Ан - Прода

  Фрутану из всего этого только фактор бывших холопов и понятен. Эти волками смотрят, и понятно, за что — один из вчерашних поработителей. Так же смотрели бы они и на Стемида, не попади тот сам в их число. А разве не так же смотрел бы на гридней и сам Фрутан, окажись он сам в шкуре этих холопов? Всё это понять нетрудно. А ему, что ли, в радость общаться с запорожцами, в бою с которыми погиб и его друг Ингольф? Но такова судьба гридня. Война есть война, на ней убивают, и если не ты убил, а тебя убили, то кто тебе виноват в твоей нерасторопности? За удаль в бою не судят. Стемид, сам едва гриднем не ставший — понимает, а эти — ну, не гридни они, и им — простительно. Ему-то понять их легче — что хорошего в холопстве для тех, кто сам холоп?

  Труднее понять запорожцев. То, что предки их где-то гуляли по морю не хуже русов-артанов и освобождали из холопства соплеменников — молодцы, правильно делали. Как же можно соплеменника из неволи не выручить? Но кто им вот эта челядь русов? Её они за какие заслуги освобождают? И какое им дело до других, судьба которых оказалась холопской? Не в обычае у вас холопов держать — ваше дело, у атлантов тоже, говорят, всё не как у людей, но другие-то тут при чём? У вас свой обычай, у нас — свой. Мы же вам не навязываем наш? Хотя — да, навязали бы, если бы сил хватило, тут ваша правда. Зато чего уж совсем никак не понять, так это разведёнок этих. И ладно бы вдовы были, но по своей воле без мужика остаться с детьми на руках — как такое вообще возможно? А если у вас в обычае даже такая нелепица, то чем вы тогда теперь-то недовольны?

  Такие дурацкие обычаи не укладывались в голове у простого русского гридня. Может, вятшие в Вышгороде чего-то поймут, а для Фрутана — слишком мудрено. Все же знают, что волос у бабы долог, а ум — короток. Если в дурь попёрла, так по шее ей сразу, чтобы место своё знала. А какие дурни в племени запорожцев решили дать глупым бабам такую волю, и как их племя позволило ввести такую блажь в обычай, он понять не мог. Но что сделано, то сделано, и теперь это у них обычай. Самих тяготит, судя по взятым в жёны некоторыми правильных девок из бывших челядинок. Правильно, кому нужна капризная дура, если вразумить её затрещиной обычай не велит? Начинают, видимо, браться за ум и свой дурацкий обычай искоренять, но пока он — ещё обычай. Говорят, ещё и не выдают у них девку замуж, за кого она сама не хочет. Тут гридень и сам определиться не мог, мудр такой обычай или глуп. Знавал и счастливые браки у знакомых, и несчастные, и мало это зависело от того, сама ли девка жениха себе выбирала. И так выйти могло по-всякому, и эдак. Но если эти сами выбирали, то и на кого им тогда пенять, если не удался брак?

  Доводы этих разведёнок Фрутан понимать решительно отказывался. Мужики вам непутёвые достались? А зачем вы тогда их таких выбрали, непутёвых? Значит, дуры, не умеющие выбирать, даже если не врёте и не валите с больной головы на здоровую. А если врёте, то тогда — стервы, с которыми и невозможно жить нормально, если вразумить кулаком нельзя. И хоть так, хоть эдак, а всё равно кто вам виноват в том, что вы остались без мужиков? Правильных мужей надо было выбирать, с кем жить и от кого детей рожать, а выбрав — держаться за них, отцов своих детей. Кому они ещё нужны, кроме них? Кому вы сами с ними нужны, когда свежие девки есть? Особенно — неприхотливые и знающие своё место, а не капризные дуры и не стервы вроде вас. И теперь Фрутан начал понимать запорожцев, напавших на их караван для освобождения челяди. С таким бабьём, как эти стервозные разведёнки, кто бы на их месте отказался заполучить лучших? То-то и не по нраву им теперь появление выбора у мужиков.

  А русам — что? Русам — чистый путь "из варяг в греки" нужен. Если силой его теперь не проложить, с атлантами за рекой — ищите самоубийц, то значит, мыто надо дать запорожцам, чтобы пропустили. Девок, если захотят, можно и больше дать, чем каждую двадцатую — за это другого ценного товара возьмут меньше. Ведь можно же урядить всё к обоюдному удовольствию? А разведёнок своих дурных — пусть уймут. Что значит, челядь по Днепру не возить? А как тогда Пороги проходить, тот же Ненасытец? Совсем с глузду съехали, что ли? И таких дур запорожцам слушать приходится? Стемиду вон после того, как Пороги прошли, даже растолковывать потом в Корсуни не пришлось — сам уразумел, что никак не можно Руси иначе. Уразумел он и то, что не будет этого пути, так другой их дружина проложит и всё равно будет возить по нему челядь. Так на этом они и освободят, если хотят, каждого двадцатого, а на другом — не освободят вообще никого. Но то Стемид, бывший дружинный отрок и без малого гридень, а прочим обида туманит разум, а стервы их обидой коварно пользуются. Нашли, дурни, кого слушать!

  Горячие головы, конечно, и в Вышгороде есть. Сами здесь не были, в атаку на запорожцев с их громами и молниями не ходили, друзей от них не теряли, и растолкуй им таким попробуй, что не сказки всё это и не оправдания трусов с неудачниками. А ведь сам Перун свидетель, что не посрамила их караванная стража дружинной чести. Запорожцы, хоть и пожиже самих атлантов, но жалует Перун и их своими громами и молниями, а уж с атлантами вместе — не только даже всей дружиной не сдюжить, но и Русь сгубить вместе с ней. Тордул, вятший атлантов, со штуковиной своей чудесной на руке что-то поколдовал и показал Фрутану картинку — как есть Вышгород, только издали, да сверху. Нигде такой сосны не найти, чтобы на такую верхотуру вскарабкаться. Птицей надо быть, чтобы весь Вышгород с такой высоты увидать. Или атлантом с их небесными лодиями. Как показал их вятший картинку, дал Вышгород распознать, так и заговорил вдруг о дровах, дубовые особенно расхваливая — жара от них больше. Не грозил прямо, но намекнул. Что бросали когда-то небесные лодии атлантов огненные горшки и на Царьград, наслышаны все. Что из дуба выстроен Вышгород, все в нём знают. А дрова дубовые — да, хорошо горят...

  И одна только надежда — что понимает всё это и старшая дружина хёльга. Мало толку от храбрости без ума, если супостата сам Перун жалует. Чем атланты удоволили его так, что не надо ему от них и человеческих жертв, пусть жрецы-кривы выясняют. Только видно и по запорожцам, что не лукавят они, отвергая такие жертвы и запрещая их, а сами в это верят. И ведь жалует же Перун и их! Как тут справишься с такими силой? Погубишь только Русь своим безумством, почём зря. Уж на что Свентислейф был воитель, уж на что почитал Перуна, но разве помог ему Перун под Саркелом? Не ему помог, а атлантам, а те помогали хазарам, и что же тогда выходит, что угоднее ему даже хазары, чем русы? А тут и собратья-артаны говорят, что правы были и атланты, и Перун, а их отцы неверно поняли его волю. На восход, за Итиль-рекой, озоруют какие-то гузы, а хазары сдерживают их, не пуская на эту сторону. Хорошо ли было, когда пришли угры? Только наладили отношения с ними, как пришли печенеги. И пришлось налаживать отношения уже с ними. А придут гузы — и что, опять? Да в конце-то концов, сколько можно? Держат их хазары и правильно делают, и ради всех богов, не мешайте им в этом!

  Тут артанам виднее. В конце концов, Таматарха и Самкерц, которые и есть их главные базы, Свентислейфу после неудачи под Саркелом тоже пришлось вернуть кагану. И многие артаны состоят на службе в Каганате, в том числе и на Итиль-реке. Кому, как не им, знать лучше, что творится за ней. Но раз держит каган тех гузов за Итиль-рекой, то и пусть держит, атланты и Перун ему в помощь. В самом деле, не надо здесь никаких новых степняков, хватает за глаза и уже привычных печенегов. Но то дела хазарские, а как быть русам-куявам? Вразумят запорожцы своих дурных разведёнок или не вразумят? Откроют русам путь по Днепру с челядью или нет? О том, что в замыслах у Эрибулла примучить и уличей, знает вся дружина. О том, какие там речные пути, Фрутан не знал, но какие-то там должны быть, и вятшие говорили, что можно с тамошней данью по тамошним рекам тоже сплавляться в Русское море. Можно даже через реку Рось в них попасть. Оттуда-то в неё переволоклась та часть дружины Свентислейфа, которая не пошла с ним вверх по Днепру? Если можно оттуда, почему нельзя и туда? И наверное, так и придётся делать, если путь по Днепру запорожцы перекроют. Но легко ли будет примучить уличей? Не просто ведь так Эрибулл печенегов на них натравил, а не сам пошёл. Теперь, говорят, замирились они с печенегами, и не выйдет зажать их в клещи. Туманна судьба Руси!

  Фрутана осенила было гениальная, как ему казалось, идея. Если запорожцы не вразумят своих разведёнок, и проход каравана с челядью русам будет запрещён, это ведь будет касаться только челяди? Остальное-то всё провозить можно? И сплюнул от досады, когда запорожцы через Стемида подсказали ему со смехом и его же собственную хитрую идею — выгрузить рабов с частью охраны выше Запорожья, провести их правым берегом мимо города и принять на борт ниже. Да, уже вычислили, что именно так русы и сделают. Ещё не решили, препятствовать им в этом или нет. Но дальше-то что? Могут и печенеги правобережные подстеречь на переходе, а могут и уличи с Буга подтянуться под защиту атлантов и Запорожья. Скорее всего, дети и внуки тех, кого русы выдавили с Днепра, а им ведь найдётся что припомнить детям и внукам обидчиков. И ведь правы они, абсолютно правы. Если не заладится с примучиванием уличей на Буге и не удастся сходу проложить новый путь по нему, то аукнется это и на Днепре. Не провести тогда челядь мимо города запорожцев и правым берегом, если те не захотят пропустить караван с ней.

  Хорошо собратьям-артанам! Что им Вышгород и его власть над Русью? Хоть и не порезвишься уже вволю на Русском и Джурджанском морях, как резвились на них в те старые добрые времена их деды-прадеды, мирного торга на них не возбраняют ни ромеи, ни хазары. Плати только положенное, где и сколько положено, да торгуй себе наравне со всеми. Им даже удвоенное мыто в Саркеле не так тяжко, как куявам. Они ведь — хазарские русы. Кто на службе у кагана состоит и имеет от него тамгу, тот и в Саркеле платит мыто по-старому, десятую часть, а не пятую. Даже если и не пропустят через Итиль на полдень в Джурджанское море, то по всей Итиль-реке до самых камских булгар торговать можно. И хотя те ромейские товары, которые купишь у них свободно, не лучше персидских и тех же джурджанских, от ромейских золотых номисм никто не откажется и там. Восток богат на товары, высоко ценимые у ромеев. И если в сам Царьград их легче и дешевле привезти морем из полуденных стран, то на Русское море проще доставить по рекам из Хазарии. На этом и богатеют хазарские русы-артаны.

  И говорят, если хочешь обернуться быстрее, так и не надо ни в Джурджанское море рваться, ни к камским булгарам. Всё отовсюду свозится в Итиль, и всё можно, хоть и дороже, зато легко и быстро купить в нём. И с полудня, и с полуночи, и с восхода в Итиль торговые пути сходятся, и чего не найдёшь в Итиле, то едва ли найдёшь и там. Закупайся, грузись и спеши обратно к волоку из Итиль-реки обратно в Дон. По нему — в Русское море, и если хочешь поскорее сделать ещё рейс в Итиль — продавай всё в Таматархе. Подешевле, чем в ромейских портах, зато всё и быстро. Меньше заработаешь за рейс, зато обернёшься не один раз за сезон, а пару-тройку. Для такого торговца-торопыги хазарский Итиль — это и есть весь Восток. И он того стоит. Нет города больше его во всей Хазарии. И не найдёшь в ней более богатого и разнообразного торга, чем в Итиле. В нём есть всё.

  Так торгуют многие. Но если ты не торопишься, если хочешь взять настоящую цену за свои восточные товары, то вези их в ромейские порты. Но не в Корсунь, конечно — это бедный город с бедным торгом. Запорожцев он устраивает оттого, что непосилен для них путь через всё Русское море, вот и приходится им дешевить в Корсуни. Впрочем, им товары русов достались как разбойничья добыча. Легко пришло — легко ушло. А ты вези в Трапезунд, а лучше — в Синопу. Там с руками твои товары оторвут за настоящую цену. А ещё лучше — в болгарский Переяславец на Дунае. Сам-то город невелик и не особо богат, но туда и угры по Дунаю сплавляются, и моравы, и лангобарды, и даже франки. А бывает, что и фризы добираются, если повезёт. Не просто же так в болгарском Переяславце хотел обосноваться и сам Свентислейф.

  Гирло Дуная — как раз на пути "из варяг в греки", и не миновать его ладейным караванам русов-куявов. Там-то и закупаются в основном русы-артаны у своих собратьев их товарами из Куявии. Ценные меха, янтарь и рыбий зуб, франкское оружие, мёд, воск и рабы. Не на все эти товары Русь — абсолютный монополист, но уж всяко в числе основных поставщиков. Те же франкские мечи, допустим, и по Дунаю контрабандисты возят. Но их рвут с руками на всём протяжении дунайского маршрута. Ромейский спатион тоже очень неплох, но кто его тебе продаст? Так что покупают франкские мечи и ромейские магнаты для вооружения своих личных дружин, без которых на Дунае не обойтись. И много ли их тогда доплывёт до гирла Дуная, чтобы составить конкуренцию привезённым русами? Тут бы вступиться артанам за куявских собратьев, да только плевать им на Куявию.

  Они ведь — хазарские русы, и для них вовсе не сошёлся свет клином на Русском море и гирле Дуная, а значит, и на Куявской Руси. Не обязательно продавать в Таматархе все привезённые в неё по Дону восточные товары, но точно так же не обязательно в Итиле их все закупать. Хазария — она ведь большая. А путь "из варяг в греки" — он ведь длинный и вовсе не с Вышгорода начинается, даже не с Гнёздова. Он от варягов сперва идёт через Ладогу и Хольмгард. А от них — не только в греки, но и в персы. И этот путь — старейший. Ещё не было никакого пути "из варяг в греки", а "из варяг в персы" — уже был. На Ладоге обосновались варяги-гауты, когда не было там ещё никаких приильменских словен, была только тамошняя чудь, но между ней были и поселения готов — давних ещё, доваряжских, но родственных этим пришлым гаутам. От их слияния и сложились полночные ладожские русы, ныне хольмгардские, проложившие путь в Волгу, которая дальше на восход с Камой сливается, образуя Итиль-реку. А она — через Хазарию протекает. И если ты не спешишь сделать за сезон побольше рейсов между Таматархой и Итилем, то что тебе мешает тогда после переволакивания в Итиль-реку из Дона поплыть по ней не на полдень к Итилю, а на полночь, к камским булгарам?

  Конечно, это не ближний свет. От спуска в Итиль-реку это раза в два с лишним дальше, чем до Итиля. Да ещё и против течения реки, и если ветра попутного не случится, то умаешься идти на вёслах. Зато, если тебе нужны полночные товары, так чем дальше ты на полночь проплыл, тем они дешевле, а твои ромейские — дороже. Уже у камских булгар можно встретить и хольмгардцев, у которых закупишь всё, чем торгуют и куявы. Ну, мёд с воском не в счёт, их булгары местные продают по смешной цене. Дёшева у них и челядь, если устроит тебя тамошняя чудско-угорская. У них же и ценные меха, а если хочешь ещё дешевле их купить, то не нужны тебе и хольмгардцы — поднимайся дальше вверх по Каме, и чем выше, тем дешевле там меха. И если достаточно далеко заберёшься, то и соболей по булгарской цене куниц возьмёшь, а возможно, и рыбий зуб втрое дешевле хольигардского и уж точно не хуже. И зачем тебе тогда даже полночная Хольмгардская Русь? Она вообще не была бы нужна, если бы не драгоценный солнечный смоляной камень, да не франкское оружие. А за ними, если у булгар не встретишь хольмгардцев, в Волгу сворачивай вместо Камы, лучше до её слияния с Окой. Там-то уж встретишь их наверняка.