— Действительно, Родгард (Блин! Вот как в действительности его звали!), — нахмурив брови, удивлённо повернулся кормчий к соседу, будто только что разглядев, с каким видом тот пребывает за столом.
Сидевший до этого нахохлившись, как сыч, старый давг встрепенулся:
— А чего веселиться-то раньше времени, — буркнул он недовольно, — Враг не разбит, война не выиграна!
На такие слова народ вокруг зашумел, но я поддержала... так сказать... "оппонента".
— Согласна. Война ЕЩЁ не выиграна, и до победы нам далеко, как до Алэмы с Омлой. И от нашего маленького "укуса" Империя не развалится, и, может даже, не сразу его заметит. Но вот из таких маленьких шажков и состоит дорога к большой победе.
— Вы верите в победу над ИМПЕРИЕЙ? — с каким-то подчёркнутым уважением... можно даже сказать благоговением... произнёс старик последнее слово.
— Если не верить в победу, зачем тогда сражаться?!
— Ха! Слова настоящего воина!.. Воительницы! — взмахнув кружкой, воскликнул Хагкбард.
Присутствующие радостно загудели. Послышались здравицы в честь Золотой вильи. Вот только мой "оппонент" всё никак не желал угомониться:
— И у вас, наверное, есть план, как победить Ровер?
— Конечно есть, как не быть.
— И в чём же он заключается, этот хитроумный план? — вкрадчивый голос Родгарда так и сочился сарказмом, но я его как бы "не заметила".
— Да ничего хитроумного. Наоборот, он прост, как мелкая медная монета!
— Э-э-э, а может не надо его оглашать вот так, при всех? — запоздало спохватился кормщик.
— А почему нет? Тут все свои!
Народ, встретивший слова главы островной делегации недовольным гудением, при моих словах вновь радостно заорал здравицы мне, такой великой и неповторимой... или непобедимой... сейчас уж точно не помню.
— Ха! Тем более, что часть этого плана мы уже успешно претворили в жизнь! — засмеялась я.
— О-о, и когда ж мы это успели? — непритворно удивился Хагкбард.
— Да можно сказать, только что, когда разбили роверцев под стенами Хромгарда.
— А мы их точно разбили? — всё никак не желал уняться въедливый старикан.
— Точно-точно. Или у кого-то из присутствующих есть в этом сомнения?!
Народ согласно загудел, подтверждая мои слова. Послышались приветственные крики и тосты... в том числе и в мою честь.
— И всё же, роверцы не бежали, как тапасы, поджав хвост. Они остановились неподалёку и вполне возможно собирают силы для нового наступления.
— У-у-у, — недовольно послышалось в ответ.
— Тут, уважаемый Родгард...
— Нэд Родгард, — перебил меня старик.
— Так вот, уважаемый нэд, тут вы противоречите сами себе.
— Чем же? — встрепенулся мой "оппонент".
— То вы утверждаете, что сражения не выиграли, то говорите, что имперцы готовятся к новому.
— Хорошо, в одном бою мы победили, но что будет в следующем? Роверцы никуда не ушли, они встали лагерем и выжидают. Спрашивается: "Чего?"
— Ха! Тут и так всё ясно, ищут ответы на извечные имперские вопросы: "Что делать?" и "Кто виноват?" Главным образом на второй. Никто из командиров не захочет брать на себя ответственность и становиться "крайним" за поражение у Хромгарда и последующее бегство.
— И что они будут делать? — спросил уже Виторион.
— А у них и выбора нет — только отступать.
— И не попытаются напасть? — усомнился кормщик.
— Вообще-то могут, — пожала я плечами, — Но мы захватили у них обоз, все пушки, лагерь со всеми запасами, сожгли и уничтожили осадные машины. Если они со всем этим не смогли нас победить, то теперь-то как смогут?
Присутствующие зашумели, обсуждая меж собой мои слова и делясь собственным мнением.
— Ну а дальше-то что? В чём ваш план? Мы так его и не услышали! — не сдавался Родгард.
Ох, и въедливый же старикашка!
— Как уже сказала, план предельно прост. А не услышали, потому что вы всё время меня перебиваете! — не осталась я в долгу.
— Я весь во внимании, — старик умолк, "навострив уши".
— Так вот, всё проще некуда. Надо не давать противнику покоя, постоянно его тревожа: нападать на обозы, громить мелкие отряды. И ни в коем случае не выходить на решающие битвы, всякие "генеральные" сражения, где явное численное преимущество будет у роверцев.
— А как же сражение у Хромгарда? — решил "поддеть" меня Родгард, но не на ту напал:
— Ну, вы же сами сказали, что это нападение для имперцев было неожиданным. Мы-то вообще вначале собирались просто захватить обоз. Или, по крайней мере, его часть, если противник быстро опомнится и перейдёт в контратаку крупными силами, а всё остальное, что не удастся забрать, уничтожить.
— А атака на лагерь? Вы что, его захватывать не собирались? — спросил кормщик, который тоже ловил каждое моё слово.
— У целой армии? Четырёх легионов? Нет, конечно!
— А как же прорыв вашей кавалерии через весь лагерь чуть ли не до самых стен Хромгарда? — это уже Родгард.
— Но ведь нам нужно было пробить дорогу через те засеки, что нагородили роверцы. Иначе мы бы не смогли перегнать обоз к Вратам надежды. Лаэр Аскалон со своим отрядом оказался на острие главного удара и действовал решительно и весьма успешно. А там и вы на редкость удачно вышли из ворот Хромгарда, решив исход битвы.
— Вы тоже очень метко стреляли из огненных труб, — неожиданно похвалил меня старик, — Где только научились?
— Я ещё в форпосте У-Серебряной-реки училась стрельбе из каралара по давгам... чёрным давгам, — уточнила на всякий случай, а то вдруг собеседникам будет неприятно, что их дальние родичи были в виде мишеней. А с чёрными у них вроде бы вражда...
— А причём тут трубы? — нет, ну упёртый же старик.
— Так принцип стрельбы один. А с огненными трубами... только из чьегома... я познакомилась в Золотом лесу. Там из них эллиены на праздники пускают фейерверки.
— Эллиены? Впервые слышу.
— Так и праздников давно не было. Нечего особо праздновать.
— И что, никакой разницы, что трубы из бронзы, что из дерева?
— Есть, но не такая уж большая, но мне помогли. Те пленные леворцы, которые у имперцев выполняли всю грязную и тяжёлую работу.
— Как у вас гладко всё выходит, как по писаному.
— Говорю, как есть, без утайки. Мне скрывать нечего.
И правильно, врать, так врать. Не веришь? Поди — проверь.
— А именно сейчас, конкретно, что вы собираетесь делать? — не унимался Родгард.
И что с этим стариком делать, чтобы утихомирить? По кумполу что ли стукнуть?
— А сейчас, пока имперцы дожирают свои последние припасы, надо подгадать момент и выдать им такого пинка под зад, чтобы они летели отсюда стрелой до первого крупного города, а лучше сразу до столицы, до самого Левора!
При этих словах кормщик захохотал, остальной народ его поддержал, даже въедливый старикан заулыбался.
Глава 3.
И тут в зал влетает какой-то олух... А может и не олух, может парень от множества важных персон вокруг малость того... растерялся.
— Вашмилсть! Лаэра! Э-э-э, дьерга. Разрешите доложить?! — кое-как сориентировавшись, подскочил он ко мне.
— Валяй! В смысле, докладывай.
— "Копатели" не желают сдаваться! — гаркнул юноша.
— Что? Совсем?
— Они бы сдались, но веганы... — нет, он сказал верганы...на самом деле вирганды... но не один ли х... хрен, как называть это ещё одно "варварское" племя на "задворках" Империи...
— ...Верганы были против. Сами сдаваться не желают и другим не дают, — закончил свой доклад паренёк.
— Молодец. Свободен, — отпустила гонца.
— Проблемы? — насторожился Хагкбард.
— Да есть тут одни... "копатели". Окопались в лесу и сдаваться не хотят.
— Много?
— Пару сотен, — на самом деле их оказалось куда больше, но мы тогда об этом не знали.
— О-о! Вот он корм для наших секир! — возликовал глава "островной" делегации.
— На вашем месте, нирт Хагкбард, я бы так не радовалась. Ваша "лёгкая добыча"... как вам сейчас кажется... может оказаться достаточно зубастой.
— Не поясните? — насторожился кормщик.
Ну я и не стала скрывать тайное, что рано или поздно всё равно станет явным.
— Скажите, у вас есть воины, которые могут воевать в лесу?
— Ха, у нас все там могут воевать! — самодовольно заявил предводитель "островитян".
— Вы меня не поняли, нирт Хагкбард... или я недостаточно ясно выразилась,.. — попыталась не обострять и без того непростой диалог, чтобы не скатиться в никому не нужную словесную перепалку, — Речь идёт о бойцах, которые умеют идти по следу врага... поисковиках, охотниках...
— Вроде ваших лесных егерей — пограничников?
— Вроде того, — я и не знала, что они в курсе этих названий... Хотя, живут же рядом... вместе с нами в одном королевстве... Чему тут удивляться?
— Так сколько их у вас?.. Если не секрет.
— Пара сотен точно наберётся, — сообщил Родгард, пока кормщик раздумывал над ответом.
— И сколько из них вы согласны потерять?
— Не понял, — удивился Хагкбард.
— Чего тут непонятного? Эти лесные дикари — серьёзные противники. Так что учтите, размен будет в лучшем случае один к одному, если не хуже.
— Они что, так же хороши, как эллиены? — это снова Родгард.
— Ну с эллиенами в боях в лесу и в горах вообще никто не сравнится, — на это некоторые из давгов хмыкнули, но я не стала спорить, — Но моих сородичей не так много, и они ценят свою жизнь, — послышалось новое хмыканье, ещё более многочисленное, — Они бьются смертным боем, не отступая не на шаг, — возвысила я голос, — когда защищают своих стариков женщин и детей, зная, что те не смогут уйти от врага. Как мы прошлой зимой в Золотом лесу. А так да, эллиены предпочитают нападать из засад, и если врагов слишком много, считают за лучшее отступить.
— А эти ваши... как их? — вновь подал голос старик.
Хотела его "отбрить", мол: "такие же наши, как и ваши", но вновь пришлось "наступить на горло собственной песни"
— Верганы, — подсказал кто-то.
— Вот-вот, верганы, — кивнул Родгард.
— Сами не отступят и другим не дадут.
По слухам, желавшим сдаться там давно заткнули рот, а некоторых вообще поубивали, как предателей. Так что о сдаче из "копателей" теперь никто не помышлял.
Тем хуже для них.
— И вот ещё что, — не стала скрывать я не совсем проверенные слухи, — Похоже, имперцы городят там какие-то засеки.
— Что за "засеки"? — последовал новый вопрос старика.
— Что-то вроде лесных укреплений.
— И насколько они серьёзны?
— Без понятия. И никто этого не знает!
Чёрт! А ведь Кара я даже не додумалась спросить, а надо бы... Вот не верю, что всю эту сложную систему примитивных укреплений и ловушек придумали какие-то дикари. Нет, ну может было у них что-то подобное... Но вот так сложно... в неком шахматном порядке... Да не может быть! Тут без роверских стратегов точно не обошлось!
Ведь, в общем и целом, выходило что-то вроде полосы лесных блок-постов и микро-фортов. И, скорее всего, задумана она была если не для борьбы с эллиенами, то с какими-то другими лесными партизанами. Эльфам до такого не додуматься.
Вернее не так... Такое масштабное вырубание деревьев и кустов в корне противоречит их философии, так сказать, внутренней картине мира. Не то, чтобы им дорога была каждая травинка или былинка, и нагоняй от сестры, приёмного папы — владыки или Мирлиинарлина за каждую сломанную ветку и стоптанный цветок я получала не от того, что у них от этого "сердце кровью обливалось", а потому что, как настоящая эллиена, должна была учиться ходить по лесу так, чтобы не оставлять никаких следов. Во всяком случае, хорошо заметных. "Мы здесь, но нас нет" — вот их девиз.
И воюют эльфы в "чистом" лесу. Нет, они "не стесняются" с установкой нескольких заострённых кольев или парочки хитрых самострелов, чтобы сбить преследующих врагов со следа и замедлить их продвижение. Но это — чётко выверенная "разовая акция". Масштабная вырубка так, "на всякий случай" — это для них вообще лютая дичь, не укладывающаяся в голове.
Способны ли на такое отступники? Не знаю, ни разу не слышала. Впрочем, я и о самих тааркхах раньше ничего толком не знала... так, слышала лишь "краем уха". Но ели б они практиковали подобные "ковровые" вырубки лесов, "настоящие" эллиены точно б заклеймили их позором. Так что тоже мимо.
Выходит, все эти хитроумные засеки чисто роверское изобретение. В Леворе подобное точно не практикуют, я бы знала. А в Шармахаме? Да у них-то и лесов похожих нет... А джунгли? В общем, кто их знает этих южан!
И ещё об этих верганах... виргандах... Тогда я всех подробностей не знала, да и потом предпочла особо не распространяться... даже союзникам... что новым, что относительно старым.
Мало того, что эти дикари хорошо ориентировались в лесу, двигались в нём и воевали, они каким-то образом... так я этого толком и не выяснила... научились скрывать свою "ауру".
Уже не раз упоминала и ещё раз повторю, как я "вижу" дайхон, примерно так местные эльфы "видят" Лес. Золотой — как на ладони, соседние чужие... "бесхозные", потому что там нет собственных эллиенов... — похуже. Себя — эльфов — яркими звёздами, обычных людей — побледней и поменьше, зверушек и птичек — мелкими звёздочками.
Тем неожиданнеё стала встреча для остроухих... до этого чувствовавших себя хозяевами местных лесов... на лестной тропе не с зайчиками и белочками... как это выглядело в астральной проекции... а с до зубов вооружёнными воинами, прикидывающимися этими милыми зверушками. Хорошо, что эллиены в последний момент успели заметить, что "что-то не так". Один получил болт в бедро, другой метательный нож в плечо, чудом сумев, как говориться, "разорвать контакт" и унести ноги. Мирлиинарлин вообще на одних инстинктах почти не целясь выстрелил в "померещившееся" "размытое пятно", тут же, не оглядываясь, дав дёру, что, несомненно, и спасло ему жизнь.
Слабовооружённые крестьяне-ополченцы нападавшими были легко перебиты, лишь лёгкие пехотинцы... тяжёлым в лесу делать нечего... Тут приходится биться не в строю, а по лесу скакать... быстро вымотаются и сдохнут в прямом и переносном смысле этого слова, получив коварный удар если не в бок, так в спину... Поэтому только лёгкая пехота и егеря-пограничники могли сражаться с дикарями на равных... Хотя, какие они, нахрен, дикари, раз у них своя система боя в Лесу... всё равно, своя собственная или заимствованная...
В общем, хотели бы вирганды прорваться через Лес, они бы запросто смогли это сделать. Но тут, то ли их религиозные верования, то ли обычаи сыграли с ними злую шутку.
Ну, то, что они не бросили своих раненых даже самых тяжёлых — это понятно. В бою это вообще — последнее дело. Но вместе с ними они не оставили и тела убитых.
Нет, возможно потом летописцы... а вместе с ними трубадуры и менестрели... а также прочие творческие личности... в своих произведениях воспоют этих воинов за их благородство, верность долгу, неуклонное следование своим принципам... и прочее, и прочее... но в реальном бою все эти достоинства оказались слабостью, которой грех было не воспользоваться.
