Проводник: проклятый мир

— Я могу чем-то помочь?

Вопрос, прозвучавший за спиной, заставил вздрогнуть и машинально хлопнуть себя по животу, где прятался пистолет. К счастью, этот жест остался для говорившего (а, вернее, говорившей, так как голос был женским) незамеченным со спины.

— Нет... точнее, да, — чуть смутился я, почувствовав себя пойманным подростком в женской раздевалке за рассматриванием белья. — Собственно, я для по... знакомой хочу одежду купить.

— Одежду или белье? — поинтересовалась продавец, девушка года на три постарше меня с каштановыми, слегка вьющимися волосами до плеч. Загорелая почти до бронзового цвета, с карими глазами и темном джинсовом костюме, она стояла в шаге от меня и с легким прищуром и улыбкой разглядывала меня.

— И то, и другое. Понимаете, сегодня ночью попали в дождь, вот... и у знакомой вся одежда запачкалась. Ездили на дачу отдыхать...

Вот же, елки-палки. Мне проще пленного допросить или с кем-то из братвы пообщаться, чем вести беседу с симпатичной девчонкой да еще на тему женского белья.

— Она возвращаться назад в таком виде не согласилась ни в какую. Говорит, что ее даже в машине все увидят и подумают неизвестно что... Теперь нужно ей подобрать одежду.

— Размер у вашей знакомой какой?

Ну, вот что ей ответить? Я только и могу выдать раскладку по камуфляжу. И спросить забыл у самой Олеси о ее типоразмере. Путаюсь я в этих третьих/четвертых номерах, а тут на продаваемой одежде и вовсе непонятные крестики стоят с загогулинами.

— Почти такая же, как та девушка, — указал я на одну из покупательниц, что выбирала себе блузку метрах в пяти от нас. — Только з... кхе-кхе, таз чуть-чуть пошире. Самую чуточку. А так она один в один.

— Размер чашечек? — деловито поинтересовалась моя собеседница, быстро пробежавшись взглядом по 'образцу'.

— Что? — не понял я. — А это что?

— Бюстгальтер, — постаралась скрыть улыбку, произнесла девушка. — Какой она номер носит? Хотя бы примерно.

При этом она подняла свои ладони к груди и слегка коснулась ими бюста.

— Как у меня? Больше? Меньше?

— Побольше, — чуть не покраснев, неуверенно ответил я, вспоминая фигурку Олеси. — Да, побольше...

В общем, белье я купил (целых три пары). Потом взялся за одежду. Тут пришлось мучительно напрягать память и вспоминать, в чем же ходят тамошние женщины и девушки. Партизанок в расчет не брал — они почти всегда в камках.

За время своего вчерашнего посещения смог рассмотреть всего десяток представительниц слабого пола на городских улицах. Вот по ним и ориентировался. В принципе, что подойдет: юбки ниже колена, брюки-джинсы, блузки закрытые и так далее. Отметаем (хоть и с некоторым сожалением, так Олеся смотрелась бы намного привлекательнее) мини, прозрачные блузки и с чересчур большими разрезами и прочее избыточно открытое. Вряд ли там настолько разгулялась мода. Девушка консультант мне помогла выбрать нужное, пообещав, что моя 'избранница' будет в восторге.

Закупившись еще и провиантом, я направился на дачу. Эх, знал бы, какой меня ожидает шок — готовился бы к нему морально уже с этого момента и времени не тратил на разную фигню, вроде снятия демаскирующих меток с покупок.

Глава 12

За время моего отсутствия ничего выдающегося не случилось. Разве что в дом забрался здоровенный рыжий котяра — местный разбойник и гроза представителей сильного пола кошачьего семейства. Баталии он устраивал постоянно, отчего так же вечно ходил с рваными ушами и расцарапанной мордой. Сейчас он лежал на подоконнике, грея раздувшееся пузо на солнышке. На мое появление почти не отреагировал. Так, слегка шевельнул ухом и зыркнул желтым глазом. Мол, прогонит или нет, не пора ли рвать когти из этой уютной обстановки. Возможно, я шуганул бы его, но помня, как партизаны относятся к кошкам, в присутствии спасенной девушки решил не торопиться с подобным действием.

К моим покупкам девушка отнеслась... равнодушно, что ли. Поблагодарила, взяла пакеты (мне их презентовали в магазине, как бонус к большой покупке) и принялась неторопливо перебирать вещи. Минут через пять попросила выйти. Когда же вновь позвала, то предстала передо мною в черных джинсах, футболке и кофточке.

— Отлично выглядишь, — восхитился я новым обликом Олеси и показал большой палец. — Красавица, которых еще поискать надо.

— Спасибо, — чуть потупилась та и тут же предложила. — Давай, пообедаем?

— Давай, — покладисто согласился я. Уже под конец трапезы, когда пил чай с шоколадными конфетами, я услышал то, чего не ожидал, но опасался.

— А у нас даже детям такое очень редко достается, — вздохнула Олеся, откусывая от конфеты 'мишка на севере' крошечный кусочек, проглотив и сделав глоток чая, она добавила. — Миша, ведь мы в другом мире, я права?

— Кхе, кхе, кхе, — закашлялся я, подавившись конфетой. Мягкий шоколад и горячий чай превратились в липкую массу, которая пробкой встала у меня в горле. — Гха... гха...

— Миша, ты что? Не дергайся, — вскочила со стула Олеся и бросилась ко мне. Ее маленькая ладошки принялась отбивать по моей спине барабанную дробь. То ли ее действия помогли мне, то ли конфетная пробка сама растворилась, но я получил возможность вновь дышать.

— Кхе... спасибо... кхе, — поблагодарил я девушку и чуть отодвинулся от ее рук: в рьяном порыве она перешла с ладони на кулачок, а он у нее оказался крепким.

— Не за что, — улыбнулась та и вернулась на свое место за столом. — Точно все в порядке?

— Ага, — кивнул я.

— Тогда отвечай на вопрос...

Вот же засада. И как она догадалась или это просто слова, без всякой подоплеки? С головой после висения в цепях тронулась. Бывает же такое.

— Миша, — вздохнула девушка и посмотрела на меня, — что молчишь?

— Фифету фем, — торопливо закинул сразу две сластюшки в рот и задвигал челюстями. — Фифяшь офефу.

— Ответишь сейчас, говоришь, — правильно расшифровала мой 'кошмар логопеда' Олеся. — Я помогу. Начнем с того, что ты свободно раскатывал на машине по трассе — в моем мире это возможно, но не столь долго. Следующее, я увидела местных жителей — они совершенно не похожи на моих земляков: не напуганы, ходят свободно, спокойно возятся на своих участках...

— А фифо фим фовафся, — пожал я с удивлением плечами и торопливо затолкал в рот еще одну конфету. Блина, ученые утверждают, что сладкое активно стимулирует мозговую деятельность. Но я ем и ем, а результата нет. Скорее, тупее стал — все мысли вылетели и возвращаться в мою голову не собираются.

— Бояться есть чего, — не согласилась со мною Олеся. — Демоны за десятилетия научили осторожности. У каждого из нас настороженность на грани условных рефлексов выработалась.

Так, продолжаем. Теперь поговорим о нем, — Олеся кивнула на кота, который безмятежно дрых на подоконнике.

— Ф фнивфм-фо фто фе так? — вздохнул я и проглотил конфеты. — Написано, что ли, на нем крупными буквами насчет его иномирности?

— Коты так спокойно не ходят. У каждого имеется свой хозяин и обязательно кто-нибудь присматривает.

— И за этим присматривают, — буркнул я. — И хозяин имеется.

— Нет, — улыбнулась в ответ Олеся, — не надо мне голову дурить. Кроме этого кота я еще видела несколько, и все они выглядели бездомными. Двое и вовсе грязными были, все в репейниках и с болячками. Такого с НАШИМИ кошками быть не может.

-...

У меня и слов-то не было для оправданий, только невразумительное мычание.

— Дальше, — деловито перешла к следующему пункту девушка, — одежда. Я никогда не видела такого фасона и материи, даже среди товаров из резерваций не попадались.

Эх, получается, я зря выбирал одежду без всяких 'адидас', 'рибок' и прочих кутюрье. И попусту потратил время на спарывание ярлыков. М-да, женщину сложно провести в плане шмоток, пусть и такую молодую.

— Еще вот это.

Олеся продолжала выбрасывать козыри и каждый раз чуть ли не туз и джокер выпадали. На этот раз она положила на стол несколько нешироких бумажных полос в полметра длиной. Вроде бы, газетная нарезка. От старых газет, уже пожелтевшие и хрупкие, словно тончайшая фанера. Судя по внешнему облику и остаткам клея — сняты с оконной рамы.

— И? — спросил я, приподнимая левую бровь вверх... и только после вопроса до меня дошло: газеты-то моего мира.

— Понял? — позволила себе усмехнуться Олеся. — Я выбрала самые подходящие, с датами и важными новостями. И последнее: в этом мире потоки магии совсем другие, я даже работать с ними не могу в полную силу.

— Да, — вздохнул я, припертый кучей неопровержимых аргументов (газеты и упоминание магии), — это другой мир.

— А как ты нашел сюда проход или местный?

— Местный я. А к вам в мир попал совершенно случайно...

После этого кратенько рассказал историю знакомства с миром Олеси, упомянув про умирающую девушку. Про знак, который она мне оставила и так далее.

— Наверное, это была Маша, — грустно сказала Олеся. — Она была самой лучшей магессой в нашей группе. Она сумела расшифровать некоторые заклятия демонов. Но нас кто-то сдал. Машка смогла вырваться и за ней послали варгов. Нас же демоны отвезли к себе и там пытались все разузнать... они и узнали. Твари умеют спрашивать, они в голову своей магией лезут, не давая возможности скрыть и замолчать что-то. Потом нас отправили в жертву Наместнику.

Что ж, теперь понятно мне стало, кого Маша просила спасти, кому нужно было помочь. Вот этой девчонке и ее товарищам, так и погибшим в цепях.

— Получается, что я маг? — поинтересовался я у Олеси. — Как и ты?

— Нет, — отрицательно мотнула девушка головой, — не маг. Твой Знак — обычная маго-татуировка. Твоя кровь активировала метку.

— Кровь?

— Да, она. Это магия демонов. У них почти все на крови завязано. Потому и нуждаются они в жертвах. Объяснять слишком долго, да и не все поймешь. Другой магии мы не знаем — только ту, что принесли с собою демоны.

Понятно. На Земле (что этой, что параллельной) с магией народ не дружит. На протяжении столетий всяческие намеки на магов (колдунов и похожую братию) сжигали, причем, в буквальном смысле. Только это и объясняет отсутствие представителей чародейской братии среди людей, а не невозможность вообще колдовать. Как заметила Олеся, магические потоки и в моем мире имеются, только пользоваться ими никто не может.

— Миша, а ты что дальше планируешь делать? — осторожно поинтересовалась девушка.

— Ну, — призадумался я, — подожду, пока восстановится Знак. Потом вернусь обратно в тот город и постараюсь выбраться в леса. Там отыщу место поспокойнее и вернусь за тобою.

— А почему не можешь вместе со мною перенестись?

— Опасно. Мне одному легче уйти или отбиться. Да и в любой момент могу вернуться сюда — при одиночном переходе Знак дает возможность прыгать туда-сюда в течение всего дня. По крайней мере, на обратную дорогу я могу рассчитывать в любой момент.

Олеся после моих слов слегка призадумалась. Помолчав несколько минут, она вновь заговорила:

— А если я помогу тебе выйти не в городе, а в другом месте? Совсем другом, где нет демонов и их слуг... возьмешь с собою сразу же?

— Если там безопасно, то возьму, — согласился я. — Что за место?

— Резервация, — торопливо принялась пояснять девушка. — Я знаю магическую метку, привязанную к одному из необитаемых поселков. Туда сможем переместиться безопасно.

— В резервацию? Это же сколько мне потом добираться обратно? Меня в отряде друзья ждут...

— Пару дней, не дольше. Если на машине...

— Вот еще, — буркнул я, — машину туда отправлять. Хотя... я придумал кое-что. Кстати, не знаешь, что это такое?

Я протянул Олеси пенал, который прихватил у толстяка в потайной комнате. Девушка приняла предмет очень бережно, словно он из стекла был сделан или грозил обжечь руки при неверном ухвате. Повертев и осмотрев со всех сторон, Олеся сдвинула крышку в сторону и вынула 'яйцо'.

— Хм, кость демона, — задумчиво проговорила Олеся, касаясь рукой предмета. — Жезл... не могу точно сказать какой и для чего... хотя... это же телепорт.

— Что?

— Телепорт, — повторила девушка. — Любой маг сможет переноситься мгновенно в пределах видимости. Можно километра на три-четыре прыгнуть.

— Только маг?

— Да, — подтвердила Олеся, — только маг. Например, я могу им воспользоваться. А вот ты уже не сможешь.

— Жаль, — огорчился я. — С такой штукой можно было бы такие дела проворачивать...

— В моем мире с ним сложно обращаться, — продолжала дальше говорить Олеся о свойствах трофея. — Он создает слишком сильные возмущения в эфире. Любой маг или демон смогут уловить их на огромном расстоянии. Причем демоны обязательно заинтересуются и пожелают познакомиться с владельцем этого жезла. Эта шкатулка экранирует его, но стоит только ее открыть, как маскировка исчезает.

— Тогда давай его пока тут оставим, — предложил я. — Не стоит рисковать в твоем мире. Мало ли что...

Покинули мы этот мир через два дня. Пришлось кое с чем повозиться, решить ряд дел. А потом шаг в туман и выход из него в незнакомом месте.

— Где это мы? — поинтересовался я, недоуменно вертя головой. Луга, овраги, редкие лесопосадки, молодая березовая поросль там, где десяток другой лет назад были пахотные поля. И здания в километре от точки нашего появления.

— Поселок Первомайский, — сообщила Олеся. — Больше я ничего не знаю об этом месте.

— Есть тут кто живой?

— Нет, — отрицательно качнула головою девушка, — никого и очень давно. Демоны больше десяти лет назад устроили тут резню. После этого никто не пожелал тут селиться.

— Твари, — сплюнул я в пыль при упоминании захватчиков из соседнего мира. — Ладно, куда нам?

— На восток, — через триста километров заканчивается территория резервации. Потом еще около двухсот или двухсот с небольшим километров до моего города.

— Порядочно. Хотя...

Договорить я не успел. В этот момент я услышал едва уловимое стрекотание... знакомое такое механическое жужжание.

— Вертушка? — недоуменно проговорил я вслух. — Откуда? Олесь, в резервациях вертолеты есть?

— Только у демонов.

— Тогда нам надо отсюда сваливать. Садись и держись крепче.

Спрятаться здесь было негде — сплошь открытое место с редкими, насквозь просвечивающимися лесопосадками и неглубокими, открытыми оврагами. Оставался только поселок. Именно туда я и направил свой мотоцикл.

Неплохой 'ижак-пятерка' с двумя цилиндрами. Приобрел у знакомых задешево — документов на него не было. Подозреваю, что мотоцикл был ворованным, от того и цена такая лояльная. Чуть-чуть с ним повозился, за полдня приведя в порядок и заменив глушаки на новые, а то прежние больше ревели, чем работали.

Теперь эта машинка меня в миг донесла до первых домов. Выскочив на перекресток, я остановился и сбросил обороты, не глуша двигатель — вдруг придется стартовать с места.

— Ты местность не знаешь? — поинтересовался я у своей спутницы, которая цепко держалась за меня, ухватив руками поперек туловища.

— Не-а, я только про метку знаю. Маша о ней упоминала.

— Жаль, тогда пора нам прятаться.