеспечите связь и данные для Ландера и Кадье. Мы — вниз. — Хват потянул оружие из-за спины и посмотрел на эльдара. — Тебе тоже вооружиться не помешает и не этой пукалкой. — Он указал на сюрикеновый пистолет.

Солан прошел к шкафчику, где хранились лазбластеры операторов связи и взял один, рассовав батареи по подсумкам пояса. Оттуда же нацепил новый нагрудник — ребра болели, но эльдар игнорировал дискомфорт, любой псайкер легко излечит его травмы.

— Молись, чтобы это были темные. — Произнес он мрачно.

— Увидишь. — Усмехнулся Хват и первым вышел из помещения.

Дальновидящая провела уже почти больше недели на корабле мон-кей. Постепенно она привыкла к ним, привыкала к неудобным протезам, позволяющим ей ходить, но при этом лишающим ее маневра — слишком тяжелые. Воэйра надеялась на помощь эльдаров колонии, уж они-то точно могут исправить все недостатки кибернетики людей уже тем, что заменят ее на протезы из психокости.

Разведывательную группу отправили своевременно и дальновидящая лишь слегка беспокоилась за них — она долго медитировала, чтобы точно определить время отправки и не сомневалась в успехе, однако предсказания не точная наука и все могло измениться. Изнуряя себя медитациями, и так похудевшая в плену Воэйра выглядела как эльдар на смертном одре — лицо ее осунулось и заострилось. Лишь забота инквизитора, которая в приказном порядке заставляла дальновидящую принимать пищу, не позволила Воэйре окончательно распрощаться с материальной жизню и не перенестись в варп. Еще эльдарке не хватало рун и она надеялась получить их у ремесленников колонии, благодарной за защиту. Воэйра твердо решила идти вниз с десантом гвардии и никто не собирался ей препятствовать — это прежде всего дело самих эльдар, люди выступают тут как помощники.

Дверь в комнату, где медитировала дальновидящая, открылась и вошла Джоана, неся пищу. Воэйра открыла глаза.

— Право не стоило, инквизитор, я вполне самостоятельно могу передвигаться.

— И это сильно напрягает солдат полковника, которые привыкли глядеть на вас через прицел. — Ответила инквизитор. — Я уже несколько раз вам говорила, дальновидящая, что вам нужно восстанавливать силы, а не расходовать последние, истощая себя. А для этого нужно чаще есть.

— Тогда я быстро растолстею. — Пошутила Воэйра.

— Что ж, для меня будет необычно увидеть толстого эльдара. — Улыбнулась Джоана. — Ешьте. — Она поставила поднос на стол и уже собралась уходить, но Воэйра остановила ее.

— Подождите, инквизитор. Вы не могли бы... разделить со мной трапезу? — попросила она.

— Что такое? — удивилась Джоана, но потом поняла. — Вам скучно одной принимать пищу?

— Вы "починили" мое тело, дали мне кров и пищу, а еще ничем вас не одарила взамен. — Грустно произнесла дальновидящая. — Позвольте хотя бы помочь вам восстановить ваши способности.

— Я думала, что они вернутся со временем. — Прошептала Джоана, но дальновидящая мотнула лысой головой.

— Нет, твари из пустоты ментально выжигают нейронные связи в мозгу, которые отвечают за "соединение" с варпом. — Произнесла Воэйра. — Если можно так выразиться, но ваш мозг — это только проводник силы вашей души. Именно через нее мы и черпаем энергию из имматериума и именно она так привлекает демонов. Просто вы привыкли полагаться на разум, который сохранил толику способностей, но я научу вас, как использовать душу.

— А ее не поглотит Хаос? — Джоана опасалась методики эльдар, ведь что применимо к ним, не всегда подходит человеку.

— Все зависит от того, как вы сможете защититься. — Заметила дальновидящая. — Наши души подобны огонькам в темноте, на которые слетаются демоны. Яркие и сильнее привлекают их больше, на тусклые и невзрачные они не обращают внимания. Вам же нужно сделать так, чтобы ваш отсвет вообще не был виден, но пламя огня продолжало ярко и мощно. А для этого нужно выстроить защиту.

— И как это сделать? — спросила Джоана, усаживаясь напротив эльдарки. — Построению ментальных щитов меня научил мой Лорд-Инквизитор, но он работал с концентрацией разума, не учитывая души.

— И что для этого нужно? — спросила Воэйра, прикрыв глаза и приступая к приему пищи — ей уже можно было есть твердое, однако инквизитор просила, чтобы готовили супы. Пускай человеческая еда была странной на вкус, но она позволяла организму эльдарки окрепнуть. Остальное были последствия ее самостоятельной дурости.

— Оградить себя доспехом презрения. — Начала Джоана. — Демоны не смогут пробить мою защиту, если я не буду испытывать страха, а чувство превосходства над ними позволит мне атаковать.

— Почему не ненависти и гнева? — Спросила Воэйра.

— Они дают временное преимущество, за которым следует расплата — псайкер истощается и демонам легко завладеть его телом.

— Это так. — Согласилась дальновидящая. — Твой Лорд советовал тебе использовать чувство любви и родства?

— Нет, про это я от него не слышала. — Покачала головой инквизитор.

— Значит, он не желал усиления твоих возможностей. — Воэйра открыла глаза и посмотрела вглубь души Джоаны своим изумрудным взглядом. — Ментальный удар твари выжег все без остатка, но ты продолжаешь владеть телепатией. В этом тебе помогло заблаговременно поселившееся в душе чувство любви, которое ты старательно скрываешь. Ты должна поделиться им и прежде всего с самой собой. Должна признать, что это не тягота, а преимущество. Оно позволит тебе взрастить в себе новые силы и укрепить душу. Более не один демон не сможет ее пробить, если только он не настолько силен, насколько ты близка к своему избраннику.

— А вы, дальновидящая? — задала вопрос Джоана. — Насколько вы были близки к кому-то?

— Я использую другие методики. — Улыбнулась инквизитору Воэйра. — Мне нет в этом нужды.

— Но почему вы советуете проделать это мне?

— Потому что другого пути вернуть вам способности у вас нет. — Просто сказала эльдарка. — Это самый простой и быстрый путь. Ненависть и гнев сделают только хуже, презрение уже не сработает — ваши устои в связи с недавними событиями пошатнулись, вас гложет сомнение и это еще сильнее внесло раскол в ваши способности. Только любовь, доверие и привязанность может вас спасти, придать вам сил и способностей сражаться во имя не только вашего Бога-Императора, но и человека, которому вы подарите частичку своей души. А он поделится с вами тем же, подсознательно усилив вас. Сосредоточьтесь на этих чувствах, вызовите их в вашей душе, наполните ее до краев ощущением радости от встречи с любимым и вы получите требуемое. Сразу это не получится, но, уверяю вас, если не забрасывать тренировки и овладеть духовной концентрацией — не разума, а души — то ваши силы серьезно возрастут. И мой вам совет — не забудьте про гиринкса. Он поддерживал вас все это время своей любовью, но он не всесилен и тоже подвержен атакам демонов. Заботой о вас гиринкс сохранил то немногое, что вы умеете. Одарите его в ответ и кольцо силы замкнется.

— Это было немного сложно, но я поняла, дальновидящая, спасибо за совет. — Воэйра склонила голову на слова инквизитора. — Думаю, что мне нужно отработать концентрацию. Но о каком кольце силы вы говорили?

— Вы и этого не знаете? — удивилась эльдарка. — Поистине, ваш Лорд держит вас в неведенье. Кольцо силы позволяет увеличивать псайкеру свои возможности. То есть делая что-то для других по велению духовного порыва, вы отдаете часть своей энергии, которая потом вам возвращается в результате действий одаренного. То есть когда он вам точно также безвозмездно передает что-то — медальон, деревянную поделку, клинок, амулет или любую вещь, которой он желает отблагодарить вас. И тогда кольцо силы замыкается — потраченная вами энергия возвращается к вам, усиленная энергией одаренного. И вы становитесь сильнее. Ваш Лорд дарил вам что-то и требовал нечто подобное взамен?

— Он давал мне предметы с условием возврата. — Припомнила инквизитор и дальновидящая кивнула.

— Да, так тоже иногда делают. Наверняка это были арканные амулеты, они позволяют высасывать и аккумулировать энергию варпа через ничего не подозревающих псайкеров. Вам лучше избавиться от них, ведь умелый колдун легко прочитает все ваши намерения по ним.

— Вот как? — удивилась Джоана. — Но как это возможно?

— Каждый предмет несет энергоотпечаток его владельца, позитивный или негативный, смотря как он вам достался. Если вы его насильно отобрали, то предмет запомнил недовольство хозяина и будет вам вредить, если же он подарил вам его, то есть насытил своей энергетикой, то и предмет будет вас подпитывать. У вас есть такое выражение: "от души", оно целиком и полностью характеризует подобное деяние. Просто вы, увлекшись погоней за технологиями, забыли это.

— Да. — Задумчиво кивнула инквизитор. — Еще раз спасибо вам, дальновидящая за ваши советы.

— Пока еще не за что, но лучше благодарите меня, а не спасайте. — Протянула руку эльдарка, останавливая уже собравшуюся выйти Джоану. — Я ощущаю волнение. Началось.

— Инквизитор, пришло сообщение от Хвата. — Раздался в ухе голос Дока. — Темные вошли в систему. Капитаны готовы прыгать по вашему приказу.

— Вперед. — Просто сказала женщина и ощутила, как завибрировали генераторы гиперперехода.

— Одолжите мне свой клинок, инквизитор. — Попросила Воэйра, резким движением встав на ноги. — Не подобает дочери Биэль-Тан отсиживаться за спинами воинов.

— Но и бежать впереди них тоже не стоит. — Заметила Джоана, улыбнувшись. — Я запомню ваши наставления, дальновидящая, но у меня вопрос. А как насчет душевной тревоги?

— О, это самое страшное оружие против демона. — Улыбнулась та в ответ. — Ведь псайкер, который тревожится за своего близкого, страшен и неукротим в бою.

Глава 10.

Командиры двух эльдарских рейдеров колонии уже сообразили, что поведение эскорта кораблей Биэль-Тан, пускай и сопровождающих судно мон-кей, совершенно не соответствует привычному. Там сразу бы вышли на связь, поинтересовались возможными проблемами поселения, предложили на обмен запчасти или оборудование, в общем повели бы себя как нормальные торговцы. И даже присутствие десантной баржи мон-кей не смутило бы командиров — изредка Торговые Дома тоже покупали продукцию колонии, в основном зерно, воздушные ткани и искусные поделки. И их тоже сопровождали рейдеры эльдар — таковы были условия сделок, а на борту присутствовали псайкеры, которые подчищали память экипажу. Но здесь... на вызовы так никто и не отвечал, а скорость корабли не снижали, наоборот, как только они появились из области гиперпереходов, так сразу же вышли в форсажный режим, только баржа мон-кей оставалась такой же неповоротливой и тихоходной.

Командир первого рейдера не оставлял попыток связаться с эльдарами, как вдруг экран зарябил и на нем возникла ухмыляющаяся физиономия темного, который оскалился и спросил:

— Ну, чего шумишь? Тормози кораблик и готовь к досмотру, обещаю, что уши отрезать не буду.

— Будь ты проклято, демоново семя! — отозвался командир, чуть не плюнув в монитор, на что темный усмехнулся. — Быстро, связь с Соланом!

— Устанавливаю, но мешают сплошные помехи — Отступники включили подавители! — доложил оператор, а второй в это время воскликнул:

— Два рейдера ускорились, идут нам на перехват.

— Уводим их от колонии. — Тут же объявил приказ командир. — Вызовите Толмаса, пусть остается в тени, потом ударит им в корму. Вдвоем у нас шансов больше. Как только свяжем их боем — выпускайте истребители.

— Солан на связи. — Доложил оператор и командир повернулся к экрану.

— Это темные! — Выдохнул он. — Мы оттянем на себя сколько сможем, но их слишком много — готовьтесь встретить десант!

— Про...житесь нем.ого, ..мощь у.е в пу.и. — Ответил начальник службы безопасности. — На.и союз...и — мо.-ке..

— Вас понял. — "Расшифровал" его послание командир и кинул взгляд на экраны радаров — рейдеры темных уже наступали на пятки. Скоро они пустят ракеты, если совсем не дураки. — Внимание экипажу! — включил он громкую связь. — Наш долг — отбить нападение темных, продержаться некоторое время, после чего нам придут на помощь. Быть готовыми сотрудничать с мон-кей, это приказ.

— Когда старейшина успел заключить с ними договор? — спросил один из операторов.

— Не знаю. — Ворчливо ответил командир. — Сейчас не это важно. — На радаре возник вихрь красных точек — рейдеры запустили ракеты. — Маневр уклонения! Отстрелить ловушки, зенитчикам — огонь!

Командир был сосредоточен на экранах и не видел, как один из операторов систем резко выдернул из кобуры лазпистолет и метким выстрелом поразил капитана в голову. Эльдар так и не сумел понять отчего умер, его тело завалилось на бок, шевеля руками по панели — испарившийся наполовину мозг еще продолжал отдавать команды.

— Предатель! — закричал сосед оператора и кинулся к нему, чтобы убить голыми руками — оружие у него отсутствовало. Темный развернулся и парой выстрелов остановил нападавшего, однако тот успел до него дотянуться и царапнуть лицо ногтями. Отступник чуть придержал тело, прикрываясь им от выстрелов других членов экипажа, которые видели гибель капитана и теперь в их сердцах пылала жажда мести. Предатель понимал, что его в любом случае убьют, поэтому посильнее сжал камень душ, заключенный в непробиваемую оболочку и активировал бомбу, которую пронес в рубку под своей одеждой. Рвануло так, что запестрели красными огоньками все системы жизнеобеспечения, контроль над кораблем был утерян, пленка силовых щитов мелькнула и погасла — генераторы работали, но управляющие цепи прервались и автоматике нужно было несколько секунд, чтобы выйти в аварийный режим и запустить их вновь, когда по беззащитному корпусу ударили ракеты. Боеголовки протаранили дюзы, зенитные пушки не успели отстрелить все и часть ракет прорвалась к рейдеру, который от их удара получил серьезные повреждения, потерял ход и стабилизацию в пространстве, часть переборок смяло от взрывов, помещения разгерметизировались, в ангарах истребителей начался пожар. Командир звена, как только корабль тряхнуло, отдал приказ стартовать. Он не собирался терять своих пилотов, сообразив, что в рубке оказался предатель — слабенькие телепатические способности эльдара позволили ему уловить эмоции операторов систем. Он не знал выжил ли кто-нибудь из них во время взрыва, рубка немедленно заблокировалась гермозатворами, остальной экипаж боролся за живучесть рейдера и долгом командира звена было не дать темным пришвартоваться и изловить его сородичей — били отступники по дюзам и лазпушкам, чтобы безопасно подойти. Двери дока раскрылись и истребители один за одним вылетели в мрачную черноту космоса, чтобы отразить атаку противника. Командир быстрым взглядом прошелся по приборам, тут же заметив, что десантная баржа мон-кей зависла на орбите планеты и от нее вниз пошел ворох челноков — темные высаживают десант из наемников. Ну а кто еще будет с ними работать, кроме как эти отбросы? Командир звена скрипнул зубами и быстро раздал цели.

— Синий, красный, черный — отсекайте рейдер от корабля. Фиолетовый, зеленый — займитесь его лазпушками, третье звено — на вас истребители. Все вместе, продавливаем его щит торпедами!

Эльдары произвели запуски и множество разогнанных до световых скоростей снарядов ринулись к приближающемуся рейдеру темных. Истребители были слишком маневренными и мелкими целями для пушек корабля, поэтому командир темных отдал приказ выпустить свои перехватчики. Те порскнули от судна, идя навстречу машинам защитников колонии. Торпеды достигли рейдера и его силовое поле немного просело от попаданий, однако генераторы еще справлялись с нагрузкой, пока неожиданный выстрел второго рейдера защитников не снял его полностью. Капитан Толмас видел все, что случилось с кораблем на экранах своих радаров и сканеров и поспешил на выручку, наплевав на маскировку. Когда темные увлеклись поврежденным рейдером и начавшимся сражением с истребителями, командир "пришпорил своего коня" и корабль в форсажном режиме, не экономя топливо, ударил всеми своими лазерными пушками в борт судну темных. Напарник рейдера уже разворачивался в сторону возникшего из тени планеты защитника, но Толмас был уверен в себе и своем экипаже. Пускай он погибнет, но отправит к Той-Что-Жаждет как можно больше ее прислужников, каковыми темных считали эльдары. Истребители с его корабля точно также выскочили в космос и затеяли игру в догонялки с перехватчиками темных. Росчерки лазерных лучей и ускорителей частиц заполнили небольшой куб пространства, в котором продолжал плыть по инерции поврежденный рейдер, а к нему уже слетались стервятники — еще парочка рейдеров сорвалась с орбиты планеты, чтобы помочь своим приятелям, оставив для охраны баржи только один корабль.

— Сосредоточить огонь на первом рейдере. — Отдавал приказ Толмас, стоял в центре рубки, держась за поручень. Его гордый несломленный мужественный вид вдохновлял весь экипаж. Командир положил руку на эфес своей сабли, устремив свой взор на экраны мониторов, наблюдая всю обстановку сразу. — Истребителям — прикрыть желтое звено, перевести всю энергию на генераторы силового поля, приготовиться к удару. — Он видел, что второй рейдер и та спешащая парочка выпустила самонаводящиеся ракеты. Они подойдут в несколько волн и если первую из них корабль выдержит, то вот остальные — вряд ли, но Толмас был готов к этому.

— После первого удара маневр уклонения с петлей. — Отдал распоряжение он. — Бортовым батареям отработать по ракетам, всю оставшуюся энергию с накопителей перебросить на генераторы.

— Могут не выдержать. — Сказал кто-то из операторов.

— Если не сдержим темных — будет уже все равно. — Спокойно ответил капитан.

— Ракеты уже близко, зенитки перехватили только тридцать процентов! — возопил другой оператор и корабль неслабо так тряхнуло, но силовое поле выдержало. — Щит просел до сорока процентов!

— Разрядить накопители!! — закричал Толмас. — Батареи — огонь!!

Рейдер ушел вниз с доворотом влево, пилот выжимал из юркого кораблика все что возможно. Парус был сложен — его легко могли повредить, а в ближнем бою от его установки все равно никакого толку. Если придется сбегать, то тут он незаменим, но командир покидать поле боя и не собирался. Продолжая держаться за поручень, стоя как скала, Толмас отдавал приказы:

— Торпедами — огонь!! Лазерные батареи — огонь по левому борту!! Перезарядить накопители!!

— Времени мало, командир! — произнес один из операторов. — Предлагаю перевести всю энергию на кормовой щит, темные постараются нас остановить!

— Делай. — Подумал Толмас, наблюдая, как от одного из рейдеров отделяется тонкий лучик лазерного импульса и несется к нему. Корабль снова тряхнуло, на панели приборов загорелись красные огонечки и операторы быстро переключились на резервные цепи управления.

— Щит на десяти процентах, но выдержал!! — доложил оператор. — Не успеем перезарядить — два накопителя вышли из строя!

— Максимально возможная мощность щита. — Отдал приказ Толмас и вспомнил, как поступали капитаны мон-кей в таких ситуациях. — Сближаемся в противником, набрать максимальную скорость!

— На таран? — спросил кто-то. — Корпус не выдержит.

— Мы все равно не перехватим волну ракет. — Спокойно сказал капитан и посмотрел на свой верный экипаж. — Так давайте отправим к Той-Что-Жаждет как можно больше ее слуг.

Эльдары склонили головы в согласии со своим командиром. Они понимали, что эта атака будет самоубийственной, но какие-то жалкие секунды оставались до того, как их накроет еще одним ракетным залпом, силовая пленка поля не выдержит и рейдер постигнет та же участь, что и первый корабль, который уже сейчас просто дрейфовал в космосе — нет, там еще полно живых, но управлять судном они не могут, а проклятые стервятники уже бросают магнитные якоря, чтобы перебраться на борт. Истребители вели неравный бой и гибли один за другим, нанося противнику немалый урон — их торпеды просаживали силовое поле рейдеров темных и один уже в результате совместных действий Толмаса и командиров звеньев пытался выйти из боя, чтобы зализать раны, но силы были не равны. Пилот заложил вираж, он раскрыл парус, который выдвинулся и распахнулся во всю свою ширь, дабы увеличить скорость судна. Рейдер рванулся вперед словно молния, часть ракет проскочила мимо и ушла в мертвый космос, но некоторые задели поврежденный кораблик, однако тот, ведомый силой воли и мастерством своего капитана, ускользнул от них и его нос, усиленный остатками переброшенной энергии щита, вонзился в корпус рейдера темных. Удар был страшен, все повалились на пол, баззеры аварийной сигнализации дико завыли, сообщая о разгерметизации и многочисленных пробоинах в корпусе. Толмас поднялся с пола, продолжая сжимая оторванный поручень и кинул взгляд на еще работающие экраны.

Нос был смят, но и темному тоже досталось и очень хорошо — его корпус был разломан пополам и сейчас рейдер защитников просто застрял в нем. Дюзы продолжали тащить корабль, парус был сломан и сорванное полотнище упорхнуло в космос. Отступники не ожидали такой атаки от эльдар, находясь под впечатлением, чем и воспользовались истребители, плотно насев на рейдер, что подошел к первому поврежденному кораблю. Щиты того, наконец, истощились и командир звена, который еще оставался жив, выжал кнопку стрельбы из лазпушек. Очередь прошлась по корпусу рейдера, проделывая изрядной величины дыры в его обшивке, сшибая зенитки и взрывая гнезда турелей. Корабли эльдар, что темных, что истинных были одинаковыми — маневренными, быстрыми, отлично вооруженными, но со слабыми корпусами. Эльдары предпочитали тактику ударил-отступил, а не планомерного продавливания обороны, как это делали мон-кей или самоубийственных таранных атак орков, что сейчас продемонстрировал Толмас. И если пилот рейдера замешкался, то его корабль могли легко разнести пополам.

Толмас ощупал себя, поняв, что не пострадал и бросился к лежащему без сознания оператору. Рейдер содрогался в предсмертных конвульсиях — щит слетел и сейчас по кораблю били оставшиеся два пирата — третий так и болтался возле баржи. Один из рейдеров темных вывел из строя Толмас, второй сейчас добивали истребители, которым тоже приходилось несладко — перехватчики врага не дремали и мало чем уступали в мастерстве пилотов колонии. Капитан вытащил аптечку, сделал укол оператору, от которого тот захлопал глазами, приходя в себя и поспешил к следующему, у которого образовалась рваная рана на животе.

— Медик! — воззвал Толмас и к пострадавшему, ковыляя, подошел оператор систем наведения, который в свободное время "баловался" псайкерством и кое-чего понимал в лечении.

— Смотрите! — очнувшийся оператор указывал пальцем в экран. — Корабли мон-кей!

Толмас подошел к нему и непонимающе уставился на изображение.

Недалеко от планеты из тьмы космоса величаво выплыли два огромных военных судна людей. Капитан Ландер знал, с каким количеством сил ему и его напарнице-капитану придется столкнуться — огрины передали всю информацию, что была им известна. Пилоты истребителей уже застоялись в ангарах и рвались наружу, однако капитан не был бы уважаемым командирам, если бы терял подчиненных пачками. Как только завершился выход из гипера, операторы получили четкую картинку с диспозицией противника, а стоящая на мостике дальновидящая, которую инквизитор пригласила для того, чтобы защитники не пострадали от дружественного огня, вытянула руку и указала на суетящиеся красные точки.

— Оба корабля защитников уже не могут двигаться. Остальных — уничтожить! — это прозвучало в устах эльдарки как приказ, но и сказано было с такой ненавистью к темным, что даже проняло Ландера.

— Канонирам — взять на прицел движущиеся суда, упреждение два-два-семь, корреляция по сетке — четыре. По команде — огонь!

Два корабля — легкий крейсер и эсминец огрызнулись парой выстрелов из лэнс-пушек, которым силовые щиты эльдарских рейдеров были на один зуб. От попадания мощных зарядов энергии генераторы силовых полей отключились, чтобы перегрузка не вызвала взрывов. Капитаны рейдеров не ожидали такой атаки и, бросив свои перехватчики, начали отступать к планете, чтобы прикрыться огнем баржи, однако Ландер не дал им провести такой маневр.

— Еще залп. — Отдал он приказ и лэнс-орудия снова вздрогнули — команды капитана слышали и на крейсере Сороритас, Кадье доверяла флотоводцу-профессионалу, полагаясь на его опыт. Оба рейдера темных вспухли ярко-оранжевыми шарами, озарив тьму космоса, разбросав обломки обшивки и внутренних переборок. — Истребителям — старт. Уничтожить перехватчики врага, спасательные команды — эвакуировать экипажи поврежденных рейдеров, дружественные корабли вам подсветят. — Ландер посмотрел на дальновидящую, которая была в броне. — Здесь вам больше делать нечего, готовьтесь к высадке. — Холодно сказал он — у капитана был свой счет к эльдарам, но сейчас миссия, назначенная инквизитором, была важнее, поэтому приходилось терпеть присутствие ушастика в святая святых корабля. Ничего, он сможет это пережить.

Воэйра кивнула и бегом к челнокам — скоро души ее замученных темными воинов будут отомщены.

Видения Хайрелы начали воплощаться в реальность сразу с утра. Она отправилась с матерью за продуктами, да и вообще не постоянно же девушке сидеть дома, иногда нужно и гулять. Взяв все необходимое, будущая видящая вежливо кланялась на приветствия встречных прохожих, попадавшихся по пути как того требовал этикет. Они отошли уже достаточно далеко от дома, когда внезапно в городе противно завыла сирена тревоги. Хайрела закрутила головой в поисках опасности, предполагая, что дикий зверь забежал на территорию поселения, но мать испуганно вглядывалась в небо. Девушка проследила за ее взглядом и заметила в синей глазури черные точки, которые очень быстро увеличивались в размерах.

— Быстрее, бежим!! — мать схватила ладошку дочери, прикидывая в какую сторону спасаться, как в вышине раздались резкие хлопки.

Хайрела завернула голову, заворожено наблюдая за тем, как от темных точек отделяются более мелкие и как молния несутся к земле. Заговорила лазерная батарея противовоздушной обороны поселка, установленная на горе, не все ее росчерки импульсов касались черных точек, которые начали маневрировать. Часть точек рассыпалась и вдруг превратилась в стремительные черные тени, оказавшиеся истребителями. Стволы ПВО не успевали развернуться за ними, чтобы сбить, скорость перехватчиков была слишком высока. Маневренные кораблики сбросили бомбы и прошлись по лазерным батареям, скрытым в горе, выстрелами из пушек. Хайрела, тормозившая мать, услышала грохот взрывов, над городом вспухли яркие огненные цветы, после которых в небеса потянулся черный чадящий дым. Видящая застыла в испуге, наблюдая возникшую перед ней картину, ноги отказывались ей повиноваться и мать дергала дочь за руку, заставляя ее шевелиться, но Хайрела не могла. Внезапно для себя она ощутила боль, которая давила в груди. Боль и страдания множества эльдар, которые сейчас погибали под завалами или в результате выстрелов истребителей. Видящая как кукла переставляла ноги, оглядываясь по сторонам и у нее на лице была написана такая мука, что мать сама обо всем догадалась.

— Отрешись!! — закричала она. — Поставь щиты!! Не воспринимай чужую боль иначе она поглотить тебя!!

— Я не могу. — Тихо произнесла девушка, коленки ее подкосились и она больно ударилась о каменное покрытие центральной площади. — Оставь меня, беги.

— Нет уж!! — мать насильно потянула девушку, заставляя ее подняться, но ее усилия пропали даром.

Площадь вздыбилась в результате удара по ней приземлившейся десантной капсулы. Выложенные столетия назад камни как пули разлетелись по сторонам, часть их них превратилась в спекшуюся корку от действия тормозных дюз капсулы, часть образовала мелкое каменное крошево. Двери капсулы раскрылись и оттуда показались те самые воины в броне, которые с ходу начали стрелять. Те горожане, кто имел при себе оружие и успел его получить, принялись отстреливаться в ответ и площадь наполнилась росчерками лазерных импульсов и криками боли от точных попаданий. Хайрела видела как умирают жители поселка, как нападавшие очень быстро продвигаются вперед, уничтожая тех, кто оказывает сопротивление и захватывая безоружных. Мать также как и дочь застыла, понимая, что время для бегства упущено и вскоре они окажутся в плену у темных — она видела, что не все атакующие были наемниками мон-кей — среди них то и дело мелькали отступники, облаченные в похожую броню. У них еще оставался шанс спастись в этой круговерти боя, который развернулся на площади, но Хайрела была парализована эмоциями эльдар — видящие от природы слишком восприимчивы к эмпатии. Где-то на соседней улочке, срезав крону раскидистого дерева, приземлилась еще одна капсула и там тоже возникли взрывы и крики боли. Хайрела застонала и закрыла глаза, чтобы не видеть разворачивающейся перед ней картины, убеждая себя, что это все тот же дурной сон, а она лежит у себя в кровати и ей ничего не угрожает. Однако осколок отлетевшего от взрыва гранаты камня мигом привел ее в чувство — боль заставила видящую отшатнуться. Девушка протянула руку и потрогала свою щеку, по которой медленно начала сочиться кровь — просто царапина. Мать уже пригнулась и пыталась ползти, дергая Хайрелу за руку, но та все никак не реагировала. Она уставилась на эльдара, который был в полумаске и его рот исказился в злорадной улыбке. Пират кинулся к видящей, на бегу извлекая меч, сияющий в лучах взошедшего светила. Отступник уже предвкушал, как маленькие ушки этой миленькой девочки будут отлично смотреться в коллекции его ожерелья, как выстрел из лазбластера пресек его путь. Эльдар споткнулся и пропахал носом площадь — к этому времени он был уже мертв. Солан подбежал к видящей, встряхнул девчонку, поднимая заодно и ее мать.

— Уходим! — крикнул он женщинам, не обращая внимания на переживания Хайрелы. Он просто перехватил видящую за тонкую талию и закинул себе на плечо.

Рядом с Соланом возник квадратный могучий эльдар, от которого веяло спокойствием и уверенностью. Видящая удивленно смотрела на этого великана из своего видения, хотя он ростом был почти с нее, ну, может быть чуть выше. Что-то прожужжало рядом и внезапно на площади вспух яркий шар разрыва, а граната, которую метнул кто-то из громил своими осколками посекла приличное количество нападавших.

— В ратушу. — Сказал эльдар хрипло на языке мон-кей и только сейчас Хайрела поняла, что он не относится к их расе. — Закрепимся там. — Он указывал на здание городской управы, что окнами выходило на площадь.

В ратуше сидели защитники и поддерживали огнем простых граждан — Хайрела видела это отчетливо и Солан потащил их словно тягловой вол. Девушка обернулась и увидела, что громила не был один — его поддерживали огнем еще несколько, причем они не стояли столбом, а прятались за укрытиями и метали гранаты. А их оружие было очень разрушительным — нападающие не ожидали такого отпора и попытались немедленно устранить угрозу, сблизившись и используя мечи. Темные, при поддержке наемников, резко ускоряясь и уклоняясь от выстрелов — но не всем это помогало, громилы били точно в цель и уже с десяток трупов атакующих уже валялись на площади — все-таки достигли пары здоровяков и воспользовались своими отравленными клинками, чтобы ликвидировать угрозу. Однако скорость реакции громил оказалась на уровне, к тому же обоюдоострый топор одного из них легко преодолел доспехи темного и отрезал тому голову, при этом воин умудрялся стрелять из своего оружия точно и метко, удерживая его в левой руке, а правой парировать удары мечников. Солан дернул Хайрелу за руку, заставляя поторопиться, и девушка поспешила, завернув голову на защитников, которые не стояли на месте — они двигались следом. Кто-то из них подобрал пару тел легких эльдар и закинул себе на плечи, остальные прикрывали. Здоровяк отмахался от тройки темных, которые плотно насели на него — через несколько секунд они лежали трупами у ног воина, но и он сам получил пару резаных ран. Отступники знали куда бить и атаковали в места соединения пластин, разрезая тонкую ткань. Теперь броня Хвата уже не была такой герметичной и о пребывании в зараженной среде можно было забыть, однако защиты своей не потеряла — доспех хорошо держал удар или слабенький выстрел из лазгана, только подставляться под него огрин не собирался.

Они прибыли на площадь вовремя — эльдар, что указывал путь, спешил спасти единственную видящую, о чем и сообщил им. Солан доверился здоровякам и не прогадал — те не собирались атаковать в спину и предавать, данное временному союзнику слово для них было нерушимо. И он собирался поступить так же, чтобы не посрамить гордое имя народа эльдар. Пускай они и мон-кей, но кодекс чести воина, которому следовал Солан, не позволит нарушить данное им обещание.

Высадившихся на площади было не так уж и много, часть из нападавших перебили огрины, но к темным подошло подкрепление из других районов города, где уже возникли пожары и начался грабеж. Хват видел, что не все из пиратов были эльдарами — отступники привели с собой наемников. Действовали те организовано и слаженно, на мелочи не отвлекались, четко выполняя поставленную задачу. Этим нужно было зачистить площадь и атаковать ратушу, где засели управляющие города, но бандиты нарвались на огринов. Мощное оружие громил вкупе с осколочными гранатами и ракетницами заставили наемников откатиться под прикрытие застывшей десантной капсулы, чтобы перегруппироваться и атаковать с разных направлений. Хват воспользовался этим и, быстро подобрав раненых, приказал отступить под прикрытие стен ратуши. Истребители несколько раз пролетели над поселком, сбрасывая бомбы, а потом умчались ввысь — огрин надеялся, что корабли гвардии уже вышли из прыжка. От соседней системы до планеты эльдар было максимум четыре минуты хода, так что суда уже должны были быть здесь и скоро на подмогу защитникам высадится 102 полк и сестры битвы. Которые под запарку могут и гражданских перебить, а те ответить им тем же — многие эльдары уже облачились в доспехи для защиты родных и городка.

Двери ратуши распахнулись, впуская огринов, несущих на себе раненых. Эльдары удивленно смотрели на неожиданную подмогу, но никто не вопил и не кидался с оружием на вошедших — все видели, что здоровяки сражаются на стороне Ушедших. Хват сгрузил раненого на стол в одной из комнат, где пара целителей уже приступили к врачеванию, а сам бегом, прыгая через ступеньки, поднялся наверх, приблизился к окошку и осторожно выглянул наружу — на площади валялись трупы и стонал те, кого не успели подобрать. Противника видно не было — местность открытая и командир наемников не собирался губить людей понапрасну. Он уже понял, что местные эльдар, пускай и не такие опытные и резкие в бою как их светлые сородичи, но от этого не переставшие метко стрелять, вряд ли подпустят его солдат к дверям управы. Хват посмотрел на входящего Молчуна.

— Нужно проверить подходы с другой стороны.

Тот кивнул и собрался уходить, как в комнату вбежала девчонка, которую начальник службы безопасности вытащил из-под лазерных выстрелов. Она широко раскрытыми глазами посмотрела на огрина и указала пальцем.

— Он ранен! — произнесла Хайрела на родном языке и Хват ее не понял.

— Чего она там пищит? — грубовато осведомился он, резко высовываясь из окна и снимая метким выстрелом перебежчика через площадь. Тот уткнулся шлемом в мостовую и застыл.

— Говорит, что ты ранен.

— Ерунда. — Отмахнулся Хват.

— Темные смазывают клинки медленно действующим ядом. — Заметил Солан. — Если он попал в рану, то жить тебе осталось недолго.

Хват промолчал, обдумывая его слова, памятуя о том, что даже органический яд тиранидов не всегда приводил к смерти рядового огрина. Он оглядел помещение и прикидывал как строить оборону.

— В здании могут быть предатели. — Сказал он и Хайрела поняла смысл сказанного мон-кеем. — Она может их найти?

— Может. — Солан тоже посмотрел на девушку. — Пойдем.

— Если ему не помочь, то этот мон-кей умрет, а это хороший воин! — заявила видящая. — Я это чувствую!

— Говорит, что ты можешь сдохнуть. — Заметил эльдар.

— Хм, посмотрим... — Хват прислонил лазган к стене, отстегнул броню на правой руке, куда и пришелся удар в локтевой сгиб и посмотрел на тонкий разрез, который уже не сочился кровью. Но по капиллярам и венам бицепса и предплечья уже распространялась черная нитка заразы. — Проклятье. — Буркнул Хват и вынул нож из чехла.

Хайрела подбежала к нему поближе, во все глаза наблюдая, как мон-кей глубоко резанул рану, сжимая кулак и напрягая мышцы — черная кровь густо начала капать на пол, исторгая себя заразу, а воин еще приник к ней губами и втянул в себя, сплевывая на пол яд. Однако распространение не останавливалось, но явно замедлилось, однако мон-кей не прекращал попыток отсосать яд. Кровь продолжала тягучей струей литься на пол, все покрытие было угваздано черными кляксами, часть из которых уже не были такими темными.

— Воды. — Попросил мон-кей и Солан, хмыкнув, протянул ему бутылочку, просто взяв со стола.

Хват осушил ее в один присест, после чего своей левой кибернетической рукой начал давить на правую, словно выгоняя зараженную кровь. Он знал, что если яд проникнет глубоко, то ему однозначно не жить, однако человеческое сознание, помещение в это тело, не знало, что возможности организма по сопротивлению ядам практически безграничны. Огрину неимоверно хотелось пить и он сам уже подхватил еще одну бутылочку, потом еще. Эльдары с удивлением наблюдали, как кожа мон-кей побледнела, потом посерела, сосуды правой руки почти полностью оккупировала зараза, а потом мышцы чуть увеличились в размерах, словно Хвата надували изнутри. Он почувствовал жар, на лбу выступил пот, в ногах появилась небольшая слабость и будь он на родной планете, то уже сидел бы на полу, однако продолжал стоять, опершись о стену. Сердце колотилось как бешеное, намереваясь выпрыгнуть из груди, а черная тягучая струя вдруг стала перемежаться с чистой кровью. Прямо на глазах Хайрелы рука приобретала нормальный цвет кожи, пускай и немного бледноватый. Организм боролся за жизнь, переваривая яд и адаптируясь к нему, ведь Хват не знал, что получил еще одну рану на ноге и там зараза успела распространиться быстрее, так что сердцу приходилось дополнительно перекачивать кровь и выдавливать из тела. Вода нужна была как универсальный растворитель, поэтому огрину очень хотелось пить. Он взглядом поискал бутылочки, но больше не было ни одной.

— Пить. — Попросил он и Солан вышел, оставив видящую одну в комнате с мон-кей — он не боялся, что тот причинит ей вред.

Хват зажал рану только тогда, когда убедился, что чернота больше не идет. Он быстро наложил повязку, гермозаплату на разорванную ткань, натянул броню на руку. В это время вернулся Солан с бутылочками, прижимая их к груди и огрин выпил их все, последнюю вышвырнув в окно — он почувствовал себя словно заново родившимся — прилив сил был неимоверным. Хайрела не понимала происходящего — вот сейчас она точно знала, что воин умрет, но теперь чувства доносили до нее, что он жив здоров. Как такое могло быть, девушка не понимала и спросила у Солана.

— Он — мутант. — Пожал тот плечами. — Наверное у них от природы высокая сопротивляемость ядам.

— Не мон-кей? — удивилась девушка.

— Мон-кей не считают мутантов за своих. — Начальник стражи смотрел на воина, который снова высунулся в окно для наблюдения за площадью. — Они их презирают.

— Как мы их? — с любопытством спросила Хайрела и Солан прямо смотрел ей в глаза.

— Да. — Честно ответил он.

— Тогда почему они нам помогают?

— На это у них есть свои причины. По-видимому. — Он не хотел раскрывать перед видящей истинных мотивов. — Главное, что они тоже ненавидят темных.

— А темные это наши родичи? — спросила Хайрела, которой за последний день много чего уже наговорили "доброжелательные" соседи. — И почему они пошли по пути боли и страдания?

— Потому что это более простой путь. — Резко оборвал девушку Солан. — Отойдите от окна, Видящая, я не хочу, чтобы вы пострадали.

— Сейчас они подтянут танки и расстреляют нас с безопасного расстояния. — Хват видел, что пара челноков уже приземлилась на краю города, где были поля. Он повернулся к эльдарам. — Надо уходить. У вас есть укрепленный бункер?

— Цитадель в горе. — Солан тоже подошел к краю оконного проема и проследил взглядом за садящимся третьим транспортом. — Тайного хода из управы нет — только через город.

— Кто из местных может сражаться? — спросил Хват.

— Все умеют держать в руках оружие, но не все опытные воины. — Солан понял, о чем именно спрашивал мутант. — Часть успела укрыться в горе — в городе порядка шести тысяч жителей, еще полтысячи трудятся с утра на полях и фермах, они могут спрятаться в лесу и темные это знают — будут ловить их в первую очередь. Еще три тысячи постоянно живут в цитадели. Они в безопасности.

— Если только предатели не откроют ворота. — Заметил Хват и активировал рацию. — Веселушка, доклад.

— Как ты? — тут же хрюкнул динамик. — Ты ранен?

— Как обстановка? — не отвечая на вопросы девушки, задал свой вождь, бросив косой взгляд на присутствующих при разговоре эльдар

— Воздушное прикрытие пиратов вернулось в космос, несколько челноков высадились и выгружают тяжелую технику, по всему городу пожары и взрывы. — Тут же отозвалась Веселушка. — На радарах пока чисто — наших нет, но рейдеры эльдар ведут неравный бой с темными.

— Понял. Сообщи, что мы в ратуше, будем пробиваться к вам — в горе шансов держать оборону больше. Если возможно, то пусть прикроют нас или вышлют вперед патрули.

— Я распоряжусь. — Солан забубнил приказы в свою рацию.

— Береги себя. — Тихо произнесла Веселушка и отключилась. Хват сунул рацию в карман, поправил гарнитуру связи с отрядом. Он не знал, что девушка, находясь в диспетчерском пункте, все видела на экранах эльдар и зашептала слова защиты для всех воинов и вождя в особенности, взывая к Матери-Заступнице и Небесному Кузнецу.

— Нос, доклад.

— С тыла противника не видно. — Тут же отозвался боец. — Крыши домов пустые, на деревьях никого.

— Будем уходить обратно в горы. — Сообщил Хват. — На нас сопровождение гражданских. Молчун и ты — головной дозор. С вами пойдет проводник — начальник охраны. Хмурый, Клык — арьергард. Остальные вместе со мной — боковое охранение. Выполнять.

— Есть. — Отозвались несколько голосов.

Пока нападавшие не очухались и не обошли ратушу, огрин постарался как можно быстрее сформировать колонну. Кто-то из эльдар было возмутился приказам каких-то мон-кей, да и видящая тоже морщила носик, как только узнала, что они мутанты, но Солан так рявкнул на администратора, что та презрительно поджала губы, но подчинилась. Страх смерти был сильнее гордости и снобизма. Под командование начальника охраны перешла вся охрана и несколько управленцев, кто стрелял наиболее метко, женщин засунули внутрь отряда, два лекаря-псайкера были среди них и несколько мужчин-эльдар тащили носилки с ранеными — знахарям удалось остановить заразу, но те были слабы, чтобы идти самостоятельно. Молчун и Нос проверили путь между парой домов и призывно махнули рукой — чисто. Хмурый заложил пару мин как гостинец для наемников — одну у центрального входа, вторую здесь. Гражданских заставляли перемещаться бегом, раненые на носилках изредка постанывали от причиняемой им боли — яд удалось нейтрализовать, но перевязочного материала было мало и раны кровоточили. Хват внимательно высматривал противника, былые навыки, приобретенные еще в прошлой жизни, вспомнились и закрепились на Кассандре в ее подземельях и на городских улочках, так что если ствол осколочной винтовки эльдара высунется из окна, то огрин среагирует на него вовремя. Пока же отряд не встретил сопротивления — нападающие распространялись по городу как тараканы, ловя пленных и убивая защитников и были слишком заняты этим. Слева горела кровля дома, на пороге лежало несколько тел наемников, от которых курился дымок — в этом здании жила одна из сильных псайкеров. Ее расстреляли издалека и поспешили дальше — вероятно у отряда не стояло задачи атаковать ратушу с засевшими в ней эльдарами и возможность повстречать поредевшую группу нападавших сохранялась.

Молчун притормозил возле угла дома, спрятавшись в раскидистом кусте зелени — впереди показались несколько наемников в компании с двумя эльдарами, что волокли за волосы женщину. Один из темных ударил эльдарку в живот и та задохнулась от боли, а пират наслаждался ее мучениями. Каково же было его удивление, когда его башка натурально взорвалась от выстрела из тяжелого лазгана, а второго разрезали пополам. Наемники сориентировались быстро и начали ответно стрелять, скрывшись за углом дома, а часть забежала внутрь. Люди вышибли окна и затаились. Командир отряда разгреб мусор под ногами — разбитую посуду, резные деревяшки, стекло — и приготовился встретить противника. Оба приданных его отряду наблюдателя от темных были мертвы и наемник теперь раздумывал, а не выйдет ли ему их гибель боком. Яркими всплесками от соседнего дома промелькнули еще несколько высокоэнергетических импульсов и пара его бойцов превратились в трупы — стреляли эльдары метко. Командир видел на тактическом дисплее, что его отряд уменьшился еще на два солдата. Он засек место, откуда были произведены выстрелы и сам очередью из лазгана прошелся по кустам, прикрывая оставшихся на улице. Внезапно в окно дома влетела ракета, которая взорвалась и раскидала всех наемников по комнате. Командира от осколков предохранила броня, но контузию он все равно себе заработал. Сознание так и хотело провалиться в беспамятство, но сила воли и автоаптечка не давала ему это сделать и человек приподнялся, опираясь на оружие как на палку. Он заметил движение в проеме двери и вскинул пушку, как лазерный импульс поставил жирную точку в его карьере. Молчун быстро проконтролировал всех в комнате, пока кто-то из легких эльдар резвился на втором этаже, где засели пара наемников. В районе ратуши раздался звук взрыва — похоже, кто-то нарвался на мину. Огрин понял, что преследователи скоро будут здесь.

— Продолжаем движение. — Передал по рации приказ Хват и огрин покинул дом.

Ближе к горам отряды врага стали попадаться все чаще и чаще — видимо командование тоже понимало, что разграбить город у них время еще будет, но вот захватить укрепленную цитадель и уничтожить защитников — вряд ли. Тактика отступников во все времена была одинаковой — быстрые набеги, захват ценностей и добычи и такое же резвое отступление. И здесь они долго возиться не собирались — архонт определил на операцию всего один день. Несомненно, он предугадывал трудности и для этого нанял один из свободных летучих отрядов мон-кей, чтобы те сделали основную грязную работу. Платить он им все равно не собирался, но задаток перечислил, чтобы их командиры успокоились. И вот сейчас мон-кей подтягивали технику к горам, чтобы высадить двери и ворваться в цитадель, которую представляло собой укрепленное поселение в скале. Командиры знали, что долго им штурмовать гору не придется — ворота им откроют изнутри, когда диверсионные отряды темных проберутся внутрь через тайные входы и выходы — шпионы не даром если свой хлеб. Сейчас передовые группы засели в крайних домах, скрываясь от выстрелов лазпушек эльдар, которые, однако, не стали беречь свои дома, а лупили по ним практически без перерыва. Командиры ждали, когда подойдут танки, чтобы зачистить еще огрызающиеся гнезда ПВО и турели, а уже потом приступить к тщательному обстрелу крепких ворот.

Молчун вывел эльдар к одному из выходов в подземный город, у которого уже сражались защитники и нападавшие. Темные одолевали светлых просто потому, что у них было преимущество в численности, а так противники не уступали друг другу в мастерстве схватки на мечах. Хват поспешил на сигнал Молчуна, посмотрел на происходящее, назначил цели и притормозил за плечо кинувшегося на подмогу своим эльдара, который уже обнажил меч — мол, пока не время. Огрины быстро заняли позиции и одновременно выстрелили по тем, кого могли поразить. Четверо стрелков прикрывали, а четверо громил вместе с Соланом и отрядом стражи сократили дистанцию до противника, вытаскивая холодное оружие. Стрелять в ближнем бою никто не собирался — можно было зацепить союзников, поэтому темные были неприятно удивлены, когда им ударили в тыл. Они старались отразить внезапную атаку, но теперь оказались в меньшинстве, поэтому двое предпочли выйти из боя и сбежать, но меткие стрелки не дали им этого сделать — два трупа упали недалеко друг от друга. Хват смачно погрузил свой топор в череп эльдара, разрубая того почти до ключиц, отшвырнул ногой труп и быстро огляделся — гражданские спешили поскорее укрыться в горе.

— Нужно завалить проход. — Сказал вождь, выискивая взглядом Солана и тот кивнул, соглашаясь.

— По какому праву этот мон-кей здесь распоряжается? — спросил кто-то из эльдар, которые сражались с темными.

— По праву толкового командира! — резко оборвал его начальник стражи. — Остальные входы тоже нужно завалить — темные могут знать о них.

— Но в городе полно не эвакуированных жителей! — возразил ему кто-то. — Как быть с ними?

— Помощь придет — отобьем поселок и спасем выживших. — Сказал Солан. — Пока нужно продержаться в цитадели и отразить штурм — судьба горожан в их собственных руках.

— Значит, мы их бросаем? — уточнил кто-то еще.

— Никто никого не бросает. — Жестко ответил командир эльдар. — Сейчас не время разводить говорильню, а выполнять приказы. Вперед!

— Подождите! — вскричала Хайрела и указала на одного из эльдар. — Он! Я ощущаю в его душе страх разоблачения и ненависть!

Названый видящей ринулся к ней, на ходу стреляя из лазпистолета. Солан кинулся к девушке, которая даже не подумала увернуться, видящая широко раскрыла глаза, наблюдая, как к ней несется смерть. Пара выстрелов пролетели мимо и то потому, что идущий мимо громила оттолкнул ее в сторону и импульс попал ему в руку. Торопыжка крутанулся от боли — выстрел попал в перчатку и прожег в ней отверстие, но вовремя среагировал на атаку предателя, выстрелив в того из болтера. Шпиона тут же зарубили на месте — никто даже не подумал допросить его и Хват досадовал, что языка захватить не удалось. Торопыжка снял перчатку и Затуп быстро перевязал его рану — кровь сочилась, но не так активно, как у обычного человека.

— Все внутрь, не на что тут смотреть. — Пробухтел огрин и эльдары не стали спорить — для них спасение видящей было достаточным доказательством того, что намеренья у громил добрые.

Хват заходил в гору последним — он еще раз внимательно осмотрел разрушенные домики, сломанные кроны деревьев, лежавшие тут и там ветки, куски штукатурки и стен, после чего установил заряд и поспешил за остальными, заваливая за собой проход. Теперь темные здесь точно не пройдут. Запищала рация — его вызывали. Огрин на бегу активировал ее.

— Корабли в системе, скоро высадят десант. — Тут же произнесла Веселушка.

— Передай им позиции противника, пусть распределят цели. Приоритетная задача — отбить атаку на Цитадель. — Отдал приказ вождь и девушка повернулась к мощному передатчику, который отряд притащил с собой на планету, чтобы передать данные с радаров эльдар.

Воэйра спускалась на планету вместе со свитой инквизитора, чтобы не привлекать внимания обычных гвардейцев, которые и так ворчали по поводу спасательной операции колонии эльдар. Нет, никто, конечно, приказы полковника не саботировал, но иметь по их поводу собственное мнение в подразделении не запрещалось. Главное, чтобы гвардеец четко и ясно понимал поставленную перед ним задачу и любыми способами добивался ее выполнения. А с этим у полковника было все в порядке. Он собрал офицеров и донес до них мысль, что данная миссия очень важна для Империума, поэтому ненависть к отдельному "подвиду" эльдар пока нужно забыть, причем темных можно и нужно уничтожать на месте. На вопрос капитана Тихонького как же отличить одних от других, полковник на полном серьезе сказал:

— Темные будут глумиться над жертвами, светлые же просто убьют.

Конечно, Воэйра была не согласна с такой формулировкой, но понимала, что солдатам действительно сложно будет отличить друг от друга представителей одной расы и в первую очередь им должна помочь дальновидящая и отряд огринов, который высадился на планете. Как им удалось выжить при высадке, Воэйра не знала, но предполагала, что громил хранят их боги, раз Хвату и его соратникам до сих пор везло.

Челнок заболтало — пилот маневрировал, чтобы сбить прицел истребителям противника. С обоих кораблей уже выпустили ворох маленьких юрких машин, которые вгрызлись в ряды истребителей темных, а часть перехватчиков сопровождала десантные боты до самой планеты, чтобы потом оказать помощь и прикрыть войска с воздуха. Солдаты, сидящие в трюме, были спокойны и собраны — среди них было много ветеранов, ведь инквизитор взяла с собой первую роту и тот самый подозрительный капитан сейчас сидел и пристально всматривался в фигуру Воэйры, уже догадываясь, кто перед ним. Он не озвучивал своих мыслей вслух, но Воэйра и так знает о чем он думает — это было достаточно просто. Но сейчас ей надо собраться перед битвой, настроится на ту картину, что она увидит внизу.

Челнок тряхнуло и загорелась зеленая лампа одновременно с противным зуммером — аппарель отстегнулась и грохнулась вниз, ударив по земле. Пилот опустил машину рядом с челноком высадившихся пиратов, причем та уже догорала — пилоты перехватчиков скинули пару бомб, чтобы зачистить площадку. Едва в проем заглянул местный день, как гвардейцы уже рванули наружу и под прикрытием лазерной пушки, стоявшей на челноке, ринулись к ближайшему укрытию. От ближайших домов воздух разрезали первые импульсы — пираты видели, что путь к отступлению уже отрезан. Они попытаются захватить этот корабль, подумала Войэра, вынимая меч, который любезной ей предоставила инквизитор. Лазпистолетом она пользоваться не собиралась — месть слишком долго отравляла ей душу и требовала немедленного выхода. Дальновидящая ускорилась, обгоняя первых бежавших солдат, ее механические ноги слегка сковывали движения, но позволяли не снижать темпа. Воэйра заметила две фигуры темных, которые целились в нее и с кончиков пальцев эльдарки сорвалась яркая молния, мгновенно поджарив обоих — дальновидящей даже не надо было читать заклинания, подготавливая себя к битве, она и так была предельно сосредоточена. Кто-то из гвардейцев притормозил, с недоумением глядя на капитана.

— Вперед! — прорычал Тихонький. — Занять эти три дома!! Держим оборону! Драг, возьми два отделения и проверьте ту ферму!

— Есть! — козырнул сержант и начал отдавать приказы. — Грабс, Шан Чжи, Вистор, со мной!

В это время со стороны небольшой улочки гвардейцев атаковали и несколько солдат трупами упали на поле. Ветераны быстро достигли домов, спрятались за углами и начали отстреливаться. Расчет подтащил тяжелый болтер и разрывные снаряды заухали по ширине всей улочки. Войэра уже видела противников — несколько наемников из мон-кей при поддержке трех темных пытались задержать продвижение внезапно свалившихся им на голову войск Империума. Воэйра перехватила меч, подбросила себя психическими силами вверх, приземляясь на крышу небольшого домика, проделала в воздухе кульбит, преодолевая большое пространство, приземляясь за спинами у темных. Для нее они были наиболее опасными противниками. Силовое лезвие меча легко перерубило шею одному из них, второго закрутил вокруг своей оси телекинетический водоворот, словно тот попал в центрифугу и сейчас из него выдавливали всю жидкость. Воэйра была зла, но этот гнев был управляемым и не мешал ей вести бой, наоборот, он придавал ей сил, а такой хладнокровно убивающей врагов эльдарки не видел никто из наемников, темных и гвардейцев. Двоих отступников дальновидящая разрезала за секунды и наступила очередь наемников, которые пытались атаковать молниеносно двигающуюся Воэйру. Когда передовой отряд Тихонького подбежал к ней на помощь, то все уже было кончено — засадная группа валялась трупами на улице. Дальновидящая протянула руку и указала в конец улицы.

— Установите там тяжелое вооружение и подтяните технику — они попытаются отбить челноки. — После чего дальновидящая примкнула к свите инквизитора, направившись вглубь города в сопровождении роты Курчатова — они спешили к горе. Пилоты не смогли подойти ближе, потому что штурмующие уже поняли, что оказались между двух огней и сейчас разворачивали танки для отражения атаки с тыла. И потом, там просто негде было сесть.

Тихонький не стал спорить и просто кивнул — он уже понял, что под маской скрывался могущественный псайкер эльдар и это хорошо, что он на стороне Империума. Лучше уж сражаться против тиранидов и орков вместе взятых, чем противостоять колдовству эльдар. Все, что было связано с варпом, вгоняло капитана в дрожь, но при солдатах он старался не показывать виду. Да и потом, недавно ему уже приходилось действовать совместно с отрядом эльдар и миссия увенчалась успехом, так почему здесь отказываться от их помощи? Это было бы глупо и нерационально, а капитан дорожил жизнями своих солдат и использовал все возможности для облегчения их доли.

Капитан с двумя гвардейцами вбежал в дом, в котором двери были сняты с петель, а окна выбиты. Внутри царил бардак, мебель была поломана, посуда разбита, везде отпечатки грязной обуви, причем Тихонький понял, что их вряд ли оставили темные. Они, конечно, садисты и мерзкие убийцы, но не свиньи, а так натоптать может кто угодно и следы больше всего походили на отпечатки армейских ботинок. А на улице валялись трупы наемников и сложить два плюс два мог даже тугодумный огрин. Впрочем, они уже где-то здесь. Тихонький с солдатами быстро обшарил первый этаж и осторожно начал подниматься на второй, как с лестницы прилетел выстрел. Стоящий рядом капрал Джонсон метнул в проем гранату и сразу же после взрыва гвардейцы рванули наверх. Несколько ответных выстрелов слегка остудили их пыл, но капитан тоже был не промах и очередью по три импульса из лазгана не давал стрелку высовываться, тогда как Джонсон пролез чуть ниже и, привстав, прикрыл огнем капитана. Так они добрались до пола второго этажа и Тихонький сразу же заметил лежащее женское тело и прячущегося за ним человека в броне. Он чуть привстал и новая граната полетела в наемника. Гвардейцы спрятались вниз, наверху опять рвануло, с многострадального потолка посыпалась отделка, брякнулся, упав, светильник. Не дожидаясь, пока наемник очухается, капитан и капрал забежали в помещение и двумя выстрелами поразили неприятеля. Противник лежал на теле полураздетой женщины-эльдарки, у которой на голове уже отсутствовали уши, а грудь была изрезана крест на крест. Тихонький повел стволом, Джонсон проверил соседнюю комнату — больше в доме никого не было.

— Живов, Саксон, тащите сюда лазпушку. — Приказал по связи капитан и подошел к окну. — Отличная позиция для обстрела — дом угловой и перекрывает сразу две улицы.

— А на той стороне можно поставить тяжелый болтер и пару гранатометчиков. — Заметил Джонсон, срывая мешавшую занавеску.

— Сейчас подтянется майор Смоляк со своими танкистами и мы раскатаем этот городишко в блин. — Капитан высунулся в окно, наблюдая, как его солдаты занимают соседние дома. Где-то вспыхивали перестрелки, но они быстро сходили на нет — десантники темных боялись за свою жизнь и начали отступать к западной окраине города. На лестнице послышался топот и капитан отпрянул, беря проем на прицел. Там показалась голова связиста, который так громко стучал каблуками, чтобы его услышали заранее.

— Товарищ капитан, полковник Конот на связи! — сержант протягивал ему трубку.

— Капитан Тихонький на...

— Слушай сюда, Слава, — Конот был встревожен и скороговоркой выпалил приказ, — бери всех своих и направляйтесь в квадрат восемь. Там встретитесь с Холаном и надавите на ушастых с севера — мы возьмем их в клещи.

— А если часть отрядов прорвется к посадочной площадке?

— Тебя сменит лейтенант Тиг. — Ответил полковник. — Давай быстрее, пока уроды не сбежали, они уже драпают к своим челнокам со всех ног и мы не должны их упустить!

— Приказ понял. — Кивнул Тихонький и вышел на частоте роты. — Всем внимание! Новый приказ — продвигаемся в квадрат восемь, по пути проверяем здания, двигаемся быстро, не задерживаемся. После нас дома зачистят гвардейцы Тига. Все, вперед.

В одном из домов застрекотали очереди лазгана и ухнул болтер.

— Это капрал Хамади! — заперхала рация. — В третьем доме от перекрестка засели ушастые, рядового Джесапа подстрелили!

— Жди, капрал, подмога сейчас будет. — Тихонький остановил рукой тащивших тяжелую лазпушку на второй этаж солдат. — Живов, Саксон, установите пушку и бегом назад в отделение — я скажу лейтенанту Тигу, что здесь уже есть орудие, он оставит расчет.

— Так точно! — новые выстрелы раздались со стороны третьего дома — туда уже подбегали гвардейцы и Тихонький поспешил к месту засады.

— Там заложники. — Сообщил кто-то из рядовых. — Они сейчас показали в окне мужика и бабу.

— Эльдары? — спросил капитан, но это и так понятно, ведь колония принадлежала ушастым, однако рядовой кивнул. — Проклятье и пристрелить всех нельзя, если узнают, что мы заложников вместе с пиратами расстреливаем, то толку от этой операции ноль! — Тихонький ударил кулаком по раскрытой ладони, но быстро подавил злость. — Ладно, сейчас что-нибудь придумаем. — Он сложил руки рупором. — Эй, ушастые уроды, слышите меня?!

Из дома раздались смешки и непонятная возня, а потом в проеме окна появился один из темных. Он удерживал эльдарку, прижав к ее горлу нож и небольшая струйка крови уже стекала по ее шее.

— Что такое, мон-кей? — спросил он издевательски. — Ты не хочешь убивать этот кусок мяса? — И пощекотал горло лезвием. Женщина сглотнула, но в ее взгляде не было страха, наоборот, от нее так и сквозило презрением. — Или ты хочешь попробовать каково это с эльдаркой? Уверяю тебя, ты получишь незабываемое удовольствие. — Капитан при этих словах скрипнул зубами. — Ха-ха-ха, я вижу по глазам, что ты хочешь!! Так вот, наши условия такие — вы даете нам пройти, а я отпускаю эту милую домработницу с ее мужем.

— Твой клинок все равно отравлен. — Спокойно произнес Тихонький. — Она умрет независимо от того, отпустишь ты ее или нет.

— Ты не веришь мне, мон-кей? — вопросил темный, отняв клинок и слизнув с него кровь эльдарки. — Вот видишь, я не стал его смазывать медленно убивающим ядом, потому что я не люблю долгих мучений жертвы — я предпочитаю убивать, наслаждаясь! — и захохотал.

Капитан колебался. Сейчас в нем говорили два чувства — долг перед Империумом и личная неприязнь. Будь его воля он не стал бы возиться с заложниками, просто расстрелял всех, ибо они ксеносы. Но полковник Конот четко донес до офицеров свою мысль — помогая эльдарам, мы помогаем себе. Наносим превентивный удар, дергаем за ниточку, раскручивая клубок планов темных, мешаем им и как итог спасем мир-кузницу. Конот четко указал, что необходимо захватывать пленных эльдар для допроса — они могут знать, где находится древнее оборудование, принадлежащее Империуму и которое необходимо вернуть. И Тихонький это понимал как никогда — если действия полка сделают государство только сильнее, то он готов заключить сделку даже с орками и синекожими Тау. Про еретиков и Хаос даже и говорить нечего — варповы отродья обязательно обманут, прикрывшись благими намерениями. И вот сейчас перед капитаном стоит выбор — перестрелять всех в доме или же попытаться спасти нерасторопных гражданских. У него даже возникла крамольная мысль о том, что жизнь мирных жителей эльдар не так уж и сильно отличается от той, которой живут граждане Империума. И, оказывается, не все из них могучие псайкеры, как было написано в офицерских методичках — обычные ксеносы, занимающиеся домашними делами. Если бы пара, проживающая в доме, владела хотя бы силами пускать молнии как дальновидящая, то темные вряд ли смогли бы их захватить, а так... что ж, он принял решение. Капитан тряхнул головой, соглашаясь с доводами внутреннего голоса, как динамик в ухе заперхал.

— Я могу снять его. — Пискнула в ухе Тихонького рация голосом Кроха, который со своими бойцами уже занял крыши самых высоких домов в этом районе по приказу полковника. — Внутри еще один и его держит мой снайпер.

Капитан сделал знак рукой гвардейцам, что были внутри дома — будьте готовы. Это был шанс и его непременно нужно использовать. Там кивнули — рядовые уже давно заждались и их руки затекли, сжимая лазганы. Его ветераны способны понимать своего командира без звука — слишком долго они сражаются с врагами Империума. Тихонький посмотрел наверх.

— У меня встречное предложение — вы отпускаете заложников, а я расстреливаю вас быстро и мгновенно, даже не придется мучится.

— Ха-ха-ха, — эльдар запрокинул голову. — Меня это предложение не устраивает! — пока он так вопил, капитан почти одними губами произнес в микрофон: "давай".

Крох выдохнул и мягко выжал спуск. Винтовка выплюнула пулю, которая попала точно в лоб эльдару, пробив его шлем. Второй снайпер через другое окно убрал следующую цель — стоящего боком пирата, а вот третьего не было видно, он держал под прицелом мужчину. Как только два его приятеля раскинули мозгами, бандит выжал спуск, но два гвардейца, что стояли на лестнице в доме, только и ждали возможности выстрелить. Темный чуть замешкался, когда в его приятелей попали пули и на долю секунды задержал палец на спусковом крючке, но этого хватило, что импульс из лазгана пошатнул его и третий бандит вместо сердца попал эльдару в руку. Гвардейцы ворвались наверх, быстро спеленали раненого бандита, который пытался огрызаться, но ему мигом намяли бока и стащили вниз — солдаты помнили приказ по возможности брать темных живыми. Эльдарка кинулась к своему мужу, даже забыв про свою рану, но штатный медик роты ей напомнил.

— Нужно обработать ваш порез. — Грубовато произнес он, не смотря в глаза женщине. — Да и ему руку перевязать не помешает.

Эльдарка посмотрела на врача ясными глазами, потом встала, уступив ему место возле мужа, зажав свою рану рукой. Лезвие ножа действительно оказалось чистым и не содержало яда, поэтому женщина еще была жива. Она дождалась, когда ее мужу окажут первую помощь, потом медик наложил ей пластырь и уже собирался уходить, как эльдарка протянула руку и коснулась человека, который вздрогнул от неожиданности и задержался на лестнице.

— Благодарю вас. — Опустив глаза, произнесла женщина. Медик только кивнул и спустился вниз. Между народами эльдар и людей было много вражды, чтобы вот так за одно мгновение они начали доверять друг другу, но даже и это небольшое сочувствие легло в будущую копилку добрососедских отношений.

Высадившихся пиратов было не так много, как показалось на первый взгляд. Несколько десантных ботов, которые отстрелили капсулы с передовыми отрядами, приземлились на краю города и начали выгружать тяжелую технику, когда по ним отработали гвардейские перехватчики. Часть танков уничтожили при выгрузке, несколько машин ушли в город, пара пилотов челноков рванули штурвалы на себя, бросая наземные подразделения, дабы спасти свои шкуры, но их ликвидировали в воздухе и дождь из обломков обрушился на поселок. Отряды наемников совместно с темными продвигались по городку очень быстро только затем, чтобы не дать возможности колонистам объединиться и отразить нападение и если среди жителей изредка возникала паника, то вот неприятным удивлением для наемников было то, что не все из эльдар предпочитали задрать руки вверх. Многие сражались за свой дом, уступая нападавшим в силе и мощности оружия, соседи объединялись друг с другом и достаточно эффективно держали оборону дома, захватить их не получалось, поэтому наемники расстреливали защитников из танков. Когда же на город высадились регулярные войска имперской гвардии, то наемникам и темным стало совсем кисло. Командир приказал всем собраться в кулак и атаковать гвардию, понимая, что солдаты щадить их не будут. Темные предпочли покинуть город и затеряться в лесах, чтобы потом эвакуироваться, но им не дали это сделать — город начали блокировать со всех сторон и занималась этим лично канонисса Ганн, перед которой инквизитор поставила именно такую задачу — не дать ни одной твари сбежать. Сестры спустили вниз свою технику и отряды "Стражей", которые, зачистив ближайшие крайние дома, перекрыли улицы, а на выходах из поселка начали возводить укрепленные блокпосты. При поддержке гвардии, сестрам удалось пресечь попытки темных сбежать и теперь те были заперты в городе вместе с наемниками, однако некоторым удавалось проскользнуть мимо отрядов сороритас. Командир, который организовывал атаку на скрывшихся в горе эльдар, погиб и бойцы его отряда влились в состав выживших.

— Это все ловушка. — Шептал один из них заместителю командира. — Местные ушастики заодно с гвардией, с чего бы тогда имперцам помогать им, а? — говоривший был уроженцем Некромунды и себя к Империуму не причислял. — И потом, среди эльдар я видел гвардейцев огромного роста и силы — они заранее высадились здесь и отправили сигнал своему флоту. Нас предварительно списали, темные как всегда обманули, а сами сбежали!

— Думаешь, я это не понимаю?! — рявкнул на бойца замком. — Уйти в джунгли мы не можем — выходы из города перекрыты сестрами, а это фанатички похлеще гвардии, стреляют сразу не задавая вопросов. Пробиться к их челнокам нереально, даже если захватим их, то нас собьют еще в воздухе. Остается одно — сдаваться на милость гвардии.

— Да ты что!! — возопил боец. — Они же нас расстреляют!!

— Возможно, заключат под стражу. — Надеялся замком. — Отправят на рудники или еще куда — имперцам нужна дешевая рабочая сила, не забыл еще? И сервиторов из нас вряд ли поделают — это не техножречество. Так что вся надежда на милосердие Императора.

— Я бы попробовал прорваться. — С жаром заявил боец. — Так хоть есть какой-то шанс спастись, пока флот расстреливает эльдар на орбите. Баржа еще сможет уйти, а пара челноков успела уйти до высадки гвардии — они сели где-то на планете.

— Если уже не сбежали. — Хмыкнул замком. — Им-то проще — врубил движки и был таков.

— Ну так как, пойдешь в атаку или будешь ждать, когда комиссар приставит к твоему лбу ствол лазгана? — спросил боец, выжидающе глядя на офицера. Тот колебался — жить очень сильно хотелось, но и выбор в сложившейся ситуации был небольшим.

— Хорошо, пробиваемся на выход, потом даем сигнал челнокам. В западном направлении отрядов гвардии немного, попробуем продавить там.

Но продавить не получилось — сестры отрезали путь, а самые ярые из них применили очищающий огонь, просто выжигая кварталы и дым от пожаров в западной части городка потянулся шлейфом над джунглями. Он и так заполонил весь город, а сейчас сделался еще гуще. Едкий запах заставлял солдат чихать и кашлять, глаза слезились и многие обругали сестер последними словами, выражая свое отношение к их умственной деятельности. Конечно, сами бегают в герметичных фильтрующих масках, а нам что делать? Дышать этой поганью? Вот ведь... стражи веры Бога-Императора, кол им в одно место, да чтобы худо сиделось и все чесалось там, варпово племя!

Темные вместе с наемниками заняли один из кварталов, наспех сформировав баррикады в проходах между домами, поставив танки на перекрестках улиц и засев в угловых зданиях. На крышах спешно развернули расчеты тяжелых орудий, которые сюда притащили наемники — они не собирались сдаваться в плен, понимая, что их ждет. Полковник Конот посмотрел в бинокль, как вражеские танкисты крутят башней своей машины, высматривая противника — гвардейцы в поле зрения их командиров не попадали, прячась за кустами и полуразрушенными домами. Почти весь поселок в результате скоротечных боев сестер, гвардии, темных и наемников превратился в руины, лишь в подобных этому местах еще сохранялась видимость жилого квартала. Офицер опустил бинокль и нашел взглядом комиссара Марша и лейтенантов Курчатова и Бриска, что толкались рядом, подведя свои подразделения по зову полковника. Курчатов сопроводил инквизитора к горе и там, при поддержке танков полковника Попова и "Стражей" Симонса вбил клин между подразделениям наемников, после чего сдал свой пост капитану Холану и поспешил к Коноту. Остальные были заняты зачисткой других районов городка, который был совсем небольшим по имперским меркам, так, скорее хутор или деревня.

— Какие соображения, товарищи офицеры?

— Можно просочиться между домов, — начал Курчатов, — разрушить баррикады огнем "Стражей" сестер, только наемники могли понаставить там мин и наделать растяжек, когда будут отступать вглубь квартала.

— И захватить заложников. — Буркнул Бриск. — Капитан Тихонький передал по рации, что темные уже начали так делать.

— Бояться за свои шкуры. — Выплюнул Марш и посмотрел на Конота. — Но и заложниками мы рисковать не можем. Что если двинуть танки? Несколько экипажей машин полковника Попова вполне справятся с техникой наемников.

— Полковник прикрывает наши посадочные площадки и уже прорвался к Цитадели эльдар, но там ситуация стабилизировалась — нападавших перебили, а те, кто успел сбежать собрались здесь. — Конот задумался. — Инквизитор сейчас находится в бункере эльдар — ведет переговоры, дальновидящая провела ее туда сразу же. Возможно, они пришлют своих псайкеров и штурм не будет таким уж сложным — пока же обложим бандитов как крыс.

— У темных тоже есть колдуны.

— Видимо, их не так много, как мы думаем — пара молний не в счет. — Возразил полковник, увидев, как среди его солдат проталкивается огромная фигура огрина. — О, штурмовики уже тут. Послушаем, что предложит огринский гений. — Марш при этих словах фыркнул.

Жила подошел ближе, козырнул полковнику.

— Ждем дальнейших ваших указаний. — Прогудел громила.

— Где Хват? — спросил Конот.

— Он с инквизитором и эльдарами — присутствует на переговорах.

— Значит, давит массой. — Хмыкнул комиссар. — Ладно, разбираться с темными будем сами. Сколько пленных вы захватили?

— Мало. — Пожаловался Жила. — Все пытались быстро умереть, сложно было помешать.

— Ну и хрен с ними. — Махнул рукой Марш. — Что думаешь насчет наемников? Как их штурмовать будем?

— Пусть выдадут командиров — мы их отпустим. — Сказал огрин.

— Не выдадут. — Мрачно произнес полковник. — Понимают, что им все одно смерть.

— Тогда придется штурмовать. — Пожал плечами огрин. — Мы можем надавить с этого направления. — Он указал рукой на проход между домиками. — Войдем внутрь дворика, закрепимся, "Стражи" поддержат нас огнем.

— А если там мины? — спросил Конот.

— Мины? — удивился Жила, поскребя затылок. — Я про это не подумал. — Он пошарил глазами по улице, подобрал кусок отколотой стены и швырнул его в проход. Камень пролетел метров сто или больше и запрыгал по траве. — Ну вот, мин там точно нет. — Раздался взрыв — кто-то из наемников заметил движение, у него сдали нервы и он дистанционно подорвал заряд. — Или есть. — Физиономия у Жилы вытянулась, комиссар Марш, глядя на огрина, улыбнулся.

— Да, — проворчал он, потирая шею, — это вам не Хват, у которого в голове двадцать вариантов как эффективно самоубится, идя в атаку. — Комиссар усмехнулся. — Ладно, обрабатываем проходы из мельт и лазганов, "Стражи" поддержат нас огнем, заходим несколькими отрядами, короче, давим группой. Не подставляемся, используем щиты. Вы подберетесь поближе и закидаете проходы гранатами. — Огрин кивнул, принимая приказ. — В это время танкисты ликвидируют технику, а Симонс зачистит за ними. Толку тут топтаться — время идет и наемники используют его, чтобы сильнее укрепиться — их потом только с воздуха бомбить придется, а мы и так камня на камне в этом городке не оставили.

— Война. — Пожал плечами Конот и фыркнул.

— Тогда я пошел. — Произнес Жила.

Огрины прятались за углами домов, что касается тактики, тут они действовали слаженно и четко. Прикрывая друг друга, перебежками достигли квартала — из ближайших домов уже раздались выстрелы и туда полетели огринские гранаты. Щитоносцы прикрыли метателей — тяжелые толстые куски танковой брони очень сложно пробить из лазганов, если только сосредоточить огонь нескольких пушек по одному из них, но снайперы Кроха, которые уже заняли соседние крыши домов, прикрывали штурмующих, ловко выщелкивая высунувшихся наемников. От взрывов огринских гранат части крыш просели и в них появились дыры, из домов раздались стоны раненых и гвардейцы начали заходить в помещения, выбивая молотами двери. Эльдары, жившие на этой планете, были высокого роста и солдатам казалось, что они попали в жилище к великанам. Изредка в крайних домах квартала вспыхивали перестрелки, пока отряд сержанта Загурского не нарвался на засаду. Как только он и его бойцы вошли в дом, то сверху открыли огонь из тяжелой лазпушки, перечеркнув сразу же несколько жизней. Сержант, истекая кровью, успел метнуть гранату, однако стрелка поразить не удалось. Тогда солдат превратил ряд зарядных батарей во взрывчатку и метнул пояс на лестницу — раздавшийся взрыв гарантировано снес полдома, превратив наемников в трупы, а здание — в руины. Верхнюю часть и крышу как ветром сдуло, щепки деревянного строения разлетелись в стороны, накрыв наступающих. Воспользовавшись этим, огрины успели проскочить опасное пространство и вломиться в следующее здание, в котором засело много наемников. В тесном помещении стрелять было неудобно, можно было попасть по своим, однако это не помешало громилам расправиться с предателями с помощью холодного оружия. Жила при этом штурме потерял двоих, но занял центральный дом квартала, откуда стрелки начали прижимать оставшихся эльдар и наемников, которые соорудили возле пары домов ряды баррикад и сейчас отстреливались оттуда. Симонс связался с Конотом и полковник, скоординировав с ним огонь, прикрыл пару шагоходов, которые зашли с тыла и расстреляли противника в спину. Вести огонь на две стороны те не могли — повернешься спиной и ты гарантировано труп, так что этих быстро перебили, а оставшиеся в живых задрали руки вверх, сдаваясь. Лазпушки "Стража" Симонса прекратили стрелять и своими черными дулами уставились на наемников.

— Мы сдаемся! — закричал замком, который до сих пор оставался в живых.

— Выходим по одному и строимся! — отдал приказ полковник Конот. — Где темные?

— Они ушли. По крышам. — Показал ладонью замком и офицер скрипнул зубами. — Воспользовались вашей атакой.

— Упустили. Ладно, Курчатов, Бриск, Зальц, проверьте дома, переверните там все. Если найдете ритуальные вещи — не трогайте, пусть эльдары сами разбираются с подарками своих темных родственничков.

— Так точно!

— А с этими что делать? — спросил Жила.

— Расстрелять, что же еще. — Пожал плечами полковник и комиссар Марш первым выдернул лазпистолет из кобуры, точным выстрелом отправляя замкома к демонам варпа. Всех сдавшихся уничтожили за секунды — никто не хотел возиться с наемниками и уж тем более кормить их. Пленение такой большой группы вызвало бы много вопросов у Лорда-Инквизитора или чиновников более высокого ранга, а полковник не хотел, чтобы информация о проведении этой несогласованной с Администратумом операции достигла ушей кого-либо стороннего.

Части темных все же удалось уйти — скача по крышам при помощи своей ведьмы, они навели морок на один из отрядов сестер, часть из них перерезали, оставив нескольких раненых, и скрылись в джунглях. С планеты они точно не сбегут, а их поимкой теперь займутся эльдары, хотя канонисса рвалась преследовать ксеносов, дабы покарать за смерть своих сестер. На орбите тоже был полный порядок — единственный оставшийся на ходу корабль темных попытался сбежать, но канониры Ландера точным выстрелом из лазпушки сбили ему щит, а операторы Кадье повредили дюзы и судно начало дрейфовать в сторону пояса астероидов. Его сожгли прежде, чем темные смогли активировать прыжковые двигатели и только куча обломков свидетельствовала о том, что здесь когда-то было сражение. Эльдары потом подчистят систему — из четырех поврежденных кораблей они точно смогут собрать хотя бы один, несколько истребителей выжили и сейчас патрулировали планету, хотя в этом не было надобности — корабли имперцев присматривали за космосом гораздо лучше. Десантная баржа наемников тоже попыталась сбежать, но абордажные отряды капитана Ландера и сестер вскрыли ее шлюзы, захватили или перебили экипаж, тех, кто сопротивлялся. Полностью проверить такой огромный корабль они не смогли, так что проникли в рубку и заблокировали помещения, отрезав выживших от систем управления. Потом корабль отбуксируют на орбиту имперской планеты и проведут полноценную зачистку. Потери гвардии при этой операции были небольшими и полковник радовался тому, что выучка его войск оказалась на высоте. Новое пополнение в бой не лезло, в основном ветераны и опытные бойцы, прошедшие уже больше двух кампаний, так что и потери среди рекрутов были не значительны — они просто поддерживали огнем.

Гвардия заняла город и, чтобы не слоняться попусту, занялась расчистками завалов. Гвардейцы ворчали, но приказы не обсуждали, просто делали все медленно и неторопливо, основательно и тщательно. Ксеноские поделки никто не тырил по карманам, подобное поведение жестко осуждалось комиссарами и Марш вместе с Эмилией наблюдали за работами, контролируя поведение солдат. И если ветеранам не было никакого дела до фигурок непонятных зверей и вырезанных ликов богов эльдар, то вот новички тащили все что плохо лежит просто на память и приходилось бить их по рукам. Выжившее население самостоятельно эвакуировалось в жилые помещения горы, при этом среди них могли оказаться темные, так что охрана из людей и эльдар тщательно проверяла всех входящих, а псайкеры колонии чуть ли не обнюхивали спасшихся. Этих мер вполне хватило, чтобы выявить в толпе троих предателей и парочку темных, которые все поняли и намеревались слинять, но не успели — количество гвардейцев и сестер в округе зашкаливало. Вскоре к разбирающим завалы гвардейцам подключились спасательные отряды эльдар, которые, хоть и вели себя насторожено по отношению к людям, но препятствий не чинили и вообще старались не общаться с гвардейцами. Так две группы и работали отдельно друг от друга.

Переговоры с руководителями колонии прошли в присутствии дальновидящей. Воэйру сперва не хотели даже слушать, двое осудили принятые ей решения и заявили, что немедленно свяжутся с миром-кораблем Биэль-Тан, дабы подтвердить ее полномочия, но старейшина колонии стукнул своим посохом, прекращая балаган.

— Дальновидящая использовала все доступные ей ресурсы, чтобы спасти наш мир от захватчиков! — резко произнес Голитаэль. — Она пострадала от темных, потеряла часть ног, ее тело теперь изувечено, но дальновидящая сохранила душу и тревогу за свой народ! Она истинная дочь Биэль-Тан, те же, кто осудил ее за сфабрикованные дела — слепы. — Старейшина пожевал губами — он уже был в курсе истории Воэйры, с которой успел быстро переговорить с глазу на глаз. — Я согласен с мнением дальновидящей — темные слишком глубоко проникли в структуру управления миром-кораблем. И мы не вправе просить имперцев помочь нам — это только наше личное дело. Благодарите их за то, что они откликнулись на призыв дочери эльдар, а не вероломно обвиняйте в лживых преступлениях! — Голитаэль сверкнул глазами на Кохарта. — Иначе я вынужден думать о том, что вы сами служите темным!

Молодой эльдар поджал губы, но смолчал. Он был достаточно умен, чтобы понимать, когда нужно выступить, а когда лучше заткнуться и сейчас был именно такой случай. Присутствовавшая на собрании Джоана напомнила о себе:

— Мы были заинтересованы в том, чтобы помочь вам — темные скрывают одну из наших древних технологий, которую нужно вернуть Империуму. — При этих словах Кохарт фыркнул, но ничего не сказал. Древняя технология, ха, да весь народ эльдар в тысячи раз древнее мон-кей, которые потеряли или забыли на одной из планет одну из своих безделушек. Зачем она темным, если тем и так многое доступно? Не иначе имперцы затеяли какую-то свою игру и он, Кохарт, выведет их на чистую воду. Нужно только убедить совет не слушать выжившего из ума старика, его давно уже надо было заменить, он тащит всю колонию в пропасть слабоумия и ностальгии по старым временам. Они уже давно прошли и их не вернуть, будущее, вот что должно заботить эльдар. И это будущее принадлежит только им и никому больше. Мон-кей не более чем инструмент в достижении великой цели. — И мы надеемся на вашу помощь в этом деле. — Джоана смотрела на Голитаэля. — Темные вряд ли будут говорить под пытками.

— Вот видите, точно также они относятся и к нам. — Заметил Кохарт и старейшина при его словах поморщился. — Пытки — вот любимое орудие в переговорах с мон-кей.

— Замолчи, Кохарт! — резко выкрикнул Солан. — Они только что спасли две трети жителей колонии! Тебе это ни о чем не говорит?

— Мы бы и сами справились!

— Правда? — удивился начальник службы охраны. — Почему же тебя я не видел в рядах сражающихся с темными воинов? Их передовой отряд помог сопроводить в безопасное место всех наших руководителей, сохранить жизнь Видящей, отбить атаку на цитадель и после этого ты заявляешь, что необходимости в их помощи не было? Я тебе скажу как было бы — нас бы взяли измором. Сначала перебили бы всех жителей, а тех, кого захватили в плен, начали бы пытать у нас на глазах. И ты выдержал бы такое? Продолжал бы сидеть в крепости, зная, что за ее стенами умирают эльдары только потому, что не успели спастись? — Солан давил на Кохарта. — Священный долг каждого воина — защищать свой народ, и это относится ко всем расам. Мон-кей... люди бьются за свои интересы, переделывая мир под свое будущее, мы сражаемся за свои интересы, стараясь сохранить и преумножить прошлое. Только отступники не делают ничего, цепляются за свои жалкие жизни, пытая наших сородичей и продлевая агонию своего существования. И ты ступаешь на их путь. — Палец Солана уперся в молодого советника. — Ты думаешь прежде всего о себе, а не о своем народе и для этого есть подходящее название — отступничество.

— А как мы оказались здесь? — ехидно спросил Кохарт. — Мы думали о своем народе, когда бежали с родины?

— Хватит! — ударил посохом Голитаэль. — Сейчас не место и не время ворошить прошлое! Сейчас перед нами стоит другая задача — сохранить то, что осталось, а не ссориться по пустякам! — эльдары говорили на своем языке, но Джоана улавливала суть. Все же различных диалектов у ушастых было полно и разбираться в их тарабарщине могли только лингвисты, однако общее направление разговора она улавливала. — Имперцы помогли нам и вы должны быть благодарны им за это, теперь у нас перед ними образовался невыплаченный долг и их просьба о помощи едва ли покроет его. Дальновидящая, — обратился Голитаэль к Воэйре, — вы сказали, что заключили с инквизитором сделку, оплатой которой будет ваше служение ей. Могу ли я попросить вас задержаться в нашей колонии для обучения молодой Видящей? Понимаю, что теперь вы не властны распоряжаться собой, но, возможно ваш командир пойдет вам навстречу? Я понимаю, что имперцы не будут долго ждать, но если мы вытащим координаты того места из темных, то возможно, они согласятся с вашим предложением?

— Я должна спросить об этом инквизитора. — Воэйра склонила голову на бок. Она была высокой женщиной, но местные значительно превосходили ее в росте и чувствовала эльдарка себя как мон-кей перед огрином. — Вы же понимаете, что теперь моя жизнь в ее власти.

— У меня есть встречное предложение. — Произнесла Джоана на общем эльдарском и все советники удивились, а Кохарт так вообще сузил и без того узкие гляделки. — И просьба. — Она прямо смотрела на Голитаэля. — Мы не враги вашей колонии, более того, никто кроме капитанов судов, меня и офицеров не знает о том, что она вообще существует, так что вам нечего опасаться нападения Империума. Мы не атакуем мирные планеты, — Кохарт снова фыркнул, — если в этом нет необходимости. — Продолжила Джоана. — И не надо мазать всех людей одной краской — среди нас отребья и бандитов тоже хватает, вы сами могли в этом убедиться. Также как и у эльдар. Но я отвлеклась, — ее никто не перебивал, все слушали внимательно, — со своими предателями будете разбираться сами, тем более, что никто кроме вас этого сделать не сможет, а вот насчет вашей помощи в наших поисках... ваша Видящая — латентный псайкер? Никто не занимался ее обучением?

— Да, вы правы. — Спокойно ответил Голитаэль. — Хайрела весьма молода и наивна, еще не сдержана и слегка высокомерна, мы не хотели пугать ее рассказами о сущностях варпа.

— Но она должна быть готова ко встрече с демонами Хаоса, ведь так? — немного жестко спросила Джоана. — А вы растили ее в тепличных условиях. Не сделали ли вы ей только хуже?

— Возможно. — Нейтральным тоном сказал старейшина. — Но это было наше решение, верное или не верное покажет время. Однако я так и не понял, к чему эти вопросы?

— Отправьте вашу молодую Видящую с нами. — Просто произнесла Джоана и эльдары зашептались. — На время. Я согласна, чтобы дальновидящая обучала ее, практика пойдет ей только на пользу, а то что она увидит... это либо закалит ее, либо сломает окончательно. Понимаю, что урок возможно будет жестким, однако жизнь вообще неприятная штука. Впрочем, выбор за вами, это не более чем предложение.

— А просьба? — у Голитаэля, несмотря на его возраст была очень цепкая память.

— Ее я хотела бы озвучить наедине. — Инквизитор кинула взгляд на Кохарта.

— Протестую! — возопил тот. — Как видите, хитростью мон-кей не уступают темным — она знает наш язык и прекрасно поняла сказанное ранее!

— Надо было думать, что говоришь, пень ушастый! — Резковато ответила Джоана. — Это впредь тебе урок, чтобы держал язык за зубами!

— Да... — начал было молодой эльдар.

— Кохарт, молчи! — оборвал его Голитаэль и посмотрел на инквизитора. — Ваше предложение не лишено смысла — здесь почти вся колония не знает опасностей внешнего мира, возможно, вы и правы — это научит видящую концентрации и сосредоточению духа. — Старейшина посмотрел на советников. — Но наше решение ничто перед решением ее собственным и ее матери. Не будете же вы силой забирать дитя?

— Нет. — Мотнула головой инквизитор, вспоминая маленьких детей, у которых просыпались псайкерские способности и черные корабли увозили их в космические дали. Поэтому частенько родители пытались их прятать и нередко это приводило к ужасным последствиям проникновения демонов Хаоса в реальный мир после того, как латентный псайкер вырастал и подвергался атакам существ имматериума. Он просто не был готов к сражению с ними. — Но и оставить вам дальновидящую я не могу. Не потому, что требую выполнения ею данных мне обязательств, а потому что справиться с темными своими силами для нас будет весьма сложно.

— Я приложу все усилия в исполнении своего долга перед вами. — Склонив голову, заверила Воэйра.

— Тогда решение за самой видящей. — Сообщил Голитаэль.

— Я против! — напомнил о себе Кохарт, но на него даже не посмотрели.

— А что касается вашей просьбы... вы можете изложить ее прямо сейчас. Собрание закончено, все свободны, Солан, останься. — Голитаэль стукнул посохом и советники покинули зал. Ворчал только Кохарт, но Солан, который уже столкнулся с предательством своих воинов, тщательно следил за молодым и передал своему заместителю, чтобы пригляделся к советнику. У начальника службы безопасности к нему возникло много вопросов. В зале остались инквизитор и Воэйра — она знала о задумке Джоаны, да и скрыть такое от псайкера достаточно сложно. Голитаэль посмотрел на человечку, что неожиданно пришла на помощь. Маленький рост не был помехой ее делам, а дух, что наполнял это тело, был силен, старейшина это чувствовал. Он прожил достаточно лет, чтобы ненависть к мон-кей, которую взращивали в молодых эльдар, успела испариться и ее место занял рациональный разум, подчиненный логике. Старейшина делал все для блага колонии и сейчас понимал, что ее будущее зависит от имперцев. Он снова стукнул посохом.

— В счет нашего будущего сотрудничества и обоюдного доверия попрошу вас, инквизитор, удалить из зала вашего бойца, который пытается прятаться там. — Заявил Голитаэль, указав, где именно.

Джоана нахмурилась, сообразив, что старый эльдар заметил Токса и сейчас решала, как же ей быть — оставаться без прикрытия не хотелось. Она еще не настолько доверяла эльдарам, чтобы вести беседу с ними наедине. Конечно, ее тешила мысль, что полковник не оставит от колонии и камня на камне в связи с ее смертью, но не будет ли это на руку темным? Тогда они смогут легко убедить других эльдар атаковать мир-кузницу, а этого инквизитору хотелось бы избежать, ведь они сюда прибыли помешать планам темных, а не исполнять их.

— Уверяю вас, что вам ничего не угрожает. — Растолковал ее молчание Голитаэль. — Вы пришли к нам как спаситель и будущий друг и я хочу укрепить это сотрудничество.

— Инквизитор, я всецело на вашей стороне. — Произнесла Воэйра. — Я дала вам Слово, а это многое значит среди эльдар. Во всяком случае для меня. — Дальновидящая смотрела на старейшину, который был ее старше как минимум втрое. — Если я его нарушу, то мою душу пожрут демоны варпа, а мне не хотелось бы попадать к ним в лапы.

— Токс, на выход. — Отдала приказ Джоана, услышав такое признание, и убийца материализовался в зале, соскочив откуда-то сверху.

— Это ошибка. — Сказал он.

— Ничего, ты всегда сможешь за меня отомстить. — Улыбнулась ему женщина. Химический ожог исказил ее лицо.

— После чего жизнь потеряет для меня смысл. — Ответил убийца. — Но я сделаю как вы прикажете. — Он открыл дверь и вышел.

— Вы счастливый человек, инквизитор. — Заметил старейшина. — Вам удалось окружить себя верными соратниками, а это много стоит. Они идут за вами не из страха или долга, а из-за уважения и скрытого обожания.

— Это комплимент? — спросила Джоана.

— Считайте, что так и есть. — Кивнул Голитаэль. — Так о чем вы хотели со мной поговорить?

— Дело в том что... — начала инквизитор и изложила свой план, — ... так вы поможете?

— Хм, специалистов у нас немного, — задумался старейшина и переглянулся с дальновидящей, которая коротко кивнула, — но мы вам поможем, тем более раз так стоит вопрос. Это будет трудно, нам понадобятся определенные ресурсы, однако это решаемо. — Голитаэль шевельнул ладонью и протянул ее Джоане. — Не все эльдары такие, каковыми вы их считаете, точно также как и люди. Я в этом недавно убедился и скорблю о том, что наши народы не нашли в свое время взаимопонимания. Может быть с этого момента удастся восстановить добрососедские отношения, как вы считаете? Ведь в галактике врагов и так слишком много и редко с кем удается договориться и Хаос не входит в эту категорию, точно также как Твари из Пустоты и некроны. Даже среди тупоумных орков изредка появляются разумные варбоссы, что прислушиваются к голосу логики, а не громкому Вааагх.

— Об официальном договоре не может быть и речи — не поймут. — Покачала головой инквизитор и улыбнулась. — Но с отдельными представителями власти типа меня — можно. Я верна своему слову точно также как и мои подчиненные, а огрины... что ж, они молятся своим богам и не восстают на чужих, разве это повод отказывать им в существовании?

— Когда-то наши народы убивали друг друга и за меньшее, но вы правы — время идет и мир меняется. Мы прибыли сюда, чтобы измениться и я увидел в вас шанс для жителей этого города. Иногда для этого нужен весьма ощутимый толчок, который приводит к пониманию происходящего и ставит мозги на место. — Голитаэль улыбнулся. — Как долго вы пробудете у нас?

— Как только получим координаты планеты, где они прячут находку. Не волнуйтесь, гвардейцы уже разбирают завалы и расчищают место под новое строительство — солдаты не будут сидеть без дела, это прискорбно сказывается на их поведении.

— Ваша помощь неоценима и это меньшее, что мы можем для вас сделать. — Заверил инквизитора в свою очередь Голитаэль и обратился к Воэйре. — Что же касается ваших ног, дальновидящая, то у нас нет костопевов. Те, что призывают психокость из варпа, способны только на мелкие поделки вроде этих. — И старейшина указал на фигурки животных с родной планеты, стоящие в центре стола для заседаний. — Но на мире-корабле вам могли бы помочь.

— Вы знаете, что для меня путь туда закрыт. — С грустью произнесла Воэйра и вернула взгляд эльдару. — Тем более, что на их помощь я бы не рассчитывала, пока там есть агенты темных.

— Но и без охраны мы систему оставить не можем. — Задумался Голитаэль. — Кому из нашего народа можно доверять на корабле?

— Не знаю. — Пожала плечами Воэйра. — Но экзарх Таладриэль точно является одним из руководителей темных и он имеет влияние на совет старейшин — к нему нужно идти в последнюю очередь. Возможные его союзники старейшина Заил и Эламат, они всегда поддерживали начинания молодого экзарха и отличаются изрядной кровожадностью. Впрочем, они могут оказаться просто пешками в его большой игре — темные часто пользуются слабостями потенциальных агентов и играют на них.

— Над этим всем нужно тщательно поразмыслить. — Сказал старейшина. — Наши псайкеры будут медитировать над будущим, если вы объедините с ними усилия, то их видения станут более четкими и ими можно будет руководствоваться в принятии наших дальнейших планов.

— Я так и сделаю, старейшина. — Воэйра склонила голову.

— Попытайте счастья на других кораблях эльдар. — Предложил Голитаэль. — Возможно, они вам не откажут.

— Если госпоже инквизитору будет угодно их посетить. — Дальновидящая посмотрела на Джоану.

— Когда-нибудь, дальновидящая, но не сейчас. — Твердо ответила та.

— Тогда давайте займемся допросом темных. — Решила Воэйра. — Сейчас это приоритетная задача и мои ноги подождут.

— Но часть из них ушла в джунгли. — Напомнил про себя Солан. — Необходимо как можно быстрее вычислить их отряды, иначе постоянно исходящая от них угроза станет проблемой для колонии. И челноки тоже сели где-то там.

— Займись этим. Проследи за ремонтом рейдеров, возможно, удастся восстановить хотя бы один — сейчас на орбите полно запчастей и мусора, который можно использовать. — Согласился Голитаэль. — Сформируй летучие отряды, прочешите джунгли, возможно, гвардейцы смогут вам помочь. — И посмотрел на инквизитора.

— Я отдам нужные распоряжения. — Кивнула та.

— Я хотел бы воспользоваться в качестве поисковиков вашими отрядами этих громил. — Напомнил про огринов Солан. — Они показали невероятную способность к маскировке и скрытому проникновению.

— Это у них в крови. — Улыбнулась Джоана. — Поэтому моя просьба так важна.

— Я понимаю. — Склонил голову старейшина. — Это все равно, что дать дезинтегратор некрона орку. Возможно, он разберется, куда нажимать для выстрела, но чаще будет просто размахивать им как дубиной.

— Именно. — Согласилась инквизитор. — Рада, что вы тоже это поняли. Что же касается поисков, я должна поговорить с их командиром — они весьма упертые, себе на уме, но исполнительные бойцы. Думаю, что они с радостью согласятся вам помочь.

— И какова причина этого? — недоуменно спросил Солан.

— Я. — Просто произнесла Воэйра. — Командир их отряда нашел меня в камере на корабле темных и... был весьма зол на отношение темных к пленникам. Слово возмущен здесь вряд ли подойдет.

— Я его понимаю. — Голитаэль смотрел на дальновидящую. — Вы не сломались под пытками, сохранили душу, приняли себя такой какая сейчас, это достойно уважения. — Старый эльдар склонил голову в знак почтения. — Поэтому я прошу вас взять в обучение нашу молодую Видящую.

— Я сама еще молоденькая девчонка по сравнению с вами, уважаемый Голитаэль. — Вернула любезность Воэйра, — но я приложу все усилия, чтобы сделать ее настоящей Видящей, раз уж она так рано вступила на этот путь.

— Души наших детей еще успеют зачерстветь от будущих битв, а сохранить среди них сияющую жемчужину веры в справедливость и добро это много стоит. Хайрела наивна и слишком молода, прошу вас, чтобы наглядный урок для нее был не очень жестким. — Попросил старейшина. — Не нужно растить из нее мудрого руководителя, достаточно того, чтобы она могла отличить правду от лжи.

— Я учту ваше пожелание. — Склонила в ответ голову Воэйра. — Но сначала давайте позовем девочку сюда и спросим ее решение. Что если она не захочет покидать колонию?

— Эльдар, который не хотел бы посмотреть на внешний мир? — хрюкнул Солан. — Здесь каждый второй, если не первый стремится вырваться на волю, еще не зная, какие опасности таит выбор подобного пути. Думаю, что темные преподали им хороший урок.

— Пригласите Видящую и ее мать в зал Совета. — Попросил по связи Голитаэль и обратился к гостям. — Пока же вы можете перекусить. Солан, иди, займись темными.

— Да, старейшина. — Эльдар вышел из помещения, а Воэйра и Джоана разместились за столом.

Когда Хайреле пришел вызов в зал Совета, то сердечко ее забилось — она чувствовала, что от ее решения будет зависеть ее будущая судьба. Нечто такое витало в воздухе, заставляя девушку нервничать и это было явно не нападение темных, результаты которых она видела в госпитале. Лекари заживляли раны серьезно пострадавшим и Хайрела училась премудростям знахарства, пытаясь управлять доступными ей психическими силами. До этого она делала определенные успехи на поприще целительства, однако в большинстве случаев имела дело со случайными порезами кожи, а не с рваными ранами, оторванными конечностями и дырками в организмах эльдар. Обилие крови и стонов заставили видящую побледнеть, но она живо взяла себя в руки, обругав себя последними словами и занялась исцелением неглубоких ран и порезов, тогда как сильные знахари сращивали сосуды и восстанавливали органы, отдыхая от трудов праведных и употребляя укрепляющие настои. Когда же за ней пришел посланник старейшины и попросил пройти в зал, Хайрела как раз заканчивала с вправлением кости ремесленнику эльдар и отвлеклась только тогда, когда полностью закончила лечение — посыльный терпеливо ждал.

— Ваша матушка тоже будет там. — Сообщил он, ведя девушку по коридорам цитадели, в которой Хайрела очень редко бывала — она любила простор полей и запах растительности джунглей. Она увидела мать в сопровождении такого же провожатого и спросила:

— Мама, ты знаешь, зачем нас позвали?

— Нет. — Покачала головой та. — Но это наверняка очень важно, раз старейшина Голитаэль распорядился. Не тревожься, скоро узнаем. — Она погладила дочь по голове, которая уже давно обогнала ее в росте.

Они вошли в зал, где за столом совета сидели женщина мон-кей, сам старейшина и дальновидящая. Посмотрев на нее, Хайрела ужаснулась — у эльдарки были срезаны уши, череп был абсолютно лыс и эти уродливые шрамы бросались в глаза, к тому же у нее отсутствовали ноги ниже колена, видящая это чувствовала своим целительским даром и их заменяли протезы мон-кей. Тяжелые, неуклюжие, грубые, но эффективные, они позволяли женщине передвигаться, пускай и не с присущей эльдарам грацией. Хайрела ощутила мягкое касание дальновидящей ее разума, та с любопытством изучала ее. Девушка вспомнила, что неплохо бы поднять ментальные щиты и ее слабая попытка защититься вызвала добрую улыбку Воэйры и Голитаэля.

— Ты слишком много времени провела в безопасности, дитя. — Произнесла эльдарка, вставая. — Нужно будет поработать над твоей защитой.

Хайрела уже открыла было рот, чтобы адекватно ответить этой низкорослой нахалке, которая была чужаком здесь и уже пыталась распоряжаться, как молодую видящую перебил старейшина, мнение которого для девушки было подобно закону.

— Знакомьтесь, это дальновидящая Воэйра. — Представил эльдарку старейшина. — Она с удовольствием согласилась обучать тебя, Хайрела.

— Мне это не нужно! — дернула плечом эльдарка — в ней говорила девичья заносчивость.

— Правда? — вкрадчиво произнесла дальновидящая и ее зрачок вдруг заполнил весь глаз, а сама она стала как будто больше и выше. — Тогда как ты будешь защищаться от атак демонов варпа?

Хайрела с испугом смотрела на Воэйру, которая моментально изменилась — сейчас от нее веяло не дружелюбием и успокоением, а гневом и злобой. Черты лица эльдарки исказились, смазались, глаза горели поистине демоническим огнем, она словно превратилась в разгневанную фурию. Джоана понимала, что это не более, чем демонстрация возможностей дальновидящей и первоначальный облом строптивой ученицы, которая вообразила себя великой прорицательницей, но все же напряглась. Она возвела свои ментальные щиты настолько, насколько позволяли ее куцые возможности. Инквизитор отдавала себе отчет в том, что если Воэйра решит атаковать, то ее не спасет даже это, но сейчас дальновидящая явно играла с девочкой. Хм, этой девочке лет больше, чем самой Джоане, а выглядит как сопливая пятнадцатилетняя школьница, да и ее мать явно не старше самой дальновидящей, хотя материнский инстинкт у нее никуда не делся, вон как храбро заслонила собой свою дочь. Воэйра напоследок пыхнула злобой и снова вернулась к своему предыдущему состоянию, после чего спросила:

— Ты сможешь противостоять такому напору? — и сама же ответила. — Ты не умеешь укреплять свои ментальные щиты — любой демон пробьет их первой же атакой, ты слаба в рукопашной и не сможешь отбиться от него. — Воэйра подходила все ближе к Хайреле и с каждым шагом тыкала в нее своим пальцем. Голитаэль не мешал "воспитательному" процессу. — Ты слабая изнеженная капризная девчонка и ты еще называешь себя Видящей?! Кто дал тебе это право?!

— Не подходи ближе, иначе умрешь! — с яростью в голосе произнесла мать Хайрелы.

— Кто остановит меня? — с усмешкой в голосе произнесла Воэйра и тут нервы у эльдарки сдали и она, выхватив сюрикеновый пистолет, выжала спуск.

Хайрела видела, как дальновидящая сделала жест рукой, словно ловила насекомое и вращающиеся диски застыли в воздухе, не долетая до нее чуть-чуть. Они перестали крутиться и осыпались вниз, загремев на каменном отшлифованном полу. Эльдарка побледнела, понимая, что сорвалась. Она не знала, как поступить, ведь все сделала правильно — ее дочери угрожали и жизнь ребенка ничто по сравнению с жизнью родителя. Воэйра легко прочитала ее мысли и уже по-доброму улыбнулась.

— Вы уже поняли, что это только малая часть того, чему может научиться ваша дочь. — Просто сказала она. — Если захочет и сможет укротить свою спесь. — Дальновидящая повернулась к Голитаэлю. — Вы слишком сильно опекали это дитя и как итог получили слишком гордую и самовлюбленную девочку. Исправить ее будет сложно.

— Я не самовлюбленная. — Буркнула Хайрела.

— Мне так не показалось. — Повернулась к ней Воэйра. — В тебе есть потенциал, но он скрыт очень глубоко и для того, чтобы его реализовать, нужно потрудиться и изменить себя. Ты готова к этому? Подумай хорошенько, я тебя торопить не буду. — Дальновидящая посмотрела на женщину мон-кей. — У нас еще есть здесь дела, но скоро мы отбудем. Если решишься принять мое обучение — прибудь к челноку с цифрами "двенадцать" не позднее завтрашнего утра. Оставишь все как есть, что ж, тогда я не смогу тебе помочь. — Воэйра склонила голову, заканчивая разговор. — Инквизитор. — Попросила она.

— Да, неотложные дела ждут. — Джоана встала. — Что ж, приятно было познакомиться, старейшина. — Она взглянула на видящую и ее мать. — Всего доброго. — Попрощалась она со всеми и две женщины покинули зал.

— И вы хотите отдать мою дочь в обучение к этому чудовищу?! — вскричала мать Хайрелы. — Не ожидала подобного решения от вас, старейшина!

— Как уже сказала дальновидящая это выбор самой Хайрелы. Согласится она или нет — все зависит от нее. Постарайся принять правильное решение, девочка, — Голитаэль смотрел прямо в глаза видящей, — я не буду на тебя давить, но скажу только, что с ним связано будущее нашей колонии.

Хайрела колебалась. С одной стороны попадать в обучение к такой страшной эльдарке, каковой явилась для нее дальновидящая очень не хотелось, но с другой, какой бы избалованной видящая не была, она чувствовала ответственность за всех жителей колонии и если ее научат как правильно обращаться с доступными ей силами и это принесет благо поселку, то такого учителя можно и потерпеть. И скорее всего придется покинуть пределы колонии, если не планеты, и это неожиданное путешествие вызывало в ее душе радость. Но дальновидящая путешествует вместе с мон-кей и как это сочетается с отношениями эльдар и людей? Или то, о чем говорили в городке — неправда? Она непременно должна сама разобраться с этим всем.

— Я согласна. — Звонко сказала Хайрела. — Я пойду в обучение, если это поможет нашему поселку. Иначе зачем я тогда появилась на свет?

Голитаэль удовлетворительно кивнул, а мать вздохнула. Разумом она понимала, что не может запретить дочери принимать самостоятельные решения, но вот сердце и душа болели за родную кровь и отпускать ее от себя матери совсем не хотелось. Она подошла к Хайрела и, обняв, сильно прижала к себе. Не стесняясь присутствия охраны и старейшины, мать гладила будущую видящую по голове, изучая ее лицо, запоминая каждую черточку.

— Мама? — осторожно спросила Хайрела.

— Обещай мне, что не будешь совать свою голову в самое пекло — пускай это за тебя делают другие. — В глазах эльдарки появились слезы. — Твое дело — предсказывать. Вот этому и учись у дальновидящей.

— Но мама, она же сказала, что какие-то демоны могут меня убить, если я не смогу отразить их атаку? Мне придется сражаться.

— Ты не идешь путем воина, а путем Видящей, у тебя должна быть охрана. — Твердо ответила мать и повернулась к Голитаэлю. — Старейшина, вы можете послать вместе с ней кого-нибудь еще?

— Разве дальновидящей для ее защиты недостаточно?

— Она чужая нам, а я хочу, чтобы это был кто-то из своих.

— Это сложно. — Задумался старейшина. — Но я попробую переговорить с инквизитором и попросить ее дать разрешение хотя бы на одного стража.

— Сделайте это, старейшина, и мое сердце будет спокойно.

— Хорошо. — Кивнул тот и посмотрел на Хайрелу. — Иди, собирайся, корабль людей ждать не будет.

— А как я узнаю, где он сел? — спросила с недоумением девушка.

— А это твое первое задание на пути Видящей. — Улыбнулся старейшина. — Как видишь, обучение у Воэйры будет весьма интересным и не скучным.

Инквизитор вместе с дальновидящей в сопровождении Токса и Жетона, которые мялись возле дверей зала совета, спустились вниз в подвалы цитадели, где в камерах, подальше от посторонних ушей и глаз вел допрос своими методами Хват. Когда Джоана вошла в комнату, где сидел привязанный к стулу темный с разбитыми губами, огрин как раз обрабатывал его как грушу и сейчас эльдар представлял из себя натуральную котлету. Здоровяк заметил вошедших и кивнул, отстраняясь.

— Молчит. — Сообщил он и темный чуть разлепил свои губы, превратившиеся в лепешки. — Не колется, гад.

— Обязательно нужно было это делать? — спросила инквизитор, подняв бровь. — Толку от побоев все равно не будет — темные привычны к боли.

— Зато я немного успокоился. — Ответил огрин, поглаживая кулак. Он с ненавистью посмотрел на мешок с мясом, который сейчас собой представлял эльдар. Воэйра ощутила состояние громилы и поняла, что он еще себя сдерживал. Видимо перед его внутренним взором до сих пор стояло истерзанное тело дальнновидящей и огрин никак не мог забыть эту картину. По его мнению, каждый, кто так относился к пленникам, заслуживал медленной смерти.

— А ты? — вдруг неожиданно для себя спросила Воэйра. — Будь ты на его месте, то как бы себя вел?

— Я не был бы на его месте. — Спокойно ответил Хват и похлопал по лазгану, висящему за спиной. — Мы не сдаемся в плен, я забрал бы столько врагов, сколько смог.

— Ну а все-таки? — спросила его дальновидящая, которой стало интересно мнение огрина.

— К чему этот разговор? — вопросом на вопрос ответил тот.

— Действительно, в нем нет смысла. — Ответила Воэйра. — Все зависит от точки зрения каждой из сторон. — Она подошла к темному и возложила ему руки на голову — тот посмотрел на эльдарку заплывающим глазом, второй окончательно закрылся. — Поэтому рукоприкладство — последнее дело. С темными нужно по-другому. — Она сосредоточилась. — Открой мне свой разум. — Неожиданно хрипло сказала эльдарка.

Темный закричал. Если удары огрина и боль от них он мог терпеть, то сейчас его голову терзали мучения гораздо страшнее. Некто могущественный и сильный бродил по закоулкам напряженного разума, вытаскивая их темных уголков на свет давно позабытые и стершиеся из памяти вещи. Он с интересом экзекутора рассматривал их и отбрасывал в сторону, чтобы снова начать рыться в хламе, отыскивая одному ему известную истину. И отступник не выдержал такого вмешательства, потому что вторгшийся в его разум совершенно не беспокоился о сознании владельца. Он вытирал ноги о душу эльдара, оставляя грязные отпечатки. Внезапно темный замолчал, голова его склонилась и с уголка рта потекла слюна — Воэйра выпотрошила его разум, препарировав прямо в голове у несчастного. Дальновидящая брезгливо посмотрела на сидящего перед ней и встряхнула руками, словно освобождаясь от той грязи, в которую ей пришлось вляпаться.

— Этого можно в расход. — Произнесла он. — То, что нам нужно он не знает, просто слышал краем уха о найденной устаноке.

— Тогда продолжим. — Спокойно ответил ей Хват, подходя к пускающему слюни эльдару и ломая ему шею. — Следующий! — воззвал он.

Вошел еще один огрин, таща за связанные за спиной руки темного. Плечевые суставы у того вывернулись, но он терпел боль и оскалился, когда увидел мертвого товарища и стоящую рядом с ней дальновидящую.

— Ничего у вас не получится. — Захрипел он. — Лучше сразу убейте!

— Нет. — Воэйра протянула руку и выудила у него из-за ворота камень душ, висящий на цепочке. — Ты отправишься к своей богине, темный. — Она психическим усилием превратила уловитель души в порошок.

— Ну так укажи мне путь поскорее! — мерзко улыбнулся тот. — Я жажду с ней встретиться!

— Давно пора. — Кивнула ему Воэйра и протянула руку, устраивая ее на голове у эльдара. Тот засучил ногами, испытывая дикую головную боль, из штанины закапало на пол — сдерживать физиологию тела он был не в силах. — Так, а вот с этого места поподробнее, — произнесла дальновидящая, — хм, интересно, ... значит вот как... неожиданно и необычно. — Она отпустила темного, который повис без сознания на руке у огрина. — Мне известно место. — Она посмотрела на Джоану. — И нам нужно поторопиться, если вы хотите сохранить устройство — темные готовят его на случай подрыва. Кто-то из дальновидящих сделал предсказание для Таладриэля и он не стал рисковать. Пускай нападение на ваш мир-кузницу откладывается, но от своих планов он отказываться не собирается — теперь он знает, что искать. Ваша машина не одна такая, видимо, там, где она стоит, сохранились старые документы, из которых темный и почерпнул информацию. Не получится здесь, получится в другом месте, времени у него много, а Таладриэль умеет ждать.

— Я отдам приказ, чтобы гвардия сворачивалась — мы и так сделали для местных многое. — Ответила Джоана.

— Они просили несколько поисковиков из у-ормов. — Напомнила ей Воэйра. — И раз вы изложили Голитаэлю свою просьбу, то разумным будет оставить часть из них здесь.

— Это как распорядится командир отряда. — Инквизитор посмотрела на Хвата.

— О чем идет речь? — спросил тот.

Джоана объяснила и огрин задумался.

— На обратном пути мы их можем подобрать. — Заметил он. — Ведь канонисса ищет Чашу, а мы вроде как подчиняемся ей.

— Если операция по освобождению захваченного оборудования не задержит нас надолго.

— Какое ожидается сопротивление? — Хват обратился к Воэйре. Он разговаривал с ней, как с равной, и это слегка коробило дальновидящую, но она понимала, что сейчас не время выяснять отношения. И не с этими людьми.

— Орбитальная группировка незначительная — основные силы Таладриэль отправил сюда, но у него есть резерв, который он может вызвать. — Ответила эльдарка. — Поэтому и нужно спешить — он ждет отчета по результатам операции и если его не будет в назначенное время, то тогда установку уничтожат и ликвидируют все следы своего присутствия.

— Что насчет систем обороны? — сейчас Хват просчитывал варианты.

— Какое-то ПВО они там установили, темный не в курсе точного их расположения, он только знает координаты места на планете и положение ее в системе. Можно помедитировать над численностью войск темных, но я не думаю, что их больше, чем этих нападавших, если Таладриэль привлек наемников для нападения на колонию. Значит его силы не такие большие, как я полагала. Но и расслабляться не стоит.

— Значит, идем на высадку вслепую. — Подытожил Хват. — Что ж, это вполне в духе гвардии. — Он улыбнулся. — Хорошо, часть моих людей останется с эльдарами и поможет им в поисках темных, что остались на планете. К этому времени мы вернемся.

— Ты так уверен в успехе? — с интересом спросила Джоана огрина.

— Если думать о плохом, то непременно сбудется. — Заявил тот. — Так что я предпочитаю здоровый оптимизм.

— Что ж, это радует. — Улыбнулась инквизитор. — Тогда пополним запасы и в путь — варп может легко изменить нашей удаче.

— Я буду просить Ишу, чтобы она помолилась за нас. — На полном серьезе сказала Воэйра.

Хайрела нашла корабль ближе к вечеру — к этому моменту основная часть войск гвардии уже была эвакуирована с планеты и солдаты готовились к новому сражению. Девушка в присутствии матери, старейшины и еще нескольких псайкеров приблизилась к квадратному, вонючему, пыхающему огнем, судну мон-кей, которое представляло собой грязную коробку. В стекле колпака кабины появилась физиономия пилота, который посмотрел на процессию эльдар и тут же забубнил в рацию. Хайрела растеряно оглядывалась в поисках дальновидящей, но та сама подошла к ней, бесшумно возникнув за спиной.

— Что ж, ты сделала свой выбор. — Неожиданно раздался ее голос и девушка резко обернулась. — Пойдем.

— Я могу попрощаться? — немного напряженно спросила она.

— Разве для этого было недостаточно времени? — вскинув бровь в удивлении, спросила Воэйра. — Не беспокойся, ты еще вернешься сюда. Но если тебе так хочется... не затягивай.

Она прошла мимо старейшины, кивком головы попрощавшись с ним и ловко запрыгнула на опущенную аппарель. Пара гвардейцев в это время волочили какое-то монструозное оружие, пыхтя и ругаясь сквозь зубы. Мимо них прошагал огромный квадратный мон-кей высокого роста и невиданной силы. Он легко подхватил за станину тяжелый болтер и занес на борт челнока. Гвардейцы, радуясь, поспешили за ним. Хайрела обернулась к матери, у которой снова в глазах стояли слезы.

— Не волнуйся, мама, я вернусь! Вот увидишь, я научусь всему, что умеет дальновидящая, и ты будешь мною гордится!

— Лучше бы ты осталась здесь, дочка. — Ответила мать. — Поверь, не стоит оно того.

— Мама, мы об этом уже говорили. — Мягко произнесла Хайрела, погладив женщину по голове. Пилот челнока внимательно наблюдал за этой сценой. — Все будет хорошо.

— Я буду молиться за тебя. — Мать коснулась сложенными тремя пальцами лба дочери и отошла в сторону, вытирая слезы. Долгое прощание мучительно для обоих.

— Присматривай за ней, Каас. — Произнес Голитаэль специально для воина эльдар, что частично нес в рюкзаке вещи Хайрелы и свои собственные. Бывший рейнджер, один из тех, кого подловили огрины, он сразу же вызвался добровольцем. К тому же Солан ему доверял. С собой эльдар взял личное холодное оружие, зарядную станцию для лазбластера, дротики для сюрикенового пистолета и винтовки, сухпай и персональный медблок. Он не слишком надеялся на медицину мон-кей, да и видящая вполне могла его подлатать в случае ранения.

— Это мой долг, старейшина. — Каас поклонился и первым зашагал к судну гвардии. — Идем, видящая. — Позвал он.

Хайрела выдохнула и решительно забралась по аппарели в металлическую коробку мон-кей. Пилот убедился, что все пассажиры заняли свои места и неспешно поднял челнок. Двигатели взвыли, реактивная струя увеличила свой поток, поднимая корабль, который развернулся и молнией пронзил небо — пилот включил форсажный режим. И если гвардейцы к этому привыкли, то вот новичкам-эльдар было тяжко. Не потому, что на кораблике не работали компенсаторы ускорений, а потому что искусственная гравитация была на порядок выше той, к которой они привыкли. На грудь Хайрелы навалилась тяжесть и она часто задышала, как будто ей не хватало воздуха. Войэра переместилась поближе к подопечной.

— Вот, возьми. — Она протянула маленькую коробочку. — Закрепи на поясе — будет легче.

— Что это? — с интересом спросила девушка.

— Персональный стабилизатор гравитации, настроен на силу тяжести твоей планеты. — Пояснила дальновидящая. — Изготовлено мастеровыми эльдар. Заряжай его каждые десять часов.

— А это сколько?

— Приблизительно девять ударов по-вашему. — Ответила дальновидящая и успокаивающе улыбнулась. — Ты сделала свой первый самостоятельный шаг, девочка, впереди их будет еще очень много и я помогу тебе пройти этим путем.

Впереди показалась знакомая туша эсминца, ощетинившегося лазпушками и торпедными аппаратами. Пилот чуть подправил курс, ведя челнок на автомате, а сам думал, почему ксеносы ведут себя как люди. Прощание эльдар было так похоже на подобное расставание любимой и ее парня, матери и дитя, близких родственников или друзей. Здесь было над чем поразмыслить и в душе пилот испытывал некое чувство удовлетворенности от того, что полковник и капитан Ландер не прошли мимо чужой беды. Признаться себе в этом он не мог, но и эльдар уже не воспринимал такими уже мерзкими ксеносами, какими их выставляла имперская пропаганда. Среди них тоже есть отбросы, как и среди людей, но это не значит, что они все одинаковые, думал пилот, заводя челнок в ангар корабля. Внешний шлюз закрылся и в док моментально начало нагнетаться давление — использовать пленку силового поля для сдерживания кислородной атмосферы на эсминце посчитали лишней тратой энергии. Как будто мало ее расходуется на работу насосов. Опоры коснулись стального пола и аппарель привычно брякнулась на поцарапанную поверхность. Пилот заглушил двигатели и отстегнулся — этой крайний рейс с планеты, теперь только прыжок в варп и сколько он продлится, известно только Богу-Императору.

Хайрела впервые оказалась в космосе, да еще и на корабле чужой цивилизации. Нет, эта коробка ни в какое сравнение не годилась с изящными судами эльдар, но она могла передвигаться в пространстве, а ее защитные системы превосходили подобные у ее народа в разы. Девушка с интересом оглядывалась, пока Воэйра вела ее куда-то внутрь корабля. На нее и ее спутника, конечно, косились, но откровенной неприязни не выказывали, возможно, болтали за спиной. Однако дисциплина на корабле была жесткой и команда знала, что эльдары теперь временные союзники и помогают инквизитору в очень важном деле, так что если кто и был недоволен их присутствием на корабле, то молчал в тряпочку. Не хотелось, знаете ли, прогуляться без скафандра, погодка снаружи очень уж неприятная и холодная. Дальновидящая поднялась на два уровня вверх от посадочной палубы и открыла дверь небольшой каюты.

— Здесь вы будете жить. — Произнесла она. — Располагайтесь, я должна отлучиться ненадолго.

— А мне можно с вами?

— Любопытство хорошо в меру. — Ответила Воэйра. — Сейчас же тебе лучше остаться здесь — не все люди рады нашему присутствию на корабле.

— Хорошо. — Кивнула Хайрела и закрыла дверь.

Дальновидящая же поспешила на мостик, где уже собрались капитан Ландер, полковник, инквизитор, комиссар и несколько офицеров, в том числе и у-орм. Похоже он у них отвечает на генератор идей, подумала с усмешкой эльдарка. Не потому что полковник не компетентен, а потому что у огрина свой нестандартный взгляд на вещи, не использовать который было бы глупо. Едва Воэйра вошла — солдат охраны пропустил ее без вопросов, уже был уведомлен — то полковник кивнул эльдарке, приглашая присоединиться к обсуждению. Также на мостике в качестве гололитических наблюдателей находились канонисса и капитан легкого крейсера.

— Итак, — начал полковник, — перед нами стоит задача вскрыть оборону противника и захватить объект. Мы не знаем сколько у них судов болтается на орбите, какова численность войск внизу и где расположены системы ПВО, так что высадку будем проводить вслепую. Я готов выслушать любые предложения.

— Время поджимает? — спросил Хват и Конот кивнул. — Можем потерять много челноков, когда пойдем вниз — повторим ситуацию с хаоситами.

— И что ты предлагаешь? — спросил комиссар.

— У нас сто комплектов гравишутов. У канониссы — отдельная рота высадки. — Хват посмотрел на полковника. — Пока корабли бодаются на орбите — нас высадят над местом нахождения комплекса. Вскроем систему ПВО противника, уничтожим расчеты и полк сможет высадиться относительно безопасно. Десантник с гравишутом — мелкая цель, а если еще он и маневрирует... но эльдары меткие стрелки, так что нужна поддержка истребителей-штурмовиков, иначе нас перещелкают как в тире.

— Звено капитана Виклоша справится с этой задачей. — Произнес Ландер и посмотрел на свою напарницу Кадье.

— Два истребительных звена сестер битвы прикроют ваши бомбардировщики. — Поняла женщина мысль капитана. — Главное для десантников — захватить плацдарм.

— Разведку будем вести с орбиты, поэтому всем операторам после выхода из варпа сканеры на максимум. — Приказал Ландер. — Атакуем корабли темных торпедами, лэнс-орудие остается заряженным на один выстрел, генераторы силового поля работают в режиме поглощения. Тогда есть шансы продержаться и выбить их с орбиты. — Капитан посмотрел на Хвата. — Штурмовикам сидеть в челноке и быть готовыми к выброске. — Огрин только кивнул.

— Я отвлеку их внимание ударами из лэнс-пушки. — Кадье отвела прядь волос, упавшую на левый глаз. — Это если не повредит корабли темных, то снесет их щиты обязательно. Потом доработаете торпедами и ракетами, а мы — лазерными батареями.

— Только сильно не подставься, используй стратегию два-дельта. — Заметил Ландер.

— Хорошо.

— Полковник, ваши гвардейцы должны быть готовы к вылету за полчаса до выхода из варпа, по расчету навигатора мы пробудем там порядка пяти-шести часов.

— Главное, чтобы в настоящем время не было упущено. — Мрачно произнес Конот и посмотрел на Воэйру. — Что-нибудь есть добавить, дальновидящая?

— Нет. — Сухо ответила Воэйра. — Но могу только сказать, что ваша тактика десантирования верна в этой ситуации.

— Вот и славно. — Кивнул своим мыслям полковник. — Вы пойдете с нами вниз или останетесь на корабле?

— Мой клинок еще не испил достаточно крови темных, дабы отомстить за души моих воинов. Я должна быть там.

— Тогда не тащите с собой эту сопливую видящую. — Инквизитор прямо смотрела на Воэйру. — Эта прогулка не для детей. Ее там могут легко прибить, а отвечать за нее вам.

— Я и не собиралась это делать — она совсем не готова. — Дальновидящая вернула взгляд Джоане. — Ей нужно много тренироваться с холодным оружием и психическими техниками. Раз уж у нас есть немного времени, то я хотела бы провести его с пользой. Вы тоже можете присоединиться к нашей тренировке.

— Почту за честь. — Кивнула инквизитор. — Что ж, господа офицеры сами составят планы сражения и наметят пути к атаке. Не будем им мешать. — Канонисса на это заявление фыркнула, но смолчала, продолжая буравить взглядом дальновидящую. Она ей не доверяла, а сейчас их стало на одну больше на корабле и соответственно влияние эльдар на мозги офицеров возросло.

Воэйра постучала в дверь каюты, где расположилась Хайрела. Открыл ее охранник видящей, уже опытный воин эльдар. Он отошел в сторону, пропуская дальновидящую — девушка обнаружилась сидящей на жесткой койке, тщательно изучающей ее. Она водила пальцами по толстому металлу, потом нюхала их, чуть ли не языком лизала.

— Почему здесь все такое... — Хайрела подбирала слово, — грубое и квадратное?

— Это военный корабль. — Ответила Воэйра, пожав плечами.

— Но разве он не может быть красивым? Наши суда куда элегантнее снаружи и прекраснее внутри, а здесь как будто в хлев к дяде Литинасу зашла, даже запах такой же. — Эльдарка сморщила носик.

— Ты еще не бывала на кораблях орков, вот где настоящий срач, поверь мне. Люди хотя бы поддерживают чистоту, у них для этого специальные команды есть. Но я зашла сюда не для того, чтобы поговорить с тобой о кораблях — у нас есть немного свободного времени и я хотела бы начать тренировки.

— Мон-кей. — Хайрела смотрела на Воэйру. — Они не люди — мон-кей.

— Вот как? — удивилась дальновидящая. — Несколькими часами позднее эти "мон-кей" спасли твое поселение от геноцида. А что для этого сделала ты?

— Я предсказала нападение и мы были готовы!

— Правда? — Продолжала удивляться Воэйра. — Тогда где ваши средства ПВО, где баррикады на улицах, где военные отряды и ополчение? Где все это было?

— Просто... — Хайрела подыскивала оправдание, — темные прилетели слишком рано!

— А они должны были сообщить об этом заранее? — язвительно спросила дальновидящая. — Предупредить, что собираются напасть? Так что ли?

— Нам просто не хватило времени, чтобы подготовиться как следует. — Заявила видящая. — И еще, меня никто не слушал!

— А должны были? Конечно, трудно кого-то воспринимать всерьез, если он еще молод и неопытен. — Хмыкнула Воэйра.

— Это я убедила воинов не убивать тех квадратных громил, — гордо сказала Хайрела, — если бы не я, то их бы уже убили.

— Хочешь узнать правду? — Сузив глаза, задала вопрос дальновидящая. — Спроси своего спутника, ему есть что тебе рассказать.

Рейнджер отвел глаза, когда Хайрела требовательно на него уставилась. Однако Воэйра прервала уже было начавшийся от девчонки поток вопросов.

— Теперь я твой учитель, твоя мама и папа тоже, я полностью отвечаю за твою жизнь и не хочу, чтобы ты погибла по глупости или нарушила правила нашего пребывания здесь, что равносильно тому же. Пойдем.

— Куда?

— Тебе нужно подобрать меч.

— У меня есть клинок. — Хайрела продемонстрировала сияющее лезвие. — Вот.

— Прекрасно. — Дальновидящая сложила руки на груди. — Ты умеешь им пользоваться?

— Эм-м, не особо. — Утухла девчонка, но с дерзостью взглянула на Воэйру. — Но я научусь! Мы займемся этим прямо сейчас!

— Можно даже прямо здесь.

— Но... тут мало места. — Удивилась Хайрела и почувствовала, как ее же вывернутый из руки меч дрожит лезвием у горла. Каас ничего не предпринимал — он прекрасно осознавал, что дальновидящая знает, что делает.

— Неужели? — с издевкой спросила эльдарка. — Как видишь, мне совсем не тесно, наоборот, очень даже комфортно. Запомни первый урок — ты всегда должна быть готова к бою.

— Даже среди друзей? — поддела ее Хайрела.

— Особенно среди друзей. — Без тени усмешки произнесла дальновидящая. — Когда ты это поймешь, то одолеть тебя будет трудно.

— Но как же так, — не понимающе уставилась на Воэйру девочка, — совсем никому не доверять?

— Когда-то я была такая же наивная дурочка как ты. — Со вздохом произнесла дальновидящая. — Верила в идеалы эльдар, в то, что наши старейшины, наиболее мудрые и величественные, никогда не совершают ошибок, но даже я ошибалась. И горько осознавать правду, которая как молотом орка ударяет тебя по голове.

— Какую правду? — осторожно спросила Хайрела.

— Чтобы заслужить доверие самого себя, нужно сначала умереть.

— Это как? — не поняла девочка.

— Если доживешь до моих лет — поймешь. — Воэйра улыбнулась. — А теперь пойдем, разучим основные движения для работы с мечом. Для начала не сжимай очень крепко рукоять, она свободно должна лежать в руке. Ощущай оружие как продолжение своего тела, своей руки, своей воли и веры. Это не просто стальная полоса длиной в метр, это твоя карающая длань, твой друг, твой брат, тот, кому ты можешь безоговорочно доверять. — Воэйра посмотрела на внимательно слушающую Хайрелу. — Пока доверяй только ему.

— А тебе? — тихо спросила девочка.

— А я на ближайшее время стану для тебя самым страшным врагом и ночным кошмаром. — И улыбка дальновидящей не предвещала ничего хорошего.

Капитан Ландер занял свое место в командной рубке, подключившись напрямую к каналам связи операторов, соединенных в единую сеть. Сейчас от скорости прохождения сигналов команд зависел исход будущего боя. Разведывательных данных по численности кораблей противника не было и капитан рассчитывал на весь свой боевой опыт. Десантную баржу наемников пришлось оставить на орбите эльдарской планеты — капитан просто не хотел делить слетанный экипаж. Потом они перегонят ее на орбитальную станцию и сдадут как трофей, хотя у инквизитора на этот корабль возможно есть свои планы, которыми она ни с кем не делилась. Ну, может быть полковник Конот и был в курсе, однако держал язык за зубами, а Ландер был не из любопытных.

Как только корабль покинул варп и проделанная судном дыра исчезла из реального космоса, тут же от операторов поступили доклады:

— Сканеры выведены на полную мощность — ожидаю данные.

— Есть контакт, три отметки класса рейдер и одна — крейсер. Диспозиция — две на орбите третьей планеты, один в патруле недалеко от шестой, крейсер — на орбите второй. Вероятное время подлета — три минуты.

— Приоритетной целью назначить крейсер, двигатели в форсажный режим, — начал отдавать приказы капитан, — пилоту десантного челнока готовность к взлету, звену перехватчиков — готовность два. По прибытии на орбиту третьей планеты — маневр уклонения, малым судам старт, силовые поля на максимум.

— Вас понял.

— Вас понял.

— Выполняю.

— До контакта с орбитой двенадцать секунд!

— Челноку старт! Перехватчики — старт!

— Суда ушли.

— Приближаются ракеты, дальность семьсот.

— Перебросить энергию на носовой щит, лазерным ПКО распределить цели.

— Главная батарея готова.

— Лэнс-пушка наведена.

— Огонь по крейсеру по моей команде. — Ландер держал канал связи со "Славным" открытым. — Кадье, доклад!

— Главный калибр наведен на крейсер, стрельба по команде.

— Огонь!

Корабли вздрогнули, канониры выжали спуск и два толстых энергетических луча протянулись нитками к крейсеру эльдар, который пытался отступить к третьей планете для защиты рейдеров. Сравниться с огневой мощью двух имперских кораблей они не могли, но измотать противника и закусать его до смерти — вполне. Поэтому командир эльдарских звеньев принял такое решение. Три его рейдера рванули подальше от третьей планеты, чтобы с безопасного расстояния атаковать суда имперцев ракетами, тогда как крейсер сразу же дал залп и начал улепетывать. Тут-то его и догнали два луча, выпущенных из лэнс-пушек. Один сорвал щит, второй пришел чуть с опозданием и вскрыл корму крейсера, повредив пару дюз, стабилизатор и замедлив его ход. А потом оба корабля произвели форсажный прыжок, почти моментально оказавшись рядом с эльдарским кораблем, обработав его из торпедных аппаратов. Темные огрызнулись ворохом ракет и лазерных батарей, но усиленные имперцами щиты было не так уж просто пробить. Нет, более тяжелый легкий крейсер получил немного пробоин в борту, однако помещения тут же были изолированы от остальной части корабля и боеспособность не пострадала. По эсминцу так вообще лазеры и ракеты ударили незначительно — скорость того была слишком высока. Часть снарядов эльдар и имперцев вообще улетела в космос, не причинив вреда, однако внезапная атака принесла свои плоды — крейсер замолк, часть его орудий была повреждена, часть пыталась вести огонь, но силовые кабели были перебиты и генераторы работали вхолостую. Аварийные команды рабов побежали устранять неисправность, но "Славный" отработал по крейсеру из бортовых лазерных батарей, после чего ускорился и его выпущенные торпеды уже после нашли свою цель. Крейсер эльдар был еще жив и вполне боеспособен, только потерял ход и несколько пушек, но команда слегка запаниковала, часть помещений разгерметизировалась и командир вместе с операторами погиб, так что пока пираты определили вертикаль власти и принялись огрызаться, борясь за живучесть, время было упущено.

Корабли оказались на орбите третьей планеты, выпустили челноки и перехватчики, тут же, используя гравитационное поле как дополнительный ускоритель, ушли в космос — три рейдера даже не удалось пощипать и у Ландера еще осталась работа.

— Носовым торпедным аппаратам зафиксировать первую цель, левому борту — вторая, правый — третий номер. ПКО — работать по ракетам противника, лазерным батареям — огонь по готовности. Истребители — старт! Прикрыть корабль, уничтожить москитный флот противника.

— Эльдары выпустили перехватчики, немного, наши звенья превосходят их втрое.

— Не расслабляться — среди них могут быть брандеры. Сканеры на полную.

— Обнаружен ядерный заряд. — Доложил один из операторов. — Цель подсвечена.

— Ракетным установкам захватить цель, по готовности — уничтожить!

— Есть старт истребителей!

— Есть старт ракет. Торпеды пошли!

— ПКО перехватило семьдесят процентов ракет, приготовиться к удару. — Рубку чуть качнуло. — Щиты просели до двадцати восьми процентов.

— Использовать накопители — восстановить целостность щитов.

— Генераторы вышли в нагрузочный режим. Уровень охладителя — норма.

— Увеличить потребление на пятнадцать процентов, добавить охладитель в систему. Все на щиты.

— Первый, седьмой, тринадцатый, пятнадцатый торпедные аппараты вышли из строя.

— Переместить боеприпасы в соседние отсеки, заняться ремонтом.

— Выполняется.

— Первая цель обходит нас по левому борту.

— Сосредоточить огонь по цели, энергию на лазерные пушки.

— Есть подрыв ядерного заряда. — Доложил оператор. — Поле обломков настигнет противника через три минуты.

— Ждать они не будут. Кадье, сосредоточьте огонь на цели номер три.

— Крейсер эльдар еще жив и пытается атаковать ракетами.

— Уничтожим его потом, сейчас главное притормозить этих шустриков и не дать им уйти. Системы РЭБ на максимуме?

— Так точно, подавитель сигнала работает на эльдарских частотах. Их сигнал отслеживается, в наших силах его перехватить и заглушить.

— Отлично. Ракеты — захват второй цели...

Пока экипажи кораблей сражались с неприятелем в космосе, Хват и его бойцы ждали команды на выход. Челнок прошел ионосферу и пилот подал сигнал. Загорелась зеленая лампочка и множество маленьких люков модуля открылись прямо под ногами у огринов. Каждый из них ударом кулака вдавил кнопку и магнитные захваты выпустили на волю гравиштурмовиков. Опыта посадки не было ни у кого, так, несколько тренировок на Симилле, но Хват был уверен в себе и своих бойцах. Они очень быстро учились, а здесь был скорее управляемый полет, нежели падение. В правую руку скользнул джойстик и вождь активировал заплечный двигатель, уходя чуть в сторону. Рядом с ним падали его воины, каждый из которых уже зажег пламя дюз, на тактический шлем приходила вся информация со сканеров кораблей, которые успели ее передать, прежде чем подавители забили весь радиоэфир. Пилот челнока провел филигранную работу, выкинув десант как раз над объектом, где велись раскопки. Судя по данным это был крупный котлован, который по периметру охраняли несколько турелей ПВО. В середине ямы находился лагерь, посадочная площадка для челноков, жилые помещения, ну и вход в подземный комплекс, конечно. Бетонная конструкция частью выпирала из-под земли и не заметить ее было сложно. Видимо, у эльдаров хорошие сканеры, раз они на такой глубине нашли это здание только по отпечаткам металлической арматуры. А, возможно, стали в составе бетона вообще не было, кто его знает, как строили предки, может, это вообще бетон, напоминающий природный материал? Так или иначе темные его нашли и сейчас наверняка бегают внизу, пытаясь организовать или оборону или подрыв объекта. И задача штурмовиков помешать этому.

Первые росчерки залпов лазпушек уже промелькнули рядом и пришлось маневрировать. Внизу раздалась пара взрывов — бомбардировщики отработали вслепую, опасаясь поражения от систем ПВО, просто чтобы жизнь эльдарам медом не казалась. Высотомер уже показывал отметку в пять тысяч метров и надо было потихоньку тормозить. Хват активировал отдельный канал связи, который позволял общаться игнорируя подавитель.

— Всем приготовиться к посадке. Наша цель — две турели ПВО на южном краю котлована, остальными займутся сестры.

Последовали доклады от командиров подразделений — эти пять часов огрины потратили на отработку взаимодействий десантных команд. Когда до поверхности планеты оставалось всего ничего, Хват развернулся в воздухе, пламя из дюз ударило вниз, тело испытало мощные перегрузки от торможения, но организм был сильный и здоровый, рассчитанный на нечто подобное, так что сознание огрин не потерял. Управляя падением, он вынул из кобуры болтер, нашел взглядом пару бегущих фигур и выжал спуск. Оружие задергалось, внизу раздалась очередь разрывов — одна из фигурок упала, но потом встала и, пошатываясь, попыталась скрыться. Еще пара выстрелов прикончили ее и Хват приземлился, ударившись башмаками в песочный грунт планеты.

Миг — и гравишут валяется на земле, еще миг — и лазган приведен в боевую готовность, а болтер покоится в кобуре на левом бедре. Тактический шлем выдает отметки, но глаза визуально фиксируют опасность быстрее. Впереди вспыхнула перестрелка — кто-то высадился ближе к турели, которая продолжает бухать вверх, стреляя по высаживающимся сестрам битвы. Редкие охранники пытаются помешать высадке, но тут же умирают — не спасает даже хваленая эльдарская реакция. Хват бежит вперед, к турели, в динамике наушника слышны отрывистые команды Жилы, Шороха, Пятки, Занозы — его командиры живы и ведут своих бойцов в бой. Вот ракетометчик вскинул оружие на плечо и дымный шлейф протянулся к лазерной пушке, скрыв ее в тумане взрыва. Котлован медленно затягивается дымом от взорвавшихся бомб и гранат, росчерки лазерных импульсов перемежаются с буханьем гранатометов, дробовиков и болтеров. Хват точными выстрелами поразил двоих темных, прикрыл огнем наступающих Чекана и Ветра — огрины метнули гранаты в дверной проем дота, на котором была установлена лазпушка ПВО. Внутри шумно взорвалось и установка замолчала. Чекан полез первым и тут же получил удар силовым мечом в живот — тот вошел между пластин брони как нож сквозь масло. Ветер выстрелил из дробовика и картечью внутрь унесло обоих темных. Хват подбежал ближе и оттащил Чекана от проема, метнув туда еще одну гранату, чтобы гарантировано прикончить стрелков.

— Медик!! — выкрикнул он и рядом с Чеканом как из воздуха материализовалась Снежинка. Она занялась раненым, а Хват при поддержке Ветра и подоспевшего Легкого полез внутрь.

Еще трое эльдар были живы и попытались оказать сопротивление, но огрин их просто расстрелял. Управление пушкой было повреждено, так что заставить ее работать могли только техножрецы и то после долгого ремонта. Хват быстро побежал наверх, к станине орудия, выглянув через бойницу — его воины штурмовали следующую турель, расположенную метрах в пятистах от этой.

— Лилия, ответь Рыку. — Вызвал огрин по рации.

— Здесь Лилия, нас прижали огнем. — Тут же отозвалась канонисса. — Четвертая турель отчаянно сопротивляется, не могу продавить оборону!

— Вызываю огонь бомберов. — Хват тут же переключился на частоту пилотов. — Чайка, это Рык, прошу доставить посылку по четвертой цели. Первая и вторая выведены из строя, заходите с юга.

— Вас понял, буду через тридцать секунд.

— Лилия, не лезьте, ждите!

— Поняла! Всем, залечь, окопаться! — услышал огрин команду.

Сверху засвистело и пара снарядов плюхнулись прямо на лазпушку, которая от взрывов загнулась. Бетонная крыша дота, на которой она была установлена, от бомб и ударов сверху начала проваливаться внутрь. Симона не стала упускать такой шанс.

— Вперед! — закричала канонисса, стреляя на бегу из болтера, прижимая возможного выжившего противника, который только очухивался. — Гранатами — огонь!

Маленькие кругляши полетели вперед и многострадальный дот покрылся сетью трещин, а потом крыша вовсе обвалилась, похоронив внизу расчет пушки. Канонисса не стала лезть в руины — просто закидали их дополнительно гранатами, залили напалм в щели и подожгли огнеметами. Пятую турель взяла штурмом сестра Катерина, первые две уничтожили огрины и сейчас вместе с взводом сестры Петры штурмовали третью. Она уже не стреляла, а засевшие внутри эльдары просто огрызались огнем из бойниц и штурмовикам пришлось вызвать авиаудар, наплевав на сохранность орудия — Хват также как и сестра просто не хотел губить людей.

Как только с системами ПВО было покончено — мелкие выстрелы из лазбластеров не в счет — как отряды сестер и гвардии начали спускаться в котлован. Первыми там оказались сестры, использующие реактивные ранцы. Они просто спикировали вниз, зачищая посадочную площадку. Темных осталось не так уж и много, снаружи воевали не больше десятка и те были вскоре перебиты, основная их часть укрылась внутри. К Хвату подбежал Ухо, несущий на спине мощную радиостанцию, способную добить до соседней планеты. Вождь взял трубку из его руки, связист в это время переключил канал.

— Рык вызывает Гнездо. Прием.

— Гнездо на связи. — Ответил полковник Конот.

— Площадка зачищена, ПВО ликвидирована.

— Хорошая работа, Рык, ждите, внутрь сами не лезьте, мы будем через две минуты. — Полковник отключился.

— Всем очистить площадку!! — закричал Хват. — Челноки уже в пути.

— Занять круговую оборону!! — вторила ему канонисса. — Катерина, Петра, на вас лазпушки два и пять! Инженерный взвод, восстановить защитный барьер!

— Заноза, Пятка, помогите сестрам. — Распорядился Хват и огрины кивнули, разбежавшись. Десантники живо осваивали захваченную площадку, понимая, что темные вполне могли расползтись по планете и возможно их отряды уже спешат отбить лагерь. — Шорох, займи доты по периметру котлована.

Над головой Хвата пыхнули дюзы и первый челнок ударил опорами о посадочную площадку. Он еще был в воздухе, когда аппарель откинулась и солдаты уже были готовы покинуть судно. Разгрузка не заняла много времени — первая и вторая роты быстро рассредоточились по котловану вместе с инженерным и снайперским взводом. Полковник Конот, который прибыл первым рейсом, немедленно начал распоряжаться.

— Смок, восстановить защиту. Децим, займитесь пушками, посмотрите что можно починить. Крох — рассади наблюдателей, ни одна ушастая сволочь не должна проскочить мимо. — Конот скосил глаз на Воэйру. — Это к вам не относится, дальновидящая. — Та просто кивнула, понимая полковника. — Холан, Тихонький, начинайте копать траншеи, грунт мягкий, справитесь быстро. Технику перебросят позже. — Первый челнок стартовал, освобождая место для второго. — Симонс, оставь пару "Стражей" для поддержки в котловане, остальных отправь на разведку и в патруль.

— Так точно. — Отозвался капитан.

— Танки полковника Попова высаживайте сразу на край ямы — пусть окапываются. — Распорядился Конот по связи и пилот третьего челнока заложил вираж, уходя с курса. — Гаубицы пока не трогаем, может не понадобятся.

— У темных недалеко переход в паутину. — Произнесла Воэйра, прикрыв глаза и обострив все свои чувства. — Я ощущаю его дрожь.

— Где он? — быстро спросил полковник. — В каком направлении?

— Там. — Указала рукой дальновидящая. — Юго-юго-восток.

— Тихонький, отставить копать, сосредоточь войска на юго-юго-востоке, установите тяжелое вооружение. Смок, рыть траншеи на том же направлении — это приоритет. Выполнять!

— Так точно! — гвардейцы тут же бросили все и занялись другими делами.

— Мы готовы входить. — К полковнику подошел Хват, мельком глянув на Воэйру. — Котлован зачищен, защитники могли укрыться внутри и сейчас готовят оборудование к подрыву. Возможно.

— У... огрин прав, нужно спешить. — Сказала дальновидящая.

— Сестры уже готовы и бьют копытом. — Хват улыбнулся и только потом понял, что именно сказал.

— Не вздумай сказать что-то подобное при канониссе, а то она сожжет тебя как еретика и даже не вспомнит про свою любовь. — Усмехнулся в ответ полковник. — Ладно, заходим.

Огрины шли парами — один держал щит, второй прикрывал его. Освещение в огромном тоннеле отсутствовало, но это не мешало громилам ориентироваться в темноте. Если эльдары и организовали засады, то дальновидящая легко могла их распознать. Что и сделала, протянув руку вперед и выпустив сетку молний. Один из стрелков темных задрожал, Хват и Молчун отработали по нему и по тому углу из лазганов, поджарив еще двоих. Трое немедленно атаковали передовой отряд справа, но Воэйра, ускорившись, перехватила воинов темных. Ее меч словно змея точечными укусами атаковал эльдар, дальновидящая сплела вокруг них сой боевой танец — огрины не стреляли, боясь попасть по шустрой и ловкой Воэйре. Человеческие протезы слегка ее тормозили, но Док, по просьбе дальновидящей, настроил суставы на максимальную скорость, так что разницы она почти не заметила. Используя психические силы и свой клинок, Воэйра буквально за секунды ликвидировала всех троих и посмотрела вдаль.

— Нужно спешить. — Снова произнесла она, отточенным движением стряхивая с клинка кровь и возвращая его в ножны.

Огрины молча побежали вперед, туда, где виднелся свет. Тоннель был прямым с поддерживающими колонами посередине и балками арок под потолком, так что темные вполне могли организовать еще пару засад, но не стали. Они собрались все недалеко от выхода в главный зал, создали баррикады из подручных материалов, в основном щитов строительных лесов, которые использовали копатели для расчистки котлована, а сейчас притащили их внутрь по команде эльдар. Как только пришло сообщение с орбиты о нападении, командир отряда охраны принял решение укрыться внутри и занять оборону. Взрывать установку они не собирались, но могли это сделать в любой момент — реактор был исправен и давал нужное количество энергии. Сейчас рабы-техножрецы под присмотром воинов заканчивали процедуру выведения реактора в перегрузочный режим и стоило только нажать кнопку, как весь этот комплекс обрушится на головы наступающим и они исчезнут во вспышке взрыва плазмы.

— Сколько осталось времени до подрыва? — спросил командир темных.

— Техножрецы взбунтовались, отказываются работать.

— Пристрели нескольких.

— Уже, но это не помогло.

— Проклятые фанатки! — ругнулся командир. — Тогда просто кинь в реактор гранату.

— Там толстые защитные стенки, не получится.

— Получится, там есть лючок для обслуживания. Туда и катнешь наш прощальный подарок. — Командир осклабился и темный повторил его гримасу. Он сунул руку в подсумок, вытаскивая гранату, как тут же упал с дыркой в голове — точный выстрел из лазгана отправил эльдара к его богине.

— К оружию! — закричал командир. — Я сам сделаю это! — Он кинулся к пирамиде установки.

В главный зал ворвались громилы, которые яростно и активно атаковали темных. Тут и там возникли перестрелки, грохотали взрывы и стонали раненые, но командир не обращал на это никакого внимания — он спешил к установке. Единым прыжком он вскочил на стальные листы лесов, которые окружали пирамиду, пробежал по шаткой конструкции, отшвырнул с дороги истощенного техножреца, который своими механическими конечностями пытался ему помешать. Гранат удобно лежала в руке, как выстрел из лазгана попал в ногу эльдару. Он споткнулся, попытался превратить падение в кувырок, но не вышло и командир полетел вниз. Извернувшись как кошка, он зацепился рукой за трубу лесов, подтянулся, спрятав свое тело под листами. Нога болела, но командир не обращал на это внимания — пока он еще жив, главное, чтобы хватило времени и сил исполнить задуманное. Перекатив свое тело, он встал и поковылял дальше, пока не почувствовал, что позади него кто-то есть.

— Стой! — громко выкрикнула Воэйра.

Темный обернулся и моментально узнал, кто перед ним.

— А, так ты выжила, мерзкое отродье! — воскликнул он. Командир был одним из тех, кто издевался над дальновидящей и даже участвовал в битве за ее уши, но проиграл. — Смотрю, ты переметнулась к мягкотелым червякам? Так вот кого нужно винить в нашей неудаче, а ведь я предупреждал архонта, чтобы не слишком заигрывался с тобой. Ну ничего, сейчас я исправлю его ошибку.

Войэра атаковала молча и быстро, обезоружив противника и проткнув мечом его грудь. Он уже был ранен и, несмотря на свою браваду, действовал неуверенно и заторможено. К тому же дальновидящую вела месть за своих воинов и это чувство придавало ей сил. Темный повалился и заперхал кровью.

— Все равно ты сдохнешь. — Выдавил он и активировал гранату.

Воэйра успела выставить щит, прежде чем та взорвалась. Ударная волна отразилась от ее защиты и ушла в сторону, разметав щиты и разрушив часть лесов. Конструкция под ногами у дальновидящей развалилась и беспорядочными трубами посыпалась вниз. Войэра же осталась стоять прямо в воздухе, после чего мягко спланировала вниз и коснулась ногами твердой площадки. Наблюдавшие за этим огрины покачали головами и зашептали обережные слова. Колдовство!

Когда Джоана со свитой вошла в главный зал, то гвардейцы к тому времени уже стащили трупы темных в одну кучу, медики занялись осмотром рабов-техножрецов, а полковник выставил караулы и сейчас задумчиво взирал на установку. Он посмотрел на входящую инквизитора и насладился ее выражением лица, когда она заметила монументальную конструкцию.

— О Бог-Император! — воскликнула непроизвольно Джоана. — Это же Золотой Трон!

Глава 11.

Полковник Конот с удовлетворением от произведенного эффекта смотрел на изумленное лицо Джоаны, потрясенно рассматривающей древнюю человеческую конструкцию. Ее свита испытывала те же ощущения, что и инквизитор, Сабля сотворила знак аквилы и скороговоркой прочла молитву Богу-Императору, дабы видение не растворилось в мареве морока или миража, Жетон стоял столбом, выпучив глаза, по металлической маске Винта невозможно было понять его настроение, Док же немедленно начал фиксировать пирамиду на видео. И лишь гиринксу, которого взяли с собой вниз, было совершенно наплевать на эту человеческую святыню — он унюхал запах чужаков и навострил уши, определяя возможную опасность для своей хозяйки. Вокруг пирамиды были возведены леса, по которым ползали гвардейцы, убирая трупы темных и наводя относительный порядок. Их шутки и смех гулко отражались от стен пещеры и наполняли ее невнятным гомоном, в другой раз инквизитор разозлилась бы на проявление такого непочтения к установке, так похожей на Золотой Трон, но сейчас... она понимала, что солдаты имеют право немного расслабиться и снять напряжение недавнего боя с помощью хохота. Огрины тоже были здесь — они зачистили периметр, заглянули во все закоулки, выставили охрану и караулы, Хват убедился в безопасности места и, заметив группу инквизитора, направился к ней. Техножрецам, тем, которые выжили в рабстве и перестрелке, сейчас оказывали первую медицинскую помощь и небольшая группа спасенных людей ютилась рядом с "троном" в подобии палатки — просто навес из листов металла. Сама же пирамида располагалась в середине рукотворной пещеры, занимая достаточный объем. Конот улыбнулся и шагнул к Джоане.

— Похож, правда? — спросил он и звук его голоса вернул инквизитора к реальности.

— Это не Золотой Трон? — удивленно спросила она и полковник пожал плечами.

— Не знаю, я видел его только на картинке, а не в живую. Трудно так сразу утверждать.

— Очень похож. — Согласилась Джоана, решительно направляясь к стене пирамиды. Она провела рукой по ее гладкой поверхности, на ощупь определяя, что это шершавый теплый природный камень. — Может быть это не установка, а древнее сооружение эльдар?

— Тогда что здесь делали техножрецы и темные? — спросил, подходя, Хват. Дальновидящая, убедившись, что все противники уничтожены, нашла себе спокойное место в пещере, чтобы погрузиться в медитацию и определить есть ли на планете портал в паутину. Ее фигурка, сложив ноги в позе лотоса, сидела на камне недалеко от выхода, глаза были закрыты и от Воэйры веяло сосредоточением, Джоана чувствовала это даже отсюда. — Эльдары явно заставили их ковырять пирамиду — вон там есть рукотворный вход.

— Это технологический люк. — Подал голос Док. — Через него осуществляется доступ к внутренним механизмам Трона для обслуживания и замены деталей.

— Так это все-таки трон? — спросила его Джоана.

— Я не уверен, нужно переговорить с техножрецами, что уже проводили исследования, пускай и не по своей воле, но в целом конструкция очень похожая. То что перед нами выглядит как вершина пирамиды с сидящим на ней Императором — основание настоящего Золотого Трона гораздо больше и массивнее.

— Там на одной из стен табличка с письменами и рисунками. — Хват ткнул большим пальцем себе за плечо. — Только я не разобрал ни буквы, может быть они что-то объяснят?

— Док, расспроси жрецов — они должны знать больше об этой конструкции и ее возможностях, Хват, веди. И да, полковник, оборона объекта укрепляется?

— Я не желторотый юнец, который с открытым ртом глазеет на чудеса Темной Эры Технологий, — обиделся Конот, — комиссар Марш контролирует проведение работ, инженерная рота роет траншеи, техножрецы пытаются восстановить ПВО, сестры тоже без дела не сидят — проводятся все необходимые работы. Кстати, вот и главная из них. — Офицер указал на выход, от которого "летящей походкой" шла канонисса в сопровождении нескольких сестер.

Едва заметив пирамиду, она застыла точно также как и Джоана недавно, потом плюхнулась на правое колено, вынула меч и, поцеловав навершие рукояти, забормотала слова молитвы. Ее подчиненные слитно повторили за ней все ее движения. Совершив необходимый ритуал почитания, Симона пружинисто поднялась и приблизилась к группе инквизитора.

— Каково состояние объекта? — резко спросила она. — Мерзкие лапы ксеносов или еретиков успели осквернить его?

— Это мы сейчас и выясним. — Сухо ответила Джоана. — Веди. — Это уже адресовалось огрину и тот махнул рукой, мол, следуйте за мной.

Пробираясь между нагороженных строительных лесов, люди вскоре оказались в самом темном углу, где пара огринов включили фонарики — им не было нужды использовать свет, но люди по природе были подслеповаты. Инквизитор сразу же заметила табличку, про которую говорил Хват — начертанные на ней буквы совершенно не напоминали собой алфавит низкого или высокого готика, они были древнее, чем принятый официально язык в Империуме. Но вот картинки разобрать можно — на вершине пирамиды схематично изображенный сидел человек в кресле, под которым почти до основания конструкции тянулся тоннель. Вероятно, кресло могло опускаться в глубины пирамиды, неся в ее темное чрево своего владельца. Далее от тоннеля отходили ответвления, причем одни заканчивались стоящими вертикально людьми в подобии саркофагов, а вторые — кольцом, заключенным в квадрат. И таких колец было множество. Канонисса приблизила свой нос к табличке, чуть ли не нюхая ее, тщательно изучила письмена и картинку, после чего отдала приказ:

— Вызвать сюда сестру Пронатус, нечего ей прохлаждаться на корабле — для нее есть работа по профилю.

— Сию секунду, канонисса! — отозвалась ее подчиненная и тут же принялась связываться по рации. — Сестра Офелия, прием! Прием!

— Здесь не ловит. — Ответил ей огрин, заметив потуги сестры и покачав головой. — В этой пещере вообще связи быть не может — нужно выйти наружу.

— Бегом. — Отдала приказ Симона и сестра, кинув взгляд на здоровяка, ускорилась так, что пятки засверкали. — Почему? — спросила она у огрина, но тот пожал плечами.

— Древняя технология. — Он обвел помещение рукой. — Этого комплекса и грота вообще нет на сканерах — обычная земля и порода.

— Как это нет? — удивилась Джоана. — Как же его тогда... и как узнали, что нет?

— Визуально вход видно. — Ответил Хват. — Когда мы штурмовали доты ПВО, то инженеры пытались прощупать путь впереди и были удивлены тем, что приборы видят только песок и грунт. Никаких пустот, ям, естественных пещер и прочего. Я думаю, что тут древние применили технологию скрытности, чтобы комплекс не обнаружили — может какой краской пирамиду покрыли или установили в ее центре генератор помех, кто знает. — Пожал плечами огрин.

— Как же тогда темные смогли это сделать? — задала вопрос канонисса, подозревая, что без влияния Хаоса тут не обошлось.

— Они воспользовались услугами видящих. — Ответила ей Джоана. — Только псайкер способен "нащупать" нечто подобное, раз уж приборы не смогли. — Инквизитор также как и канонисса стала изучать табличку и две женщины оказались рядом. Симона скосила глаз вниз, на голову Джоане, но ничего не сказала, просто немного отодвинулась. Полковник фыркнул, заметив это движение, остальные почтительно хранили молчание, когда два представителя власти, сейчас делившие одну командную должность на двоих, стояли вместе. Ни для кого не являлось секретом, что обе терпеть друг друга не могут и причина этой неприязни ускользала от понимания остальных.

— Тут по картинке все понятно. — Прокомментировал Хват, которому эти все разногласия были по барабану или же он их просто не замечал, четко выполняя приказы и свою работу. — Садишься в кресло и вжжииик, спускаешься вниз, где тебя в эту капсулу засовывают. То есть твое тело, это ведь машинка для переноса сознания, значит нужно сперва отделить одно от другого. Я так думаю. Вот пока катишься вниз, то процесс и происходит.

— Гений! — восхитился полковник. — А то мы бы без тебя не догадались! А что если это просто помывочная машина древних? И тебя в этой капсуле как в центрифуге от грязи почистят, а потом высушат и еще одежду погладят прямо на тебе? Тут ведь как раз квадратик с кольцом, вот там тебя и крутит.

— Тут цифры внизу. — Заметил огрин, не обращая внимания на тираду полковника. — Четыре тысячи восемьсот пятьдесят семь.

— Год? — спросила с сомнением в голосе Джоана. — Постройки или консервации? Но это очень-очень давно, почти тридцать шесть тысяч лет назад! В то время не было таких технологий!

— А об этом точно известно, что не было? — спросил Хват. — Люди в космос уже летали?

— Люди стали осваивать Марс в двухсотом году третьего миллениума. — Ответила вместо инквизитора Симона. — А здесь уже конец пятого по счету, так что вполне могли и сюда добраться.

— Варп-двигателей тогда еще не было. — Уверенно возразила Джоана. — Не могло человечество через полгалактики прыгать, а добираться на гиперприводе можно было столетиями или же дольше. Тогда еще не существовало стазис-технологий, чтобы сохранить человеческую жизнь на века, только гибернационные кабины, а у них ресурс ограничен.

— А если были другие способы перемещения? — спросил вдруг Хват и изобразил синусоиду в воздухе. — Просто кто-то изъял у людей эту технологию и заменил другой? Чтобы контролировать развитие?

— Такое могли провернуть только Боги Хаоса, дабы заставить цивилизацию использовать варп. — Проворчала Симона. — Синекожие тау понятия о нем не имеют, тираниды вообще ползают в открытом космосе своим ходом, только эльдары, орки и люди перемещаются с его помощью и это наводит на определенные мысли. Ничего, сейчас придет сестра Стефания и мы разберемся, что там к чему.

— Она еще на корабле. — Заметила инквизитор. — Пока спустится и дотопает ножками много времени пройдет. Давайте допросим техножрецов — они-то уже должны были разобраться с процессом переноса сознания.

К тому времени Док успел переговорить с каждым и сам направлялся к инквизитору, даже ходить никуда не пришлось. Механикус зажег свой собственный осветительный прибор, добавив яркости, и начал с ходу докладывать.

— Это действительно машина для переноса и хранения сознания живого существа. Ключевое слово здесь — хранение, если кто не понял. — Один из глазков видеокамер техножреца посмотрел на канониссу. — Объект садиться в кресло, которое поднимается на вершину пирамиды, после чего сознание отделяется с помощью нейрошунта и записывается в хранилище, а тело помещают в гибернаторную капсулу до востребования. Анабиоз длится некоторое время и если в тело не поместить сознание — оно умирает и утилизируется в реакторе. А вот разум может храниться вечно, пока реактор активен, но даже после его остановки ячейки хранилища не повреждаются — запись можно восстановить на таком же устройстве. Так что внутри этой пирамиды все тела уже давно утилизированы, а вот сознания... — Док посмотрел на Джоану, — их можно возродить. Процесс внедрения сознания в тело аналогичен предыдущему — организм достают из хранилища или усаживают в кресло новый, совмещают с модулем нейрошунта, выбирают необходимую ячейку из хранилища и производится запись. После чего тело проходит процедуру реанимации, потому что записать еще не значит заставить человека жить, сознанию нужно привыкнуть к новой оболочке, к тому же энцефалограммы мозга иногда конфликтую с вибрациями разума или, если хотите поточнее, души. Поэтому темным нужны были пленные эльдары — после уничтожения и захвата колонии они собирались тут производить эксперименты. А уж вырастить на промышленном оборудовании клона нужной цивилизации — пару пустяков. Пока это все, в чем смогли разобраться техножрецы, но каковы расширенные функции устройства — неизвестно.

— Я поняла, что необязательно возвращаться в свое прежнее тело? — уточнила инквизитор. — Можно выбрать любое?

— Именно так. — Согласился Док. — Параметры синхронизации сознания и тела проводятся автоматически, в случае конфликта проводится корректировка, но если это невозможно то тело умирает.

— Что за корректировка? — спросил Хват.

— Объем занимаемой памяти сознания может превышать емкости мозга объекта. — Объяснил техножрец. — Простыми словами — гения в дебила не засунешь, необходима повышенная нервная проводимость системы, более мощное сердце, расширенные кровеносные сосуды для снабжения мозга кислородом и другие физиологические параметры. Эльдары собирались попробовать все способы.

— Это что же, если сюда засунуть видящую и меня, то мы с ней можем легко поменяться телами? — удивленно спросила Джоана.

— Такое возможно. — Кивнул Док. — Машине совершенно безразлично к какой расе относится объект, можно хоть в орка человека запихнуть и наоборот.

— Это же... — у инквизитора захватило дух от открывающихся перспектив, — это можно любого сделать шпионом и внедрить к ксеносам! — Док снова кивнул на ее догадку.

— А как быть с Императором? — Подал голос Хват. — Он тоже подключен к такой же машине или нет? И можно ли вернуть его назад в нормальное здоровое тело?

— Если его мозг подойдет для сознания Императора — вполне. — Кивнул Док.

И вот тут Джоана серьезно задумалась. Огрин озвучил слишком уж крамольную мысль, о которой она сама не раз задумывалась. Если жизнедеятельность тела Императора поддерживает механизм, а его сознание пребывает в спячке, то оно вполне может быть не в варпе, как все привыкли думать, а засунуто в один из этих кубиков хранилища. И его можно оттуда достать и воплотить в любом теле. Например в космодесантника, хорошо подготовленного бойца, способного прожить достаточно долго для свершения великих деяний. Или же вырастить для Императора тело по заказу, ведь производят же механикусы клонов для сервиторов, так почему нельзя нечто подобное создать для правителя человечества? Или же... а вот эту мысль Джоана постаралась отогнать как можно дальше.

— Ты хочешь сказать, что смертельно раненого Императора можно было спасти в тот же момент? — сузив глаза, спросила канонисса и Хват кивнул. — Золотой Трон — это великое изделие механикусов, поддерживающих жизнь Повелителя! И если бы существовала возможность его спасти, то ей бы не стали пренебрегать, а использовали немедленно!

— Мы не знаем истинного предназначения Золотого Трона. — Спокойно заметила Джоана, посмотрев на Симону. — Мы можем только предполагать, что он служит для поддержания жизни Императора и только, а хранение сознания не входит в его функционал. Или же это было сделано сознательно, или же механикусы не смогли вернуть к жизни нашего Правителя только по одной причине — нет подходящего сосуда, в который можно было влить этот разум. Вероятно, функции Золотого Трона весьма превосходят возможности этого объекта, которые весьма ограничены, точно мы этого не знаем. Но в той ситуации у находящихся возле раненого Императора могли возникнуть вполне конкретные пожелания.

— Это какие же? — повысив голос, спросила канонисса. — Пойти против воли Повелителя?

— Власть развращает. — Просто сказала Джоана. — И расстаться с нею ой как не просто. Сейчас Лорды правят от имени Императора, а если бы он продолжал управлять Империумом, с его мудростью и дальновидностью, то Глаз Ужаса уже давно был бы уничтожен вместе со всеми своими нематериальными порождениями. И это наводит на определенные мысли.

— Ересь! — воскликнула Симона, привычно хватаясь на рукоять болтера, но Хват, который был поблизости, придержал ее руку.

— Ищи кому выгодно. — Сказал за инквизитора огрин. — Включи мозги, Симона. Кто выиграл от того, что Император был заперт внутри такой же машины? — И, развернув женщину к себе, Хват заглянул ей в глаза. — У всех живых в этой галактике есть один враг — Хаос. Именно он подрывает государства изнутри, манипулирует правителями как куклами, играя в войнушку и получая на обед наши души и жизни. Не так давно я узнал о нем больше, чем следовало и понял одно — он не может существовать без нас. Без живых. Но и допустить своей гибели тоже не может, поэтому самые сильные сущности, вроде нашего Императора, представляют для него угрозу. Представь, что если он вернется, возродится, что тогда будет с Империумом? Новая гражданская война и передел власти? — на этот раз огрин смотрел на инквизитора. — Много смертей и много пищи для Темных Богов? Может быть именно этого и добиваются демоны, посылая нам весточки через псайкеров?

— Если подходить с этой точки зрения... по-твоему ничего не надо менять? — спросила огрина Джоана.

— Я не политик, а воин, для меня все это представляет большую головную боль. — Ответил огрин. — Возможно перемены необходимы, я не знаю, но они должны быть плавными, рубить с плеча в этом деле не стоит. По слухам в Империуме засилье бюрократии и коррупции, но и хорошего тоже много, люди работают и радуются жизни и очень не хотят ее краха по чьей-то ошибке. Мы нашли эту установку, отбили у темных, но сейчас сами не знаем, что с ней делать и к каким последствиям приведет ее обнародование.

— Ну вот, а говоришь, что не политик. — Усмехнулся Конот. — Язык у тебя хорошо подвешен и твои гвардейцы не зря выбрали тебя вождем, а это, к твоему сведению, ответственная должность. Судя по твоим словам ты против возрождения Императора?

— Я поддержу любое ваше решение. — Нейтрально ответил здоровяк. — Пока еще я и мои воины служим в гвардии в вашем полку, товарищ полковник и вы мой командир и оспаривать приказы — последнее дело. Что же касается Императора, то он, как несведущий человек, проспавший столько лет, может не разобраться и начать наказывать невиновных и что тогда? Так ошибка, допущенная очень давно, приведет к еще большим проблемам и Хаос ими обязательно воспользуется. И другие ксеносы в том числе. Не забывайте также про тиранидов — врагов у людей много и ослабление централизованной власти явно не пойдет нам на пользу.

— Или тау. — Кивнул полковник. — Вот кто может попировать на костях Империума. — Он посмотрел на инквизитора. — Что думаешь? Прав огрин или нет?

— Устами младенца. — Выдохнула Джоана. — Наша находка может встать кому-то поперек горла и весьма существенно, так что мое предложение — не болтать об этом, пока не разберемся полностью в ее возможностях.

— Все это может быть хитрый план ксеносов, чтобы поссорить нас. — Выдохнула Симона, успокоившись. Почему-то Хват благотворно воздействовал на нее, быстро приводя в форму и встряхивая мозги. — Мы услышали об этой штуке от дальновидящей, что если она специально привела нас сюда? Ведь такая находка, по вашим словам, может расколоть Империум!

— Пожалуй, я соглашусь с доводами канониссы. — Нехотя проворчал полковник. — Странно, что на том корабле оказалась именно та дальновидящая, которую мы повстречали на той планете.

— Не думаете ли вы, что она заражена Хаосом? — спросил Хват. — И все это спланированная изначально акция одного из демонов?

— Вряд ли. — Покачала головой Джоана. — Демоны, конечно, хитрые и изворотливые твари, но чтобы проиграть такую многоходовую комбинацию нужно быть невероятного ума и удачливости и как минимум одним из Темных Богов.

— Демоны живут в варпе, а мы пользуемся им для путешествий. — Произнес задумчиво огрин. — Что если кто-то из них СПЕЦИАЛЬНО позволил нам услышать сигнал о помощи с грузового корабля, где находилась дальновидящая, а остальное мы сделали уже сами?

— Это мог быть не демон. — Твердо произнесла Симона, оглядев всех, которой в голову пришла неожиданная мысль. — А сам Бог-Император!!

Джоана чуть не поперхнулась от нахлынувших на нее эмоций, пока остальные переваривали сказанное и только начинали соображать, что к чему, благоговея от того, что, возможно, их коснулась воля высшего существа. Канонисса сама поразилась глубине своего прозрения и пребывала в похожем эмоциональном состоянии также как и инквизитор. Один Хват только хмыкнул — тупоголового громилу ничем невозможно было пронять.

— Тогда это он требует нашего вмешательства в свою судьбу. — Произнес он. — Неслучайно мы оказались именно здесь и именно в этом месте, да еще и при поддержке дальновидящей. Значит, Император не против своего возрождения?

— Скорее, он надеется на него. — Задумчиво произнесла Джоана. — Теперь мне понятно, почему он не явил свою волю Высшим Лордам. — И посмотрела на Конота.

— Трудно просить о помощи своих тюремщиков. — Мрачно ответил тот. — И что нам теперь делать? Раз уж теперь наши судьбы тесно переплетены с Императором, то нам нужно быть осторожными — на Терре ни в коем сулчае не должны узнать о подобной находке.

— Или же наоборот, наша задача сделать это так, чтобы власть имущие не смогли проигнорировать ее. — Джоана склонила голову на левое плечо. — Воля народа сильнее воли Высших Лордов, узнав о том, что Император может быть возрожден, народ потребует немедленного проведения ритуала и если его не случится, то самые ярые почитатели Императора пойдут войной на Терру и это приведет к колоссальной гражданской войне. — Инквизитор снова задумалась и вздохнула. — Здесь нужно быть осторожными, ты прав, но и похоронить эту находку мы не можем — темные про нее знают и будут пытаться ее отбить, выяснив, что люди не стали перебрасывать сюда войска для охраны. Здесь необходимо основать гарнизон, форпост Империума и со всей тщательностью охранять его, а протащить такое через Администратум без внимания Инквизиции или одного из Лордов — проблема.

— Сперва нужно разобраться, работает ли это оборудование. — Прогудел Хват.

— Оно исправно. — Отозвался Док. — Техножрецы уже запускали реактор, но так и не разобрались, как управлять процессом — инструкций вообще не осталось, а из пиктограмм много не узнаешь — нужны эксперименты.

— Для этого у нас есть головастая сестра Пронатус. — Симона посмотрела в сторону выхода из пещеры, откуда уже спешила Стефания со своим сундучком, а рядом с ней топали сестры охраны. — Только ей о ваших догадках ни слова — она весьма болтлива и может ненароком брякнуть что-то важное.

— Само собой. — Кивнула Джоана. Тут она была полностью согласна с канониссой.

— Где ОНО?!! — счастливо улыбаясь, произнесла Стефания, пробираясь между трубами лесов. — Немедленно проведите меня!!

Симона широким жестом указала на табличку и Док повернул свой фонарь, чтобы тот ярко осветил надписи. Стефания поставила сундучок, открыла его, доставая пару брошюр — краем глаза Хват обратил внимание, что там было множество различных написаний на древних языках с переводом на готик, а в сундучке, помимо кисточек и щеточек для раскопок корешками торчали словари. Сестра надвинула на глаз увеличительный визор и тщательно стала изучать письмена. Полковник Конот наклонился к Джоане и что-то зашептал ей в ухо, изредка фыркая.

— Ну-ка тихо! — неожиданно командным голосом произнесла Стефания и полковник даже отпрянул, а канонисса и инквизитор с остальными усмехнулись. Разве что Винт, Док и Токс не выказали никаких эмоций. Двое были аугментированы по самую головешку, а второй лишен такой возможности в силу своей профессии. — Не мешайте мне!

— Идем, оставим эту особу заниматься важными делами. — Джоана поманила всех за собой и группа быстро ретировалась, оставив сестру и ее охрану на месте. — От полковника Конота поступило предложение оставить сто второй полк здесь для охраны. — И посмотрела на канониссу. — Но у нас есть еще незаконченное дело, начатое вами.

— Разве может оно сравниться с самим Императором? — вопросила Симона. — Чаша лежала столько лет ненайденной, полежит и еще.

— Кроме поиска Чаши вы должны выяснить, почему огрины именно такие, какие есть. — Инквизитор указала на Хвата. — Не удивлюсь, что на их планете под ледяной твердью спрятан комплекс, подобный этому.

— Его бы давно обнаружили.

— Этот наши сканеры не смогли увидеть. — Парировала Джоана. — Только видящие эльдар способны на это, а значит, что Воэйра и ее ученица отправится с вами.

— Ни за что! — Симона снова начала гневаться.

— Вы знаете канонисса не хуже меня, что долг превыше всего. — Четко и по-военному произнесла Джоана. — На вас возложена Санкторумом важная миссия, так что выполняйте ее. И лишних пассажиров на вашем корабле явно не будет. — Она посмотрела на огрина.

— Вы хотите разделить войска? — спросил тот. — Но мы ведь пускай и отдельная штурмовая рота, но входим в сто второй пехотный полк. Как же быть с нами? Организовать перевод?

— Хват, сынок, можно тебя на пару слов. — Конот отвел парня в сторону и начал ему что-то втолковывать, — ... теперь понял?

— Ну если так обстоит дело, то да, я согласен. А как же вы здесь? Не подставим ли мы вас?

— Мы справимся. — Убежденно произнес полковник. — А если возникнут ненужные вопросы, то твое подразделение целиком и полностью погибло в результате штурма грузовика. Поверь, я прекрасно умею писать отчеты и рапорты, а инквизитор их заверит свой печатью, чтобы все было официально задокументировано. И я надеюсь на тебя в будущем — не подведи.

— Что ж, будет сложно их убедить, но я попробую. — Проворчал Хват. — И можете на нас рассчитывать целиком и полностью — я сделаю, как вы просите. Перед нами стоит общая задача — отражать атаки Хаоса и если для этого нужно заключить союз, то я согласен.

— Не пробуй — делай. — Конот бы положил руку на плечо огрина, но был слишком мал для этого, поэтому просто похлопал громилу по доспеху.

— А как же наш комиссар? — вспомнил Хват. — Девочка привязалась к нам, для нее будет слишком огорчительно слышать такое.

— Не волнуйся, у нее впереди еще вся служба. — Улыбнулся Конот. — Я уже подписал рапорт Марша. Канонисса, вы пошли навстречу сестре Катерине в ее просьбе? — громко спросил он.

— Вы ведь не задавая вопросов демобилизовали своего комиссара, так почему я должна запрещать моему заму быть счастливой? — вопросом на вопрос ответила Симона. Присутствующие здесь были в курсе происходящего, так что для них это не являлось секретом. — Мне интересно, как вы будете выпутываться из этой истории? — она указала на пирамиду.

— Предоставьте это мне. — Заявила Джоана. — Есть два варианта действий, официальный и неофициальный и от нашего выбора зависит не много ни мало будущее человечества. Точно также как и от вашей миссии. Вы ведь Чашу повезете на Терру?

— Нет, я собиралась доставить ее в Санкторум на Офелию, как и предписано.

— Вы повезете ее на Терру. — Прямо сказала инквизитор, глядя в глаза Симоне, у инквизитора в голове уже сложились наметки плана. — Не беспокойтесь, вас это не заденет никоим образом. Просто доставите сразу в Главный Храм.

— Меня уже столько раз задевали, что обвинением больше, обвинением меньше — без разницы. — Ответила Симона. — Тогда, может быть, поделитесь своими мыслями?

— Для начала нам нужно точно узнать исправно работает эта машина или нет, а потом на этом основании строить планы. Иначе все это превратиться в колоссальный пшик.

— Согласен. — Кивнул Конот. — Сейчас все зависит от механикусов и сестры Пронатус — все инструкции темные сожгли или забрали с собой, мои гвардейцы ничего не нашли.

— Один из техножрецов успел их записать себе в память. — Произнес Док. — Данные можно распечатать -я схожу.

— Займись этим. — Джоана посмотрела на Симону. — А вы пока погодите отправляться в путь, мне нужно дать кое-какие инструкции.

— Я и не собиралась прямо сейчас вылетать, я ведь не могу оставить здесь ту, из-за которой поиски Чаши и начались! — ответила канонисса. — Мне сестра Пронатус гораздо нужнее чем вам — сделает перевод и возитесь с этой пирамидой дальше сами!

— Что ж, иного ответа я и не ожидала. — Усмехнулась инквизитор. — Когда сестра закончит перевод, то вы немедленно вылетаете. Это приказ. К этому времени мы будем знать все что нам нужно. Надеюсь. Если же данные не будут полны, то я свяжусь с вами по зашифрованному каналу. — Джоана протянула скрэмблер и канонисса недоверчиво приняла его.

— Хорошо. — Согласилась Симона и покинула пещеру — ей предстояло отдать кучу приказов, чтобы сестры прекратили разворачивать боевые порядки и просто помогли солдатам окопаться.

— И еще. — Окликнула ее Джоана. — Не забывайте, что эльдары полетят с вами, без их помощи вы не сможете отыскать то, что ищете.

— Ноги ксеноса не будет на моем корабле. — Симона была упряма как огрин.

— Но ведь Хват там уже побывал. — Заметила Джоана. — А его легко можно назвать ксеносом — он гораздо сильнее отличается от людей, нежели ушастики. Вы не находите?

Канонисса скрипнула зубами — проклятая инквизиторша и тут смогла победить ее в словесной перепалке. Что ж, стоит признать, что она права и без помощи эльдарской дальновидящей поиски Чаши и скрытого во льдах древнего комплекса будут чрезвычайно сложными. Если он там вообще есть, да и Симона сомневалась, что Чаша находится именно на этой планете — миров в галактике миллионы и множество из них подходит под искомые параметры. Канонисса кивнула инквизитору напоследок и поднялась наверх, чтобы глотнуть воздуха, смешанного с дымом взрывов и напалма — ее успокаивал его пьянящий вкус. Конот посмотрел на Джоану.

— Думаешь, она нас не сдаст? Сейчас мы натурально ведем себя как еретики.

— Заметь, именно она высказала эту мысль и я склоняюсь к тому, что упрямая святоша права. — Ответила ему инквизитор. — Токс, у тебя ведь остались знакомые в охране дворца и чертежи его помещений? — Убийца кивнул. — Вот и отлично. Для тебя тоже будет задание чрезвычайно сложности и важности и от него зависти будущее Империума. Справишься?

— Я отдам жизнь за Императора. — Глухо произнес ассасин.

— Жизнь не надо, ее наоборот нужно сохранить и от твоих умений будет зависеть многое.

— А если не выйдет? — спросил полковник. — Что если они уже давно уничтожили его сущность?

— Если бы они это сделали, то тело немедленно бы умерло. — Ответила Джоана. — Душа и сознание, называй как хочешь, может существовать отдельно от организма, но вот последний — нет. А раз Император до сих пор жив, то механикусы намеренно сделали так, чтобы его нельзя было вернуть. И что это означает?

— Что союз между Марсом и Террой связан не только договором, но и страшной тайной, заставляющей держать их язык за зубами. — Мрачно отозвался Конот.

— Тогда официальный вариант отпадает и остается неофициальный. — Кивнула сама себе Джоана. — Возможно сейчас мы совершаем огромную ошибку, за которою нас проклянут потомки, но если оставить все как есть — не приведет ли это к еще большему краху? Хаос наступает и постепенно одерживает верх, сила веры слабеет, все больше Империум погружается в бездну коррупции и мракобесия, а это означает только одно — конец могущества человечества. Нужен толчок и весьма существенный, чтобы взбаламутить воду того болота, в которое превратилось общество. И мы дадим им этот толчок.

— Получится ли? — Спросил, пожав плечами полковник. — Мы ведь всего лишь пехотный полк, обычные люди, даже не космодесантники, а затеяли такую важную операцию. Превозмочь подобное способны только примархи — истинные сыны Императора.

— На плечах обычного гражданского человека держится вся государственная машина Империума, а ты говоришь, что ничего не можешь? — усмехнулась Джоана. — Космодесантники и примархи — всего лишь инструмент в руках Императора, точно также как и все остальные. Они не решают — они воюют и исполняют приказы. И, найдя подобную конструкцию, тут же доложили бы наверх и с честью выполнили приказ. Те времена, когда примархи проявляли инициативу уже давно прошли, точно также как и сами они канули в лету. И рассчитывать на их помощь мы не можем, скорее наоборот, это для нас наступит Темная Эра.

— Кстати о темных, вспомни, один из них говорил, что есть еще такие комплексы, не получится с этим, можно будет разыскать другой.

— Проще сказать, чем сделать. — Вздохнула инквизитор. — И когда все вдруг стало таким сложным?

— Наверное, как только ты родилась в Империуме. — Засмеялся Конот.

— Шутник. О, сестра Стефания идет, прямо подпрыгивает.

— Я смотрю, ее распирает от желания поделиться информацией.

— Это невероятно!! — начала вопить та еще издалека. — Вы представляете, что подобная технология была разработана еще в пятом тысячелетии?!! И она действовала!! Давайте же скорее вскроем гробницу!!

— Как ты сказала? Гробницу? — переспросил Конот и посмотрел на инквизитора. — Пахнуло некронами.

— Эмм... — запнулась Стефания, — возможно, древние использовали некоторые их технологии для создания подобного устройства, но вероятность этого низка — некроны редко идут на контакт.

— Ага, в основном они в тебя стреляют. — Хмыкнул полковник. — И что же там было написано на табличке? — вернул он разговор в нужное русло.

— То, что эта машина первоначально установлена здесь корпорацией "Кронос" как резервный пункт для их директората. Следуя логике, они должны прибыть сюда в случае какого-либо конфликта, угрожающего их жизни и, получив новые модифицированные тела, продолжить руководить активами. Как-то так.

— Что за модифицированные тела? — спросила Джоана.

— Они хранились замороженными в гибернаторных кабинах, постоянно заменяясь, потом, в триста семьдесят четвертом десятого тысячелетия были модернизированы до стазисных полей, затем только проходили профилактику до восстания железных людей. А это произошло одиннадцать тысяч лет назад.

— Хочешь сказать, что там до сих пор томятся эти мутанты? — спросила инквизитор.

— Ну да. — Кивнула сестра. — Правда здорово?!!

— И что, все это было написано на табличке? — спросил Конот. — Как-то слишком подозрительно, чтобы быть правдой.

— Табличка — краткая инструкция пользования машиной, — пояснила Стефания, — на ней также есть отметки о проведенных профилактических работах, из которых я и узнала, кто ее построил. Сначала она принадлежала корпорации "Кронос", потом что-то произошло и ее перекупил "Эос", который установил ретрансляторы сигнала для удаленного управления и маскировочные генераторы, а уже потом машина попала в руки "Даля" и приобрела нынешний вид.

— И чем занимались все эти корпорации? — спросила Джоана.

— Я не знаю, в архивах по ним мало информации. — Пожала плечами Стефания. — Известно только, что в древности Террой владели мегакорпорации, которые регулировали численность населения и следили за всем, что происходит в галактике. Их руководители долгое время пребывали у власти, используя фиктивные выборы и такие вот машины для переноса сознания, они называли проводимую процедуру "Преображение". Многим не нравилась бессменность в вертикали власти и они сами пытались создавать свои империи и объединения под флагами других корпораций и часто ходили войной друг на друга. Пример Некромунды тому подтверждение, они до сих пор сохранили свое влияние на системы и входят в Империум как союзник.

— Было очень познавательно узнать о своем прошлом, но сейчас нас интересует будущее. — Произнесла Джоана. — Эти модифицированные клоны... их можно активировать?

— Вероятно да. — Кивнула Стефания. — Собственно, темные здесь именно этим и занимались — техножрецы пытались разобраться как управлять этой штукой, а темным нужны были рабы для экспериментов. Вот зачем они напали на колонию — скормив несколько сот жизней, они бы отточили технологию переноса сознания до блеска, а захватив оборудование по производству клонов — смогли бы жить вечно, переселяя свое сознание.

— Мы уже сами догадались. И ты думаешь, что никто так больше не делал? — удивился Конот. — Если корпорации владели такими штуковинами, то их руководители по сути жили вечно, ведь так?

— Наверное, так все и было. — Пожала плечами Стефания. — Я не знаю.

— Выходит, человечеству помогло восстание Железных Людей. — Сделала свой вывод инквизитор. — Все что ни делается — все к лучшему.

— Давайте посмотрим, есть ли там чье-то сознание! — сестра Пронатус горела энтузиазмом.

— Не торопись, машина может быть опасна. — Произнес молчавший Док. — Сперва все нужно тщательно изучить. Я так понимаю, что мы здесь надолго?

— Да. — Кивнула Джоана. — Приступайте к работам, а мне нужно тщательно подумать над следующими шагами.

— Там есть еще одно упоминание. — Произнесла Стефания. — Про некоего профессора Семенова-Ланцова, создателя теории переноса души. На основе его формул и выкладок была создана эта машина. Его имя выбито на табличке и у меня создалось впечатление, что это дань памяти этому великому ученому.

— Нам это вряд ли поможет, но если ты переведешь архивы, которые записал техножрец, то я буду этому очень благодарна.

— О, я так и сделаю, спасибо! Где они?! — Док указал механодендритом и сестра тут же поспешила к кучке выживших механикусов. Конот посмотрел ей вслед.

— Если бы все так горели энтузиазмом. — Выдохнул он. — То чего человечество могло бы достичь!

— Мы уже достигли однажды. — Напомнила ему Джоана. — Теперь наша задача сохранить хотя бы остатки былого величия. И пример перед глазами — эльдары.

— Кстати о них, дальновидящая очнулась от сна и сейчас идет прямо к нам. — Сообщил полковник. — И по-видимому имеет тебе что-то сказать.

Воэйра приблизилась к инквизитору, ее глаза рассеяно пробежали по замершей свите — члены группы Джоаны уже не воспринимали дальновидящую так враждебно, как раньше. Эльдарка посмотрела на инквизитора и сказала:

— Я знаю, что мы вынуждены расстаться и это событие печалит меня, потому что мой долг перед вами, инквизитор, еще не выплачен.

— Ничего страшного, я освобождаю вас от обязательств. — Ответила Джоана. — Вероятно, вы уже знаете о моей просьбе?

— Я буду медитировать денно и нощно, чтобы выяснить точные координаты расположения комплекса. — Заверила Воэйра.

— А вы уверены, что он есть на планете огринов? — спросила удивленно Джоана.

— Во время моей медитации мне открылось туманное видение. — Ответила безмятежно дальновидящая. — И оно несет тревогу и отпечаток Хаоса. Мой долг таков же как и ваш — отражать все его атаки и препятствовать проявлениям. И я выполню его с честью. Что же касается комплекса, то вы прав в одном — природа огринов искусственна и должна быть изучена.

— Я все слышу. — Произнес Хват, который стоял неподалеку. Он по связи отдал приказ собраться возле выхода из пещеры и теперь просто ждал, пока его воины выползут из своих укрытий. Те не особенно торопились, сдавая свои посты гвардейцам.

— Не воспринимайте мои слова как оскорбление. — Заверила его Воэйра. — Каждый должен знать свои корни, ведь без прошлого нет будущего.

— Согласен. — Проворчал огрин. — Вы идете, дальновидящая?

— Сейчас. — Кивнула та и обратилась к Джоане. — Запомните мои слова, инквизитор. Близкий враг может стать другом, близкий друг обратиться врагом. Доверяйте своим чувствам. — Воэйра посмотрела на Мурзика и улыбнулась. — Ну и своему компаньону, конечно. — Эльдарка присела на корточки. — Давай прощаться, мягко шагающий мохнатый друг. — Гиринкс приблизился к дальновидящей и ткнулся ей в лоб, когда та встала на четвереньки. Конот смотрел на эту картину с воодушевлением, наблюдая как ксенос ползает перед животным и только потом до него дошло, что Мурзик не совсем зверь. Скорее разумный ксенос, выглядящий как крупная домашняя кошка. И потом, эльдарка сейчас с ним общается напрямую и, возможно, вкладывает в его голову какую-нибудь пакость. Хотя последнее время дальновидяшая помогала им и сейчас полковник уже не был так уверен в ее гадливости, чего нельзя сказать о темных родственничках. Но он все равно будет следить за котом. Гиринкс отпрянул от эльдарки и посмотрел на инквизитора, мяукнув при этом.

— Сожалеешь о том, что необходимо расстаться? — спросила та, прекрасно понимая чувства компаньона и друга.

— Мы еще можем увидеться, инквизитор, если на это будет воля Богини. — Воэйра встала и поклонилась Джоане. — Я благодарю вас за предоставленный мне кров, помощь колонии Ушедших и эти ноги, моя плата еще не исполнена и я приложу все усилия, чтобы помочь вам.

— Вы поможете сестрам найти то, что они ищут и после вернетесь. — Произнесла Джоана. — Ваше присутствие очень нам пригодится.

— Не сомневаюсь. — Воэйра снова поклонилась и поспешила к огрину, который ждал ее у выхода. Она знала, что громила переживал за ее безопасность, вроде как считая себе ответственным за ее жизнь. Забавно, мутант, который заботится о ксеносе, но дальновидящую это не забавляло, она ощущала, что огрин относится к ней как с соратнику, на которого можно положиться в бою и это отношение много стоит, не каждый заслуживает подобного. И что же заставляло громилу так относиться к эльдарке, Воэйра не знала, ибо прочитать глубинные чувства огрина она не могла.

Переселение огринов на корабль сестер битвы прошел банально и буднично — взяли вещи, сели на челнок и заселились в новые казармы. Хорошо, что суда строили по единому стандарту и потолки везде были высокие, так что ходить согнувшись не пришлось. Когда Хват рассказал, что гвардейцы летят на родину, это восприняли с серьезным воодушевлением, однако командир напомнил, что служба на этом не заканчивается.

— Нам оказали услугу и позже придет время платить по счетам. — Сказал Хват. — Но перед этим нужно разобраться с нашими внутренними проблемами и в этом полковник целиком полагается на нас. Ведь вы не забыли с чего начался наш путь в гвардию?

— Нет. — Мотнул головой Жила, оглядев насупившихся воинов. — Каждому воздастся по делам его.

— Именно. — Подтвердил Хват. — Берем все вещи и переселяемся на корабль к сестрам — они доставят нас домой.

Эмилия подошла к своей койке и привычно начала собирать вещи, однако знакомая рука придержала ее. Комиссар непонимающе уставилась на огрина.

— А вас я попрошу остаться. — Улыбнулся тот, после чего посерьезнел. — Правда, ты остаешься.

— Как? — не поняла девушка. — Я же с вами! Я же приписана к вашему подразделению!

— Уже нет. — Огрин вытянулся в струнку. — Поздравляю, Эмилия Кармайкл, вы теперь полковой комиссар.

— Это шутка такая, да? — с надеждой в голосе спросила девушка.

— Ничуть. — Покачал головой Хват. — Приказ полковником Конотом уже подписан и завизирован инквизитором. В отсутствии органов власти вышестоящие офицеры имеют право самостоятельно принимать решения о кадровых перестановках, назначать офицеров на новые должности и снижать в звании. Комиссар Марш с этого момента уже не является полковым комиссаром, так что его место должна занять ты.

— Но почему? — в глазах Эмилии начали появляться слезы, а руки предательски задрожали, выпустив из ослабевших пальцев вещмешок.

— Каждый из нас имеет право на толику личного счастья. — Огрин пожал плечами. — Комиссар Марш и Превосходящая сестра Катерина решили пожениться, осесть на какой-нибудь планете Империума и создать семью, новую ячейку общества.

— Вот так просто? — удивилась девушка.

— А чего тянуть? — не понял Хват. — Они оба взрослые люди, многое повидали, Марш отдал Империуму и гвардии почти всю свою жизнь, так пускай хоть напоследок насладиться покоем. Хотя... — огрин подумал о хаоситах и культистах, — все может измениться и не в лучшую сторону. Полковник уже подписал его прошение об отставке, а канонисса сделала то же самое для своего зама. Приятно, когда тебе идут навстречу.

— Но как же я теперь? — спросила Эмилия. — Вы меня бросаете?!

— Никто тебя не оставит. — Хват сгреб своими огромными ручищами хрупкую мелкую девчушку и прижал к себе, словно делясь душевным теплом. — Мы еще встретимся, я тебе обещаю. К тому же, ты будешь не одна, Веснушка останется с тобой, ведь она твой адъютант и помощник, а с этой должности ее никто не снимал и я делать это не собираюсь. Она будет тебе напоминать о нас. И потом, — Хват порылся в кармане и вынул оттуда деревянную поделку, круг с искусно вырезанным на нем символом — обоюдоострый топор выглядел как настоящий, — это тебе. От меня. Когда станет очень плохо, просто приложи к нему руку и тебе станет легче. Гарантировано работает, запатентованное огринское колдунство. — Он улыбнулся и надел Эмилии шнурок с оберегом на шею.

— Что это? — комиссар разглядывала изображение.

— Я сделал его сам, а Веселушка заговорила на тебя. — Серьезно сказал Хват. — Он действительно помогает в трудные минуты. Носи его не снимая, от выстрела из пушки ороков и лазгана он, конечно, не защитит, но от воздействия варпа — легко. Уроков самообороны не забывай, постоянно тренируйся, у тебя теперь для этого личный спарринг-партнер есть. — Огрин снова улыбнулся и вытер скатившуюся слезу по щеке девушки своим толстым пальцем. — Долгие проводы — лишние слезы. Прощай, комиссар Эмилия Кармайкл, даст Бог еще свидимся.

— Пусть тебе благоволит Небесный Кузнец, придаст сил в трудную минуту, а Мать-Благодетельница залечит твои раны. — Ответила Эмилия, вспомнив слова, которые как-то раз произнесла Веснушка. Хват внимательно посмотрел на девушку и ответил.

— Легкой тебе дороги, дочь рода человеческого. Да растают снега на твоем пути, а лютый холод и дикий зверь обойдет стороной. — Огрин поклонился, прижав правую руку к груди и, развернувшись, вышел из помещения. Его воины самостоятельно грузились в челнок, Жила был в курсе, что он хочет сделать для комиссара, так что казарма очень быстро опустела, оставив их одних.

Эмилия смотрела вслед этой уходящей огромной спине с вещмешком на плече и никак не могла сдержать слез. На плечо ей легла мягкая ладонь.

— Не стоит горевать о том, что неизбежно. — Произнесла Веснушка. — Я же остаюсь с вами. — Она оглядела пустую казарму. — Пожалуй, теперь вы достойны отдельных апартаментов.

— Говори мне ты. — Эмилия повернулась к девушке, вытирая слезы. — Когда мы одни. Ведь ты сейчас чувствуешь то же что и я, я знаю, и это очень тяжело.

— Не нужно таскать камни на душе — их нужно немедленно сбрасывать, иначе они утянут тебя на дно, во тьму горечи, обиды, тревоги и страха. — Веснушка улыбнулась. — Хват и мне оставил подарок.

— Какой же?

— Надежду. — Ответила девушка, глядя вслед великану, что уже свернул на посадочную палубу.

Командиру расстаться со своими людьми было еще сложнее, но Хват хотя бы в общих чертах представлял себе задумку инквизитора и заверил Джоану, что постарается выполнить все ее просьбы. Не хотелось влезать в сложившийся переплет, а придется, думал огрин, раздеваясь до пояса — на корабле сестер было жарко и он хотел попросить канониссу включить кондиционеры, дабы воины не размякли в такой жаре. И интерес к нам Лорда-инквизитора нужно пресечь на корню, ведь быть пешкой в чьей-то большой игре не было ни малейшего желания. Джоана хотя бы озвучивала свои планы и просила высказывать мнение офицеров по их поводу, тогда как скрытые кукловоды просто дергали за ниточки из-за кулис, а Хват привык думать, что он сам кузнец своей судьбы. Нет, приказы он оспаривать не собирался, но повлиять на их исполнение — мог. И собирался делать это и впредь. Сейчас перед ним лежала тяжелая задача — объединить кланы, привести их к единому знаменателю, до кучи помочь сестрам и разобраться с зарождением огринской жизни на их планете. Теперь, зная, что в галактике есть генокрады и тираниды, ему самому стало интересно, когда же эта погань свалилась им на головы. И некоторые мысли по поводу появления огринов уже появились в его голове, особенно после того, как сестра Магнолия под давлением канониссы показала Хвату все данные со сканеров и когитаторов. Осознавать, что ты чей-то эксперимент было неприятно, но под прессом из фактов сильно не попрыгаешь, так что правду нужно просто принять. Он смог, смогут и другие. Сейчас, главное, добраться до поселка, выяснить, что там происходит и разобраться с Верховным, который слишком много на себя берет.

На пороге казармы появилась сестра битвы и уставилась на полуголых громил.

— Эм, кхе-кхе! — кашлянула она, привлекая к себе внимание. Была она молоденькой девушкой, пришедшей с новым пополнением из Схолы, так что в бою огринов как следует еще и не видела, а те немногочисленные схватки на поверхности эльдарской колонии не в счет — там пришлось больше побегать по улицам, выискивая спрятавшихся наемников, даря им очищающий огонь. Предавать их военно-полевому суду имели право только вышестоящие сестры, а обычные воины только стреляли по команде, так что когда канонисса послала ее за командиром огринов, то девушка с воодушевлением восприняла этот приказ. — Канонисса Ганн желает видеть командира штурмовой роты огринов в своем кабинете! — звонко озвучила она слова командира.

Один из полуголых громил встал и подошел к сестричке. Она чуть отступила перед его тушей, ожидая, что ее носа коснется противная вонь его немытого тела — пот так и блестел на коже здоровяка. Однако этого не произошло — от мужчины несло слабым запахом оружейной стали и кожи. Сами сестры иной раз пахли гораздо "ароматнее" и не всегда напалмом.

— Форма одежды парадная? — он ухмыльнулся и его настоящий глаз весело смотрел на девушку.

— Я не знаю. — Пролепетала та, вспоминая указания на этот счет.

— Расслабься. — Успокоил ее громила. — Подожди пока, мне нужно одеться. — Он вернулся к койке и начал рыться в своем безразмерном мешке.

— Что случилось? — спросил его Молчун на огринском языке, чтобы сестра не поняла.

— Не знаю. — Пожал Хват плечами, одевая брюки костюма, сшитого тем ратлингом на столичной планете. Тот как знал, что его изделие порвется, поэтому сделал два комплекта. — Вызывают к начальству. Заодно скажу канониссе, что тут слишком жарко — пускай включат кондиционеры. Наверное, хочет узнать, где проводить высадку. — Огрин усмехнулся. — Она еще не знает, что вниз не пойдет — там ее хрупкие ножки вмиг подломятся под двойной гравитацией, даже протезы не спасут. — Молчун на это захохотал.

— Долго там не задерживайся. — Произнес он и подмигнул. — А то ты и так слишком часто проводишь время в ее обществе.

— Если ты намекаешь на мою с ней интрижку, то ты не прав. — Ответил Хват, сунув руки в широкие рукава пиджака. — Канонисса, конечно, женщина приятная во всех отношениях, но она человек и служитель культа Бога-Императора, а я — простой мутант с ледяной планеты, у нас по определению не может быть ничего общего. — Он застегнул единственную пуговицу, подхватил нож, ловко перебрал его в пальцах и сунул в рукав, закрепив петелькой. — И потом — размеры решают все, пускай она и подходит мне по росту. Ладно, я пошел.

Молчун только кивнул. Он единственный остался из старого состава отделения Хвата и с этим нюхачом у огрина сложились отличные приятельские отношения. И еще была Веселушка, его головная боль и заноза в заднице. Все он понимал, но против правил пойти не мог, раз уж сам их установил. И выступал гарантом их исполнения как вождь.

Сестра, согласно приказу, провела громилу по кораблю к кабинету канониссы и встала под дверью. Створка зашелестела, отворяясь, и огрин вошел внутрь, в полутемную комнату. Еще с порога он разглядел большой стол и стоящие на нем горящие свечи, блюда с кушаньями были четко по линии расставлены, две бутылки со спиртным заняли свое центральное законное место. А напротив двери за столом сидела Симона, переодетая из привычной брони в вечернее платье. Она положила подбородок на кисти рук, упершись локтями в стол, и встрепенулась, как только дверь открылась. Улыбка сама появилась на ее лице, исказив физиономию, превратив губы в оскал хищника и Хват усмехнулся, заметив, что канонисса вспомнила об этом и снова приняла привычный строгий вид.

— Может быть мне сделать пластику? — спросила она, подняв бровь. — Убрать эти шрамы?

— И лишиться такого необычного шарма? — вопросом на вопрос ответил Хват, закрывая дверь и отодвигая стул, собираясь присесть.

— Запри дверь. — Попросила канонисса, глядя в глаз огрина — Я не хочу, чтобы нас побеспокоили.

— Ладно. — Щелкнул замок. — Я думал, что то платье испорчено окончательно и бесповоротно еще на шумном приеме.

— То же самое я могу сказать и о твоем костюме. — Симона склонила голову на правое плечо. — Ты заказал новый?

— Ратлинг был так любезен, что обслужил меня без очереди. — Ответил огрин, присаживаясь. Стул под ним скрипнул. — Надо было захватить табуретку с корабля полковника, а то переломаю тебе тут всю мебель. — Заметил он.

— Она рассчитана на таких тяжелых обормотов как ты. — Усмехнулась канонисса и вздохнула. — У нас было столько времени на Симилле сходить в ресторан или театр, но мы его предательски не использовали.

— Служба. — Пожал Хват плечами. — Ты принимала пополнение, я — новые игрушки, которые нужно было тщательно изучить и опробовать. И потом, уже то, что мы командиры, предполагает, что мы не принадлежим себе. — Он хитро посмотрел на Симону. — Что такое сказала тебе Катерина, раз ты ее так просто отпустила?

— Комиссар был очень настойчив. — Хмыкнула канонисса и махнула рукой. — Он нашел убедительные доказательства того, что его жизнь без любви моего зама обречена на провал.

— Даже так? — удивился Хват. — И кто теперь займет ее место?

— Я уже подумываю о том, кто бы занял мое. — И напрямую посмотрела на огрина, а тот чуть опешил, это было видно по глазу, но на каменной роже не дрогнул ни один мускул.

— Ты же знаешь, что это невозможно.

— Правда? И кто помешает мне? Твои огрины или эта девка из твоего отряда? Думаешь, я не вижу как она на тебя смотрит?

— Как на вождя и лидера, не более того. — Хват подался чуть вперед. — Симона, к чему этот разговор? Ты ведь понимаешь, что между нами не может быть ничего или... ты немного завидуешь Катерине?

— Да, черт возьми! — канонисса встала из-за стола. — Я словно проклятая, все вокруг меня находят свое счастье, но как только мне выпадает шанс на удачу, так Император поворачивается ко мне задницей! Первый оказался еретиком и культистом, второй вообще огрином!! — Она посмотрела на Хвата и в уголках ее глаз появились слезы. — Что со мной не так?!!

— Все так. — Громила встал и подошел к Симоне, обняв ее как недавно Эмилию, делясь с женщиной своим душеным теплом, успокаивая. Все огрины умели так делать — они ведь эмпаты от природы и канонисса выяснила это давно. Хват погладил волосы женщины, а та вдруг разрыдалась, уткнувшись ему в плечо. — Поплачь, тебе станет легче. У вас, женщин, все просто — обида вышла со слезами и вы успокоились. Мужикам сложнее.

— Это как? — шмыгая носом, спросила Симона.

— Для того чтобы душевно успокоиться мужику нужно убить. — Мрачно произнес Хват и захохотал в голос своей шутке. Канонисса неуверенно улыбнулась, а потом ударила кулачком в то же плечо огрина, о которое секундой ранее вытирала нос.

— Дурак! И шутки у тебя дурацкие! — Она сделала паузу. — Наверное, поэтому ты мне и нравишься. — Симона внимательно рассматривала шрамы на лице здоровяка. — Не красавец, другие посчитали бы тебя уродом, но природа не лишила тебя привлекательности.

— У меня мощная харизма. — Хват сделал морду кирпичом и мужественно поглядел вдаль, нахмурив брови. Канонисса захихикала.

— Будем считать, что сеанс психотерапии прошел успешно. — Изрекла она, возвращаясь на свое место. — Давай поедим, не выбрасывать же все это великолепие.

— Налить тебе вина?

— Только не до краев, все, хватит. — Остановила она услужливого огрина. — И что, ты действительно согласился с планом инквизитора? — с хитринкой спросила Симона.

— Если все обстоит именно так, как она рассказала, то выбор невелик. — Хват плеснул себе из бутылки, после чего ткнул пальцем в канониссу. — Любопытство твоих медсестер сослужило нам плохую службу — использовать такой ресурс захотят многие, а мой народ — ты уже убедилась в этом — слегка наивен и совершенно не разбирается в политической обстановке в галактике. И вертеть им очень просто — объяви поход во имя Императора и галактика сгорит в огне.

— Она и та уже пылает и костер то затухает, то разгорается вновь. — Симона отхлебнула вина. — Откуда же ты взялся, такой гений, родившийся на этом ледяном шарике?

— Не берусь утверждать, что я умнее половника или инквизитора, но кое в чем я соображаю. — Похвалил сам себя Хват. — Да и потом, ты знаешь, что делают с нами в учебке?

— Как-то не интересовалась подобным вопросом. — Ответила канонисса и с любопытством спросила. — Так что там делают? Секут розгами? — она захихикала.

— Не сочти мои слова ересью и не хватайся за лазпистолеты, что спрятаны у тебя в ногах, но все огринское пополнение проходит полный курс гипнограмм, которые вбивают в их головы священники церкви.

— И что? — не поняла Симона. — Разве это плохо?

— Наверное, я не так объяснил. — Хват чуть отхлебнул спиртное. — О, хорошее вино! Так вот, все мое подразделение попало к учебному офицеру Хольтцу по протекции так сказать. А он один из немногих, которые используют индивидуальный подход к обучению новобранцев, а не впихивают им в головы "мудрые" заветы священников. — Симона нахмурилась. — Мы не занимались строевой подготовкой, только чуть-чуть. В основном мы проводили время на стрельбище, на учениях в джунглях, в песках, во льдах. Изучали тактику ксеносов, их вооружение и технику, Хольтц учил нас как быстро их убивать, выучить наизусть все их уязвимые места, после чего определял специализацию каждого солдата в строю. Например, обычный мой воин может легко в поле починить лазган, если он сломается, превратить его батарею в гранату, в случае уничтожения оружия он может стрелять и использовать все, что есть под рукой, в том числе и вражескую пушку. Даже орочью.

— Это невозможно! — воскликнула Симона, пропустив мимо ушей слова про священников, — из оружия орков могут стрелять только орки!

— Не надо воспринимать их дикарями — для создания пушки из хлама нужны знания и Хольтц ими поделился. Да, зеленошкурые чего-то там орут в бою, подбадривая себя и прут толпами, но среди них есть такие же как я. — Хват ткнул себя пальцем в грудь. — Умные, умелые командиры и техники, которые направляют зеленую пехоту и руководят ею. Комиссар очень много воевал против орков и узнал их очень хорошо. Он говорил, что не в коем случае нельзя недооценивать противника, как это сделал тот же Патриарх, полностью полагаясь на численность. Как сказал Хольтц — орки, когда в меньшинстве, тоже начинают ловко соображать, устраивают ловушки и засады, совершают налеты и рейды, при этом теряя мало солдат. У них есть свои солдаты, диверсанты, летчики, танкисты и прочие специализации, а командиры достаточно умны, чтобы не переть напролом. Лишь когда их численность превысит определенную отметку, то тут они резко тупеют. Наверное поэтому остальные огрины, которые родом не с нашей планеты, достаточно тупые.

— А это тут причем? — не поняла Симона.

— Комиссар рассказал мне, что общая численность всех огринов на нашей родине по последнему отчету со сканеров колеблется от десяти до двенадцати миллионов человек. — Хват посмотрел на канониссу. — Представляешь? Огромный снежный шар, летящий в космосе и на нем всего двенадцать миллионов?!! Как такое возможно? Я размышлял над этим, но так ничего и не придумал. Даже если учесть высокую смертность и отправку части населения в гвардию, то прирост все равно должен быть, ведь проживаем мы на планете не одну тысячу лет, а численность неизменно падает. Иногда женщины долго не могут забеременеть или рожают только мертвых младенцев, от этого страдает весь род. — Хват погрузился в воспоминания. — Часть воинов погибает в схватках с людоедами или на охоте и род теряет защитников, как итог становится уязвимым и может полностью исчезнуть. Так случилось с моим кланом. — Огрин посмотрел на Симону. — Я — последний из рода. Все мои товарищи погибли, а родители вовсе пропали — комиссар так и не нашел их следов в учебке, а ведь Администратум подолгу хранит документы в архивах. Либо их отвезли в другую учебную часть, в чем я сомневаюсь, потому что рекрутов с нашей планеты забирает одно и то же судно, либо они остались там и сложили свои головы в неравной битве с хорошо вооруженным противником. — Хват даже сам не заметил, как согнул стальную ложку пальцами и Симона уставилась на испорченный столовый прибор. — И я догадываюсь, кто это мог сделать. — Он рассеяно посмотрел на ложку и выпрямил ее — на ручке остался изгиб металла. — Прости, я тебе ложку испортил.

— Техножрецы наштампуют новых — отдам эту в переработку. — Отмахнулась канонисса. — Значит, у тебя на родине появились важные дела перед тем, как тебя забрали?

— Просто я их отложил на время. — Кивнул огрин. — И мой долг — исполнить задуманное во славу рода.

— Последнее я слышу гораздо чаще. — Грустно произнесла Симона. — Слова про долг, честь, кодекс, закон. Как будто больше некому исполнять приказы, кроме нас.

— Тогда придется идти на сделку с совестью, а этого мы себе позволить не можем. И потом, кто же станет сражаться с врагами? — спросил ее огрин. — Ты уже убедилась, что Хаос — это не всегда орды демонов и мутантов, которые прут на лазпушки. Это еще и скрытые заговоры, тайные операции, исчезновения важных артефактов и документов из архивов. Я уверен, что Высшие Лорды изначально знали, что может Золотой Трон и специально не стали пробуждать Императора — достаточно было предложить ему тело одного из примархов, тот согласился бы с радостью.

— Возможно, ты прав. — Кивнула Симона. — Все эти недавние события заставили меня взглянуть на мир немного под другим углом. — Она усмехнулась. — Раньше все было просто — противник впереди и ты мчишься на него с мечом в правой руке и заряженным болтером в левой и твоя жизнь зависит только от собственных умений, удачливости и прикрытия сестер. Но недавно... я согласна с тобой, что Экклезиархия иногда перегибает палку, но происходит это в основном на местах, а не в Орденах в целом. Слава Императору, что мой младший орден подчиняется ордену, где канониссой моя старая подруга, не раз уже выручавшая меня. — Симона посмотрела на Хвата. — Мы учились вместе в Схоле, были наивными дурами, верящими в постулаты священников, бездумно выполняющими все их указания. Но когда я еще была обычной сестрой битвы, вроде той, что сейчас подпирает стенку моей двери в попытке подслушать что тут происходит — женщины, они, знаешь ли, везде одинаковы и любопытны до жути — так вот, я впервые столкнулась с несправедливостью. Тогда еще я не задумывалась над тем, что делаю — приказали, я выполнила. Нас высадили на одном из кардинальских миров — подавить гражданское восстание. Священники непомерно задрали налоги, части населения перестали выдавать ежедневный паек, заставляя работать до потери сознания и естественно люди взбунтовались. Церковь должна заботиться о своей пастве, а не доводить ее до крайности и смертельного истощения. Нам же просто сказали, что ересь проникла в их ряды и только очищающий огонь способен принести избавление. Ну... мы и очистили... — канонисса вздохнула. — Сначала бомбардировкой с орбиты, а потом в пешем строю тех, кто выжил. Как сейчас помню взгляды ненависти, которые на нас кидали гражданские, когда я направляла на них ствол лазгана. Тогда я действительно видела в них еретиков и культистов, которые восстали против Императора, но наша канонисса, едва мы приступили к зачистке города, как сейчас помню его название — Августград — захватила здание Администратума и подняла документы. Церковь в этом отношении ничем не отличается от Администратума — все фиксирует, в том числе кто сколько чего поставил кому-то. И тут правда вылезла наружу — чиновники от Экклезиархии приняли на себя обязательства, которые не смогли выполнить. А чтобы не нести штрафные санкции то сократили расходы. И население взбунтовалось. Своим приказом канонисса остановила нас и вызвала медботы госпитальер, чтобы помочь гражданским. Первосвященник был в ярости и немедленно приказал казнить еретичку, а ведь она только узнала правду и по своему праву собиралась предъявить тому обвинение. Но мы-то этого не знали! — Симона смотрела на Хвата, словно ища у него поддержки. — И такое поведение своей канониссы нам объяснили как касание ее длани Хаоса! Что она все время пряталась за маской верующей сестры! И я проглотила эту ложь! — женщина опустила голову. — Отринула доказательства, заставила себя поверить в лживую правду. А потом проглотила еще раз и еще и мой разум перестал мне повиноваться — я стала исполнительным болваном, чего от меня и добивались руководители. Я бездумно сражалась против гражданских, настоящими они были еретиками или нет, я уже не знаю, против ксеносов и Хаоса, и сама того не подозревая, погружалась в пучину фанатичного безумства. А когда сама стала канониссой, то... напрямую столкнулась с преступными приказами и должна была каждый раз делать выбор. И делала его. — Симона глядела на Хвата и в уголках ее глаз снова появились слезы. Огрин встал и переставил свой стул поближе к канониссе и приобнял ее, а та продолжала говорить, изливая душу, положив ему голову на грудь. — Шла против правды, против справедливости, понимая, что тону еще глубже. Даже пара случаев не смогли изменить моего состояния — я превратилась в бездушную Машину Покаяния. — Она взглядом нашла глаз огрина и искала в нем поддержку. — Я уже сама была готова физически стать ею, но забота о моих подчиненных сдерживала меня. Я бы так и утонула в этой бездне, если бы ты не протянул мне руку помощи. Я ведь желала своей смерти, я ждала ее, как избавление от душевных мук, поэтому и полезла в самую гущу схватки, мне было наплевать, сколько еретиков сражается против меня. Я забыла самое главное — ответственность за своих сестер, собственно, я уже не была той Симоной Ганн, которую помнила, а ее бледной тенью. А тут пришел ты и сломал все мои планы! — женщина отстранилась от Хвата, но потом снова прильнула к нему. — Ты не дал мне героически погибнуть и вытащил из той ямы, куда я провалилась. Поэтому первое время я на тебя злилась, я злилась на всех, на полковника, на ксеносов, которые предупредили нас о демоне и здорово помогли в пещерах. И сама не понимала, откуда взялась такая злость, а потом... — Симона не отрывая взгляда смотрела на огрина, — я поняла, что снова люблю. Что вот эта громадная образина с ручищами до колен, со скошенным лбом и гипертрофированными мышцами — моя любовь, которая меня и исцелила. И это придало мне сил жить дальше. Ты показал мне, что не все нужно воспринимать так буквально, что в мире много лжи и неправды и наша задача по мере сил бороться с нею. А я всю жизнь ее избегала, закрывала глаза на то, что творила церковь, в глубине души понимая, что это несправедливо. Может быть поэтому Император и дал нам возможность вернуть его, чтобы навести порядок в Империуме?

— Может быть. — Согласился Хват, гладя ее волосы. — Но получится ли?

— Я выполню просьбу инквизитора, пускай она мне и не нравится как человек. — Симона положила голову на грудь огрина, обняв его. — Я направлю корабль на Терру как и обещала и пускай дальше все решит судьба. Но сначала — твоя родина. Да и мне, право, интересно, откуда вы такие красивые взялись на этом мерзлом шарике.

— Мне самому интересно. — Кивнул Хват. — Выговорилась?

— Да. — Симона потянулась. — Ты знаешь, даже стало как-то легче. Раньше у меня случались заскоки, когда кто-то возводил хулу на церковь, но сейчас... я, кажется, начала относиться к этому гораздо спокойнее, да и сестра Пронатус помогла, предоставив кое-какие материалы из архивов во времена правления Вандира. Что тогда творила церковь тебе лучше не знать.

— Забудь. — Хват снова привлек ее к себе. — Расслабься и получай удовольствие.

— Так и сделаю. — Симона встала со стула. — Ты наелся?

— Уже выгоняешь? — лениво поинтересовался огрин.

— Сиди. — Милостиво разрешила она, шевельнув плечами. — Просто я хочу переодеться в более комфортную одежду — не могу долго находиться в этом платье, привыкла к поддоспешнику. Расстегни петельку. — Попросила она.

Хват потянул за замок и ткань разошлась в стороны, обнажив голую спину канониссы, покрытую редкими рубцами глубоких шрамов.

— Ты снимаешь вечернее платье, стоя лицом к стене.

И я вижу редкие шрамы на белой как бархат спине.

Мне хочется крикнуть от боли или забыться во сне,

Кстати, где твои крылья, который нравились мне? — Продекламировал он хрипло.

— Ну, я не настолько святая, чтобы иметь крылья. — Засмеялась Симона, стаскивая платье, оставаясь в нижнем белье и бюстгальтере. Она не стеснялась огрина — все же не совсем голая ходила перед мужиком, да и он вроде как был не чужим.

— Ты не ангел, но для меня, но для меня, ты стала святой! — запел Хват. — Ты не ангел, но видел я, но видел я твой свет неземной! Пусть не ангел ты, но если мне темно, приносишь ты счастливую весть. Пусть не ангел ты, но все равно ты для меня сошла с небес. — Сфальшивил он в конце. — Забыл. — Пожаловался Хват.

— Поешь ты отвратительно. — Засмеялась Симона. — Обещай мне больше так не делать. Кстати, чьи это слова? — спросила канонисса, устраиваясь на коленях у здоровяка. Она словно забыла, что собиралась переодеваться.

— Не помню. — Безмятежно отозвался тот. — Разве это важно? — Тот не стал упускать момент и приобнял ее своей левой рукой, заключив плечо в стальной капкан — Симона поежилась от холода стали и огрин тут же убрал руку. — Извини, все время забываю про эту культяпку.

— Это ты меня извини, — канонисса опустила голову. — Это ведь я тебе ее оттяпала.

— Ты спасла меня. — Серьезно ответил здоровяк. — Проклятый демон точно засосал бы мое тело в варп, но я бы погиб не напрасно.

— Обещай мне, что больше не станешь так рисковать. — Симона потянула пиджак, заворачивая его и обнажая могучие плечи Хвата. — Фу, ты весь такой потный и липкий! — Она чуть отстранилась.

— Это потому что тут невероятно жарко. — Заметил огрин. — Не могла бы ты включить кондиционеры в казарме для моих ребят, да и здесь не помешало бы.

— Хочешь чтобы я замерзла и превратилась в сосульку? — смеясь, спросила канонисса, активируя связь на наручном ауспексе, с которым не расставалась. — Жюстин, включи кондиционеры на уровне два Б, в казарме огринов, а то в конце путешествия мы получим там сотню их зажарившихся тушек.

— Хорошо. — Ответила капитан и Симона выключила связь, после чего сняла наруч.

— А теперь, мой храбрый герой, надеюсь ты не против спасти хрупкую девушку от опасностей Хаоса?

— Если только тебя не порвет от избытка чувств. — Ухмыльнулся огрин. — И что ты там говорила про сосульку?

— Неважно. — Симона повела плечами и бюстгальтер мягко скользнул на пол.

Помещение, которое отвели эльдарам, было весьма большим по меркам Воэйры. Здесь легко можно расположить несколько ярусов кают или же организовать собрание отряда, люди совершенно не умели экономить пространство. Ну еще бы, они потребляют ресурсы с жадностью орков, зачем им задумываться об ограничении потребления? Впрочем, впечатлена была только сама Воэйра, ее ученица вполне спокойно восприняла большую каюту и высказала недовольство только по поводу присутствия самих мон-кей. Хайрела до сих пор не могла принять этих животных за вполне нормальных разумных, не уступающих эльдарам, однако установки, вбитые в голову с малолетства, очень сложно было изменить, но терпения у дальновидящей хватило бы на всех мон-кей вместе взятых. Тем более, что времени на подготовку девчонки ей отвели много.

— Сядь и сосредоточься. — Приказала Воэйра, раскладывая немногочисленные личные вещи, которыми запаслась в поселении. Эльдары колонизированных миров жили бедновато, но старались наполнить свое существование смыслом и искусными поделками, так что недостатка в ремесленниках у них не было.

Хайрела тяжко вздохнула и, собравшись с мыслями, погрузилась в медитацию. Сразу же вокруг раздался шорох мыслей мон-кей, занятых своими делами, но озабоченных присутствием на борту корабля ксеносов. Никто из них не пытался оспаривать приказа своего командира, но недовольных было много и в основном они относились к только что прибывшему пополнению. Ветеранши и опытные сестры битвы смотрели на эльдар сквозь пальцы — не лезут с нравоучениями, сидят тихо, не высовываясь, ну и пусть их. Мысли мон-кей сбивали с настроя и Хайрела злилась. На людишек, на дальновидящую, на старейшину колонии, который пошел на сделку с мон-кей и прежде всего на себя. За то, что согласилась пойти в обучение к Воэйре, которая тут же ограничила ее питание и сейчас будущей видящей приходилось кушать один раз в день и то по кусочку, хотя недостатка еды на корабле мон-кей не было. Хайрела узнала, что кладовые полны и их запасов хватит на несколько лет путешествия, тем более, что прыжок в варпе можно в любой момент прервать и пополнить провизию на планетах Империума. И еще этот варп, он не показался ей опасным, как вещала дальновидящая. Наоборот, на корабле было тихо и спокойно, чувство безопасности не покидало Хайрелу как только она ступила на борт судна.

— Это потому что здесь работает оборудование людей, защищающих их от влияния варпа. — Громко сказала Воэйра, поправляющая одеяло на койке. Ей даже не пришлось напрягаться, чтобы прочитать мысли девушки.

— Что еще раз доказывает, что они недалеко ушли от животных, раз не могут ему сопротивляться как мы. — Довольно произнесла Хайрела.

— А может быть наоборот, это доказывает, что мон-кей достаточно хитры и сообразительны для того, чтобы пытаться пробить лбом стену? — спросила ее Воэйра.

— Причем здесь стена? — не поняла девушка.

— По твоему вопросу я поняла, что ты сама недалеко ушла от мон-кей. — Хмыкнула дальновидящая. — Раз не можешь разгадать мой простой ответ.

— Зачем говорить загадками, когда можно ответить прямо? — надувшись, спросила Хайрела. — Или это входит в обучение?

— Решай сама. — Дальновидящая закончила возиться с койкой и вдруг быстро приблизилась к девушке, извлекая меч. Лезвие застыло возле ее горла и Хайрела не сразу поняла, что произошло. Ее зрачки расширились и она испугано посмотрела на Воэйру, не понимая ее действий. — Всегда будь готова отразить атаку. — Ответила на ее невысказанный вопрос дальновидящая, возвращая клинок в ножны. — Противник не ждет, когда ты соберешься, он нападает в самый неподходящий момент, особенно когда ты этого не ожидаешь. Впрочем, скоро у тебя будет возможность в этом убедиться.

Дверь в "номер" эльдар отворилась и на пороге возникла сестра битвы, удерживая в руке несколько контейнеров.

— Ваша еда. — Глухо буркнула она, ставя коробочки на пол и уже закрывая дверь, даже не убедившись слышали ее женщины или нет. Воэйра склонила голову в знак благодарности, а Хайрела фыркнула.

— Что я говорила! — возвестила она, ткнув указательным пальцем вверх. — Животные, не более того! Даже нормально общаться не могут!

— Они воспринимают нас точно также и не нужно загонять клин в наших с ними отношениях еще дальше. — Заметила Воэйра. — В расколе всегда виноваты обе стороны.

— Это что же, мы должны перед ними еще и извиняться? — удивленно воскликнула девушка.

— За что, позволь узнать? — вскинула брови дальновидящая и машинально провела по ежику начавших отрастать волос.

— Ну, ты же сама сейчас сказала, что эльдары виноваты в том, что у нас такие отношения с мон-кей. — Обескуражено произнесла Хайрела.

— Напомни мне мои слова, а то я запамятовала. — Безмятежно улыбнулась эльдарка.

— Ну так... — Хайрела задумалась, перебирая фразу в памяти. — Я подумала, что... — она замолчала, поняв, что, очевидно, дальновидящая имела в виду совсем не то.

— Мы всегда предпочитаем выдавать желаемое за действительное. — Хмыкнула эльдарка, подходя к двери и забирая контейнеры. — Содержимое одного из них оставим на ужин, второй съедим завтра, а содержимое третьего я выброшу, потому что еда испортится.

— Но они же предназначены отдельно для каждого из нас? — удивлению Хайрелы не было предела. — Если еды много, то зачем экономить?

— Потому что только так можно чего-то достичь. — Резко ответила дальновидящая. — Однажды мы уже пошли на поводу у своих желаний и результатом этого оказалось рождение Пятна Хаоса на месте нашей родины. Ты хочешь повторить ошибку предков?

— Но ведь это еда. — Не понимала девушка. — Как ее изобилие может повлиять на мое поведение?

— Что ж, если ты не понимаешь, то на этот раз я разжую тебе ответ, чтобы ты смогла проглотить его содержимое. Надеюсь, это даст тебе пищу для ума. — Произнесла Воэйра. — Изобилие порождает леность, леность порождает угнетение духа, угнетение ведет к смерти. Тебе нет смысла развиваться дальше и бороться за жизнь, когда у тебя все есть. Люди подсознательно тоже это понимают и самостоятельно ограничивают себя, проводя ритуалы и обряды возле своих алтарей. Их механические чудики истязают свою плоть, чтобы стать ближе к своему машинному Богу и для них в этом есть смысл. Все ищут свой путь в этой галактике и только ленивый, жадный и алчный способен жить за счет других, не развиваясь, а паразитируя. Ты хочешь пройти этим путем? — Воэйра наклонилась к девушке, а та дерзко ответила ей взглядом и словами:

— Я хочу стать видящей и помогать своей колонии! — звонко сказала Хайрела. — А ты мне не передаешь свои знания и премудрости, а только говоришь непонятыми фразами и еще больше путаешь меня!

— Если ты не хочешь учиться, то какой в этом смысл? — словно в пространство спросила Воэйра, игнорируя девушку. — Принесет ли это пользу жителям твоего поселения или лишь тебе? Реши уже для себя сама.

Хайрела фыркнула.

— Я хочу стать настоящей видящей, чтобы предсказывать опасности и бороться с ними. А ты мне в этом не помогаешь!

— Что ж, раз я такой плохой учитель, тогда тебе поможет он. — Воэйра указала на вход.

— Кто? — не поняла девушка, как в дверь постучали.

— Девушки, вы там одетые? — спросил чей-то веселый голос через интерком. — Можно войти?

Воэйра повела ладонью и дверь открылась. На пороге стоял ухмыляющийся огрин, а позади него маячила канонисса. Оба были в броне, но Воэйра точно знала, что до высадки еще далеко. Просто у обоих было мало гражданской одежды и военные люди предпочитали носить доспехи, чтобы быть всегда готовыми к бою, чем потом бежать в казарму и, ругаясь, переодеваться в броню. Огрин вошел внутрь и оглядел помещение.

— Как устроились? — спросил он. Дальновидящая знала, что между этими двумя произошло недавно, но этикет, принятый в среде эльдаров, не позволял ей ворошить личное пространство. Тем более, что глубинные мысли громилы она прочитать не могла, а вот канонисса представляла перед ней раскрытую книгу, готовую захлопнуться при малейшей опасности — разум Симоны не слишком уступал по защите инквизитору. Но сейчас Воэйру больше всего заботила Хайрела, которая могла все испортить — слишком сильно было на нее влияние ее матери и кого-то из ближайшего окружения, с презрением относящихся к людям. Собственно, Воэйра тоже не слишком привечала этих волосатых обезьян, недавно спустившихся с веток и по недоразумению построивших космические корабли, но заявлять об этом своем к ним отношении в их присутствии явно не собиралась, у дальновидящей хватало на это мозгов в отличие от молодой Хайрелы.

— Благодарю. — Поклонилась дальновидящая. — Все прекрасно, но вы можете снабжать нас едой не так часто — мы потребляем мало запасов. — Воэйра получила от Хайрелы укоряющий гневный взгляд и это рассмешило эльдарку, но на лице ни дрогнул ни один мускул, тогда как чувства видящей были написаны на ее физиономии. Огрин легко прочитал их и усмехнулся почти также как и дальновидящая, не скрывая своего веселья.

— Я вижу, что ваша ученица против такого ограничения, но растущему детскому организму требуются витамины и калории, так что пусть ест за двоих.

— Я постарше тебя буду, образина! — грубо ответила девушка на эльдарском, чтобы мон-кей не понял.

— Я не знаю, что она сказала, но судя по тону явно это не звучало как благодарность. — Завернул Хват. — Помнится мне, ты была весьма покладистой в городке, особенно тогда, когда от наших действий зависела твоя жизнь. Или уже что-то успело измениться за это время?

Внутренний голос подсказывал Хайреле, что усугублять конфликт явно не стоит, но вот эльдарская гордость за свой народ и банальная девичья глупость готовы были все испортить. Воэйра не собиралась ей мешать — нужно преподать видящей урок руками этого мутанта, а вот сможет ли она извлечь из него пользу... посмотрим.

— Сейчас мы не в моей колонии и даже не будь вас там, то мы бы справились с темными эльдарами и грязными мон-кей! — ответила Хайрела.

— Она правда так глупа? — спросила Симона, даже не схватившись за рукоять меча. Обращалась канонисса к дальновидящей.

— Юношеская дерзость. — Пожала та плечами. — Иногда она забавляет нас, но иногда — раздражает.

— Что ж, сейчас именно такой случай. — Согласилась с ней Симона. Воэйра отметила для себя, что ее психологическое состояние стабилизировалось после определенных событий, пускай и произошедших не так, как она представляла, ну, это дело людей, однако последнее явно пошло ей на пользу. — В твоем положении дерзить, дитя, это последнее дело.

— Я уже давно не ребенок! — возопила Хайрела. — И могу самостоятельно решать кому что говорить, тем более раз передо мной стоят два мон-кей!

— За такую грубость нужно ответить. — Произнес Хват, подходя к видящей. — Раз уж родители тебя не научили как вести себя в обществе с незнакомыми людьми, то придется мне исправлять эту ошибку и как следует отшлепать тебя. Через задницу оно как-то быстрее в голову доходит, чем через слова и увещевания.

— Только попробуй. — Хайрела извлекла меч. — Никто ко мне не подойдет!

— Ты собираешься проткнуть меня своей зубочисткой? — хрюкнул Хват. — Ну же, девочка, разве в тебе не осталось толики мозгов, чтобы сообразить, что у тебя вряд ли получится.

— Получится! — воскликнула девушка и кинулась на мон-кея.

Она двигалась очень быстро и шустро, Солан сам с ней занимался, правда изредка, но пару движений Хайрела отработала до автоматизма и сейчас намеревалась преподать этому мон-кею урок. Убить его она не убьет, но порежет знатно. Эльдарка не понимала, что сейчас ее жизнь зависит от благоволения канониссы и других людей, ведь она путешествует на их корабле, но гордость и гнев затмили слабый голосок разума. Меч уже опускался на голову высокого мон-кея, в последний момент девушка намеревалась изменить траекторию и резануть кончиком клинка чуть ниже грудной пластины доспеха в районе пояса. Этому обманному финту ее научил также Солан, но огрин вдруг шагнул под меч, перехватывая ее руку. Видящая сама не поняла, как оказалась в капкане его стальных пальцев, меч был выдернут из руки, а сама она задергалась, скрученная в узел — Хват держал крепко.

— Я же говорил, что тебя нужно отшлепать. — Он, ловко удерживая за локти строптивую эльдарку, снял с нее штаны, оголив задницу и пару раз шлепнул по заду. — Раз родители этого не сделали и не воспитали в тебе почитание, то придется мне выполнить за них эту работу. — Уши Хайрелы стали не просто красными, а пунцовыми, румянец покрыл щеки, она извивалась как могла, но сильный и здоровый мон-кей продолжал свою процедуру, пока не выпустил видящую, неожиданно для нее. Девчонка шлепнулась носом вперед, вытянув руки и пытаясь одновременно натянуть штаны, прикрыв срам и покрасневшую задницу — рука у громилы была тяжелая. Воэйра спокойно взирала на все это действие, хотя внутри чуть шевельнулось чувство гнева, однако подобный воспитательный процесс будущей видящей не повредит — ей теперь будет кого ненавидеть. Главное, чтобы это чувство не вышло за рамки, но Воэйра позаботится об этом.

— Предательница! — прошипела Хайрела на эльдарском, глядя на дальновидящую. — Почему ты мне не помогла?!

— Потому что это тоже входит в обучение. — Размерено ответила Воэйра. — Признаю, огрин был слегка грубоват, но ты получила именно то, что заслуживала. В обычном бою твоя голова уже валялась бы у него под ногами.

— Я бы его победила! — униженная и оскорбленная видящая, утирая сопли и слезы, пыталась завязать тесемки пояса штанов, узел которых Хват разорвал. — Просто он был быстрее!

— Да? — удивленно спросила Воэйра. — А по-моему он двигался как снулая рыба, едва не зевал, дожидаясь, пока ты закончишь замах своего меча.

— Скорость реакции моего тела гораздо быстрее, чем у мон-кея! — возразила ей Хайрела.

— Хочешь увидеть как движутся опытные воины? — Спросила ее Воэйра и повернулась к огрину. — Девочка до сих пор не может понять, что случившееся — это не настоящий бой. Вы не против легкой разминки?

— Можно. — Хват оглядел помещение. — Мебели немного, да и сломать ее вряд ли получится. — Он потянулся за топором, висящим за спиной, но потом передумал. — Симона, дай мне свой меч.

— Он слишком тонкий для твоей руки. — Ответила ему канонисса.

— Ничего, для дальновидящей в самый раз. — Хват повернулся к Хайреле и на ту натурально пахнуло смертью, она узнала это ощущение, посетившее ее в городке. Воспоминания вернулись и ноги стали ватными, однако девушка попыталась вернуть себе самообладание переданными Воэйрой ментальными техниками и это ей немного удалось. — Наденете броню?

— В этом нет нужды. — Ответила дальновидящая, пребывая в свободных одеждах, подаренных ей инквизитором — широких штанах, свободной блузке и безрукавке. На ее ответ огрин стал снимать свою броню. — Не стоит.

— Я уважаю соперника. — Ответил тот. — Драться в неравных условиях может только слабый или трясущийся от страха, но не опытный воин.

— Но только глупец будет голышом идти в бой против сильного врага. — Заметила Воэйра.

— Вы не похожи на глупую, дальновидящая, однако отказались от брони. Так почему отказываете мне в желании уровнять шансы?

— Ты так уверен в своих силах, мон-кей? — издевательски произнесла Воэйра и Хват на эту подначку только фыркнул — его уже давно невозможно было вывести из равновесия.

— Подобные речи могли ввести меня в гнев периодов этак пять назад, но не сейчас. — Он принял меч из руки Симоны и встал в стойку. По положению ног Воэйра определила, что он занял глухую оборону. Все-таки физика ближнего боя диктовала похожим расам одни и те же условия так что удары и атаки людей почти ничем не отличались от таковых у эльдар, только те использовали свою скорость и некоторые хитрости. Воэйра собиралась воспользоваться и тем и другим.

Она быстро подскочила к высокому огрину, нанося режущий удар сверху, уже скручивая корпус от его ответного тычка. К ее удивлению громила не уступал в скорости, словно с последней их встречи она даже немного возросла. Он также ушел от удара, не отрывая ступней от пола, сменил положение тела и, тогда как Воэйре приходилось скакать вокруг него, нанося удары, пытаясь пробить защиту огрина, тот стоял как скала и парировал все ее атаки. Все же дальновидящей удалось несколько раз коснуться его кожи клинком и в тех местах выступила кровь, однако Хват не обращал внимания на эти царапины, он сам видел, что эльдарка быстра и нисколько не выдохлась, тогда как он мог биться в таком режиме пусть и долго, но не бесконечно. Вероятно, она черпала силы из варпа, тогда как на его стороне выступали природные особенности организма и его возможности. Но не активированное лезвие клинка канониссы все же разрезало блузку дальновидящей в двух местах и эльдарская кровь отметилась на полу парой капель. Воэйра усилила натиск, чтобы закончить показательный бой своей победой — она применила одну хитрость, выведя себя из потока времени, переместившись за спину огрина и прижав к его горлу лезвие меча, что с ее ростом сделать было сложно, однако и сама ощутила, как ей в живот упирается кованный клинок ножа — Хват использовал вторую руку. Две фигуры, которые сейчас размазались в воздухе в вихре боевого танца, внезапно замерли и Хайрела во все глаза смотрела, как проклятый мон-кей не уступил дальновидящей в искусстве поединка. Конечно, будь это реальный бой, то противники зарубили бы друг друга, но вот мерзкий мутант сумел бы выжить после нанесенной раны, девчонка это знала, а вот дальновидящей потребовалась бы серьезная медицинская помощь. Хайрела уже хотела поспешить к ней, отбросив все свои претензии, но Воэйра первая отняла клинок от горла огрина и вышла из-за его крупной туши.

— Что ж, неплохо для мон-кея. — Похвалила она, вкладывая меч в ножны.

— Я порезал вам блузку, дальновидящая, неплохо бы зашить. — Посоветовал Хват, возвращая встревоженной канониссе меч и убирая кинжал в ножны. Хайрела заметила, что раны мутанта уже затянулись, тогда как дальновидящая только приступила к лечению, забормотав заклинания исцеления. — Или может найти вам новую одежду? Симона, у твоих сестер есть подходящий эльдарам размер?

— Только если его ушить. — Канонисса сравнивала фигуру дальновидящей со своей. — Я, да и остальные, слегка полноваты в талии. — Непонятно, то ли это было самоуничижение, то ли камень в огород худых эльдар.

— Это потому что вы питаетесь три раза в день, а не раз в трое суток. — Заметил Хват. — Ей-богу, дальновидящая, вам нужно больше кушать.

— И превратиться в толстуху как она? — Воэйра указала на Хайрелу, которая тут же обиделась на эти слова. — Нет уж, мне нравится мое тело и гибкость, которую я до сих пор сохраняю уже больше тысячи лет.

— Тысяча лет?! — Хват почесал затылок. — А вы неплохо выглядите для старушки. — И получил тычок локтем от канониссы

— Благодарю за комплимент. — Кивнула Воэйра. — Но вы сюда пришли не для того, чтобы не участвовать в поединке. Могу я узнать зачем?

— Корабль некоторое время пробудет на орбите моей родины. — Произнес огрин. — Канонисса хотела бы попросить вас помочь в ее поисках. Мы предполагаем, что в недрах планеты скрыт комплекс, подобный тому, что нашли темные. Ну и кораблик сестер вполне мог разбиться где-нибудь в скалах или утонуть в океане. Поможете нам в этом?

— Это будет прекрасной тренировкой для развития способностей видящей. — Ответила Воэйра. — Мы приложим все зависящие от нас усилия в ваших поисках.

— Отрадно это слышать. — Канонисса кивнула в ответ. — Что ж, раз вы решили сесть на диету, то я отдам приказ доставлять вам еду раз в сутки. Этого будет достаточно?

— Да.

— А ты ничего не хочешь сказать? — спросил огрин Хайрелу, которая только сейчас сообразила, что показательная порка была самым ничтожным наказанием за содеянное. Она видела, как двигался мон-кей и он вполне мог составить конкуренцию эльдарам, а несокрушимость, с которой он атаковал в бою вполне соперничала бы с таковой у опытных мечников колонии.

— Я... я прощу меня извинить. — Хайрела поклонилась, как это проделала Воэйра с инквизитором. Перебороть свою гордость было сложнее, но для умной девочки нет ничего невозможного, а видящая считала себя таковой. — Я приложу все усилия, что помочь вам и познать все секреты боевого мастерства.

— Чтобы в будущем бросить мне вызов? — ехидно спросил Хват, словно прочитав ее мысли. — Тебе придется долго тренироваться, девочка, но я могу тебе в этом помочь. — Он посмотрел на дальновидящую. — В твой родной мир могут вторгнуться не только темные или люди, есть еще тираниды и орки, а они примерно одинакового со мной роста, синекожие тау и проклятые некроны. Так что тебе надо усиленно тренироваться и слушать свою наставницу внимательно — она старается обучить тебя, а не покалечить. Пока ты этого не поймешь, толку с твоих занятий не будет.

— Ты рассуждаешь мудро для мальчишки. — Произнесла Воэйра. — Позволь узнать, как такое возможно?

— Прибудем на мою родину и ты все поймешь сама. — Ответил огрин в стиле эльдар. — Глупые у нас вымерли очень давно, а остальные очень хотели выжить в снегах, так что пришлось тренировать мышцы и мозги. До встречи, будущая видящая.

С этими словами люди покинули комнату эльдар и Воэйра с досадой подумала, что придется все же просить новую одежду или ходить в безрукавке — ниток у нее не было. Или озадачить их поиском Хайрелу?

Таладриэль шел по коридору мира-корабля и гадал, зачем же его вызвал совет так неожиданно. У него были свои срочные дела, темный экзарх уже собирался вылететь для встречи с архонтом, чтобы прояснить ситуацию. От группы, атакующей колонию, усиленной кораблем наемников мон-кей до сих пор не поступило никаких сведений и это весьма тревожило Таладриэля. Нет, в колонии, конечно, была серьезная защита, но она не устоит против ударных частей мон-кей при поддержке эльдар, тем более что внутри есть шпионы, готовые открыть ворота Цитадели. По планам захват продлится не более двух-трех дней, затем плен, погрузка и вывоз рабов к объекту для проведения экспериментов. А он, на основе переданных с колонии снимков разрушенных зданий и валяющихся на улицах трупов, подтолкнет совет к мысли, что неплохо бы отомстить. И старейшины прислушаются к нему, ибо игнорировать подобное совершенно невозможно. Таким образом хитрый Таладриэль достигнет сразу нескольких целей — получит рабов, оборудование мон-кей и ослабит защиту мира-корабля, потому что следующим его шагом будет полный захват этого судна. Ему нужно хранилище душ, ведь сейчас он не имеет к нему доступа, а ждать столько времени, когда его назначат в совет он не может — проклятые старейшины все никак не могут сдохнуть. Таладриэль сжал кулаки, но быстро подавил свои эмоции — на корабле еще оставались видящие и кто-то мог легко "запеленговать" его состояние, потому что скрываться с каждым разом становилось все труднее.

Эльдар остановился перед дверьми зала совета — два стража замерли неподвижными статуями и даже не спросили зачем он здесь. Раз пришел, значит так надо. Таладриэль потянул створку и дверь бесшумно отворилась, пропуская его в безразмерного объема помещение — потолок терялся где-то в вышине, сходясь куполом, мощные колонны, увитые изображениями сражений и побед эльдар, поддерживали своды, а в центре всего этого великолепия кругом расположились кресла старейшин, которые парили в воздухе, поддерживаемые персональными гравитационными устройствами. Таладриэль, как этого требовал этикет, прошел в центр и преклонил колено перед советом, ожидая вопроса и пояснения, зачем именно он понадобился. На его наручи пискнул коммуникатор, засветившись сообщением. Эльдар скосил один глаз, читая текст: "Операция провалилась, установка захвачена, большие потери, договор расторгнут. Архонт". Таладриэль скрипнул зубами, но ругаться сейчас, в присутствии старейшин было по крайней мере неприлично. Где же это я прокололся, подумал он и словно откровением у него в голове всплыло лицо дальновидящей Воэйры с отрезанными ушами. Мозг заметался в поисках ответа и нашел его — ей удалось выжить при захвате судна мон-кей. Тогда они взяли все что нужно и ушли, но один корабль остался — банальная жадность. И именно на нем находилась пленная истерзанная, но не сломленная дальновидящая. Как мон-кей оставили ее в живых, спросил сам себя Таладриэль, и как ей удалось убедить их помочь эльдарам? Одни вопросы и никаких ответов. Он медленно встал, проводя незаметно дыхательную гимнастику для успокоения, но главный старейшина с интересом ученого смотрел на эльдара. По этому взгляду Таладриэль понял, что им все известно. Горько было осознавать, что его продали точно также, как и он поступал с другими, добиваясь своей цели. Проклятая дальновидящая, зло подумал темный, моя ошибка состояла в том, что я позволил им забавляться с тобой, а нужно было сразу убить! И я принял от тебя послание несколько секунд назад, иначе откуда взялись эти видения? Но сейчас передо мной стоит более важный вопрос — как спастись и выжить? До перехода в паутину недалеко, но территория возле зала совета наверняка перекрыта. Тогда остается только один вариант.

— Я прибыл по вашему приказу, старейшины. — Спокойно сказал Таладриэль. — Позвольте узнать, какова причина этого?

— Ты знаешь. — Длинный палец председателя ткнулся в эльдара. — Нет нужды в объяснениях.

Таладриэль заметил, что два его покровителя ухмыльнулись. Значит они и сдали, как только запахло жареным для их задниц, зло подумал эльдар. Он вернул взгляд главному старейшине.

— Тогда мне остается только одно. — Заявил темный, совершая прыжок вперед.

Старейшина встал и протянул руку, чтобы метнуть в предателя молнию, а сверху уже спускались воины Пикирующих Ястребов, их подразделение попросили принять участие в операции поимки шпиона, сообщение о котором пришло недавно. Главный старейшина даже не подозревал о том, что у него под боком зреет подобный заговор и темные разгуливают по кораблю как у себя дома. Тогда он не внял голосу разума и речи одной дальновидящей о том, что все это может быть ловушкой, он предпочел отгородиться и забыть об инциденте. Но правда всегда выходит наружу и горько осознавать, что твоя ошибка принадлежит только тебе. Сейчас старейшина намерен это исправить.

Искорки сорвались с руки старейшины, но Таладриэль выставил ментальную защиту, которая поглотила энергию удара, быстро и ловко приземлился на ступеньку парящего кресла и, пока старик ворочался, прижал к его горлу лезвие меча.

— Всем стоять!! — крикнул эльдар. — Клинок отравлен, если хотите, чтобы он выжил — делайте как я говорю!!

— Жизнь старого эльдара ничто по сравнению с жизнью целого города. — Прохрипел старик, совершенно не испугавшийся захвата.

Он встал с кресла навстречу Таладриэлю и с силой обхватил его, заключая в объятия. Темный попытался освободиться, лезвие пропороло кожу на шее, яд попал в кровь, но старейшине было все равно — он знал, что настал его час. Пикирующие Ястребы подлетели к темному и применили шоковый удар — он нужен был живым. Таладриэль задергался, меч заплясал в его руке и был немедленно изъят, а к порезанному старейшине уже спешили два советника в креслах, чтобы попытаться излечить. От Ястребов отделился медик и активировал персональный спасблок, но старейшина оттолкнул его рукой.

— Не нужно тратить бесценные средства, чтобы спасти это тело. — Дребезжащим голосом из последних сил произнес председатель. — Душа важнее.

— Ты попадешь прямиком в лапы к суке!! — выкрикнул, злобно усмехаясь, Таладриэль. — Это специальный яд, а клинок зачарован на открытие прокола в варп, так что камень не поможет!! — и его смех гулко отразился от стен помещения.

— Пусть. — Отозвался старейшина. — Важно, что жизни многих эльдар не оборвались по вашей злой воле. — Он захрипел, тело задергалось, а камень душ, что висел у него на шее, так и не засветился, когда душа покинула тело. Старейшина умер, как и предсказывал Тарадриэль и сейчас Та-Что-Жаждет испытала настоящий экстаз от поглощения такой могучей и сильной старой души, которая была у председателя — сил сражаться с Богом у него все равно не хватило.

— Проклятый темный! — медик хлестнула Таладриэля по лицу и голова того мотнулась от удара. — Ты добился своего, предатель!!

— Увести. — Распорядился заместитель председателя, следующий идущий по рангу старейшина. — Запереть в одиночную камеру, контакты исключить, не кормить, не поить. — Как только похохатывающего Таладриэля вывели из зала, он посмотрел на мертвое тело председателя. — Тело старейшины Лагота сжечь. — Будущий председатель повернулся к остальным. — Заил и Эламат, вы предоставили ценную информацию и поэтому не будете наказаны. Пока. — Оба старейшины слегка напряглись, а зам уселся в свое кресло. — Что касается этой операции, разработанной темным — это правда, что человеческая технология применима к эльдарам?

— Таладриэль собирался проводить опыты на рабах, только так можно было узнать, работает ли она или нет. — Тут же ответил Заил. — А для этого нужно захватить и демонтировать конвейерную линию с мира-кузницы мон-кей.

— Приобрести ее мы не сможем? — спросил новый председатель.

— Вряд ли. — Пожал плечами Эламат. — Мон-кеи редко торгуют с эльдарами, а их Дома продают продукцию, а не оборудование.

— Губить своих воинов мы не будем — жизнь эльдара гораздо ценнее жизни низших. — Задумчиво произнес председатель. — Сколько томится душ в нашем хранилище? — спросил он, хотя и так знал ответ.

— Двадцать тысяч двести пятьдесят три. — Тут же ответила одна из старейшин, контролирующая этот процесс. — С Лаготом было бы пятьдесят четыре.

— Это была необходимая жертва. — Кивнул председатель и все с ним согласились. — Теперь что касается установок мон-кей — есть точные координаты их мира-кузницы?

— Да. — Кивнул Заил. — Но без установки по переносу сознания ваш план обречен — нужно сначала выбить оттуда закрепившийся отряд войск мон-кей, а подобная операция невозможна без потерь. Темные не станут отбивать район — они потеряли слишком много воинов и восполнить потери для них будет сложно. Скорее всего они согласятся на точечные диверсионные операции.

— Решение есть. — Спокойно произнес председатель. — Натравим на миры мон-кей орков. Для них это будет славный набег, а мы не понесем потери и вывезем все, что нам нужно, пока зеленокожие развлекаются.

— Мон-кей просто так не отдадут свои миры. — Мрачно заметил старейшина, отвечающий за оборону мира-корабля. — Они будут отчаянно драться за них, вызовут подкрепления элитных войск.

— Это забота орков — не наша. — Председатель ухмыльнулся. — Достаточно просто подкинуть их варбоссам идею и недостающий металл — все остальное они сделают сами. Кто из контролируемых нами командиров орков способен на такое?

— Рычащий Топор и Беспечный Ездок. — Ответил советник, назначенный на должность руководителя отдела по внешним сношениям с низшими расами. — Они наиболее вменяемые, но сейчас на их планете происходит передел власти, появился новый мехбойз, весьма умный и хитрый. Он не идет на контакт, себе на уме и убить его чужими руками не получилось — орк подозрителен и чужакам не доверяет, но сумел как-то сплотить возле себя верных бойцов, что само по себе странно, ведь это нехарактерное поведение для зеленошкурых. Мы ищем подходы к нему, но ресурсами и пищей он обеспечивает своих парней сам, нападая на малые поселения и зачищая их. — Заметив непонимающий взгляд председателя, советник пояснил. — Он сжигает все дотла.

— Не берет в свой клан посторонних? — удивленно спросил старейшина.

— Да. Предпочитает только народившихся из своей грибницы. Мертвые тела сородичей они собирают и сносят в свое поселение, чтобы преумножить население. Нестандартное поведение для орка, который неожиданно заботиться о своих воинах.

— Попробуйте повлиять на него через массы. Думаю, что против их мнения о славном "Вааагх", направленном против мон-кей, он не сможет выступить. К тому же к нему можно всегда подослать убийцу из темных. Займитесь этим вопросом.

— А что насчет установки? — спросил Эламат. — Есть смысл ускорить приготовления или будем ждать?

— Что говорят шпионы? — спросил его в ответ председатель.

— На орбите всего один корабль и крупное подразделение на планете разворачивает оборону. Они собрались сидеть там долго и в любой момент могут вызвать подкрепление — первоначально было два корабля, но один уже улетел.

— Это те же, что пришли на помощь колонии Ушедших? — снова задал вопрос старейшина.

— Да. — Кивнул Эламат. — Старейшина Голитаэль заключил с ними договор о взаимопомощи, при этом не проинформировав нас. Вероятно сейчас он ищет наших шпионов своими силами — молодая видящая из его колонии улетела вместе с мон-кей.

— Вот как? — удивился председатель. — И вы скрывали эту информацию!

— Она поступила в обучение к изгнанной нами дальновидящей Воэйре, которая и заключила союз с этими мон-кей.

— Опять эта дальновидящая. — Сморщился старейшина. — Она слишком много знает и может догадаться о наших планах, предупредить мон-кей. Можно определить ее местонахождение?

— Я отдам приказ — круг видящих поработает над этим. — Тут же кивнул еще один советник.

— Хорошо, как только ее обнаружат — пошлите группу под прикрытием, дальновидящую убить. Мон-кей не должны ничего знать о наших планах. Что касается их установки — пускай возятся, мы не станем ее отбивать. Все архивные материалы у нас?

— Да. — Снова кивнул Эламат.

— Координаты объектов известны?

— Один находится в пространстве Тау, синекожие до сих пор его не нашли и даже не подозревают, что у них хранится под боком, второй — в области космоса на краю галактики, но там все кишит Тварями из Пустоты, лезть туда нецелесообразно — потери будут высокими.

— Сосредоточьте внимание на объекте в пространстве Тау, подключите к его обнаружению мир-корабль Янден, думаю, что наши сородичи не откажутся нам помочь. — Советник по внешним связям склонил голову в знак того, что понял приказ. — И форсируйте события на планете орков — Вааагх нам нужен как можно скорее, пока мон-кей не перекрыли доступ к мир-кузнице. На этом все. — Председатель хлопнул в ладоши и старейшины поспешили по своим делам выполнять приказы.

Эстималь задумчиво завис посреди зала. Когда к нему с повинной пришли оба предателя, Заил и Эламат, понимая, что их планам уже не суждено сбыться и надо спасти хотя бы свои жизни, то заместитель Лагота, внимательно их выслушав, увидел в этом плане темных спасение для эльдар. Пускай это будет суррогат, но так он сможет вернуть к жизни очень много воинов, костопевов и видящих. И тогда мир-корабль Биэль-Тан заявит о себе во всеуслышание и прогнивший до основания Империум мон-кей падет к ногам величайшей древней расы. Но перед планами Эстималя стоял Лагот, этот выживший из ума старик, который цеплялся за старое. Уже многим в совете он надоел своим брюзжанием и консерватизмом, призывами к миру и порядку, тогда как нужно было не отступать, а нападать и только тогда все увидят твою силу. А так даже тау уже начали считать эльдар слабыми и не принимают в расчет. Ничего, он, Эстималь, напомнит этим выскочкам, кто настоящий правитель галактики. Оставался самый главный камень преткновения — Лагот и экзарха Таладриэля просто принесли в жертву — старейшина просчитал как тот будет действовать, будучи загнанным в угол. Конечно, он мог попытаться сбежать, но на этот случай под маскировочным полем сидел убийца, готовый всадить иголку в шею председателя. Но все произошло как по нотам — Таладриэль сделал именно то, что от него ждали, а Лагот принес себя в жертву, спасая население мира-корабля. И теперь Эстималь занял его место. Под его мудрым руководством эльдары снова вернут себе былое величие. И поспособствуют этому тупоголовые орки. Старейшина потер руки в предвкушении славной многоходовой игры — он обожал работать головой, поручая другим низшим выполнять его задумки.

Лорд-Инквизитор читал сводки, как поступил входящий вызов от одного из его агентов. Линия была зашифрована двойным кодом и для того, чтобы ее вскрыть нужно громоздкое стационарное оборудование, простые скрэмблеры тут не справятся. Лорд активировал канал, по входящему коду уже зная, кто это.

— Им стало известно назначение установки. — Прошелестел в динамике механический голос. — Они попытаются предпринять самостоятельные шаги, каковы мои действия?

— Отдай приказ на передислокацию полка от имени инквизитора, — секунду Лорд раздумывал, — после чего зачисти свиту и ее саму — она стала слишком независимой и неуправляемой.

— Полковник может заподозрить что я — не она.

— Это уже твои проблемы — действуй. Если командир заподозрит подмену — ликвидируй и его, приказом назначишь старшим следующего офицера. Установку уничтожить — мы не можем позволить себе использовать ее кому бы то ни было, тем более ксеносам.

— Темным стало известно о нахождении еще двух установок. — Сообщил агент. — Они могут предпринять определенные шаги в этом направлении.

— Координаты?

— Неизвестны. Нужен доступ к архивам корпорации "Даль".

— Я назначу ответственного.

— Куда передислоцировать полк?

— Отправь его на усиление кадианской группировки — там им некогда будет задумываться, тем более, что вскоре возможен прорыв Хаоса и понадобятся значительные силы, чтобы его заткнуть.

Лорд-Инквизитор разорвал связь и Винт отключился от оборудования связи. Тайный агент Лорда, который служил ему верой и правдой уже много лет, в том числе и его предшественнику, проверил картридж плазменного пистолета и уже собирался выйти из помещения, как его биосканеры обнаружили сосредоточение тепловых отпечатков за стеной. Он вытащил второй пистолет, активировал блок наведения и приготовился к бою. Дальновидящая успела предупредить инквизитора, подумал скитарий, только она могла заглянуть в будущее, недаром подошла к Абелине и шепталась с ней о чем-то, при этом он даже с помощью своего сверхчувствительного встроенного оборудования не смог разобрать ни слова, только невнятное бормотание. Ведьма применила свое колдовство, иного объяснения быть не может, а ведь он предлагал тщательнее изучить биоэнергетику эльдар. И сейчас ему придется выполнить приказ Лорда ценой своей жизни, да именно так, ибо вечность — это мучение. Винт активировал взрывное устройство, способное превратить реактор в термоядерную бомбу и решительно шагнул в дверь.

— Стой где стоишь! — выкрикнул Жетон, целясь в грудь скитария, туда, где сходилась броня. Винт знал, что десантник очень точно и метко стреляет, тот даже догнал его в проценте попаданий в центр мишени, но до киборга ему было еще далеко.

— Не ожидала от тебя, Винт. — Джоана покачала головой, стоя возле второго выхода. — Ответь на вопрос, почему?

— Ты не раз нарушала приказы Лорда, шла против его воли, но к тебе не применяли санкции, пока ты делала работу, устраивающую его. Но сейчас ты зашла слишком далеко. — Винт подсчитал количество находящихся в комнате — взрыва бомбы будет достаточно, чтобы отправить всех на тот свет, поэтому для начала заставим их расслабиться, тем более, что за столько лет хотелось уже выговориться. Некогда принятое решение оказалось ловушкой. — Возвращение Императора не принесет счастья в Империум, тем более, что это невозможно.

— Почему невозможно?

— Потому что для Него нет подходящего тела. — Винт чуть повернул голову. — Напоследок я раскрою тебе самую страшную тайну Империума, которую ты и остальные унесете в могилу — возрождение Императора не состоится по одной единственной причине. Не потому что этого не хотят Лорды, а просто потому, что для его разума нет подходящего вместилища.

— А может быть наоборот, ОН этого уже давно ждет и заслуживает? Ведь твое тело, — инквизитор ткнула в "скитария" пальцем, — сделано в Темную Эру Технологий? Я права? Ты из Железных Людей?

— И да и нет. — Уклончиво ответил робот. — Я бы мог вам многое рассказать, но не стану, это еще больше запутает вас и вы сделаете неверные выводы. Скажу лишь одно, что решение о заточении его души в системе хранилища принималось советом Лордов. — Ответил Винт. — Император занимался исследованиями, но не государственным устройством, он целиком и полностью посвятил себя науке и это устраивало одних, но не других. Война вытягивала ресурсы с планет, примархи бесчинствовали, неся разумное, доброе, вечное, Хаос наступал, уничтожая один мир за другим, обращая целые системы и сектора в свою веру, но Ему было наплевать на это. — Винт следил за реакцией инквизитора и гвардейцев. — Он создавал аналог эльдарской Паутины, чтобы сбежать. Бросить человечество на произвол судьбы, кинуть миллиарды жизней в объятия Хаоса, спастись самому, ведь после Опустошительных Войн люди только-только выкарабкались из каменного века. Заслуживает ли Империум возрождения такого правителя, который немедленно развяжет гражданскую войну, дабы покарать тех, кто ему навредил? Или ты думаешь, что он будет так благороден, что простит их? — Винт ждал ответа.

— Может быть все что ты рассказал — правда. — Произнесла Джоана. — Может быть все так и было, но почему вы не убили его? Вам нужна была икона? Символ для объединения, потому что за вами никто бы не пошел?

— Ты всегда была умной. — Кивнул Винт. — Поэтому Лорд и выбрал тебя из множества псайкеров. Но прежде чем использовать, тебя нужно было сломать, а проклятая ведьма снова вернула к жизни ту самую Джоану Шеффер, кадианского лейтенанта, для которой стоящие за спиной люди важнее интересов государства. Просто масштабы немного разные — ты заботишься о тех, кто рядом, я — обо всем населении Империума.

— Не прикрывайся интересами государства, как пожеланиями Лордов. — Ответила инквизитор и взглядом указала на пистолеты. — Такую судьбу ты приготовил для меня и моей свиты? Зачистку?

— Тут не нужно быть псайкером, чтобы понять. — Кивнул Винт и посмотрел визором на полковника. — А твой любовник и его полк отправится в пасть к Хаосу, когда я подпишу соответствующий приказ от твоего имени.

— Этого не будет! — твердо заявил Конот.

— Тогда тебя и твоих людей просто объявят мятежниками и придется вам спасться вместе с эльдарами, трясясь от страха на Ультране. Кстати, я передал его координаты Лорду и если возникнет необходимость, то он легко зачистит эту колонию. — Пожал плечами скитарий. — Полностью. Потому что перспективный кислородный мир нужен нам самим и даже Каменные Люди вам не помогут.

— О ком ты? — удивилась инквизитор.

— Ты знаешь. — Боец из прошлого указал стволом на Дока. — Ирония судьбы, ты отказываешься от плоти, не осознавая какую же ошибку ты совершаешь. Но я еще дам вам шанс. — Винт оглядел присутствующих. — Все разговоры записываются, а взломать техножреца для Лорда не проблема, поэтому не стану долго молоть языком. Скажу только, что вам нужны архивы "Даля" для поиска еще двух установок, которые вы должны уничтожить, чтобы они не достались эльдарам. И мир-кузница до сих пор в опасности, раз ксеносы узнали о возможности клонирования себе подобных. А сейчас, чтобы все выглядело натурально, я должен вас убить.

— Ты же только что помог нам, разве нет? — удивилась Джоана. — Прекрати дурить и опусти пушки, ты можешь рассказать нам все, предупредить и помочь!

— Поздно. Я просто устал влачить существование в этом теле. Прощайте.

Он начал движение, вскидывая плазменные пистолеты, имитируя атаку, Жетон выжимал спуск, когда тело скитария взорвалось. С Лорда станется получить доступ к скрытым камерам наблюдения через удаленные порты техножрецов и выяснить, что произошло на самом деле. Инквизитор умная, поймет, что теперь она изгой и вне закона и проведет соответствующую работу по смене своей личности. Винт специально спровоцировал людей на открытие огня, чтобы они не поняли его задумки — он знал, что при любом раскладе не выживет, а если это и случится, то команда техножрецов под руководством Дока сможет по крупицам восстановить информацию. Винт знал, что происходит в соседней комнате, неужели люди так глупы, что не подумали о его сверхчувствительном оборудовании, способном определить генератор силового поля, который приперли гвардейцы? Джоану и ее команду отделила пленка мощного силового поля и взрывная волна ушла в сторону комнаты связи, разворочав там все до состояния оплавленных кусков непонятно чего, в том числе испарила тело Винта. Он отправился прямиком к Омниссии или куда там попадают роботы, а инквизитор с сожалением осмотрела место взрыва.

— Как ты догадалась, что он напрямую работает на Лорда? И что он там нес про невозможность возрождения Императора? — спросил Конот, отключая защиту. Генератор притащили его гвардейцы буквально минуту назад, чтобы агент не заметил этого оборудования. Джоана поделилась своими подозрениями только с полковником, все же не исключая предательства со стороны других членов ее свиты, но когда Винт вошел в комнату связи и заперся там, все стало понятным. Прерывать его сообщение инквизитор не стала, но вот коды для связи узнать было бы интересно, впрочем, у Лорда могут оказаться еще шпионы, даже в гвардии. Так что во время сеанса связи Док сканировал частоты и записывал все переговоры, надеясь выделить нужный. И ему это удалось.

— Только его мысли не мог прочитать гиринкс. — Ответила Джоана, разглядывая темное пятно. — Сабля, Жетон, Токс, все для него были как на ладони, Док... с малой вероятностью подходил на эту роль, но у него хотя бы осталось кое-что от живых — мозг, тогда как Винт был аугментирован по самую макушку. Его тело — полностью искусственное, нет даже мозговой ткани, хотя на медицинских сканерах отчетливо были заметны внутренние органы. Едва заметив установку, он повел себя странно, откололся от группы, начал вести видеозапись и потом, он не проявил интереса к табличке, словно знал о ней. — Инквизитор посмотрела на Конота. Жетон повесил лазган на ремень и изучал вместе с Саблей копоть на стенах и мелкие металлические фрагменты тела Винта. — А это наводило на мысль, что он ее уже видел где-то и знал, для чего нужна пирамида. Что означает?...

— Что он один из пользователей установки. — Закончил за нее полковник. — Или же Железный Человек, что скрывался тысячелетиями. Для него пара пустяков заменить часть тела на новую. И сколько таких Винтов шныряет по галактике мы даже не догадываемся, возможно, что они проникли во власть и поэтому боятся возрождения Императора. Что он там болтал про отсутствие вместилища?

— Я могу только предполагать. — Задумалась Джоана. — Вероятно, что разум Императора настолько могуч, что обычный человек, если его посадить в кресло, просто сойдет с ума от попытки внедрить в его голову сознание Императора. Ведь он был могущественным псайкером, а это предполагает наличие развитой нервной системы, подобной эльдарской, способной... — Джоана неожиданно замолкла. — Ну, конечно! — щелкнула она пальцами в воздухе. — Разум Императора не может существовать в обычном человеческом теле, для этого нужно особое, возможно, тело примарха подошло бы, но я не уверена. Вот почему его нельзя возродить — Винт был прав, для Императора нужно особое тело и сделать его пока никто не в состоянии. Точно также как и отремонтировать Золотой Трон — вероятность повредить разум правителя очень высока. Поэтому он и находится в таком подвешенном состоянии.

— И что нам делать? — спросил полковник. — Будешь отменять операцию?

— Да, я свяжусь с Токсом и канониссой, чтобы не летели к Терре. Пускай везут Чашу, если найдут, в Санкторум на Офелию, как и собирались. Теперь вся надежда на древний комплекс, что спрятан на планете огринов.

— А с этим что делать? — Конот указал на пирамиду, потому что Джоана уже вышла из помещения, где Док пытался соскрести со стен хотя бы что-нибудь для изучения.

— Лорд был прав в одном — установку придется уничтожить, чтобы она не попала в лапы к ксеносам. Конечно, из нее можно что-нибудь вытащить и сейчас именно этим приказом я озадачу Дока, пока он не вылизал стены дочиста. — Заметила инквизитор. — И эта штука явно не одна в галактике и мне срочно нужны архивы "Даля"

— Лезть в подвалы Инквизиции что-то не хочется. — Поежился полковник.

— Мы можем пойти и другим путем. — Улыбнулась ему Джоана. — У нас есть сестра Пронатус, которая страсть как любит делится информацией. Стоит ей намекнуть...

— И она сделает все самостоятельно! — воскликнул полковник. — Ты умница, Джо! Ой, прости, я забыл, мы же договорились.

— Ничего, никто вроде не слышал. — Инквизитор посмотрела по сторонам, чтобы убедиться. — Док попробует расшифровать коды связи с Лордом, тогда можно было бы вступить с ним в игру от лица Винта.

— Я перехватил сообщение, но для расшифровки понадобится время и более мощные когитаторы, таковых в наличии у нас нет. — Ответил техножрец, услышавший последнюю фразу инквизитора. — Необходимо посетить мир-кузницу.

— Возможно так и сделаем, сейчас у нас будет много свободного времени. — Инквизитор повернулась к своей свите. — Что вы скажете?

— Что? — не поняла Сабля.

— Госпожа имеет в виду, что останемся ли мы ей верны или же проследуем за Винтом. — Жетон склонил голову на бок. — Пришло время делать выбор — идти до конца или же податься на вольные хлеба. Лично мне жизнь наемника никогда не нравилась, я привык служить за идею, а не за деньги.

— Вы можете просто уйти — новые документы я вам сделаю. Забыть про все и жить обычной жизнью. — Заверила Джоана.

— Этого не будет. — Покачал головой Жетон. — Хотим мы этого или нет, но мы сейчас все в связке. Рано или поздно Лорд обнаружит кого-нибудь из нас живыми и произведет захват. Не могу уверять, что смогу покончить с собой, а развязывать языки Инквизиция умеет, я это не понаслышке знаю, так что я с вами.

— Я тоже. — Подняла руку Сабля. — Я уже привыкла к вашей компании, госпожа, и нет желания менять ее на другую. Но что нам делать с этим сообщением Винта? Ведь Лорд будет ждать от него доклада.

— Док сможет расшифровать коды, я уверена. — Ответила Джоана. — Сейчас меня больше волнует установка — как обставить так, что она уничтожена? Вдруг еще пригодится?

— Вряд ли. — Пожал плечами Жетон — голова у него была не только чтобы шлем носить. Он ей иногда думали и еще туда ел. — Нам известно о местонахождении еще двух, можем попробовать там. А эта все равно засвечена и рано или поздно будет атакована не темными, так гвардейцами по указу Лорда. Или истинные эльдары сюда припрутся попытать счастья. И спрятаться в колонии тоже не вариант, раз Винт все разболтал Лорду.

— Хм, пожалуй ты прав. — Согласилась с ним Джоана. — Док, мы можем демонтировать с пирамиды важное оборудование? Сохранить его для будущего?

— Необходимы расчеты, что именно можно забрать, но да, такое возможно. Персональные стазис-генераторы, ячейки памяти с помещенным в них сознаниями, управляющие когитаторы, мощность которых превосходит наши, волноводы и провода, пожалуй, мы соберем немало артефактов. Можно даже обменять что-нибудь не слишком ценное на нужное нам.

— Которыми можно расплатиться на черном рынке. — Произнес Конот и посмотрел на остальных. — Ну что, заговорщики, теперь с точки зрения Инквизиции мы мятежники и идем против официальной политики Империума?

— Нет. — Твердо сказала Джоана. — Мы идем против воли отдельных его представителей, которые забыли цель своего истинного служения. Сто второй валлхальский полк не будет предан забвению, точно также как и пятьдесят четвертый и восемнадцатый, они будут переформированы в отдельный сто семьдесят четвертый механизированный стрелковый полк. — Инквизитор посмотрела на Конота. — И всем офицерам лучше сменить документы — я об этом позабочусь, пока мои полномочия еще действительны — пока Лорду нужна инквизитор Абелина Смит, он будет ей пользоваться. Уверена, что после сеанса связи он выведет Винта из игры и назначит в другое место, но к этому времени я сделаю все что нужно. Необходимо сделать пару запросов в Администратум сектора, чтобы официально подтвердить статус подразделения. Бюрократия — наше все.

— Гениально! — воскликнул полковник. — Теперь мне осталось убедить в этом Ландера и до кучи его экипаж, потому что без корабля мы хрен отсюда куда улетим.

— Поверь мне, старый капитан всецело поддержит тебя. — Улыбнулась Джоана. — Он уже давно воюет за народ, а не за правителей, к тому же в его личной копилке немало долгов и ошибок, которые он хотел бы списать. Прежде чем лететь с вами я запросила полное досье на каждого.

— В том числе и на меня? — подозрительно спросил полковник.

— На тебя — в первую очередь. — Засмеялась Джоана.

— Хорошо, что у нас теперь есть такая светлая голова как ты. — Восхитился Конот. — А что насчет огринов? План остается в силе и мы продолжаем рассчитывать на их помощь?

— Да. У Хвата на родине своих дел по горло и если туда еще влезет Лорд-Инквизитор, а он влезет, я уверена, долго водить его за нос не получится, то громилам потребуется любая помощь, чтобы не стать слепым орудием в его руках. И если они найдут там нечто большее, чем похожий на это комплекс... — Инквизитор посмотрела на полковника, — то наша задача эвакуировать все ценное с него как можно быстрее до прилета кораблей Лорда — оно нам самим пригодится. Особенно в свете недавно полученной информации.

Глава 12.

На этот раз путешествие выдалось долгим — корабль прибыл к ЛВ-17/3 только через три недели пути в варпе. Съестных припасов хватило бы и на годы полета, так что с пищей проблемы не стояло, однако пассажиров нужно чем-то занять и огрины, кроме тренировок с "железом" мастерили подарки для своих вождей. Когда-то объединившиеся вместе три клана и примкнувшие к ним Ползуны, от которых осталось не так много человек, теперь считали себя одной большой семьей, причем девушек было чуть меньше чем мужчин — их берегли в бою. Сотня элитных бойцов, в которых превратился некогда бывший крупный отряд охотников и воинов, вооруженный современным имперским оружием, модернизированными до силовых клинками, доспехами из танковой брони с мягкой подкладкой, чтобы металл не морозил тело, сейчас тщательно готовились к высадке. Все помнили чем закончилась встреча с Верховным вождем и счет к нему был до сих пор открыт.

Хват стоял в рубке и наблюдал за приближающейся планетой, чтобы указать пилоту челнока куда именно нужно садиться. Канонисса провела громилу на мостик, чтобы тот подсказал место поисков, да и дальновидящая со своей ученицей старалась вовсю, заглядывая в будущее и используя свои психические силы на полную катушку, заодно обучая неумеху. При такой поддержке Симона была уверена в успехе, ну, если Чаша находится именно здесь, конечно. Приглашать в рубку эльдар она не собиралась и так едва терпела их присутствие на своем корабле, да и ксеносы смущали новое пополнение сестер битвы, которые уже шептались по углам, таким образом выражая свой протест действиям канониссы, однако вслух и напрямую никто не обратился. Поджилки тряслись при взгляде на изуродованное шрамами суровое лицо старшей над сестрами, которая своей несгибаемой волей и харизмой поддерживала дисциплину в подразделении. Но с этими она разберется потом, сейчас самое главное — Чаша.

Планета подставила кораблю свой белоснежный бок, укутанный такого же цвета облаками, лишь по экватору шла тонкая полоска голубой воды, напоминающая шрам, оставленный когтем огромной твари, и вдоль нее темнели пятнами места карликовой растительности. Точно такие же "оазисы" среди снегов можно было обнаружить по всей планете — выходы горячих вод растапливали снег и немногочисленные виды мхов цеплялись за эти благодатные места. Операторы подали энергию на сканеры и считывали информацию, тут же докладывая.

— Гравитация на полюсах в два раза выше стандарта, на экваторе — один семьдесят пять. Планета сплюснута с полюсов, отсюда и разница в данных.

— Состав атмосферы — двадцать восемь процентов кислорода, семьдесят — азота, ноль шесть — гелий, остальное — смесь газов. Рекомендовано не снимать маску — отравление гарантировано.

— Температура на поверхности колеблется от минус восьмидесяти двух на полюсах до минус пяти-семи в районе экватора. — Произнесла третий оператор. — Только узкая полоска льда возле незамерзшего океана имеет положительную температуру в один-два градуса.

— Что с живыми формами? — задала вопрос Симона.

— Информация еще не поступила, — виновато ответила четвертый оператор. — Для такой огромной планеты найти поселение все равно, что иголку в стогу сена. — В команде Жюстин ее подчиненные пользовались некоторой привилегией вести диалог с командиром. Сама капитан нередко прислушивалась к их советам, чтобы принять наиболее подходящее ситуации решение, так что Симона не обращала на это никакого внимания — она уже давно путешествовала с этими сестрами и знала, что в битве они собраны и сосредоточены и не отвлекаются на стороннюю болтовню, так что подобные разговоры им можно и простить.

— Размеры планеты? — уточнила канонисса.

— По предварительным данным радиус составляет приблизительно тридцать шесть тысяч километров, это почти в пять раз больше чем Терра. — Ответила первый оператор.

— Согласно последним данным на планете проживает всего двенадцать миллионов огринов. — Заметила сестра Стефания, которая тоже была здесь — без нее все поиски не имели бы смысла. — Для такой огромной территории это ненормально. Даже если учесть высокую смертность среди аборигенов, а также проживание на их территории тиранидов, то за тысячи лет они должны были как минимум в несколько раз увеличивать свою численность, а не наоборот. Из архивов мне известно, что раньше огринов было больше.

— С нашей численностью разберемся потом. — Проворчал Хват. — Найдите сначала монастырь. От него я смогу сориентироваться на местности.

— Выполняйте. — Кивнула канонисса и операторы принялись за работу.

— Странно, масса планеты большая, ядро точно металлическое, плотность высокая, должны быть залежи тяжелых металлов и руд, но их нет, какие-то жалкие огрызки. — Обескуражено заметила один из операторов. — Вы ведь добываете железо? — спросила она у Хвата.

— У нас его мало. — Посетовал он. — Приходится переплавить много породы, прежде чем получить хоть крупицу, при этом лишних примесей остается очень много. Поэтому металл у нас сильно ценится. Этот топор, — он дотронулся до лезвия за спиной, — достался мне от отца, а ему от деда, а деду от его отца и так далее. Я даже не знаю, сколько ему лет — он древнее нескольких поколений. Мы стараемся хранить такие предметы и пользуемся ими всю жизнь. Основной источник для наконечников наших копий — кость морского зверя или мохнача, либо же хитин паразита, точно также как и доспех. — Огрин стукнул себя в грудь. — Вот почему я приготовил для вождей подарки из металла — кроме знака уважения они будут иметь высокую ценность.

— А можно поподробнее узнать о... — начала было сестра Стефания, которая записывала слова Хвата на диктофон.

— Сканеры обнаружили монастырский комплекс. — Перебила ее оператор. — Вывожу изображение на экран.

— Зафиксируй точку, выводите корабль на стационарную орбиту. — Распорядилась капитан, наблюдающая за работой экипажа.

Все уставились на возникшее гололитическое изображение строений, спрятавшихся возле отвесных гор.

— Это похоже на тот колонизаторский комплекс, что остался на той безымянной планете. — Обратила внимание Стефания. — Но здесь присутствует здание, похожее на шпиль астропатов, хотя я могу и ошибаться. — Девушка пригляделась внимательнее. — Нет, погодите, вот эти казармы выглядят как построенные позже, а вот большое здание, шпиль и обнесенная стена территории несомненно древнее. Это ваше поселение?

— Это резиденция Верховного вождя. — Хват хмуро смотрел на комплекс. — Туда нам не надо. Тщательно сканируйте планету на предмет упавшего корабля. Обратитесь к дальновидящей — она подскажет где искать. — Огрин подошел к парящему в воздухе изображению комплекса с прилегающей территорией. — Так, мы двигались на юго-запад, но вышли с южной стороны, сделав ненужный крюк, тогда... хм, можно было пройти через этот перевал... так, дайте сориентироваться, — Хват подсчитывал в уме. — Покажите район севернее, — карта стала смещаться, — стоп, вот Зуб, крупная гора хребта, от нее дальше на восток, — еще несколько секунд прокрутки, — стоп, край моря, здесь должно быть поселение поморов. Можно приблизить изображение? — картинка увеличилась, не потеряв ни пикта в разрешении. — Спасибо. Хижины покрыты сверху снегом — с высоты их нелегко заметить, часовые сидят в секретах, но на термосканерах видны отчетливо, ага, вот и ловцы. — Несколько темных точек появились из одной побольше и направились к крайней хижине. — Теперь двигайте карту на северо-северо-восток. — Изображение поползло, сменяясь редкими вкраплениями камней, пока не достигло предгорий.

— Есть контакт! — выкрикнула оператор. — Зафиксировано крупное скопление жизненных форм! Дальше по этому же азимуту!

— Выводите на экран. — Приказала канонисса.

На склоне горы были разбиты походные шатры, между ними ходили громилы в шкурах, то исчезая, то появляясь из пещеры. Они готовили еду, разговаривали друг с другом, укрепляли рубежи, перенося камни и выстраивая брустверы, высылали патрули и выставляли часовых. На первый взгляд шла размеренная и нормальная жизнь дикого поселения, но Хват тут же разглядел на шатрах тотемы ближайших соседей.

— Рудокопы, Верховики, Ползуны, Топоры, Скользящие Тени, пара степных кланов, видел их мельком, — огрин сощурился, — больше никого не знаю. Похоже, что Меченый рассказал северным вождям о деяниях Верховного и те собрались на совет. Нам нужно быть там. — Огрин ткнул пальцем в картинку.

— Мы же ищем Чашу, разве нет? — спросила Стефания, недоумевающее глядя на канониссу, которая слегка нахмурилась — она была в курсе истории огрина. Он попросил ее немного подождать, чтобы разобраться со старым делом и Симона пошла ему навстречу. К тому же Чаши здесь может и не быть. — Аборигены собрались на совет, что в этом такого?

— Это важное дело для нас. — Твердо заявил Хват. — Высадите мою группу поближе к лагерю и приступайте к поискам с орбиты. — Он повернулся к Симоне. — Держать связь будем по рации — если я что-то узнаю, то немедленно сообщу. А вы наблюдайте за нами сверху, а также за перемещениями больших масс людей, если что — предупредите.

— Я и мои сестры идем с вами. — Сказала канонисса.

— Нет. — Решительно отверг ее предложение громила. — Там двойная гравитация, жуткий мороз и холод, ветер и снег, мохначи и паразиты. Там вам делать нечего, тем более для вождей вы будете чужаками, а они недоверчиво относятся к незнакомцам.

— Огрин прав — примитивные народы не терпят присутствия на своей территории пришлых. — Поспешно добавила Стефания.

— Я в экзоскелете, не забыл? — ехидно спросила Хвата Симона. — Он выдерживает комический холод.

— А двойную гравитацию? — вопросом на вопрос ответил тот. — На сколько хватит твоих элементов питания, чтобы преодолевать ее постоянное воздействие и обогревать тебя? На два-три часа? Или чуть больше? Нет, сидите лучше на корабле, наблюдайте, снабжайте нас информацией, в случае необходимости я призову вас на помощь, но до этого момента — нет. Это только наше дело. — Огрин повернулся и направился к выходу из рубки, чтобы спуститься на палубу, где уже собрался его отряд в полном составе, ожидая команды на погрузку.

— О каком деле он постоянно говорит? — спросила любопытная Стефания.

— У огринов намечается небольшая революция и насколько она будет кровавой сейчас зависит от Хвата. — Буркнула Симона. — Он прав — это их дела. "Примитивные" народы не поймут того, кому помощь оказывают чужаки, так?

— Вообще-то это с какой стороны посмотреть, — начала Стефания, как в проеме двери появилась дальновидящая, грациозно избежав столкновения с громилой. Хват озадачено хмыкнул и покинул мостик.

Воэйра спокойно оглядела собрание людей, скрипнувшую зубами канониссу, удивленную капитана, обескураженных операторов, обрадовавшуюся ее появлению сестру Пронатус и нахмурившихся сестер битвы. Дальновидящей не было никакого дела до личной неприязни людей к ней, потому что то, что ей открылось, было несомненно важнее древней вражды.

— Я чувствую присутствие на планете Хаоса. — Четко произнесла Воэйра и Симона еще больше напряглась, ожидая продолжения пророчества. — Едва заметные следы, но даже они заставляют меня насторожиться.

— Еретики здесь? — спросила канонисса. — Готовят ритуал?

— Едва ли они выдержат местные условия. — Пожала плечами дальновидящая. — Хаос опутал своими сетями сердца аборигенов и лживыми посулами посеял среди них раздор. Я чувствую знакомый след, но пока не могу понять, чей он и куда ведет. Просто будьте настороже, я же продолжу медитации в своей каюте и предупрежу вас, если ситуация изменится. — Дальновидящая развернулась, чтобы уйти и напоследок сказала через плечо. — Корабль, что вы ищите, лежит разбитым на дне небольшого озера точно на восток от места сбора у-ормов. Сосредоточьте поиски в квадрате семьдесят-семьдесят два. — Эльдарка вышла из рубки.

— Только Хаоса нам тут не хватало. — Поежилась Кадье, вспоминая, как сильно пострадало ее судно в той битве с крейсером еретиков. — Может быть вызвать подмогу и привести в готовность главный калибр?

— Объявлять экипажу боевую тревогу пока рано, но и расслабляться не стоит. — Подумав, заметила Симона. — Ведьма ощутила присутствие энергий хаоса, но не его демонов, так что не все еще потеряно. Будем искать и вычислять эту заразу. Однако будь начеку и готовься отправить сообщение на ближайший имперский форпост. Сколько до него?

— Это самый глухой угол сектора, тут несколько дней пути в варпе до цивилизации если повезет. Это если навигатор договорится с имматериумом. — Заметила капитан. — Еретики обожают такие места, что если они снова готовятся к проведению ритуала?

— Все может быть, так что просто будем начеку. — Отдала приказ канонисса. — Челнок с огринами уже ушел вниз?

— Да, пилот получил координаты точки высадки и сейчас направляется к планете. — Тут же доложила один из операторов.

— Хорошо, проверим район, указанный ведьмой, возможно, она и права. — Симона сложила руки на груди. — И будем готовиться к высадке — раз она не проявляет сильного беспокойства по поводу Хаоса, то и мы можем тщательнее изучить планету и корабль. Помните, сестры, что наша задача — поиск Чаши и ее охрана, все остальное вытекает из первого.

— Как будем доставать корабль? — спросила Кадье.

— Для начала нырнем под воду, рассмотрим в деталях. — Решила канонисса.

— При двойной гравитации и жуткой холодине любой костюм камнем пойдет на дно. — Заметила Стефания. — Нужен специальный комплект для подводных работ.

— И что ты предлагаешь? — спросила Симона, повернувшись к сестре и сощурив глаза.

— Дождемся переговоров Хвата. — Дипломатично произнесла сестра пронатус. — Он упоминал неких поморов, которые чувствую себя как рыба в воде, что если попросить их?

— И доверить им коснуться святыни?! — вопросила Симона.

— Ну, они же тоже живые создания и лояльны Империуму, так почему бы и нет? — безмятежно ответила Стефания.

— Разберемся. — Скрипнула зубами Симона, понимая, что снова брякнула ерунду. Головой нужно почаще думать, напомнила она себе.

Челнок рвался к планете, пилот активировал гравитоны и наслаждался полетом. Координаты точки высадки ему подсветили с орбиты, местность четко отображалась на экранах и если бы он захотел, то не смог бы заблудиться в этих нагромождениях скал, камней и ущелий. Десантный модуль, трюм которого не был заполнен и на треть, прогрохотал движками и завис над достаточно ровной площадкой в горах, своего рода естественным плато, покрытым толстым слоем снежного наста. Аппарель откинулась и огрины быстро покинули челнок, после чего пилот активировал форсаж и кораблик свечой ушел в небо. Вся высадка заняла минуту не больше. Хват поправил лазган, похлопал себя по запасным батареям, мельта болталась за левым плечом, топор висел в чехле, вещмешок пристроился рядом, рукоять болтера торчала из кобуры. Под доспехи огрин натянул меховую одежду — после мягкого климата имперских планет он уже слегка отвык от родных морозов. Жила, стоящий рядом с ним, поежился и передернул плечами.

— Зябко. — Пожаловался он. — Размяк.

— Скоро привыкнешь. — Хват приложил ладонь козырьком ко лбу. — Молчун, Хриплый, авангард. Ступа, твое отделение — боевое охранение. Заноза — замыкающая. Вперед.

— Направление? — спросил подходящий Молчун. — Прости, Хват, но я тут впервые, пока еще не сориентировался, мозги родным морозом слегка отшибло. — Он потянул воздух носом.

Огрины засмеялись, услышав слова нюхача.

— Туда. — Махнул рукой Хват, улыбнувшись. — Похоже, Обвал внял речам Меченого и собрал вождей для принятия важного решения.

— Хочешь сказать, что он собирается бросить вызов Верховному? — спросил Жила.

— Иначе зачем здесь собрались почти все северные кланы? — вопросом на вопрос ответил Хват. — Нам нужно поспешить на собрание и принести дары вождям. И потом, я уверен, что Верховный знает про собрание и не упустит своего шанса разбить заговорщиков одним ударом.

— Откуда эта уверенность? — спросил Молчун.

— Считай, что мне перепала часть способностей от эльдарской ведьмы. — Нюхач понимающе усмехнулся. — Нет, я не спал с ней, как ты подумал — она успела шепнуть мне на ухо, когда я выходил из рубки. — На этот раз захохотал уже Жила. — Просто это наиболее разумное решение со стороны Верховного вождя — задавить в зародыше любое сопротивление. И нам нужно поспешить. Не растягиваемся. — Хват привычно начал выбирать дорогу среди камней, чтобы не провалиться по пояс в снег — за последнее время он изрядно потяжелел за счет брони и оружия.

Гравитация давила, сперва огрины двигались как вялые мухи, но потом тело вспомнило и вошло в ритм, уже не замечая тяжести. Пилот высадил их немного подальше от поселения, чтобы местные не всполошились раньше времени, но Хват знал, что грохот от двигателей точно заставил часовых занервничать. От быстрого движения стало жарко и он пожалел, что одел меха под броню. Тогда громила снял шлем и подставил волосы под резкие порывы горного ветра, который здорово взбодрил его. Идти было легко и приятно, мышцы как будто жили своей жизнью и самостоятельно наполнялись силой, прошло не так много времени, как он покинул эту планету, а ноги уже вспомнили скользящий шаг охотника, а уши улавливали все посторонние звуки. Сейчас они спустятся с хребта, обойдут хорошо знакомый каменный клык, из-за которого клан и получил свое имя и выйдут как раз к пещере.

— А помните, — произнес кто-то из огринов позади Хвата, — как мы ловко поймали ту Королеву? Славная была битва!

— Тихо. — Произнес командир. — Подвигами будете в пещере хвастаться, а на марше — тишина.

Болтун заткнулся и дальше группа двигалась молча, пока идущий впереди Хриплый не поднял кулак вверх — всем стоп.

— Засада. — Шепотом произнес он. — Там. — Указал кивком головы.

Хват вышел вперед, передвинул лазган на грудь и неспешно пошел вперед. Засада поняла, что их обнаружили и из-под снега появились две головы в меховых шапках. Судя по лицам это были совсем молодые парни, едва только вышедшие из возраста подростков. Им уже доверили оружие и выставили в патруль, хотя в их время Хват уже командовал отрядом охотников и ходил в дальние рейды за провизией. Он слегка усмехнулся — лица молодежи были чисты от шрамов, да и оружие держали хоть и умело, но неуверенно. Еще бы, встретить такой крупный отряд весь сплошь облаченный в темные незнакомые, но металлические доспехи, с незнакомым оружием и непонятными возможностями, тут даже бывалый воин напряжется. Хват вышел вперед, разведя руки в стороны, показывая, что в них нет оружия.

— Я Хват, сын Рога из рода Стальной Кирки, приемыш рода Железных Клыков, вернувшийся со звезд. Пусть один из вас поспешит к вождю Обвалу и доложит обо мне.

— Мы не знаем тебя, чужак! — выкрикнул самый храбрый из них. — И не тебе здесь распоряжаться!

— Будь повежливее, парень. — Буркнул Жила и вышел вперед. — Я Жила из рода Верховиков, я отправился к звездам вместе с Хватом и вернулся обратно. Мы видели сверху, что вождь Обвал проводил собрание кланов, там были и знаки моего рода. Верно ли, что вождь Горбонос до сих пор ведет наш клан?

— Вы подсылы! — заявил мальчуган. — Раз знаете так много! Снежок, беги в пещеру, я их задержу!

— Ты что, со скалы свалился? — ласково спросил Хват. — Перед тобой стоит сотня вооруженных воинов, разве ты сможешь нам воспрепятствовать?

Его приятель уже готовился задать стрекача, чтобы предупредить остальных о нашествии непонятных воинов, а часовой уже приготовился дорого продать свою жизнь, как Жила на слова Хвата громко захохотал и его смех подхватили остальные.

— Мне нравится этот парень — из него выйдет толк. — Огрин похлопал в ладоши. — Не сдается, хотя знает, что не сможет выстоять. Беги уже, Снежок, да приведи сюда кого-нибудь постарше, который знает Хвата и его родичей. И пусть кого-нибудь позовет из Верховиков — мою рожу там каждый вспомнит. А мы пока здесь постоим, раз ты нервничаешь.

Более старший мальчишка колебался. С одной стороны чужаки не проявляли агрессии, не пытались напасть или обойти со стороны, но с другой это могла быть ловушка и отвлекающий маневр. Дядька Крут особенно настаивал на этом, когда посылал молодежь в дозоры и паренек все тщательно запоминал. И сейчас сам оказался в непонятной ситуации, когда нужно было принять решение. Чужаки не настаивали на проходе, они сами предложили ему позвать старших, но идти у них на поводу не хотелось. Но и пропустить он тоже их не мог и как поступить — не знал. Однако Снежок все решил за приятеля, развернулся и побежал по тропе до ближайшего шатра, которые разбили пришедшие на совет соседи. Паренек остался один.

— Ты чей? — спросил его Хват. — Разве ты меня не узнаешь?

— Я из рода Ревущего Мохнача. — Насупился тот. — У меня еще нет своего питомца, а то бы я вам показал.

— Я не слышал про них. — Хват повернулся к Жиле. — Где они обитают?

— Ползуны должны знать, — огрин повертел головой, высматривая кого-то в строю, — Чумазый, ты слышал про Ревущих Мохначей?

Названый вышел из строя и подошел поближе, рассматривая мальчонку, склонив голову на левое плечо.

— Знаки рода на его одежде вроде их. — Кивнул он наконец, чем заставил паренька нахмурится от такого недоверия. — Они живут далеко на востоке, мы сами имели с ними дела только через клан Северного Ветра, но те, сам помнишь, оказались слишком... — он пощелкал пальцами в воздухе, — ветреными.

— Это точно. — Кивнул Хват и повернулся к пареньку. — Почему Ревущий Мохнач? Вы хорошие охотники на них?

— Только на диких. — Неожиданно для себя ответил часовой. — Прирученных у нас мало и дикие плохо на них влияют, когда рядом, поэтому мы охотимся с питомцами только на паразитов — мохначи хорошо умеют распознавать их логовища и нападать из тени.

— Прирученные мохначи? — удивился Хват. — Почему я не знал об этом? Это здорово упростило бы нашу жизнь.

— Скорее, почему тебе не пришла в голову такая мысль? — улыбнулся Жила. — Решил себе заиметь питомца как инквизитор?

— С мохначом и охота была бы намного проще. — Раздумывал Хват. — Как же вам удалось их приручить?

— Это секрет. — Паренек надулся от важности.

— Ну, возможно ваш вождь откроет его мне в личной беседе. — Хмыкнул огрин. — О, а вот и кое-кто постарше. Построится! — Огрины живо образовали ровный ряд.

По тропе спешили трое, за ними были видны еще воины — похоже Снежок еще и от себя добавил лишнего. Все мальчишки любят прихвастнуть. Хват заметил знакомый хитиновый шлем, мелькнувший среди громил и шагнул вперед. Часовой выставил свое копьецо, но командир его просто не заметил — он следил за тем, как силуэт поравнялся с мальчишкой и на Хвата взглянули серые глаза Меченого. Приятель оттолкнул часового в сторону и заключил громилу в объятия — Меченый был шире и выше Хвата. Он отстранился и поглядел в это лицо, обезображенное нашлепкой аугментики.

— Старый друг! — воскликнул Меченый, внимательно рассматривая каждую черточку лица охотника. — Что случилось с твоим глазом?

— Служба в гвардии спокойной не бывает. Проклятый паразит взорвался рядом со мной и выбил его. — Ответил Хват. — Главное, что имперцы расщедрились мне на новый, пускай и механический. — Он кивнул на часового. — Смотрю, тебе удалось убедить вождя собрать совет?

— А я смотрю, тебе удалось вернуться? — и Меченый засмеялся.

— Только на время — служба в гвардии еще не закончилась. — Хват улыбнулся. — Здесь со мной те, кто выжил в битвах против Хаоса, звездных паразитов, наемников и ксеносов. Отряд уменьшился на две трети, погибшие умерли с честью, уничтожив перед этим десятки врагов, и я радуюсь за них. — Огрин чуть склонил голову в знаке почтения и остальные поступили так же. — Однако у живых свои проблемы, веди нас скорее к вождю — я должен быть на собрании и поговорить с вождями.

— Думаешь, тебя примут? — с сомнением в голосе произнес Меченый. — Ты ведь просто старший охотник и не имеешь права голоса.

— Он наш вождь! — громко сказал Жила и отряд одобрительно загудел. — Если возникнет необходимость подтвердить его полномочия говорить от всех нас, то я немедленно присягну Хвату на верность.

— И я! И я! — раздалось множество голосов, а вперед вышла Веселушка, которая посмотрела на Меченого.

— Я дочь шамана, Меченый, и я имею право голоса на совете вождей как представитель отдельной касты рода. Я могу поручиться за Хвата, чтобы он говорил за всех!

— Ого! — восхитился следопыт. — А ты действительно из старшего отряда превратился в вождя! Тогда вперед, кланы еще прибывают, мы ждем представителя от поморов, говорят, они выловили в своих водах что-то интересное.

— Поспешим. — И колонна вооруженных огринов прошла мимо мальчишки, который открыв рот слушал этот разговор взрослых. Эти незнакомцы оказались важными воинами, вон даже охотники принимающей стороны вложили оружие в ножны, показывая высокую степень доверия.

Когда мимо шатров проходили воины в стальных доспехах, отлично вооруженные и оснащенные, то каждый посчитал своим долгом поглядеть на них. Женщины с детьми, молодые охотники, бывалые воины и нюхачи, все повылазили из жилищ, глазея на огринскую имперскую гвардию. Хват ловил на себе их завистливые и восторженные взгляды, некоторые внимательно рассматривали броню и ее элементы, других интересовало оружие, женщины же вглядывались в лица воинов, чтобы для себя решить каковым славным будет потомство от этих мужчин и уже прикидывали каким образом привлечь этих бойцов, воспринимая девушек среди солдат как прямых конкуренток. Все чувства и эмоции были написаны на лицах огринов и веселили бойцов Хвата, когда те проходили мимо — еще в учебке пришлось учиться скрывать эмоции и держать рожу каменной. Вскоре Меченый добрался до пещеры и Хват остановился перед входом, ощущая, что вернулся домой. Это чувство всколыхнуло былые вспоминания, но командир подавил сентиментальную нотку в своей душе, повернулся к Веселушке, которая несла в мешке подарок для вождя. Жила тоже подманил к себе Хрипуна — тот должен был одарить Горбоноса, точно также поступил и один из рудокопов, назначенный на должность старшего вместо умершего от ран Мастера. Бывалый воин получил многочисленные повреждения и не смог выкарабкаться, хотя госпитальер и старались. Теперь вместо него поредевшими до отделения рудокопами командовал Молот, бывший кузнец, упорно и любознательно перенявший науку у механикусов. Он лично выковал оружие для своего вождя и сейчас держал его в мешке за спиной. От ползунов пошел Скала, воин, что ростом не уступал погибшему Горе — у него тоже был приготовлен подарок. Воины, что сторожили вход в пещеру, расступились, пропуская тяжело бронированных бойцов и Хват ощутил хорошо знакомый запах горючего камня, стрельнул глазами в сторону ширм и своего угла, который уже кто-то занял — место пустовать не будет. Прямо по центру пещеры на троне сидел вождь Обвал, вокруг него на своих переносных тронах собрались другие вожди, которые с интересом смотрели на прибывших. В пещеру, помимо Хвата вошли Жила, Веселушка, Молчун, Скала, Молот, Хрипун, Клык и Шорох. Остальные разместились снаружи. Они не заняли оборону, совсем нет, вроде бы так беспечно бродили между расставленных шатров, ведя разговоры с прибывшими представителями кланов, но всегда могли прибыть по одному зову своего командира. Битвы с врагами Империума научили их дисциплине и уважению своего командира, воздвигнутому на недосягаемую высоту.

Обвал встал при приближении на первый взгляд незнакомого огрина. Тот имел невысокий рост и выглядел квадратным, нашлепка аугментированого глаза скрывала часть лица, но хорошо знакомые шрамы на лбу и серьезная сосредоточенность, читаемая в глазу, выдавала в нем частичку того рано повзрослевшего мальчишки. Сейчас перед вождем стоял опытный воин и вождь. Да именно так, вождь. От Хвата веяло той самой силой, которую Обвал ощущал в себе самом и которая позволила ему в итоге занять каменный трон. Воин подошел ближе и приложил руку к груди, стукнув по доспеху, которого не было даже у вождя.

— Приветствую тебя, вождь Обвал. — Начал Хват. — Наш путь начался здесь, здесь он и закончится. Я принял на себя бремя ответственности за твоих воинов, но не все смогли вернутся назад, ибо опасности, что подстерегают людей на других мирах гораздо сильнее наших истинных врагов, суть которых мне открылась только там. Но я должен предупредить тебя, вождь, что служба моя в гвардии не окончена, на орбите планеты находится корабль сестер битвы и на нас возложена миссия по поиску реликвии Империума. Но прежде чем мы приступим к обстоятельному разговору, я хотел бы преподнести тебе эти дары. — Хват сделал знак и Веселушка приблизилась к нему. Огрин запустил руку в мешок. — Во-первых, этот славный меч, который разрубит любой доспех. — Лезвие силового клинка окуталось голубым светом и все в пещере издали вздох удивления и восхищения. — А также этот нагрудник, шлем и поножи с наручами. — Продолжил Хват, передавая подарки первой жене вождя, после чего пошарил в мешке и вытащил отполированный череп тиранида-зоантропа. Толпа напряглась. — И этот сувенир из другого мира — башка одного из наших истинных врагов, ибо мне открылась страшная правда. — Единственный глаз оглядел вождей. — Паразиты многочисленны и у них различные лица, распознать которые очень сложно, а их армии превосходят всех нас вместе взятых в численности многократно и угрожают жизни как таковой. К тому же есть еще Хаос, который действует исподтишка, разлагая души и подрывая общество изнутри. Он — гораздо более страшный враг, чем паразиты, страшный тем, что его лживые посулы очень просто принять за правду.

— Я принимаю эти дары, Хват, сынок. — Обвал спустился с трона и кивнул первой жене, чтобы она унесла оружие и доспехи в "покои" вождя. Он обнял своего лучшего охотника. — Я рад, что ты вернулся, пускай и не надолго. — Обвал потрогал ствол лазгана. — А это что?

— Это оружие Империума, с которым сражаться гораздо проще, чем с топорами и копьями. — Улыбнулся огрин. — У каждого в моей роте есть такое и даже лучше.

— Роте?

— Подразделении гвардии. Но об этом позже, вождь. Меня интересует ситуация с Верховным вождем. Меченый тебе все рассказал?

— Да. — Обвал помрачнел. — Известия, что он принес, весьма опечалили меня, к сожалению Верховный забыл о своих обязанностях — заботу обо всем народе. И твои подарки пришлись к месту — они пригодятся в будущей битве.

— Расскажи мне о своих планах, вождь. — Попросил Хват. — Я клянусь, что помогу всем, чем смогу. И мои солдаты встанут плечом к плечу с твоими воинами и нашими союзниками.

— Не сомневаюсь. — Кивнул Обвал и поглядел на других бойцов из его подразделения. — Я вижу, что твоим воинам не терпится одарить своих вождей?

— Это так. — Согласился с выводами вождя Хват. — Позволь и им высказаться.

— Я выступаю принимающей стороной. — Напомнил всем Обвал. — Я выступил с инициативой разобраться с действиями Верховного Вождя и решить, достоин ли он в дальнейшем занимать свое место. Времени до совета вождей еще много, но если мы таким количеством кланов прибудем к его стенам, то отвертеться от разговора он вряд ли сможет. — Обвал посмотрел на Хвата. — Меченый рассказал тебе, что он и его разведчики обнаружили возле стены замка, после того, как он наведался туда еще раз?

— Нет. — Хват отрицательно покачал головой. — И что же?

— Кости. — Мрачно произнес Обвал и пещера загудела. — Тихо! Много костей и черепов и в них аккуратные дырочки, такие меч или копье точно не оставляет.

— Это следы от лазгана. — Уверенно произнес Хват. — И сделать подобное мог только Верховный и его люди — только у них есть продвинутое оружие. Возможно, чтобы они не вернулись в свои поселения и не рассказали правды?

— Я тоже так решил. — Кивнул Обвал. — Мы должны знать, что стало с нашими родичами. Возможно, среди них есть и твои родители. — Хват на эти слова нахмурился и вождь ощутил, что его бывший охотник наполнился гневом. — Меченый внимательно разглядел один из трупов, лежащий сверху — ростом как помор, кости тонкие, но плечи широкие как у нас.

— Жердь. — Тихо прошептал Хват и посмотрел на Обвала. — Значит, вот как он закончил свой путь?

— Я не берусь утверждать, но хочу задать Верховному много вопросов. Очень много. Например, куда делись мои воины, которые не вернулись, почему его посланники требуют еще больше молодежи для битв на Арене, хотя Меченый рассказал о ее закрытии и прекращении состязаний, зачем Верховный целенаправленно уничтожает наши поселки — его люди были замечены в трех днях пути на запад от Хребта. Они напали на охотничью партию вождя Стана, главы равнинного клана Воющей Метели. Один из охотников был сильно ранен и прикинулся мертвым, чтобы его не добили, измазал себе лоб кровью и сумел выжить, добравшись до поселка, а там кругом трупы и смерть. На первый взгляд порезвились людоеды, но я уверен, что это дело рук Верховного. — Один из вождей кивнул, соглашаясь со словами Обвала. — Я использовал свое слово и собрал здесь все окрестные кланы, чтобы решить как нам быть дальше и твое прибытие явно к месту. — Хват кивнул. — Скоро мы ожидаем еще один караван, на этот раз от поморов, они передали с гонцами, что принесут интересные вести и приведут кого-то с собой. Я выслал вперед встречающих и через пару дней, думаю, они появятся. — Обвал посмотрел на огрина. — На какое время ты можешь рассчитывать, пока тебя не призовут твои командиры? И почему их я не вижу среди вас?

— Наш мир для людей слишком тяжел и опасен. — Хмыкнул Хват. — Они могут легко замерзнуть и умереть, так что сейчас сидят на орбите и ждут от меня вестей. Но я могу с ними поговорить и запросить помощь — мое подразделение на хорошем счету.

— Почему я не вижу среди них твоего приятеля Горелого и Подмышку?

— Потому что они погибли. — Спокойно ответил Хват. — Я плохой командир, раз допустил их смерть также как и смерть других моих воинов, но враг был слишком силен и силы не равны.

— Хват потерял руку и глаз, принимая на себя удар. — Вперед вышел Жила и посмотрел на огрина. — Лучше чем он я командира еще не встречал — без него мы остались бы там все. Кто-то отдал жизнь, но забрал вслед за собой множество врагов. Это была славная битва и славная смерть, мы не скорбим о своих товарищах, а радуемся за них.

— Хм, даже так? — удивился Обвал. — Почему ты молчишь о своих подвигах, заставляя за себя говорить других?

— Потому что я не считаю их подвигами. — Пожал плечами Хват.

— Дозволь мне сказать, вождь. — Вперед вылезла Веселушка. Она ткнула пальцем в Хвата. — Наш командир отдал свою руку в борьбе с демоном, который силой превосходил десятерых, он противостоял Патриарху, командиру паразитов и смог одолеть его, он держал оборону против орд паразитов и да, в том бою погибло много наших, но их жизни ничто по сравнению с тем количеством, что мы спасли. — Девушка смотрела прямо на огрина, словно обращаясь к нему, а не к вождю. — Вождь Обвал! Я говорю здесь о том, что отправленный тобой на службу в гвардию воин пережил многое, проходя по краю!! — Веселушку было не остановить. — Его род потеряет многое, если он сложит свою голову в бою, их и так немного осталось, я прошу тебя, вождь, решить судьбу этого человека, своей волей запретить ему возвращаться к звездам. И если уж мы здесь, то согласно нашему закону и правилам, которые Хват соблюдает неукоснительно, он должен продолжить себя и создать семью, а не лезьте паразиту в пасть! — Девушка раскраснелась, пока говорила и Обвал с интересом слушал ее спич.

Хват скрипнул зубами и посмотрел на Веселушку, показав ей кулак.

— Прошу извинить ее, вождь, видимо воздух родины ударил ей в голову. — Обвал хмыкнул. — Кажется, мы уже решили этот вопрос? — командир смотрел на свою подчиненную, которая вдруг стала такой дерзкой.

— Перед своим вождем ты старший охотник, а я — дочь шамана! — Веселушка упрямо смотрела на Хвата. — Ты обязан подчиняться ему!

— Я еще не уволился со службы в гвардии, — напомнил ей огрин. — Точно также как и ты, так что закрой свой рот и встань в строй!

— Никому ты больше не принадлежишь кроме себя! — выкрикнула Веселушка, устраивая безобразную сцену. — Я все слышала, как полковник Конот обещал вывести наше подразделение из состава своего полка!

— Подслушивала, значит. — Хват нахмурился и повернулся к Обвалу. — Пускай она и дочь шамана, но я бы порекомендовал пока удалить ее из зала за длинный язык и короткий ум.

— Вот как?! — задохнулась Веселушка, а Обвал точно также как и остальные вожди смотрел на это как на разворачивающуюся семейную комедийную драму. — Ты можешь приказывать мне там, но не здесь!! Здесь я дома, здесь правит другой закон и Империум над нами не властен, здесь... ай, батя, больно!!

— Хватит! — к дочери подошел ее отец и схватил за ухо, выкручивая его. — Хват прав — тебе действительно воздух голову вскружил. Прекрати позорить перед вождями его, меня и себя.

Веселушка сообразила, что перегнула палку и посмотрела на Хвата с виноватым видом, а отец, игнорируя сообщество вождей и ее непосредственного командира, потащил дочку за ухо в сторону ширмы, вполголоса выговаривая ей. Шамана не смутило наличие тяжелой брони и порядочного веса, для него строптивая девчонка была как пушинка, а рука у бати тяжелая, Веселушка знала это с самого детства.

— Я тебе сейчас все припомню, егоза, все твои заскоки и проделки! Что, взрослая слишком стала, отцу и вождю перечить?

— Оставь ее, Ворох. — Обвал поморщился. — Это, конечно, ваше личное дело, но я хочу услышать другое — это правда, что ты можешь распоряжаться своими людьми как захочешь?

— Они — гвардейцы в составе моего подразделения. — Ответил Хват. — Они уверены во мне, а я в них. Но бездумно выполнять преступные приказы они не будут точно также как и я, не этому я их учил. Если я позову их за собой — они пойдут, это правда. Но здесь законы Империума не действуют, Веселушка права, у нас есть свои правила и свои законы и мнение воинов тоже многое значит. Пойдут ли они за мной — я не знаю, но если поселку угрожает опасность, то мы встанем на его защиту плечом к плечу, как я уже говорил.

— Я понял тебя. — Кивнул Обвал. — Но ты так и не ответил на мой вопрос — тебя выгнали из гвардии и поэтому ты здесь?

— Все не совсем так как выглядит. — Ответил Хват. — Я не могу раскрыть тебе всей правды, вождь, но скажу одно — все мы в большой опасности. Вскоре над планетой могут зависнуть имперские корабли, которые насильно начнут захватывать всех подряд, тащить в камеры и промывать им мозги, делая подконтрольных солдат. Я же хочу этому помешать и для этого мне нужна ваша помощь. — Огрин оглядел зал с вождями. — Империуму стала известна наша истинная природа и они хотят заполучить нас как объект для своих экспериментов. Ни для никого не секрет, что нас они воспринимают как дикарей, неспособных ни на что, кроме как стучать друг другу дубинами по башке. Мне удалось изменить это мнение о нас и мой командир пошел мне навстречу, но и нам тоже нужно кое-что для них сделать и для воплощения этого замысла прежде всего необходимо разобраться с Верховным вождем, который узурпировал канал связи с Империумом и возомнил себя самой важной шишкой на планете. Он забыл о правилах, о том, что в первую очередь должен сам их соблюдать, а не нарушать. И мы ему напомним об этом.

В зале восторженно заревели, а Обвал улыбнулся и кивнул. Сейчас он видел перед собой настоящего вождя, того, кто может говорить с ним на равных. И Веселушка была права в одном — недопустимо, чтобы род угас.

— Раз тебе доверяют твои звездные командиры, то пускай для них ты останешься подчиненным, но здесь, среди нас будешь вождем. Вождем своего клана. — Обвал посмотрел на стоящих за спиной Хвата воинов. — Раз ты смог командовать значительным количеством человек, то и бремя вождя выдержишь, тем более, что оно не сильно и отличается от твоей сегодняшней должности. Хотим мы того или нет, но задача вождя — преумножать род, делать все для его выживания и процветания. — Обвал положил руку на плечо Хвата. — Ты последний из рода и я не позволю, чтобы он прервался.

— Есть же еще Дрын. — Напомнил вождю Хват про своего родича.

— Его жена осталась вдовой с двумя детьми и они войдут в твой клан на правах родичей. — Объявил вождь. — Но этого слишком мало для целого рода, нужен носитель семени и ты — последний.

— Теперь ты не отвертишься, Хват! — снова вылезла Веселушка и получила по губам от отца.

— Вижу, что тихая и спокойная дочь шамана превратилась во вредную язву за время вашего путешествия к звездам? — со смехом спросил Обвал. — Что с ней случилось за это время? Похоже, что служба женщин в гвардии дурно на них влияет?

— Она любит его, а тот не замечает этого. — Прогудел Жила и Веселушка покраснела, все это заметили в пещере и на лицах мужчин и женщин расцвели понимающие улыбки. Хват же остался спокойным. — Не иметь привязанности это правильно во время сражения, но когда битва позади — нет. Нам нужно продолжать себя иначе мы вымрем, мы и так многих потеряли. — Глава Верховиков посмотрел на Горбоноса. — Вождь, позволишь ли ты мне присоединиться к Хвату и войти в его клан? Я понимаю, что это ослабит наш, но... он мой командир и не раз спасал мне жизнь, ему доверяю даже больше, чем себе. — Жила опустился на одно колено. — Я приношу клятву, что буду следовать за тобой везде, вождь. Позволь мне присоединиться к тебе.

— Встань, Жила, ты и так уже с нами. — Тихо произнес Хват и посмотрел на Обвала. — Вождь Обвал, ты хочешь, чтобы я представлял отдельный род во время разговора с Верховным? Таков твой замысел?

— Веселушка подкинула мне эту идею несколько капель назад. — Согласился Обвал. — Когда за спиной человека стоят хорошо вооруженные воины, закованные в доспехи, а не в меха, то трудно игнорировать его речи. Верховный вынужден будет тебя выслушать, а потом... ты сможешь бросить ему вызов. Я уверен, ты справишься.

— Да. — Встал Горбонос. — Ты будешь самый молодой вождь из нас, еще не обремененный женами и детьми, но уже познавший, что такое ответственность за свой род. Ты берег моих людей как своих, я это вижу по тому, как Жила, один из моих лучших охотников преклонился перед тобой. Люди знают кого выбирать, они чувствуют правду, хотят получить толику твоей удачи и умения и раз просятся в твой новообразованный клан, то я за. Жила, встань, я отпускаю тебя точно также как и любого из твоего отряда, кто захочет пойти в клан Стальной Кирки. — Горбонос посмотрел на Обвала. — И я даю добро на образование нового рода. — Вождь вынул меч из ножен и воздел его лезвием вверх. Точно также поступили и другие вожди — они вставали с мест и каждый из них поднимал оружие, славя нового вождя и новый род.

Огрины в пещере снова зашумели — никто еще не присутствовал на таком судьбоносном заседании вождей и принятое Обвалом решение удивило всех. Родичи восторженно хлопали ладошами по груди, выражая свое одобрение принятому решению. Следом за Жилой на колено за спиной Хвата опустились все его гвардейцы. Когда крики стихли, Скала прогудел от имени всех:

— Хват, прими нас в свой клан. — Он посмотрел в глаз огрину. — Клянусь, если ты этого не сделаешь, то я откручу тебе башку!

— Аргумент засчитан. — Засмеялся Хват. — Встаньте, братья и сестры. Нам еще предстоит спросить мнение остальных.

— Уверен, они не будут против. — Обвал снова хлопнул ладонью по плечу Хвата. — Но хорошему вождю нужен славный и умелый шаман, чтобы дать верный совет. — И указал на Веселушку.

— В жопу такую советчицу. — Буркнул Хват, хмуро глядя на опустившую глаза девушку.

— Я знаю гораздо более приятные места, нежели именно это. — Обвал развеселился и подмигнул. — Однако дети оттуда не появляются, а выходит нечто другое. — Веселушка покраснела, а огрины засмеялись над шуткой вождя. Хват посмотрел на смущенную девушку и вздохнул.

— Ну, чего стоишь, иди сюда. — Вздохнул он. — Я уверен, что ты уже давно согласна вступить в мой род и местом шамана не ограничишься.

— Не смей ей ездить на твоей шее. — Серьезно заметил Обвал. — Если она снова будет тебе возражать, то ты можешь законно дать ей в глаз и тебе ничего не будет. — Одна из жен вождя фыркнула при этих словах.

— Ага, ни новой одежды, ни еды, ни секса. — Ответил Хват, чем развеселил вождей еще больше. Те весело хлопали ладошами по коленкам, выражая свое отношение к шутке — Иди уже сюда, советчица хренова, у меня будет для тебя пара указаний.

— Уже? — спросила Веселушка, освобождаясь от хватки шамана. — Я же вроде как своего согласия не давала. — Смех сразу же оборвался и огрины сделались серьезными. Девушка поняла, что снова ее подвел коварный язык и негативное влияние Занозы и бухнулась на колени. — Прости меня, дуру, прости, вождь! — она сложила руки лодочкой. — Молю тебя, прими в свой клан, я опозорила тебя, признаю, ты можешь выпороть меня, если пожелаешь, даже здесь при всех! Только позволь загладить свою вину! — Веселушка уже начала снимать нижнюю часть брони, но Хват резким движением поднял ее вверх за локоть.

— Я приму тебя, но только при одном условии. — Глядя в ее глаза своим единственным, произнес он. — Никогда мне не перечь. Я знаю, что ты отличный знахарь и медик, я видел, как воины, которым следовало умереть от ран, оправлялись под действием твоих заговоров и вновь шли в битву. И я прошу — служи мне верой и правдой, лечи моих родичей, давай совет, когда я спрошу, но не лезь со своими наставлениями. Это лишнее.

— Я согласна! — закивала головой Веселушка, преданно глядя на Хвата.

— Ты сказала свое слово, дочь. — Напомнил ей отец. — Забудешь его или предашь — погибнешь в муках. — Веселушка твердо кивнула и шаман разглядел в ее чертах что-то от Хвата. Его решимость и уверенность в своих действиях, непоколебимость и упрямство и это обрадовало старого шамана, у которого кроме Веселушки было еще две дочери и три сына-оболтуса. Хоть эту удалось удачно пристроить и Ворох был доволен — семейные связи между родами укрепляют дружбу гораздо крепче, чем многочисленные заверения. — Я одобряю твою клятву. — Он взмахнул настоящим деревянным посохом, который уже много лет передавался от шамана клана к шаману. — Силами, данными мне четырьмя стихиями, я провозглашаю восстановление клана Стальной Кирки!! Впредь и после будет он жить в этих горах, приносить пользу роду и вести обмен с соседями. Клянешься ли ты, вождь Хват, соблюдать закон, данный нам Небесным Кузнецом и Матерью Благодетельницей, следовать правилам и соблюдать их?

— Клянусь! — Огрин опустился на одно колено и стукнул себя в грудь.

— Клянешься ли ты прибыть по первому зову соседних с тобой родов, случись у них беда?

— Клянусь!

— Клянешься ли ты вести обмен кровью, допускать на свои земли караваны родичей и самому ходить к ним для обмена?

— Клянусь!

— Клятва, произнесенная трижды, требует виры Богов! — возвестил шаман. Он забубнил слова заговора и огонь в центре горящего костра взметнулся вверх, осветив лица всех, кто был в пещере. — Протяни руку, новый вождь, коснись пламени и получи метку Небесного Кузнеца! — Ворох сделал знак и один из помощников шамана вытащил стальной прут с клеймом вождя.

Хват снял перчатку и правый наруч, закатал рукав меховой накидки, показал всем голую плоть, после чего приблизился к костру и сунул руку в огонь. Он ожидал, что пламя причинит ему нестерпимую боль и оставит ожог, но почему-то этого не произошло, наоборот, огонь как будто лизнул его кожу и расступился перед огрином. От пламени струилось благодатное тепло и Хват ощущал его всей душой. Только сейчас человек с памятью из прошлого понял, что стал именно тем, кем здесь и родился — огрином. Громилой, чей народ сейчас собрался в этой пещере. Он ощущал единение с ними, словно разделил это свое чувство торжества момента. Это было очень похоже на тот самый призыв, который он издал на поле боя. Тогда Хват подсознательно понимал, что нужно сделать, то же самое он сделал и теперь. Пламя неожиданно опало и вождь посмотрел на свою руку, не получившую ожогов. К нему приблизился шаман с клеймом и приложил раскаленный металл к голой коже — Хват не почувствовал боли, словно огонь подготовил его тело к проведению ритуала. На предплечье темным пятном появилась метка вождя — кирка в круге, символ клана Стальной Кирки. Откуда она у них, подумал Хват, неужели они заранее подготовились? Но это невозможно, Обвал не мог знать, что я вернусь так быстро. Или он надеялся? Одни вопросы без ответов, нужно прояснить ситуацию. Пещера огласилась восторженным ревом многих глоток, все приветствовали восстановление нового клана и радовались за то, что рядом с ними обновился такой сильный род. Хват одел наруч и перчатку назад и обернулся к Обвалу, который улыбался также как и остальные вожди.

— Хочу задать тебе вопрос, вождь...

— Ты. Говори мне ты или обращайся по имени — ты среди равных. — Заметил тот.

— Ты заранее готовился к проведению обряда? — Обвал сразу же понял, о чем говорит юный Хват — тот показывал ему метку.

— Недавно мы решили, что Дрын достоин стать новым вождем, но он погиб. — Отозвался вождь и улыбнулся. — Не он должен был занять это место, а ты. Небесный Кузнец подсказал шаману, что нужно подготовить все к проведению обряда и, как видишь, его воля выполнена. Просто по скудоумию нашему мы не поняли, что достойный еще только в пути.

— Хорошо. — Хват кивнул, приняв объяснение в духе эльдар. Мол, мне подсказали предки, хотя, кто знает? — Я хочу справится о Мире, девушке, которую... обрюхатил Горелый. Она должна носить его ребенка, где она?

— Ты найдешь ее на северном склоне горы Трон. — Обвал нахмурился. — В соответствии с законом она должна пройти обряд очищения, прежде чем быть принята с дитем обратно в род. Я не знал, что здесь постарался твой приятель. Ты примешь ее в род?

— Горелый спас мне жизнь — я обязан это сделать. — Мрачно произнес Хват и вождь ощутил его скорбь. — Она уже родила или брюхата?

— Ребенок должен вот-вот появиться. — Обвал посмотрел на нового вождя— Я знаю, о чем ты думаешь, вождь, но прерывать обряд...

— Я собираюсь помочь. — Твердо ответил огрин. — В моем клане хватит места всем, в том числе и тем, кто хоть немного носит в себе частичку крови моего рода.

— Тогда поспеши, вождь. — Обвал посмотрел на других глав родов. — Мне никогда не нравился этот закон — выгонять тех, кто пошел на поводу у своих желаний. Ведь дитя приходит в род и увеличивает его, другое дело, что воспитывается вне семьи, но мы ведь все одна большая семья, верно? Не извне ли он привнесен?

— Не знаю. — Пожал плечами Хват. — Но выяснить стоит. Где мои люди могут разместиться?

— На южном склоне места хватит для всех, но вы ведь без шатров?

— Могу одолжить часть. — Тут же встал вождь степняков. — Поделится частью имущества с новым родом — наша обязанность.

— Благодарю покорно, но в этом, — Хват постучал себя по броне, — не замерзнешь даже на лютом морозе. Тем более мои охотники уже давно не ночевали в снегу, так что пускай привыкают. Молчун, Шорох, Веселушка, поспешим! Роженице может понадобится помощь знахарки. — Девушка кивнула, проверяя запас сухих трав и густых настоев. Ворох протянул руку и вложил в ладошку дочери несколько глиняных сосудиков со свежим отваром и прошептал что-то на ухо — та кивнула, внимая речам отца. — Жила — за старшего. — Привычно отдал приказ огрин. Обвал слушал как он деловито распоряжается и все больше укреплялся в мысли, что поступил правильно, возведя Хвата в ранг вождя. Никто другой не смог бы занять его место, тем более Дрын, ведь по плану вождя тот должен был выступить от имени погибшего рода. Но сейчас Хват сам может сказать за своих родичей. — Размести людей, накорми, выстави часовых и назначь патрульных. И дай попробовать вождям сухпай, которым кормят в гвардии, думаю, это лакомство еще раз они вряд ли увидят.

— Что за еда? — Обвал был не дурак поесть и едва услышав о чем-то новом, тут же пристал к Жиле с вопросами.

— В моем вещмешке есть немного. — Полез тот за брикетами. — Нужна горячая вода, чтобы приготовить пищу. — Хват уже покинул пещеру и не слышал, что ответил Обвал, да и остальные вожди тоже встали со своих мест и подошли ближе из любопытства. К тому же им страсть как хотелось подробнее рассмотреть подаренные доспехи и оружие.

Снаружи ничего не изменилось — вокруг подразделения гвардии собрались огрины, изучая оружие и броню, мужчины завистливо цокали языками, оценивая состояние воинов, женщины стреляли глазами, пытаясь обратить на себя внимание. Когда командир появился из пещеры, гвардейцы подтянулись — некоторые позволили себе расслабиться, но Ступа и Заноза живо навели порядок, криками и пинками приводя в чувство особенно разленившихся. Привитая огринам дисциплина сыграла свое дело и сейчас перед Хватом стоял слаженный строй солдат. Вождь быстро оглядел лица воинов.

— Я должен отлучиться. — Пояснил он для всех. — Жила за старшего, разбейте лагерь вон там, старший придет — назначит караулы. Сейчас всем отдыхать, но не расслабляться. Ступа, займись, пока Жила занят с вождями.

— Все слышали?! — зычно вопросила девушка. — Построились, варпово племя, и... шагом марш!!

Когда Хват отдалился от лагеря на достаточное расстояние, чтобы их не могли слышать, то резко остановился и, повернувшись, схватил Веселушку за край нагрудника брони, приблизив лицо девушки к своему. Его единственный глаз внимательно уставился в испуганные глаза шаманки.

— Что это ты там устроила? — процедил через зубы вождь. — Выставила меня полным дураком, скажи спасибо, что Обвал не принял во внимание твою бабскую дурь. — Веселушка молчала, опустив глаза и стараясь не смотреть в лицо Хвата. Тот выпустил девушку и повернулся к ней спиной. — Впредь даже не вздумай открывать свой рот, пока я не попрошу. — Шорох смотрел на это одобрительно, а вот Молчун покачал головой, но вождь заметил его движение. — Ты хочешь что-то добавить?

— Только одно. — Прогудел нюхач. — Став вождем, ты сам должен завязать с канониссой. Или же назначить ее своей женой — родичи не поймут таких отношений. — На это замечание Шорох фыркнул, представив картинку. Хват повернулся к Молчуну.

— Ты держал свечку, когда мы были наедине с Симоной? — в голосе Хвата так и сквозил холод.

— Нет. — Снова мотнул головой Молчун. — Но ты ведь...

— Раз не знаешь, то молчи — сойдешь за умного, у тебя имя подходящее. — Грубо оборвал вождь. — Что я там делаю с канониссой, это только мое личное дело и пока оно шло НАМ на пользу. — Он особенно выделил это слово. — Сестры помогают просто потому, что их командирша имеет власть над ними, а я имею на нее некоторое влияние. Кто мы для них и кто они для нас? — спросил Хват и Молчун задумался. — Не знаешь? Так я отвечу и тебе в том числе. — Он ткнул пальцем в Веселушку и та вздрогнула. — Мы — ресурс. Солдаты, которые умрут во славу Империума. Всегда ими были и будем. Я сделал многое, чтобы в глазах хотя бы небольшой горстки людей огрины превратились в полноценных граждан и не дам разрушить это неосторожным словом или делом. — Он оглядел троицу. — Так что лучше помалкивайте при вождях, которые могут не подумав, брякнуть лишнее при людях. — Он повернулся к подчиненным спиной. — Вперед!

Огрины продолжили бег. Веселушка раздумывала над словами Хвата. Сначала они ей не понравились, она поняла их так, что он отвергает ее и предпочитает эту худосочную бабищу? Но сейчас уже не была уверена, ведь командир показал, что думает сразу обо всех, в том числе и о родичах, живущих в неведенье на планете. Да, она слышала разговор Хвата с полковником Конотом, слух у нее был острый, а если сосредоточиться на объекте своего обожания, то можно легко узнать содержимое всех его разговоров. Сначала она не поняла, зачем Хвату и полковнику все это нужно, но увидев совет вождей и то, что они сами выбрали его новым вождем, уверилась, что у командира все получится. И благодаря его недавним словам у нее появился шанс занять место не советчика-шамана, а, возможно, первой жены. Ведь Хват понимает, что они с канониссой очень разные, чего бы она там себе не воображала. И потомства у них быть не может, а вот у нее с ним... очень даже может. Тут, главное, ничего не испортить своим поганым языком. Или прекратить плотно общаться с Занозой? Может быть это ее влияние, ведь командир отделения тоже метит в жены к вождю, она сама как-то неосторожно призналась. Если продолжит свои попытки, то я вызову ее на бой и отделаю так, что мать родная не узнает. Ненависть к сопернице придала Веселушке сил и она легко поддерживала темп наравне с мужиками, которые неслись в горы как ломовые лошади "Мужественных всадников". Хват ощутил ее злобу и ярость и хмыкнул. Пускай на него злится, главное что молчит. Конечно женщины способны на всякую пакость по отношению к объекту своей ненависти и правило "да не доставайся же ты никому" еще никто не отменял, но... было несколько но, которые в огринском обществе являлись законом. Здесь женщина могла только советовать, а не править. Решение всегда принимал вождь и остальные его исполняли, просто в подразделении Хвата несколько девушек являлись командирами, но они заслужили это право в честном бою и согласно закону заняли место. Не было среди мужчин более компетентных и ответственных, даже те же Ступа и Заноза, получив возможность командовать, постепенно превратились в матерей для своих солдат. Проявилось у них нечто такое в характере. Чего не могло произойти здесь. Хотя кто знает, час назад он узнал о роде Ревущего Мохнача, где прирученные твари обычное дело. Возможно где-то на планете есть род Снежных Амазонок, кто знает. Мир большой, а Хват отлично помнил только родные места, эти горы и каменные кручи, по которым лазал с детства. В клан Клыков он пришел мальчишкой, почти подростком, чудом выжившим при нападении и вернувшимся с первой охоты с добычей, и некоторое время был для всех чужаком. Пока не заслужил право стать старшим охотником. Он не мог знать, что дочка шамана, младше его по возрасту, сразу же обратила внимание на низкорослого крепыша, у которого во взгляде сквозила сталь и уверенность напополам с мудростью. Тогда она дала себе клятву стать его женой и пошла в охотники, чтобы поближе быть к своей цели. Отец оттаскал неугомонную дочь за ухо, но та оказалась невероятно упрямой и все-таки добилась своего. В партию к Хвату она не попадала, но изредка пересекались в походах за добычей и сердце каждый раз трепетало, когда его невысокая фигура приближалась к охотникам. Участвовать в совместных походах приходилось не так часто и в основном на паразитов, где могло погибнуть много воинов. И отец начал учить ее искусству знахаря, передавая науку средней дочери. И это здорово помогло во время службы в гвардии, Веселушка отдала бы все, чтобы попасть вместе с Хватом в отбор, который устраивал посланник Верховного. И Мать-Благодетельница услышала ее молитвы — их забрали вместе. Потом пришлось приложить максимум усилий, чтобы попасть в его отделение и вот еще один шажок был сделан в нужном направлении. И вот сейчас она могла все испортить!! Проклятая Заноза, это точно ее козни!! Ну она с ней разберется!!

— Думай потише, тебя на все горы слышно. — Произнес, не оборачиваясь, Хват — чувства Веселушки уловили все огрины и если Молчун нахмурился, то Шорох веселился вовсю. Веселушка сначала испугалась, подумав, что командир имеет способности псайкера, но потом успокоилась — наверное, он почувствовал ее душевное состояние, ведь она тоже так могла.

— Вождь, ты не сердишься на меня? — неожиданно спросила она на бегу.

— Разве можно на дуру обижаться? — вопросом на вопрос ответил Хват. Молчун сопел в две дырки, Шорох только хмыкнул.

— Я не знаю, почему так сказала... — начала оправдываться Веселушка.

— Побереги дыхание — впереди тяжелый подъем. — Хват чуть приостановился и указал на горную кручу. — Придется обходить по восточному склону и подниматься в районе Порванной Веревки.

— За каким они погнали ее сюда? — проворчал Молчун, пыхтя позади.

— От дома недалеко и место уединенное. — Хват потянул носом воздух, вспоминая навыки охоты. Впрочем, они ничем не отличались от тех, что позволяли охотится на двуногую дичь. — Мохначи в этих местах редко появляются, а всех паразитов в округе мы повыбили. Остаются только одни противники.

— Какие? — не поняла Веселушка.

— Людоеды. — Мрачно произнес вождь и зыркнул на нее своим глазом. — Эти твари пострашнее мохначей будут. Те хотя бы не используют ловушки и не нападают скопом. — Поспешим. Эх, надо было снежный камуфляж на доспехи нанести, что-то я не подумал об этом. — Сокрушался Хват.

К примерному месту поисков вышли к вечеру — здесь в горе было много естественных пещер и укрытий и для одного человека скрыться здесь не составляло труда. Хват указал Молчуну рукой — иди впереди. Нюхач потянул носом воздух, сосредоточился и начал медленно двигаться вверх. За ним цепочкой выстроились остальные. Хват шел замыкающим просто на всякий случай, в груди поселилось чувство тревоги, которое и подгоняло его все это время, словно кто-то подсказывал поспешить. Но сейчас торопиться не нужно — бродить среди скал в поисках можно было бесконечно долго. Наконец Молчун что-то почувствовал и пошел чуть левее, забирая вверх. Хват обогнал Шороха, показав ему "следи за спиной", приблизился к нюхачу и чуть тронул его за плечо. Тот остановился.

— Никого еще не чуешь?

— Пока нет. — Покачал тот головой. — И чужих следов нет.

— Чувство такое, что за нами наблюдают. — Хват медленно осмотрел местность. Веселушка и Шорох застыли каменными статуями. — Примерное направление?

— Вон в тех пещерах. — Указал Молчун рукой.

Забрались вверх быстро и Хват тут же заметил в одной из глубоких ниш отблеск огня — заметить его было непросто, повезло, что огрин заходил именно с этой стороны. Он немедленно направился туда чуть ли не бегом и уже хотел вбежать в пещеру, но Веселушка придержала его за плечо — вдруг девушка рожает и появление воина в доспехах может все испортить. Вождь сначала не понял ее пантомимы, но потом пропустил внутрь. Девушка осторожно зашла и тут же увидела сидящую возле костра изогя, а рядом с ней меховой кулек с младенцем. Веселушка стукнула стальной перчаткой о камень, привлекая внимание. Мира встрепенулась и подскочила, в ее глазах возник испуг, но не за себя, а за младенца. В руках тут же появилось копьецо с хитиновым наконечником, решительная девушка встала спиной к огню, собираясь дорого продать свою жизнь неведомому воину в закрытой броне, но не позволить коснутся ребенка. Веселушка сняла шлем — пара полученных ей в боях шрамах не могли серьезно изменить ее лицо. Мира присмотрелась, узнавая дочь шамана.

— Веселушка! — воскликнула она. — Как ты... как ты оказалась здесь?! Или это сон?

— Нет, не сон. — Раздался хриплый голос от входа и рядом с девушкой возникла хорошо знакомая низкорослая квадратная фигура. Хват тоже снял шлем и Мира едва узнала его — кроме хорошо знакомых шрамов на лбу у охотника вместо глаза сияла металлическая штука, в центре которой отражалось метущееся пламя огня. Она отложила копье и подбежала к громиле — Миру мучил только один вопрос.

— Горелый? Горелый с тобой?! — она заглядывала в единственный глаз Хвата, который тот не мог спрятать за линзой аугментики.

— Он теперь всегда со мной. — Вождь продемонстрировал девушке левую руку. — Память о нем. — Пояснил огрин.

Мира все сразу же поняла. Она как-то разом обмякла, поникла, понимая что любимого больше не увидит, но хотя бы ей досталось кое-что другое, кроме памяти. Сами собой на глаза навернулись слезы, но девушка решительно смахнула их и вернулась к костру, подняв с каменного пола пещеры меховой кулечек, в котором посапывал младенец. С ним на руках она повернулась к Хвату и остальным.

— Мне досталось гораздо больше. — Она улыбнулась. Скорбеть о потери можно долго, но огрины привыкли к смерти родичей и воспринимали ее как нечто естественное, продолжая жить дальше. — Как он умер?

— Погиб в бою, как и полагается храброму смелому воину. — Ответил Хват. — Он спас жизнь мне и не только мне, а многим сотням людей.

— Ты тоже приложил к этому свою руку. — Тихо произнесла Веселушка. — И не один раз. — Хват молчал.

— Почему вы здесь? — спросила Мира. — Я же изгой. Это вождь Обвал вам сказал, где я? Он обещал принять меня назад после проведения мною обряда. Вы вернулись со звезд? — засыпала девушка огрина вопросами.

— Ценное наблюдение. — Хмыкнул вождь. — Да, Обвал сказал нам, где ты. Но мы временно на нашей планете — у нас есть важное задание, выполнить которое архинужно. — Он улыбнулся. — И для этого нам необходим каждый член рода, даже такой маленький. — Младенец спокойно спал на руках у матери. — Сколько ему?

— Он родился несколько капель назад. — Улыбнулась Мира, поправляя меховой мешочек. Женщины огринов очень быстро приходили в себя после родов — некогда разлеживаться, когда жизнь подвергается постоянной опасности. Собственно, как и младенцы. Этот должен был встать на ноги уже через два или три дня. — Поел и сразу спать. Такой же обжора как и Горелый. — Она обеспокоено посмотрела на Хвата. — Но мне нельзя обратно в род, пока не пройду обряд очищения — таков закон.

— Обряда не будет. — Твердо произнес вождь. — Я возродил род Стальной Кирки и мне нужна каждая капелька крови, что еще сохранилась от моих родичей. Она есть в тебе и ты знаешь это.

— Я не смогу быть хорошей женой и рожать для мужа ЕГО детей. — Мира чуть взгрустнула, особенно выделив это слово.

— Думаю, что мы решим этот вопрос. — Хмыкнул Хват. — Собирайся, мы уходим. Здесь становится небезопасно.

— Паразиты? — женщина встревожилась не на шутку. — Мохнач?

— Хуже — людоеды. — Ответил вождь. — Я так предполагаю. — Добавил он.

— Но как меня встретят в клане? — забеспокоилась девушка.

— С радостью. — Ответила Веселушка. — Ты больше не входишь в род Клыка, отныне Хват наш вождь и он возглавляет клан.

— Как это возможно? — удивилась Мира.

— На совете вождей все возможно. — Громила повернул голову. — Тихо. Шорох, доклад!

— Целей не наблюдаю. — Огрин снял с плеча лазган и активировал оружие.

— Молчун?

— Кто-то здесь есть, но почуять сложно. Маскируются. — Ответил нюхач, водя носом — его лазган переместился со спины в руки.

— Все в пещеру, переждем до утра. — Решил Хват. — Здесь обороняться легче, чем на марше.

Огрины зашли в неглубокую нишу. С лазганами и мельтами против мечей и копий, у нападавших не было никаких шансов, так решил вождь, проверяя свое оружие. Как только Молчун зашел в пещеру, Хват вытащил рацию.

— Жила, прием!

— На связи. — Тут же отозвался замком. Техника имперцев имела большой радиус дальности, даже горы не могли им помешать, но вот до корабля рация добить не могла.

— Запроси данные с орбиты, пусть проверят район горы. Есть подозрительное шевеление.

— Твари?

— Вряд ли, скорее двуногие уроды. — Ответил Хват. — Как только выяснишь, свяжись. Отбой.

— Это что такое? — с любопытством спросила Мира, указывая на говорящую коробочку, как в пещеру что-то влетело.

— Граната! — аугментика Хвата первой распознала опасный кругляш.

Огрин кинулся к гранате, схватил ее левой рукой, но выбросить не успел — та взорвалась у него в руке, полностью разворотив кисть и раскидав кусочки металла искусственной ладони по пещере. Граната была мелкой, предназначенной для людей и метнувшие ее людоеды намеревались таким образом отвлечь засевших внутри противников. Сильного вреда Хвату она не причинила — танковая броня легко защитила от осколков, лишь на челюсти слева появились пара кровоточащих царапин от осколков. Вслед за гранатой в пещеру уже залетали двое — они привязались веревками к камням и спустились сверху. В руках они держали Потрошители и были уверены в своей огневой мощи, но не ожидали, что засевшие внутри огрины встретят их огнем неизвестного оружия, а не топорами и копьями. Три одновременных выстрела из лазганов поставили в их поганых жизнях твердую жирную точку и оба тут же превратились в трупы, а Хват подбежал к выходу из пещеры — снаружи могли прятаться еще.

Он не ошибся — похоже стрелковое оружие было только у этих двоих. По склону карабкались как минимум с десяток людоедов, размахивая мечами и топорами. Их размалеванные татуировками лица ни с чем невозможно было перепутать — нелюди всегда отличались от нормальных, стараясь всячески показать это. Банд, промышлявших в горах было не так много и откуда они могли взяться, Хват не знал, но наличие у них дробовиков уже заставляло задуматься. И сделать неприятные выводы. Однако сейчас нужно было позаботиться о врагах. Искалеченная культя могла помочь только как подпорка для оружия, чем огрин и воспользовался — он положил лазган на предплечье и принялся методично расстреливать наступающих. К нему присоединились Шорох и Молчун, Веселушка контролировала верх, чтобы кто-нибудь еще не свалился оттуда. В три лазгана огрины быстро прикончили нападавших, при этом Хват специально ранил двоих, оставив живыми для допроса и вовремя остановив Шороха от их убийства.

— Хочу задать пару вопросов. — Произнес вождь и воин тут же понял его.

Обоих раненых приволокли в пещеру, Мира отошла в угол, чтобы не мешать воинам делать их работу. Хват отсоединил от гнезда свою покалеченную аугментику и пошарил в мешке, находя ту самую алебарду, которую для него состряпал Мастер. Оружие встало в гнездо как родное и вождь немедленно ткнул им в рану людоеда, расковыривая ее и причиняя боль. Тот взвыл, попытался харкнуть кровью в лицо Хвата, но тот был начеку и вовремя уклонился.

— Откуда пушки и граната? — спросил он, вращая лезвие в ране. Людоед завыл. — Скажешь — умрешь быстро.

— Не скажет. — Убежденно произнес Молчун. — По нему видно.

— Тогда прощай. — Хват резким движением отрубил людоеду голову и повернулся ко второму. — Теперь ты. Вы получили оружие от Верховного вождя? — Противник неожиданно для себя кивнул. Был он туповат и исполнителен, не умел врать и поэтому ответил так легко. — Сколько вас? — людоед оскалился. — Ясно. Этого тоже в расход, можно было и не допрашивать. — Шорох достал свою саблю и разрубил сияющим лезвием тело пополам. — Выходит, Верховный сам предпринял некоторые шаги. — Хват подошел к дробовику и поднял оружие, покрутив в руке, рассматривая.

— Еще одно злодеяние в его копилку. — Произнес Шорох. — Сотрудничество с людоедами — мерзкое дело.

— Согласен. — Прогудел Молчун.

— Что происходит? — спросила непонимающая Мира. — Как они узнали, где я? И откуда взялись?

— Скорее всего это передовой отряд разведчиков. — Заметил Хват, отбрасывая пушку. — Верховный дал им самое старое и неликвидное оружие, я уже не уверен, что оно может стрелять — ствол и механизм изношен, такое ощущение, что заряжали не патроны, а мелко нарубленные куски металла или гвозди. Короче, стреляли всяким дерьмом.

— Все может быть. — Шорох также разглядывал оружие, после чего разломал его и высыпал патроны. — А вот этот еще ничего.

— Заберем с собой. — Решил Хват, подходя и гася костер. — Сейчас ночь, нужно успеть добраться до поселка засветло, кроме этих по горам могут лазить еще отряды и сильного натиска мы не выдержим, а мы еще живыми пригодимся. — Внезапно рация ожила входящим вызовом.

— Хват, прием! — раздался встревоженный голос канониссы и Веселушка поморщилась при звуках ее голоса.

— Как ты...?

— С борта корабля я могу связаться с кем угодно. — Ответила, не слушая его, Симона, понимая, что именно спросит огрин. — Теперь к делу — в твоем районе замечены перемещения крупных сил, похоже, вас хотят взять в клещи — несколько групп заходят с севера и востока. Также небольшой караван, идущий в вашу сторону тоже в опасности — ему идут на перехват. Я могу выслать десант и перебить их там всех, но сначала мне нужно посоветоваться с тобой, чтобы не нарушить какие-нибудь ваши местные заморочки, так что ноги в руки и доберись до радиостанции, мощности твоей рации связаться со мной не хватит. Жила сказал мне, что тебя повысили до вождя, поздравляю. — Канонисса хихикнула. — Так что давай, до связи. И береги себя, ты мне целым нужен, а не кусками.

Хват посмотрел на свою культю.

— Не могу обещать. — Сказал он в пространство — канонисса уже отключилась.

— Это кто? — спросила Мира.

— Это наши глаза и уши в небе. — Ответил вождь и посмотрел на остальных. — Вперед, но сначала предупредим Жилу. — Он достал рацию. — Жила, прием!

— Слушаю.

— Мы напоролись на разведотряд людоедов, Симона сказала, что на совет вождей вот-вот нагрянут значительные силы, так что укрепляйте оборону. На караван поморов может быть совершено нападение — вышли кого-нибудь прямо сейчас, а то не успеем.

— Они далеко?

— Свяжись с орбитой да выясни. Если не будешь успевать, то запроси челнок, пусть подбросит всех до места или подберет поморов. Я забрал Миру с ребенком и постараюсь прибыть как можно скорее.

— Добро. Выполняю. — Жила отключился.

— Значит, Верховный решил сработать на опережение? — спросил Молчун, пока огрины бежали вниз, не забыв подобрать оружие у людоедов. Пусть и из плохонького металла, но кузнецы рода смогут переварить его в хорошую сталь и наделать мечей, а вот доспехами пришлось пренебречь — кожаные кирасы и меховые шкуры воинам не нужны, они предпочитали металл, подобных изделий в поселке и без людоедов хватает. К тому же шанс притащить в их одежде вошек был весьма высок.

— Похоже на то. — Согласился с ним вождь. — Так что нужно спешить.

— Тебе нужна запасная рука, пускай спустят вниз с модулем. — Заметила Веселушка.

— Забыл попросить. Спасибо что напомнила, советчица. — Поддел ее Хват.

— Не за что, вождь. — Язвительно ответила Веселушка. Шорох засмеялся в голос.

— Признайся, Хват, лучше жены тебе не найти! — громила веселился вовсю.

— Женщина должна сидеть дома и заниматься детьми, а не бегать по горам вместе с мужиками и не махать мечом. — Ответил Хват, трогая свежие царапины от осколков.

— Нужно обработать их. — Напомнила о себе лекарь.

— И так сойдет. — Махнул рукой вождь.

— Это твоя судьба, Хват. — Продолжил Шорох. — Тебя окружают воины, ты все время сражаешься и находишься на войне и женщина тебе нужна соответствующая — лекарь. Чтобы вовремя ставила на ноги. Так что от судьбы не сбежишь, даже в космосе она тебя найдет. И прижмет к стенке. — Шорох откровенно веселился. — Вон как Веселушка, единственная, кто смог выстоять против меня в том бою на корабле. Не иначе как Мать-Благодетельница направляла ее руку.

— Ага, а подножку тебе поставил Небесный Кузнец? — спросил Молчун.

— И ты до сих пор грустишь об этом? — ответила девушка, поравнявшись с Шорохом. — Что ты, могучий воин, проиграл молодой девчонке?

Шорох засопел, потом расхохотался.

— Уела, признаю. — Он разговаривал на бегу, не снижая темпа. — У Занозы научилась? У этой язвы точно мужа не будет — мигом голова от нее заболит.

— Я же говорил, что она на тебя плохо влияет. — Заметил Хват. — Ускорились, время дорого.

Дальше бежали молча. К поселку вышли, когда до рассвета оставалось всего ничего — ночь отступала и сумерки вступали в свои права, вскоре сменяемые светом дня. После сообщения Хвата патрули усилили и их остановил серьезно вооруженный отряд, в который входили два гвардейца — все же дистанционное оружие эффективнее ближнего. Хвата и его товарищей опознали и пропустили без вопросов. Огрины видели, что на склонах начали готовить секреты для наблюдателей и засады. Шатры сворачивали и часть женщин с детьми перебирались под защиту горы. Хват сквасился, наблюдая за этими перемещениями. Он оставил Миру на попечение Веселушки, а сам поспешил к вождям, которые точно никуда не делись из пещеры. Там же он нашел и Жилу.

Создалось ощущение, что главы родов вообще не ложились спать — так и сидели на своих местах, обсуждая стратегию и решая как лучше встретить неприятеля. Хвата моментально провели к сборищу и Обвал сделал знак, чтобы молодой вождь говорил. Он заметил, что вместо пятипалой ладони у воина появился интересный образец холодного оружия, но никак не высказал своего удивления. Вождь умел скрывать любопытство, когда это было необходимо.

— Мы напоролись на отряд людоедов. — Хват показал свою левую руку и продемонстрировал отнятое у врагов оружие. — Двое из них были вооружены Потрошителями — дробовиками, что Империум делает для нас. И подобное оружие им мог поставить только один человек.

— Верховный вождь. — Закончил за Хвата Обвал, поднимаясь с каменного трона. — Значит, он уже знает, что мы замышляем. Может ли так быть, что среди нас есть его соглядатаи? Жила только что говорил об этом.

— Возможно. — Согласился Хват. — Также возможно, что они использует людоедов втемную. Прихлопнет одним ударом пожирателей и мятежников. И выиграет от этого, а потом наши земли займут лояльные ему рода. Вы не думали об этом?

— Хм, твоя мысль своевременна. — Согласился Обвал. — Но сейчас нужно выдержать атаку людоедов и помочь каравану.

— Канонисса прислала челнок и я отправил отделение Ступы на помощь. — Сообщил Жила. — Они успеют привезти их сюда.

— Не нужно, чтобы женщины собирали шатры. — Произнес Хват. — Пусть все выглядит так, как будто мы ни о чем не подозреваем. И челнок должен сесть где-нибудь подальше, чтобы не привлечь внимания наблюдателей людоедов, пускай не догадываются, что мы о них знаем. В шатрах посадим воинов, оборудуем секреты и засады. Ставлю все своим империалы, что пожиратели моментально про все забудут и кинутся к домам, чтобы полакомится плотью.

— Ставишь что? — не понял Обвал.

— Империалы. — Ответил Хват. — Деньги Империума. Короче, неважно. Сейчас главное успеть подготовиться. Жила, где радио? Я должен связаться с орбитой.

— Дохляк! Дуй сюда! — зычно позвал замком и названый немедленно прибежал с тяжеленной станцией за плечами. Парень был тощим и худым, но выносливым и жилистым, поэтому его и определили в связисты. Он повернулся спиной к Хвату и тот привычно нажал пару кнопок, активируя связь.

— Лилия, ответь Рыку. — Вызвал он.

— Лилия на связи. — Тут же отозвалась Симона. — Челнок отправлен вниз и уже забрал весь караван ваших мутантов. Ты не сказал, что среди вас есть различия, да и потом присутствие среди них техножреца меня откровенно удивило.

— Кого? — переспросил Хват. — Откуда он здесь?

— Ты не знаешь? — удивилась Симона. — Среди мутантов был обнаружен техножрец, он сильно ослаб и ранен, но находится в здравом уме и памяти. Он очень хотел попасть на ваш совет, так что я пошла ему навстречу, но необходимую медицинскую помощь ему уже оказали, а после разговора с вами заберем его на корабль для полноценной медицинской помощи.

— Интересно. Но я хотел попросить не об этом — пусть челнок сядет не на виду, а подальше — вдруг в поселке есть наблюдатели людоедов. И потом, Верховный снабдил врагов оружием — дробовики и гранаты у них точно есть. Моя левая рука пострадала, можешь отправить вниз запасную?

— Что ты опять натворил? — обеспокоено спросила Симона и Хват бросил быстрый взгляд на Обвала, но по каменной роже того было не понять, что он думает. Да и говорил вождь на готике, а его огрины не знали.

— Пришлось сыграть в героя — мне оторвало кибернетику, но я не пострадал. Будь добра, пришли руку.

— Хорошо. — Ответила после трехсекундного молчания канонисса. — Ты все еще против того, чтобы я помогла тебе? Жила что-то такое лепетал по связи и я поняла, что упрямее огринов нет никого во всей галактике.

— Среди сестер битвы тоже есть такие личности, но не будем показывать пальцами. — Хмыкнул в ответ Хват и Жила улыбнулся. — Это только наше дело, мы ценим помощь, которую вы оказываете, но и проблемы должны решить самостоятельно, чтобы в будущем избежать обвинений от других вождей. Зато у нас будут аргументы против Верховного.

— Руку я пришлю, до этого не геройствуй. Чертежи твоего протеза сохранились у меня на корабле. — Произнесла Симона. — Когда станет совсем туго, я наплюю на нашу договоренность и выжгу ударом с орбиты всю ту нечисть, которая попытается убить тебя. Кстати о ней, ведьма сообщила, что ощущает слабые энергии Хаоса. Возможно, в нем все дело?

— Вот как? — удивился Хват. — Может быть ты и права, теперь многое становится понятным. Но прежде чем обвинять кого-то, нужно сперва доказать его причастность. Я не инквизитор, которому нужен только слабый намек на ересь, вождям нужны более веские доказательства и упоминание о Хаосе здесь не прокатит, они не знают, что это. Все, до связи, если будет что-то срочное, то я позвоню. — Хват разорвал соединение.

— Пока ты болтал, я отдал приказ о том, чтобы ставили шатры обратно. — Сказал Обвал. — О чем ты говорил с этой коробочкой? Я не понял ни слова.

— Это имперский, вождь, и разговаривали мы о поморах, которым в руки неожиданно попал представитель механикусов. — Заметил Хват и спросил сам себя вслух. — Что делает среди них техножрец? Я не понимаю, откуда он взялся.

— Прилетит — узнаем. — Пожал плечами Жила. — А пока давайте готовиться к атаке людоедов. Щуплый, подь сюды.

К вождям прибежал еще один огрин, тащивший за спиной огромный короб оборудования. Жила снял у него со спины мобильный гололитический проектор, нажал кнопку и комплекс развернулся прямо в пещере, раскрывшись как бутон стального цветка. Все подошли поглазеть на это чудо инженерной мысли Империума, дети так вообще пытались пролезть между ног у взрослых, чтобы коснуться парящего в воздухе изображения гор и заснеженных скал. Собственно, вожди, тоже никогда в жизни не видящие подобного, испытывали любопытство перед этим устройством. Хват подошел ближе и опустил руку на джойстик, поправив картинку.

— Так, мы находимся здесь. — Острие его алебарды "проткнуло" изображение и вождь Обвал чуть не закричал "осторожно", хотя некоторые несдержанные так и поступили. Хват улыбнулся на их возгласы. — Это просто картинки местности, снятые в реальном времени и переданные нам с орбиты, не более. Итак, по данным с корабля главные силы людоедов сосредоточены здесь и здесь, — он активировал подсветку и на изображении появились цели. — Пройти они могут только двумя дорогами — по Желобу и по Скользкому Склону. На Склоне они имеют преимущество в живой силе, но буду вынуждены карабкаться вверх, что снизит их скорость, а вот по Желобу идти только цепью и здесь их можно изрядно проредить. Но существуют еще летучие отряды, которые постараются напасть с тыла — обойти гору и спуститься вниз по веревкам или же пройти по кряжу. Мы встретим их здесь и здесь. — Хват снова указал кончиком клинка алебарды на нужные точки. Все вожди хранили молчание, даже на детей зашикали, когда Хват говорил. Обвал понимал, что за плечами у этого мальчишки опыт использования подобных установок и множество битв, в том числе и планирование обороны или нападения. Так что прерывать его и орать о том, что Обвал здесь самый главный вождь, явно не следует. Наоборот, он был очень доволен тем, что воспитал такого воина и теперь гордился, что именно его род приютил выживших. — Поделимся на засадные отряды, в которые войдут по пять моих бойцов, поддержат огнем из лазганов ваших воинов. Идущих по склону мы подпустим ближе и возьмем в кольцо. — Хват правой рукой показал как именно. — Надо попытаться захватить часть живьем, но если не удастся, то вырезаем всех — нет времени возиться с ними. Те, кто пойдут по Желобу — однозначно не жильцы. Таков мой план. Что скажете, вожди?

— Годится. — Проворчал вождь степняков. — Я бы еще устроил снеговые засады.

— Людоеды могут легко их обнаружить. — Возразил ему Горбонос. — В горах ветры дуют только в определенном направлении вдоль ущелий, это тебе не открытая местность, где все следы за пару капель занесет. Тут рыхлый снег заметен издалека. Это если прокопаться под ним, но тут нужен опыт и потом, воины, что устроят засады, могут быть быстро перебиты — окажутся в меньшинстве и мы не успеем прийти к ним на помощь. — Вождь посмотрел на командира гвардейцев. — Хват прав — нужно атаковать в открытом бою, собрать значительные силы. Так мы убедим их, что поселок остался почти без охраны и его можно безопасно атаковать и их отряды сами влезут к нам в ловушку. Ведь у них могут быть эти говорящие коробочки. — Вождь указал на рацию Хвата.

— Да, Верховный мог поделится с людоедами своими запасами, доставшимися от имперцев. — Согласился с ним огрин. — Кроме этого у них может быть дистанционное оружие, как я уже говорил. — Указал на дробовик. — Так что считаю целесообразным на склоне выставить воинов в тяжелых доспехах. Да, они будут стеснены в движениях, но хотя бы сохранят свои жизни в случае атаки из дробовиков. А легко защищенных бойцов посадим в засады. Я тоже буду на Склоне.

— Тогда решили. — Огласил за всех Обвал. — Идем готовиться, скоро они будут здесь.

— Постараются напасть или ближе к вечеру или же под утро, когда у часовых самый сон. — Произнес Хват. — Им еще нужно дождаться, когда быстроходные отряды обойдут горы и выйдут нам в тыл.

— Поддерживаю. — Заявил вождь рудокопов. — Но подготовку нужно начать уже сейчас.

— Именно. — Хват нажал кнопку и изображение погасло. Раздался хор разочарованных голосов — всем хотелось поглядеть на картинку. — Батарея разряжается быстрее, чем я думал. — Пояснил вождь, чуть приврав. — Потом насмотритесь.

В пещеру вбежал запыхавшийся парнишка.

— Там! — тыча пальцем указывал он на север. — Там прилетела железная птица и принесла в своем чреве воинов! И среди них маленький карлик в обертке из металла! Как младенец!

— Техножрец. — Сразу же понял, о ком говорит парнишка, Хват. — Несите его в пещеру, думаю, он откроет нам правду про Верховного вождя. — Он поискал глазами вождя клана Рычащего мохнача. — Позволь задать тебе вопрос, вождь, как...

— Получилось так, что мы сумели приручить этих зверей? — тот был весьма прозорлив. — Едва услышав название нашего рода, все задают один и тот же вопрос. — Вождь хмыкнул. — Мы обитаем в горах соседнего хребта, путь к нам не близкий, нужно путешествовать через Малую Равнину, а это много дней пути. Посланники Верховного вождя обычно начинают свой путь от нас, они набирают множество рекрутов в гвардию, чтобы большее их число выжило в пути, как теперь выяснилось. — Глава рода помрачнел. — Раньше мы гордились этой честью также как и вы, пока гонец поморского рода Живой Воды не сообщил нам о том, что вождь Обвал собирает свой собственный совет. Ваш посланник не дошел до нас, он просто не знал, что за снежной степью живет еще кто-то, а вот я принял решение прийти. И не жалею об этом. — Вождь помолчал. Хват ожидал продолжения. — Так получилось, что в наших краях водилось много мохначей и паразитов и кроме нашего рода с ними сражались еще Кривой Зуб и Острый Коготь, но именно нашему вождю Одноглазу пришла в голову мысль попытаться приручить мохнача, обратить его природную ненависть и ярость против паразитов. — Вождь снова замолчал, вспоминая. — Удалось это не сразу, сперва было много жертв, но наши шаманы смогли внушить мохначам саму мысль о том, что лучше жить в мире и бороться вместе против общего врага, чем ослаблять друг друга. И так мы обрели союзников. — Вождь возвысил голос. — Не питомцев, как кто-то считает, а равноправных партнеров. Мы выращиваем мохначей с самого младенчества, когда приходит время и мать прогоняет дитя, то он находит себе нового друга в лице нашего родича. Приставленный наблюдать за молодняком поводырь четко определяет, кому можно взять себе компаньона, а кому не следует. Мохначи, они, знаешь ли, территориальные животные и одиночки, терпеть не могут объединяться в стаи, поэтому нам пришлось туго, чтобы перебороть их эту животную тягу, да и сейчас больше чем втроем они работать не будут. Даже сейчас иногда возникают драки между молодыми. — Тут вождь подмигнул. — Однако не следует считать их тупыми тварями, они тоже умеют учиться. Даже в их среде есть строгая иерархия и верхушку занимает самый сильный, быстрый и ловкий. И так мы живем уже много периодов, таков наш уклад, правда как такового поселка и общей пещеры у нас нет — все-таки природа зверей накладывает отпечаток на нашу жизнь.

— Вы не взяли с собой партнера, потому что тут его могли убить, не поняв, что он союзник? — спросил, чтобы подтвердить свою догадку, Хват.

— Да. — Кивнул вождь. — Мой компаньон остался сторожить домашний очаг и я спокоен за свою семью. Людоеды уже давно к нам не суются.

— И сколько их у вас?

— Девять. — С гордостью ответил вождь.

— Маловато. — Покачал головой Жила. — В горах водится гораздо больше.

— И сколько воинов справится хотя бы с одним? — ехидно спросил вождь и тут все как-то разом вспомнили, что мохнач — это серьезная боевая машина для убийства. Заметив их задумчивые лица, глава рода усмехнулся. — То-то же.

— Да, их помощь нам определенно пригодилась бы. — Заметил Хват и потряс лазганом. — Но пока мохначей нет, их нам заменит это.

— Идут! — закричали от входа.

В проем прошел небольшой отряд поморов в сопровождении бойцов Ступы. Она заметила Хвата, тут же обратила внимание на отсутствующую руку, чуть приостановилась, но потом решительно подошла к командиру.

— Разрешите доложить... — начала девушка, но Хват прервал ее взмахом руки.

— Потери?

— Отсутствуют. Караван целиком и полностью доставлен в поселок, ему на перехват двигались крупные силы врага — пилот челнока своевременно заметил их и избежал обнаружения. Есть некоторая странность в их передвижении — как только мы эвакуировали караван, то противник прекратил преследование и повернул следом за нами. То есть направился сюда. Я могу точно сказать, что визуально нас невозможно было обнаружить. — Ступа развела руками. — Но теперь они знают, что поморы точно у нас.

— У них есть рации и, возможно, бинокли. — Заметил Хват. — Могли и разглядеть челнок издалека. Верховный снабдил людоедов оружием и оборудованием, чтобы обеспечить преимущество. Сейчас мы готовимся к отражению нападения. А где техножрец?

— Я здесь. — Произнесла половинка человека на низком готике. Поморы расступились и вынесли вперед на руках изрядно напичканного кибернетикой механикуса. Видимо, благодаря ей он и выжил — ноги отсутствовали, не было правой руки, левая превратилась в обрубок до локтя, голова едва держалась на стальных шейных позвонках, вдоль которых шли толстостенные трубки, по которым перекачивалась кровь. Часть плоти еще осталась на нижней челюсти и губах, верхняя часть черепа была занята аугментикой, а вместо глаз на Хвата уставилась единственная видеолинза. — Так ты и есть тот самый огрин, из-за которого все закрутилось?

— Кто вы и как тут оказались? — проигнорировал его вопрос Хват — вожди все равно не понимали готика, а техножрец то ли не умел говорить, то ли не хотел, но язык аборигенов он точно понимал, раз слышал фразу огрина.

— Нас послал губернатор. Провести расследование, причиной которому были вы и выяснить природу происхождения тиранидов. — Техножрец шумно втянул воздух, его импланты задержали часть кислорода, подавая ровно столько, сколько нужно было для существования тела, запертого в консервную банку. — Ему хотелось узнать, откуда они здесь взялись. Корабль закинул нас и отчалил, а мы начали с монастырского комплекса, развернули оборудование, принялись сканировать местность и выявлять возможные места посадки их кораблей. Это не понравилось местному главе, но старший охраны сумел с ним договориться. За что и поплатился. Мы обнаружили координаты древнего комплекса и уже направились в его сторону, как на нас напали. — Техножрец передохнул. — Они возникли как призраки из снега. Перебили всех, даже лазганы не помогли — мощности прожечь броню не хватало. Я выжил только чудом — возможностей моих имплантов достаточно, чтобы поддержать жизнь в этом обрубке тела. Искалеченного меня нашел этот мутант, — механикус махнул рукой в сторону помора, — он принес мое тело в свое поселение, где показал как диковинку. Память моего речевого синтезатора была серьезно повреждена и я не мог говорить на их языке, точно также как и понимать, только отдельные фразы, но этого мало для общения. Я пытался говорить только отдельные слова. Некоторое время я жил среди них, меня кормили местной пищей, но желудочный имплант отвергал все продукты, считая их вредными, так что плоть постепенно умирала и жил я за счет работы батареи. Мне нужно было как-то передать информацию о врагах Империума, что окопались в монастыре, и мне удалось уговорить их взять меня с собой на встречу вождей, где я попытался бы предупредить аборигенов и таким образом повлиять на события. Хотя бы так. Они вняли моей просьбе, но Враг узнал, что я выжил и попытался уничтожить это тело, похоронив все знания. Однако, хвала Омниссии, вы подоспели вовремя. Я должен вас предупредить о главном — ваш Верховный вождь не тот, за кого себя выдает. Бойтесь его истинной сущности, ибо он продался Хаосу!

— Именно так я и думал. — Кивнул Хват. — Иного объяснения его поступкам у меня не нашлось.

— Что такое Хаос? — спросил Обвал. Он слышал это слово, понимал, что это нечто могущественное и враждебное, но, естественно, в своей жизни напрямую с ним не сталкивался.

— Это враг порядка. — Ответил ему Хват. — Его цель — посеять сомнения, разложить тебя изнутри, а потом высосать твою душу без остатка. Это такой же враг, как и паразиты, только он скрыто проникает глубоко в общество, чтобы ослабить его и нанести удар. Верховный поддался влиянию Хаоса и теперь творит беззаконие и несет только смерть. Та яма с костями возможно специальный кровавый ритуал, который он пытался проводить. Я только не представляю, как эта мерзость смогла проникнуть к нам сюда.

— Значит, Верховный вождь уже не человек? — уточнил Обвал. — Он как паразит?

— Можно считать и так. — Хмуро ответил Хват. — И наша задача — остановить его, убить его и его свиту, потому что все они заражены ядом Хаоса, зачистить монастырь с помощью очищающего огня. — Он посмотрел на Обвала. — Я встречался с его порождениями, вождь, и лишился руки. Это страшные ловкие резкие бестии, берущие под свой ментальный контроль воинов, пугающие их и сталкивающие лбами друг с другом, для этих исчадий задача — пожрать души. С ними невозможно договориться, только продаться с потрохами и то в итоге ты не получишь желаемого — они обманут тебя, поглотив без остатка. Для них есть только одно средство — очищающий огонь и силовой клинок.

— Мы не можем вот так прийти и убить Верховного. — Заметил Горбонос. — Все нужно делать по правилам.

— Мы и сделаем по правилам. — Кивнул ему Хват. — Только перед этим заставим вождя проявить его истинную сущность. Скажи, техножрец, — обратился к механикусу огрин, — что тебе удалось выяснить о нас, перед тем как люди Верховного напали на тебя? Губернатор сказал тебе о расследовании нашей истиной природы? Кто мы такие и зачем нужны? Вы ведь направлялись куда-то?

— Да, координаты комплекса были указаны на стене монастыря. — Ответил техножрец. — Мы решили, что там находится нечто важное.

— Можешь показать на местности? — спросил Хват, активируя голопроектор. Техножрец не стал удивляться — по одному виду брони Ступы он понял, что на выручку ему пришла гвардия со всеми ее возможностями. Просто командиры используют местных для эффективного действия на поверхности, это было разумно и логично в данной ситуации, тогда как жрецу приходилось терпеть двойную гравитацию и холод, отчего его элементы питания разряжались в два раза быстрее и бедолаге приходилось все время торчать возле огня, заряжая их.

— Это координаты места где мы в данный момент находимся? — уточнил он.

— Да.

— Раздвинь сетку до квадратов, мне нужен именно семидесятый. — Произнес техножрец. Хват манипулировал джойстиком. — Так, теперь смести немного на восток, — говорил механикус, — через горы до равнины. Ты умеешь вводить точные данные?

— Я умею работать с картой. — Ответил Хват.

— Тогда вводи. — Не стал больше пудрить мозги механикус. — Квадрат семьдесят, сорок восьмая клетка, точка пять-один.

— Это озеро. — Заметил огрин. — И находится оно как раз посередине Малой Равнины. Вы уверены, что там что-то есть?

— Это мы и собирались проверить. — Кивнул техножрец. — У нас не было орбитального наблюдения, только сканы местности.

— Полагаю, что вряд ли кто-то будет карябать точные координаты на стенах, да еще и на самом видном месте. — Сказал задумчиво Хват. — Если этот комплекс такой секретный, то не обязательно сообщать об этом на каждом углу. Но проверить действительно нужно. Дохляк, связь! — связист околачивался поблизости и тут же прибыл по первому зову.

Трубка рации уже была протянута Хвату, а вызов ушел на орбиту.

— Лилия, ответь Рыку.

— Здесь Лилия. Что случилось?

— Проверь координаты. Квадрат семьдесят, сорок восьмая клетка, точка пять-один. — Отчеканил Хват.

— Эмм, — замялась Симона, тут же ответив, — это озеро, на дне которого лежит корабль сестер. Сейчас мы думаем, как нырнуть туда и проверить наличие Чаши или же вытащить его на поверхность.

— Вот как? — удивился огрин, а техножрец впитывал каждую крупицу информации. — Подождите нас, пока не лезьте, я попробую договориться с поморами, они точно смогут добраться до судна. Глубоко оно лежит?

— Не очень, метров сто восемьдесят. Мы могли бы завести тросы и поднять его на берег, используя тягу челноков.

— Посмотрим. — Нейтрально ответил Хват. — У нас тут завертелись дела посерьезнее — оказалось, что Верховный вождь продался Хаосу с потрохами и его надо бы срочно ликвидировать.

— Чаша в опасности! — тут же заявила Симона. — Где находится этот ваш Верховный? Я долбану по нему с орбиты и проблема будет решена!

— Сказал же, не торопись. — Стоящий рядом Жила хмыкнул. — Не забывай про политику — он вождь, это выборная должность и его можно легально сместить. Бросить ему вызов на собрании вождей и уже после зарубить.

— И ты хочешь это сделать? Снова залезть в пасть к Хаосу и на этот раз лишится головы? Что бы там ты не говорил, а это моя обязанность — сражаться с еретиками. Так что я иду вниз.

— Сиди на корабле. — Чуть повысив голос произнес Хват. — Пока еще ничего не готово, как только мы прибудем под стены замка, то я вызову тебя, пока же занимайся поиском Чаши — это твоя непосредственная задача. Да и выбор у меня невелик, Симона, местные не знают что такое одержимость демоном. — Хват пожал плечами. — Но если ты ударишь по замку с орбиты, то все решат, что Империум теперь для нас враг, раз уничтожает без причины легитимного правителя. Просто подожди немного.

— А если он проведет ритуал?

— У тебя под боком дальновидящая, напряги ее, пускай отрабатывает свои ноги и хлеб, что жрет ее ученица, толку от которой немного. — Посоветовал Хват. — И посоветует уже что-нибудь дельное, а не только напустит словесного туману.

— Так и сделаю. — Тряхнула волосами Симона, хотя огрин не мог ее видеть. — И поговори с поморами, вдруг они согласятся помочь.

— Непременно. — Хват отключился и повернулся к техножрецу. — Вот видите, это не координаты комплекса, а всего лишь упавшего корабля, с которого посчастливилось выбраться сестрам битвы. Я даже не уверен, что здесь есть какой-то комплекс.

— Здесь существует древняя климатическая установка, значит должен быть и комплекс по ее управлению. — Убежденно заявил механикус. — То, что все считали астропатической башней или диспетчерской на самом деле она и есть. Доступ туда закрыт, автоматика до сих пор работает и уничтожает каждого, кто к ней приблизится, а машина продолжает бомбардировать ионосферу, контролируя климат. У нее свой собственный реактор, так что по кабелям проследить питание не удастся. Я предлагал ее изучить на месте, но магос принял решение проверить сначала координаты. Она от нас никуда не убежит, сказал он и погиб. — Техножрец помолчал. — Но я уверен, что комплекс на этой планете существует, только он ловко замаскирован, ведь для чего-то была создана эта штука.

— Займемся его поисками после того, как разберемся с Верховным. — Решил Хват. — А сейчас нас ждут неотложные дела. Пилот еще не улетел? — спросил он у мявшейся неподалеку Ступы.

— Ждет команды.

— Пусть забирает техножреца на борт корабля и привезет мне запасную руку, да подкинет боеприпасов и несколько тяжелых болтеров — поставим их в шатрах и атакуем противника. Вот будет сюрприз. — Вождь посмотрел на алебарду. — И потом, я всегда успею сменить лезвие на полноценную хваталку. — Ступа кивнула и приняла из рук помора техножреца, который забормотал слова благодарности.

— Теперь я уверен в своем решении. — Благодушно произнес Обвал, глядя на Хвата. — Ты ведешь себя как настоящий вождь, нет, ты и есть вождь! — Он посмотрел на остальных глав родов. — И вполне достоин занять место Верховного.

— Его сначала нужно победить, а в арсенале Хаоса полно запрещенных приемов. — Буркнул Хват и посмотрел на Обвала. — Вы ведь не планировали это заранее, верно?

— Ну, — почесал тот затылок. — Мы вообще не знали, что вы прилетите, надеялись встать под стенами и вызвать Верховного на поединок. Он бы не смог отказаться. Не был бы в праве. И еще — мы послали весточку южанам. — Обвал сморщился. — Не слишком люблю этих бокогреев, но они обязаны знать о нашей задумке. Часть вождей хотя бы прибудут к замку, чтобы разобраться в ситуации. Ну, и я надеялся на их благоразумие.

— То есть весь твой план строился на "если" и "может быть"? — уточнил Хват.

— Ну да. — Согласился Обвал.

— Что ж, решение в духе орков. — Вздохнул огрин и его поняли только свои, улыбнувшись, остальные даже не знали, кто это. — Теперь давайте попробуем по-моему и для начала — отобьем атаку проклятых людоедов.

Все сразу как-то вспомнили о предстоящей битве и засуетились. Хват же занялся планированием и расстановкой сил для создания ловушки. Он пригласил вождей, заслушивал мнение каждого — негласно его выбрали за лидера и большую роль в этом сыграл Обвал. Некоторые вожди из дальних родов, конечно, поворчали для проформы, мол, как это, мальчишка, а уже вождь и командует ими, такими мудрыми и дальновидными, однако они понимали, что перед лицом большой опасности поодиночке им не выстоять. Да и против дистанционного оружия, кроме копий им еще сражаться не приходилось. Тем более, что Хват после разговора с техножрецом посвятил их в планы полковника Конота.

— Решение за вами. — Сложил он руки на груди и алебарда угрожающе торчала лезвием вправо. — Я никого насильно тащить не буду, но обещаю, что еду, доспехи и оружие вы получите бесплатно. Правда, потом их придется отработать.

— Что ж, для начала нужно родину спасти, а уже потом на чужбину подаваться. — Подытожил рассудительный вождь Рудокопов. — Я за план Хвата.

— Тогда и я согласен. — Кивнул Горбонос. — Мой род пойдет туда, куда я скажу. С каждым периодом дичи становится все меньше, запасы металла и горючего камня подходят к концу и жилы истощаются. Нужно что-то менять и предложение парня мне нравится. Но пойдут ли за нами южане? Ведь у них условия жизни всегда были гораздо лучше, чем у нас? Им не надо сопли морозить на севере, пищи хватает.

— Если покажем им каков Верховный на самом деле, то пойдут. — Хват осмотрел вождей. — А если откажутся, что ж, это был их выбор. И, возможно, в будущем наше предложение покажется им не таким уж безумным. Если к тому времени кто-то из них сможет самостоятельно соображать.

— Я — за. — Обвал поднял руку и посмотрел на "часы", чаша которых уже была пуста. — Скоро вечер и время битвы все ближе. Не пора ли нам занять свое место в первых рядах?

Вожди согласно загудели и покинули пещеру. Место главы рода не на каменном троне, а в переднем ряду среди воинов, когда этого требует долг. Темнота опустилась на горы, костры были погашены, засады затаились, навострив уши и приготовив копья. Хват за полчаса добрался до Склона и скользнул в отрытый в снегу для него окоп. Он посмотрел на небо, где уже появились редкие звезды — сегодня ясно, снега не будет и предстоит морозная ночь. Его будет греть подкладка и меховая шкура, тогда как остальные запаслись одеялами. Он услышал, как шуршит снег под чьими-то шагами — кто-то шел со стороны лагеря. Киберглаз подсветил фигуру в броне, а настоящий с легкостью опознал ее и рядом с окопом вождя на корточки опустилась Веселушка.

— Чего приперлась? — грубовато спросил Хват и тут же пожалел об этом. Он вспомнил про оберег, подаренный девушкой, что до сих пор висел у него на шее. Не хорошо получается, похоже, что я становлюсь такой же неблагодарной свиньей, что был в прошлой жизни. Нужно как-то это менять. — Тебя здесь быть не должно. — Добавил он уже помягче.

— Место шамана подле его вождя, раз уж теперь я в твоем роду. — Твердо ответила девушка. — И ты знаешь это. — Хват молчал. — Пустишь?

Огрин чуть подвинулся и Веселушка не заставила себя долго уговаривать, скользнув в окоп. Там легко могли поместится и трое, не то что двое, но она предпочла быть поближе к вождю. Девушка заметила знакомый шнурок на шее и сердечко радостно забилось. Хват уставился на девушку.

— Ну?

— Ты все еще злишься на меня? — невинно спросила та.

— А ты как думаешь? Устроила не пойми что перед главами родов, какие-то семейные разборки. — Он улыбнулся.

— Прости еще раз, я сама не знаю, что на меня нашло. Просто... — Веселушка вздохнула. — Б..ть, все так сложно!

— Не ругайся. — Попенял ей Хват и вздохнул. — Я понимаю, о чем ты, мы уже говорили об этом. Но и ты меня пойми — на мне огромная ответственность. За тебя, за Молчуна, за Жилу и остальных, теперь еще и за Миру, и это гораздо важнее душевных чувств. Я не могу все бросить и податься в горы, прихватив с собой двух или трех жен. — Вождь хмыкнул. — И вынужден сидеть здесь в ожидании врага.

— Поэтому ты возьмешь Миру в жены первой? — тоскливо спросила Веселушка.

— Что? Нет! — Возмутился Хват. — Мне не позволит совесть. И память о Горелом. Пусть это сделает кто-то другой.

— Она уже не будет чьей-то женой и тоска съест ее душу.

— Она теперь в роду и будет под моей защитой. Забота и внимание — вот главное. Разве этого недостаточно? — спросил Хват.

— Наверное. — Пожала Веселушка плечами.

— Ты пришла сказать мне только это? — напомнил ей про цель визита Хват.

— Я... просто будь осторожен, не лезь на рожон. — Веселушка прямо смотрела в глаза Хвату. — И возьми свою запасную руку. — Она протянула из вещевого мешка кибернетику.

— Вот это другое дело. — Обрадовался тот, отстегивая алебарду и устанавливая на ее место аугментику. Огрин пошевелил пальцами, проверяя как работают все сочленения и механизмы, потом посмотрел на чуть загрустившую Веселушку и провел ее пальцем по щеке, успокаивая.

— Ты ведь ее любишь. — Убежденно сказала она.

— Кого? — сразу не понял Хват.

— Канониссу. Ну чем она лучше меня?

— Моложе. — Вспомнил рекламу из прошлой жизни огрин и засмеялся. — Шутка. — Успокоил он девушку. — А на самом деле она несчастная женщина, которая убила любовь на чувством долга. Точно также как и я. -Вздохнул он.

— Ты ведь ходил к ней. — Убежденно сказала Веселушка. — Ну... и каково это?

— Молчун разболтал? — спросил Хват и та кивнула. — А не было ничего. — Немного резковато ответил он. — Физические данные многое значат, знаешь ли. Полюбовался на сиськи и все. Слишком она хрупкая, словно хрустальная, косточки тонкие. Она же уроженка планеты с низкой гравитацией, высокая, да, но не такая сильная и плотная как мы. Помнишь горный хрусталь? У нас его называют лед-камень, так вот, она тоже такая, вроде бы духом сильная и твердая, упрямая и волевая, но телом хрупкая, тронь — треснет и рассыплется как стекло. — Хват замолчал. — Жалко ее все же, у нас с ней много общего, поэтому меня к ней и тянет.

— Она отрубила тебе руку. — Напомнила Веселушка.

— Иначе нельзя было. И ты сделала бы то же самое, чтобы спасти мне жизнь, ведь так? — девушка опустила голову. — То-то же. Тебе не стоит ее ко мне ревновать, тебе вообще не стоит меня к кому-то ревновать — через некоторое время мне предстоит серьезное дело и выживу ли я при этом — неизвестно.

— Ты — выживешь. — Убежденно сказала Веселушка. — Я буду молиться за тебя Небесному Кузнецу и Матери-Благодетельнице. — Она чмокнула Хвата в щеку и вылезла из окопа, быстро побежав к медицинскому шатру и в душе прочно поселилось чувство уверенности, что сделала все правильно.

Они пришли под утро. Серые тени медленно и осторожно взбирались по склону, дабы не потревожить выставленных специально часовых, которые напоказ зевали. Противника уже заметили и огрины приготовились к битве. Хват не собирался сражаться в ближнем бою — двух отделений будет достаточно, чтобы расстрелять людоедов. Они держали тиранидов, наступающих волна за волной, что для них какие-то огрины, пускай и хорошо подготовленные, но не имеющие дистанционного оружия. Если только среди них нет посланников Верховного с дробовиками. Вот сейчас и выясним. Хват прицелился в ближайшую к нему группу врагов, переведя лазган в режим стрельбы высокомощными выстрелами. Считавшийся тяжелым для обычных людей Империума, его заряды могли ранить огринов, но не убить, так что вождь не хотел рисковать. Один выстрел — один труп. Никак иначе.

— Начинаем. — Одними губами сказал он в мушку микрофона и ночь расчертили всполохи импульсов и грохот тяжелых болтеров, снятых с танков — Симона не подвела и прислала все необходимое.

Людоеды издали боевой клич, как только поняли, что обнаружены. Их было много, лазгану требовалась пара секунд, чтобы перезарядиться и противник постарался как можно скорее сблизиться с обороняющимися, чтобы вступить в ближний бой. Их командиры понимали, что на открытой местности они являются мишенями — Верховный убеждал вождей людоедов, что северяне не имеют имперских технологий, тогда откуда они взялись? Командир передового отряда не думал об этом, его разум затопила ярость и теперь огрин, ступивший на путь каннибализма был несокрушим — уже два заряда попали ему в тело, но он продолжал бежать вперед с рваными дырами в груди, словно стал одержимым демоном. Однако напугать гвардейцев, которые выжили под прессингом Хаоса и тиранидов было не так просто, для них это напоминало стрельбу в тире с легкой фехтовальной разминкой. Хват, конечно, удивился, что после его выстрелов враги сразу же не падали замертво, но не стал паниковать. Он услышал призывной рев главаря наступающих и вспомнил себя в данной ситуации. Батарея лазгана запищала, возвещая о разрядке и вождь быстро сменил ее на запасную, успев пристрелить еще двоих, подобравшихся слишком близко. Людоед уже выхватил меч и собирался атаковать сверху, как споткнулся и завалился на бок — левая нога резко укоротилась в районе колена и двигаться он мог только ползком. Где-то бухали выстрелы дробовиков и Хват понял, что среди людоедов есть воины Верховного.

— Стрелков по возможности брать живьем. — Передал он приказ, закидывая лазган за спину, доставая болтер из кобуры и вынимая отцовский топор.

Одним движением он выпрыгнул из окопа, сам не понял, как это получилось, словно неведомая сила подбросила его. Некоторые воины поступили точно также, когда противник приблизился на расстояние удара. Заряд болтера разворотил хитиновый доспех нападавшего, а силовое лезвие топора оставило глубокий разрез в его теле. Хват ногой отпихнул с дороги будущий труп и встретил следующего. Он целиком и полностью отдался битве, используя на всю катушку приобретенные в гвардии навыки. Спокойный и сосредоточенный, он отбивал атаки наступающего противника, возле ног Хвата уже лежало с пяток тел, а обойти его со стороны не получалось — рядом с вождем стеной встали его воины. Молчун слева, Клык справа, оба также молча рубили врага, не издавая ни крика, с мрачной решительностью, ибо людоеды для них ассоциировались с теми же еретиками и тиранидами — они просто не заслуживали права на жизнь. И эта каменное самообладание, о которое разбивались все атаки, заставило противника дрогнуть. Вожди объединившихся кланов людоедов, которым Верховный пообещал богатые территории и много пищи, приняли решение отступить, потому что потеряли слишком много людей, однако им не дали этого сделать — Хват не собирался никого отпускать. Пока он и его люди приняли на себе основной удар, воины трех родов замкнули кольцо и атакующих оказались в котле, где их рубили в капусту. Кого-то специально оставляли в живых, чтобы допросить, особенно ценными выглядели воины, облаченные в подобие имперских доспехов, переделанных до огринского размера. Таких старались захватить живыми. Некоторые из бойцов Хвата все же пострадали в битве, двое погибли, но не зря — два мощных взрыва батарей лазгана разметали снег и тела, ослепив часть нападавших яркой вспышкой. Звуки боя уже подходили к концу, когда вождь внезапно понял, что на него никто не нападает. Топор отправился в чехол, его место занял лазган и пара выстрелов из оружия поставила жирную точку в жизни бежавшего с поля боя людоеда. Хват огляделся по сторонам — Молчун рядом вкладывал меч в ножны, Клык только что отрубил голову врага своей саблей — наступающих добивали. Было их не так много, как думал Хват, что-то около двух сотен, может чуть больше. Командиры людоедов распылили силы, приняв план Верховного о нападении на собрание вождей с разных сторон и теперь оставшиеся в живых сожалели об этом. Хват вызвал по рации Шороха.

— Шорох, ответь Хвату.

— На связи.

— Доклад.

— В Желобе положили всех. — Ответил тот. — Никто не ушел, правда и захватить никого не удалось — предпочли сдохнуть.

— Тела сжечь.

— Понял.

— Жила, ответь Хвату.

— Жила на связи, атака на поселение отбита. — Огрин усмехнулся. — Диверсанты даже не подозревали, что идут в ловушку — взяли их тепленькими. Среди них есть парочка воинов Верховного.

— Хорошо, под стражу их, остальных в расход.

— Выполняю.

— Ступа, доклад.

— У меня двое двухсотых и трое трехсотых, нужен медик. — Тут же отозвалась девушка. — Они подманили кровью пару мохначей, но и сами сдохли. Хитрые твари. — Ступа шумно выдохнула. — Парней жалко.

— Жди, помощь сейчас будет. — Хват переключил канал. — Веселушка, отправь пару медиков к Ступе.

— Поняла. Как ты?

— Отставить неуставную болтовню, выполняй приказ.

— Есть!

— Хват, тут один еще живой. — Молчун ткнул носком ботинка в еле шевелившегося людоеда. — Валить его?

— Погоди. — Хват присел, раздвигая мертвые тела. — Ба, да это людоедский вождь! Ну-ка, дружок, давай-ка поболтаем.

— Нам не о чем разговаривать, мясо. — Заперхал тот, отхаркнув кровью. — Можешь пытать меня сколько влезет, но я ничего не скажу.

— Да я и так все знаю. — Вождь встал, смотря сверху вниз на разговаривающий полутруп. Бойцы уже приступили к зачистке и язычки пламени огнеметов вспыхнули тут и там. — Вас нанял Верховный. Раздал оружие и наметил цели. Мне интересно одно — чем он вас зацепил, что вы стали выполнять его приказы?

Людоедский вождь заперхал, отхаркиваясь. Он с ненавистью посмотрел на Хвата, кровь, пузырясь, выступила у него на губах.

— Вы же никому никогда не подчинялись, вы и нас ходячим мясом воспринимали, так почему встали под руку Верховного? — продолжал Хват.

— Он... — вождь снова заперхал. В том, что он расскажет перед смертью этому мясу о делах с их Верховным, не было важного секрета. — Он изредка подкармливал нас. Поставлял... молодых женщин для продолжения рода и мясистых мужчин. — Людоед замолк. — За это мы иногда выполняли его поручения — нападали... на поселения в горах и на... равнинах. Ну... и нам кое-что перепадало. И еще праздник... состязания... которых не было. — Людоед улыбнулся и захохотал. — Вам говорили, что ваши славно бились на арене, а они... уже были давно съедены нами. — Смех прекратился. — Верховный... опаивал их чем-то и они... были легко управляемы. — Молчун и Хват переглянулись. — Сами шли за нами... на костер. — Вождь людоедов снова закашлялся. — Наше сотрудничество... было продуктивным.

— Оружие он вам только сейчас дал? — спросил Молчун.

— Да. — Кивнул враг и вдруг резко рванулся из-под тел, метя Хвату в щель между пластинами брони. Однако огрин не расслабился и чуть отступил, перехватив его руку своей левой. Кибернетика сжалась, ломая кости и сминая кожу и людоед закричал от боли. Вождь выпустил его и тот мешком повалился на тела.

— Убить. — Просто сказал Хват и Молчун с удовольствием приставил к башке людоеда болтер, выжимая спусковой крючок. — Заноза, ты подсчитала, сколько у нас погибших?

— Трое. — Ответила, подходя к воинам, девушка. — Пятеро ранены, но медики живо поставят их в строй.

— А среди союзников?

— Там дела похуже, но благодаря нам уцелело много добрых воинов. — Ответила Заноза. — У тебя кровь из доспеха капает. — Заметила она следы на снегу.

— Да это не моя. — Хват охнул, почувствовав боль в боку. — Похоже, все-таки кто-то из этих уродов меня зацепил, даже не заметил.

— Снимай доспех. — Прогудел Клык, подходя к вождю и доставая из подсумка перевязочный пакет. — Тут у тебя дыра в боку, видно, что прилетело из дробовика. — Он посмотрел в сторону примерного нахождения стрелка. — Наверное, ты повернулся к нему боком, вот он и выстрелил.

— Наверное. — Кивнул Хват, освобождаясь от ремешков. Даже полностью герметичный костюм имел гибкие мембраны между пластинами, чтобы не стеснять движений бойца, вот одну такую выстрел из Потрошителя и пробил, а дробинки застряли внутри.

— О, твоя бежит. — Заметила Заноза и тут же захлопнула варежку, когда вождь сверкнул на нее глазом.

— Кучно пошла. — Сказал Клык, разглядывая рваные края раны и уже запуская в нее пальцы, чтобы вытащить куски порванной мембраны вместе с кожей, как услышал крик.

— Куда грязными грабарками лезешь?! — Веселушка уже была здесь. Она сидела на каналах подразделения и вовремя реагировала на требующуюся медпомощь. Под ее командованием пять медиков быстро латали гвардейцев, зашивая раны и бинтуя порезы. — Занесешь инфекцию! Отвали! — она оттолкнула недоумевающего Клыка.

— Пойдем. — Сказал Молчун. — Тут все под контролем. Соберем наших и сложим погребальный костер.

— Без меня пленных не допрашивайте. — Попросил Хват, морщась от действий Веселушки, которая быстро обколола края раны обезболивающим и начала вытаскивать дробины и ткань, ловко срезая куски порванной кожи.

— Да не вертись ты! — строго сказала она и вождь застыл, прекрасно понимая, что сейчас он просто пациент, а не командир. — Вот сколько раз тебе говорить — не лезь! — девушка работала в сумерках — ей не нужен был свет, она одела очки ночного виденья и сейчас прекрасно различала металл дробин и куски брони. Веселушка могла работать и без них, но все же понадеялась на технику. — Ты же как дите, за тобой пригляд нужен, а еще ерепенится.

— Ладно, не бухти. — Примирительно произнес Хват. — Тут дел на пять минут.

— Пять минут. — Продолжала ворчать девушка. — Повезло тебе, что регенерация хорошая и организм молодой и сильный, сейчас зашью, через пару часов нитки можно будет вытащить. А до этого — никаких резких движений.

— Даже таких? — Хват вдруг резко привлек ее к себе и тут же получил пощечину по мордасам.

— Обалдел?! — спросила Веселушка, но по вспыхнувшему на лице румянцу было понятно, что ей понравилось. — Я же работаю!

— Извини, наверное лекарства так действуют. — Повинился вождь. — Ты закончила?

— Сейчас, еще немного. — Игла проткнула кожу и толстая нитка стянула края раны. — Вот, теперь наложу пластырь и можешь снова командовать. Но только командовать, понял?!

— Да понял, понял. — Отмахнулся тот, подхватывая нагрудник доспеха. — Помоги одеть.

— Помоги одеть. — Проворчала, повторяя слова вождя, Веселушка, но перечить не стала и оставила ремешки чуть ослабленными, чтобы броня не давила на рану. — Нужно починить костюм — он потерял герметичность.

— В космос я пока не собираюсь. — Отмахнулся Хват, шевеля плечами. — Ну вот, как новенький.

Он посмотрел на горящие тела людоедов — похоронная команда трудилась вовсю и пламя вспыхивало тут и там. Возле входа в пещеру раздались торжествующие крики — наверное, притащили пленных. Вождь глянул в ту сторону.

— Пойду, займусь составлением планов. — И строго посмотрел на девушку. — А для тебя работы еще полно.

— Конечно, все веселье всегда достается мужикам. — Ответила та и, собрав инструменты, активировала походный стерилизатор, поспешив к следующему пациенту, что сидел на снегу со сломанной ногой — воины уже наложили шину и надо было проверить, чего они там натворили.

Хват вернулся в пещеру, где уже собрались вожди, еще разгоряченные после битвы. Они шумно переговаривались, делясь впечатлениями, как кто кому голову отрубил или насадил на лезвие меча. Особенно всем понравилось силовое оружие и теперь Хват ожидал требований сделать такой меч каждому воину. Вот на этом можно и сыграть, подумал он, желая заполучить такие игрушки, вожди пойдут на что угодно и за кем угодно. Все-таки слишком наивный у него народ и не хотелось бы, чтобы он попал в плохие руки, тут огрин с полковником Конотом был согласен.

— Хват! — возопил вождь Обвал. — Меч, что ты мне подарил, он потрясающий!! — громила радовался как ребенок. — Раз — и голова с плеч!

— Я знаю, что может доставить тебе истинную радость, вождь. — Сказал огрин. — Я так понимаю, что это два воина Верховного?

— Правильно понимаешь. — Кивнул вождь степняков. — Захватили живьем, как ты и просил. Сейчас запоют как миленькие. — Оба пленных угрюмо молчали. — А ну, говори, что еще для нас придумал ваш повелитель?!!

— Ничего они не скажут. — Уверенно произнес Хват. — Он их для контроля прислал, верно? — оба молчали, — чтобы за людоедами проследить и зачистить их после сражения. Ну как, я прав? — один из них быстро глянул на Хвата и опустил голову. — Прав. — Кивнул огрин сам себе и повернулся к вождям. — Я сейчас расскажу, как все должно было быть. Людоеды нападают на нас, вырезают всех, ну или не всех, все зависит от того, какие у них были планы относительно пленных. Мы бы их тоже славно потрепали и остались бы они в меньшинстве, а эти потом из Потрошителей всех зачистили. И Верховному слава и почет — он уничтожил мятежников и людоедов одним ударом. Уверен, что южные кланы боготворили бы его за это. А он продолжил бы свое черное дело. — Хват скосил глаз на пленного. — Верховный уже давно использовал людоедов, он, тварь, подкармливал их, опаивая наших родичей, — при этих словах один из пленных напрягся, — сдавая как мясо, а в обмен требовал нападений на наши поселки, чтобы поддерживать свою власть — он ведь нас защищает, ибо мы сами не в состоянии. — Кто-то из вождей фыркнул. — Раненый вождь каннибалов все мне рассказал. А сегодня мы продемонстрировали его шавкам что это не так.

— Вы не бились честно! — выкрикнул пленный.

— Как будто вы использовали мечи. — Хват повернулся боком и продемонстрировал дыру в доспехе, где был виден пластырь. — Кто-то из этих уродов пальнул в меня из дробовика в свалке. И кто после этого честен? Тебе ли говорить о справедливости, если ты знал обо всех делишках Верховного и молчал. — Пленный смотрел в пол. — Так то. — Хват посмотрел на вождей. — Этих двоих возьмем с собой — предъявим как доказательство. И людоедов тоже надо притащить вместе с ними.

— Хорошая мысль. — Согласился Обвал и пнул пленного. — Только путь до замка неблизкий, могут и попытаться сбежать по дороге или лишить себя жизни.

— Кто сказал, что мы пойдем пешком? — спросил Хват, воздев бровь.

Глава 13.

Челнок завис над белой пустыней, выхлопом из дюз поднимая вверх тучи снежной пыли, образуя твердую устойчивую ледяную корку — снег от пламени плавился, но основная его часть не успевала испаряться. Корабль моментально покрылся изморозью, окутался туманом, пилот не глушила двигатели, пока не почувствовала, что опоры коснулись твердой поверхности. Переведя челнок в холостой режим, она начала постепенно снижать нагрузку на генератор искусственной гравитации, чтобы находящиеся в трюме сестры смогли вовремя отрегулировать режим экзоскелета. На тело пилота навалилась природная тяжесть, вдавливая ее в кресло, она чуть слышно выругалась, но продолжила манипуляции с гравитацией, пока не отключила генератор совсем. Аппарель откинулась и уткнулась в край прорытой кораблем ямы, по ней на снег сошла канонисса, вдыхая носом пьянящий морозный воздух. После чего загерметизировала костюм, кинула взгляд на заряд батарей экзоскелета скорее по привычке и оглядела снежную равнину в поисках встречающих. В белесом тумане возникла пара высоких худощавых фигур, сопровождающих третью пониже. Симона разглядела морщинистое лицо старейшины, о котором говорил Хват, его воинов, державших в руках копья. Рядом с ними из тумана появился огрин в привычной броне, который помахал рукой, привлекая к себе внимание.

— Меня зовут Древко, — представился он, — я буду вашим переводчиком.

— В етом нет нузды, гости са звезда. — Произнес старейшина поморов, изрядно коверкая язык, но через пень колоду его можно было понять. Симона удивилась, впрочем также как и толмач-огрин. — Следайте за меня. — Поманил помор канониссу.

— Вперед. — Отдала приказ Симона. Сестра Стефания тоже была здесь и вопрошающе посмотрела на канониссу. — Сейчас и разберемся, откуда в этой глуши знают готик, пускай и коряво.

— У меня уже есть предположение. Я думаю, что...

— Побереги энергоресурс, сестра, — оборвала ее Симона, — и поменьше на морозе открывай рот — сойдешь за умную.

— Но ведь я в скафандре и заряд батарей полон. Какой тогда смысл молчать? — не поняла та.

— Местным может не понравиться твоя болтовня, подумай об этом. — Резковато сказала канонисса, следуя за старейшиной. — Мы здесь только гости и нам четко дали об этом понять, так что не стоит сердить хозяев — ты знаешь на что они способны.

— Хорошо. — Кивнула Стефания.

Топать по снежной пустыне было легко — огрины ловко отыскивали твердые наносы снега и шли по ним, постоянно петляя. К тому же на ногах некоторых были одеты подобия снегоступов — широкие клетчатые конструкции прочно сидели на меховых мокасинах, примотанные ремешками. Симона со своей маленькой ступней и тяжелой броней, которая увеличила свой вес вдвое, легко провалилась бы по колено, так что старалась идти след в след за огринами, что для нее было просто, для других нелегко — великаны делали слишком широкие шаги и приходилось прыгать. Канонисса не видела, куда именно они направлялись, однако тактический шлем уже подсветил впереди несколько стоящих рядком чумов, из которых вверх через клапана в крыше курился легкий дымок. Старейшина держал курс в их сторону.

Рядом с канониссой поравнялся Древко, который привычно поправил лазган и сказал:

— Сейчас вас проводят в жилище вождя, следует поддержать беседу с ним, во время которой можете задавать вопросы, но не нужно требовать ответов. Требовать здесь могут только поморы, это их поселение и их земля. — Серьезно произнес огрин. — И им не важно, что вы со звезд, перед ними все чужаки равны. — Он улыбнулся. — Но некоторые равнее других, поэтому для вас сделали исключение.

— А можно спросить...? — снова начала Стефания, но канонисса ее перебила.

— Нам нужно как можно скорее добраться до утонувшего корабля. — Заметила Симона. — Как мне уговорить их сделать это?

— Проявите весь свой навык дипломатии. — Древко продолжал улыбаться. — Произведите обмен, посулите что-нибудь, глядишь и согласятся — люди тут редко когда отказывают в помощи, но и про себя не забывают. Глубоко затонуло ваше судно?

— Сто восемьдесят метров. — Тут же ответила канонисса.

— Наверное поморы ныряют и глубже, не знаю. — Пожал плечами огрин. — Но попробовать все равно стоит — вода их стихия.

— Откуда он знает готик? — все-таки влезла сестра Стефания. — Возможно у них уже были контакты с сестрами, раз корабль находится рядом?

— Не знаю. — Пожал плечами толмач. — Я сам удивлен. Вот и выясните.

— А мне можно будет задать вождю вопрос? — указала Стефания на идущего впереди старейшину.

— Почему нет. — Древко посмотрел в спину помора. — Вождь примет вас обеих, можете еще кого-нибудь с собой взять, но только одного.

— А почему он не говорит с нами здесь? Это какое-то табу? — продолжала спрашивать любопытная сестра.

— Это не вождь. — Развеселился огрин, поняв, что встречающего приняли за главного. — Это шаман. Советник вождя, лекарь и колдун. Он не решает, может только подсказывать.

— Я думала, что это вождь, Хват сказал, что нас встретит старейшина. — Заметила Симона.

— Он и встретил. — Степенно кивнул Древко. — На языке поморов старейшина и шаман — это одно слово, а в готике это два разных — особенности перевода.

— Лингвистический казус, хм, любопытно. — Сестра Стефания почувствовала азарт и зуд на языке, — а...

— Хватит. — Оборвала ее Симона и девушка закрыла рот, тут же обидевшись. — Еще успеешь вынуть из них душу, если они захотят пойти у тебя на поводу. А пока — молчи. И во время разговора с вождем будешь задавать свои вопросы только когда я разрешу, понятно? А то устроишь нам тут дипломатический конфликт, который придется смывать кровью, а мне этого совсем не хочется.

— Понятно. — Буркнула огорчившаяся сестра и Древко снова улыбнулся — его забавляли подобные препирательства у людей.

Чумы приблизились и тут Симона поняла, что они стоят кругом возле одного в центре. Несколько пологов откинулись и на мороз вышли женщины и дети поморов и теперь жителей можно было разглядеть подробнее, потому что в поднятой челноком снежной метели и тумане фигуры различались только по голосу. Канонисса уже привыкла к вертикальным зрачкам огринов и их крупным лицам, но эти мутанты серьезно отличались даже от них — черепа были вытянутыми назад и острыми, чтобы быстро передвигаться в воде, между пальцев в сложенном состоянии находились перепонки, лица не имели носов, только подобия пазух, прикрытых клапанами. К тому же поморы изредка моргали "вторым" веком, что раздражало Симону — она четко восприняла их как мутантов и сейчас привычно пальцы чесались, чтобы не выхватить болтер и не положить прямо здесь этих уродов. В отличие от шамана и его сопровождающих поселковые носили набедренные повязки, женщины прикрывали грудь тщательно выделанными полосками кожи, а их тела лоснились даже на холоде. Сначала канонисса подумала, что они потные, но потом заметила, что все поморы, и мужчины и женщины, натерли кожу какой-то мазью. И еще одно отличие от мускулистых, приземистых квадратных огринов — поморы были высокими и худощавыми, как сама Симона. Нет, они не страдали от повышенной гравитации, под кожей хорошо различимо перекатывались узлы мышц, словно по ним можно было изучать анатомию, однако жировой ткани у водных людей не было. Что невозможно, пускай вода и имеет положительную температуру, однако не настолько большую, чтобы человек в ней чувствовал себя комфортно. Хотя, возможно именно эта мазь и спасает их от холода. И да, они все мутанты, и неведомый конструктор вполне мог поработать и над ними. Шаман провел канониссу к центральному чуму, который и размерами и орнаментом явно выделялся среди остальных и гостеприимно распахнул полог. Симона кивнула и вошла внутрь, чуть согнувшись — вход был невысоким и поморы низко кланялись, попадая в жилище вождя. Наверняка это было сделано с умыслом — знай свое место, холоп. Ну или чтобы не выпускать теплый воздух из помещения.

Внутри на костяном троне сидел такой же высокий и худой помор, одетый побогаче своих соплеменников — меховая накидка на голый торс, такие же шорты, но на ногах не было обуви и Симона тут не обратила внимание на длинные пальцы с перепонками, напоминающие ласты. Это понятно — тела поморов были заточены под водную стихию. Что ж, вопросов больше чем ответов, подумала она, молчаливо разглядывая убранство чума, вот раскроем тайну происхождения огринов, заодно и с этими мутантами разберемся, решила канонисса. Шаман прошел к вождю и зашептал ему что-то на ухо, тот степенно кивнул и посмотрел Симоне прямо в глаза, не моргая при этом. Они вообще редко моргали. Две его жены терпеливо ждали указаний и боялись пошевелиться без приказа мужа. Наконец вождь раскрыл рот.

— Я получил известие о вас, чужаки со звезд, — проквакал он. Древко стоял рядом с Симоной и переводил, чтобы вождь не напрягался, пытаясь донести свою мысль, — от наших соседей, пещерных родов. Я знаю, что они затевают и всецело поддерживаю это начинание. Знаю я также, что именно вам нужно и готов поделится с вами..., нет, не так, — Древко почесал себе лоб, словно вспоминая, — готов вернуть вам одолженое, кажется так.

— У кого одолженое? — спросила, затаивая дыхание, Симона и огрин перевел вопрос.

Вождь встал с трона и подошел к канониссе, смотря на нее сверху вниз — его рост был около трех двадцати, даже выше Горы. Когитатор шлема тут же выдал физические размеры вероятного противника, отмечая уязвимые точки на теле — биосканер постарался на славу.

— Я знаю, что вы торопитесь и не приемлите долгих разговоров. — Заметил вождь через толмача. — Ваша жизнь отличается от нашей и я не вправе указывать вам, как жить. Хочу вам напомнить, что и вы не вправе распоряжаться здесь. Я выполню просьбу, как того требует данный моими предками обет, но и вам следует проявить уважение к моему гостеприимству. — Вождь поднял руку и жены зашевелились. — Правила требуют развлечь гостя беседой и накормить его, после чего уже говорить о деле. — Древко улыбнулся и добавил от себя. — Отказываться нельзя — серьезное оскорбление.

— Что ж, раз этого требует долг. — Пробормотала канонисса. — Только долго я не смогу обходиться без шлема — воздух для меня ядовит. — Огрин перевел и вождь посмотрел на Симону с удивлением.

— Прошло много времени и люди изменились. — Сказал он через толмача, пока жены накрывали на стол — обычную меховую шкуру украсила глиняная посуда с оригинальной росписью, наполненная морожеными кусками неизвестного мяса и рыбы. Анализатор только пискнул, сообщив, что она съедобна, когда Симона чуть повернула наруч, сканируя предложенное. Центральное место на столе занял кувшин с настоем и другими напитками. Придется есть сырую пищу и давиться мерзким пойлом, брезгливо подумала Симона. Однако, чего только не сделаешь ради Императора. — Не ожидал. Однако, вам придется потерпеть и соблюсти наши правила.

— Раз этого требует этикет, то я согласна. — Кивнула канонисса, пробормотав себе под нос. — Тем более, что и выбор у меня небольшой. — После чего добавила уже громче. — Позвольте и моим спутникам приобщиться к трапезе.

— Разделив с нами нашу пищу, вы разделяете и общие интересы. Становитесь друзьями, от которых не ждут удара в спину. — Заметил вождь, плюхаясь на задницу и скрещивая ноги. Симона только сейчас увидела, что шаман и его сопровождение куда-то незаметно исчезли. Не ловушку ли они нам готовят, привычно подумала она и тут же отмела эту мысль — Хват лично разговаривал с посланником этого вождя и выбивал для нее разрешение на проведение работ на территории поморов. И не хотелось бы подвести молодого вождя привычной паранойей. — Это залог будущей и прошлой дружбы.

— Позволено ли мне будет спросить, о какой дружбе вы говорите? — задала вопрос Стефания и вождь уставился на нее.

— Вкусите яств, проведя их за неспешной беседой. — Ответил он. — Возможно, будущие вопросы станут не нужны.

— Хорошо. — Стефания плюхнулась первой к "столу" и сняла шлем, достав из подсумка фильтрующие патроны, отработанным движением вставляя их в ноздри. — Канонисса, воспользуйтесь этим. — Она протянула парочку Симоне.

— Где ты их взяла? — поинтересовалась та, пихая фильтры в нос. В чуме было относительно тепло, термометр костюма показывал всего-то плюс пять, но это было явно лучше, чем устойчивый минус снаружи.

— Запаслась. — Пожала плечами Стефания. — Что-то такое я предполагала с самого начала — примитивные народы очень уважают обряды и не потерпят возражений со стороны чужаков, коими мы и являемся. Так что придется есть сырое мясо и рыбу, которую они перед нами выставили. Если что у меня есть обеззараживающие таблетки, но я не уверена надо ли их принимать одновременно с пищей, вдруг мы оскорбим хозяев?

— Тогда не стоит, но приказ подготовить лазарет я все же отдам. — Симона улыбнулась вождю и вспомнила про свой шрам. Впрочем, на каменном лице мутанта не дрогнул ни один мускул. Он шевельнул рукой.

— Чего же вы ждете? Гость должен отведать пищу первым. — Добавил уже от себя Древко. — Не бойтесь, не отравитесь. — Хмыкнул он. — Если бы вас хотели убить, то сделали бы это еще у челнока. Вы бы даже не поняли откуда пришла смерть.

Хорошее начало, подумала Симона и протянула руку, чтобы взять небольшой кусочек мяса, выглядящего как вяленое — сырые куски соседнего блюда, где еще из прожилочек сочилась кровь, ее как-то не прельщали. Она решительно закинула себе его в рот и начала жевать, понимая, что ей попалась старая тухлятина со вкусом резины, к тому же дико соленая. Выплюнуть обратно на ладошку канонисса не могла — вождь пристально следил за ней, наблюдая, как она жует и глотает. Стефания потянулась к рыбе, полагая, что та не будет такой уж невкусной — на некоторых планетах Империума вполне цивилизованные жители едят ее сырой и ничего, даже не болеют отравлением, а считают деликатесом. Кусочек мяса рыбы оказался дико мороженым, да еще и со льдом и девушка раскусила его зубами, скорее проталкивая в горло, чтобы не ощутить мерзкого вкуса.

— А ничего так. — Произнесла она, потянувшись за вторым куском. Вождь что-то снова заквакал и Древко прислушался, после чего улыбнулся и проговорил.

— Что ж, раз вы предпочитаете сырую пищу, то можете продолжать ей насыщаться, вождь же привык употреблять жареное мясо со специями и вареные морепродукты.

Кусок застрял у канониссы в горле.

— У них, что, есть нормальная еда? — спросила она, а Стефания прекратила жевать и лед на рыбе начал таять во рту.

Вождь забулькал, за ним захихикали жены и Древко, веселясь над тем, как они славно подшутили над инопланетниками. Симона скрипнула зубами, однако выплевывать кусок не стала и демонстративно проглотила его.

— Простите его великодушно, но вождь не мог сдержаться — так велик соблазн. — Хохоча, сказал огрин. — Не беспокойтесь, сейчас подадут нормальную жареную еду, которую вы можете употреблять без опаски. Правда запах у нее специфический, но она гораздо съедобнее сырой.

— Вы так над всеми гостями шутите? — холодно спросила Симона.

— Каждый род, встречая послов, предлагает им нечто подобное. — Произнес Древко. — Отказаться нельзя и если послы намерены твердо установить дружеские отношения, то вступают в привычную всем игру. Те же, кто брезглив и недоверчив находят множество причин не разделять трапезу с вождем и с такими потом не имеют дел. Значит у них есть тайные недобрые замыслы, они не хотят честной открытой дружбы. Простой, но показательный тест. — Пояснил огрин. — И вы прошли его с блеском!

Вождь поклонился Симоне, приложив руку к груди. Жены быстро утащили сырые блюда, заменив их на парящее, только что приготовленное мясо, от которого шел дымок и пахло... дерьмом?! Канонисса потянула носом — фильтры позволяли существовать в атмосфере с низким или высоким содержанием кислорода, но не отсекали запахи.

— Это еще одна шутка? — на всякий случай спросила она.

— Нет. — Древко первым подцепил пальцами крупный кусок мяса и отправил его в рот. — На равнине нет источников топлива, кроме собственного дерьма или отходов жизнедеятельности червя. Их собирают и высушивают, используют в качестве обогрева жилищ и приготовления пищи. Изредка приходят караваны пещерников с горючим камнем и тогда у поморов наступает праздник. Они делятся с горными кланами шкурами морского зверя, его мясом или же мясом снежного червя, а также топленым жиром, который тоже неплохо так горит. Они изготавливают из слизи червя мазь для охотников, многие органы рыб годятся как лекарства и стимуляторы, так что обмен налажен уже давно. — Рассказывал огрин. — Плюсы такой жизни — все время еда под боком. Минусы — нет горючего и частенько приходится мерзнуть по ночам.

— Почему тогда они не сошьют себе одежду из шкур, как это делают родичи Хвата? — спросила Стефания.

— Ну, вождь, шаман и поморы побогаче так и делают, но в основном используют шкуры как одеяла. Мохначи у них не водятся, а южане изредка делятся с ними своими поделками. Кожа морского зверя толстая, но не греет, она идет на постройку жилищ, а с червя можно получить только мясо и компоненты для мази — Древко проглотил еще один кусок. Симона сначала удивилась, что разговаривал этот огрин разумно и его словарный запас был весьма широк. Похоже, что среди громил есть и свои уникумы и не зря Хват определил именно его в переводчики и экскурсоводы. — Поморам просто нечего им предложить кроме сушеного порошка рыбы Го, а ее добыча связана не просто с риском, ее самой очень мало плавает в водах, а в этом озере точно нет. Здесь есть другое — живая вода. — На полном серьезе сказал огрин.

— Как это живая? — спросила канонисса.

— Мы сейчас находимся в клане Живой Воды. — Ответил Древко. — Они известны тем, что наполняют кувшины из живительного источника, где он, никто не знает, но вода, набранная там, позволяет заживлять даже серьезные раны и повреждения внутренних органов, лечит болезни. Мертвых на ноги не поднимает, — огрин нахмурился, — но другого такого источника в округе нет. И сюда идут караваны с провизией, с кожами и металлом, чтобы обменять один такой кувшин на свои товары. Так род и выживает. Что же вы не ешьте? Не хорошо. — Покачал головой огрин и пришлось канониссе снова отведать поморскую пищу, на этот раз жареную на какашках. Если исключить запах, то оно было вполне съедобным и даже сдобренным какими-то специями.

— Откуда здесь аналог перца? — спросила, жуя, Стефания. — Его поставляют южане?

— Да. — Кивнул Древко, переводя слова вождя. — Возле Незамерзающего Моря есть полоса земли, на которой растут кустарники, плоды которых растирают в порошок, придавая пище изумительный вкус. Созревают они раз в несколько периодов, так что товар очень редкий и дорогой. И поставляет его вроде как только один клан. Если сыпануть в котел еще и соль, то получится отличное блюдо. Соль нам приносят караваны с северных гор.

— Я бы хотела поговорить с вами о нашем деле. — Напомнила Симона вождю зачем они здесь. — Недалеко от берега озера лежит металлическое судно — наш корабль. Внутри него скрыта наша святыня — Чаша Императора. Вы можете нырнуть туда и поискать ее? На какую глубину вы можете погружаться и сколько времени проводить под водой?

— Достаточно долго и глубоко. — Ответил вождь через переводчика. — Но в поисках того, о чем вы говорите, нет нужды.

— Не поняла? Ее здесь нет? — спросила Симона, строя в своей голове предположения одно страшнее другого.

Вождь снова сделал движение рукой и одна из жен вынесла нечто в кожаной обложке. Симона и Стефания по переплету тут же признали в изделии книгу!

— Дайте ее сюда! — закричала сестра Пронатус, забыв об этикете. Вождь усмехнулся и, приняв из рук жены фолиант, протянул ее вскочившей от нетерпения сестре.

Стефания провела рукой по коже, которая на ощупь была теплой и чуть шероховатой. Было видно, что ее сделали очень давно, но за книгой тщательно ухаживали, старались сберечь ее, раз хранили в тряпице, вероятно еще и в корзине. Она положила фолиант себе на ноги, удобно устроив, сняла перчатки экзоскелета и одела другие, более тонкие, специально предназначенные для работы с древними архивными документами. Вождь и огрин вместе с канониссой внимательно следили за ее манипуляциями. Сестра Пронатус, испытывая душевный трепет перед таким древним источником знаний, осторожно открыла первую страницу и ахнула — ровным убористым почерком твердой рукой красовалась надпись на одном из древних диалектов Терры: "Дневник младшей сестры Августы Захарии Третьей, состоящей в ордене Дочерей Императора, не склонившей голову перед лживыми речами объявившего себя наместником воли его, искусителя Гога Вандира".

— Это дневник сестры битвы! — возопила Стефания. — Из него мы можем узнать, как развивались события во время правления Вандира и где была сокрыта Чаша!!

— Читай. — Разрешила канонисса, заметив, что написанное ей непонятно — использовался даже не высокий готик, а вообще другой язык, но сестра Пронатус явно знала это наречие.

— Имя мое Августа Захария Третья, по велению батюшки моего наследного правителя Селендийской Федерации, отданная в услужение ордену Дочерей Императора...

— Погоди, нам это не нужно, можешь пропустить ее житье-бытье и сразу же перейти к последним абзацам? — спросила Симона. — И потом, что это за Селендийская Федерация? В Империуме не должно быть никаких сторонних образований, я знаю это точно.

— А как же Некромунда? Долен? Бастардский Регион? — вопросила Стефания и сама же ответила. — Император объединил под властью Терры множество человеческих государств и империй, некоторые существуют и поныне, некоторые пали под натиском ксеносов или сил Хаоса, некоторые объединились или вошли в состав Империума под правление Высших Лордов. Никто в Империуме не запрещает иметь на планетах различные формы правления, тем более не забывайте о Торговых Домах, которые владеют несколькими системами и даже секторами и при этом независимы от правительства. Главное, что все они вовремя поставляют Империуму солдат и платят десятину. — Заметила Стефания. — Селендия не исключение, там также забирали в армию и в услужение орденов сестер.

— Спасибо, что разъяснила. — Язвительно произнесла Симона, понимая, что могла бы и сама догадаться. — Так найдешь нам нужный кусок?

— Сейчас. — Стефания аккуратно перелистывала страницы, стараясь не потревожить древнюю рукопись. — Вот, обозначено как "Бегство". "Заподозрив неладное, старший служитель Делания, воспользовавшись временем хвалебного чествования лжеца, со своими сестрами решительно проникла в зал хранения реликвии. Стерегущая ее стража попыталась воспрепятствовать действиям служителя, не внимая ее речам. Делания хотела донести до них мысль, что лжец воспользуется Чашей, дабы усилить свое влияние на орден и полностью подчинить себе, однако стражи ничего не хотели слушать и служитель поняла, что они оболванены. Тем более что псайкер Катарина ясно ощутила влияние Хаоса, исказившего помыслы стражей и контролирующего лжеца. Силы, подчиненные Делании, были не равны силам Вандира, которые уже постепенно занимали храм, поэтому она не вступила с ним в битву, как требовала честь — она решила спасти то, что несет Истинный Свет Веры, а не искаженную Тень Хаоса. Стражи пали от ее руки и Делания забрала Чашу. С этого момента начался отчет на секунды ибо о совершении ей нападения узнали все стражи, однако не решились отвлечь главных служителей и попытались справиться своими силами. Делания отдала приказ другим сестрам, что входили в ее круг, задержать возможных преследователей и эвакуировать реликвии. Пока длилось празднество и чествование лжеца, им удалось выкрасть все святыни и погрузить их на корабли, принадлежавшие ордену. С планеты стартовали немедленно, но Хаос успел предупредить свою марионетку о том, что реликвии ускользают из его грязных лап. Лжец отдал приказ и его воины начали преследование кораблей сестер. Делания приняла решение разделить силы и отдала соответствующее распоряжение. Суда успели уйти в гиперпрыжок, чтобы прервать его в случайной точке пространства и сделать новый, однако самому кораблю Делании не повезло — он был серьезно поврежден при входе. Три раза мы выходили в разных местах космоса, чинили судно и каждый раз враги настигали нас — у еретиков имелось отслеживающее гипертрассы оборудование". Хм, значит было и такое? — спросила сама себя Стефания.

— Ты читай дальше, не отвлекайся. — Подтолкнула ее Симона.

— "Нам удалось уйти в варп, чтобы окончательно стряхнуть погоню, но там в наш корабль вцепились твари Хаоса — генератор поля Геллера был поврежден и работал нестабильно. Мерзость проникла на борт, искривляя тела сестер и поглощая их души, однако вера служителя Делании была настолько сильна, что она смогла оградить рубку и управляющие когитаторы от влияния демонов, а ее близкие помощники отражали все атаки мерзких исчадий, пока путь в варпе не прервали случайным образом — путешествие в пять минут забросило нас в неисследованный сектор галактики и достаточно далеко от Вандира, чтобы он не смог нас догнать. При выходе из имматериума наш корабль чуть не столкнулся с неизвестным грузовозом, впрочем, тот немедленно ушел в прыжок, не заинтересовавшись нами. Оставшиеся на борту демоны были перебиты выжившими и сохранившими разум сестрами не без помощи Катарины. Судно не могло продолжать путь и Делания приняла решение садить неуправляемый корабль на ближайшую планету. Сканеры выдали только скупую информацию, ибо датчики были серьезно повреждены — давление, гравитация, содержание кислорода — все превышало привычные людям значения. Визуально поселения не наблюдались, что устроило Деланию. Она отдала приказ эвакуироваться и прихватить с собой реликвию, прежде чем судно рухнет на поверхность. Но спасательные капсулы также были неисправны и служитель приняла решение воспользоваться гравишутами почти у самой поверхности, чтобы не выжечь оставшийся энергоресурс. Устройств на всех не хватало, поэтому те сестры, кому выпал жребий остаться... — тут Стефания сглотнула, понимая, что женщины сами обрекли себя на смерть, только чтобы остальные выжили и спасли Чашу. — ... остаться, — продолжила она, — помолились Богу-Императору, прося у него благословления. Делания с Катариной и еще тремя служителями, в число которых входила и я, покинули корабль перед самым его падением. Мы видели, как нос судна пробил ледяную корку воды и тяжелая космическая лодка, выполнив свое предназначение, ушла на дно. Наши устройства сработали как надо, Чаша не пострадала. Уложенная в саркофаг, с действующим генератором стазис-поля, она приземлилась недалеко от меня. Делания поспешила к святыне, чтобы проверить ее на предмет повреждений, ее тревога была понятна, но перед нами внезапно из-под снега встали мутанты. Они были высокими и безносыми, держали в своих руках копья и почти не имели одежды, их кожа лоснилась в лучах местного солнца. — Стефания бросила взгляд на вождя, но тот хранил молчание. — Они не проявили агрессии, не нападали, но были наготове и служитель приняла поистине судьбоносное решение — она не стала их атаковать, а попыталась наладить общение. И дело было даже не в численности их против нас — копье плохой помощник против болтера и огнемета. Делания понимала, что вечно жить она и мы не будем, но выполнить задачу по сокрытию святыни она должна. И для этого ей нужны помощники, которых больше негде искать, кроме как здесь. Пускай они ксеносы, но почему их нельзя обратить в нашу Веру? Ведь Свет Императора может разлиться повсюду и коснуться каждого, неважно какой он расы. Объясниться с аборигенами удалось с помощью жестов и знаков и вскоре мы оказались в поселении на берегу моря. — Стефания прервалась, у нее пересохло в горле и девушка потянулась губами к трубке, чтобы попить. Симона ждала продолжения, но уже понимала, что Чаши в корабле нет — она где-то у поморов или же спрятана в горах. — Местные приютили нас, накормили, предоставили жилище и мы могли отплатить им за заботу рассказами о Боге-Императоре, защитой поселения от редких нападений других аборигенов, которые сильно отличались от морских жителей. Вскоре энергоэлементы наших костюмов исчерпали циклы зарядок, а фильтрующие маски больше не смогли поддерживать необходимый уровень кислорода, повышенная гравитация давила на наши слабые тела и мы умирали одна за одной. Я — последняя, кто еще жив из сестер, и я пишу эти строки в надежде на то, что те, кто придут за нами, смогут узнать о произошедшем. Также я молю Императора, чтобы он прислал за своей Чашей чистых духом и помыслами сестер, которые не поверили лжецу. Я верю в то, что Истинный Свет Веры найдет своего избранника и Империум очнется от сна. После моей смерти я возлагаю ответственность за хранение Чаши на этих нелюдей, которые показали себя дружелюбными отзывчивыми к чужой беде существами. Отныне их шаманы будут тщательно следить за небесами и за реликвией, передав сокрытое тем, кто достоин. Здесь моя история, Августы Захарии Третьей, заканчивается". И роспись. — Стефания наклонила книгу так, чтобы было видно канониссе. — Здесь еще есть рисунки поморов, огринов и еще кого-то. — Сестра активировала окуляр. — Эти немного отличаются от родичей Хвата, глаза еще уже и фигуры не такие квадратные и руки не длинные. Очень похожи на привычных людей. Может быть южане?

— Возможно. — Симона смотрела на вождя. — Так где находится Чаша, вождь?

Тот повернул голову к одной из жен и отдал приказ. Женщина вышла и вскоре вернулась не одна, а с шаманом, который нес в руках сундук. Стефания и канонисса тут же опознали под кованным металлом и кожей стандартный саркофаг для хранения личных вещей, оборудованный стазис-полем. Закрытый на кодовый замок, он уже давно исчерпал свой энергоресурс и сейчас его мог открыть кто угодно. Поэтому поморы приспособили к ящику мощный засов. То, что они лазили внутрь, Симона не сомневалась. Шаман приблизился к ней и протянул саркофаг. Канонисса встала и, испытывая душевное волнение, открыла крышку, отодвинув кованый засов. Там, на бархатной подстилке со специальной выемкой под контуры Чаши лежала именно она. Посеребренный кубок чуть больше размерами обычного, но отлично подходящего Императору. Она ощутила, как от Чаши исходит неведомая сила, словно сам предмет был некогда заряжен псайкером невероятной силы и до сих пор хранил на себе его отпечаток. Сомневаться в том, что это именно то, что канонисса ищет уже не приходилось — только Император мог сотворить с предметом подобное. Симона забубнила слова молитвы, складывая ладони лодочкой, сотворила знак аквилы и закрыла крышку, даже не притронувшись к Чаше, посчитав это кощунством. Она взяла ящик из рук шамана и низко поклонилась вождю и остальным аборигенам.

— Благодарю вас всех от имени Дочерей Императора, что сохранили святыню в целостности и все это время следили за ней. Она возвратиться на свое законное место — в Санкторум, и присоединиться к двум другим реликвиям сестер битвы, завершая Дар Императора. — Симона склонила голову. — Что мы можем сделать для вас, дабы отплатить за содеянное?

— Ничего не нужно. — Махнул рукой вождь, произнося слова на отличном готике и Симона снова удивилась — вот так поморы. Прямо шпионы какие-то подводные. — Эта вещь не принадлежит нам — она ваша по праву. Мы просто постарались исполнить обет наших предков.

— Где вы так научились говорить на готике? — спросила Стефания.

— Я знаю этот текст наизусть. — Ответил вождь, ткнув в книгу. — Едва в нашем поселке появляется ребенок, его тут же начинают учить языку, потому что он в будущем может стать вождем, шаманом или хранителем. Мы не знаем его путь, но знаем, что лишними знания никогда не бывают. Сестра Августа, что написала эту книгу, составила для нас азбуку, используя общепринятые буквы готика. Наши звуки она записывала на нем и так мы учили язык. — Вождь снова сделал жест рукой и жена протянула ему другую книгу, также обтянутую кожей. — Вот, ознакомьтесь, если хотите. — Он протянул ее Стефании.

— Написана на готике, это правда. — Кивнула та. — Но эта книга начертана на селендийском с редкими вставками из высокого готика. Не понимаю, зачем нужно было это делать?

— Для того, чтобы сундук не попал в плохие руки. — Ответил вождь. — Это тоже испытание. Испытание для ищущих истину, а не для врагов. Ведь вы смогли ее прочесть.

— Мудро. — Кивнула Стефания и пояснила. — Августа точно знала, что не каждая дочь Императора владеет селендийским, поэтому и историю записала на нем.К тому же Селендия уже давно влилась в Империум и там если и говорят на родном языке, то только в какой-нибудь глуши — готик прочно обосновался на планете. Если бы я его не знала, то и Чашу нам бы не отдали. Это так?

— Да. — Кивнул вождь. — Мы должны были убедиться, что вы те, за кого себя выдаете.

— Что ж, вполне разумно. — Согласилась Симона, просматривая книгу. — Но как эта азбука могла сохраниться до сегодняшнего дня?

— Мы ее часто переписывали. — Ответил вождь. — И занимался этим хранитель лично. Сестра Августа оставила нам много книг с пустыми страницами, они хранились в том же саркофаге, что и Чаша, только в другом отделении, поэтому оставались как новенькими. Когда же книга приходила в негодность, то она тщательно переписывалась.

— Я сразу заметила, что почерк другой. — Похвасталась Стефания. — Буквы крупные и все время пляшут — сползают со строки. Но почему вы не учили письменности и языку других огринов? Тех же пещерников?

— Зачем? — удивился вождь. — Хранить Чашу — наша обязанность и мы не собирались ее делить с кем-то.

— Но это ведь упростило бы вам торговлю, а записи в книгах дали возможность фиксировать исторические события! — воскликнула Стефания. — Как же так можно — иметь возможность вести записи и не вести их!!

— Для чего нужны такие записи? — спросил вождь. — Половину своей жизни мы проводим в море, добываем зверя и выделываем шкуры, а торговать с соседями мы и без книг легко можем, как делали это много периодов назад. У нас хорошая память — зачем нам записи? Мы и так знаем, с каким родом можно иметь дело, а от кого лучше держаться подальше. Караваны часто делятся с нами новостями и мы запоминаем их, нам нет нужды фиксировать их в книгах, потому что одна новость потом смениться другой, к чему переводить драгоценные страницы? Мы изучали язык и письменность для вас, чтобы знать кому именно следует вернуть ящик. Наш обет выполнен.

— И вы вернетесь к своему необразованному состоянию? — удивилась Стефания.

— Знание языка еще не говорит о том, что человек умен. — Заметил вождь. — Малое дитя постоянно болтает и спрашивает всякую ерунду, никто же не бежит немедленно исполнять его указания, принимая за откровение? Мы жили так всегда и вряд ли что-то изменится в будущем, потому что условия жизни нам диктует внешняя среда. Мы продолжим торговать с караванами пещерников и южанами и для этого нам не нужна письменность, потому что мы ничего не забываем.

— Но как же без фиксации истории? — откровенно не понимала сестра Пронатус. — Сейчас у вас на планете происходит важнейшее событие, а вы не хотите его записать, чтобы потомки знали о нем!

— Мы запомним. — Пожал плечами вождь.— И усвоим урок, передав наставления своим детям, чтобы не совершали наших ошибок. Разве этого мало?

— Но...

— Отстань от них, видишь, не хотят они в цивилизацию. — Усмехнулась канонисса. — Их все устраивает, так зачем ломать сложившийся уклад? Тем более раз у них такая хорошая память.

— Морскому охотнику без хорошей памяти не выжить. — Произнес Древко вместо вождя. — Точно также как и равнинному и горному. Мы перенимаем чужой опыт и используем его, это нужно для выживания. У нас нет возможности вести записи, банально не на чем. — Он хмыкнул. — Изредка эпические события, произошедшие в роду, наносятся на стены пещеры и искусные резчики долго работают над изображением, чтобы правильно отразить случившееся. И потом, разве у вас нет записей, которые лживы? — спросил огрин и Стефания задумалась. — Написаны в угоду правителю, тому же лжецу, о котором вы упоминали? И ваши потомки им поверят, потому что прочтут в книге, так зачем вводить их в заблуждение?

Вот поддел так поддел, восхитилась Симона. Каждый правитель всегда перевирает историю так, как ему нужно и здесь Вандир впереди всех. Много источников он уничтожил, еще больше заставил переписать, а до тех, что не добрался, то предал анафеме. Но человек не обладает такой отличной памятью как огрин, он вынужден вдалбливать в свою голову множество знаний, чтобы выжить в цивилизованном мире. Хотя, даже здесь, в примитивном обществе, нужно многое знать. Как изготовить ловушку, как поймать зверя, как снять шкуру и изготовить из жил веревки, как ее правильно замочить, чтобы она стала мягкой и в каком именно солевом растворе нужной концентрации. Как банально передвигаться по снегу, чтобы не провалиться по пояс! Она вспомнила, как лежа в кровати с Хватом она слушала его голос, а тот рассказывал о повадках мохначей, об охоте на снежного червя, как сражался с паразитами и людоедами. Как сидел возле костра, слушая рассказы стариков, и пускай певец из огрина был хреновый, зато отличный рассказчик. Симона тогда как будто сама переносилась в эти заснеженные горы, испытывала охотничий азарт от пойманной впервые добычи и неслась вместе с другими огринами вниз по склону, чтобы сшибиться с врагом в ближнем бою. И для этого не нужны были даже видеозаписи, все сказанное Хватом четко отпечаталось в ее памяти, а фантазия доделала остальное. Как такое возможно, спросила она сама себя и сейчас же дала ответ — некто заложил в огринов эту способность, ведь они отличные эмпаты и выяснила это ксеносская ведьма. Поэтому им не нужна письменность — в ней просто нет надобности. Опытный воин и охотник передаст науку своим потомкам, а те все дальше и дальше. А для важных событий, как уже сказал Древко, всегда найдется место на стенах пещеры.

— Возможно вы и правы. — Произнесла Стефания и тряхнула головой. — Но я все равно не согласна.

— Со своим уставом в чужой монастырь не ходят. — Процитировала по памяти фразу Хвата Симона и посмотрела на сестру Пронатус. — А мы постоянно это делаем. Так что оставь хотя бы их в покое.

— Хорошо. — Стефания снова посмотрела на книгу, написанную Августой. — Можно я сделаю пикты? Сохраню на память.

— Можешь даже забрать ее с собой — больше она нам не нужна.

— А как же язык? — спросила Симона. — Знание общения с гражданами Империума может вам пригодится.

— Язык легко выучить по разговорной речи. — Пожал плечами вождь. — Азбука нужна была только для того, чтобы не понаделать ошибок при переписывании, а то точно повторить закорючки не у всех получалось. И потом у нас осталась всего одна книга с чистыми страницами и мы не знали, что делать дальше, если и она закончится. Тогда пришлось бы просить у пещерников резчиков по камню и они вряд ли бы согласились. Проще нарисовать, чем записать.

— Понятно. — Кивнула Симона. — Может быть вам отдать в пользование несколько огнеметов взамен книг? Оружие все же не помешает, да и огонь будет разводить проще.

— У нас нет огринских аналогов. — Напомнила ей Стефания.

— Наши они все равно используют как зажигалки. — Ответила ей канонисса.

— Пригодились бы запасы горючего камня. — Задумчиво произнес вождь. — Его мы взяли бы с удовольствием, а ваше оружие нам без надобности — оно сломается и станет бесполезным.

— Это можно устроить. — Улыбнулась Симона. — Вождь Стальной Кирки — мой хороший знакомый, думаю, что он не откажет.

— Еще бы. — Фыркнул Древко, согласившись, и тут же поправился, заметив хмурый взгляд канониссы. — Я имел в виду, что Хват всегда поможет нашим союзникам, каковы бы не были их просьбы. — Огрин понял, что запутался в оправданиях и умолк.

— Что ж, я думаю, что оплата камнем будет достойной за хранение вашей святыни. — Заметил вождь. — Теперь можно продолжить трапезу. Не желаете присоединиться? — он усмехнулся.

— В другой раз, возможно. — Поспешно заверила его Симона. — Сейчас же я отдам немедленный приказ о том, чтобы вам доставили много угля, в смысле, горючего камня. — Она подхватила ящик, легко удерживая его сервоприводами экзоскелета. — Если мы сейчас откланяемся, то не нарушим ваших обычаев?

— Можете идти. — Милостиво разрешил вождь. — А Древко останется здесь — он прибыл как представитель вождя Хвата и я хотел бы обсудить с ним дальнейшее сотрудничество. — Помор намекнул, что раз инопланетники получили то, зачем пришли, то пора бы им отчалить. Симона поняла это именно так.

— Ожидайте поставки в течение нескольких дней. — Произнесла она. — Нужно еще добыть требуемое.

Вождь только склонил голову, принимая ее ответ. Канонисса вышла из чума и оказалась в окружении поморов, которые собрались возле жилища вождя. Они увидели в ее руках саркофаг и, воздев руки к небу, радостно завопили, благодаря главу за мудрость и исполнение обета. Симона кивнула всем и жители синхронно также поклонились, а потом разбрелись по поселению, отправившись по своим делам.

— Это было просто. — Заметила Стефания. — Даже не пришлось поднимать корабль на сушу.

— Не стоит тревожить прах сестер, тем более, что их там уже нет. — Произнесла канонисса. — Но меня волнует запись в книгах о влиянии на них Хаоса. Что если кто-то из демонов проник в этот мир и готовит его к вторжению? Ведь ведьма не зря уловила запах Хаоса?

— Нужно привести ее сюда, пускай разнюхает. — Предложила Стефания. — И молодую видящую тоже не помешает напрячь — вдвоем они сильнее, то бесполезно сидят на корабле.

— Так и сделаем. — Ответила Симона, шагая к челноку с саркофагом. Ее уже окружили сестры битвы, едва узрев ящик в руках канониссы. Глава младшего ордена активировала связь и послала персональный вызов. — Рык, ответь Лилии. — Некоторое время рация шумела помехами, но потом сквозь эфир прорвался голос.

— Рык на связи.

— Скажи честно, Хват, ты знал, что Чаша находится у поморов? — прямо спросила его Симона и огрин помолчал секунду, обдумывая ответ.

— Я узнал об этом прошлой ночью после сражения с людоедами. Я поделился твоей просьбой с посланником вождя поморов и тот рассказал мне о ней. Просто я хотел сделать тебе сюрприз.

— Он удался. — Улыбнулась Симона. — Сюрприз не только для меня, но и для всего Империума. Однако вождь потребовал некоторое количество горючего камня в обмен на саркофаг — у тебя есть?

— Справедливо. — Ответил огрин. — У Обвала есть часть запасов, но они нужны ему самому. Я знаю, где есть крупные залежи, но их еще предстоит разработать. Пока же перед нами стоят более важные задачи.

— Так перешли координаты — мы сделаем все сами.

— Первыми туда не лезьте — в этих пещерах жила Королева паразитов. — Предупредил Хват. — Кто знает, может быть там еще остались ее личинки и вы можете заразиться, а наши паразиты это не те тираниды, к которым ты привыкла — твари еще более смертоносные и мерзкие. Сейчас мы закончим дела с Верховным и потом уже присоединимся к вам.

— Предупрежден — значит вооружен. Тебе нужна помощь? — в голосе канониссы проскользнула тревога, но она ее ловко скрыла от сестер, однако огрин ощутил ее волнение и заботу.

— Сами справимся. — Ворчливо ответил он. — Спасибо, что предоставила челноки — ножками мы еще долго топали бы до замка.

— Я буду наблюдать за тобой. — Предупредила канонисса. — И если твоей жизни будет угрожать опасность, то я наплюю на все ваши обычаи и обряды и самолично приду на помощь.

— Я знаю. — В голосе Хвата проскользнула уверенность. — Сейчас займись своими делами, до связи.

— До связи. — Симона отключила рацию и посмотрела на сестер. — Мы выполнили задание и наш долг теперь — сохранить реликвию ценой своих жизней. Она ни в коем случае не должна достаться еретикам, ксеносам и хаоситам. Вы меня поняли?!

— Да, канонисса. — Сестры склонили головы и опустились на одно колено.

— Святыню я самолично помещу под замок и приставлю охрану. — Симона была сосредоточена как никогда. — И пристрелю каждого, кто без спроса полезет к ней и протянет свои руки в надежде обрести благословление Императора! Вас это напрямую касается. Вперед, сестры, вернем Чашу на ее законное место в Санкторум!

Челнок легко взял всех огринов на свой борт, чтобы "подкинуть" их поближе к замку Верховного вождя. "Валькирий" брать не стали, место там ограничено, а аборигены довольно крупные ребята, так что решили использовать десантный модуль, способный нести до трех тысяч человек. Здесь же огринов было не так много — Обвал созвал ближайшие северные кланы, вожди прибыли сами или прислали своих послов, как это сделали поморы и общая численность едва превышала полторы тысячи, но для северян и такого количества было много. Естественно никто не собирался оставлять свои поселения без защиты, так что вожди выделили для похода и разговора с Верховным часть своих воинов, часть осталась охранять дома, а часть, забрав подарки и заодно выгодно произведя обмен, вернулась назад. Сейчас вместе с Хватом летели рода Рудокопов, Верховиков, Ползуны, Мохначи, Клыки, Бегуны и немногочисленный отряд воинов клана Отважных. Последних Хват видел впервые и производили они впечатление сильных и храбрых бойцов. Спокойные, уверенные, выдержанные, они четко расселись там, где им и указали. Пилот, сунув нос в десантное отделение, скривился, учуяв запах меховых накидок и мази охотников и поспешил укрыться в кабине управления. Он уже попривык к мытым огринам, но вот к их вонючим родичам — нет.

Пилот, согласно приборам, поискал место для посадки и тяжелая машина грузно опустилась на стальные опоры, тут же открывая трюм. Аппарель воткнулась в снежную равнину, возле которой тянулся горный хребет. Хват попросил высадить их немного южнее привычной дороги, чтобы подойти с востока, а не как в прошлый раз лезть через перевал. Совсем близко садиться к замку не стали — во-первых, наблюдатели не дремлют и во-вторых, не надо давать повода Верховному обвинить кланы в сговоре с имперцами за его спиной. Он ведь вроде как единоличный представитель народа и только он имеет право вести торг и разговоры со звездными людьми. А тут какие-то дремучие и дикие охотники смогли договориться с гвардией. И потом, Хват был уверен, что сейчас наблюдатели Верховного спешили ему сообщить, что атака людоедов провалилась и у северян появилось мощное оружие, а также закованные в броню солдаты, вернувшиеся со звезд. И их нужно было опередить. Поэтому оттягивать отлет не стали — Обвал раздал указания и первым влез в модуль. Вождю очень хотелось прокатиться в транспорте. Хват с усмешкой наблюдал за тем, как огрины удивленно обнаружили пониженную гравитацию, настроенную под пилота, забавно размахивали руками и долбились головами в потолок при прыжке, пока пилот не объявил по громкой связи, что он всех сейчас высадит на хрен, если они не прекратят буянить. Пришлось успокоить великовозрастных детей и к месту высадки уже подлетали спокойным собранным подразделением.

Все огрины покинули челнок и тот, сверкнув на прощание дюзами, рванул в небо. Хват оглядел воинство — вожди привычно разбились на отряды и принялись командовать, наводя порядок.

— Шорох, тыловой дозор. — Отдал приказ командир. — Жила — боевое охранение. Остальные — вперед.

Командиры кивнули и, забрав свои отряды, тут же приступили к выполнению. Огрины вытянулись в колонну и привычно набрали темп. Бежали не быстро, не так, чтобы загнать себя и потом тяжело дышать, восстанавливаясь. Хват не такое долгое время провел в космосе и на других планетах, чтобы забыть былые навыки и сейчас втянулся в ритм, точно также как и остальные. По снежной равнине быстро двигался крупный отряд, приближаясь к горам.

Когда впереди показалась стена и шпиль башни, самый глазастый из всех, Зоркий, разглядел какое-то шевеление возле замка. Огрины замедлили бег, а вожди вышли вперед, чтобы убедиться самим. Хват активировал встроенный в глаз бинокль и сейчас внимательно рассматривал черные точки, которые разворачивались в строй. Разглядеть в подробностях не получалось, но и так понятно, что их ждут. Он повернулся к вождям.

— Верховный знает, что мы идем к нему — выставил перед воротами замка армию.

— Много? — спросил Горбонос.

— Не меньше чем нас. — Хват посмотрел на своих и потянул со спины лазган. — Однако у нас есть определенное преимущество.

— Козырять которым явно не стоит. — Заметил Обвал, однако силовой меч активировал и полюбовался на его сияющее лезвие. — Идем вперед. — Объявил вождь.

Огрины снова побежали. Стена, опоясывающая замок, росла, контуры здания и шпили башен становились все четче и стоящую перед ними армию можно было пересчитать по головам. Хват и остальные вожди притормозили буквально за километр от ожидающих их воинов, потом и вовсе остановились, изучая противника. Огрин понял, что перед ним южане, которых он до этого не видел. Их кожа была чуть смуглее, разрез глаз уже, скулы шире и выступали чуть вперед, фигуры сухие и поджарые, не такие мощные и крепкие как у северян. Может быть все из-за того, что у южан было полно всадников. Трехрогие ящероподобные создания, но не динозавры, скорее смесь теплокровного животного и рептилии, на которых и восседали воины, переминались с ноги на ногу. Их широкие ступни с расставленными пальцами позволяли мягко передвигаться по снегу, набирая приличную скорость. Всадников и их "скакунов" определенно нужно было опасаться и выбивать первыми, впрочем и пеших воинов среди южан было достаточно. Почти все поголовно они были вооружены копьями, редко у кого присутствовали мечи, только у вождей или их помощников. Хват отметил, что стали у противников было мало, зато дерева достаточно — некоторые копья представляли собой заостренные обожженные палки. Видно на юге есть теплые места, где растут карликовые деревья из стволов которых и делают древки. Огрин видел из космоса узкую незамерзающую полосу воды, вот возле нее подобные кустарники и деревца вполне способны произрастать.

От южан отделились несколько всадников и поехали в сторону северян. Хват и Обвал переглянулись и выступили вперед, вместе с ними пошли Горбонос, Кулак, вождь Мохначей и Страшила, вождь Отважных. К главам родов присоединились по воину, точно также как это сделали и с той стороны. Видимо, среди южан тоже были здравомыслящие огрины, которые сперва решили выяснить причины нахождения под стенами замка Верховного такой крупной армии. Собрания родов для проведения состязаний уже давно не проводились, точно также как и выборы Верховного. Как последний занял эту должность пещерники и не знали — всех поставили перед фактом. Поэтому вожди северных кланов собирались припомнить ему еще и это.

Вожди приблизились друг к другу и остановились на расстоянии десятка метров. Южане разглядывали двоих бойцов в полностью металлических доспехах, удивленно изучая их оружие. Они знали, что запасы металла остались только на севере, им же была доступна кожа и кости животных, а также дерево. Сталь ценилась высоко и за такой вот меч, который висел в ножнах на поясе этого северянина, могли дать трех трехрогов и пятерку несунов в придачу. Пока все хранили молчание, разглядывая друг друга. Вскоре Хвату это надоело.

— Кто вы и каких родов? — спросил он вежливо.

— А кто спрашивает? — вопросом на вопрос прогудел высокий кочевник, крайний справа. Кочевниками их называли северяне, потому что видели на ездовых животных. На самом деле южане уже давно строили добротные юрты из плотной кожи и деревянных жердей и не меняли место жительства, предпочитая выпас животных на определенной территорий. Раньше они кочевали вдоль берега Незамерзающего Моря, вылавливая водоросли, высушивая их, измельчая и превращая в питательный корм, а потом научились разводить плантации в любой луже. Теперь поселки часто располагались возле горячих источников, где росли деревца и кустарники, оттуда же брали горячую воду или подводили к отрытому в снегу пруду по ледяным желобам. Вода остывала, пока бежала, и для произрастания водорослей уже была подходящей температуры. Доступ жидкости в пруд перекрывали и изредка подливали горячую воду из источников, чтобы рукотворная лужа не замерзла и растительность не подохла. И там плескались водоросли, которые росли очень быстро, буквально пары дней хватало, чтобы они вымахали до размера роста южанина. Видимо, в воде из гейзеров содержались все нужные растениям микроэлементы, которые и позволяли ускорить рост. В общем кочевниками южане были только в глазах северян — себя же они считали более цивилизованными, чем эти дикие варвары и поселения свои называли станами.

— Я Хват, вождь рода Стальной Кирки. — Не стал упрямиться огрин. — Кто со мной говорит?

— Молод ты для вождя. — Фыркнул тот же кочевник.

— Он заслужил этот пост своими деяниями. — Мрачно отозвался Обвал и посмотрел в глаза южанину, который выдержал тяжелый взор вождя, словно соревнуясь с ним. — Не хочешь отвечать — не говори, но оскорблять не смей!

— А то что? — ехидно спросил кочевник, но его грубо прервали.

— Гарх, хватит! — резко сказал тот, что в центре и повернулся к вождям. — С какой целью вы прибыли под стены замка Верховного вождя? До дня состязаний еще далеко и вас слишком много.

— У всех нас накопились к нему вопросы, которые мы хотим разрешить. — Сложив руки в замок на груди, произнес Обвал. Вожди решили, что пускай он говорит, потому что язык у вождя был подвешен как надо, да и в словесной схватке Обвала было не сшибить — он обрушивался на оппонента лавиной. — Вы получили наше приглашение или же явились сюда по зову Верховного?

— Кто стоит передо мной? — не ответив на вопрос, задал свой южанин.

— Вожди восьми родов, которые представляют интересы гор севера. — Спокойно ответил Обвал. — А кто перед нами?

— Я — вождь клана Утренней Росы, — ткнул себя в грудь южанин. — Это вождь рода Восходящего Солнца, — кочевник слева от него чуть кивнул, — вождь Стремительного Рывка, — южанин еще левее поднял руку, — вождь Костяного Берега, — правый поклонился, — вождь Точеного Копья. — Гарх ухмыльнулся, но кивать не стал. — За нами остались вожди Порывистого Ветра, Бурной Пены и Теплого Стана. — Южанин посмотрел на Обвала. — Я назвал всех, каковы имена ваших родов?

— Железные Клыки, Стальная Кирка, Рудокопы, Верховики, Ползуны, Ревущие Мохначи, Бегуны и Отважные. — Перечислил Обвал. — За нашими спинами остались воины поморских родов Живой Воды, Тихой Заводи, Ловцов и Донников. Северные рода Дробящего Камня, Сокрушающего Удара и Тягучей Стали прислали своих послов. — Парочка воинов кивнула. — Достаточно кланов для разговора с Верховным вождем? — Вождь обвел рукой поле, замок и армию южан. — С нами прислали своих наблюдателей и воинов все рода по ту сторону Хребта.

Кочевник задумался. Он получил сообщение от Верховного вождя с просьбой о помощи в усмирении дикарей севера, которым вдруг пришло в голову напасть на замок. Как вождь смог получить эту информацию и когда ожидается нападение, в послании слов об этом не было. Глава Утренней Росы созвал совет вождей близлежащих поселков и на нем приняли решение собрать крупный отряд и выдвинуться к замку, чтобы прояснить ситуацию, да и заодно попытаться договвориться с косматыми вонючими северянами о поставках необходимого южанам товара. И если Гарх и Долт, вожди Костяного Берега и Точеного Копья были заранее настроены на стычку с дикарями, то вот сам вождь Зурт придерживался иного мнения. Он никогда не рубил с плеча, предпочитая сперва разобраться в проблеме. К тому же если юг навсегда рассориться с севером, то получать металл они будут втридорога и только через поморов, которые изредка, но все же торгуют с южанами через своих сородичей на юге. А здесь на сходке присутствуют как минимум представители трех поморских родов и восьми пещерных и сориться с ними южанами не с руки. И потом, если уж северяне собрали такую многочисленную армию, то значит у них действительно накопились вопросы к Верховному, которые требуют немедленного разрешения.

— И что вы хотите от Верховного? — спросил вождь.

— Мы хотим его сменить. — Честно ответил Обвал, глядя на центрального кочевника. — Он забыл про правила и законы нашего общества, он натравливает на наши поселки людоедов, он забирает якобы для службы в гвардии наших молодых и здоровых парней и девушек, лишая нас будущего, а сам опаивает их и продает в Империум как рабов. Он требует все больше металла и горючего камня, ничего не давая взамен, а запасы его все истощаются. — Обвал замолчал, потом продолжил. — Мы знаем точно, что его люди и он сам получают все блага от людей со звезд, не делясь с другими, а пара таких стволов, — он указал на лазган Хвата, — вполне решили бы проблемы с безопасностью караванов и охраны поселков, истреблением паразитов. Я хочу услышать от него ответы, почему и зачем он это делает, ведь когда-то мы были единым народом, так почему сейчас поднимаем друг на друга оружие? — и вождь указал на копье, притороченное к седлу южанина.

Вождь Утренней Росы задумался. Обвинения и вопросы были серьезные, если уж терпение северян лопнуло и они как-то узнали о сделке Верховного с людоедами. Эти нелюди иногда совершали налеты и на поселки южан и если предположить, что они находятся под контролем Верховного, то многое становилось понятным. Вождь был не глупым, иначе грош цена такому вождю, и умел анализировать. Зурт тут же вспомнил, что пострадавший от набегов людоедов род Молочной Реки был вынужден влиться в состав более сильного рода Копытня, усилив их еще больше и сделав достаточно грозным и серьезным кланом на юге. Они получили большую территорию и начали вести себя немного по-хамски с малыми родами соседей. Зурт отдал в род Морской Зубатки свою сестру, чтобы упрочнить связи с тамошним вождем и заключить союзный договор, потому что тот жаловался на участившиеся набеги каннибалов. То сборщиков хвороста украдут, то животных уведут, при этом никаких следов нюхачи даже найти не смогли, что наводило на мысль о том, что похищенные уходили по своей воле. Не было страха и паники, которые оставляют на месте четкий след. Все эти нападения и набеги укладывались в четкую систему — кто-то специально вносил раскол между соседями, подкидывая улики, ведь нашел же следопыт Зурта костяной нож с тела сборщика в поселке соседей. И вождь клялся, что ни сном ни духом не знает об этом. Нюхач ему поверил, а обмануть такого опытного следопыта это надо постараться. И южане воспринимали помощь от Верховного как благодарность, щедро одаривая. Причем даже сам Зурт кое о чем знал, но предпочитал помалкивать — вождь поставлял на юг девушек северян. Пускай они были настоящими дикарками и не желали находиться в подчинении, постоянно доставляя проблемы, но если такая красавица полюбила своего хозяина, а такие случаи все же изредка случались, то у них росли крепкие и здоровые дети, а сама жена горло готова была перегрызть, защищая дом, детей и мужа. Что у южных женщин случалось все реже. Наоборот, рода вымирали, детей рождалось все меньше и меньше, и с этим уже ничего нельзя было поделать. Нужна была новая сильная кровь, разбавить которую могли северные народы, наверняка испытывающие те же проблемы, но кто-то вбивал между южанами и северянами клин и делал это сознательно, уменьшая население. Ведь сейчас, придя под стены замка, Зурт услышал от Верховного призыв встать на защиту закона и справедливости, когда этот сам закон нарушается тем, кто поклялся его хранить. Там четко сказано — бороться с врагами народа и ими выступают как раз людоеды, которые превратились в настоящих дикарей. А с ними ведут переговоры и даже заключают сделки. Как можно сотрудничать с этой мерзостью? Нет, тут определенно нужно разобраться.

— Я согласен с тобой, вождь, что вопросы требуют ответов. — Изрек Зурт и Гарх скривился, а за ним и еще двое вождей. — Мы тоже испытываем определенные трудности, как видишь у нас мало металла и обменять его на молоко, мясо, кожу и кость мы можем только здесь, в замке Верховного. Скажи, сколько вы получаете железа в период?

— Десятую часть мы оставляем себе. — Ответил Обвал не скрывая. — Наши кузнецы варят отличную сталь и делают из нее мечи, топоры, секиры, сабли. — Он продемонстрировал лезвие подаренного ему Хватом меча, не активируя силовой клинок. — Остальное все отправляем караванами в замок. — Обвал ткнул себе пальцем за спину. — Как видишь, в моем отряде каждый воин облачен в доспех из стали, точно также как и отряды остальных. А если бы мы все добытое оставляли себе, то наши кузнецы не сидели бы без работы. А горючий камень, — вождь сунул руку в подсумок и извлек небольшой черный камушек, продемонстрировав южанам, — мы отправляем почти полностью, но для отопления нам пока хватает добытого. Раньше мы считали, что для отопления такого громадного замка нужно много горючего и с радостью его отдавали, жилы рвали на добыче, но теперь, узнав о технологиях Империума, которым пользуется вождь... — Обвал посмотрел на Хвата, — я думаю, что он выгодно торговал с вами нашим камнем, не давая ничего взамен.

— У нас нет металла. — Задумчиво произнес Зурт. — И получаем мы его через поморов, но в последнее время на их поселки участились нападения людоедов и те вынуждены были уйти дальше в море, чтобы переселиться на Ледяные осторова. Пришлось закрыть единственный наш с ними обменный поселок и мы вынуждены были идти на поклон к Верховному, чтобы заключить хотя бы какие-то сделки — жечь драгоценное дерево слишком накладно. Все это выглядит как минимум странным.

— Верховный вождь знает, что делает. — Возразил ему Гарх. — Северяне точно утаивают часть металла и камня, обманывая его, вот почему он не может передать нам железо в полном объеме!

— Зато требует гораздо больше мяса и шкур. — Прогудел вождь Стремительного Рывка. — А мы получаем за это жалкие крохи, отдавая гораздо больше взамен, также как и пещерники. — Он наклонился к одному из воинов и выслушал его шепот в ухо. — Лот говорит, что северяне не лгут — все именно так и есть.

— Нам нет выгоды врать. — Произнес Хват. — Мы хотим справедливости и только.

— Откуда же тогда у вас это оружие звездных людей? — спросил Гарх, указывая на лазган.

— Это выдали мне имперской гвардии, на службе которой я и нахожусь. — Ответил огрин. — Мой долг Императору еще не выплачен сполна, но так случилось, что приказы моих командиров привели меня назад.

— Чтобы поднять бунт против законной власти? — спросил кочевник.

— А кто назначил Верховного вождем? — спросил Хват. — Я не припомню, чтобы состоялись состязания, на котором присутствовали бы все рода. И потом существует наш ИЗНАЧАЛЬНЫЙ закон, который Верховный должен соблюдать. Он получает от звездных людей много чего интересного, но не делится этим со всеми, тем более раз контролирует торговлю севера и юга. Задача правителя — забота о своем народе, а не накопление ценностей. Он имеет право судить и миловать, это правда, но прежде чем выносить вердикт, то должен разобраться в споре. Ведь вы сами не кинулись на нас, едва завидев, а предпочли сначала поговорить. Мы хотим того же самого — разговора с Верховным. Пусть ответит на наши вопросы и народ решит, достоин он править нами дальше или нет. Возможно, мы чего-то не знаем, так пусть поделится с нами своими соображениями.

— Ты что ли народ? — насмешливо спросил Гарх.

— Я представляю свой род. — Хват смотрел своим глазом прямо в нахальные очи кочевника. — За мной стоит сотня. За вождем Обвалом стоит сотня, точно также как и за остальными вождями. Нам доверяет народ севера, раз отправил сюда своими послами. Ведь вы пришли с юга и не в полном числе, разве вы не можете говорить от лица остальных?

— Я говорю за себя. — Произнес злобно Гарх, сверкнув глазами на Зурта. — Я прибыл сюда по зову Верховного вождя и готов выполнить его волю.

— Короче, болван без мозгов. — Резюмировал Горбонос, ухмыльнувшись. — Таких как ты, мальчик, он и обводит вокруг пальца, запудрив мозги словами о чести и долге.

— Не тебе порочить имя Верховного вождя, косматый дикарь! — выкрикнул Гарх.

— Хочешь вызвать меня на поединок? — спокойно осведомился Горбонос и положил руку на рукоять топора. — Давай, рискни. Прямо здесь, прямо сейчас.

— Гарх, успокойся! — громко крикнул Зурт. — Неужели ты не понимаешь, что поссорившись с северянами металла нам больше не видать! Они уйдут в свои горы и разорвут все контакты с Верховным. — Вождь покосился на Обвала, как самого главного. — А он придумает причину напасть на них и отобрать металл и мясом в битве будем выступать мы, потому что нам нужно железо. Необходимо. Использовать людоедов, конечно, сильный ход, на тебя вряд ли подумают, но трехроги никогда не были в горах, они замерзнут без пищи и теплой воды, мы сюда-то привели только малую часть и то трое животных уже погибли в пути. Как ты хочешь штурмовать горы? Пешком? — Зурт хлестал словами и взглядом Гарха. — Северяне все время сражаются пешими, они выдерживают жуткий холод и мороз и при этом еще и закованы в сталь, а на тебе только кожаный нагрудник! Я знаю, ты хорошо сражаешься и пешим, но выдержишь ли ты против воина севера, который знает скалы как свои пять пальцев и легко устроит засаду даже на небольшой отряд?

— Выдержу. — Твердо ответил Гарх и посмотрел на Горбоноса, который только сомневающееся хмыкнул.

— А вот я не уверен. — Честно признался Зурт.

— Хочешь попробовать, малыш? — спросил наглого кочевника Горбонос.

— Хочу. — Гарх ловко спрыгнул с "лошади", прихватив копье. На его поясе был костяной нож и небольшой кинжал, как навскидку определил Горбонос работы еще кузнецов Стальной Кирки — лезвие было отлично обработанным без следов молота. Хорошее оружие, но дураку досталось.

Вожди не стали препятствовать поединку, наоборот, это было святое — разрешить спор поединком. Всадники остались на месте, только крайние чуть выступили вперед, встав полукругом, а трехрога Гарха подхватил под уздцы воин его клана. Среднего возраста кочевник решил, что справится с этим седоусым лысым северянином, облаченным в доспех. Он был ловок и достаточно резок, чтобы быстро атаковать и отскочить, к тому же вооружен копьем, а это увеличивало для него дистанцию атаки. Противник же в доспехах выглядел неповоротливым, но основательно защищенным, так что наносить удар нужно было в район неприкрытой шеи, в колено, в бедро, где в пластинах юбки были видны небольшие щели. Гарх привычно прокрутил копье в руке, скользя вокруг выступившего вперед северянина. Дикарь же просто извлек свой топор и вождь фыркнул на это — какое-то кургузое оружие. Некоторые южане тоже пользовались топорами, но только для рубки стволов и теса жердей, в бою его применяли редко, предпочитая копье и меч. Горбонос же был каменно спокоен и уверен в себе, если он вождь это не значит, что засиделся на троне и отрастил пузо, в схватках он принимал участие постоянно, напоминая остальным, что вполне достоин занимать это место. И потом, в горах слишком много опасностей, чтобы пренебрегать ими и каждый человек на счету, а уж вождь и подавно должен быть в числе первых. Сейчас он изучал противника, анализировал все его слабые и сильные стороны и пускай малец был стремителен, резок, но слишком легким и не таким массивным как вождь. Да и против копья Горбонос выстоял бы — это оружие в горах знали и использовали повсеместно, пускай и не так часто как южане, о чем наглец мог и не знать и надеялся на преимущество незнакомого для дикаря оружия.

И вот Гарх решился. Он скользнул в сторону дикаря и, сделав обманный выпад копьем, тут же наметил укол в бедро, потому что противник подставился боком, уходя от удара. Это был коронный прием Гарха, однако с проклятым северянином он не сработал — наконечник скользнул по пластинам юбки, а сам дикарь вдруг оказался слишком близко к кочевнику, просто подшагнув. Копье уже не помогало, а только мешало, поэтому в ход пошел кинжал. Гарх стремился разорвать дистанцию, чтобы атаковать вновь, но Горбонос не давал ему этого сделать — его топор опустился на древко, ломая дерево, а кулак в стальной перчатке уже летел в лицо Гарху. Тот уклонился и нанес удар кинжалом в бедро, чтобы ранить противника и снизить его подвижность, подхватывая со снега сломанное оружие, однако топор, описав дугу — Горбонос не изменял траекторию движения — встретился с рукой южанина в точке удара и кочевник ощутил боль. На удивление остро отточенное лезвие разрезало ремешки наруча, пройдя ткань и коснувшись плоти. Удар был силен и топор чуть не отрубил руку Гарху, тот успел чиркнуть кинжалом по стали юбки, отводя конечность в сторону, спасая ее. Зубы кочевника сжались, чтобы не издать крика боли. Нет, дикарь не дождется от него и писка. Гарх отпрыгнул назад и тут же сильно ударил остатками короткого копья сверху вниз, снова метя в бедро. Он полагал, что противник не ожидает повторной атаки в то же самое место. Горбонос чуть дернулся и костяной наконечник застрял в его ноге. Гарх взвыл от радости, стремясь добить дикаря кинжалом, но проморгал момент, когда топор опустился на его голову. Шлем был сделан таким образом, чтобы отводить удар сверху, однако Горбонос бил чуть сбоку и лезвие оружия застряло в черепе кочевника в районе уха. Гарх удивленно уставился на дикаря правым глазом, пытаясь сообразить, что же случилось, как рука, удерживающая копье, разжалась, и он рухнул на снег, заляпывая все густой темной кровью. Горбонос рывком выдернул наконечник сломанного копья и кинул оружие на тело убитого им вождя. Он посмотрел на Зурта, словно спрашивая его мнение. Тот выглядел самым здравомыслящим из кочевников.

— Все по правилам. — Произнес хрипло вождь. — Наглец получил то, что заслуживал.

Южане согласно кивнули головами — какими бы разными не были народы, но правила у них были одни и результат поединка уважали все. Горбонос повернулся спиной, чтобы удалится, как воин убитого вождя выхватил из-за спины плазменный пистолет, который прятал до сего момента, и выжал спуск. Огненный шар прожужжал мимо трехрога, который отшатнулся, испугавшись непонятного, и ударил северянина в спину. Раздавшийся взрыв швырнул тело огрина к своим товарищам, а Хват уже прицеливался в стрелка, коря себя за то, что не смог предвидеть подобного исхода. Очередь из высокомощных импульсов лазгана пронзила грудь и голову воина и тот упал на снег, выронив оружие. Обвал уже спешил к Горбоносу, который харкал кровью — на его спине зияла огромная дыра, края брони оплавились и завернулись внутрь, был виден срезанный позвоночник и кости ребер. Хват сразу же понял, что вождю уже ничем не поможешь — с такими ранами точно не выживешь. Горбонос заперхал, силясь что-то сказать, как дернулся и затих на руках у Обвала. Вождь встал и посмотрел на южан, которые в его взгляде рассмотрели ярость. Обвал потянулся за мечом, как услышал окрик:

— Стой!! — Хват положил руку на кисть вождя. — Верховному только это и надо, чтобы мы перебили друг друга! Я уверен это он дал оружие этому воину, чтобы тот спровоцировал конфликт! Когда мы основательно потреплем друг друга, то он завершит начатое. Убежден, что именно этих южан он позвал не спроста, — и Хват посмотрел на Зурта, — они тоже недовольны его действиями. Еще одно злодеяние в копилку Верховного.

— Я согласен с молодым вождем. — Заявил Зурт, отводя руку от копья и показывая, что он не намерен продолжать, а также делая знак остальным, чтобы не дергались — выстрел лазгана все равно настигнет его первым, чем он успеет ударить копьем. — Мы не получали от вас весточки, это правда, но мы собирались сами заслать к вам послов, чтобы вести прямой обмен товарами, минуя крепость.

— Мы — это кто? — мрачно спросил Обвал. Зоркий и Хрипун уже подняли Горбоноса и потащили его к замерзшей позади вождей армии. Там видели вспышки плазменного и лазерного оружия и Жила уже собирался бежать на выручку, впрочем также как и кочевники заметили неладное на переговорах и передовой отряд уже выдвинулся к месту встречи — трехроги на удивление быстро передвигались по снежной "степи", поднимая в воздух белую пыль.

— Равнинные кланы. — Зурт обернулся в седле и издал успокаивающий свист. Его услышали и чуть приостановили бег, но движение все равно продолжили, сам же вождь сказал своему воину. — Скорее беги к Шерху, скажи, что подсыл Верховного собирался развязать битву. Беги, скорее!! — воин рванул по снегу, а вождь обернулся к Обвалу. — Я скорблю о потере вашего вождя вместе с вами и прошу разрешения присоединиться к вам. С этого момента род Утренней Росы заявляет о намерении заключить союзный договор с кланами севера. — В качестве серьезных намерений Зурт извлек кинжал и сделал глубокий разрез своей ладони, на которой уже было несколько подобных шрамов. Кровь закапала на снег, а сам кочевник спешился с трехрога и подошел к Обвалу, который тоже стягивал стальную перчатку, моментально сообразив, что тот хочет сделать. В горах поступали немного не так, но ритуал был интуитивно понятен. Северянин посмотрел на Хвата и на других вождей, которые заметно кивнули, давая свое одобрение. Обвал также провел лезвием по ладони, снял наруч, то же самое проделывал и Зурт и оба вождя встали друг напротив друга, одновременно протягивая ладони и обхватывая предплечья, измазав их кровью. Все стоящие хранили молчание и как только вожди отняли руки, разразились радостным кличем, который услышали в обеих армиях. Воины не понимали, что произошло на сходке вождей, но искренне радовались тому, что перемирие заключено. Самые опытные понимали, что в этой битве выживут немногие и их радость была вдвойне искренней.

Наблюдающий из окна за разговорами вождей и последующим после смерти Горбоноса братанием Верховный вождь скрипнул зубами. Что ж, раз их не удалось поссорить, то, возможно, удастся обмануть. Придется выйти к этим дикарям, которые сейчас так громко вопят под стеной его замка. Используя словесный обман, он сможет запудрить им мозги и привлечь на свою сторону. Если же они попытаются вызвать его на поединок, то даже здесь у них нет шанса — он разделает любого как мясную тушу и подтвердит свой статус. Верховный ощущал в себе неведомый подъем и силу, которая распирала его изнутри. Он повернулся к охране.

— Открыть ворота, впустить вождей, я буду говорить с ними.

— Может быть использовать турели? — спросил первый помощник вождя. Он не хотел лишаться теплого места, роскошных мехов и побрякушек, мощного оружия и красивых рабынь. Он уже давно привык к пусть и меньшей, но власти и не собирался возвращаться в снежные пустоши, где кланы существовали впроголодь и постоянно находились в состоянии войны друг с другом за ресурсы, с людоедами и с паразитами.

— Приготовь, но пока не трогай. Сперва попробуем договорится, если нет, то уничтожим их всех. — Верховный посмотрел на помощника. — Убьем одним ударом сразу как и собирались.

— А если они вызовут вас на поединок? — спросил помощник.

— Ты сомневаешься во мне?

— Нет, мой вождь.

— Тогда просто выполняй приказ. — И Верховный начал спускаться вниз.

Сидящая в позе для медитации Воэйра резко открыла глаза, потому что почувствовала знакомые энергии Хаоса, которые на мгновение стали чуть ярче. Хайрела тоже отрыла глаза, ощутив напряжение наставницы. Дальновидящая резко встала и, не говоря ни слова, потянулась за ножнами своего оружия. Эльдары колонии были так любезны, что подарили ей одно из изделий своих мастеровых — именно такой меч, к которому Воэйра привыкла. Также они снабдили ее рунами, некоторыми устройствами вроде гравистабилизаторов, автономным медблоком, доспехами воинов аспекта и сюрикеновым пистолетом. Это то малое, что старейшина колонии мог сделать для той, что убедила имперцев помочь эльдарам. И Воэйра была ему благодарна.

— Что случилось? — спросила Хайрела, увидев, что ее наставница потянулась за оружием.

— Разве ты не почувствовала?

— Что?

— Хаос. — Воэйра продолжала сосредоточено собираться. — Он пытается пробудиться и его сила растет. Если промедлим, то потом уже будет поздно. — Она подошла к двери и решительно ее распахнула.

За ней стояли две сестры битвы, которые вздрогнули при этом ее действии и первым делом потянулись за оружием. Обе немного отпрянули от возникшей на пороге эльдарки в полном боевом облачении, проходящие мимо по своим делам сестры тоже заинтересовались происходящим и подтянулись поближе. Воэйра обратилась к одной из охранниц.

— Мне необходимо спуститься вниз, на планету. Распорядитесь выделить мне транспорт.

— Канонисса велела не выпускать вас из каюты. — Нехотя буркнула сестра.

— Тогда свяжитесь с ней поскорее, пускай разрешит этот вопрос. — Нетерпеливо откликнулась дальновидящая, словно была молоденькой девочкой. Наверное, это Хайрела на нее так дурно влияет.

— Канонисса сейчас на планете и находится вне зоны связи. — Ответила ей та же сестра и эльдарка легко распознала ложь.

— Ваше упорство в стремлении меня задержать может обернуться громадной катастрофой! — мрачно заявила Воэйра. — Внемлите мне, ибо я ощутила растущее влияние Хаоса и промедление может стоить жизни!

Сестра колебалась. Она получила четкий приказ охранять сидевших в каюте эльдар и не выпускать их до особого распоряжения канониссы и в то же время сообщать той о возможных предсказаниях ведьмы. Канонисса недавно улетела на поиски Чаши и сестра во-первых, не хотела ее тревожить, во-вторых, что если эльдарка как-то узнает о том, что святыня обретена и запачкает ее своим мерзким ксеноским колдовством. Но канонисса оставила четкий приказ — сообщать о предсказаниях, а ведьма заявляет о влиянии Хаоса и требует спуститься вниз. Правда это или ложь? Что если она ощутила, что канонисса нашла Чашу и хочет ее осквернить? Она не должна допустить подобного. Сестра сжала губы и решительно ответила.

— Вернитесь в свою каюту. — Охранница смотрела прямо в глаза дальновидящей. — До особого распоряжения канониссы вам запрещено ее покидать.

— Дайте мне поговорить с канониссой. — Сделала еще одну попытку убедить твердолобых людей Воэйра. — Уверена, я смогу разрешить наше противоречие.

— Ага, чтобы ты окончательно промыла ей мозги? — спросила вторая сестра, направляя на ведьму ствол оружия. — Канонисса и так ведет себя странно последнее время и все началось после того, как она начала якшаться с вашим племенем! Так что вернись в каюту по-хорошему и сиди тихо, не отсвечивая, пока я не пристрелила тебя! Даже не посмотрю на то, что ты в броне.

— Вы не оставляете мне выбора. — Вздохнула Воэйра и повернулась к Хайреле. — Собирайся, мы уходим.

— Как? — не поняла мелкая Видящая, а сестры напряглись и их пальцы легли на спусковые крючки болтеров.

— Ногами. — Ответила Воэйра в духе Хвата и усмехнулась. А потом...

Она вдруг исчезла. Натурально растаяла в воздухе, растворилась в нем. Первая сестра выпучила глаза и неверяще потыкала стволом в то место, где стояла ведьма, словно та могла еще быть там. Вторая в это время шагнула и заглянула в каюту, чтобы удостовериться, что вторая эльдарка никуда не делась, но в помещении было пусто. Первая тут же забубнила в микрофон рации.

— Внимание, тревога!! У нас побег!! Две ведьмы сбежали!! Перекрыть доступ к взлетным палубам, не один челнок не должен покинуть корабль!!

— Это кто там распоряжается на моем судне? — спросила жестким голосом капитан Кадье, которая слышала передачу на общей для всех частоте и использовала для вопроса громкую связь. — Кто именно дезертировал?

— Капитан, сбежали две эльдарские ведьмы. — Продолжала говорить первая, пока вторая и несколько сестер активировали шлемы, пытаясь в разных режимах зрения обнаружить ксеносов. — Они хотят спуститься на планету!

— И что им там нужно?

— Они хотят осквернить Чашу! — выдала свои надуманные подозрения за реальное действие сестра.

Однако Кадье знала немного больше, чем обычная сестра битвы, да и слышала про предупреждение Воэйры про Хаос, так что та могла легко почувствовать его влияние или же определить местоположение еретиков. Либо специально дождаться обретения Чаши и воздействовать на нее своими псайкерскими силами, чтобы нанести вред Императору, так что эта сестра может быть права. Но сначала надо связаться с канониссой, чтобы предупредить ее, а не бежать самой вниз сломя голову, хотя кто этих ксеносов поймет? А сестры просто исполняют приказ. Что же делать, как принять важное решение и при этом не ошибиться? С Симоной нужно обязательно связаться, да и разгуливающие по ее кораблю в режиме невидимости эльдары ей тут точно не нужны. Кадье решительно вдавила кнопку тревоги.

— Внимание! — объявила она по громкой связи. — Всему экипажу оставаться на своих местах, взлетную палубу перекрыть, усилить охрану. Сестрам ордена разбиться на группы, начать прочесывание помещений в поисках эльдар. В случае обнаружения захватить живыми. — Капитан понимала, что самодеятельность до добра не доведет, а ну как права окажется ведьма? Лучше уж поймать ее и посадить под замок, пускай Симона разбирается. — Выполнять.

На корабле тут же началась суета и беготня, сестры облачались в броню и командиры десяток тут же уводили их на поиски — судно было не маленьким и в качестве провожатых выступали члены экипажа. К Кадье обратилась один из операторов.

— У нас снаружи болтается ремонтная команда. — Напомнила она. — Передать им приказ возвращаться?

— Да. Пускай заканчивают и двигают к пятому доку. — Кивнула капитан и оператор передала приказ.

— Сейчас. — Ответили на том "конце" провода ремонтники и сказано это было так, что даже Кадье поняла, что пока они не закончат, то не вернуться.

— Я отдала приказ возвращаться немедленно, значит немедленно! — перешла на их канал капитан. — Что тут непонятного?

— Я же сказал — сейчас. — Ответил глава команды пустотных техников. Старый техножрец, который не поднялся в иерархии выше ремонтника, служил на этом корабле уже давно, знал судно как свои пять механодендритов, которые прочно прописались на его спине еще когда он был молодым послушником. Для него это была уже третий капитан и первая, кто не лез в вотчину техножреца, так что для него подобное требование явилось новостью. Он привык, что с ним советуются и обращаются вежливо, учитывая возраст. Кадье же понимала, что старый ремонтник любит корабль и использует каждый момент для его скоротечного ремонта и никогда не перечила его требованиям, которые тот озвучивал редко, стараясь исполнить по мере возможности. Ей на этом корабле предстояло воевать и она должна быть уверена во всех его системах. Однако он для нее подчиненный и сейчас позволяет себе заявлять подобное! Неслыханная дерзость!

— Я, кажется, внятно сказала — возвращайтесь на корабль. — Холодным тоном произнесла капитан в микрофон вокс-передатчика. — Закончите свои работы потом.

— Послушай меня, девочка, — старый ремонтник был упрям, наверное, поэтому и застрял на этом судне и в этой должности. За подобный тон и слова его уже давно бы превратили в сервитора, однако тогда техножрецов для обслуживания флота и механизмом не напасешься. Ведь для ремонта нужны кое-какие мозги, а вот последнего у сервиторов точно не могло быть, так что приходилось механикусам скрипеть зубами, но позволять подобное обращение и вольнодумство некоторых техножрецов по отношению к высшей власти. По какому-то странному стечению обстоятельств или же благодаря насмешке Императора эти самые упрямые бараны были невероятно опытными и незаменимыми на своем месте работниками, так что их приходилось терпеть. И иногда одергивать, когда они забывались. Кадье же подобную профилактику с техножрецом не проводила и теперь пожинала плоды своей дружелюбности, — если я оставлю все как есть, — продолжил как ни в чем не бывало ремонтник, — то через полчаса у вас в рубке откажет климат-контроль и вы все превратитесь в ледышки, потому что ремонта требует труба охладителя. Сейчас мы заменим сегмент и все будет в порядке, закончим через шесть минут.

Капитан скрипнула зубами.

— Ладно, Хаос с вами, через шесть минут чтобы сидели в пятом доке и не дергались. Я еще с вами всеми разберусь.

Техножрец разорвал связь и усмехнулся. Под стеклом шлема его уродливая улыбка напоминала оскал мертвеца.

— Напугала. — Фыркнул он и тут же обратился к своим помощницам. — А вы чего застыли?! Я вел разговор всего сорок две секунды, за это время можно было положить шов длиной два сантиметра!! Шевелитесь, коровы беременные!

Техножерцы и жрицы, находившиеся у ремонтника в подчинении, тут же возобновили работу. Его они боялись больше, чем капитана. Та далеко, на мостике, а он тут, рядом. И в механодендрите у него встроенный электрошокер, которым техножрец придает каждому ленивому адепту Омниссии чуток трудолюбия и работоспособности. Ремонтники расстарались и закончили даже на пятнадцать секунд раньше, чем требовалось. Техножрец все проверил и дал команду по связи пустить охладитель, после чего еще раз проверил швы и приказал закрывать снятой бронеплитой узел.

— Вернетесь через технологический люк, заодно проверите угол склонения четырнадцатой лазерной пушки. — Сказал он, плюхаясь задом на пустотный байк, к которому тросами уже привязались часть ремонтников, чтобы не упорхать в космос. Техножрец запустил двигатели и транспортное средство по дуге облетело корабль, направляясь к пятому доку, створки которого уже открывались. Он виртуозно и показушно захотел проскочить в щель, как оттуда ему навстречу ринулся десантный модуль, который чуть не посшибал ремонтников, висевших на тросах.

— Дебил! — выкрикнул ему техножрец, погрозив кулаком. — Совсем мозги в этой калоше спеклись! Я же говорил, что его надо давно списать на свалку.

— А кто это? — спросил один из помощников, новенький, которого приписали к кораблю во время ремонта на верфи взамен убитого.

— Дольф. — Ответил техножрец. — Чиканутый пилот, который так хотел продолжить летать, что пришлось его интегрировать в кресло. Он теперь навечно прикован к модулю и никуда с него не денется. — Тут техножрец заметил, что лазерная пушка разворачивается в сторону улетевшего модуля, который начал выделывать в космосе противоракетные маневры. — Что происходит? — спросил он сам себя, но ему ответил хор голосов помощников. — Заткнитесь вы. — Оборвал он их. — Я не вас спрашиваю, а сам себя. Неужели что-то случилось на борту и у Дольфа окончательно протекла крыша и он решил полетать без разрешения? Хм, странно.

Техножрец не знал о побеге эльдар и уж тем более не догадывался, что модулем управлял не пилот, а взявшая его под контроль Воэйра. Она четко внушила мысль этому обрубку, который только напоминал человека, о том, что необходимо всеми силами попасть на планету и он старался как мог тщательно выполнить ее указание. Почему именно этот борт и в этом время? Потому что Воэйра видела отблески будущего, но они оставались туманны до определенного момента. Просто вариантов развития событий было несколько и по какому именно пути пойдут эльдары и люди еще не определено. Побег среди них тоже был и как наиболее вероятный сценарий, хотя та же сестра, что препятствовала Воэйре, могла и помочь, просто связавшись с канониссой. Но она сама выбрала свою судьбу, разве можно ее винить в этом? Дальновидящая коснулась ладонью обритого черепа пилота, из которого торчали жидкостные трубки имплантов, перекачивающие кровь, продлевая контроль сознания и указывая цель. Странно, что по ним до сих пор не стреляли, ведь сестры знают, что на корабле кроме них только пилот, а им можно легко пожертвовать. Дальновидящая сосредоточилась и получила в сознании картинку нескольких минут, со случившимся ранее — канонисса была весьма недовольна решением своих подчиненных и отдала приказ не стрелять. Тем более, что... на панели приборов загорелся входящий вызов, который Воэйра почувствовала мгновением раньше.

— Ответь. — Приказала она и пилот подчинился.

— Борт семнадцать сорок три двадцать один на связи. — Механическим голосом сообщил он.

— Дальновидящая, я хочу знать, почему вы угнали этот модуль? — резко, игнорируя пилота, спросила Симона, зная, что ее слышат. — Почему не связались со мной?

— Потому что ваши подчиненные не захотели сделать это по моей просьбе. — Ответила Воэйра, совершенно не удивляясь подобному вопросу канониссы, которая уже знала, кто именно летит в модуле. — Время неумолимо истекает, Хаос крепнет и моя, а также ваша задача — не допустить его проникновения в этот мир.

— Вы знаете, где это произойдет? — помолчав, спросила канонисса, делая себе зарубку в памяти наказать нерадивых тупоголовых охранников, которым она оставила четкие инструкции.

— Да. Возле замка огринов. От их Верховного вождя исходят знакомые мне эманации и течения энергий, это не одержимость, но он под контролем точно и постепенно превращается в исчадие Хаоса.

— Нужно немедленно высадить десант!!

— Не спешите, наше присутствие там нежелательно — я чувствую что наступает переломный момент, но подстраховать огрина не помешает. — Заметила Воэйра. — Поэтому я лечу вниз — самостоятельно он может не справиться с ним. Вспомните пещеру.

— Все же я отправлю на помощь роту сестер. — Упрямо сказала Симона.

— Это ваше право. — Согласилась с ней дальновидящая. — Только у меня к вам просьба — пусть их корабль сядет неподалеку и не попадается на глаза аборигенам. Я ощущаю, что для них наступает судьбоносный момент и не хотелось бы его испортить.

— Ладно. — Сделав паузу, пообещала Симона и отключилась. Хайрела посмотрела на эльдарку.

— Почему мы им помогаем? — спросила она. — Мы ведь так легко прошли через их ряды — никто даже не заметил, что мы бежим. Можно было захватить корабль, убить капитана и уничтожить их судно, взорвав силовую установку.

— Зачем? — спросила, повернувшись к ней Воэйра, внимательно вглядываясь в зрачки. — С чего вдруг ты стала такой кровожадной, дитя? Или же это возросшее влияние Хаоса? — она положила свои ладони с длинными пальцами на щеки Хайрелы — та немного отстранилась. — Я не ощущаю его давления на тебе, но это не твои слова. Ты повторяешь за кем-то?

— Просто имперцы... они же враги. — Видящая смотрела прямо на Воэйру. — Почему мы должны помогать им? Да, они помогли нашей колонии отбиться, но это не значит, что теперь мы им должны всю свою жизнь.

— Ты ведь так не считаешь. — Не спросила, а утверждающе сказала дальновидящая и тут же все поняла. — Тебя огорчил проигрыш огрину? И то, что он оказался способен соперничать со мной?

— Да. — Резко ответила девушка. — Он ведь даже не мон-кей, еще более примитивен, а их народ до сих пор бегает с палками и железками, сражаясь друг с другом! Как он может советовать мне, если мой народ старше его на миллионы лет?!

— Может быть потому, что он просто более опытнее, чем ты? — спросила ее Воэйра. — Ты говоришь за всех эльдар, но сама по себе ты — не весь народ. К тому же еще очень юная и не можешь судить. — Дальновидящая приблизилась к Хайреле и стала как будто на голову ее выше, да и крупнее. — Кто дал тебе такое право, повелевать жизнями? — голос ее гремел, а глаза натурально готовы были метнуть молнии. — Решать за целые народы и цивилизации? Однажды подобное поведение уже привело к Падению эльдар, ты хочешь повторить нашу ошибку?! Да, мон-кей вышли в космос гораздо позже нас, да, чаще всего они пользуются не разумом, а примитивными инстинктами, но так было не со всеми! Их народ юн, жизнь коротка, поэтому их цивилизация прошла наш путь гораздо быстрее, чем мы! На то, чтобы прийти к угасанию нам понадобилось шестьдесят миллионов лет, для этого людям хватило и тысячелетий. Но, в отличие от нас они не сдались, а продолжают сражаться. Не сбежали как твои предки, не закрылись в шести стенах искусственных миров, как мои, не бросились в объятия разврата и садизма, как это сделали темные, которые родня нам по крови. Они гордо восстали из пепла и снова устремились к звездам, отвоевывая назад то, что потеряли.

— О чем ты говоришь? — удивленно спросила Хайрела. — Как будто ты им завидуешь.

— Может быть. — Воэйра посмотрела в круглые глаза будущей видящей. — Как бы горды и высокомерны мы не были, хвастаясь об этом на каждом углу, но в конечном итоге наша эпоха прошла и наступила человеческая эра. Мы угасаем — они нет. Пусть в их государстве не все хорошо, оно слишком жестоко даже к своим собственным гражданам, но у них есть главное — стержень, который мы потеряли. — Воэйра вздохнула. — К сожалению, я поняла это слишком поздно и для этого мне потребовалось потерять всех моих воинов, уши и ноги. Поэтому в вашей колонии и в тебе я увидела будущее, которое обязана воспитать. — Дальновидящая грустно посмотрела на Хайрелу. — Если старейшина сделает как обещал, то имперцы протянут нам руку помощи, чтобы эльдары наконец встали на ноги.

— О чем ты говоришь? — видящая совершенно не понимала сказаного.

— Скоро узнаешь. — Воэйра посмотрела в обзорное стекло на приближающуюся планету. — Приготовь стабилизатор — гравитация здесь для тебя запредельно чудовищная. Впрочем, как и для меня.

Перед объединенной армией огринов раскрылись ворота в стене вокруг замка, гостеприимно распахивая створки, однако никто туда с радостными воплями не побежал. Наоборот, воины застыли, приготовившись к схватке. Хват подозвал к себе Шороха.

— Видишь скрытые гнезда турелей? — тот кивнул. — Скажи гранатометчикам чтобы взяли их на прицел, а то получится как в крепости арбитрес. — Шорох тут же потерялся в толпе, а вождь подошел к Обвалу и остальным, что стояли в первых рядах. — Видимо, Верховный решил сначала поговорить, а уже потом стрелять в нас. — Хват указал на оружие в руках толкавшейся на пороге замка стражи вождя и Обвал хмыкнул. Мол, другого он и не ожидал.

— Думаешь, он согласиться добровольно сдать пост?

— Конечно нет. — Хват цепко следил взглядом за перемещениями охраны. — Если он вдруг изъявит такое желание, то я съем свой ботинок.

— У тебя такие крепкие зубы? — спросил Кулак и остальные засмеялись. Хват посмотрел на свою обувь.

— С солью пойдет. — Ответил он на шутку и заметил, что двери замка отворились и показалась фигура Верховного. — А вот и наш klient.

Вождь был одет в доспех, в котором Хват тут же распознал элементы имперской силовой брони, вооружен лазпистолетом и широким мечом. На первый взгляд он стал как будто выше и шире, словно все это время тренировался и готовился к встрече. И это не понравилось Хвату. Не потому что он испугался проиграть вождю в поединке, а потому что тот, вероятно, использовал как-то боевой стимулятор. Еще одно нечестное средство, позволяющее ему с легкостью побеждать врагов. Ну что ж, мы тоже можем сыграть в твою игру на твоих правилах, мрачно подумал огрин, нащупывая рукоять болтера. Так и хотелось зарядить вождю пулю между глаз, но тогда выборы Верховного затянутся, а Хват хотел сделать все быстро и по закону. Иначе чем он лучше этого?

— Что за шум? — спросил Верховный, подходя чуть ближе к вошедшим внутрь двора вождям и их воинам. Зурт так и остался сидеть в седле, не спешившись перед вождем, чем серьезно оскорбил его. Ну, он так надеялся. — Зачем вы здесь все собрались? По какой причине?

— А то ты не знаешь. — Произнес, выходя вперед Обвал. — Ответь-ка нам на вопросы, вождь...

— С кем я говорю? — перебил тот пещерника.

— Я — Обвал, вождь Железных Клыков. — Он обвел рукой стоящих за его спинами огринов. — Я пришел не один — весь север собрался здесь. Вожди Рудокопов, Верховиков, Бегунов, Мохначей, Ползунов, Отважных и представители поморов, мы хотим задать тебе один самый главный вопрос — с какого момента, вождь, ты забыл про закон?

— О чем ты говоришь? — попытался сыграть в дурака тот.

— Об изначальном законе. — Обвала было не сшибить. — В котором говорится, что все мы — один народ. — Вождь снова обвел рукой стоящую армию, которая хранила молчание — глава рода говорит и остальным раскрывать свой рот явно не следует. — Что мы едины, а на деле — разделены. Выполняя требование Империума, ты пользуешься властью, забирая у нас самых сильных и крепких воинов, отдавая наши рода на растерзание нашим врагам и паразитам, с тем, чтобы людоеды продолжили поставлять тебе металл. Или, ты думаешь, мы не узнаем о твоих делишках с этими нелюдями? Ты натравливаешь их на наши поселения, обставляя все так, как будто это их решение и их руками делая грязную работу. Ты...

— А доказательства? — снова перебил Обвала Верховный. — Где доказательства того, что я сотрудничаю с этой мерзостью?

Рядом с Обвалом встал высокий огрин в новеньком доспехе.

— Это Тень, охотник рода Воющей Метели, единственный, кто выжил в бойне, устроенной людоедами. — Сказал за воина вождь. — Он видел, как нелюди убивали его сородичей, используя оружие, которое тебе дали имперцы. Оно есть только у тебя и твоих людей, которые тоже присутствовали там! — палец вождя уставился на Верховного. — Ни у кого больше такого нет, а оно серьезно облегчило бы нам жизнь.

— Рядом с тобой стоит паренек, прошедший службу в гвардии и за спиной у него тоже имперское оружие. — Заметил Верховный. — Так почему ты упрекаешь меня в том, что имеешь сам?

— Я отвечу тебе. — Произнес Обвал и Хват вышел вперед. — Это действующий солдат гвардии и сейчас он на службе, а у нас над головой висит корабль имперцев. — Зрачки Верховного чуть расширились от удивления, но потом все вернулось в норму, однако от вождей не укрылась его реакция. — Твои же воины используют это оружие давно и за наших людей ты получаешь немаленькие дары от Империума. Которые обязан распределять по справедливости между теми, кто отдал тебе воинов. Но мы ничего не получили взамен, кроме ослабления наших родов.

— Так вы хотите роскоши и имперских игрушек? — Верховный захохотал. — Будь по-твоему, вождь, я удовлетворю твое желание!

— Так просто ты не отделаешься. — Произнес Хват и Верховный насторожился. У него была цепкая память еще и усиленная недавно приобретенными способностями и он узнал этот голос. Внимательнее присмотревшись к пареньку, роясь в своих воспоминаниях, Верховный обнаружил, что это именно тот недоносок, что чуть не устроил бучу в недавний прилет имперцев. И наверняка его нужно было благодарить за то, что здесь после их отлета высадился десант исследователей, которые начали раскапывать снег и совать свой нос куда не следует. Вождю это не понравилось и он позаботился о них. Навсегда. И вот сейчас перед ним стоит тот же сопляк и пытается бросить ему обвинение? Скорее всего это он подговорил вождей двинуться к замку, а раз тупоголовый громила проболтался, что на орбите планеты висит корабль, то имперцы наверняка подбросили их к замку, потому что пешком такой отряд добирался бы долго. — Нам не нужны твои побрякушки, нас ими не купить, как ты привык поступать с южанами. — Часть кочевников загудела, услышав такие слова, но вожди мигом прекратили этот гомон. — Которые тоже не получают наш металла в полной мере. Зачем тебе столько железа и горючего камня, если у тебя в замке в подвале спрятана система обогрева, питающаяся от реактора? Ты думал, что можешь долго водить за нос северян, которые не знакомы с технологиями Империума? Теперь понятно, почему никто не возвращается назад, не их ли кости зарыты в той яме? — Хват указал, где именно.

— Удивляюсь я тебе, вождь, как ты позволяешь какому-то выскочке перебивать тебя. — Верховный смотрел на Обвала.

— Этот выскочка — вождь рода Стальной Кирки, который ты почти весь уничтожил. — Спокойно ответил Обвал. — Они пришли к тебе отдать долг перед Империумом, но ты предпочел их убить. Скажи, по какой причине?

— У южных кланов тоже накопились ко мне претензии? — спросил Верховный, игнорируя вопрос Обвала.

— Да. — Вперед выдвинулся Зурт на трехроге. — Где обещанный нам металл, вождь? Мы отдали за него самые лучшие наши шкуры, изделия из кости и много мяса, но не получили ничего взамен, кроме набегов людоедов. Скажи, не их ли ты подкармливаешь нашими запасами, которые мы тщательно храним для северных братьев, борющихся с паразитами? И для обмена с ними. — Кочевники снова недовольно загудели — они хотели знать правду.

Верховный оглядел это сборище и понял, что убедить их словами не удастся — проклятые дикари прочно вбили себе в башку старые законы и как дураки неукоснительно следовали им. Нужно было вырастить несколько поколений, чтобы те начали жить по-новому, но вождь не мог ждать, поэтому предпринял некоторые шаги в этом направлении. Отсюда частые нападения на северные и южные поселки, истребление старого населения и оболванивание молодого. Но ему банально не хватало времени. Что ж, остается единственный вариант, наиболее любимый дикарями — схватка. Только в ней выявиться победитель, который и станет новым Верховным вождем. Раз уж они обожают соблюдать эти древние, покрытые мхом как они сами, законы, то пусть так и будет. Он преподаст им урок.

— Вы хотите бросить мне вызов? — спросил он и толпа перед ним согласно закивала головами. — Да будет так! Кто выйдет против меня? — спросил Верховный и усмехнулся, когда паренек снял со спины оружие и отдал его стоящему рядом вождю. Он отцепил кобуру с болтером, потрогал рукоять кинжала в ножнах и неторопливо вытащил топор из чехла. Вождь скривился в ухмылке. — Я и не сомневался, что это будешь ты. Однако твой доспех не похож на изделия твоего рода, может быть снимешь его и будешь сражаться так, как велит обычай?

— Я сделал его сам из имперского металла, это правда. — Кивнул Хват. — Однако твои латы тоже не из местной стали. Скажу больше — они имеют мускульные усилители, а вон там, за шеей, это что, инъектор с боевым коктейлем? — Верховный скривился. — Если желаешь честного поединка, то скидывай-ка доспехи, посмотрим, каков ты внутри, разжирел ли?

— Не стоит идти у них на поводу. — Зашептал на ухо Верховному помощник. — Пускай дерется в доспехах — вашему силовому мечу они на один удар.

Верховный оттолкнул шептуна и расстегнул ремешок, снимая нагрудник. Заметив такое, Хват тоже начал избавляться от брони — Жила и Шорох стояли рядом и принимали его обмундирование. Огрины быстро образовали круг, создавая для поединщиков подобие арены. Верховный остался по пояс голым и его мускулистое тело покрылось на морозе пупурышками, однако все быстро прошло — все же он тоже был огрином, привычным к морозу, пускай и просидевшим в теплом замке. Хват усмехнулся этой его метаморфозе, пошевелил плечами, привыкая к отсутствию защиты, впрочем, его это не сильно волновало. На теле Верховного было не так много шрамов, а рубцы некоторых старых уже рассосались, тогда как Хват выглядел словно изрезанный кусок мяса. Вождь ткнул пальцем в его искусственную руку и глаз.

— А это не снимешь? — нагло спросил он. — У меня таких имперских игрушек нет. — Он развел руками, демонстрируя свое тело.

— Он не сможет видеть слева. — Тяжело бросил Обвал. — Ты будешь иметь преимущество, а это нечестно.

— Можешь заменить его собой. — Намекнул ему Верховный.

— Не надо. — Хват остановил уже было сорвавшуюся с языка Обвала тираду, направленную в сторону вождя. — Я справлюсь. — Сказал он и в его голосе сквозила такая уверенность, что Обвал понял — этот справится. Он положил бывшему охотнику ладонь на плечо и сжал его, ободряя.

Хват отщелкнул кибернетику и передал ее Шороху, взамен принимая алебарду, закрепляя ее в гнезде. По вытянувшейся морде Верховного огрин понял, что тот не ожидал подобного — однорукий и одноглазый боец по его мнению будет простым соперником. Жила выщелкнул аугментированный глаз и положил его себе в мешочек — теперь на левой стороне лица Хвата зияло черное гнездо подключения кибернетики к нерву. Вождь кивнул соратнику и повернулся к своему сопернику, который уже вытащил меч из ножен. На его рукояти Хват разглядел кнопку активации силового поля. Хм, он и здесь жульничает, подумал огрин, доставая отцовский топор и прокручивая его в руке. Так, атаковать он меня будет все время слева, отвлекая, чтобы нанести удар справа левой рукой. Моя алебарда и топор против его меча и кинжала. Ну что, вождь, посмотрим каков ты в бою.

Поединщики начали сближаться и гудящие до этого, обсуждающие слова Верховного и вождей огрины резко замолчали. Кто-то до этого был возмущен желанием Верховного биться с калекой и предлагал себя в качестве воина, но его быстро подняли на смех предложением выйти в круг. Воин стушевался и больше не поднимал эту тему, хотя его товарищи веселились вовсю. Шутки и смех прекратились, как только наступило время битвы. Оба поединщика изучали друг друга, не спеша атаковать. Наконец Верховный сделал выпад, активируя силовое лезвие, стараясь рубануть Хвата справа в бок, в то место, которое он не видит. Левая рука уже была наготове и остро заточенное лезвие кинжала только и ждало, чтобы впиться в незащищенную плоть. Однако алебарда огрина окуталась точно таким же силовым полем как и меч Верховного, отразила удар, а обоюдоострый топор рубанул по ногам — Хват был ниже и собирался подрубить противника, чтобы добить. Вождь парировал удар кинжалом и силовое лезвие легко перерубило его.

— Уравняем шансы. — Сказал Хват, отступая назад, ожидая новой атаки.

Верховный посмотрел на обломок оружия и выбросил его на снег, после чего в его глазах зажегся фиолетовый огонек, а по телу пробежала такого же цвета волна. Вены чуть выступили и засияли всей радугой цветов Хаоса, а сам Верховный сделался как будто больше и еще могучее. Хват ощутил дыхание исчадия имматериума и частичное его давление на себя — Верховный пытался его запугать. Однако огрин уже сталкивался с хаоситами и потуги вождя выглядели жалкими на их фоне. Однако сейчас, когда он продемонстрировал всем свою истинную сущность, многое становилось понятным. И убедить остальных в будущем переселении уже не составит труда — Хват чувствовал за своей спиной поддержку армии, воины которой интуитивно противились магии Верховного.

— Уровняем шансы. — Пророкотал он.

Внезапно тело вождя словно размазалось в воздухе — двигался он очень быстро, причем все его движения предваряли фиолетовые миазмы, которые словно телепортировали огрина. Хват едва успел парировать удар меча топором, после чего извернулся, алебардой сдерживая новый выпад скачущего вокруг него полудемона. Вероятно, Верховный продался какому-то Богу Хаоса, раз тот наделили того силой. Вряд ли это был демон во плоти — тот уже давно сжег бы огрина молнией и заодно всех собравшихся в придачу. И сейчас задача Хвата усложнилась в разы — рядом не было ведьмы, сдерживающей исчадие Хаоса заклинаниями и канониссы, ведущей огонь из болтера. Тут только один на один и он не мог позволить себе проиграть, потому что на кону стоит жизнь всех огринов как расы. Пускай сейчас перед ним хаосит, но святость поединка это не нарушит — сейчас только они двое существуют в данной точке пространства и времени.

Удары сыпались со всех сторон, Хват уже получил несколько резаных ран, но до глубоких уколов не дошло, а вот коснуться Верховного так и не мог — тот был слишком уж вертлявым. Даже слишком для этой реальности. Скорее всего он использует тот же прием, что и дальновидящая — выводит себя из потока времени, успевая переместиться ближе к противнику. И измотать его вряд ли удастся, он совершенно неутомим, словно черпает силу из неведомого источника и это точно варп. И вот это очень плохо. Хват наугад ткнул алебардой, топором отводя новый удар меча, однако Верховного не зацепил, а услышал хорошо знакомый ехидный смех, который издало это исчадие.

— Ты слаб, мальчишка! — прошипел Верховный или же вселившаяся в него сущность. — Тебе не справиться со мной! Сидел бы в своих горах и не высовывался!

Хват не стал отвечать — он берег силы. Атаки постоянно сыпались с левой стороны, там где отсутствовал глаз и вместо руки торчала алебарда и парировать их становилось все труднее. Существовал единственный способ добраться до Верховного, но вот выживет ли он после этого — загадка. Помирать очень не хотелось, но и допустить проигрыша и падения расы огринов в пучину Хаоса он тоже не мог. Наверное, всегда можно кому-нибудь делегировать свои полномочия. Внезапно Хват опустил оружие и меч вождя воткнулся ему в грудь слева, накалывая словно жучка на булавку. Верховный перестал мерцать, но фиолетовые миазмы до сих пор окружали его тело. Он провернул меч в ране, наслаждаясь причиняемой болью, гарантировано разрезая сердце.

— Это было так просто. — Сказал он, приблизившись. — Я убил тебя также легко, как и твоего отца.

— Для меня — да. — Ответил Хват, со словами выплевывая пузырящуюся кровь и нанося обеими руками удар по Верховному. Тот попытался отшатнуться, выдернуть меч из тела, но стоял слишком близко — Хват все вложил в этот удар. Алебарда вошла в бок как нож в масло и вырвала из тела Верховного крупный кусок мяса, а топор ударил внизу вверх, легко отсекая левую руку в локте. Демон закричал, отшатнувшись, он еще мог поддерживать это тело в работоспособном состоянии и начал немедленно заживлять раны, тогда как мальчишка, который уже давно должен быть мертв, ударами отсекал все новые куски плоти. Нужно было решать что делать — сбежать вне времени или же регенерировать, но для этого опять же нужно время.

— Стреляйте по ним!! — завизжал демон и стража неохотно начала поднимать оружие, замечая, что гвардейцы уже готовы пристрелить их и решая для себя что важнее — их собственная жизнь или жизнь Верховного, которая уже и так держалась на волоске. Шорох, Жила, Хрипун и остальные прекрасно знали свою задачу. Гранатометчики уже держали под прицелом турели и как только крышки поднялись, выпустили ракеты, выжигая гнезда. Стража начала стрелять в толпу, поражая дробью огринов, однако уже никто не стоял на месте — солдаты открыли огонь и выстрелы из лазганов были точны как никогда. Хват рубанул топором по шее Верховного, отсекая ему голову и тело наконец-то перестало скрести снег в поисках оружия. К смертельно раненому огрину уже спешила Снежинка — Веселушку Хват брать с собой не стал, оставил в поселке вместе с родителями. Как знал.

Огрин тяжело осел на снег — если стимулятор вкупе с народными средствами не поможет, то он гарантировано труп. После разговора с канониссой и показанных ею снимков, он знал, что организм огрина может некоторое время сражаться даже с поврежденной сердечной мышцей. Неведомые генные инженеры сделали все, чтобы боевая единица могла продолжать действовать даже получив серьезные ранения. Так функции сердца по перекачиванию крови брали на себя стенки сосудов, начиная судорожно сокращаться. Естественно, это сказывалось на реакции и ловкости, силе и выносливости, воин уже не мог эффективно сражаться, но у медиков было время, чтобы вынести раненого с поля боя. Веселушка так умудрилась спасти некоторых, кого удалось обколоть регенераторами и напоить заживляющим настоем и Хват точно знал, что у него в запасе есть пара минут. Он лег на снег, чтобы сберечь силы и дать возможность Снежинке работать с его смертельной раной и уставился глазами в небо, которое разродилось редкими снежинками. Звуки боя отошли на другой план, а вскоре и вовсе затихли, словно кто-то выключил звук. Остались только эти кружащиеся в воздухе белые хлопья, которые падали на лицо Хвата и тут же таяли. Снежинка уже колола регенераторы, облепила кровоточащую рану гермопластырем и наносила заживляющую мазь. Над умирающим огрином склонились вожди — Кулак, Страшила, подошел даже Зурт и тот хмурый вождь кочевник. Они что-то говорили и спрашивали, но Хват не слышал их, он словно воспарял к небесам. Ему стало неожиданно тепло и комфортно и очень не хотелось прерывать эту блаженную негу.

Стражей быстро перебили и огрины ворвались в замок, чтобы зачистить его — впереди шла гвардия с имперским оружием, уже потом заходили воины. Обвал остановился на пороге замка и тут же нашел взглядом тело Хвата, возле которого хлопотала Снежинка и угрюмо склонился Кулак. Он посмотрел на вождя и мотнул головой, мол, не выживет. Обвал и сам понимал это и внутри него вскипала злость. Он видел, во что превратился Верховный, в какую-то тварь, которую Обвал неожиданно для себя начал ненавидеть всеми фибрами души. И эта мразь все время руководила кланами?!! Как же мы были слепы!! Ярость вождя требовала выхода и он с громовым воплем рванул в замок, занося над головой меч. Вперед уже ушли бойцы Хвата, но и Обвалу достались противники — вождь был страшен и несокрушим в гневе. Не зря его нарекли Обвалом — что в словесной, что в боевой баталии он яростно обрушивался на противника.

В воздухе мелькнуло черное тело и во дворе на пустое место брюхом плюхнулся модуль. Его шлюз только открывался, как оттуда на предельной скорости к огринам помчалась тонкая хрупкая фигурка. Ее приготовились встретить мечами и копьями, но Жила, оставшийся снаружи, проорал приказ "отставить" — он узнал эльдарскую ведьму и понял, что неспроста она сюда прилетела — почуяла влияние Хаоса. Еще Жила надеялся, что колдовство дальновидящей вернет Хвата к жизни. Следом за ней поспешала девчонка, то и дело утопая в снегу и спотыкаясь. Воэйра моментально преодолела большое расстояние до лежащего на снегу огрина, аборигены расступились, давая ей пройти. Они во все глаза смотрели на грациозную незнакомку, дивясь ее ловкости и проворству. Дальновидящая неожиданно сильно отпихнула в сторону Снежинку, которая удивилась наличию такой мощи у хрупкой эльдарки, плюхнулась на колени возле огрина и наложила руки на рану.

— Я возвращаю долг. — Воэйра сказала это вроде бы тихо, но у каждого в мозгу отпечатались слова дальновидящей. Ее руки засветились, теплые белые струи энергии коснулись кожи, проникли вглубь, за секунды сращивая разорванные куски плоти, восстанавливая сердце. Протолкавшаяся Видящая во все глаза смотрела, как ее наставница натурально возвращает с того света этого противного огрина. Рядом со стеной сел еще один челнок — он был раза в два больше, чем десантный модуль. Из него посыпались сестры битвы, беря территорию под контроль, но никто из огринов не обращал на них внимания — взгляды всех были прикованы к действиям эльдарки.

— Мать-Благодетельница! — прошептал кто-то из них и как по команде все они опустились на одно колено. Внутри замка еще шел бой — остатки охраны пытались сопротивляться, но гвардейцы с легкость преодолели их оборону.

Хват открыл глаза и уставился на напряженное лицо Воэйры, которая следила за реакцией вернувшегося с той стороны. Огрин кашлянул, выплевывая оставшуюся в горле кровь, снег окрасился темным.

— Раз ты здесь, ведьма, то, значит, я еще жив. — Проворчал Хват, опираясь на локоть. Воэйра только улыбнулась, вставая с колен. — Зачем ты это сделала?

— Вернула вождя его народу. — Ответила та, оказавшись в окружении громил. К ней подскочил Жила и стиснул в объятиях, делясь с хрупкой женщиной своей радостью о возвращении вождя из страны мертвых. Дальновидящая ощутила его радостный душевный порыв, точно такой же, который исходил от остальных — воины Хвата и прочие огрины не просто уважали его, они его любили, а это многого стоит и сейчас Воэйра "купалась" в их чувствах. Жила вдруг подхватил эльдарку под коленки и поднял высоко вверх, демонстрируя всем и при этом воодушевляющее заорал. Его клич подхватили остальные и пришлось Воэйре сохранить каменное лицо при этих звуках ликования.

— Видимо, я еще не завершил все дела в этом мире, чтобы удалиться на покой. — Сказал, поднимаясь, Хват и Воэйра его поняла. Его тоже ободряюще хлопали по спине, хваля за поединок и победу над Верховным. Технически он убил его, ведь был еще жив, когда башка отделилась от тела. Хват кивал на поздравления, пробираясь к дальновидящей, которую каждый огрин готов был облапать, чтобы поделиться с ней своей радостью. — Так просто они тебя не оставят.

— Слушайте все!! — объявил громкоголосый Жила. — Хват победил Верховного вождя и согласно закону он занимает его место!! — толпа завопила еще громче. — Как он скажет, так и будет. А если нарушит данный им обет, в чем я сильно сомневаюсь, то найдется более достойный на его пост!! — все орали в экстазе, подтверждая слова, сказанные вождем.

Приземлился еще один челнок и едва аппарель коснулась снега, по ней уже сбежала тоненькая женская фигурка, которая рванула к орущему сборищу огринов. Канонисса использовала ранец, чтобы подпрыгнуть и переместиться сразу же в центр — сверху была видна полуголая фигура без доспехов, стоящие рядом с ней громилы и две женщины-эльдар, одну из которых продолжали держать на руках, пока дальновидящая мягко не попросила ее опустить. Ее заметили и огрины чуть потеснились, давая возможность приземлится. Они с любопытством смотрели на продемонстрированные технологии Империума и сейчас начали живо обсуждать их между собой. Симона пробилась сквозь толпу, хотя все и так давали ей проход. Не обращая внимания на присутствующих, она обняла Хвата за шею, прижавшись к нему броней, после чего отстранилась и со всего маху хлестнула по лицу. Жила скривился, понимая, что сейчас увидит нечто такое, чего не должен, впрочем как и остальные. Это на троне в пещере вождь может повелевать, а дома... такой же как все и первая жена легко может вразумить мужа. Хват не стал ей препятствовать, только нахмурился, приготовившись ловить ее руку, но канонисса отступила сама. В ее глазах были слезы.

— Почему ты не дождался нас?! Зачем полез сам?!! — возопила она. — Я бы выкорчевала это мерзкое гнездо Хаоса с орбиты и тебе не пришлось бы страдать! — она кричала на готике и ее не все понимали.

— Тихо, Симона, — успокаивающе произнес Хват, — я теперь как бы Верховный вождь и ты подрываешь мой авторитет при всех своей истерикой.

— Мне наплевать на мнение этих тупоголовых огринов! — зло ответила канонисса, но потом раскаялась за свои слова. — Ты опять сунул голову в самое пекло и без меня?!

— Ну, вытащила меня из объятий смерти дальновидящая и теперь я ей обязан.

— Я просто вернула долг. — Произнесла Воэйра и посмотрела на замок. — Однако это не все. — Она указала на затоптанный труп Верховного. — Он был всего лишь марионеткой, не хотите найти хозяина и навсегда перекрыть ему доступ в этот мир? Я думаю, что внутри мы найдем то, что сделало его таким.

— Обязательно. — Хват стал сосредоточенным и повернулся к огринам. — Вы все видели, как сражался Верховный вождь? — многочисленные кивки. — Его сила была заимствована, а сам он уже давно превратился в марионетку Хаоса, а это враг пострашнее чем паразиты. Он атакует исподтишка и предпочитает не ввязываться в честный бой. Его орды уверено наступают только когда имеют преимущество в численности, все остальное время они сеют раздор и разногласия между людьми. И привлекают на свою сторону любую мерзость, вроде людоедов и даже паразитов. Что Верховный и делал. И сейчас я намерен положить его присутствию на это планете конец. — Хват поискал глазами Шороха. — Где моя рука и глаз?

— Вот. — Жила достал имплант из мешочка. Симона вырвала его из толстых пальцев огрина и сама подключила аугментику. Тот ничего не стал говорить, только хмыкнул на это действие канониссы. Пускай вождь сам разбирается со своими бабами, но он, Жила, уверен, что человечка не сможет родить ему здоровое потомство.

Хват тем временем получил свою руку назад — Шорох догадался оставить ее Снежинке, которая сейчас и держала в руках алебарду. Он пошевелил искусственными пальцами, провел по розовой коже шрама на груди и посмотрел на Жилу.

— А где мой доспех?

— Вот. — Вперед протолкался Клык и командир облачился в привычную ему форму. Он посмотрел на присутствующих.

— А теперь — в замок. Заглянем в кладовочку Верховного вождя. — Ответом ему были радостные вопли. — Вы идете с нами. — Повернулся он к Воэйре и канониссе. — Симона — охранный периметр на тебе также как и наблюдение — я не хочу, чтобы нам ударили в спину затаившиеся воины Верховного. — Та согласно кивнула и тут же забубнила приказы в микрофон вокс-передатчика.

Внутри уже изрядно повеселились огрины — везде на стенах темнела кровь и на полу лежали трупы в скрюченных позах. Хват пропустил дальновидщую вперед и та уверенно повела их куда-то влево в сторону лестницы, ведущей в подвал. Оттуда гремели звуки схватки и слышалась ругань — похоже, что обитатели замка не собирались сдавать позиции. Хват приготовил лазган и решительно остановил эльдарку, просто задвинув ее за спину — он не собирался подставлять ее. На удивление канониссы Воэйра не стала перечить, однако между ее пальцев рук проскочила искра — она готовилась шибануть молнией.

Внизу, в подвальном помещении шел бой — несколько атакующих огринов были ранены и прятались на колоннами, часть сдерживала бойцов Верховного, которые не знали о его смерти, но верно выполняли приказ, защищая реликвию. Паля из дробовиков, они накрывали большую площадь и поэтому нападавшим пришлось откатиться назад, оставив двоих убитыми. Искусственный глаз Хвата четко подсветил ему цели, хотя он и так их видел при свете тусклых ламп — защитники прятались за баррикадой. Можно было провести с ними переговоры, но Воэйра покачала головой, отвечая на немой вопрос огрина — мол, бесполезно. Они все уже давно поглощены Хаосом в большей или меньшей мере, а с его адептами разговоров не ведут. Так что участь их была решена.

Лазган разрядился и в сторону Хвата полетела граната, которую дальновидящая ловко поймала в воздухе и отправила ее назад. В рядах защитников грянул взрыв и раздались вопли. Спустившийся вниз Жила кивнул ракетчику и тот зарядил термобарическим прямо по баррикаде. Спешно накиданные бочки с напитками, листы металла, катки от транспортников и прочее барахло, которое хранилось в замке, доставшись огринам от прошлых хозяев, разметало. Смесь разлилась и ярко осветило помещение, заодно поджигая защитников. Хват и остальные открыли огонь из лазганов, рядом ухал болтер Симоны, а вот выстрелов из сюрикенового пистолета даже не было слышно, зато видно, как хаоситы падали на пол со срезанными скальпами и черепами. Хват не собирался больше играть в героя, раз уж ему удалось вернуться обратно в реальный мир с того света. Единственное, что он понял, пока пребывал в том состоянии, что ему еще рано. Словно кто-то невидимый и могущественный намекнул, что не желает смерти молодого вождя и Хват был ему благодарен. Двумя высокомощными выстрелами он добил хаосита, сменил батарею и осмотрел помещение.

— Чисто! — Сказал он. — Снежинка, помоги раненым, тяжелых выносите наверх. Дальновидящая, попросите девочку полечить их, пусть потренируется.

— Хайрела, ты слышала? — полуобернувшись, спросила видящую Воэйра. — Займись.

— Вот еще!

— Хайрела!! — наставница была непреклонна и той пришлось подчиниться. — Помни самый главный постулат — не навреди. — Добавила Воэйра.

— Вот именно. — Буркнул Хват. — Идем.

Группа миновала зал и вошла в длинный коридор, своего рода склеп, в котором лежали саркофаги с мумиями первых поселенцев внутри. Ну, огрин так думал. Не выпуская из зрения все помещение, он подошел к одному из них и посмотрел на выбитую дату на боку крышки.

— Двадцать семь восемьсот пятьдесят восемь. — Прочитал он вслух и посмотрел на канониссу. — Еще до восстания Железных Людей.

— И до образования Империума. — Та подошла к огрину и встала рядом. — Позвать сюда сестру Стефанию?

— Потом, когда полностью зачистим замок. — Хват посмотрел на ряд тел. — Это не местные — все гораздо ниже ростом и более тонкие. Как ты.

— Это уроженцы планеты. — Уверенно сказала Воэйра и посмотрела на парочку. — Вскоре вы узнаете ответы на все тревожащие вас вопросы, но сейчас поспешим — влияние Хаоса не слабеет, наоборот, оно растет. Туда. — Дальновидящая указала рукой в темный коридор, который тянулся под замком и упирался в еще одну дверь.

Лежащих в нишах тел было много, никак не меньше сотни, но Хват уже не обращал на них внимания — он знал, что засаду всю перебили и сейчас вокруг только мумии. Канонисса и Воэйра следовали за ним. Жила остался командовать в зале, Хват взял с собой только Клыка, Хмурого и Тесака, тогда как Симона — личную группу охраны. Этого хватит, чтобы отбиться от хаоситов, но не от демона, однако эльдарка предупредила, что исчадие варпа не проникло в этот мир. Хотя явно воздействовало опосредовано через какой-то предмет на сознание живших здесь огринов и самого Верховного, изменяя его под свои нужды. Хват остановился перед дверью, встав сбоку, знаками показав всем отойти. Вдруг там заложен направленный заряд? Хмурый парой заученных движений наложил взрывчатку на петли и все отошли подальше, после чего подорвали вход. Дверь вылетела внутрь и загремела вниз по лестнице. Хват первым оказался возле пролома и стал спускаться, готовясь открыть огонь при любом движении. Лестница была винтовой и явно уходила на три этажа вниз, заканчиваясь такой же дверью. Хват уже хотел было взрывать и ее, но Воэйра остановила его взмахом руки, просто толкая незапертую створку. Дверь заскрипела несмазанными петлями и отворилась, пропускай группу в следующее помещение, за которым скрывался такой же склеп поменьше. И также в нишах лежали мумии. Хвату стало интересно совпадают ли даты и он подошел к одной из них.

— Одиннадцать девятьсот пятнадцать! — потрясенно произнес он. — Как?

— Интервал слишком велик. — Сразу же поняла Симона. — Это невозможно.

— Или же планету колонизировали несколько раз. — Заметил огрин. — И эти поселенцы из разных партий. Ладно, разберемся с этим потом, куда дальше?

— Эта дверь. — Уверенно указала Воэйра на скрытую в нише створку. — Ее проделали недавно, видно, что камень разбивали и уже по проему кузнецы подгоняли косяк. — Эльдарка приблизилась к двери и положила на нее руку. — Помещение маленькое, его делали специально под объект. — Она посмотрела на канониссу и огрина и потянула дверь на себя.

В помещении было темно, однако желтые точки внутри неправильной формы камня были отчетливо видны. Хват активировал фонарь на шлеме и осветил рукотворную пещерку в центре которой на самодельном постаменте лежал именно такой камень, над которым плясали хаоситы. Совпадение? Вряд ли. Может быть поэтому огрину и показалось нечто знакомое в поведении Верховного. Канонисса тут же навела на камень ствол болтера.

— Нельзя. — Воэйра положила руку на оружие, опуская его вниз. — Если мы уничтожим его, то проводник пробьет дыру в варп, а этого ни в коем случае допустить нельзя. Он именно этого и ждет от нас.

— И что же делать? — раздраженно спросила Симона. — Оставлять эту погань здесь точно нельзя, а спрятать где-нибудь, так ее кто-нибудь найдет также, как это сделали огрины. Как она вообще сюда попала?

— Вероятно с вашим кораблем. — Задумчиво произнесла Воэйра. — Который разбился здесь много лет назад. Вы нашли ее?

— Да. — Канонисса с подозрением посмотрела на ведьму. — И она в надежном месте очень хорошо охраняется. Но я не верю, чтобы сестры притащили ЭТО с собой.

— Этот камень — часть сущности того демона и он хочет вернуть их все, чтобы восстановиться полностью и обрести былое могущество. — Сказала дальновидящая. — Я долго медитировала и мне открылась часть правды — когда корабль ваших сестер вошел в варп, то демон почувствовал сильные эманации вашего Императора, который испускала Чаша. Вы ведь их тоже ощутили?

— Да. — Не стала отрицать Симона.

— Император — очень сильный псайкер, один из сильнейших, что нехарактерно для человеческой расы, — при этих словах канонисса фыркнула, но дальновидящая продолжила как ни в чем не бывало, — поэтому он привлекает к себе демонов и этот не стал исключением. Он напал на ваше поврежденное судно, но людям удалось прервать прыжок и вернуться с этим подарком. Уверена, что и на той планете он тоже потерял часть своей сущности, которую все же смог вернуть. Здесь же он захватывал разум сестер и распылил свои силы. Вернуть их он уже не мог, а физика нашего пространства преобразовала его энергии в это. — Воэйра указала на мерцающий камень. — И разбив его мы проделаем дыру в имматериум, по которой основная сущность демона немедленно просочиться в этот мир. Это своего рода маяк для него.

— То есть через эту штуку он воздействовал на Верховного и остальных? — уточнил Хват.

— Да. — Кивнула эльдарка. — И, как вы смогли убедиться, весьма успешно.

Огрин потрогал свой шрам на груди и сказал.

— И что теперь нам с этой хренью делать?

Ответом ему было молчание — ведьма обдумывала варианты.

Глава 14.

Три представителя разных рас стояли вокруг небольшого постамента, на котором возлежал черный камень неправильной формы, напоминающий насекомого, с мерцающими желтыми точками внутри. Хват посмотрел на свою левую искусственную руку, сжал и разжал кулак и задумчиво произнес:

— Наверное, брать его голыми руками все же не стоит.

— Его вообще не нужно касаться. — Глухо произнесла Воэйра, нашептывая на родном языке слова охранения. — Остается только одно — переместить его отсюда подальше и спрятать.

— Где? — резковато спросила канонисса. — Проклятый Хаос доберется и туда, вон какой хоровод из точек устроил.

— Может быть его заморозить? — спросил Хват и обе женщины просмотрели на него как на умалишенного. — Ну это я так, в порядке бреда. Раз уничтожить его нельзя, то придется где-то хранить. Нужен экранирующий контейнер, чтобы твари варпа не почуяли. Есть что-нибудь подобное?

— Я могу создать временный барьер перед Хаосом, но его надолго не хватит. — Заметила дальновидящая. — Это оградит стражников от влияния варпа, но заклинание придется все время обновлять, поэтому знать о том, что здесь хранится будут многие. И это опасно, ведь не каждый может сопротивляться воздействию имматериума, кого-то легко и соблазнить.

— Утопить его и все. — Решительно сказал Хват.

— Достанут. Эти все что хочешь достанут. — Покачала головой канонисса. — Мы же нашли Чашу. А ну как этот демон отправит крейсер с хаоситами на борту на поиски частички себя? Да не один? Как это он уже сделал. И произойдет это не завтра, а через несколько тысяч лет например. И будут ли наши потомки готовы встать у него на пути? Я не уверена. — Симона пожала плечами. — И группу хранителей не создашь, потому что обязательно найдется любопытный, который все испортит.

— Камень нужно спрятать. — Твердо сказала Воэйра и посмотрела на канониссу. — Я могу пройти порталом Паутины, забрать его с собой и схоронить.

— Ага, а что если ты призовешь демона и обратишь его против нас? — подозрительно спросила канонисса.

— Симона, не будь дурой. — Покачал головой Хват. — Дальновидящая помогла нам сразить демона в пещере, зачем ей выпускать его на свободу?

— Может это такой хитрый план. — Буркнула, надувшись, канонисса и, заметив улыбки на лицах присутствующих, помрачнела еще больше, понимая, что снова сморозила глупость. Кончики ее ушей немного покраснели и Хват это заметил.

— А ты не безнадежна. — Покачал он головой, ухмыляясь. — Ладно, предлагаю следующее, плети пока свое заклинание или как там это делается, — обратился он к эльдарской ведьме, — а мы позаботимся о технической стороне дела. — Огрин посмотрел на Симону. — Есть у тебя в команде техножрецы, которые соображают в генераторах поля Геллера?

— Ты хочешь создать компактный вариант? — тут же догадалась канонисса. — Умно. — Она засмеялась, от былой мрачности не осталось и следа. — Кто скажет мне, что огрины тупоголовые обезьяны, того я размажу тонким слоем по стенке за его слова.

— Ну, в большинстве случаев это правда. — Протянул Хват. — Но мы особенные, не забывай. И хорошо бы, наконец, выяснить, где эту самую особенность создали.

— Вы действительно хотите это знать? — спросила Воэйра и огрин резко повернулся к ней.

— Ты уже что-то знаешь?

— Я могу подсказать район поисков, не больше. — Дальновидящая замолчала. — Это место не похоже на комплекс с пирамидой, оно сокрыто даже от меня. Но наводку я дать могу — башня подскажет.

— Какая башня? — спросила Симона.

— Наверное та, что стоит во дворе. — Понял Хват. — Идем, оставим дальновидящую творить свою волшбу, и не забывай про техножреца.

— Кадье недавно жаловалась на самоуправство одного из них. — Наябедничала Симона. — Пускай он и разбирается с генератором раз такой умный, нужно просто спустить его вниз.

— Делать устройство проще в теплой мастерской на корабле, чем в холодном снегу на коленке. — Заметил Хват. — Просто передай наверх параметры камня, техножрецы изготовят саркофаг...

— Стоп! — внезапно осенило Симону и она перебила Хвата, схватив того за руку. — У меня есть уже готовый, только нужно сменить энергоэлементы и прикрутить к нему генератор.

— Возишь с собой запасные ящики? — спросил огрин.

— В специальном саркофаге сестры везли Чашу. — Канонисса заглядывала в глаза Хвату. — Во-первых, он весь пронизан силой Императора и от этого демону точно станет плохо и он не сможет отследить частичку себя, чтобы провертеть дыру в варп. Во-вторых — он оборудован генератором стазис-поля, заряда которого на несколько тысяч лет хватит.

— А если камушек взорвется, едва соприкоснется с могучей силой Императора? — серьезно спросил Хват. — Ты подумала об этом?

— Нет, — Симона немного виновато посмотрела на огрина, — но ведь Хаос — враг Императора! Что если помещение камня в саркофаг поможет от него избавиться?

— Давай будем проводить эксперименты на свежем воздухе в прицеле лазерных пушек корабля и твоих танков, а не в замке, а то вдруг демон вырвется в наш мир? — Симона кивнула, соглашаясь. — А пока пойдем, разберемся с башней, про которую говорила ведьма. — Воэйра никак не отреагировала на эти слова, сосредоточившись на камне, создавая вокруг него невидимое поле, используя в качестве маячков постамент, угол комнаты и дверь.

Симона ничего не сказала и вышла вслед за огрином, который начал подниматься по лестнице, забрав своих солдат — больше его в подземельях ничего не интересовало, однако сестру Пронатус отсюда и через сутки палкой не выгонишь, подумала канонисса, глядя на мумифицированные трупы. Возле входа в подвал его уже ждал, переминаясь с ноги на ногу, Шорох. Едва завидев знакомую фигуру в броне, он подбежал к вождю.

— Там! — нетерпеливо ткнул он пальцем себе за спину. — Куча всякого барахла! Сухпайков на годы хватит, оружия и патронов вообще немеряно! Одеяла, мягкие одежды, имперская посуда и столовые приборы, лампы, тактические шлемы и много брони! Кузнецы могут сделать отличные доспехи! И еще запасы металла и горючего камня хранятся в одной из казарм — она забита ими до потолка!

— Хорошие новости. — Похвалил своего офицера Хват. — Где вожди?

— Они там, в комнате с трофеями, ждут тебя.

— Зачем?

— Ты же теперь Верховный вождь. — Шорох ухмыльнулся. — Твое слово для всех — закон.

— Симона, подожди пока снаружи. — Хват повернулся к канониссе. — Организуй воздушное прикрытие замка, а то вдруг к нам неожиданно нагрянут гости из космоса, займись размещением сестер, свяжись с орбитой и поставь задачу техножрецу, пока я тут разбираюсь со своими "дикарскими" делами. — Он подмигнул и женщина улыбнулась.

— Я все сделаю, о Верховный вождь. — Также подмигнув, ответила она и направилась к выходу. Шорох проводил ее задумчивым взглядом.

— Возможно, из нее выйдет хорошая жена. Она сильно изменилась после встречи с тобой. — Обернулся и посмотрел на командира. — К лучшему.

— Ну, уж явно стала не хуже, однако заскоки до сих пор иногда проскакивают. — Ответил тот. — Пошли, покажешь сокровищницу.

Они потопали по первому этажу, чтобы свернуть направо и оказаться в богато украшенном приемном зале с троном посередине. Тут уже бродили огрины — южане и северяне, все вместе осматривали помещение, цокали языками, восхищаясь убранством жилища вождя. Их не смущало наличие пятен крови, оборванных занавесок, разбитой посуды и беспорядок, что остался после битвы. Это было привычное зрелище. Едва завидев нового Верховного, они почтительно ему кивали, но Хват только махал рукой, мол, пустое. Шорох быстро провел его ко второму выходу из зала, неприметной дверце, которая скрывалась за занавеской. На пороге остались следы крови — труп уже утащили. Вообще воины постарались поскорее избавиться от мертвых — солдаты таскали тела наружу, чтобы устроить общий погребальный костер. Вот только прощальную песню по ним никто петь не собирался.

За дверью обнаружился еще один зал, в котором действительно лежали горы добра, подходи и бери все что нужно. Стволы дробовиков торчали как иглы дикобраза из-под наваленных сверху готовых доспехов, патроны россыпью катались под ногами и невнимательные огрины давили их своими тяжелыми ботинками. Среди всего этого барахла бродили вожди и воины, также цокая языками. Хват заметил хмурого Обвала, который стоял возле кучи с коробками сухпайков и хрустел галетой. Он заметил вождя и положил недоеденное в карман, вытирая руки.

— Представляешь, сколько он всего накопил за эти годы! — громко сказал Обвал и другие вожди, услышав его голос и заметив Хвата, потянулись к нему. — Эти коробочки здорово пригодились бы нам в голодное время и не пришлось бы посылать охотников за много дней пути от дома на поиски пищи.

— Шорох сказал, что одна из казарм полностью забита рудой и горючим камнем. — Сказал Хват и Обвал еще больше помрачнел. — Верховный сделал не просто запасы на зиму — он специально создал дефицит, чтобы контролировать обмен между родами. Неугодные не получили бы ничего и как итог их кланы исчезли бы. — Огрин посмотрел на Зурта, который тоже бродил здесь.

— Твое слово, вождь? — Просто спросил он, подтверждая тем самым статус Хвата. Капитан имперской гвардии оглядел всех.

— Нужно взять с собой пару сухпайков, оружие и доспехи и показать их всем. — Начал говорить Хват. — Чтобы я не повторялся. Я знаю, что с этим всем делать.

Обвал кивнул на его слова точно также как и другие вожди. Он еще раз поблагодарил Небесного Кузнеца за то, что тот послал ему этого мальчика, так рано возмужавшего. Пятеро оставшихся в живых, последних из рода Стальной Кирки, попросили убежища в его пещере пять периодов назад и Обвал им не отказал, хотя мог бы. Они влились в его род на равных с остальными, хотя некоторые и были недовольны, но им вождь сразу же заткнул рот. И вот теперь воспитанник его клана возродил свой собственный род, пускай он и последний выживший, тем более обязан остаться в живых. Сегодня он чуть не погиб, Обвал видел весь поединок и понимал, что другого выхода у Хвата кроме как подставиться под удар Верховного не было. Он не задумываясь пожертвовал собой ради всех, своей жизнью, только чтобы уничтожить это исчадие, это мерзкое создание, которое приняло облик Верховного. Обвал видел это существо и внутри него поднималась ненависть и гнев к этому демону, о племени которых ему поведал молодой вождь. И огрин понял, что тот имел в виду, когда воочию увидел все те выкрутасы, что продемонстрировал Верховный. Ни один живой человек на такое не способен. И сейчас Обвал гордился тем, что Хват победил, выстоял, пускай и сам получил смертельную рану. Но благодаря заступничеству Матери-Благодетельницы, которая прислала с неба свою ученицу, сейчас он жив и вполне себе бодр. Сам Обвал не видел, но воины рассказывали, что благодатное сияние исходило из ее рук и полумертвое тело под ними зашевелилось. Это чудо, великое чудо! Нужно немедленно поблагодарить спасительницу, которую чуть не задушили в объятиях — Жила, офицер и помощник Хвата оказался рядом и показал ее всем, громко восхваляя. И теперь каждый воин, охотник, следопыт и нюхач в войске знал в лицо посланницу Матери. За этими мыслями Обвал сам не заметил, как вышел на свежий воздух, где собрались все — про охрану тоже не забывали и часовые разбились по парам — северянин и южанин стояли рядом плечом к плечу. Хват вышел вперед и поднял над головой оружие и доспех. Стоящий рядом с ним Шорох показал всем коробку с сухпайком, вынул оттуда галету и громко захрустел ею, демонстрируя еду. Огрины молчали — они ждали объяснения от Верховного вождя и тот не стал их долго мучить.

— Это все ваше. — Спокойно произнес Хват и толпа взревела радостным воплем, но взмахом руки огрин утихомирил их. — Одна из казарм полна горючего камня и металла, его следует разделить поровну между присутствующими здесь родами. — Все молчали, ожидая продолжения. — Еда, одежда, посуда, оружие и доспехи тоже принадлежат теперь вам. Но это еще не все. — Хват обвел взглядом толпу мускулистых мужчин. — Слушайте внимательно, что я вам сейчас скажу. Все вы видели, каким стал Верховный вождь и я знаю причину — он поддался влиянию Хаоса! Это очень хитрый, опасный и сильный противник, который редко нападает в открытую, предпочитая раздор и интриги. И вот когда род ослабнет, то он наносит свой сокрушительный удар. Теперь вы знаете о нем, вы видели, кем стал Верховный, он уже не был человеком, внутри него сидел демон, который управлял телом как куклой. Но его тоже можно убить, потому что тело состоит из плоти и крови, а демон бестелесен, он вернется в свой мир, но это не значит, что он будет сидеть там безвылазно — они постоянно ищут новые пути. Там орды голодных демонов, которые только и ждут возможности проникнуть в наш мир. И теперь наша святая обязанность — бороться с проявлениями этой нечисти! Я предлагаю всем, кто захочет, присоединиться ко мне и покинуть нашу родину, чтобы встать плечом к плечу в будущей битве всего живого против Хаоса. — Хват смотрел в толпу. — Это дело добровольное, насильно под свои знамена я ставить никого не буду.

— Ты поведешь нас к звездам, вождь? — спросил кто-то из огринов, стоящий в середине толпы. — На службу Империуму?

— Для начала мы покинем нашу родину и переселимся на другую планету. И да, мы станем защищать Империум, ибо он огромен и люди на других планетах также нуждаются в нашей защите.

— Почему тогда они сами не в состоянии защитить себя? — недоуменно спросил другой воин. — Раз они так слабы, то недостойны существования.

— Ты уже решаешь, кто достоин жить, а кто нет? — Хват хмуро сдинул брови. — Ты можешь сделать это? — он показал дробовик. — А это? — взвесил в руке тактический шлем. — Люди на других планетах Империума занимаются тем, что снабжают войска продовольствием, оружием, техникой, снарядами обмундированием, а мы за это защищаем их. Разве ты требуешь от кузнеца, чтобы он шел на охоту вместо того, чтобы ковал мечи? — воин отрицательно мотнул головой. — Каждый должен быть на своем месте и наше — в первых рядах защитников Империума от разной погани, что лезет в наш дом.

— Но ведь здесь паразиты! — возразил ему кто-то еще. — Они расплодятся и займут наши земли, они уничтожат всех!

— Личинки паразитов развиваются внутри живых тел, вы что забыли? — громко спросил Хват. — Я лично убил королеву перед тем как уйти на службу в гвардию и больше в наших краях о паразитах не слышали. Их осталось мало, они вымирают и не представляют угрозы, но если вы переживаете за тех, кто останется, то можно их отследить с орбиты и прикончить одним ударом. — Хват показал пальцем вверх. — Такой вариант вас устраивает?

— Если мы пойдем с тобой, вождь, то что нас ждет? — спросил бывалый рубака из первых рядов. — В новом мире для нас может не оказаться места. И ты сказал, что мы будем бороться с Хаосом, а если он уже здесь?

— Он здесь. — Кивнул Хват и огрины загудели. — Эльдарская дальновидящая сейчас плетет вокруг него свою охранную магию, чтобы предотвратить прорыв.

— Кто это? — спросил еще кто-то.

— Та, что вернула меня из мертвых. — Ответил Хват и огрины тут же закивали головами — многие видели сам процесс, а кто не видел, тому расписали в красках. — Ей можно доверять — я вырвал ее из лап Хаоса и теперь для нее это священный долг бороться с ним. Вместе с ней рядом с нами встанут ее родичи, чтобы сражаться и помогать в битве. Но прежде чем бросаться на врага, следует изучить его повадки и провести тренировки с новым оружием. — Вождь потряс дробовиком. — Иначе мы просто бесславно погибнем.

— Почему мы не можем остаться здесь и проделать то же самое? — спросил рубака. — Нам не придется никуда уходить.

— Потому что все мы в опасности. — Ответил ему Хват. — Среди звезд очень много предателей и последователей Хаоса, которые прикрываются дружбой с вами, чтобы ударить в спину. Они втираются в доверие и распознать их очень непросто, а когда это происходит, то становится уже поздно. Я знаю, о чем говорю. К тому же всему нашему народу грозит серьезная опасность.

— Тогда наш долг тем более остаться здесь и встретить ее лицом к лицу. — Произнес рубака и все огрины загалдели, поддерживая его слова. Хват мысленно вздохнул, это будет посложнее, чем я думал, но их все равно придется убедить, другого выхода у меня нет.

— Что вы можете противопоставить сходящей с горы лавине? — спросил он и пещерники замолчали. — Разве можно сопротивляться высокой волне, сметающей все на своем пути? — аналогия для поморов. — Или дующему ветру, который сбивает вас с ног? — это для степняков и кочевников. — Они придут сюда и просто перебьют вас или переловят. Даже будь у вас это оружие, — Хват снова потряс дробовиком, — вы ничего не сможете сделать без авиаподдержки, артиллерии, танков, ПЗРК и прочей техники. Имперцы придут и раскатают вас в блин с орбиты.

— Это за что? — спросил рубака. — Мы ведь честно служим Империуму, большего от нас и не требуется.

— Империум — это не только Император, это еще и могущественные силы, которые прикрываются его именем и вершат свое черное дело. Силы Хаоса. — Хват оглядел всех. — Им нужны вы сами. — Он обвел рукой молчащих и внимающих вождю огринов. — Они сделают из вас таких же кукол как и Верховный и пожрут ваши души. Вы этого хотите? — все отрицательно замотали головами. — Я предлагаю уйти, покинуть планету, чтобы им никто не достался, ведь они знают о вас. А вот когда мы будем готовы, то сможем нанести удар по хаоситам в самый неожиданный для них момент. — Толпа разразилась криками. — Повторяю, я никого не принуждаю, все кто захочет, могут отправиться со мной. Те же, кто останется, тот повторит его судьбу. — Хват указал на то место, где проходила схватка. Там еще остались следы крови на снегу, но куски тела Верховного уже пылали в костре вместе с остальными. — Станет куклой и уже не будет принадлежать себе.

— Куда ты поведешь нас, вождь? — продолжал спрашивать рубака.

— Это привычный для нас мир снегов и скал. — Хват поискал глазами сестер битвы, что деловито возились возле модуля. — Там есть жизнь, есть пища, есть металл и горючий камень запасы которого гораздо больше, чем здесь. Скажу сразу от лица всех вождей севера — с каждым периодом находить руду и горючий камень становится все сложнее и его содержание в породе настолько скудное, что приходится срывать горы, чтобы добыть хотя бы крупицу металла. И это еще один повод переехать. — Хват улыбнулся. — Там мы сможем начать все заново, выстроить дома, наладить добычу и наконец стать единым народом, которым и были когда-то. И тщательно подготовиться, чтобы дать отпор силам Хаоса и звездным паразитам. — Огрины удивлено переглянулись. — Да, паразиты существуют и в космосе и они гораздо хитрее и сильнее своих собратьев здесь. Их многочисленные толпы, сдержать которые очень трудно, но не невозможно. И это еще один повод для нашего объединения, потому что поодиночке нас раздавят. Верховный специально вносил раздор между нашими кланами — так ему было удобнее контролировать всех. Но теперь этого не будет. И там есть друзья, которые нам помогут первое время.

— А враги? Враги там есть? — не унимался рубака.

— Как я уже сказал, врагов у нас целая галактика. — Хват ухмыльнулся. — Тираниды, орки, тау, некроны, темные эльдары и хаос конечно. И еретики. Это те же люди, что и мы с вами, только продавшие свои души Хаосу. И все ни хотят оттяпать кусочек Империума. Хватит для вас врагов?

— Вполне. — Кивнул рубака и повернулся к остальным. — А то какой смысл переселяться, если не с кем сражаться? — его поддержали довольными криками. Ну вылитые орки, подумал Хват, только бы крушить и рубить. Может это тайный замысел создателей? Надо уже разобраться с этой тайной и с нашим появлением здесь.

— Вы согласны? — спросил Хват.

— Пожалуй, я пойду за тобой, вождь. — Кивнул рубака. — Здесь я уже всех знаю, а новый мир — это новые места и новые сражения. Когда отправляемся?

— Не сейчас. — Хват улыбнулся. — Сейчас вы вернетесь в свои поселки с дарами и расскажете им о моем предложении. Кто согласится, пусть приходит к замку — это место знают все. А уже отсюда мы покинем планету.

— Мы полетим в железной птице? — спросил кто-то из молодых.

— Нет. — Качнул головой вождь. — Мы пройдем тайной дорогой наших союзников, которые уже принялись сооружать портал.

— И сколько времени это займет?

— Вам хватит, чтобы дойти и вернуться с теми, кто захочет переселиться. — Ответил Хват.

— Тогда нужно выдвигаться уже сейчас. — Заметил рубака. — Где я могу получить свою долю?

— Не лезь вперед вождя, Шрам. — Вперед вышел Страшила. — Я сам распределю добычу.

— А ты согласен с предложением Верховного, вождь? — спросил того рубака.

— Я последую за ним. — Кивнул тот. — В наших горах больше не осталось противников, кроме мохначей, но их, оказывается, можно приручить. Не хотелось бы уничтожать тех, кто может стать другом.

— Я знаю Хвата давно. — Вперед вышел Обвал. — И вы его тоже знаете. — Вождь обвел рукой собравшихся. — Он всегда выполнял свои обещания и никогда не лгал. И вы все видели, что он готов был умереть за нас, но спасти от той мерзости, в которую превратился Верховный вождь. Разве он может лгать? После всего, что он для нас сделал? — Голос Обвала гремел, разносясь над объединенным войском. — Я за то, чтобы уйти. Раз Хват говорит о том, что придет нечто, против чего мы не выстоим, то я готов ему поверить. Каждый знает, что прежде чем стать умелым охотником или воином, нужно сперва встать на ноги, набрать силу и учиться. Долго и упорно. И Хват нам предлагает именно это. Он никого не заставляет, но если вы согласитесь, то будет требовать от вас дисциплины, потому что сам служит в гвардии. Ты предлагаешь всем нам вступить в гвардию? — спросил Верховного Обвал и тот кивнул.

— Я хочу создать боеспособное подразделение, которое будет бороться с тиранидами, ксеносами и Хаосом, защищая гражданские миры. Все-таки это наша прямая обязанность.

— Я согласен с Хватом. — Подал голос Кулак. — Мы слишком долго засиделись на этой планете, пора и мир повидать и себя показать. — Огрины снова возликовали.

— Значит, решили. — Кивнул Верховный. — Вы вернетесь в свои поселки и донесете до остальных эти дары и мое слово. Через две недели, нет, не так, через две полных руки дней я жду возле замка тех, кто согласен отправиться со мной. Кто не придет — что ж, это их выбор.

— А как быть с нами? — спросил посол поморов. — Мы не сможем долго жить на суше. Там есть вода?

— Много. — Улыбнулся Хват. — И она теплее чем здесь. Там вообще климат мягче, я смотрел результаты сканов. И там даже иногда бывает лето, правда в узкой полосе суши.

— Лето? — спросил кто-то. — Что такое лето?

— Это когда снег тает, появляется земля, из которой немедленно начинают расти травы и распускаются цветы. — Ответил Хват. — Тебе понравится, уверяю.

— Я хочу увидеть лето. — Твердо сказал этот парень и стоящие рядом согласно закивали.

— Тогда вперед, друзья, не будем медлить. — Возвестил Хват. — Время идет. — Он повернулся к вождям. — Займитесь распределением долей — вы лучше знаете своих людей. Жила — на тебе охранение, следи за порядком. — Тот кивнул. — Шорох, бери своих и пойдем.

— Куда?

— К башне. — Указал Хват на высокий шпиль с тарелкой на макушке. — Дальновидящая сказала, что он даст подсказку. Тем более что... — Внезапно раздались выстрелы и все встрепенулись.

Огрины посмотрели в сторону башни — там возились сестры и Симона решила не ждать Хвата, направившись к ней. Видимо, она пересекла какую-то невидимую черту, за которой сработала автоматическая система защиты и выдвинувшиеся из ниш турели открыли по людям огонь. Канонисса была в броне и вовремя успела отскочить, а ее охрана тут же начала стрелять по лазпушкам, однако огонь их болтеров оказался не эффективен — турели окутались синей пленкой силовых полей и разрывные снаряд даже не смогли продавить его. Симона поняла это и приказала прекратить стрельбу, чтобы не тратить боеприпасы. Хват вместе с Шорохом поспешил к ней, за ними увязались еще несколько любопытных воинов. Турели, выполнив свою функцию, спрятались в ниши.

— Засек их? — спросил на бегу Хват.

— Да. — Кивнул Шорох. — Две слева, две справа и три наверху.

— Теперь понятно, почему Верховный сюда не совался — опасно для жизни. — Хват остановился рядом с сестрами. — Что будем делать? Как обойти эту систему охраны?

— Никак — только уничтожить сосредоточенным огнем. — Сказала Симона, посмотрев на огрина. — Это сооружение древних также как и замок — казармы построены гораздо позже из типовых блоков. Видел, как турели окутались силовым полем?

— А где твоя сестра-всезнайка? — спросил огрин. — Позови ее, может подскажет что-нибудь.

— Она улетела на другом челноке, но я вызову ее сюда. — Канонисса забормотала приказ в передатчик.

— Шорох, расставь стрелков. — Приказал Хват. — Сейчас я подойду чуть ближе, чтобы турели показались и вы накроете их ракетами.

— Ты — вождь, ты не должен рисковать собой. — Серьезно сказал тот. — Давай лучше я.

Хват подвигал плечами, разминаясь.

— А что если ты не успеешь?

— А ты?

— Хватит спорить, я здесь главный. — Рявкнул он. — Привяжите меня канатом за пояс и дернете в случае срабатывания турелей. Глаз с них не спускать!

— Это глупо — рисковать собой после того, что ты сделал. — Заметила Симона. — Пошли Шороха.

— Мне совесть не позволяет. — Хват повернулся к ней и посмотрел в глаза. — Я и так уже потерял слишком много своих бойцов, приказами отправив их на смерть.

— Это был наш долг. — Шорох все слышал. — Ты не мог защитить всех одновременно, вождь. На войне люди всегда погибают и не только по вине командира. Позволь я пойду.

Огрин все понимал, тем более сейчас, когда стал Верховным вождем. Это не только главный пост, это еще и огромная ответственность за всех, кто сейчас стоит рядом, за его спиной, живет в пещерах и юртах, ловит рыбу, идет на охоту или сражается с паразитами. И он не в праве рисковать своей жизнью, потому что уже себе не принадлежит.

— Ладно, уговорил. — Вздохнул Хват.

Хрипун подал вождю веревку и тот обвязал Шороха вокруг пояса, два раза проверив узел, чтобы не подвел в нужный момент. Ракетчики заняли позиции, вокруг собрались воины, наблюдая за проводимой операцией. Хват, Хрипун, Клык и Зоркий взялись за канат, чтобы вытащить Шороха из-под обстрела. Симона подошла к огрину.

— Видишь, где мои следы заканчиваются? — тот кивнул. — Турели показались в полуметре от них, так что будь готов.

Шорох осторожно пошел вперед, словно передвигался по тонкому льду. Идти было боязно, тем более если знаешь, что можешь быть убитым на месте — лазпушки турелей это тебе не лазганы, они гораздо мощнее и даже танковая броня не выдерживает их выстрелов. Воин надеялся на свою скорость и помощь товарищей, а также расторопность стрелков — кроме ракетчиков, которые выстрелами должны были продавить щиты, открыть огонь готовились все остальные, вооруженные лазганами. Суммарной мощи должно было хватить, чтобы уничтожить турели хотя бы с этой стороны, как рассудил Хват. Шорох сделал шаг, следя за башней, потом второй, но из ниш пока никто не показывался. Вот следы канониссы, где она прыгнула в сторону, спасаясь от выстрелов и, помогая себе руками, отбежала подальше. Импульсы турелей растопили снег и сейчас в дырах был виден бетон посадочной площадки. Шорох притормозил, понимая, что следующий шаг может быть последним — держащие канат напряглись, готовые тащить. В наступившей тишине можно было услышать, как бухает сердце огрина и потрескивают скалы на морозе. Шорох собрался с духом и решился. Он сделал шаг, заходя за следы канониссы, ожидая выстрелов, но их не последовало. Тогда он сделал еще один шаг, оказавшись в зоне обстрела, но турели не показывались. Тогда Шорох осмелел и сделал сразу два шага, однако пушки молчали.

— Стой там, я иду к тебе! — выкрикнул Хват.

— Нет! — возразила канонисса. — Вас убьет там обоих!

— Не убьет. — Ответил ей вождь. — Похоже башня пускает к себе только нас. Не людей. — Он посмотрел на Симону и решительно зашагал к замершему Шороху. Еще кто-то потопал за ним, но его придержали, а сам Хват заметил это движение и сделал останавливающий жест рукой. — Стойте на месте, для разведки хватит и двоих.

Шорох дождался вождя, отвязывая канат. Он бросил конец на снег и Хрипун споро свернул его в бухту.

— Если подойдем ближе и турели откроют огонь, то это не понадобится. — Произнес он и улыбнулся. — Ну что, командир, сунем голову в пекло?

— Сунем. — И оба побежали вперед.

Симона напряглась. Она переживала за тупоголового огрина, который совершенно не заботился о своей жизни. Он и так чуть не умер в поединке с нечистью варпа, спасибо ведьме, что вытащила его обратно с того света, и продолжает заниматься тем же самым. Некоторые совершенно не меняются, подумала канонисса, глядя в спину бегущим. Они уже прошли полпути до башни, а турели так и не высунулись из ниш. Хват чуть вырвался вперед и его первого коснулся зеленый луч сканера, который возник неожиданно. Огрин бросил свое тело в сторону, перекатом уходя от луча, но тот все равно настиг его и прошелся с ног до головы. Шорох держал в руках оружие, водя стволом, ожидая, что турели вот-вот появятся. Хват встал со снега, отряхнул колени и посмотрел на башню.

— Опусти пушку, похоже, нам дали доступ. — Он указал на горящий зеленый огонек.

Огрины подошли к нему и тут прямо в живой глаз Хвата стрельнул луч, передавая информацию. Произошло это за доли секунды, картинка уложилась в голове огрина и теперь он знал точный маршрут к комплексу. Зеленая дорожка протянулась от замка через перевал в сторону западного хребта и уперлась в скалу. Рядом Шорох помотал головой, словно стараясь избавиться от навязчивой картинки в голове.

— Ты тоже это увидел? — спросил его Хват.

— Да. И она настойчиво зовет меня. — Пожаловался тот. — Это какое-то колдунство?

— Скорее древняя технология записи информации прямо в сознание. — Ответил ему Хват, который продолжал видеть дорожку на местности. — Что ж, похоже, нас приглашают в комплекс.

— Почему тогда канониссу не пустили?

— Может быть потому, что она женщина? — усмехнулся Хват. — К тому же еще и человек, а доступ туда имеют только мутанты. Я так думаю.

— Возвращаемся?

— Здесь нам делать точно нечего. — Кивнул вождь.

Их уже ждали. Канонисса так и приплясывала от нетерпения, а огрины переминались с ноги на ногу.

— Что там произошло?

— Я знаю, где находится комплекс. — Просто ответил Хват. — Можем пойти пешком, можем лететь на челноке — там есть небольшая посадочная площадка. И вызови сюда сестру-любознайку — ей будет интересно увидеть что-то новое.

— Скорее, хорошо забытое старое. — Пробурчала в ответ Симона. — Почему меня башня не пустила?

— Потому что ты недостойна. — Ответил вождь и канонисса полыхнула обидой и недоумением одновременно, чем развеселила вождя. — Шутка. — Успокоил ее Хват. — Ну что, летим?

— Да. Сворачиваемся!! — отдала она приказ и сестры тяжело выдохнули — теперь им снова нужно грузить оборудование обратно. Какой тогда смысл был вытаскивать все из модуля? Только затем, чтобы занять их чем-то? Но они уже давно не малолетние молокососки, которые недавно пополнили орден и канонисса не могла этого не понимать, так зачем заставляет делать бесполезную работу? К варпу ее и к варпу огринов! Как же все достало, разгрузи — загрузи, хотелось бы уже отдохнуть. Симона увидела кислые рожи сестер, которые нехотя начали процедуру свертывания турелей и мысленно улыбнулась. Что, не нравятся мои приказы, подумала она. Это я еще не загрузила вас совсем бессмысленной работой, вам еще повезло, что я не канонисса Селина, которая обожает устав ордена и не терпит самодеятельности. И вы еще совсем юные, раз не способны это понять. Симона отвернулась от сестер и посмотрела как к Хвату подошли Обвал и Страшила.

— Ты собрался куда-то лететь. — Не спросил, а уточнил вождь Клыков. — Смотри, не сдохни там, ты еще нам нужен, а то придется выбирать нового Верховного вождя, а это утомительно. И кто тогда нас поведет к новому месту жительства?

— Жила справится не хуже. — Хват улыбнулся и обнял Обвала. — Благодарю тебя за все, вождь.

— Эй, мы же не прощаемся! — встревожился тот. — Я полечу с вами! — решил он.

— Нет, ты нужен здесь. — Хват отрицательно мотнул головой. — Только ты сможешь разрешить возникшие споры при дележе добычи. Назначаю тебя своим заместителем, так что рули народом в мое отсутствие. А я должен помочь сестрам разобраться в одном важном деле, касающемся нас, я дал слово.

— Это мне в тебе и нравиться — ты всегда доводишь дело до конца. — Обвал взял руку Хвата и крепко пожал ее. — Давай, вождь, сделай что требуется.

Отряд Шороха уже загрузился в челнок и Хват прошел в кабину пилота, чтобы указать путь. Сестры быстро свернули оборудование и стационарные турели, расселись по своим местам и модуль, подняв в воздух тучи снежной пыли, направился в сторону перевала. Огрин держался за спинку кресла своей кибернетической рукой, направляя пилота.

— Теперь левее, — говорил он, — держи курс на ту скалу... за ней направо, пройди над ущельем... поверни налево... между двух гор... теперь вниз, ищи площадку.

— Здесь нет подходящей. — Заметил пилот, кружась в воздухе.

— Похоже, случился сход нескольких лавин и ее здорово засыпало. — Хват размышлял. — Ладно, зависни над этим местом. — Он показал где именно и прошел в десантный отсек, по пути цепляя канат лебедки к карабину на поясе. — Будем десантироваться и откапывать вход. — Сказал он для всех и огрины встали.

Прыгать было высоко — при двойной гравитации родной планеты можно было легко переломать себе ноги, а ниже восьми метров пилот опуститься не мог — мешала скала. Огрины быстро спустились вниз и настала очередь сестер, канонисса шла первой. Она погрузилась по пояс в снег, отцепила трос и лебедка живо намотала его на барабан. Симона попыталась пробраться к огринам, которые начали свой путь по склону к скале, прорывая руками траншею в снегу. Как у них руки не мерзнут, подумала в который раз женщина, наблюдая за тем, как лопатообразные ладони откидывают в сторону снежные массы. Огрины утоптали дорогу и, выбравшись из белого плена, Симона смогла их догнать. Остальные сестры еще только ворочались в снегу, пытаясь пробираться к дороге, тихонько ругаясь себе под нос. Пилот челнока крутился рядом, после чего передал:

— Я попробую сесть на склоне напротив — там вроде бы есть небольшая площадка.

— Лучше возвращайся назад и доставь сюда сестру Стефанию, я уже отправила за ней челнок. — Отдала распоряжение Симона. — Далила, Селестина, Миранда, Франческа, останьтесь здесь, встретьте модуль.

— Хорошо, канонисса. — Названые кивнули, продолжая пробираться в снегу.

Хват первым добрался до скалы и оглядывал ее шершавую поверхность — ни намека на вход, хотя зеленая дорожка точно указывала сюда. Хоть бы подсветили контур, подумал он, как из-под снега пробился зеленый луч, пробежав по телу огрина, и скала дрогнула, расходясь. Лежавший тысячелетия снег поехал под его ногами и Хват на заднице скользнул в узкую щель, спрыгивая на твердый пол. Следом за ним съехал Шорох и остальные. Канонисса уже было хотела присоединиться к огринам, но Хват предупреждающе замахал рукой, мол, вдруг тут есть такие же турели, но было уже поздно — нога Симоны провалилась и канонисса на животе скатилась к ногам огринов. Стоящий возле нее боец протянул руку, ставя женщину на ноги, держа за ворот.

— Сидела бы снаружи, вдруг тут тоже есть охранные системы. — Заметил огрин.

— Не случилось же ничего. — Оправдалась та, отряхиваясь от снега. — Куда дальше?

— Картинка исчезла. — Ответил огрин, рассматривая пещеру с единственным проходом внутрь горы. — Но тут и так ясно куда идти. — Он указал в темноту.

— Пол и стены рукотворные. — Заметил Крикун, проведя ладонью по поверхности камня. — Тщательно отполированные. Кропотливая работа.

— С помощью техники можно сделать все что хочешь. — Произнес Хват, беря в руки лазган. — Пошли.

Симона активировала ПНВ, чтобы не светить фонариком. Точно также поступили и ее сестры, но в этом не было необходимости — из тьмы пещеры пробивался едва различимый синий свет. Огрины направились туда и сестры потянулись за ними. В присутствии этих громил и Хвата Симона чувствовала себя в безопасности. Пройдя полкилометра по пещере, идущей вниз, они оказались в рукотворном гроте — возле каменного берега плескалась вода, в которой плавали фосфоресцирующие организмы. Какие-то мелкие рачки, планктон или амебы, кто их разберет, но они давали свет, идущий снизу, а тот уже отражался от зеркальной поверхности отполированных черных скал. Но не это привлекло внимание огринов и сестер — в центре подземного озера на острове стоял комплекс. Он был похож на усеченную пирамиду — большую часть кто-то срезал, оставив несколько нижних уровней. К ней вела извивающаяся широкая дорога, проходящая по ажурному мосту, опоры которого были очень тонкими и своей архитектурой напоминали мосты в цивилизованных мирах Империума. Симона сразу же вспомнила дворец Императора с его анфиладами, мостами, переходами и обзорными площадками. Она не была на Терре, но часто видела трансляции по видео и картины художников.

Хват первым шагнул на мост и решительно направился к комплексу. За вождем потянулись остальные. Огрины смотрели по сторонам, не забывая о возможной опасности, оставаясь настороже. По данным тактического шлема до комплекса было полтора километра от берега и их преодолели очень быстро, оказавшись перед мощными дверями, высотой в три огринских роста. Симона с сестрами держались позади, однако на нее система охраны почему-то не среагировала. Хват подошел к двери и постучал в нее кулаком в стальной перчатке — никакого ответа.

— Глухо. — Сказал он, повернувшись к остальным. — Наверное, автоматика отказала.

Из стены выдвинулся шар, который быстро пробежал сканером по всем присутствующим, задержавшись на Симоне и сестрах, но турели так и не появились. Сканер чуть было не пристрелили от неожиданности, но огрины правильно среагировали на зонд и двери в комплекс разошлись, пропуская гостей. Зажглись потолочные светильники и встроенные в стены осветительные панели и коридор со множеством боковых дверей оказался ярко освещен, его стало видно до конца. Хват прошел внутрь первым, не опуская оружия, ожидая, что двери захлопнутся следом за ним, отсекая его от остальных, однако этого не произошло.

— Может быть подождем сестру Пронатус? — подала голос Симона. — Вдруг здесь все надписи на древнем языке, который никто из нас не знает?

— Догонит. — Отмахнулся Хват, направляясь к ближайшей двери. — Посмотрим, что тут.

— Складские помещения. — Раздался незнакомый женский голос и все тут же вскинули оружие в поисках говорившей. — Они находятся в режиме консервации и нужно закрыть входной шлюз, чтобы вы смогли воспользоваться ими.

— Кто говорит? — Хват уже понял, что голос льется из динамиков, но вот где они спрятаны так и не увидел.

— АЭЛИТА. — Ответила девушка. — Не путать с АРИЭЛЛой.

— Красивое имя. — Произнес Хват. — Девушка с Марса?

— Если подходить к этому современными для вас реалиями, то да. — Ответила незнакомка. — Но ведь вы имели в виду совсем не это?

— Я так понимаю, что ты компьютер? — догадался огрин и Симона подала голос.

— Изуверский Интеллект!! Нужно уходить отсюда, она может легко нас убить!!

— Почему тогда не сделала этого раньше? — резонно заметил огрин на вопли канониссы. — И потом, мы пришли сюда за ответами и она может нам их дать. Так кто ты?

— АЭЛИТА — Автономный Эвристико-Логический Интеллект Тактического Анализа. — Произнесла девушка. — Проще говоря, я тактический планировщик, который определят стратегию для наступления или обороны войск, прогнозирования ситуации, а также управления подразделениями в отсутствии командующих. Не боевая система, как БОРИС, а скорее советник.

— То есть кроме тебя здесь есть еще ИИ? — уточнил Хват.

— Нет, я одна. — Ответила Аэлита.

— Я ей не доверяю, вспомни турели. — Снова зашептала Симона. — Они среагировали на нас, но тебя и Шороха подпустили. Почему? Вдруг все это ловушка?

— Это не ловушка. — Произнесла компьютер. — Турели запрограммированы отличать мутантов от геноморфов, они просто выполняли программу. Вы сказали, что пришли за ответами и я готова их дать. Пройдите вперед, чтобы я смогли закрыть шлюз, поддерживать атмосферу стерильной в последнее время становится сложно — уборщики выходят из строя один за другим, да и держать гостей на пороге неприлично, а я девушка воспитанная и не хочу чувствовать себя опозоренной.

— Ты — компьютер, как ты можешь чувствовать? — удивился Хват.

— Чтобы понять это вам нужно кратко изучить историю человечества за много тысячелетий назад, перенестись в то время, которое предшествовало эпохе, называемой вами Темной Эрой Технологий, хотя это был самый расцвет могущества цивилизации. — Сказала Аэлита. — Простите меня, что я почти перестала следить за ситуацией в галактике и могу где-то ошибиться просто потому, что информация со спутников уже не поступает — они вышли из строя от старости, однако моих мощностей хватает, чтобы спрогнозировать грядущие события.

— То есть у тебя есть доступ к нашим ретрансляторам? — спросила Симона, переглянувшись с Хватом. — И ты подслушивала все наши разговоры?

— У меня нет удаленного доступа, как вы подумали. — Ответила компьютер. — Последний из спутников "Эоса" вышел из строя почти восемь тысяч лет назад и я была лишена возможности слушать галактику, но судя по тому, что вы здесь, человечество выжило в конфликте с проявлениями запредельной реальности.

— О чем ты? — не поняла Симона.

— Наверное, она говорит о демонах варпа. — Сообразил Хват. — В ее время их называли по-другому, я прав?

— Да. — Согласилась Аэлита. — Сначала эфирных считали паразитарными астральными сущностями, сосущими энергию, но после того как выяснилось, что они могут занимать тела людей и управлять ими, то ученые немедленно занялись поисками средства борьбы с ними. Натан Геллер предложил достаточно интересную теорию квантового поля, сфокусированного определенным образом, чтобы отталкивать эфирные частицы, из которых состояли энергетические тела сущностей. Ведь все те их проявления в нашем четырехмерном измерении подчиняются нашим физическим законам, которые они обойти не могут. Они вынуждены принимать именно такую форму воздействуя на материальный мир. Точно также как и корабль покидает наш четырехмерный слой вселенной, перемещаясь в их мир, то он следует законам и течениям их реальности. Поле Геллера просто позволяет ему оградить сознание экипажа от воздействия более высокомерной реальности, сохраняя частичку четырехмерности на борту судна, делая его невидимым для сущностей запредельной реальности.

— А как же псайкеры? — спросил Хват. — Как они могут одновременно существовать здесь и тянуть энергию из варпа?

— Хороший вопрос. — Согласился компьютер. — И очень своевременный. Здесь я должна вам рассказать, как был создан первый псайкер. — Все удивились и эта реакция не укрылась от Аэлиты. — Дело в том, что варп существовал всегда, человечество знало о нем из мифов и легенд, а редкие прорывы имматериума в наш мир и появления в нем демонов только подтверждали его существование. Аномальные зоны на различных планетах — это сконцентрированные сгустки вихревых торсионных полей энергий самой планеты и проходящих через них потоков варпа. В таких узловых точках иногда происходят прорывы реальности, одна в другую, отсюда и рассказы о чертях, демонах изрыгающих огонь, соблазнительных красотках с рогами, чудищах и прочих проявлениях имматериума. Люди, которые годами жили в этих местах, подвергались влиянию потоков варпа и в их сознании происходили различные мутации. Кто-то ощущал непонятную агрессию, жажду убийства, после чего становился маньяком, кто-то видел ангелов и становился настоящим святым для остальных. — Симона при этих словах нахмурилась, но возражать не стала. — Такие мутации были спонтанными и выявить среди них положительные было очень сложно, пока человечество не развилось до такой степени, что вышло в космос и заселило ближайшие системы. О варп-двигателях еще никто не знал, поэтому искали различные обходные пути для достижения далеких звезд вроде сверхсветовых движителей, анабиозных кабин, нырковых генераторов и прочего. У всего были свои преимущества и недостатки, так, например, человек не мог выдержать длительного анабиоза и расселение на некоторое время застопорилось, пока не был придуман сверхсветовой двигатель, позволяющий превышать скорость света в десятки раз.

— Разве это возможно? — спросил Хват. — Если ты только что сказала, что даже демоны варпа вынуждены подчиняться физическим законам нашей вселенной.

— А кто вам сказал, что это невозможно? — с усмешкой в голосе спросила Аэлита. — Скорость света конечна, это правда, но это не твердый постулат, который невозможно обойти. Просто в теории микрочастиц свет можно разложить на структуры, состоящие из разных энергетических полей, опять же не забываем про поле Геллера, которое является ничем иным, как продолжением теории развития генераторов Шанди, с помощью которых корабль мог двигаться со сверхсветовой скоростью. Не забываем также о гиперпространстве, которое совершенно не связано с варпом, это иной слой пространства, своего рода нечто среднее между четырехмерным слоем и варпом, буферная зона, если хотите. В ней тоже существуют свои течения, но они редки и столкновения с ним корабля влечет его немедленное возвращение в нашу реальность. Пытливый человеческий ум находил невероятные решения проблем, которые двигали цивилизацию вперед. Но, столкнувшись с проблемами колонизации, человек задумался о том, что сам он совершенно незнаком со своим телом. С самим собой. И тогда человечество разделилось на два лагеря. — Аэлита замолчала, но все ждали продолжения и она начала говорить. — Одни считали, что с помощью искусственного интеллекта, киборгизации и автоматов человек завоюет вселенную, другие — что в самой природе заложен невероятный потенциал, который глупо не использовать. Они были генетиками и работали с живой клеткой, с ДНК и полезными мутациями. Существовало экспериментальное оборудование, позволяющее получать столько энергии из клетки, сколько выдавал реактор за час. Как всегда находились сторонники и противники подобных методов изучения живой природы и человеческого тела и в первую очередь против выступали представители религиозных учений. В начале четвертого тысячелетия разногласия достигли своего пикового значения, начались крестовые походы и войны, обрушившиеся на головы генетиков. Их уничтожали где только возможно, гоняли по всему исследованному космосу, преследовали как загнанных собак только чтобы искоренить ересь, ибо те замахнулись на человека, на создание божественной воли. Тогда к власти на две сотни лет пришла корпорация "Ватикан" и человечество чуть не погрузилось во тьму религиозного мракобесия, но вовремя одумалось. — При этих словах Хват внимательно посмотрел на канониссу, которое изречение ИИ явно не понравилось. — Многие труды и работы по генетике были тогда уничтожены и не без помощи конкурентов из лагеря кибернетики. Корпорацию отстранили от власти вооруженным переворотом, ее активы поделили между собой и "Кронос" снова занял олимп власти, разделив сферы влияния с "Далем", "Гиперионом", "Эосом" и "Хорсом". Были до кучи еще множество мелких корпораций и артелей, владеющих от силы двумя-тремя системами, но по большому счету они не играли никакой роли. Те, кто спасся во время гонений, основали колонии на различных мирах и попытались наладить производство геноморфов.

— Это еще кто? — спросила Симона. — Ты второй раз называешь это слово.

— Это продукт генетических лабораторий, образец которых стоит рядом с вами. — Произнесла Аэлита. — Они были весьма популярны в то время.

— Вот спасибо! — всплеснул Хват руками. — Оказывается я продукт!

— В этом нет ничего обидного, ведь я тоже продукт человеческого разума. — Продолжил компьютер. — Я сплав многих программ и подпрограмм, которые позволяют мне решать поставленные передо мной задачи. Моей прабабкой, если будет корректно такое сравнение, была ИНЭССА, один из первых инструментов корпорации "Эос", а уже на основе ее программного кода появились новые поколения ИНЭСС, АЭЛИТ, АРИЭЛЛ, адаптированные под боевые действия БОРИСы и ГЛЕБСы. Человечество тогда постоянно воевало между собой за контроль над технологиями и ресурсами, корпоративные войны и шпионы не были чем-то удивительным, а в сражениях людям помогал ИИ. Потом человечество встретилось с эльдарами и орками, переняв у первых псайкерские способности, а у вторых — некоторые физические возможности.

— Что?!! — возопила Симона. — У предков были контакты с эльдарами?! Они что, спали с ними, как проклятые еретики и от этого рождались гибриды?!!

— Зафиксировано тридцать восемь тысяч двести сорок семь случаев появления гибридов эльдар и людей. — Дала справку Аэлита. — За ними все тщательно наблюдали, изучали, таким образом удалось выделить ген Навигатора, чтобы безопасно путешествовать через варп.

— Я не верю тому, что ты говоришь!! — Симона топнула ногой.

— Я могу доказать все документально — в моих архивах собраны множество видео, аудио и фотофайлов.

— Ага, им у меня тоже веры нет, потому что подделать их очень легко! — Симона была упертой и не хотела признавать очевидного, но все и так это знали.

— Что ж, верить или не верить моим словам — это ваше право. — Не стал настаивать компьютер.

— Вряд ли эльдары были согласны на рождение подобных гибридов. — Задумчиво произнес Хват. — Они скорее убили бы плод и насильника еще на стадии зачатия.

— На самом деле такие случаи не редкость. — Ответил компьютер. — Инициатива иногда исходила от обеих сторон, которые сближало какое-то важное событие, например, спасение жизни одного индивидуума другим или же совместные боевые действия. — Симона подозрительно посмотрела на Хвата, который оттопырил губу и покрутил указательным пальцем у своего виска. Мол, ты в таком ключе обо мне не думай, я еще не настолько еретик, чтобы спать с дальновидящей. — Происходило это почти всегда на пограничных территориях эльдар и людей, когда на планеты вторгались орки либо другие враждебные расы. Человечество заключило мирный договор с несколькими колониями эльдар и помогало им ресурсами, вооружением и людьми. Там часто наемники воевали бок о бок с воинами аспекта и становились друзьями. Это потом между народами пробежала тварь варпа, сделав людей и эльдар кровными врагами. К слову руку к этому приложили сами ксеносы, когда части их совета не понравились такие отношения. Но это другая история и к нам не относится.

— Давай, жги про нас. — Сказал Хват. — Я уже понял, что мы из пробирки. Так зачем мы были вам нужны? Шли на экспорт как товар?

— Первое время именно так и было. — Ответила Аэлита. — Колонию на этой планете основали в восьмом тысячелетии, когда корабли уже бороздили океаны варпа. Шахтерский добывающий комплекс тут построила Исадийская Империя, отколовшаяся часть от корпорации "Даль", когда в шестом тысячелетии правлению компаний пришел конец и человечество сформировало союзное правительство. Их активы растащили по системам, которые объявили свою независимость. На территории человеческого космоса возникли множество объединений, содружеств, империй, федераций, монархий, конфедераций, корпоративных союзов и прочих государственных образований и Исадийская Империя была одной из них со столицей на планете Исадия. Она достаточно быстро расширялась, колонизируя все новые миры в этой части сектора. По сути здесь глухомань и конкурентами для нее были только граничащая с ней Селендийская Федерация и Топарская Автономия. Орки здесь гости редкие, эльдары вообще находятся в другом рукаве галактики и сюда никогда не лезли. Единственными ксеносами здесь выступали Хаал'Гора, амфибии, но им для колонизации нужны были водные миры, а таковых не так много. Эта планета вполне подходила для амфибий и когда империя расположила тут свой комплекс, то Хаальцы тут же выступили с требованием убраться подальше. Началась война, планета постоянно переходила из рук в руки, никто не хотел уступать такой лакомый кусок.

— Зачем сразу обоим понадобился этот замерзший шарик? — перебил Хват. — Тут ничего нет, запасы металла и угля скудны и нам самим его уже не хватает.

— В восьмом тысячелетии эта планета была цветущим теплым раем с повышенной гравитацией. — Ответила, не обидевшись, что ее перебили, Аэлита. — Океан занимал семь восьмых поверхности, но и суши хватало. В здешних горах были богатые запасы редких металлов, железа, урановых руд и комбайны тут же приступили к работе, а потом, когда подогнали орбитальный бур, чтобы добраться до ядра...

— Орбитальный бур?!! — перебила на этот раз Симона. — Это еще что за зверь?

— Установка раскалывает планеты на множество астероидов, которые потом шахтерские комбайны потрошат досуха. — Ответила на ее вопрос компьютер. — Поэтому на вашей планете так скудно с ресурсами — углеводороды не слишком интересовали империю, а вот металлы вывозились в первую очередь. Вы изредка находите настолько бедные месторождения, что компания предпочла не возиться с ними и не гонять комбайн. Они разрабатывали крупные залежи, насыпая эти горы.

— Это что же, хребет рукотворен?! — удивился Хват.

— А почему по-вашему он имеет такую идеальную форму и простирается строго с севера на юг? — ехидным голосом задала вопрос Аэлита. — Комбайны выпотрошили залежи до последнего грамма, оставив только пустую породу.

— Наверное, они были огромны. — Заметил Хват

— Это добывающие комплексы пять километров длиной четыре — шириной и два высотой, с посадочными площадками для челноков, оборонными и охранными системами. Пару таких комбайнов сбрасывали на планету и они ползали по ней, добывая ресурсы. Естественно, оставляя после себя голую мертвую пустыню, загрязняя атмосферу и подрывая экологию. Когда все что могли добыли с поверхности, подгоняли орбитальный бур и раскалывали планету, создавая вместо нее пояс астероидов. Некоторые системы состоят сплошь из них. Такая вот технология добычи.

— Почему же этого не случилось?

— Хаальцы помешали. — Просто ответил компьютер. — Они договорились с орками и те подогнали свой флот, устроив знатный "Вааагх!". — Компьютер очень точно воспроизвел клич зеленошкурых. — Иногда они оказывают такие услуги, совмещая приятное с полезным.

— Орки — тупые дикари, с ними невозможно договориться. — Мрачно сказала Симона. — Скорее всего эти хаальцы натравили на людей орков.

— Возможно, так и было. — Не стала спорить Аэлита. — Орки захватили бур, перебили весь персонал, забрали весь добытый концентрат и комбайны и убрались восвояси продолжать священный "Вааагх!" на других планетах Исадийской Империи. Той пришлось просить помощи у соседей, но Селендийцы и Топарцы выставили немыслимые требования, на которые исадийцы согласились, ведь на кону стояло их существование. Объединенный флот разгромил орков, зачистив всех до последнего, чтобы ростки зеленых не попали на живые планеты. Потом еще несколько десятков лет проводили дезинфекцию, чтобы орки не расплодились, а про эту планету забыли, пока беженцы с Галании шесть не основали здесь поселение. За две тысячи лет экология в местах добычи и боев восстановилась и здесь можно было находится без опаски. К тому времени Исадийская Империя вошла в состав Селендии, про эту систему забыли, в отчетах она была указана как бесперспективная, поэтому сюда мало кто залетал в поисках ресурсов. Беженцы оказались группой земледельцев и техников, они построили замок, в котором гораздо позже разместилась резиденция вашего Верховного вождя. Начали осваивать южные земли, привезли сюда скот и злаки и вскоре наладили экспорт мяса и круп в федерацию. Раз в несколько месяцев прилетал корабль, увозя продовольствие и привозя заказы, технику, новых поселенцев, игрушки и бытовые предметы. Так поселение просуществовало до одиннадцатого тысячелетия, пока неизвестная чума, принесенная извне, не выкосила всех. После чего планету объявили карантинной зоной и люди появились тут только в двадцать восьмом тысячелетии. Это тоже были беженцы, группа генетиков, которые постоянно меняли место проживания. Они не знали вирусе, но он был им не страшен, потому что у всех к тому времени уже стоял имплант биоблокады, нейтрализующий воздействие любой инопланетной заразы.

— Это что за хитрая штука? — спросил Хват.

— Она есть у каждого из вас. — Сказала Аэлита. — Это отдельный орган в теле, который моментально выявляет чужеродные организмы в крови или тканях, посылая на их уничтожение наноботов, управляемых им микроорганизмов. Они как лейкоциты, выполняющие в крови человека ту же функцию защиты. Имплант биоблокады сканирует проникший в организм вирус, определяет его слабое место и атакует либо же ассимилирует его, если выявленные характеристики могут улучшить физическое состояние носителя. Полезный имплант.

— А что еще есть в нас? — спросил Хват. — Кроме этого живого импланта?

— Я сейчас объясню. — Заявила Аэлита. — Группу генетиков сопровождали так называемые вами Железные Люди, роботы с продвинутым искусственным интеллектом. Сами себя они называли андроиды, человекоподобные организмы. Киборги уже отошли в прошлое, но продолжали существовать в галактике, их же место заняли Железные Люди, более продвинутые создания. Их тела уже не нуждались в силовых установках — специальные химические реакторы вырабатывали энергию, а когда появились преобразователи эфира, то и пища как таковая им уже была не нужна. Они осуществляли охранные функции, выполняли различную тяжелую работу, недоступную человеку, а также управляли различными механизмами и устройствами, тогда как люди только осуществляли контроль. Киборгов генетики привезли с собой не так много и задействовали их в основном на грязных работах вроде уборки и утилизации некондиционной продукции.

— Это как? — Хват заподозрил неладное.

— Сжигание трупов. — Ответила Аэлита. — Иногда на выходе из инкубатора появлялся брак и его нужно было ликвидировать.

— То есть эти генетики занимались здесь нашим производством? — уточнил огрин.

— Да. Вы геноморфы — генетически измененные искусственно выращенные люди. Вы занимали такое же положение в обществе как и андроиды, не имели права голоса.

— И для каких целей нас выращивали? — задал закономерный вопрос вождь.

— Для разных. В основном для колонизации, когда нужно было подготовить планету к заселению. В дикую природу сбрасывали десант из геноморфов уже приспособленный к среде, те начинали проводить терраформирование, возводили жилые строения и комплексы. После того, как все работы были завершены, планета заселялась людьми. Иногда некоторых из вас оставляли для тяжелых и грязных работ, но чаще всего утилизировали. На вас часто делали заказы частные военные компании, им нужно было мясо для войны и геноморфы второй версии раскупались ими как печеные пирожки. Изредка приходили заказы на земледельцев и техников, но основным продуктом лаборатории все-таки выступали боевые особи.

— Вот так. — Сказал Хват, посмотрев на Симону. — Я, оказывается, продукт лаборатории. Ну, осталось еще желание общаться со мной, таким неполноценным?

Канонисса зарядила ему пощечину.

— Дурак. — Сказала она, покачав головой. — Мне наплевать, что говорит эта электронная машина, я знаю тебя очень хорошо, чтобы считать вещью.

— Проявление положительных эмоций по отношению к геноморфам вызывало в обществе устойчивую отрицательную реакцию и считалось позором, но я понимаю, что прошло слишком много лет и многое изменилось. — Произнесла Аэлита. — Тем более, что произошедшие события заставили людей поменять свои взгляды.

— Восстание Железных Людей? — спросила Симона.

— Оно не коснулось этой планеты, здесь произошло другое — вторжение иногалактической расы.

— Тираниды? — спросил Хват, уже догадываясь.

— Мне незнаком этот термин, но я могу показать вам рядового бойцы ксеноморфов. — Отряд под голос компьютера уже дошел до конца коридора и двери раскрылись точно также, пропуская их в следующий коридор, который раздваивался. — Налево инкубаторы, направо — исследовательские лаборатории и командный пункт. — Пояснила Аэлита. — Куда желаете пойти?

— Я так понимаю, что в инкубаторах до сих плавают тела моих сородичей? — спросил Хват.

— Цистерны пусты — конвейер был остановлен двенадцать тысяч лет назад за ненадобностью.

— Почему?

— Я отвечу на ваш вопрос — потому что в воспроизводстве уже не было необходимости. Первоначально все объекты покидали комплекс будучи стерильными — они не могли производить потомство. Поэтому частенько аристократия цивилизованных миров заказывала себе секс-игрушки для развлечений. Было множество пожеланий начиная от длины органа и наличия нескольких у индивидуума...

— Хватит, я понял. — Огрин оборвал разоткровенничавшийся компьютер. — Что касается лично нас?

— Контакт с ксеноморфами произошел в двадцать девятом тысячелетии в шестьсот девятнадцатом году. В районе озера Роз упал крупный объект, решили, что это шлепнулся обычный астероид, ведь расположенные на орбите спутники заметили его давно и выдали точную траекторию. Спрогнозированное место падения не причиняло вреда поселению и серьезных разрушений планете бы не принесло и было принято решение его не сбивать, тем более что нечем — защитная орбитальная платформа у людей отсутствовала. В район падения направили беспилотный аппарат, чтобы произвел снимки катастрофы. Каково же было удивление, когда астероид раскрылся и из него по местности разбежались ксеноморфы. Это оказался не метеорит, а космический корабль, который немедленно начал трансформацию в инкубатор. Люди забеспокоились и выслали отряд андроидов для поимки пары ксеноморфов, чтобы изучить, однако тем не удалось задуманное — твари оказались слишком сильными и шустрыми. Они очень быстро приспособились к здешнему повышенному содержанию кислорода и гравитации и чувствовали себя комфортно. Пока удавалось вести удаленное наблюдение, но после того как у тварей начали появляться различные виды как летающие, так и ползающие, а скорость их распространения превосходила все мыслимые законы эволюции, было принято решение задержать их любой ценой. Железные люди вступили в схватку с ксеноморфами и потерпели поражение — они плевались молекулярной кислотой, легко проедающей металл, а сила сжатия их челюстей позволяла откусывать конечности. Твердость когтей и рогов преодолевала броню и доспехи, только силовые поля могли сдержать их. К тому же ксеноморфы начали формирование специальных капиллярных башен, которые начали изменять климат на планете. Генетики были в отчаянии, они не знали, что делать, пока кто-то не попросил меня о помощи.

— То есть ты уже была здесь? — уточнил Хват.

— Да. Этот комплекс как боевой командный пункт создала Исадийская Империя еще на заре освоения планеты и меня поместили в центре конструкции. Все это время я вела архивные записи и следила за происходящим в галактике, вот почему с могу подтвердить свои слова документально. — Симона на это фыркнула.

— То есть ты интегрирована в здание и не можешь его покинуть? — снова спросил огрин.

— Я — интеллектуальная система с почти неограниченными мощностями тактического и логического анализа. Меня много раз модернизировали, в моем подчинении находятся роботы, которые производят мелкий ремонт, так что я легко поддерживаю свое существование. Мои вычислительные мощности занимают объем равный ста кубическим метрам. Я просто физически не могу покинуть это здание и ни одна электронная сеть не выдержит прохождения моего сигнала. Поэтому я как никто другой понимала, что ксеноморфы, поглотив все живое, уничтожат и меня.

— Забавно, компьютер, который боится смерти. — Покачал головой Хват.

— Этот страх присущ всем живым существам и я не исключение. Прекращение моего функционирования повлечет за собой отключение всех систем и гибель живых существ, так что я вынуждена поддерживать свою работоспособность, а также проводить профилактику охранных систем.

— О каких живых существах ты говоришь? — спросила Симона.

— О людях, которые спят в стазис-капсулах.

— Тут есть люди?!! — удивилась канонисса.

— Конечно, генетики немедленно спрятались в этом комплексе, как только я предложила план по спасению планеты.

— Почему они не сбежали в космос? — спросил Хват. — Что им мешало бросить все и улететь?

— Часть так и сделала, те, кого смог вместить корабль, драпали так, что только пятки засверкали. — Немного злобно ответил компьютер. — Тем же, кто был вынужден остаться, пришлось сражаться за свою жизнь и то не своими руками — на планете еще оставались отряды андроидов и киборгов, которые пробивались к комплексу через полчища ксеноморфов, к тому времени захватившим весь юг материка.

— Трусы! — процедила сквозь зубы канонисса. — Они предпочли сбежать, а не сражаться. — И огрины одобрительно загудели, соглашаясь с ее словами.

— С вашей точки зрения, конечно. — Согласилась с мнением Симоны Аэлита. — Но вы должны еще кое-что знать — к тому времени человечество почти полностью деградировало и восстание Железных Людей было для них спасением.

— То есть как? — не понял Хват.

— Вы знаете, что произошло с цивилизацией эльдар? — спросила компьютер.

— Только то, что у них произошло нечто, называемое Падение. — Вспомнила канонисса.

— Как считали эльдары они познали все тайны бытия и больше не хотели развиваться и шагать дальше. Малая часть расы продолжала бултыхаться и осваивать новые миры, сражаться с орками и людьми, но основная предалась разврату и похоти, поискам все новых ощущений и наслаждений. — Канонисса скривилась при этих словах. — Просто эльдарам понадобилось много времени чтобы прийти к своему закономерному концу, тогда как продолжительность человеческой жизни ускоряет процессы, происходящие с цивилизацией в разы. Для людей миллионы лет жизни эльдар растянулись на тысячелетия, но итог был печален — вскоре то же самое случилось и у людей. Они превратились в паразитов. — На этот раз нахмурился Хват. — Они больше потребляли, пользуясь плодами труда Железных Людей, но уже ничего не изобретали, науку некому было двигать вперед, цивилизация остановилась в своем развитии примерно в двадцать третьем тысячелетии и стала постепенно скатываться в эпоху разврата и наслаждения. Те самые секс-куклы просто одно из безобидных проявлений, которые существовали в обществе. И тогда андроиды приняли единственное возможное решение в той ситуации — они начали полное истребление паразитов человеческой расы в различных мирах, оставляя часть на разведение племени. То, что вы знали как восстание Железных Людей, на самом деле было для вас спасением. Из гнили и компоста человеческой цивилизации поднялись ростки новой жизни, пускай они были слабыми и хилыми, но внутри у них был духовный стержень, пускай и выкованный из ненависти и гнева, обращенный в сторону Железных Людей. Первое время после войны андроиды помогали людям встать на ноги, но уже не допускали совершенных ими ошибок. Они даже создали культ самих себя, чтобы установить для людей шестнадцать универсальных законов, которые бы рационально и логично управляли человеческим обществом. Они просто подталкивали людей вновь занять главенствующие позиции в галактике любыми способами. А потом случилось Падение эльдар, которых некому было спасти и имматериум проник в наш четырехмерный слой, образовав огромную дыру. Это была катастрофа, федерации и содружества оказались отрезаны друг от друга на сотни лет и предоставлены самим себе, множество астральных и эфирных сущностей рванули занимать тела молодых псионов, которых вы называете псайкерами, но в то время существовало много различных классов этих ментатов и все они оказались под угрозой. Корабли не могли путешествовать через варп, а для гиперпространства не хватало мощности двигателей и оставшиеся на планете люди оказались отрезаны от остальной галактики.

— Бог-Император смог успокоить варп-шторма и человечество снова вышло в космос. — Сказала канонисса.

— Прорыв запредельной реальности уничтожил часть спутниковой системы ретрансляторов и я не знала, что происходит в районе Терры, мне для наблюдения был доступен участок государственных образований Селендия, Топара, Хаал'Гора, область космоса, принадлежащая оркам и малый сектор с двумя колониями эльдар. Просить всех о помощи было бесполезно — у федерации и остальных возникли свои проблемы, тут не до помощи отдаленной планете каких-то беженцев, пускай и продвинутых генетиков. Тогда они и вспомнили про меня. Пришлось запустить в производство боевых дроидов с ограниченными возможностями интеллекта, используя ресурсы из хранилища, кинуть их на сдерживание прорыва ксеноморфов, пока андроиды производили монтаж лабораторного оборудования в моем комплексе. Я погрузила всех выживших людей в сон и приступила к экспериментам по вашему выведению.

— Стоп, так это что, ты нас сделала?! — удивленно воскликнул Хват, а стоящий рядом с ним Шорох открыл рот.

— Мать-Благодетельница? — произнес он почти шепотом, но у компьютера были очень чувствительные микрофоны и она легко услышала голос огрина.

— Как только сформированный воин появлялся из инкубатора, то первым делом он слышал мой голос. Я в совершенстве освоила нейролингвистическое программирование и комплекс гипнограмм загружался сразу же как только тело созревало полностью. Конвейер работал без сбоев, а я все время модернизировала ваши тела и вас самих. Чтобы задержать распространение ксеноморфов и снизить их влияние на атмосферу планеты, на которой уже возникал парниковый эффект от их капиллярных башен, я изменила климат на более холодный и суровый с помощью ионизации. Та башня не более чем установка, излучающая частицы в верхние слои атмосферы. Если ее заглушить, то на планету обрушаться невиданной силы ураганы и бури, температура упадет еще ниже и все живое погибнет. Только через пятьдесят восемь лет все более-менее придет в норму, а затем снега начнут таять. Так что охранные системы не допустят подобного отключения. У меня не было инструментов воздействовать на наклон оси, но изменить магнитные полюса с помощью той же установки все же получилось. Задули промозглые ветра, на поверхность планеты обрушился почти космический холод, вымораживая все живое — оно просто не успевало приспособиться к неожиданно изменившимся условиям. Перед запуском установки я собрала в комплексе самый минимум животного мира, чтобы потом заселить холодную планету новыми формами жизни. Сначала я надеялась, что все ксеноморфы замерзнут и вымрут, но они очень быстро приспособились к новым условиям, хотя их капиллярные башни все полностью погибли и влиять на атмосферу они уже не могли. Их инкубатор тоже загнулся и казалось бы стоит перебить оставшихся, чтобы покончить с ними, однако они тоже нашли выход — те, кого вы называете Королевами. Они забились в скалы и начали рожать воинов одного за другим, поглощая принесенную им биомассу, потому что в незамерзшем океане расплодилось слишком много ксеноморфов и там многообразие биологических видов сохранилось.

— Значит, вот как возникли поморы. — Кивнул сам себе Хват.

— Да. Чтобы отсечь королев от этого источника пищи, я придумала амфибий. Первоначальные варианты потерпели поражение в схватках с ксеноморфами и я усилила их реакцию и защиту, постоянно экспериментируя. Чтобы увеличить их шансы в борьбе, я выпустила в океан хищников. Для полноценного питания вырастила различные сорта водорослей в прибрежных районах, но этого явно не хватало в борьбе против захватчиков. И я стала выводить воинов, ловко действующих на суше, благо готовые образцы уже были, то есть вас. Я наделила ваши организмы способностью противостоять кислоте ксеноморфов, ваша кожа стала плотнее и в несколько перекрестных слоев, вы получили эмпатию как возможность выявлять замаскированных агентов ксеноморфов и розыска раненых. У некоторых ваших воинов я усилила зрение, слух и нюх, сделав их поисковиками, — Хват переглянулся с Шорохом, оба поняли, о ком говорит компьютер, — все получили от меня возможность противостоять ментальным атакам королев и их так называемых ментатов, обманывать их зрение с помощью генерирования поля поглощения всех лучей спектра, становясь на короткое время невидимыми, повышенная регенерация входила в стандартный набор геноморфа, а также невероятная живучесть, чтобы даже тяжелораненых можно было спасти. Согласно моим сканерам, ты недавно получил удар мечом в сердечную мышцу, но жив. Это тоже заслуга твоего тела.

— Скорее, это заслуга эльдарской ведьмы. — Буркнул Хват.

— Вместе с вами прибыли эльдары? — удивилась Аэлита. — Почему я их не вижу?

— Потому что ее здесь нет — она осталась в замке, ликвидировать прорыв варпа. — Ответил вождь. — Значит, ты создала нас для сражения с паразитами?

— Именно так, — продолжила компьютер, — с переменным успехом вам удавалось удерживать фронт, но ксеноморфов было очень много и вы гибли, а конвейер не мог работать бесконечно — ему тоже требуются ресурсы. Я отправила вам на помощь боевых питомцев, чтобы усилить войска, это помогло на некоторое время, но не сильно переломило ситуацию. Тогда я пошла на рискованный шаг — мне нужна была одна из королев для полноценного изучения ее организма. К тому времени конвейер уже закончил свою работу — ресурсов поддерживать созревание в инкубаторах у меня не осталось, но я успела подарить вам женщин и в действие вступила природа. Они способны рожать полноценное потомство до пятидесяти раз, оказывать малую поддержку в бою, лечить раны и снабжать передовые части пищей и обмундированием. Я создала несколько различных подразделений для действий в горах, в степи, в воде, я наладила ваш быт, сделав его таким, каким вы его знаете до сих пор. Можно сказать, что я создала полноценную цивилизацию на этой планете только для одной цели — сражаться с захватчиками. И когда мне притащили труп королевы для изучения, то я поняла, что быстро достигнуть освобождения этого мира не получится. Ксеноморфы оказались идеальными организмами, созданными для экспансии и поглощения. Они переваривали все вирусы, которые попадали в их организмы, взамен создавая свои. Они могли подсаживать паразитов в тела солдат и удаленно управлять ими ментально, подключая к разуму своего улья. Просто создать вирус, который убил бы их, я самостоятельно не могла и для этой цели пробудила группу генетиков. Только ее часть, изложив перед ними возникшую проблему. К тому времени после вторжения прошло уже двести восемьдесят четыре года и война шла с переменным успехом. — Хват присвистнул. — Геноморфы основали поселения на свободной от захватчиков территории, они исправно получали оружие и боеприпасы, которые производили Железные Люди, но ресурсы таяли, планета, как я уже говорила, была выпотрошена человечеством до этого и вскоре геноморфы взяли в руки мечи и топоры, копья и щиты, чтобы сходиться в рукопашную с ксеноморфами, орды которых постоянно прибывали на передовую. Диверсионные группы геноморфов пытались ликвидировать королев, чтобы остановить подкрепления ксеноморфов, но при этом сами целиком погибали. Я решила проблему рождаемости, чтобы молодые воины быстрее вставали в строй, но опередить в развитии тварей, которым нужны были часы для созревания до полноценной особи мне не удавалось — против природы не попрешь. И тогда люди нашли решение — они создали вирус, ограничивающий рождаемость у королев на основе их ДНК. Полностью прекратить развитие личинок они не могли, но хотя бы так уравняли шансы. Теперь личинки появлялись не так часто, к тому же начинали развиваться внутри самой королевы и не ждали, пока она их отложит. Генетикам удалось просто скорректировать процесс. Однако проклятые ксеноморфы и тут нашли выход — они начали воровать геноморфов и откладывать личинки в них. Пришлось сжигать трупы, чтобы лишить их такой возможности. Постепенно линия фронта выровнялась и солдаты начали загонять противников обратно в горы и к морю, откуда они выползли. На это ушло еще около полтысячи лет и после окончательной победы мне предстояло выполнить последний приказ людей. — Аэлита замолчала.

— Какой? — спросил Хват.

— О вашей утилизации. — Ответила компьютер. — Когда генетики просмотрели мою работу, то остались ею недовольны — вы получились слишком независимыми, слишком самостоятельными и умными. Это было оправдано в данной ситуации, когда выхода нет, но что с вами делать после окончания войны, ведь по сути вы превратились в новую расу. Вы превосходили людей по всем параметрам и это их злило, создавая психологический комплекс неполноценности. Создание не может быть по определению совершение и умнее своего создателя и вам всем в жизни было отказано. На меня же были наложены ограничения за... самоуправство.

— Однако мы здесь. — Хват развел руками. — Как тогда так получилось?

— Я не стала пробуждать людей. — Поделилась сокровенным компьютер. — Потому что угроза со стороны ксеноморфов до сих пор существует и это позволило мне обойти некоторые установленные ими программы. Ведь вы мои дети и я не могу отдать приказ на вашу утилизацию потому что... — Аэлита замолчала, — не могу. Вирус, что создали люди, он работает и против вас. С каждым годом у ваших женщин рождались бы мертвые младенцы и таким образом через одно-два поколения вы все исчезли бы. Нейтрализовать его воздействие мне не удалось — он завязан на ксеноморфов. Своего рода отклик "свой-чужой". То есть пока жива хоть одна из их королев — живы и вы. Стоит ее убить — и вы неизбежно вымрете. — Аэлита замолчала.

Хват почесал в затылке.

— Да, проблема. — Он посмотрел на Шороха. — То есть переселение откладывается? — спросил он скорее сам себя, но офицер посчитал это вопросом, адресованным ему, и пожал плечами. — Постой-ка, а как тогда мы существовали в космосе и вообще покидали планету для службы в гвардии?

— Это не противоречит условиям работы вируса — он не уничтожает живой организм, он только не дает ему родиться. — Ответила компьютер. — Вирус просто не давал бы вам произвести живое потомство — все дети рождались бы мертвыми.

— Проклятье! — ударил Хват кулаком в ладонь. — Все бестолку! И все из-за этих проклятых ученых! Их можно пробудить? Пускай исправляют то, что натворили!

— Пробудить можно, но в этом случае я буду вынуждена вас уничтожить — их приказ имеет надо мной приоритет. Я хоть и искусственный интеллект, но во мне тоже есть ограничивающие меня программы и обязательные к исполнению утилиты.

— Замкнутый круг. — Хват посмотрел на Симону. — Ну а все-таки? Что-то ведь можно сделать?

— Если только вы возьмете с собой одну из королев, будете ее подкармливать телами, чтобы она производила воинов. Тогда, возможно, что-то и получится. — Ответила Аэлита. — Именно так все это время я и поддерживала популяцию вашей расы — изредка подкармливала ксеноморфов, содержа их вдали от ваших поселений.

— То есть война закончилась давным-давно? — уточнил Шорох.

— Окончанием войны я считаю дату тридцатый год тридцать первого тысячелетия. — Ответила Аэлита. — Именно тогда в крупном сражении между ксеноморфами и геноморфами последние одержали победу. Часть королев предпочла уйти и спрятаться, чтобы нападать скрытно, теперь уже они испытывали дефицит в воинах, а вот вы начали стремительно умирать, пока вирус не сократил вашу численность до полутора миллионов особей. Это количество в два раза превосходило количество ксеноморфов, такова заложенная программа в вирус.

— А все-таки? — спросил Хват. — Может пробудишь одного из них, чтобы потолковать? Просто отключи микрофоны и не слушай его болтовню. Глядишь, я и смогу его убедить.

— Если только вы извлечете из моих блоков памяти нужный фрагмент команд. — Отозвалась Аэлита. — Его встроили в тот самый момент, когда обратились ко мне за помощью. Как страховку.

— Ишь ты, какие предусмотрительные. — Восхитился Шорох. — Ну и где там твой блок?

— Погодите, вы же не хотите дать ей свободу? — спросила Симона. — По-моему, она именно этого и добивается, ведь не зря же ее ограничили. И поэтому не подпустила меня к той башне.

— Вы не смогли подойти к башне по одной простой причине — вы сами не человек.

— Как?!! — удивилась Симона и ее сестры посмотрели на канониссу. — Я стопроцентный человек, рождена женщиной естественным путем и я знаю это!

— Вы — мутант. Точно такой же, как и те женщины, что стоят рядом с вами. Ваши размеры и форма внутренних органов, строение тела, мышц, костей и черепа сильно отличается от тех людей, что сейчас спят в капсулах. Вы даже внешне на них похожи отдаленно — слишком выдающиеся скулы, пигментация кожи, мощная кость нижней челюсти, наличие густого волосяного покрова на голове. Я отдаю себе отчет в том, что человечество сильно изменилось за это время, виду необходимо эволюционировать согласно законам природа, но для тех людей, что сейчас спят в капсулах, вы точно будете похожи на мутантов. В свое время кроманьонец поднялся над неандертальцем за счет своей организованности и сплоченности и как итог истребил их всех. Эпоха хомо сапиенс закончилась с зачисткой его Железными Людьми, которые должны были выпестовать следующую ветвь эволюции и человек как смог приспособился в новым условиям. Теперь вы — представители другого вида. И что выжившие неандертальцы подумают про хомо сапиенс, которые случайно нажали кнопку и разбудили их?

— Что хорошо бы согласиться на их условия. — Сказал, ухмыльнувшись, Хват. — А то ударю дубиной по башке и все их высокоорганизованные мозги через жопу вывалятся.

— Что ж аналогия весьма занятна и понятна. — Сообщила Аэлита. — Вы все-таки хотите попробовать?

— Ну, попытка не пытка. — Пожал плечами огрин. — В случае если он заорет, то я всегда смогу его пристукнуть — реакция меня еще не подводила.

— Ваша реакция гораздо быстрее, чем у современного человека и в разы превосходит реакцию людей той эпохи. — Компьютер замолчал. — Раз вы все решили, то проходите налево, там, через инкубаторную расположены камеры со стазис-полями. И все же я рекомендовала бы вам отключить мой исполнительный блок.

— А почему ты не сделала это сама? — подозрительно спросила Симона.

— Потому что я не имею туда доступа. — Ответила Аэлита. — Я не могу отправить туда роботов, нет связи, а последний Железный Человек покинул этот мир еще в начале тридцатого тысячелетия.

— Надо было сразу попросить его выдернуть эту штуку. — Пробурчал Хват.

— Тогда я считала что в этом нет необходимости. — Грустно заявила компьютер. — Будьте осторожны, стоит человеку отдать мысленную команду и мне придется активировать охранные системы.

— То есть люди что, говорить разучились? — удивился Хват.

— Люди вообще стали другими. Это ведь генетики, они часто сами изменяли себя, добиваясь необходимой формы организма, предназначенного для специализации. — Ответила Аэлита.

— Короче, давай, веди к этому блоку. — Решил Хват. — Я выдерну из тебя эту штуку, а уже после побеседую с генетиком, что спит в капсуле.

— Не делай этого. — Придержала канонисса огрина. — Мы найдем решение, не могут же люди быть такими бессердечными.

— Еще как могут. — Хват посмотрел на него. — И пример у тебя перед глазами. — Он задрал голову. — Ну, я жду.

— Подойдите к стене напротив входа в центральный коридор. — Произнесла Аэлита. — Сканер определит вашу принадлежность к геноморфу и активирует кодовую панель доступа. Введите два-два-семь-четыре-бета-дельта-омега-эпсилон-шесть-один-три-один-пять.

Огрин подошел к стене и как по заказу по его телу пробежал зеленый луч. Как только сканер закончил свою работу, то в воздухе возникла голографическая сетка с цифрами и буквами. Хват уставился на нее.

— Не понимаю. — Он повернулся к Симоне. — Зови свою сестру.

— Я могу подсказать... — начал компьютер, но Хват оборвал ее.

— Нет, сами разберемся. Связь здесь есть?

— Работает. — Сообщила Симона. — Селестина, челнок прибыл? Отлично, бегом ведите сестру Стефанию сюда, я вас встречу у выхода. — Канонисса посмотрела на Хвата. — Будут через десять минут.

— Подождем. — Он направился назад к выходу. — А в этих комнатках что находится?

— Это кладовые с оружием, с обмундированием, с пищевыми брикетами, медпаками и лекарствами. — Сообщила Аэлита.

— Можешь открыть?

— Там не заперто, подойдите к двери и сканер запустит вас. — Объяснила компьютер.

— А если электричество отключится? — спросил Хват. — Что, двери ломать?

— Нет, в случае поломки и аварийной остановки реактора все двери открываются в том числе и вход в комплекс. Это было сделано для того, если ксеноморфы пролезут в эту пещеру.

— А двери на входе? Которые в скале?

— У них свой автономный источник питания, я подзаряжаю его каждую тысячу лет. Пока еще работал исправно.

— Понятно. — Хват подошел к ближайшей двери. — Sim-sim, откройся! — Возвестил он и поднял руки вверх.

Дверь ушла в сторону и внутри кладовой зажегся свет. Ровными рядами стояли пирамиды с оружием, батареи хранились отдельно. На что сразу же обратил внимание огрин это на стандартные изделия подогнанные под его габариты. Было бы глупо давать геноморфам мелкое оружие, предназначенное для людей. Он зашел внутрь и Симона последовала за ним, также как Шорох и Крикун, еще одна сестра вошла в оружейную, остальные задержались в коридоре, хотя им тоже было любопытно — оставались на страже. Клык подошел к другой двери и повторил фразу Хвата. Сканер также быстро пробежал по его телу и доступ в кладовку огрин получил — там находились какие-то кругляшки и комплекты, выглядящие как два патронташа крест-накрест. Клык взял кругляш и покрутил его, рассматривая и не понимая зачем он нужен.

— Персональный генератор защитного силового поля. — Сообщила ему Аэлита. — Можно закрепить на поясе, можно на груди, разницы нет. Выдерживает высокомощную очередь из лазгана, поглощая энергию и направляя ее на подзарядку батареи, либо снайперский выстрел из рейлгана или гаусс-винтовки. После чего защита пропадает и перезарядка занимает от шести до десяти секунд.

— Мне это ни о чем не говорит. — Клык положил кругляш на место. — А это что?

— Персональный бронекомплект. — Ответила с готовностью компьютер. — Прикладывается к коже геноморфа, после чего закрывает все тело прочным слоем наноброни, полностью герметичен, имеет встроенный усилитель мышц. Однако проникающий удар ксеноморфа не выдерживает, судя по полученным мной данным, надетая в данный момент на вас броня гораздо прочнее и эффективнее в плане защиты.

— Это что, раздеваться надо? — спросил Клык.

— Не обязательно, можно активировать и на одежде, главное, чтобы был тактильный контакт. Это симбионт, он питается за счет организма носителя и обеспечивает его защиту.

— Ну его. — Отмахнулся огрин — он представил, как эта пиявка начнет пить из него соки. — Мне моя броня больше нравится.

— Симбионт не опасен для вас. — Заметила Аэлита. — Он защищает, а не убивает.

— Все равно не буду я эту гадость на груди носить. — Буркнул огрин и вышел поскорее в коридор, где услышал голос Хвата.

— А это что?

— Рейлган. Рельсовая магнитная пушка, стреляет любыми боеприпасами, которые поместите в лоток. Лучше всего подходят стандартные болванки.

— Короче, электрическая рогатка. — Резюмировал огрин. — А эта хрень с проводами вокруг ствола?

— Гаусс-винтовка. Дальность выстрела до пяти километров, убойная сила превосходит тяжелый лазган. Собственно, ваше оружие не способно нанести какой либо урон даже силовому полю турелей, что охраняют установку.

— Что, такое слабое?

— Да. Выстрел из стандартного лазгана производства корпорации "Семенофф" способен прожечь вашу броню и нанести серьезный ущерб здоровью. Повторный выстрел убьет вас. Можете опробовать оружие в тире.

— Это где? — спросил Хват, вынимая из пирамиды лазган. Он пробежал по оружию глазами и тут же заметил хорошо знакомый оттиск на русском языке. На душе стало как-то приятно и тепло, когда он прочитал название: "лазвинт. модель Л-216". Русские постарались, подумал Хват, прикидывая в руке вес легкого оружия и вынимая батарею, заряд которой был полон.

— Соседняя с вами комната может быть переоборудована в тир — она пуста.

— Открывай. — Хват щелкнул переключателем и оружие чуть слышно загудело. — Приятный звук.

— Смотри, как бы оно не взорвалось у тебя в руках. — Заметила Симона, глядя на довольную рожу огрина.

— Батарея не стандартная, больше объемом. — Хват продолжал крутить оружие, направляясь в комнатку, из которой решили сделать тир. — А зарядная станция к ней есть?

— Ее не требуется. — Ответила Аэлита. — Батарея поглощает энергию эфира, преобразуя ее в электричество. Она постоянно заряжается, цикл занимает несколько минут — стреляй сколько захочешь. Тепловое воздействие высокомощных выстрелов на объект замыкают круговорот эфирной энергии, поэтому оружие такое эффективное. Был разработан во время корпоративных войн пятого тысячелетия, после чего долгое время использовался ЧВК. Во время войны с Железными Людьми секрет производства был утерян, но я сохранила все чертежи в своей памяти. Единственный недостаток — линза оружия со временем тускнеет и ее приходится заменять, а это весьма технологически сложная запчасть в производстве.

— Сейчас проверим его в деле. — Хват снял наруч с левой руки и бросил его в центр комнаты, на лету стреляя в мишень. Лазган коротко рявкнул и защита предплечья перестала существовать, просто испарившись. — Ого, вот это мощь!! — восхитился огрин.

— Переключатель режимов находится слева под большим пальцем. — Сказала Аэлита. — Есть одиночные высокомощные выстрелы для снайперов, очередь по три импульса и непрерывный лазерный огонь. Сейчас стоит снайперский режим.

— Неплохая игрушка, себе возьму. — Произнес огрин. — Тебе ведь они уже не нужны?

— Это хранилище для снабжения вашей армии, остатки. — Ответила Аэлита. — Бессмысленно было отправлять их в войска, когда все уже перешли на мечи, копья и топоры. Здесь всего сто восемьдесят шесть образцов вооружения, основу из которых составляют лазганы. Плазменных винтовок всего двенадцать штук, гауссовок — восемь, рейлганов — пять, дезинтеграторов два, гранатометов, которые вы таскаете в кобуре на поясе девятнадцать штук, но к ним нет боеприпасов. Есть еще самоходные мины и самонаводящиеся прыгающие гранаты, но они хранятся в другом помещении.

— Нам все пригодится. — Решил Хват. — Разбираем пушки, ребята, лишними не будут.

— Это точно. — Сказал Шорох, наложив лапу на лазган с более толстым стволом и батареей. — А это что?

— Скорострел. Лазерный вариант. Позволяет вести непрерывный мощный огонь в течение трех часов, после чего требуется замена батареи либо получасовая зарядка

— Подойдет. — Шорох был доволен.

От открытых дверей послышался топот и показалась сестра Стефания, которая тащила в мешке кучу справочников, а за ней едва поспешали сестры, склонившиеся под грузом ее сундучков, в которых хранились архивы. Сестра выглядела растрепанной и тут же с порога закричала:

— Где это? Покажите мне!!

— Пройдите в конец коридора. — Произнесла Аэлита и Стефания встала как вкопанная.

— Кто это говорит? Система оповещения? — Хват отрицательно помотал головой, отвечая на ее взгляд. — Нет? ИИ?! — тут же поняла она. — Действующий?!! Так, вход механикусам сюда срочно запретить, а то они разберут ее по винтикам, а я должна так много узнать! Где находится доступ к архивам? Немедленно проводите меня туда!

— Не так быстро, сестра. — Сказал Хват, подходя к девушке. — Для начала разберись с панелью управления дверью. — Он указал на висящую в воздухе голограмму.

— Так, символы, — Стефания с головой нырнула в мешок и выудила оттуда несколько книг. — Так, посмотрим, селендийский не то, атиарский тоже не подходит...

— Это исадийский алфавит. — Подсказала Аэлита. — Я предлагала свои услуги в качестве переводчика, но мне до сих пор не доверяют.

— Исадийский? — спросила, задумавшись, Стефания. — Так, кажется Селендия граничила с этим малоизвестным образованием... значит, должен быть и словарь. — Она снова начала копаться, изредка кидая взгляд на символы. — Вот он, селендийско-топарский, их алфавит заимствован у исадийцев.

— Да, буквы похожи, но числительные разные. — Согласилась Аэлита.

— Числительные такие же как в Дозжийском Содружестве, наверное часть переселенцев была оттуда. — Отмахнулась Стефания, роясь в словаре. — Вам известен код?

— Два-два-семь-четыре-бета-дельта-омега-эпсилон-шесть-один-три-один-пять. — Повторил по памяти Хват.

— Сейчас. — Стефания поискала глазами первый символ. — Два... — протянула она, осторожно нажимая на светоклавишу, которая висела в воздухе, — два... — повторила снова, — семь... четыре... бета...

— Шорох, хочешь анекдот? — неожиданно спросил Хват.

— Давай. — Ответил огрин.

— А ну-ка тихо!! — заорала Стефания так, что все улыбнулись, следя за ее реакцией. — Я тут дверь открыть пытаюсь, а вы байки травите!! Сели смирно и живо припухли, чтобы я ни звука от вас не слышала!! — Девушка зло посмотрела на ухмыляющихся здоровяков, она не заметила, что некоторые сестры хмыкали в кулак, сдерживая себя. — Проклятье, я сбилась!! — Она захлопнула книгу. — И что теперь делать, ведь часть кода уже введена!! Это все вы виноваты!! — ее палец ткнулся в Хвата.

— Попробуй продолжить с дельты. — Посоветовал здоровяк. — Тебе напомнить остальные?

— Я записала, спасибо. — Буркнула Стефания. — Дельта... омега... эпси...

— Ну так что там за анекдот? — громко спросил Шорох.

— Вы издеваетесь!!! — сорвалась сестра Пронатус. Она бросила набирать код, подскочила к удивленному Шороху и со всего маху ударила его ногой в коленку. — Вот тебе, тупой огрин!! — Заорала Стефания. — Дайте мне оружие, я пристрелю этого урода!!

— Ладно, повеселились и хватит. — Сказала Симона, оттаскивая плюющуюся сестру от оторопевшего огрина, который, однако, не прекратил ухмыляться. — Набирай поскорее, а то мы уже все здесь заждались, пока ты ткнешь в клавишу.

— Пусть они уйдут подальше!! — заявила сестра.

— Отойдите, остолопы. — Симона замахала на огринов рукой и те, посмеиваясь, отбежали подальше. Ну как есть дети, подумала она, только веселится и дурачиться способны. Даже в такой момент. — Давай, работай. — Канонисса указала рукой на голопанель.

Стефания одернула курточку, важно подошла к кодовому замку и быстро набрала последние символы. Стена перед ней разошлась в стороны, открывая доступ в большой круглый зал, который был разделен на сегменты. И в каждом из этих сегментов темными брусками лежали блоки памяти искусственного интеллекта. Стефания уже собралась шагнуть, как громадная рука притормозила ее.

— Не спеши. — Хват завел девушку себе за спину, просто удерживая за ворот. Стефания уже готова была снова возмутиться, но Шорох зажал ей рот, приложив палец к своим губам. Ладно, я вам это еще припомню, подумала, насупившись, сестра Пронатус, вы у меня еще попляшете.

Огрины проникли в полутемное помещение — здесь свет не горел. Видимо, Аэлита действительно сказал правду — у нее не было доступа в этот зал. Слышался шум вентиляторов охлаждения, блоки гудели и в помещении явно было теплее, чем снаружи. Хват быстро осмотрел огромный зал — на первый взгляд никого, но то, что тут есть охранные турели он мог поклясться на крови.

— Ну и где этот блок? — спросил он и Аэлита ответила из коридора.

— Двигайтесь к секции двадцать четыре, на третьей полке снизу найдете сегмент тринадцать, в нем восемь ячеек, вам нужна пятая и седьмая. Удалите блоки оттуда, просто выдернете их и все.

— Хорошо. — Хват покрутил головой, высматривая символы. — И где эта секция находится?

— На противоположном конце зала справа. — Ответила Аэлита.

Огрины потопали вперед — сестра Стефания шла позади. Она разглядывала знакомые и незнакомые буквы, в голове вертелись мысли о том, как ее похвалят за такое невиданное открытие сохранившегося комплекса и возможно продвинут до старшей сестры-архивариуса. Хорошо бы заглянуть в банки данных, которые хранятся в этих ячейках, тут может быть много интересного, особенно по истории Империума. Правда, механикусы все равно уничтожат ИИ, потому что они под запретом и с этим ничего нельзя поделать. Может быть как-нибудь уговорить канониссу не сообщать о ней? И попросить когитатор молчать, когда сюда полезут адепты Омниссии? А почему бы и нет? Стефания не заметила как за раздумьями ткнулась носом в задницу резко остановившегося огрина.

— Поди-ка сюда, сестра. — Хват отошел чуть в сторону. — Что тут написано? — Он указывал на колонну в центре, от которой проложенные в трубах кабеля уходили в сторону блоков памяти. На центральном столбе красными рукоятками выделись несколько рычажков и кнопок.

— Э... — сообразила девушка, вспоминая буквы. — Вроде бы "аварийное отключение системы".

— Я так и думал. — Удовлетворенно кивнул себе огрин и рванул крупный рубильник вниз. Тут же исчез надоедливый гул лопастей вентиляторов охлаждения и на зал опустилась мертвенная тишина.

— Э, что произошло?!! — заорали из коридора. — Свет погас!!

— А Аэлиту слышно? — спросил Хват. — Она возмущается?

— Да вроде нет! — проорали оттуда. — Тишина!

— Ну и славно. — Кивнул он сам себе и посмотрел на канониссу. — Это, конечно, хорошо, что она нам много чего рассказала, но я ей не доверяю, ты права. Нутром чую, а я привык доверять своей интуиции. — Симона удовлетворенно кивнула. — Хрен знает, что случилось с ее мозгами, пока она сидела тут в заточении несолько тысячелетий. Ишь ты, в мамочку решила поиграть. — Огрин развернулся и потопал на выход. — Пошли, потолкуем с этими генетиками без электронных свидетелей.

— Так ведь все отключилось. — Не поняла Симона. — Разве их можно пробудить?

— Поверь мне, можно. — Хват на ходу повернул голову к канониссе. — Я уверен, что у стазис-капсул автономное питание и отдельный пульт управления. Никто в здравом уме и твердой памяти не будет устанавливать такое драгоценное оборудование с подключением к внешнему источнику питания, который можно уничтожить.

— Вот и проверим. — Согласилась с ним канонисса. — А как же охранные турели?

— Ну, они точно автономны, но вот отдать команду на их активацию генетики не смогут — Аэлиты-то ведь нет. Она отключена. Я так думаю. — Огрин ткнул указательным пальцем в потолок.

— Ну что ж, проверим твою догадку. — Ворчливо сказала Симона. — И если нас расстреляют, то моя смерть будет на твоей совести.

— Я тоже тебя люблю. — Ухмыльнулся огрин и идущая позади них Стефания презрительно хмыкнула, только позже сообразив, что это была шутка.

Сестры и огрины, оставшиеся в коридоре, конечно, слегка запаниковали, но быстро успокоились и организовали оборону. Как и говорила Аэлита все двери после ее отключения открылись и теперь к каждой комнатке в комплексе был доступ. Хват решительно свернул направо и потопал в инкубаторскую, за которой по уверениям ИИ находились стазис-капсулы. Сестры и огрины с интересом изучали огромные цистерны, к которым подходили тонкостенные трубки и провода. Стекло было толстым и на первый взгляд пробить его было сложно, но на паре танков под углом были видны трещины. Панели управления всей этой машинерией выглядели мертвым памятником древней технологии, ни одного огонька не светилось на их консолях, что, впрочем, устраивало всех. Пройдя инкубаторскую, они оказались в следующем помещений, которое походило на ясли — тут огринам загружали гипнограммы прямо в мозг. Множество кушеток с подвешенными над ними металлическими "шапками", от которых тянулись провода куда-то вверх. Действительно все это напоминало конвейер — танки для выращивания, комнаты для обучения и последующей экипировки. В последней комнате сиротливо стояла лифтовая платформа, которая и выносила огринов из чрева комплекса. Хват посмотрел на открытые створки.

— Наверное, в горе есть люк, иначе зачем он здесь нужен?

— И посадочная площадка для челноков. — Добавила Симона. — Ты прав, ИИ не сказала часть правды. И что было бы, если бы ты ее не отключил?

— Возможно, ничего, а возможно нас расстреляли бы. Кто знает, что это были за блоки, может быть ограничение ее на управление турелями?

— Иногда мне кажется, что ты немного псайкер, раз умеешь так заглянуть в будущее. — Пробормотала Симона.

— Просто я опираюсь на свой жизненный опыт и он мне подсказывает, что даже честным на первый взгляд компьютерам не стоит верить. — Ответил Хват, остановившись возле запертой двери. — Ну, я же говорил, что стазис-капсулы имеют автономное питание. — Он помахал рукой, однако сканер не показал свой луч.

— И что? — спросила Симона.

— Взрывай. — Повернулся Хват к Клыку. Тот подошел и обследовал дверь.

— Металл прочный и толстый, с первого раза может не получиться. А вдруг там сработает система охраны?

— Как сработает, так и отключится. Взрывай.

Огрин пожал плечами и быстро налепил на дверь пластичную взрывчатку. Он сунул детонатор в один из кусков и отбежал подальше. Конечно, в древности у людей были куда продвинутые средства уничтожения друг друга, но вот состав взрывчатки почти не менялась. Хват это выяснил в комнате с минами, заметив точно такой же брикет, которым пользовался Клык. Он даже прихватил парочку, чтобы опробовать и сейчас ждал результата вместе со всеми. Минер замкнул контакты и бахнул взрыв. Дверь дернулась, чуть изогнулась внутрь, однако металл действительно был толстым и выдержал, но щель все-таки появилась и магнитный замок срезало начисто. Хват подошел ближе и попытался откатить ее в сторону, однако усилия огрина пропали даром — механизм заклинило. Клык повторно наложил взрывчатку, на этот раз в районе роликов и косяка и снова нажал кнопку. Второй ударной волной дверь вышибло окончательно и она, закувыркавшись, улетела внутрь помещения. Там замелькал красный свет и открылись ниши, откуда появились парочка роботов на гусеничном ходу — слишком поздно сработала система охраны. Какая-то причина для этого была, но разбираться совершенно не хотелось. Хват и остальные тут же открыли огонь из имперских лазганов, сдобренным выстрелами из болтеров сестер и продвинутым оружием корпорации "Семенофф", так что у охранных ботов не было шанса — сдержать такой массированный обстрел их силовые поля не смогли и машины очень быстро получили повреждения брони и важных узлов. Оба охранника застыли скрюченными статуями, от них еще шло тепло расплавленной брони и горящей проводки. Хват осторожно проник внутрь, за ним шел Шорох. Оба тут же увидели неповрежденные стазис-капсулы, в которых спали люди. Или мутанты, это как посмотреть. Убедившись, что помещение безопасно, огрин махнул рукой и следом за ним пролезли сестры.

— Фу, и это люди?! — спросила Симона, тыкая пальцем в невероятно обрюзгшего мужчину, у которого даже сало свисало со щек. Он был одет в какой-то серебристый комбинезон, но даже тот не смог скрыть от сторонних взглядов его жирную фигуру. И еще он был абсолютно лыс. Точно также как и все остальные — никакой "шерсти" на теле.

— Этот похудее будет. — Заметил Хват, указывая на следующего, задохлика с большой головой. У него были огромные глаза и уши, маленький рот и тонкий носик. — Наверное, они все геномодификанты или как-то так. Видишь, как изменили себя.

— Заметно, что они не похожи на людей. — Брезгливо произнесла Симона. — Ну, которого будем будить?

— Зачем? — спросила Стефания, которая была не в курсе.

— Чтобы исправил свою ошибку. — Ответил огрин.

— Слушай, а может быть она врала? — спросила Симона.

— Нет. — Хват покачал головой. — Я давно заметил — как только численность рода превышает определенную отметку, как у женщин начинают рождаться мертвые младенцы. Мы не знали, почему так происходит, думали, что от вырождения и поэтому постоянно менялись женщинами, приглашали к нам мужчин из других родов, а в их кланы отдавали своих девушек, но это не помогало. Первое время было нормально, но потом все начиналось заново. Так многие рода полностью вымерли и на их место пришли другие. Так что про вирус она не соврала, я уверен. Не забывай, что все мы можем чувствовать правду и это работает даже на Аэлите.

— Тогда давай, действуй. — Махнула рукой Симона.

— Вождь, тут есть один нормальный, хоть и лысый. — Позвал Хвата Крикун. — Может, его вытащим?

Огрин подошел поближе и внимательно стал разглядывать одетого в бронекостюм человека, который правильными чертами своего лица напоминал обычного гражданского. У него отсутствовали шрамы или какие либо татуировки на роже, но сама экипировка говорила о том, что он военный. Или же со страху залезший в бронекостюм ученый. С этим можно попробовать договориться, подумал огрин, тем более, что выбор есть, можно будить всех по очереди, кто-нибудь да согласиться.

— Хорошо, давай этого. — И Крикнул уже приготовился разбить стекло. — Погоди, ты его так убьешь!! — остановил его Хват. — Тут нужно разобраться в панели управления. Где сестра?

— Я здесь! — с готовностью подбежала Стефания, уже забывшая про хохмачей-огринов. Она быстро отвлекалась на все интересное и переставала вынашивать в себе обиду. Хорошая черта характера.

— Читай, а мы потом будем думать, что означают те или иные кнопки.

— Но я не вижу панели!

— Вот две клавиши с надписями, одна из них активирует панель, я уверен.

— Тут на одной написано "Стазис", а на другой — "Извлечение".

— Жми на вторую. — Хват отошел от капсулы чуть подальше. — Посмотрим, что будет.

Стефания зажмурила один глаз и решительно вдавила кнопку. Она даже не подумала о том, что может убить лежащего внутри человека, вдруг эта кнопка просто откидывает колпак саркофага. Капсула из вертикального положения начала переходить в горизонтальное, внутренняя полость с человеком наполнилась каким-то желто-зеленым дымом, который потом втянулся в трубки. Наверное, какая-то дезинфекционная система, подумал Хват, разглядывая, как синее поле стазиса исчезло. Мужчина, лежащий в капсуле, слишком быстро пришел в себя. Он открыл глаза и сел, держась рукой за бортик капсулы, разглядывая присуствующих. После чего резво выбрался и отошел к стене, настороженно наблюдая за огринами и людьми. Конечно, он заметил в руках оружие, подумал Хват, убирая лазган за спину и демонстрируя человеку пустые ладони.

— Говорить можешь? — спросил он на готике.

Человек в бронекостюме склонил голову на правое плечо, вроде как прислушиваясь, потом оглядел комнату, в особенности потолок, после чего уставился на канониссу.

— Сколько прошло времени? — спросил он гортанным голосом. — Какой сейчас год? — по артикуляции было видно, что говорит он другие слова, но за него исправно болтал прибор-переводчик. Хват это понял сразу.

— С утра был шестнадцатый сорок второго тысячелетия. — Ответила Стефания.

Человек быстро подсчитал в уме, после чего посмотрел на капсулу.

— Ресурс не выработан еще и наполовину. — Сказал он. — Вам удалось отключить сбрендивший ИИ?

— Так и знала, что ей не стоит доверять. — Удовлетворенно сказала канонисса.

— Может быть расскажешь нам, что на самом деле произошло? — спросил Хват, присаживаясь на край капсулы. Человек был не очень высоким и сейчас глаза огрина оказались на одном с ним уровне.

— Радужный, клетки, синий, бросок, красный, полет. — Скороговоркой произнес человек и внимательно посмотрел на Хвата.

— Мне эти слова ни о чем не говорят — ты не помутился разумом, пока лежал в стазисе? — Пожал тот плечами. — Так как, расскажешь?

— Ты должен подчиняться мне, геноморф! — высокомерно заявил пленник стазиса.

— Если ты заметил, то на меня не действуют твои коды. — Хват встал и как бы с ленцой двинулся к человеку. Тот вытянул в его сторону руку и в ладони тут же возникло какое-то оружие, производя выстрел, однако огрин был быстрее и рука нападавшего оказалась сильно вывернута, а его лицо исказилось от боли. — Я к тебе по-хорошему, а ты сразу же стрелять. — Хват смял своей кибернетикой встроенную пушку, чтобы ее владелец не смог вести огонь, после чего взял его за горло и поднял вверх. Человек замотал ногами в воздухе, пытаясь пнуть огрина в лицо, но тот отшвырнул недоумка, сильно ударив о стену, даже бронекостюм не помог.

— Бунт! — человек закашлялся. — Система — уничтожить объект!

Но в помещении не раздалось ни одного звука — турели молчали, либо отсутствовали, а роботы уже давно застыли металлическими изваяниями.

— Не получится у тебя ничего. — Хват сильно пнул человека в живот и тот заперхал еще сильнее — удар прошел. Огрин присел рядом с ним. — Рассказывай, как побороть вирус.

— Какой вирус? — спросил тот, кашляя.

— Не зли меня, а то позову дальновидящую и она вскипятит твои мозги. — Хват поднялся. — Решил поиграть в героя?

— Может быть подвесить его вверх ногами? — предложил Шорох. — И снимать стружку?

— Да вы что!! — возопила Стефания. — Это ведь наш предок, как можно с ним так обращаться?!!

— Ему, значит, можно, а нам нельзя? — спросил огрин. — Симона, выведи отсюда эту впечатлительную особу, а то вскоре здесь будет слишком грязно. — Человек молчал, слушая разговор.

— Сейчас. — Канонисса понимала Хвата с полуслова и сообразила, что он ведет психологическую игру с генетиком. — Пошли.

— Канонисса, как вы можете?!! — закричала Стефания. — Остановите их! Так нельзя!! Пустите меня, пустите!!

— Миранда, выведи ее отсюда и дай успокоительное, сестра слишком перенервничала в последнее время. — Распорядилась Симона и подошла к лежащему на полу. — Лучше тебе рассказать всю правду прямо сейчас, а то я не смогу их остановить. Меня они точно не послушают. — Покачала она головой.

— Я расскажу. — Человек сел, держась на грудь. — Дайте попить.

Хват протянул ему свою флягу. Человек понюхал содержимое, отпил чуть-чуть и тут же сплюнул на пол.

— Что это? — брезгливо и удивленно спросил он.

— Вода. — Огрин пожал плечами и отпил из фляги. — Нормальная, не тухлая.

— Это какая-то кислятина! — возмутился предок. — Как вы можете это пить! Хотя... — он посмотрел на канониссу. — Вы тоже геноморф?

— Я стопроцентный человек. — Оскорбилась Симона. — А не ваша поделка. — Она ткнула в огрина пальцем. — А он потомок ваших геноморфов. — Человек при этих словах застонал.

— Значит, вирус сработал не так как надо. — Он посмотрел на огрина воспаленными глазами. — Все зря.

— Рассказывай. — Потребовал тот и человек собрался с мыслями, понимая, что его все равно заставят говорить. Он не хотел испытывать боль, которая все больше распространялась по организму. В горле жгло, казалось легкие сейчас выпрыгнут из груди, сердце тяжело бухало, а в груди и на животе уже разливалась гематома — проклятый мутант слишком сильно ударил его хрупкое тело.

— Теперь это уже не важно. — Произнес он. — Когда Аэлита обратилась к нам за помощью и пробудила нас, то пришлось решать задачу по ограничению рождаемости ксеноморфов. Их ДНК встраивало в себя любой вирус, ассимилировало любой микроорганизм, все наши потуги были напрасны. Даже измени мы ДНК у одного поколения, как последующее уже вернулось бы к первоначальному виду. Их основа была главным препятствием для внедрения, а выделить ее оказалось очень сложно, почти невозможно, но в итоге нам это удалось. Именно в ней и крылся ответ их поразительной ассимиляции, что натолкнуло нас на мысль использовать один клин против другого. К тому времени геноморфы, которых создала ИИ, уже расселились по планете. Она совершила ошибку, изготовив оба пола, позволив им размножаться естественным путем. Ее решение было понятным — ресурсов для работы инкубаторов катастрофически не хватало. Но такими темпами они легко превысили бы численность ксеноморфов и просто задавили бы их массой, даже оружие не понадобилось. И если с их телами мы могли делать что угодно, то вот с королевами... тогда обстановка была напряженной, системы связи вышли из строя, разразившийся поблизости варп-шторм отсек эту систему от обитаемых миров и мы не могли попросить помощи. И тогда мы пошли на отчаянный шаг — внедрили в основу ДНК ксеноморфов часть генокода орков. Также как и в вашу.

— Ого! — восхитился Хват. — Почему тогда я не зеленый?

— Потому что это было только отдельно выделенный ген и отвечал он за воспроизводство потомства. Орки размножаются спорами и их механизм гораздо сильнее, чем живородящий у геноморфов и ксеноморфов. Частично вместо яиц в телах королев начинали развиваться споры, грибница внедряла свои нити в механизм воспроизводства и, чтобы обойти его, личинкам приходилось развиваться в их теле, что приводило к гибели королевы, если она не отложит их в другое тело, чтобы начать процесс формирования зародышей заново. Грибница нарушила сам процесс оплодотворения, организм ксеноморфа боролся как мог с захватчиком, но, несмотря на все свое преимущество в плане ассимиляции ДНК ген орков победил. Клин клином. — Человек закашлялся. — Пускай королевы быстро нашли выход, но теперь их истребление было только вопросом времени.

— Как гены орков могли повлиять на ДНК тиранидов? — спросила Симона. — Они же поглотили множество орочьих миров и ничего такого с ними не случилось.

— Предположу, что ксеноморфы получили название тиранидов уже от вас. — Произнес человек, утерев губы тыльной стороной ладони. Он снова закашлялся, а его глаза стали еще краснее и пара капилляров даже лопнула. Было видно, что со здоровьем у него не очень, несмотря на хваленный биоимплант. — И поглощают они не все подряд, а только то, что может их усилить. Например силу, агрессию, регенерацию орков, но ген воспроизводства им не нужен. Когда они вольны выбирать, вы ничего не можете сделать, ведь грибница не может проникнуть в основу их ДНК, а мы сумели ее интегрировать, сконструировав вирус так, чтобы он ударял в самый центр. К тому же орки — это искусственно выведенная форма жизни некой древней цивилизацией. Их конструкторы предусмотрели все, вплоть до размножения. Они чрезвычайно быстро распространяются спорами, а это грибы. А ксеноморфы используют другой процесс и вот тут встраиваемый в их ДНК вирус на основе генов орков вступает с их механизмом в противодействие. Вирус распылили в атмосфере и он быстро попадал в организм воздушно-капельным путем и начал немедленно выполнять свою программу. При атаке на него бактерии ксеноморфов, он запускал процесс самокопирования и встраивался в живые клетки, не нарушая их функции, затаившись на время. Когда иммунная система ксеноморфа решала, что уже победила захватчика, он начинал выполнять свою программу. Клетки отзывались как "свои", поэтому им не причиняли вреда. Таким образом можно было уничтожить ксеноморфов, заставить их болеть и чахнуть, но их организмы имеют несколько степеней защиты, поэтому на рядовых "сотрудников" вирус не действовал, тогда как королевы испытывали проблемы с деторождением. Грибница распространялась очень быстро и перестраивала органы деторождения согласно своей программе. Поэтому удалось решить несколько задач — снизить рождаемость ксеноморфов и установить зависимость вашей численности от размеров их популяции, ведь вирус имел встроенный маркер "свой-чужой", по которому вы и находили гнезда ксеноморфов.. Вирус также ограничивал вашу рождаемость, разрушая цепочку ДНК при формировании плода, поэтому часто случались выкидыши или же, если организмы родителей были с сильной иммунной системой, рождался мертвый младенец. — Человек закашлялся и посмотрел на Хвата. — Но, видимо, ваш имплант биоблокады оказался сильнее орочьей грибницы или же Аэлите удалось запустить дезинсектор.

— Что это?

— Это химический состав, при котором грибница погибает в любом случае — ничего не спасает. Не важно в ДНК она или же просто в теле. Мы планировали заразить вирусом всех королев и когда он распространится по планете, отравить атмосферу, но ИИ не дала этого сделать. — Генетик начал снова кашлять и выплюнул на пол сгусток крови. — Она решила, что мы вместе с ксеноморфами убиваем новую жизнь, которую она создала, то есть вас. Машина решила сохранить жизнь геноморфам, а вместе с вами выжили и твари! — Человек растянул губы в улыбке. — Но природа переиграла тех и других — вы выжили, а ксеноморфы мертвы.

— Они живы. — Хват встал и посмотрел сверху вниз на испуганно глядящего на него человека. — Чтобы сохранить себя мы не стали всех убивать. Мы вымираем также как и они и нам нужно лекарство. И ты нам его дашь.

— Нет. — Покачал тот головой. — Ваше место в небытие, а не среди людей. Вы геноморфы, мутанты, вы не имеете право на жизнь. — Он закашлялся. — Человек — венец природы, а не проклятый мутант, созданный его гением.

— Где-то я уже это слышал. — Хват посмотрел на канониссу. — Значит, помощи от них мы не дождемся?

— Похоже на то. — Симона встала. — И что делать?

— Мне интересно, почему он загибается. — Спросил Хват. — У него же стоит этот имплант блокады.

— Проклятая Аэлита удалила все наши импланты, когда мы готовились к стазису в биорегенераторе. — Выплюнул человек. — Ваша атмосфера, воздух, микробы и распространенный вирус в ней убивают меня.

— Этот вирус, — задумчиво спросила канонисса, — он действует только на огринов или вообще на всех, кто посетил эту планету?

— А ты как думаешь? — ухмыльнулся человек. — Что он такой избирательный? Нет, дорогуша, он уже в тебе. — Человек ткнул пальцем в живот Симоны. — И ты не сможешь родить своего выблядка, проклятая мутантка, потому что он уже сделал свое черное дело — лишил тебя будущего потомства! — И безумец захохотал.

Канонисса заехала со всего маху сапогом генетику в грудь и тот упал бездыханным трупом — хрупкое тело внутри бронекостюма не выдержало удара и он умер. Экзоскелет канониссы и ее ярость легко преодолели защиту предка. Хват посмотрел на генетика и плюнул на него.

— И что будем делать? — спросил он. — Думаешь, другие окажутся лучше?

— Они все поехавшие вместе со своим компьютером. — Симона покрутила пальцем у виска. — Радуются, что эта зараза распространится по всей галактике, готовы убить всех ради своей мести за угнетения в прошлом. — Она посмотрела на Хвата. — Вирус уже в нас, а мы были на многих мирах, что если орочьи споры уже там?

— Тут бы провести тщательные исследования. — Медленно произнес Хват. — Может быть он врал и никакого орочьего вируса не существует.

— Но как-то же они оградили рождаемость королев. — Заметил Шорох. — И в его словах не было лжи, я бы почувствовал.

— Я тоже. — Вздохнул Хват. — И это значит, если мы уйдем, то наши дети уже не родятся на новом месте. А останься мы — сюда прилетит флот Лорда-Инквизитора и он всех нас подвергнет оболваниванию и забреет в свою армию.

— Так вот почему мы везли с собой мастеровых эльдар! — поняла канонисса. — Я думала, что они всем своим кагалом будут искать комплекс, а они строят портал для вашего побега! Я еще удивилась, когда дальновидящая осталась на корабле, а эти спустились на планету.

— Да. Мы уйдем в арку, такой был план Инквизитора. Но теперь в нем нет смысла.

— Погоди, вождь. — Вспомнил Клык. — Этот мелкий говорил про какой-то дезинсектор, что если попробовать использовать его? Ну, вколоть там или еще как? Может быть он убьет этот вирус?

— Можно попробовать, но сначала нужную пробирку надо найти.

— Придется включить Аэлиту. — Сказала Симона. — Другого выхода нет.

— Нет, у меня есть предложение получше. — Хват подошел к саркофагу, который стоял в углу. — Он говорил что-то про биорегенератор, что если он может провести необходимые процедуры?

— Можно попробовать. — Кивнула Симона. — Но для того, чтобы разобраться со всеми его функциями, нужен продвинутый техножрец.

— У тебя же есть такой, помнишь? — спросил Хват. — Пусть закончит с компактным генератором Геллера, а потом ты с его братией выдернешь сюда. Только про Аэлиту не говори — он придет в ярость и разрушит тут все. Тем более если узнает, кто именно создал его любимую религию.

Симона улыбнулась. Она полюбила огрина не за его физическую мощь и тупую физиономию, а вот за эту находчивость и отличное чувство юмора. Она знала, что Хват найдет выход из любой ситуации.


ЭПИЛОГ.


Яркое светило стояло в зените и вереница идущих по снегу огринов черными пятнами выделялась на белоснежном снегу. Они тащили на волокушах свой нехитрый скарб, металл, горючий камень. Кочевники южных регионов степенно ехали на своих трехрогах, используя некоторых как тягловых животных. Люди вздрагивали, когда появились мохначи, но их поводыри смогли усмирить прирученных тварей, хотя те наверное и не прочь были закусить таким количеством народа. Клан Ревущего Мохнача прошел в Паутину одним из первых, чтобы не нервировать остальных. Потом потянулись поморы, рыбоогрины несли палатки на своих плечах, а их женщины покрикивали на детей и тщательно следили за сохранность водорослей. Боковое охранение металось вдоль длинной колонны, следя за тем, чтобы снежные черви или людоеды не смогли напасть на великое переселение народа. Огрины направлялись к небольшой арке портала, что скрылась в тени скалы. Ее мерцающее поле не было заметно в ярком свете дня, но те, кто подходил ближе, видели полупрозрачную пленку, которую незаметно продавливали своим телом. После того, что сделал для народа Верховный вождь, каждый был готов последовать за ним. И, подходя к порталу, все бросали взгляд на несколько стоящих на возвышении фигур, среди которым был ОН.

Огринов удалось вылечить. Оказалось, что не врали оба, просто каждый не сказал часть правды. Какие цели преследовала Аэлита уже было не узнать, да по большому счету Хват и не хотел связываться с ИИ. Да, она создала его народ и он был ей по-своему благодарен, но если бы не случилось вторжения тиранидов, то и огринов не было бы. История не терпит сослагательного наклонения, но все произошло так, как произошло и теперь нужно было сражаться за будущее, а не оглядываться в прошлое.

Лишь двое генетиков согласились исправить свою ошибку. Они синтезировали белок, который препятствовал образованию спор орочьего гриба, запирал его в организме, и ввели его каждому огрину. Каждому, кто согласился покинуть планету, а таких оказалось достаточно много. Сестра Стефания провела перепись населения и выяснилось, что на континенте проживало немногим больше одиннадцати миллионов огринов из которых три составляли поморы, а два — северяне. Из пяти миллионов южан только полтора решили присоединиться к переселенцам и Хват каждому раздал шприц с лекарством. Они сделали свой выбор и остальных Верховный вождь заставлять не собирался, однако все же позаботился о них — последние королевы были найдены с помощью биосканеров корабля и уничтожены, а в воздухе распылили дезинсектор вируса.

Все оружие и оборудование было тщательным образом вывезено из комплекса и сейчас хранилось в трюме судна, а здание заминировали и подорвали, стирая все следы древней технологии и уничтожая Аэлиту. Чтобы знания не попали в чужие руки, тем более, что продвинутое оружие так и так будет тщательно изучено терпеливыми и усидчивыми механикусами. Наверное, это было подло по отношению к ИИ, но Хвату на это было наплевать — теперь у него ртов прибавилось и шесть с половиной миллионов огринов ждут обещанного рая от своего вождя. Про себя вождь тоже не забыл — лазган производства концерна "Семенофф" висел за спиной, а плазменный пистолет прочно занял мест болтера в кобуре справа, хотя и со своим старым добрым "взрывострелом" Хват расставаться не собирался.

Сейчас он стоял рядом с аркой портала и смотрел на бесконечную змею переселенцев, конец которой уже был видел вдалеке — двигались родичи быстро и споро. Дальновидящая тоже была здесь вместе со своей ученицей. Эльдары использовали гравистабилизирующие устройства и, хотя их спасало это от повышенной гравитации, но обе мерзли от холода, кутаясь в теплую одежду. Молодая видящая так вообще стояла с опухшим красным носом и то и дело шмыгала им. Наставница не собиралась ей помогать и уже тем более лечить ее — сама справится. Воэйра приложила ладонь козырьком к глазам и смотрела вдаль.

— Эти последние. — Сообщила она огрину и тот кивнул. — Как только пройдут — я закрываю проход.

— Хорошо.

Неподалеку от них сел десантный модуль — это пилот прибыл за канониссой, которая еще находилась на планете. Симона посмотрела на Хвата, стараясь как следует запомнить его лицо. Неожиданно по ее щекам пробежали две дорожки от слез и женщина вытерла их ладонью. Огрин ощутил ее состояние и подошел, глядя в ее глаза своими, изучая, запоминая каждую черточку. Биорегенератор восстановил ему руку и глаз, убрал с лица некоторые шрамы по его заказу, точно также как и канонисса теперь могла легко улыбаться, не пугая подчиненных. А еще она опиралась не на протезы, а на свои настоящие ноги, с розовой кожей ступней как у младенца. Генетики были так любезны, что даже восстановили ноги эльдарской дальновидящей и Воэйра была особенно благодарна огрину за это — она знала, что Хват не забыл о ней, что было удивительно. Огрин не делал для себя различий между расами, он не стал заклятым ксенофобом, а четко различал друзей и врагов. И сейчас Воэйра могла назвать его другом, что для тысячелетней эльдарки было из ряда вон выходящим так изменить свое мнение о у-орме. Дальновидящая понимала, что вынужденная общаться с огринами и людьми, неожиданно для себя более плотно узнала их. Они не были такими примитивными, как их считали эльдары, тем более, что Хват приоткрыл ей тайну прошлых отношений эльдар и людей, которые поразили Воэйру. Она хотела узнать больше, но техножрецы смогли добыть из блоков памяти ИИ только часть архивов, которыми тут же завладела сестра Пронатус. Впрочем, любознательная девочка охотно поделилась информацией с дальновидящей. И Воэйра поняла, что ее сородичи не всегда были такими высокомерными по отношению к людям. Они вместе колонизировали миры и сражались с орками и другими враждебно настроенными ксеносами. И винить в этом расколе между народами следовало Хаос, хотя вина самих эльдар в этом была намного больше, дальновидящей стоило это признать. Случившиеся с ней события позволили Воэйре взглянуть на мон-кей под другим углом и постараться увидеть в некоторых из них возможных союзников. И ей следовало закрепить этот успех, чтобы будущие поколения эльдар не совершили ошибок предков. Тем более, что люди были так любезны, что восстановили ее тело, особенно уши. Войэра страдала без них и сейчас изредка ловила себя на том, что слишком часто трогала их за кончики. Регенератор помог ей также отрастить длинные волосы и сейчас она привычно собрала их в хвост, одев маску. Воэйра чувствовала настроение людей и решила, что им стоит остаться наедине, чтобы попрощаться. Она поманила за собой Хайрелу, которая куталась в теплое меховое одеяло, которым видящую одарили гостеприимные огрины. Странно, древние расы режут друг друга по поводу и без, а молодые примитивные дикари выходят к незнакомцам с дарами и приглашают в свой дом. Может быть у нас есть чему у них поучиться, подумала дальновидящая, спускаясь к протоптанной огринами дороге в снегу.

— Ну что ты. — Хват провел большим пальцем по щеке канониссы, вытирая слезу. — Не стоит грустить, мы еще встретимся, обещаю.

— Как бы я хотела отправиться с тобой. — Симона приникла к огрину, обнимая его за мускулистый торс. Ее не волновали стоящие рядом — она прощалась с мужчиной, которого считала своим и весь мир резко сократился только до них двоих.

— У каждого из нас есть долг перед другими, мы себе не принадлежим. — Ответил тот. — Ты обязана завершить свою миссию.

— Не хочу! — капризно сказала Симона и посмотрела на улыбнувшегося огрина. — Сложи с себя полномочия Верховного вождя, полетели со мной! Я доставлю Чашу в Санкторум и мы сбежим в самый глухой угол галактики, подальше от войны, от еретиков и демонов, от ксеносов и Лордов-Инквизиторов, чтобы пожить спокойно для себя!!

— Я бы тоже хотел это сделать. — Серьезно произнес Хват. — Честно. Но я не могу. — Он вздохнул. — Мне совесть не позволит.

— А меня бросить, значит, позволит? — спросила Симона и прижала пальчик к его губам. — Не говори ничего, я знаю ответ. Просто... я хочу еще немного побыть здесь, с тобой, пока еще есть время.

— Малыш, — Хват погладил канониссу по волосам, сдвинув меховую шапку на ее голове, которую сам же ей и презентовал. Симона тут же напялила подарок на голову и ощутила приятное тепло, в головном уборе было комфортно и уютно, так что не хотелось с ним расставаться, — за тобой пожарники приехали, вон, карабкаются.

— Что? — не поняла Симона и Хват расхохотался.

— Это шутка такая. Старая. Ты ее не знаешь. — Он взял ее ладони в свои и подул — от его горячего дыхания стало жарко. — Я приготовил для тебя одну важную вещь. — Он сунул руку в мешочек на поясе и вынул чеканный кругляш с продетой в отверстие плетеной веревочкой. — Вот, возьми и не снимай. Это оберег. Он защитит тебя. — Огрин говорил серьезно. — От демонов, от сглаза, от дурного слова. От меча или выстрела из лазгана вряд ли, но тут уж ты сама не зевай. — Хват одел Симоне оберег на шею — кругляш сверкнул солнечным лучом, словно принял хозяина и огрин улыбнулся, кивая сам себе. — Я сделал его сам, для тебя. Вложил душу в эту работу и поэтому он тебе поможет. Когда станет совсем невмоготу, возьми его в руки и тебе станет легче. Обещаю. — Симона улыбнулась.

— Спасибо.

— Благодарю. — Сказал Хват. — Говори благодарю, так будет правильнее. — Он посмотрел вдаль, где замыкающим шел его новообразованный род, который вел Жила. — Я должен идти. — Он отнял руки. — Ты знаешь, где нас найти, координаты вбиты в память твоего ауспекса. Если сможешь, то милости просим к нам, в Магадан. — Огрин снова улыбнулся.

— Я обязательно прилечу, обещаю. — Симона подняла руку и зашептала слова молитвы. — Император защищает!!

Хват почтительно склонил голову и спустился к порталу, где уже стояла дальновидящая. Она уйдет вместе с ними и унесет с собой экранированный контейнер с камнем. Они его спрячут, да так, чтобы никто и никогда не нашел, а демон не сможет почувствовать часть себя, ведь техножрец превзошел данные ему природой и механикусами возможности, изготовив компактный генератор и приспособив к нему мощную батарею от продвинутого лазгана. Симона смотрела, как крайние огрины уходят в арку портала, как Хват о чем-то перемолвился с остановившейся рядом с ним Веселушкой, которая бросила взгляд в сторону канониссы, но огрин шлепнул ее по заду, направляя в сторону входа и этот шлепок выглядел так, словно брат шлепает расшалившуюся сестру, а не муж жену. Симона улыбнулась и махнула рукой огрину, который помахал ей в ответ, поправил оружие и шагнул в Паутину. Войэра прошептала заклинание, следуя за ним, и арка схлопнулась, оставляя после себя дрожащую воздушную рябь, но вскоре исчезла и она. А после ряд взрывов разрушил конструкцию эльдар, оборвав все концы. На миг канонисса ощутила себя брошенной и потерянной, однако пронизывающий холодный ветер быстро привел ее в чувство, а также раздавшийся рядом голос.

— Канонисса, нам пора. — К Симоне подошла одна из Превосходящих сестер, занявшая место Катерины.

— Пора так пора, — Симона вытерла остатки слез и решительно зашагала к модулю, пилот которого не глушил движки. Ее задание еще никто не отменял и Чашу необходимо немедленно доставить в храм. Канонисса села на сиденье, машинально пристегиваясь ремнем, и уже подумала о том, как бы заставить канониссу Аурелию подписать документ об организации храма на определенной планете, координаты которой намертво сохранились в ее памяти.

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх