Ан - Прода

  15. Елена и Роман.

  Следующий день, 20 июня 978 года, Херсонес.

  — Млять! Скорее, пока они крестятся! — торопил Уваров.

  — Поспешаю, как только могу, пан старлей, — ответил оператор дрона, колдуя над ноутбуком, — Аппарат-то, сами понимаете, не военный, да и я вам не спецназ.

  Наконец винты еле слышно застрекотали, и маленький белый квадрокоптер с камерой взлетел вертикально вверх на несколько десятков метров. Там — уже не услышат шума винтов, а если кто и увидит случайно, то едва ли разглядит в подробностях и хрен свяжет со стоящими у причала ладьями запорожцев. Имеют ли подобные малоразмерные дроны атланты, и знают ли о них византийские греки, если имеют, хрен их знает, но знать о подобной технике у запорожцев ромеям уж точно ни к чему. Воздушная разведка когда наиболее эффективна? Когда противник, реальный или только вероятный, даже о самой возможности такой разведки не догадывается. Ныкается от тебя, допустим, в кустах или за углом и даже не подозревает о том, что прекрасно виден тебе сверху. Ну так и нахрена запорожцам терять такое преимущество перед дикарями? Не должны они видеть взлётов и посадок дрона. Вот сейчас, когда церковные била отбивают сигнал к обедне, и все ромеи, как и положено благочестивым христианам, крестятся на ближайшую церковь, никто из них лишнего-то и не увидит. Чтите своего бога, ромеи, это вам зачтётся на том свете, если попы ваши не врут, главное — не отвлекайтесь от вечного и святого на земную суету, пока била ваши церковные гудят, да не зыркайте по сторонам.

  Когда птичка на достаточной высоте, видно только неясное белое пятно в небе. Его и за летящую чайку запросто принять можно, одну из тех, которых здесь и настоящих полно. Кто станет в Херсонесе обращать внимание и разглядывать обыкновенную чайку? Делать херсонитам, что ли, больше нехрен? Когда они не крестятся и не молятся, занятые они люди, некогда им считать ни ворон, ни чаек, и за это запорожцы на них уж точно не в обиде. Зато самой их четырёхвинтовой птичке город сверху виден, как на ладони. Точнее, её камере, с которой и передаётся изображение на экран ноутбука. Сами-то видели только припортовую часть, да улицу к рынку, да окрестности постоялого двора, а сейчас сверху город виден практически весь, хоть и мелким планом. Хоть и есть у Андрея Чернова его 3Д-шная реконструкция, точнее, видеоролик с её обзором галопом по европам, это ведь только предположения на основании раскопанных фундаментов и лишь небольшой части цоколей зданий, а всё, что выше и не сохранилось — уже вычислялось и предполагалось с высокой вероятностью ошибок. А тут не реконструкция, тут съёмки с натуры. Особенно центр города впечатляет с его главным собором и административными зданиями, самая помпезная и наиболее украшенная часть Херсонеса. Туда, конечно, не пройдёшь и хрен сфоткаешь крупным планом на смартфон, но их историк будет рад и этим кадрам.

  Собственно, специально для него и ведётся сейчас эта съёмка. Нет, интересно будет всем поглядеть, а детвору в школе как раз по таким картинкам и будут просвещать об окружающем Запорожье мире. Но это будет несколько опосля, а в первую очередь их главный заказчик — Андрей Чернов. Снятые на смартфон фотки порта, таможни, ворот в город, улиц к рынку и постоялому двору, самого двора — это, конечно, будет нужно всем, кто поплывёт в следующие торговые экспедиции, дабы сходу определяли ориентиры и не терялись. Сфоткали и персонально портового таможенника, и рыночного коммеркиария, и хозяина постоялого двора, и Скопу, и гота, с которым о селитре договорились, и грека из Синопы, и армянина из Трапезунда — не далее, как утром смеялись, когда тот тоже точно такую же контрабандную схему обмена своего ценного товара на франкский каролинг вне города предложил, как и грек. Традиционные ромейские законность и законопослушание, кто понимает! Но это всё — сугубо утилитарно, для будущей херсонесской торговли, а вот город в целом, торговцам Запорожья ненужный — это покуда специально для историка. Не предположительная реконструкция, а реальный, как есть на самом деле.

  Малоинтересны для запорожских торговцев церкви Херсонеса. Нет, колотить в свои била и заставлять в это время всех креститься и бить поклоны — это полезно бывает в такие моменты, как сейчас. Сигнал к обедне — дрон подняли незаметно, затрезвонят конец обедни — так же незаметно можно будет и спустить его обратно. Для этого и время засекли всех этих церковных сигналов в первый же полный день в Херсонесе. Но в остальном эти церкви запорожской экспедиции на хрен не нужны. А вот Андрея Чернова зато хлебом не корми, а дай поглазеть на целую и сохранную византийскую церковь десятого века! Ведь те, которые сохранились — намного более поздние или неоднократно перестроенные и уже совсем не такие, какими были исходно. А ведь самые характерные образцы византийской архитектуры. Малоинтересны экспедиции и помпезные административные здания города, и особняки городской элиты. Им не носить по ним товар, им на рынке его продавать. Или вне рынка, но тогда и вне города, если по очередной контрабандной схеме. А в городе им следует уважать ромейские законы, дабы неприятностей на ровном месте не нажить.

  Но это для них сейчас, а для оставшегося в Запорожье историка это ценнейшие образцы византийской светской архитектуры. Целые, сохранные и ещё не перестроенные при многочисленных позднейших ремонтах. С ещё большим удовольствием он бы увидел застройку Константинополя и тех же Синопы с Трапезундом, но они за морем, а Херсонес — вот он, перед глазами и камерами их смартфонов, да дрона. Можно и церкви эти заснять, и административный центр, и примыкающие к нему кварталы элитных особняков здешней знати и просто богатеньких буратин. Издали и только снаружи, поскольку внутрь варвара приезжего впускать никто, конечно, не станет. Но для начала и это очень неплохо. Андрей и сам понимает их реальные возможности, от которых и зависит удовлетворение всех его запросов. Пока — удовольствуется этим, а с внутренним содержимым ознакомятся позже, когда и такие возможности наклюнутся. Или атланты помогут, у которых есть фактория в Константинополе, да ещё и не первое уже столетие. И знакомства наверняка, и связи, так что не могут не иметь и фотоматериалов по всем сторонам реальной обстановки в столице ромеев. Для их историка — только лучше, поскольку всё ведь, что есть в провинциальных городах Империи, тем более есть и в самом Константинополе. А в Херсонесе — попроще и подомашнее, но подражающее по мере местных возможностей столице.

  По большому счёту запорожской торговой экспедиции и фортификация города не особо-то интересна. Разве только в познавательных целях. Ни осада Херсонеса, ни его штурм в планы Запорожья уж точно не входят. Даже если бы и возникло такое желание у их сограждан, не с их же силами планировать такое всерьёз. А укрепления здесь солидные как по размерам, так и по качеству камня. Не рыхлый пористый ракушечник, как во всем известной тоже бывшей византийской крепости Белгорода Днестровского, а полноценный плотный известняк из местных каменоломен. Из него и тот античный греческий Херсонес строился, и римский, и нынешний византийский, и современный Севастополь в немалой степени. Против серьёзной артиллерии не устоять, конечно, и этим городским стенам, но у кого здесь есть серьёзная артиллерия? Только у атлантов, которые если бы хотели этим Херсонесом владеть, так давно бы уже и владели. Видимо, на хрен он им не нужен. А для запорожцев — ещё и зелен виноград. Впрочем, чисто утилитарный интерес есть кое-какой и к деталям византийской фортификации, и к подробностям её охраны именно здесь, стен и башен со стороны моря и порта. Обедня-то в церквях не менее часа служится, а их дрону разве хватит заряда аккумулятора, чтобы провисеть в воздухе больше часа?

  Чтобы заряд зря не тратить, засняли всё, что нужно, да и посадили дрон между двумя зубцами парапета крепостной стены. С башен, где всегда есть стража, не увидят, по самой же стене между двумя башнями только смена караула пройдёт уже после обедни, и этого ждать никто, конечно, не собирается. Когда затрезвонят церковные била окончание этой обеденной службы, и все ромеи снова закрестятся на ближайший церковный купол с крестом, тогда-то и придёт время возвращать сберёгший заряд дрон на ладью. В ожидании сигнала можно пока и запись поглядеть. Млять, а ведь камнемётные машины на башнях — натуральные средневековые требюше! Андрей подозревал, но не был уверен. В принципе могли и не разучиться ещё строить старые греко-римские баллисты и онагры, известные как раз по византийским уже описаниям, так что не было у историков единого мнения по византийской осадной технике. Но тут — документальная съёмка, хрен оспоришь.

  А вот наконец и сигнал окончания обедни. И пока ромеи крестятся, кланяются и по сторонам не глядят, надо быстренько поднять дрон и вернуть его на ладью. Да только не в ущерб аккуратности. Как ставили его между зубцами осторожно, так и вывести надо теперь столь же осторожно. Если врежешься в зубец стены хоть одним из четырёх винтов, то и звиздец всему дрону. Так вводили-то его, не сильно торопясь, а теперь надо быстрее выводить, да на ладью возвращать, пока била церковные долдонят, отвлекая на себя и всё внимание как искренне, так и показушно набожных ромеев. Молодец оператор, не подвёл и с этой более сложной из-за спешки задачей. Пока ромеи крестились и кланялись кресту на церковном куполе после последнего удара била, дрон уже сел на палубу ладьи. Теперь пускай себе глазеют, сколько влезет. Задача — выполнена успешно.

  Другое следствие из окончившейся обедни — что начался обед. Пообедают свои на постоялом дворе, да и сменят их. А на дворе суббота. Хоть и не выходная она у ромеев, но зато и не постная. Вчера с немалым трудом и за немалую наценку насчёт рыбы и сыра на обед и ужин договорились, а сегодня за те же деньги и мясными блюдами полакомятся. Теперь только в среду будет постный день, но запорожцы — уже учёные. Заказаны уже на кухне и солонина, и копчёное мясо с рыбой, и варёные яйца, и сыр на вторник, которые и сдобрят им постную пищу в постную среду. Беда с этими религиозными заморочками!

  А покуда оператор подсоединил аккумулятор дрона для зарядки к пауэрбанку, который в свою очередь подзаряжался от автомобильного генератора с ветряком. В пять часов или около того вечерня в церквях начнётся и тоже около часа продлится. И на это время намечен эксперимент. Рации-то ведь полицейские — УКВ, связь дают только в зоне прямой видимости, и как тут свяжешься с рынком или постоялым двором через высокую городскую стену? Но не просто же так у них на каждой ладье по роутеру. Брали их не для этого, а для большего радиуса вай-фаевской связи между ладьями на случай, если прямая видимость только между кончиками их мачт. А вчера додумались до идеи на дроне один из роутеров закрепить и поднять его выше городской стены, дабы опробовать через него вай-фаевскую связь между портом и постоялым двором. Выйдет или нет, хрен его знает, но по идее, должно сработать. Так что к пяти часам аккумулятор дрона надо зарядить по максимуму, и когда церковные била будут отбивать начало вечерни, а ромеи — креститься и кланяться, дрон с роутером нужно будет снова поднять и так же осторожно установить между зубцами крепостной стены, как они и проделали это уже в обедню. А потом так же осторожно вернуть его обратно по окончании вечерни. И если получится, то почти на час будет сеанс нормальной телефонной связи с постоялым двором.

  — Стой! Назад! — раздался окрик стоявшего на причале часовым Олега.

  — Что за хрень? — Уваров подхватил полицейский МП-5 и выскочил на причал.

  — Да девка тут местная, Авар, чего-то ей от нас надо, но по-человечески ведь ни бельмеса не соображает. Стой на месте, кому говорю! — это адресовалось юной брюнетке в потёртой, но сохранившей ещё цвет типичной византийской тунике и без покрывала на голове, что для взрослых византиек считалось уже не совсем приличным, — Попрошайка или шалава, хрен её знает, но Батько же предупреждал про хитрости шпаны с подсылкой смазливой бабы. Место, млять, кому сказал! — Олег отщёлкнул рычажок предохранителя у своего гражданского МП-5 и взмахнул его длинным стволом, указывая гречанке отойти.

  — Молодец, Горилла, о бдительности не забываешь, — одобрил старлей, — Назад отойди и стой там! — он сделал ей поясняющий жест рукой, — И помолчи пока, один хрен мы по-гречески не понимаем. Млять, вот проблема на наши головы! Ментам её тутошним сдать, что ли? — Уваров обернулся в сторону патруля портовой стражи, но девчонка опять заговорила что-то по-гречески, поясняя знаками, что не надо звать патруль, — Ну и чего тут тогда с тобой делать?

  — Шпаны никакой, вроде бы, не видно, — доложил Олег, успевший осмотреться.

  — Ага, на подставу не похоже. И ведёт она себя, вроде, не как попрошайка или шлюха, но и с ментами дела иметь явно не хочет. Натворила чего-то, что ли? Палас! Живо к ладье Скопы сбегай, приведи кого-то, кто по-гречески понимает! — скомандовал старлей уличу из их экипажа, — Да не тараторь ты, дурында, сейчас переводчика приведут.

  Подошедший соплеменник Паласа заговорил на ломаном греческом и девчонку понял, но нормально перевести мог только на свой родной, тоже не славянский, который только Палас и понимал, но русских слов и ему не хватало, недостающие он славянскими заменял, которые тоже поди ещё пойми. Запутавшись практически сразу, Уваров поручил разбираться с ними Олегу, который дольше общался с туземцами и понимал их лучше, а сам сменил его для этого на посту. Олег тоже въезжал в этот двойной перевод с немалым трудом и понимал далеко не всё, но зато мог понять хоть что-то. Для начала — что денег ей от них не нужно ни за просто так, ни за продажную любовь, но вот что ей тогда нужно от запорожцев? Она готова стряпать, стирать и любую другую женскую работу делать, кроме постыдной? А почему тогда к ним? Что в городе, работы такой ни у кого нет?

  То ли сама внятно растолковать не может, то ли горе-переводчики перевирают смысл, но ведь и не сдёрнешь же сейчас в порт ни самого Скопу с рынка, ни центуриона Марула, который тоже не круглосуточно при запорожцах. Уже и девка сообразила, что не понимают её. Какого ей архонта подавай? Самого главного, что ли? Ну а с чего она взяла, будто Батько говорит по-гречески? Не может представить себе иного? Так и выяснилось через двойной перевод, вызвав смех всего экипажа.

  Кое-как, с пятого на десятое, втолковали ей, что пока смена не пришла, помочь ей никто ничем не может, и даже понять её никто толком не может, да и со сменой никто гарантий ей таких не даст. Архонт — да, будет ей их архонт, если с ними на их постоялый двор пойдёт, но будет ли ей от этого хоть какой-то толк, хрен его знает. Если окажется на месте и Марул, тогда переведёт её тарабарщину на нормальный человеческий язык, а без этого никто из запорожцев понять её не в состоянии. Гречанка заметно скисла, но встреча с архонтом ей всё равно нужна. Решать ведь он будет? Значит, всё равно говорить с ним. Ну, раз такая настырная и к нам на постоялый двор идти с нами не боишься, а точнее, нас боишься меньше, чем ментов — жди смену, которую мы и сами с нетерпением ждём.