Душа Ардейла (книжный вариант)

При появлении Барата, который явно направлялся в представительство, рыжебородые подобрались, зевать перестали и выжидательно уставились на пришельца.

— Куда? — почти вежливо спросил один из воинов.

— Туда, — отозвался Барат, зная, как следует говорить с этими рубаками.

— Чего там те надо? — присоединил второй гном свой голос.

— Дело к Корхарту есть, — коротко отозвался Барат, останавливаясь.

— А у него к тебе дело есть? — поинтересовался первый страж.

— Сразу появится, как только узнает, кто к нему пожаловал.

— И кто же к нему пожаловал? — осведомился страж, подозрительно рассматривая Барата.

— Барат-кузнец, — отрекомендовался Барат.

— Сомневаюсь я, что это его заинтересует, — хмыкнул бородач. — У нас и своих кузнецов хватает.

— Страхарат, ваш командир, тоже сомневался, — нахмурился Барат. — А потом пришлось ему поверить.

— Откуда ты знаешь нашего командира? — насторожился первый гном.

— Встречались с ним, когда я у короля Трухтаргета был, — отозвался Барат. — Меня гран-гленд Мартрехт представлял.

Стражи переглянулись. Один из них обернулся и дернул за рычаг, выглядывающий из стены у входа. В глубине здания послышался звук, похожий на перезвон колокольчиков.

— Чего трезвоните? — раздался грозный бас.

На крыльцо выплыл еще один рыжебородый. На плече его красовался значок сержанта.

— Вот этот, — ткнул пальцем в сторону Барата один из стражей, — к посланнику просится. Говорит, что надо. И посланнику от него тоже что-то надо. Командира нашего знает. Кузнецом Баратом назвался.

— Слыхивал я об одном Баратее. — Сержант вперил грозный взгляд в прибывшего. — Да только сгинул он в туннелях. Брамур Сияющая Секира чуть рассудка от горя не лишился. Там вообще история темная. Если ты на этом решил сыграть, незнакомец, ты явно с головой не дружишь.

— И с Брамуром я тоже хотел бы встретиться, — кивнул Барат. — Соскучился я по нему.

— Ну, смотри! Ты сам напросился, — зловеще улыбнулся сержант. — Пошли! Заметь, у тебя еще есть шанс убежать. Мои парни даже не будут за тобой гнаться.

Барат только безразлично пожал плечами. Сержант круто развернулся и зашагал вглубь помещения, даже не оглядываясь, уверенный, что Барат следует за ним.

У гномов не принято разводить бюрократические игры. У них не в обычае преклоняться перед высоким положением и важным постом. Если ты на своем месте, то ты это заслужил. Значит, ты на этом месте сможешь выполнить ту работу, которую оно предполагает. Посланник Корхарт исключением не был. Он в этот момент не присутствовал у короля на приеме и не проводил важное совещание. Он занимался любимым делом.

У каждого есть свои увлечения. Большие или маленькие. Они, как правило, совершенно не относятся к основной работе. Но вот, поди ж ты, влекут к себе с непонятной страстью. Ну, непонятной окружающим. И у Корхарта было такое увлечение. Он создавал миниатюру.

Дворец короля Трухтаргета уже был почти готов. В настоящий момент Корхарт трудился над площадью перед дворцом. Тут еще много чего требовалось сделать. Особые затруднения вызывали фонтаны, которые, по мнению Корхарта, должны были быть действующими. А это означает, что придется заниматься системой труб. И как прокачивать через нее воду? Фонтан — это вам не фитюлька. Кое-какие соображения, конечно, были, но их еще надо было воплотить...

Стук в дверь заставил Корхарта поморщиться. Кого еще там горные духи принесли?

— Чего там стучаться? Заходи! — громко распорядился он.

— Гран-гленд, тут к вам визитер, — доложил вошедший сержант дежурного хирда охраны. — Из человеков.

— Чего ему надо? — Корхарт поднялся из-за верстака и, вытирая руки куском ткани, подошел к сержанту.

— Дело у него какое-то есть. — Сержант таинственно оглянулся по сторонам и хриплым шепотом добавил: — Кузнецом Баратом назвался.

— Врешь!

— Да не сойти мне с этого места! — побожился сержант.

— Сгинул тот кузнец, — простонал Корхарт, — как есть сгинул. Выдернули его горные духи из тележки. После такого не живут. Не иначе, как самозванец. Ну, я его на чистую воду выведу! Где он?

— В приемном зале! — браво вытянулся сержант.

— Сейчас буду, — пообещал Корхарт. — А вы за ним в оба смотрите!

Барат с любопытством оглядывал интерьер приемного зала. Впрочем, убранство было типичным для помещений Подгорного народа. Узкие окошки завешены тяжелыми портьерами, раздвинутыми в данный момент так, чтобы пропускать хоть немного света с улицы. Вдоль стен стояли банкетки, массивные и низкие. С потолка свисало огромное сооружение, в котором Барат опознал люстру. Многочисленные рога ее расползались по всему потолку зала. Не иначе как была какая-то хитроумная система ее зажигания.

По четырем углам зала торчали рыжебородые стражи с арбалетами. Они, сопя от усердия, держали Барата на прицеле. Как бы чего не вышло. Впрочем, раз рыжебородые, то опытны.

Неприметная дверь за креслом посланника отворилась, и в зале появился сам посол. Сопровождал его давешний сержант. Одет был Корхарт по-простому. Камзол поверх белой рубахи с расстегнутым воротом, штаны подпоясаны ремешком из выделанной кожи с орнаментом и заправлены в невысокие сапожки.

Корхарт, не торопясь, прошел к креслу и сел в него, вперив испытующий взгляд в Барата.

— Шляпу сними! — спокойно распорядился он, закончив осмотр. — И повязку тоже не забудь!

— Зачем? — поднял брови Барат.

— Ты назвался именем, которое предполагает особые черты у обладателя его. Вот я и хочу на эти черты взглянуть. Что же это ты без оружия сюда приперся? Или нет его у тебя?

— Есть, — смущенно хмыкнул сержант. — Только я приказал его в прихожей оставить. Негоже, чтобы он сюда с клинком заходил.

— Да? — Корхарт хмыкнул. — А ну, скажи кому, чтобы его оружие сюда принесли!

— Стойте! — вмешался Барат. — Если вам жизнь этого воина не дорога, то, конечно, можете его послать. Только он не принесет. Он уже больше ничего принести не сможет. Нечем носить будет.

— Э-э-э... — протянул Корхарт, уставившись на белые волосы Барата, которые рассыпались по плечам, освобожденные от повязки. — Что ты имеешь в виду? Откуда у тебя этот меч?

— Сам его выковал, — спокойно сообщил Барат. — Я не зря называюсь своим именем.

— Покажи мне его, — внезапно осипшим голосом попросил Корхарт. — Если это так, то... то это так!

Барат повернулся, вышел в прихожую и вернулся, неся в руках ножны с Огнем.

Синие всполохи ударили в разные стороны, едва клинок был вытащен из ножен.

— А куда тот меч делся, что у нас остался? — зачаровано глядя на Огонь, спросил Корхарт.

— Так это он и есть, — спокойно сообщил Барат.

Корхарт поднялся со своего кресла и поклонился Барату.

— Добро пожаловать домой! Я сейчас же сообщу эту замечательную новость. Ты пока сможешь пожить здесь. У нас тут есть свободные покои. А сейчас мы будем обедать. Заодно ты расскажешь свою историю. А праздновать мы будем позже. Я знаю, по крайней мере, двух глендов, которые сразу же помчатся сюда, как только услышат о твоем появлении.

— Да у меня есть, где жить, — отрицательно качнул головой Барат. — Я ведь теперь не просто Барат-кузнец, а Барат Лоранский.

— Это ты когда успел? — хлопнулся на свое место сраженный новостью Корхарт. — Слышал я, что Тоболт Лоранский вернулся, но о тебе речи не было.

— А сам он не вернулся бы, — сообщил Барат. — В этом я ему помог. Ну, и еще кое в чем пособил.

— А! — понимающе кивнул Корхарт. — Вот он тебя за это и... отблагодарил, да?

— Нет, — отрезал Барат. — И не будем разбираться в этом деле. Прими, как есть!

— ...Так где ты, гришь, пропадал все это время? — смачно хрустя печеным хлебцем, поинтересовался Корхарт и шумно отхлебнул горячей похлебки.

— Там, где меня выкинуло, и пропадал, — пожал плечами Барат.

Есть он не хотел, но за стол сел, составив проголодавшемуся посланнику компанию.

— Да там, если хочешь знать, все обшарили, когда искали твое тело, — загоготал Корхарт. — Никому и в голову не могло прийти, что ты в то отверстие улетучился! Там же с другой стороны скалы. По ним скатиться — костей не соберешь! Специально так туннели проводили, чтобы любопытные не лезли. И как ты жив остался, ума не приложу?

— Если бы не Тоболт, то, быть может, и не остался, — покачал головой Барат. — Это он меня нашел и выходил.

— Ну, за это ему будет особая благодарность и награда нашего народа, — многозначительно шевельнул бровями Корхарт. — А вот то, что ты в местное дворянство полез, не одобряю. Ты же наш кузнец! Что тебе там делать?

— Я сам решаю, что мне делать и когда! — неожиданно вырвалось у Барата.

Корхарт застыл, не донеся ложку до рта. Потом медленно ее положил на тарелку.

— И как же это понимать? — тихо осведомился он.

— Ну, не мое это — жить в подземельях, — чувствуя себя крайне неловко, пояснил Барат.

— А как ты в подземельях оказался, не помнишь? — прищурился Корхарт.

— Я о своем долге перед Подгорным народом помню...

— Помнишь? Это очень радует, что память у тебя хорошая! А то, что король взял тебя под свою руку, ты помнишь? Что Брамур и Мартрехт тебе искусство тайное передали, ты помнишь? А то, что ты, в первую очередь — кузнец, ты не забыл?

Корхарт, прекратив есть, рывком поднялся из-за стола. Гнев его был очевиден. Нос покраснел, мощные кулаки сжимались и разжимались. Он набычился, стоя перед Баратом, и сердито смотрел ему в глаза.

— Так мне что, навеки засесть в подземельях и носа не казать наружу? — в свою очередь рассердился Барат. — Да, я — кузнец! И смею надеяться, неплохой. Да, искусство мне дали вы. Так ведь я и не отрицаю.

Барат встал напротив Корхарта. Тот вынужден был задрать голову, глядя на Барата снизу вверх.

Стук в дверь прервал столь содержательную беседу.

— Ну, кто там еще? — свирепо рявкнул Корхарт.

— Гран-гленд! Тут к тебе еще один визитер, — сообщил, просунув голову в проем двери, сержант.

— Гнать в шею! — распорядился Корхарт и ткнул пальцем в Барата: — Хватит с меня и этого визитера.

— Гран-гленд, мне кажется, это срочно, — не сдавался сержант.

— С каких это пор я должен прислушиваться к тому, что тебе кажется? — повернулся Корхарт.

Сержант рысью подбежал к Корхарту и, прижав к его уху губы, что-то прошептал. Корхарт не сразу осознал, что ему было сказано. Потом его глаза расширились, губы вытянулись в трубочку, и он ошеломленно воскликнул:

— Врешь, сто кусков пустой породы тебе в глотку!

— Клянусь Великим Алмазом! — истово поклялся сержант.

— А этому что здесь понадобилось?..

Корхарт запнулся и подозрительно уставился на Барата.

— А скажи-ка мне, парень, ты случайно к своим родственникам не заходил, по дороге сюда?

— Каким родственникам? — удивленно спросил Барат.

— Да к таким же белобрысым, как и ты сам.

Барат молчал, недоуменно глядя на Корхарта.

— Мда! — вздохнул Корхарт. — Вижу, не заходил. Так чего же этот посланник ко мне наведался?

Дружное молчание Барата и сержанта вряд ли можно было счесть ответом на этот вопрос.

— Вы правы, — скривился Корхарт и распорядился, обращаясь к сержанту:

— Не поговоришь — не узнаешь. Я буду в зале Малых приемов. Туда его веди!

— Так тут вроде бы глашатай нужен, — задумался сержант. — Где же его сейчас сыщешь?

— Вот ты глашатаем и побудешь, — распорядился посланник.

— Я же сержант! — взвился гном. — Не мое это дело.

— Справишься! — уверено заявил Корхарт. — Глотка у тебя луженая. Тем более что глашатая нет.

Корхарт двинулся было к выходу, но задержался:

— А ты не уходи! Наш разговор еще не окончен.

— Полномочный посланник народа Ардейл в королевстве Двух Рек Колхэйм Тарат! — громогласно возвестил сержант от входа.

Корхарт учтиво сделал три предписанных протоколом шага навстречу неожиданному гостю. Тарат, так же прошагав к Корхарту, раскланялся с самым любезным видом.

— Если ты не с объявлением войны, то прошу к столу, — сделал широкий взмах рукой в сторону столика и двух кресел Корхарт.

— О! До войны еще дело не дошло, — изогнулись в тонкой улыбке губы Тарата. — Посему приму твое предложение, уважаемый гран-гленд, с удовольствием.

— Бокал калемаса нашему гостю и кувшинчик кровара — мне, — распорядился Корхарт.

— Это что же такое в твоих ардейлских лесах издохло, чтобы ты — впервые, заметь — решился навестить меня в моей берлоге? — крякнув после первой чашечки кровара и смачно закусив ее моченым яблоком, поинтересовался Корхарт.

— Ты, как всегда, вежлив, — иронично улыбнулся Тарат. — Быть может, я как раз и решил восполнить столь досадное упущение?

— Да ну? — удивился Корхарт. — Что-то мне подсказывает, что ты не совсем искренен.

— Ты прав. — Лицо Тарата внезапно стало очень серьезным. — Есть один вопрос, который не дает мне покоя.

— Излагай! — сделал широкий жест Корхарт. — Правда, не совсем понятно, каким это образом может касаться моего народа. Но если я смогу тебе в чем-то помочь, то помогу, конечно.

— Естественно, это только слухи, — начал Тарат, пытливо глядя на Корхарта. — Но слухи мы тоже не должны обходить вниманием.

— И что? — прищурился Корхарт.

— Говорят, что у одного из вашего народа появилась интересная секира.

— Пхе! — презрительно скривился Корхарт. — У нас что не секира, то и интересная. Я вот свою тебе как-нибудь покажу. Очень интересный экземпляр!

— Корхарт! — строго сказал Тарат. — Дело слишком серьезно! Эта секира с душой. Мне ли объяснять тебе, что это означает?

— А что это означает? — простодушно удивился Корхарт. — Да, я слышал о такой секире. Ну и что? Позволь тебе сказать еще несколько слов, раз уж речь зашла об этом. Секира сия принадлежит кузнецу Брамуру. Очень хороший кузнец.

— Я хотел бы взглянуть на этого кузнеца, — непреклонным тоном заявил Тарат.

— Ты что, гномов никогда не видел? — поднял брови Корхарт. — Можешь на меня сейчас полюбоваться. Я — типичный гном. А для вас, людей, мы все на одно лицо.

— Ты хочешь сказать, что этот Брамур — гном? — впился взглядом в лицо Корхарта Тарат.

— Типичный, — невозмутимо подтвердил Корхарт, наливая себе еще чашечку кровара.

— Этого не может быть!

— Ты уж мне поверь! Я лично с ним знаком, — заверил Корхарт. — Гном!

— До сих пор существовал только один клинок с душой, клинок нашего правителя — Воющий Ветер, — заговорил Тарат после небольшой паузы. — Кузнец, создавший его... Короче, его уже нет среди нас. Я своими глазами видел его тело. Больше у нашего народа нет Великого кузнеца. И тут появляется еще одно оружие с душой. Его не может сделать никто, кроме Великого кузнеца! И Великий кузнец не может быть никем иным, кроме как из нашего народа!

— Ну, я бы не стал так уж категорически это утверждать, — хмыкнул Корхарт. — Быть может, это перст судьбы. У вас пропало, а у нас появилось. Скоро Брамур Сияющая Секира будет здесь. Ты сам сможешь посмотреть на его секиру, имя которой он принял. Только посмотреть! Руками трогать я ее тебе очень не рекомендую.