Второй Рассвет

— Нападения не было. Для него ещё не пришло время. Сверх-Эвергет Энго мощнее, чем все тридцать наших Защитников, хотя дело не в этом. Можно уничтожить их не-планеты, даже все их колонии, но невозможно уничтожить все их корабли. "Увайа" служит хорошим примером того, что может даже один уцелевший корабль.

— Короче, вы решили... открыться им, вступить в контакт, а потом... ударить наверняка, да? — спросил Анмай. — Это же предательство!

— Обман — обычная военная хитрость. Иным путем достигнуть наших целей нельзя. Этот путь оптимален и позволяет обойтись вообще без боевых действий и избежать риска.

— Но я представлял себе всё это совершенно иначе...

— Титанические битвы, ведущиеся с безмерной хитростью? Так и есть. Просто в этой Вселенной есть силы, справиться с которыми можно только с помощью их же методов.

Хьютай захотелось спросить, кого же из своих друзей её соплеменники предавали на смерть. Но она промолчала.

...........................................................................................

Пятнадцатью днями позже Хьютай вновь стояла у окна, разглядывая причудливую массу Энго. За эти дни она значительно приблизилась, и не-планета в обзорных экранах заполняла всё небо. Поскольку распределение масс в ней не позволяло создать постоянное тяготение, не-планета вращалась вокруг оси, так, что тяготение на десятках тысяч её палуб оставалось более-менее в пределах нормы. Каждая из них была целым миром. Их населяло шестьдесят триллионов файа. Но территория палуб была так огромна, что на каждого приходилось восемьдесят квадратных миль земли, по большей части, отданной дикой природе. На создание этой огромной не-планеты ушло не меньше тысячи стандартных планетных масс — чтобы построить её, пришлось очистить всю систему, использовать все её планеты, луны, астероиды и кометы без остатка...

Построившая Энго сверхраса Эрру давно ушла из этой Вселенной, но основные механизмы не-планеты продолжали действовать, жизнь в ней продолжала развиваться, порождая множество самых удивительных форм, хотя до возникновения разума дело так и не дошло...

Хьютай прикоснулась к браслету. В окне поплыли быстро сменявшеся виды внутренней структуры колоссального сооружения. В основном она видела разноцветные кроны лесов, сплетавшихся под светом яркого, но негреющего солнца-имитации. Деревья Энго были столь различны, что порой не верилось, что они растут всё же в одном мире...

Среди этих девственных равнин виднелись зеркальные башни-опоры, соединявшие все яруса Энго в одно целое. Внутри них, в вакууме, носились магнитные поезда, разгоняясь иногда до воистину космической скорости. Но всё же, чтобы попасть из одной части Энго на противоположную, требовалось не меньше пяти дней, так она была велика...

Но самым странным в Энго была её центральная камера. Первое, за что цеплялось зрение в этом месте — приплюснутый полосатый шар настоящей планеты-гиганта, окруженный роем крохотных солнц и плавающий между поля их бессчетных отражений в зеркальных плоскостях дна и крыши Энго, уходящих в бездонную глубину. Свет их был не очень яркий, похожий на лунный. Это выглядело очень странно. Хьютай даже не сразу разобралась, что она видит в центральном зале. В нём царила невесомость, и парящий в нем газовый гигант оставался неподвижным, он не участвовал в её общем вращении. Она видела словно бы жидкий голубовато-синий шар планеты, окруженный венцом крошечных, ослепительно-ярких солнц. Колоссальная планета и солнца отражались в плоскостях дна и крыши Энго из зеркального нейтрида, превращая его в бесконечный коридор...

Если подсчитать весь исходящий поток энергии, Энго сияла, словно звезда — пусть маленькая, но звезда, равновесие которой, в отличие от настоящей, приходилось поддерживать с помощью невероятных технических ухищрений. Если бы хоть на миг отключились погруженные в ядро центральной планеты гравитаторы, она бы просто взорвалась, а окружавшие её искусственные солнца врезались бы в верхние жилые палубы...

Пока Хьютай размышляла об этом, изображение в окне по-прежнему двигалось. Оно достигло венца огромных круглых дыр в "верхнем" днище Энго — выходов наружу. Она "нырнула" в одну из них и оказалась в надстройке — колоссальном порту Энго, порту, непрерывно изменявшемся и расширявшемся, так и не обретшем пока единой формы. Здесь она мчалась в странном окружении — окружении, часто настолько непривычном, что не могла ничего понять. Но именно надстройка была самым удивительным местом Энго — даже физика в ней была своей. Глазу это не было заметно, но внутри неё значения некоторых физических постоянных были чуть-чуть изменены, так, что становились возможными невозможные вещи — например, создание установок Эвергет...

Именно Энго поставляла Сети население для новых колоний — примерно по восемьдесят миллиардов каждый год. Чтобы перевезти их, требовалось множество звездолетов. В этих доках их стояло больше восьмидесяти тысяч — почти треть всех кораблей, имевшихся в распоряжении Сети...

Прибывшая сюда "Укавэйра" застала в доках и первые строящиеся звездолеты — всего несколько десятков. Сейчас их стало гораздо больше. Хьютай видела ряды зеркальных кубов, непохожих на файские пирамиды, так и оставшиеся недостроенными. Питаемые потоками массы из плазмопроводной сети Энго, они быстро росли. До завершения строительства всей этой армады автоматических боевых кораблей оставалось совсем немного. Их было 2049 — столько же, сколько и всех планет Сети, которые они должны были уничтожить.

.........................................................................................................

Прибыв в систему Энго, "Укавэйра" поступила очень хитро. К этому времени файа уже знали об уничтожении Амии. Она свалила всю вину за нападение на Черных Прыгунов, благо, повредить это никому не могло. Согласно её сообщениям, со всеми мирами Эрайа произошло то же самое. Её рассказ был настолько правдоподобен, что никому здесь и в голову не пришло его проверить...

........................................................................................................

Глядя на бесконечные ряды растущих чудовищ, Хьютай задумалась. Она знала, что грядущая победа над её соплеменниками будет достигнута с помощью самого бессовестного обмана.

Прибыв к Энго, "Укавэйра" сразу наладила связь с её обитателями. Она поведала длинную историю о своём визите в Линзу, прыжке в будущее и о его мотивах. Всё это, вплоть до прибытия к Эрайа, было, конечно, чистой правдой. Дальнейшее — о крупицах информации, добытых из оплавленных развалин, о внезапном вторжении непостижимых Черных Прыгунов, о взорванных и поглощенных ими Защитниках — являлось чистой ложью. О множестве иных вещей — например, о самом присутствии на её борту Дивной Пары — она просто умолчала. И когда она предложила свою помощь, её приняли с радостью. Нужда в ней была велика. Хотя уже двести лет Айэт не сражался с Сетью, в материнской галактике файа объявились Черные Прыгуны. Они дрейфовали возле медленно поглощающей её Стены Света, пользуясь её энергией. Тринадцать самых старых и обжитых колоний Сети были ими уже уничтожены. Попытавшись дать Черным Прыгунам бой, Сеть потерпела унизительное поражение — из огромной эскадры в восемь тысяч боевых звездолетов, атаковавших тучу Прыгуна, больше половины погибло.

Сеть собиралась просить о помощи золотых айа, хотя и не поддерживала с ними постоянной связи. Но "Укавэйра" появилась чуть раньше и предложила свою помощь. Её успехи в строительстве новых боевых кораблей оказались столь велики, что она без особого труда убедила файа вообще не посылать золотым айа никаких сообщений. Она щедро делилась с Сетью своей мудростью, и никто не подозревал, что единственная её цель — проникнуть в интеллектронные сети Энго и полностью подчинить их. Файа сами открыли ей свободный доступ туда, а потом без рассуждений принимали все выдвинутые ей условия, продиктованные, якобы, необходимостью усиления обороны. Так, они согласились отозвать из межзвездных экспедиций все свои корабли и сосредоточить их на базах — все до единого. Когда она потребовала вообще прекратить на время кризиса все космические полеты, они пошли и на это, признавая тем самым, что отдают ей верховную власть. Они сообщили ей все секретные шифры и образы, все способы опознавания "свой-чужой". Никто не задумывался, зачем ей это нужно. Возвращение "королевы муравейника" в грозный час их истории вызвало у файа лишь радость...

Хьютай прикоснулась к кнопке весма.

"Сколько осталось до конца строительства эскадры?" — мысленно спросила она.

Примерно шесть часов, — ответила машина. — Тогда же начнется нападение. Защитники придут на помощь нашим кораблям там, где в этом будет необходимость.

Хьютай вновь задумалась. Даже она не знала, где скрываются похищенные "Укавэйрой" Защитники. Восемнадцать их оставалось возле Эрайа, но остальные...

Она вспомнила, что именно в том районе всего несколько дней назад на самом деле появились Черные Прыгуны. Разведчики "Укавэйры" насчитали 165 матоида и 5063 крейсеров Первичной Формы. Все имевшиеся в её распоряжении Защитники в несколько раз превосходили по мощи разгромленную эскадру Сети — но только в несколько раз. Будет ли этого достаточно?..

Хьютай встряхнула волосами, возвращая свои мысли к Энго. Здесь тоже жили люди, довольно много — примерно пять миллиардов. Сразу по прибытии "Укавэйра" запретила сати и потребовала выселения людей на пустые планеты, уже подготовленные к колонизации. Ей подчинились. Сейчас эвакуация людей уже подходила к концу. Всего через несколько часов вернется последний корабль, вывозивший их матрицы. И тогда...

— Если мы смогли заставить их отказаться от сати и оставить в покое людей — зачем нам вообще их уничтожать? — вдруг спросил Анмай.

— Мы можем вывести их на тот путь, по которому пошли Союз Файау и даже Мэйат, но при одном условии, — тут же ответила машина. — Нам придется вечно вести их. Это станет бессмысленным повторением уже прошедшей истории. И это равносильно отказу от нашей истинной цели.

Хьютай кивнула. Действительно, файа Сети лишь повторяли уже прошедшую и забытую историю своих предков, повторяли бессознательно и глупо, не зная, что в ней нет уже никакого смысла... но это только на её взгляд.

Она поймала себя на том, что подсознательно пытается отделиться от обреченных на смерть соплеменников, представить их мерзкими и никчемными. Иначе...

Если бы она решилась всерьёз допустить в своё сознание мысль об истинном положении дел, она бы просто не смогла жить. Страшно час за часом, день за днем смотреть на то, как её ничего не подозревающий народ своими руками готовит конец своей истории. Конечно, она знала, что им было лучше вовсе не рождаться на свет, но чем это могло ей помочь?.. Она сама приняла это решение — как водится, не зная, к чему оно приведет, — и теперь ничего не могла изменить. Она была лишь ничтожной клеткой огромного организма "Укавэйры", которая знала, что иногда — во имя равновесия — приходится и уничтожать невинных, за то лишь, что они существуют. А с точки зрения космоса... какая разница, существует в нем Сеть файа, или не существует? Никто даже не узнает о её гибели. А если и узнает, не станет обращать внимания...

Подумав об этом, она нахмурилась. Почему законы этики с неотвратимой неизбежностью приводят к уничтожению целых разумных рас? Почему те, кто стремится творить счастье, должны быть столь жестоки?..

Она яростно встряхнула волосами. Ей не хотелось делать страдания и мучительные размышления своей специальностью. К счастью, как раз на этот случай файа была создана Аюттхайа, система управления разумом. На Девяти Мирах она не обратила на неё внимания, но на борту "Укавэйры" она неплохо овладела ей. Это была очень полезная вещь — даже если требовалось принять, как неизбежность, гибель своего народа. Она позволяла думать лишь о том, что необходимо, и давалась гораздо труднее, чем любое физическое обучение, потому что требовала полного сосредоточения. Даже в медитации, когда сознание становилось как бы прозрачным, Хьютай не могла полностью забыть о своей проблеме. И потому все эти годы она упорно работала над собой, стараясь овладеть своим умом. Она так долго добивалась этого! И вот теперь, наконец, ей удалось достичь такого уровня, что она могла успешно применить полученные знания. По крайней мере, на время.

Она знала, что из этого народа, файа Сети, Аюттхайа владели лишь Мечтатели и Пилоты, да и то лишь те, кому приходилось летать меж звезд. Вначале она подумала, что остальным просто лень, но всё оказалось ещё хуже — умственные способности современных файа просто не позволяли им собой управлять. Проще говоря, они оказались слишком глупы для этого...

Тем не менее, Хьютай продолжала строить планы, как помешать "Укавэйре", даже сознавая, что это глупое мальчишество. Она знала, что никогда не решится осуществить их из-за возможного интеллектронного перепрограммирования её сознания, на которое "Укавэйра" однажды уже почти пошла. Но альтернатива в виде трусливого бездействия нравилась ей куда меньше. Впрочем, если она действительно решит помешать "Укавэйре", та вряд ли обратит на это внимание...

Она быстро обернулась — сзади пискнула дверь, в комнату вошел веселый Анмай.

— Только что из не-пространства вышла "Тэра" — последний корабль, вывозивший матрицы людей, — сообщил он. — Она войдет в док через пять часов с минутами, — а потом начнется фейерверк!

— И тебе их не жалко? — удивилась Хьютай.

— Жалко! Но им следовало знать, что придуманный людьми закон божественного воздаяния иногда всё же действует!

— Откуда ты такой веселый? — спросила она уже хмуро.

— Из комцентра. Знаешь... "Укавэйра" сказала мне... Я не всё понял, но она говорила о золотых айа. Она говорила... это было связано с предвиденьем возможностей, сущностей, будущего... как у тебя. Так вот, на основании этих возможностей она сказала, что культура золотых айа не просто неизмеримо богаче культуры файа — она заключает в себе всю их культуру, все возможности её развития. Я не понимаю, как такое может быть, но уничтожение Сети не повредит развитию разума...

Хьютай задумалась.

— Моя интуиция здесь бессилна, и я лишь удивляюсь, как много различных причин ведут к одному решению. Они все сходятся в одном фокусе и создают... неизбежность. Впрочем, скорее всего, это ложь.

.............................................................................................

Анмай удивленно замер, переводя взгляд с её лица на окно и обратно. Она похлопала ладонью по силовой подушке.

— Устраивайся рядом. Мы напоследок посмотрим на Энго, а когда этот грустный обзор кончится...

Анмай молча подчинился. Хьютай знала, что он, как и полагается мужчине файа, владеет Аюттхайа гораздо лучше, чем она. Вполне возможно, что его веселье было напускным...

.............................................................................................

Прикоснувшись к весму, она превратила в экраны все плоскости каюты. Они оказались в звездной пустоте.