Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Книга 3. Часть 2


Опубликован:
02.08.2018 — 03.08.2018
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
 
 

Вот так, изобретали нечто работающее на разнице давления, а получили реактивный самолет... Я вздохнул, но, подумав, махнул рукой. Летает же? И судя по тому, что я видел, довольно уверенно. Кто знает, может из этого и выйдет что-то путное?

— А что, Корней Владимирович, вы еще не прикидывали, какую скорость разовьет такой агрегат и сколько груза он утянет на одном накопителе?

— Шутите? — Хмыкнул Бухвостов. — Тут одним накопителем дело не ограничится. Минимум две штуки ставить нужно... А лучше, три. Тогда, часов пять полета можно обещать твердо... А скорость? По моим представлениям до восьмисот верст в час. Можно было бы и больше... — Инженер задумчиво почесал подбородок и развел руками. — Но, боюсь я что-то. Агрегат на таких скоростях вибрировать начинает, несмотря на все наговоры. А первая модель, вообще, тысячу двести набрав, на куски развалилась... Вот и не рискую.

— М-да уж. — Я мысленно охнул. Ничего себе, он же машину почти на сверхзвук вывел. Немудрено, что деревянная модель в щепки разлетелась... — Значит, будем ставить ограничение.

— То есть... Мы продолжим работу до рабочей модели? — Обрадовался Бухвостов.

— Корней Владимирович, голубчик, мы не только рабочую модель построим. Я надеюсь, что за год, мы эту машину в серию запустим. Малую, само собой, экспериментальную, но серию. — Как мало человеку нужно для счастья, оказывается! Инженер, от моих слов, расцвел, словно майская роза! Впрочем, он почти тут же взял себя в руки и, с сожалением покосившись на модель, вздохнул.

— Боюсь, что такой агрегат, нам пока будет не по силам.

— Вот как? — Я испытующе взглянул на инженера, но тот только руками развел.

— Пока, да. Я бы предложил начать с более простой модификации. Менее мощной, но более устойчивой и... предсказуемой. — Честно заявил Бухвостов, наступая на горло собственной песне. Однако...

— Что именно вы предлагаете? — Поинтересовался я.

— Сейчас. Одну минуту. — Инженер подскочил к модели и, в несколько движений разметав ее на части, отложил в сторону трубу изобретенного им "реактивного двигателя". Сбор машинки занял времени еще меньше, чем разборка. В зев воздухозаборника плотно вошла обычная на вид пробка, разве что изукрашенная медными прожилками носителей конструктов.

Несколько щелчков на массивном пульте, и эта помесь дракона с этажеркой медленно поднялась в воздух. На этот раз, не было слышно пронзительного воя, можно сказать, агрегат оказался практически бесшумным. Впрочем, это было обманчивое впечатление. Стоило только машинке перейти в горизонтальный полет и набрать скорость, как ангар наполнился свистом воздуха и каким-то невнятным фырчаньем. Словно закипающий чайник. Да, скорость у модели явно стала поменьше, с другой стороны, полет стал более гладким, что ли? Без резких рывков и дерганий. М-да. Вот, сам ведь предложил идею, но хоть убейте, не могу поверить, что она действительно сработала!

— Здесь уже все высчитано. Рабочий журнал и журнал испытаний могу предоставить, хоть сейчас. Осталось несколько моментов, но они решаются в процессе. — Проговорил инженер, не сводя взгляда с кружащейся под потолком модели.

— Материалы? — Поинтересовался я.

— Бальса, дирижабельная сталь под облегчающий наговор, медь и бронза для носителей. — Оттарабанил Бухвостов.

— Начинайте работу над полногабаритной моделью. — Вздохнул я, и инженер вновь расплылся в улыбке.

— Благодарю, Виталий Родионович. — Кивнул Бухвостов, ловко сажая зависшую над столом машинку.

— Вот уж не за что, Корней Владимирович. Совсем не за что. — Пожал я плечами, и направился было к выходу, но остановился на полпути. — Да, совсем забыл. Учтите, господин главный инженер, за пределами группы разработки о вашем успехе не должен знать никто. Абсолютно! После взлета первой серийной модели, я лично буду ходатайствовать о ваших заслугах перед Государем, но до тех пор, об этом... хм... проекте не должна знать ни одна живая душа. Это ясно?

— Кристально. — Печально вздохнул Бухвостов, явно уже мечтавший о том, как будет делиться особенностями конструкции свежесочиненного агрегата, со своими коллегами-изобретателями.

— Я надеюсь на вас, Корней Владимирович. Любые вопросы, материалы, средства... Что хотите. Хоть Рёдерер ящиками, если, конечно, сможете доказать, что шампанское необходимо для создания полноценной машины. И, молчок.

— Я приступаю к работе после обеда. — Коротко кивнул Бухвостов, и я, наконец, покинул обитель этого гения.

Оказавшись в кабинете управляющего, я попытался вникнуть в представленные документы, но мысли мои бродили очень далеко от рядов и колонок цифр и запросов на материалы и технику. Хм. Вот интересно, а когда наш инженер откроет серию этих "этажеродраконов", как мы ее назовем? Бух-1? Или Хвост-1?

Возня с моделью Бухвостова напомнила мне о еще одном проекте, в суете мною попросту позабытом. А потому, покинув главного инженера, я отправился на поиски людей, занимающихся созданием эрзац-скафандров, вроде тех, что мне довелось примерить во время полета в Каменград. Интерес у меня к ним был вполне понятный. Очень уж оригинальный способ связи организовали создатели "скафандра" в своем детище. Да и сама идея специального костюма для воздухоплавателей меня увлекла. Были, были у меня на этот счет, кое-какие задумки. А вкупе с уже воплощаемым "этажеродраконом"... м-м!

Как оказалось, за экипировку на верфях отвечал тот же конструктор, что занимался установкой систем пожаротушения, управляющих машин и конструктов на дирижаблях. Вообще, организация работ на верфи меня поначалу несколько удивляла. Здесь собирают воздушные корабли из уже готовых деталей, и в то же время, сами делают всю их начинку, кроме, разве что двигателей и накопителей. Надо ли уточнять, что при таком подходе, два корабля одной серии, собранные на разных верфях, похожи друг на друга не больше, чем двоюродные братья. Совершенно разные системы управления, по-разному организованное внутреннее пространство. Да что там говорить, если даже вооружение боевых дирижаблей зачастую различается как калибром, так и местами расположения батарей. Благо еще, платформы, служащие основанием для размещения корабельных отсеков, одинаковые...

Но, понимать неэффективность такого подхода, это одно. А вот исправить ситуацию... хм. М-да уж. Мне такое не по силам. Тут надо перестраивать всю систему воздушного кораблестроения, а это задел не на один год. Да и полномочий таких мне никто не даст, особенно учитывая осложнившиеся отношения с "демонами власти". К черту.

У такого способа строительства дирижаблей, был, на мой взгляд, только один большой плюс. Простор для модернизации. Любую идею здесь можно было воплотить, не перебрасывая заказ частей и деталей куда-то еще. Что, в царящей на верфи обстановке секретности, которую особоканцеляристы упорно именовали надзором за производством работ, было очень и очень удобно. Мне еще не хватало боев за каждый заказанный извне комплект труб или капитанскую консоль...

Возня с "выходным костюмом" здорово отвлекла меня от рутины, в которую постепенно превращалось управление верфью и училищем. И там и там, после дикого аврала первых месяцев, жизнь входила в свою колею. Меня больше не будили по ночам посыльные с известиями об очередной проблеме в цехах, а будущие преподаватели прекратили доставать меня вопросами о программе обучения и требованиями денег на наглядные пособия. Небольшая печатная мастерская, после коротких переговоров, обеспечила необходимое на первое время количество учебных материалов, в том числе, и по созданным мною двум новым курсам, обошедшимся мне в месяц непрерывной головной боли и услуги аж пяти мозголомов-целителей для ее лечения, а недостающую часть учебников доставили с очередным дирижаблем из Хольмградского училища.

Собственно, даже вопрос организации приличной библиотеки уже не стоял так остро, как это было при организации того, первого учебного заведения. Воспользовавшись их каталогом, мы попросту заказали в столичных книжных магазинах свой комплект. И честно говоря, после того, как счет на оплату закупленных книг был передан Рейн-Виленскому, мне еще очень долго икалось. Хм. Ну, он же сам говорил об отсутствии денежного лимита на обеспечение создаваемого учебного заведения, всем необходимым... и кто виноват, что библиотека будущих офицерских курсов стоит дороже, чем все здания и службы для них, вместе взятые?

Таким образом, август, к моему удивлению, оказался относительно свободным, о чем я не преминул упомянуть в телеграмме Ладе. Так что, первый же рейсовый дирижабль привез не только заказанное оборудование, но и мою семью.

— Виталий Родионович, добрый день. — Уже знакомый мне, неприметный человек остановился рядом с занятым мною столиком на веранде небольшой кофейни, и вежливо приподнял шляпу.

— Здравствуйте, господин почтальон. — Я вежливо кивнул и предложил неожиданному гостю, присесть. За прошедшие с памятного торжественного обеда у посадника, этот человек еще дважды находил меня в самых разнообразных местах... кроме верфи и училища, разве что. Но это понятно. Там же особоканцеляристы на каждом углу, а ему с ними видеться совсем не с руки. И каждый раз, он приносил очередное послание от Оттона Магнусовича. Не стал исключением и сегодняшний день.

Передав мне толстый конверт, почтальон тут же откланялся и мгновенно растворился в толпе гуляющих по парку людей... оставив с носом растерянно замершего на месте "топтуна", из тех, что с недавнего времени, крутятся вокруг, чуть ли не круглосуточно. Государь явно не желает оставлять своего опального подданного без присмотра. Бесит несказанно, но... деваться-то все равно некуда. Терплю.

Письмо мне удалось прочесть только вечером, когда Лада уже спала. И на этот раз, к моему удивлению, автором послания оказался вовсе не герцог Лауэнбургский, а родственник его супруги, насколько мне известно, хоть и не состоящий на гражданской службе Нордвик Дан, но пользующийся большим влиянием в тех кругах. Если быть кратким, то сей достойный господин обиняками и намеками высказывал скромное пожелание видеть семью Старицких во владениях северных королей, причем не столько гостем, сколько полноправным членом нордвикского общества. Иначе говоря, меня начали склонять к эмиграции.

Отложив в сторону полное витиеватостей письмо, я вздохнул и потер виски. Боль от ментальных конструктов, так помогавших мне с написанием программ обучения для училища, вернулась неожиданно и...

Нельзя сказать, что мы с Ладой не предвидели возможности такого поворота в нашем вялом противостоянии с Государем, но... слишком быстро, слишком рано появились эти намеки. И это не радовало.

Покосившись на валяющееся на столе письмо, я тряхнул головой и, плюнув на все, отправился в спальню, под бочок к жене. В конце концов, у нас с ней имеется не так много времени, чтобы терять его в бездарных попытках просчитать скорость, с которой будут разворачиваться дальнейшие события... А уж учитывая, что после открытия училища, Лада и вовсе вернется с детьми в Хольмград, всякое желание заниматься делами пропадает напрочь. Успеется.

На открытии училища, первого сентября, собрался чуть ли не весь город. Был здесь и отряд Мстиславского, в новенькой форме курсантов, сшитой совсем не по здешним канонам. Костяк будущего полка выстроился шестью шеренгами на плацу. В черных, не стесняющих движений одеждах, в прыжковых ботинках и черных же беретах, пластуны смотрелись грозно... и празднично, за счет белоснежных шелковых шарфов, введенных в форму по настоянию офицеров отряда. За свой счет закупали, между прочим, да на весь личный состав, а не только для себя любимых...

Вообще, для того чтобы во время пошить эту форму, мне пришлось напрячь два самых больших ателье в Каменграде, на время исполнения заказа, вынужденных отложить иную работу. Зато, как горды были солдаты, степенно входившие в примерочные для очередной подгонки своих будущих мундиров. Еще бы! Этим, они как будто в чем-то приравнивались к офицерам, обязанным строить свои форменные костюмы за собственный счет. А солдатам, даже платить не пришлось. Их мундиры были пошиты за счет училища...

Торжественная часть открытия, на которой уральский воевода лично вручил курсантам знаки различия первого курса и, положенные по уставу училища, бебуты в парадных, сияющих серебряным прибором ножнах, завершилась лишь через час, и офицеры, точнее, старшие подразделений, распустив своих подчиненных-однокурсников, отправились изучать расположение. Знакомство нижних чинов с училищем и его службами, было назначено на следующий день.

Вечером же, как и положено по здешним традициям, был дан торжественный ужин в главном зале училища, собравший не только, собственно, преподавателей и курсантов, но добрую сотню гостей, и в обилии мундиров, немногочисленные гражданские растворились, словно сахар в чашке кофия.

— Господа! — Вставший со своего места за столом, воевода, подняв фужер с вином, рявкнул так, что задрожали стекла высоких окон. Внимание окружающих тут же обратилось на старого вояку, в блистающем золотым шитьем мундире, увешанном наградами так, что те, кажется, и пулю остановили бы. — Господа, сегодня, на этом пиру в честь открытия нового военного училища, было сказано много красивых и правильных слов. Много добрых пожеланий, поэтому, я буду краток. Во славу русского оружия!

Ответом генералу стал скрип отодвигаемых кресел и дружный рев "ура", вырвавшийся из сотен глоток, перекрывший и скрежет мебели, и звон бокалов.

А на следующий день, началась работа. Комплекс зданий училища ожил и уже было трудно поверить, что каких-то два-три дня назад здесь царила тишина и покой. Курсанты знакомились со своим новым домом, шли на занятия и в спортгородок. Суета... но правильная.

Лада с детьми, напоследок взглянув на строящийся дом, уехали обратно в Хольмград, а я... я вновь погрузился в работу. Верфь, училище, дом... А в перерывах между делами, была возня с "выходным костюмом" и помощь нашему главному инженеру, что неплохо отвлекало меня от тяжелых мыслей. До тех пор, пока одним холодным и дождливым октябрьским днем, в дверь моего кабинета на верфи, не постучал один хороший, но давно уже не добрый знакомый.

— Владимир Стоянович, вот уж сюрприз! — Поднявшись с кресла, я шагнул навстречу гостю.

— Не очень приятный, я полагаю. — Сухо кивнув, ответил князь. — Здравствуйте, Виталий Родионович. Позволите присесть?

— Разумеется. Прошу. — Я обернулся к приоткрытой двери и окликнул своего секретаря. — Ратьша! Прими у его сиятельства пальто и шляпу. И подай кофию...

Отдав влетевшему в кабинет секретарю изрядно намокшую одежду, Телепнев опустился в кресло и, уперев руки в подлокотники, сплел пальцы в замок перед собой. Приняв такое знакомое положение, князь вздохнул и воззрился на меня с внимательностью энтомолога увидевшего неизвестный прежде вид бабочки.

— Ваше сиятельство? — Я уселся в кресло напротив, и вопросительно приподнял бровь. Но в этот момент, Ратьша вкатил в кабинет столик с кофием и коньяком, и князь только молча качнул головой.

1234567 ... 91011
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх