Второй Рассвет

Наконец, свет погас, боль отпустила. На земле лежал целый, но всё же, мертвый айа. Симайа задумался. Потом сел возле тела и положил ладони на его грудь. Айа дернулся от прошившего тело разряда... и всё же задышал. Когда он опомнился, симайа помог ему встать. Они стояли рядом и одинаково улыбались — донельзя счастливые...

Тот случай произошел десять дней назад. Хьютай раньше видела этого юношу несколько раз, и знала, что и потом, после воскрешения, он не изменился...

От возвышенных размышлений её оторвал Лэйнэ, положив руку на плечо. Хьютай мотнула головой, возвращаясь к реальности и глядя на проплывавшие на том берегу пропасти фигурки таких же наблюдателей. Всех их привело сюда исключительно бескорыстное любопытство.

— Что? — наконец спросила она.

— Сюда летит симайа. Наверное к тебе.

...............................................................................................

Симайа и в самом деле летел к ним. Он плавно опустился на землю и тут же принял вид рослой девы в синем плаще. Хьютай сразу узнала её, — своего двойника, разумеется.

— Твоё время вышло, — без предисловий сказала та. — Ты должна пойти со мной и принять свою участь.

— Разве суд уже состоялся? — удивилась Хьютай.

— Да. И ты уже осуждена.

— Без моего присутствия?

— А зачем оно? Что ты бы смогла сказать из того, что мы сами не знали?

— В самом деле? Что они решили?

— Ты должна выслушать приговор и всё поймешь сама.

— Смерть?

Молчание.

— А если я не захочу?

— Ты всё равно отправишься, — симайа пожала плечами, словно удивляясь бессмысленности этой мысли.

— А если я... — не закончив фразы, Хьютай ударила своего двойника копьём в горло.

..........................................................................................................

Симайа не успела, а может, не захотела защититься. Стальной наконечник пробил кожу и глубоко погрузился в тканевую мякоть, не встретив сопротивления кости. Лэйнэ вскрикнул. Хьютай с усилием вырвала оружие.

Из ужасной раны не хлынуло крови — вообще ничего не хлынуло. В глубине пузырящейся дыры, под тонкой корочкой золотисто-коричневого кожистого слоя открылась плотная, зеленовато-белая, светящаяся масса, даже отдаленно не напоминавшая плоть. Она пульсировала, и с каждой пульсацией края раны сближались. Всё это время симайа продолжала пристально смотреть на неё.

Хьютай попятилась. Рана закрылась, на её месте остался бледный шрам. Он темнел с каждой секундой и быстро исчез, не оставив никакого следа. Хьютай взглянула на копьё — наконечник был чистым — и отбросила оружие. Она знала, что ничего не дается даром, и эта плата за вечную жизнь, способность летать и множество более удивительных способностей совсем невелика. Но всё же... ей стало жутко.

— Это было... неумно, — с трудом произнесла симайа, растирая горло. — Мы тоже чувствуем боль, и иногда даже сильнее, чем вы.

Хьютай пожала плечами.

— Приговор уже вынесен. Это ничего не изменит.

Симайа кивнула. В следующий миг её фигура расплылась знакомым зелено-серебристым облаком. Хьютай ощутила, как её подхватывает силовое поле. Стремительно возносимая вверх, она едва успела взглянуть на Лэйнэ — в последний в жизни раз.

............................................................................................

Симайа поднималась вертикально вверх. Земля внизу быстро размылись смутной сизой пеленой атмосферы Р`Лайх, потом вокруг силового пузыря засиял бледный огонь ионной тяги. В пустоте Хьютай почувствовала себя неуютно. Момент для исполнения смертного приговора был самый подходящий. Достаточно отключить силовое поле — и всё кончится за несколько секунд. Симайа как-то ощутила её страх.

"Не бойся, — на сей раз беззвучно сказала она. — Я знаю, что ты ударила меня из любопытства, а не из злобы или желания убить. Ты умрешь не сейчас".

"А когда?"

Ответа не последовало, и Хьютай предпочла спросить о более веселом.

"Зачем вам вообще нужны живые айа? Какая от них польза? Насколько я видела, они лишь охотятся и болтают друг с другом. Когда не занимаются любовью".

"Они — наш исток, отрываться от которого было бы довольно неразумно. Кроме того, мы не можем размножаться иначе. Когда происходит метаморфоза, в нашу плоть входят магнитные монополи. Они — наша энергия, наш мозг, наша жизнь, но мы не можем сами их производить. Утеря даже одного монополя невосполнима. Когда Возрождающие совершают метаморфозу, они вводят в бозонную плазму заранее заготовленный заряд монополей. Без этого ничего не выйдет. Монополи производятся только на сингулярных ускорителях, известных тебе как установки Эвергет. Я думала, ты можешь это понять".

"Да, — Хьютай разозлилась на свою глупость. — А Возрождающие могут превратить старого айа в молодого?"

"Да, но это бессмысленно. Резерв памяти всё равно будет ограничен, как и в твоём теле. Без перехода на квантовый уровень его не расширить".

На этом разговор иссяк. Хьютай осмотрелась. Они поднялись уже довольно высоко, но не было заметно, что они направляются к какой-либо ближайшей планете.

— Куда мы летим? — вслух спросила она.

— На Эрайа. На настоящую Эрайа. Ты была на её копии.

Хьютай удивленно замерла — на миг.

— Как можно скопировать целую планету?

— Ты изучала теорию суперструн? Знаешь, что каждая частица — на самом деле струна, тончайшая нить измененного вакуума?

— Да.

— Тогда ты должна знать, что у каждой струны два конца. В макромире это отражается тем, что в нашем пространстве существуют два набора частиц, которые не могут взаимодействовать друг с другом иначе, чем с помощью гравитации. Также ты знаешь, что девять десятых материи нашей Вселенной, — темные, невидимые. Большая её часть — гравитино и аксионы, а также нейтрино. Но ровно десятая часть этой массы, обнаружимая также лишь гравитационно, не рассеяна, а образует компактные сгустки, соответствующие по массе нашим звездам и планетам. Космос слишком велик, и они никогда не совпадают в пространстве. Мы можем определить гравитацию теневой планеты... но это и всё, что мы можем с ней сделать. Все знают, что теневая Вселенная существует, но она была недоступна для нас. Поменять все взаимодействия невозможно. Но с её обитателями удалось установить связь с помощью генераторов гравитационных колебаний. Их Вселенная почти такая же, как наша... с некоторыми интересными отличиями. Во-первых, их мир не вполне тождественен нашему. В их симметрии есть фазовый сдвиг, хотя это трудно объяснить. Во-вторых...

— Но я не знаю, как можно скопировать планету, и зачем вообще это делать, если можно было её просто переместить! — перебила её Хьютай.

— Мы не могли разрушить систему Эрайа и устранить её из внешнего мира, — неохотно пояснила симайа. — Были и более серьёзные соображения. Наконец, существует такая вещь, как демонстрация технологий. Тепрь тебе понятно?..

— Да. Продолжай.

— При определенных условиях можно рассечь струну и заставить частицу — или любую группу частиц — воспроизвести своих теневых двойников, ещё раз, я имею в виду, — нужно лишь приложить достаточную энергию.

— Это верно, — сказала Хьютай. — И это означает, что если бы мы могли рассечь эти струны в себе, то могли бы создать своих двойников там.

— Возможно. А если мы рассечем спиновые струны повсюду, мы создадим вселенную.

Хьютай подумала, что это звучит как-то странно.

— Вы хотите сказать, что у вас есть способ, которым мы сможем создать новую вселенную?

— Да. Мы можем построить её, если сумеем рассечь все струны в этой.

— Что ж, тогда вам надо решить проблему создания новых вселенных.

— Я думаю, когда-нибудь мы её решим. При этом будут использованы только те силы, которые не действуют на поверхности нашей браны. Наблюдателю в нашей вселенной ничего не придется делать, он даже не заметит, что происходит.

— То есть, если бы мы могли рассекать спиновые струны, то могли бы копировать любые материальные объекты?

— Да, — ответила симайа.

— Но как же они тогда будут взаимодействовать друг с другом, находясь в разных вселенных?

— Они будут взаимодействовать друг с другом на теневой стороне так же, как и в нашем мире, но, если не будет обратного отражения, то они не будут иметь в нём никакой энергии. Кроме гравитации, конечно.

— И вы уже делали это?

— Мы построили машину... её можно назвать Зеркалом Сути. Она повторяет любой попавший в её поле предмет в теневой Вселенной. С теневого отражения можно снова сделать реальное, — а оригинал остается неизменным. Конечно, поскольку невозможно создать материю без эквивалентного количества антиматерии, в каждой Вселенной появилось по планете из антивещества. В итоге, там, где была одна Эрайа, стало пять. Настоящую мы провели через Туннель Дополнительности сюда, в Р`Лайх, копию поставили на её место — это и в самом деле нетрудно для нас. Антипланету мы разобрали на топливо — не выбрасывать же её в межзвездное пространство. А потом эту копию открыли файа Сети.

— Туннели Дополнительности?.. — удивленно спросила Хьютай.

— Туннели дополнительных измерений, червоточины, — пояснила симайа.

— Червоточины?..

Симайа вздохнула — точней, изобразила вздох.

— Червоточины — это своеобразные "тоннели" из наших измерений в измерения "соседние" и обратно. Через них можно попасть внутрь любой браны. Пространство каждой вселенной имеет свои особенности, и на их основе строятся все необходимые для жизни условия. Например, в нашей вселенной нельзя жить без воды или без воздуха, хотя ни в том, ни в другом нет ничего особенного. В каждой вселенной есть свои обитатели, свои боги, своя иерархия, свой уровень культуры, свой календарь и многое другое. Разные вселенные имеют и разное время жизни. Не исключено, что в какой-нибудь вселенной может вообще не оказаться жизни. На каждой бране можно построить своё Вселенское Государство на базе того или иного пространства. При этом в каждой из вселенных скалярное поле может принимать только одно значение из некоторого множества. Это означает, что Туннель Дополнительности, соединяющий две вселенные с разным значением скалярного поля, то есть с разными законами физики, должен поддерживать такое множество значений. Иначе говоря, Туннелю Дополнительности соответствует последовательность всех возможных значений скалярного поля. Поэтому Туннельные Узлы используются для путешествий, а также для переброски межвселенских объектов, таких, как Эрайа.

— А сколько это потребовало энергии? — с интересом спросила Хьютай. — И что там, на теневой стороне?

Симайа не ответила. Они продолжали набирать скорость.

— Вы бы разместили своих представителей на Эрайа перед копированием, если бы знали, что делать с их двойниками из антиматерии, — наконец сказала Хьютай. — Мне бы тоже хотелось увидеть теневую Вселенную, но я бы не решилась на такое...

— Да. Желающих не нашлось. Но мы нашли лучший способ для общения с её обитателями — гравитационные генераторы. Именно нашли — он был известен задолго до нас, очень задолго...

— И что вам удалось узнать про теневой мир? — спросила Хьютай. Она чувствовала, что нашла нечто очень важное, — нечто, что может объяснить всё происходящее здесь. Её собеседница тоже это почувствовала. Ответа не было.

............................................................................................

Мысли о том, что будет с ней на месте назначения, были очень невеселыми — мгновенная смерть её там явно не ждала, это она уже поняла. Пытаясь отвлечься, Хьютай смотрела на невероятный мир Р`Лайх, раз это ей позволяли. Правда, ей казалось, что она по-прежнему смотрит на это невообразимое небо с земли — Пояс Миров выглядел точно так же, хотя она смотрела на него уже с другой стороны. Вверху она заметила второй такой же диск — мириады миров и сплошная стена плотов-островов над ними. Планеты были со всех сторон, они составляли нечто вроде тучи из голубовато-белых сфер. Впрочем, они поднялись слишком невысоко над их плоскостью, чтобы можно было увидеть её целиком. Внешняя сфера Р`Лайх выглядела темной — даже против света разглядеть что-либо на ней оказалось невозможно. Похоже, излучение Ворот было настолько мощным, что построить сплошную обитаемую сферу не позволяла опасность перегрева.

Потом симайа начала тормозить, так что цель их полета оказалась скрыта её туманным телом. Впрочем, когда края надвигающейся планеты выплыли из-за него, Хьютай сразу её узнала. Она очень долго смотрела на Эрайа с орбиты, и не могла ошибиться.

........................................................................................................

Они приземлились в её столице, точно такой же, как та, которую видела Хьютай. Здесь лишь не было никаких машин — её обитатели-симайа просто не нуждались в них и весело парили в воздухе без всяких механизмов. Впрочем, на улицах виднелись и идущие пешком — молодежь золотых айа, ещё не прошедшая метаморфозы.

Если не смотреть вверх, город, залитый, казалось, обычным солнечным светом, выглядел неизменным, и Хьютай охватила тоска. Они спустились к правительственному дворцу, к его центральной пирамиде — и нырнули в широкий летный туннель. Правда, симайа направлялась не в центральный Зал Власти Совета. Она свернула куда-то вбок, и, прежде, чем Хьютай успела опомниться, её сбросили в пустую комнату, не имевшую, к тому же, двери. Единственным проемом оказалось окно, выходившее на плоскую крышу — лежащую в сотне метров внизу. Спуститься туда по гладкой наклонной стене она при всем желании не могла.

Хьютай вздохнула. Прошло несколько минут, но за ней никто не пришел. Поскольку никаких сидений не было, она села прямо на пол, прислонившись к стене и поджав босые ноги.

Про неё словно забыли. Прошел час, второй... "Солнечное" пятно лениво ползло по полу — отсюда она заключила, что эта Эрайа вращается так же неспешно, как и её копия. Она лениво следила за ним и так же лениво думала. Зачем её заперли здесь, обрекая на бессмысленное ожидание? Хотели ввергнуть её в смятение? Надеялись, что она, ожидающая смертного приговора, воспользуется единственным оставленным ей выходом, и тогда отпадет необходимость в палаче?..

Всё это была не заслуживающая дальнейшего обдумывания чушь, но ничего лучшего в голову не приходило. Хьютай изо всех сил старалась сохранить спокойствие, а это нельзя было сделать, обдумывай она своё положение. Впрочем, поверить в ожидающую её смерть она тоже никак не могла. Что-то — интуиция, воспоминания о Пустыне Одиночества, или просто вера её юного тела в своё бессмертие — удерживало её от отчаяния. Полуприкрыв глаза, она смотрела на гладкую белую стену напротив. Пошел уже третий час ожидания, когда она пробудилась.

........................................................................................................

Сначала со всех сторон донеслось шипение. Потом окно закрылось, стены ожили и двинулись. Хьютай испуганно вскочила. Свет изменился, части стен скользили вверх и вниз, пол колебался, то поднимаясь, то опускаясь — она отчаянно пыталась сохранить равновесие. Хотя ей часто доводилось видеть подобные метаморфозы казалось бы монолитного материала, на сей раз они изрядно её напугали. Когда она поняла, что комната просто становится частью соседнего, большего помещения, превращение уже завершилось.