Видно, Амбридж совсем не такого ожидала. А чего? Что я с радостью выдам ей всю информацию? Которая, ко всему прочему, и самого меня компрометирует. Ищи дурака.
— Мистер Стоун, — сдерживая бешенство, сказала Амбридж, — вы поступаете в крайней степени неразумно. Я знаю, что вы состоите в этой организации, и поэтому по-хорошему прошу Вас во всем признаться. Таким образом, Вы облегчите свою вину, и наказания не последует.
— Совершенно не важно, что вы якобы "знаете", профессор Амбридж. Попробуйте доказать это. Только Сыворотку Правды я пить не буду, — сомнения в соке исчезли, эта жаба действительно хотела вытянуть из меня информацию. Бесплатно!
— Пятьдесят баллов с Слизерина! — наконец, завизжала Амбридж, — И три дня отработок у меня! Начнете прямо сейчас!
"Да хоть тысячу, мне плевать на эти баллы".
Не теня кота за яйца, Амбридж вытащила из стола пергамент и хорошо знакомое мне Кровавое Перо. Неужели она хочет заставить меня писать им и собственной кровью?
— Берите перо и пишите "Я не должен лгать"! Столько раз, сколько потребуется!
И какой у меня выбор? Убить эту жабу и не париться. Оглушить, потом Забвением и не париться. Первое — плохой вариант. Второй лучше, но приведет к плохим последствиям — ювелирно работать Забвением я еще не умею, чтобы стереть воспоминания только о себе сегодня.
И сдать ее с потрохами я не могу. Не привык стучать, да и о своих знаниях придется рассказывать, а не хотелось бы.
Выбора нет. Я молча взял перо и принялся писать. Незамедлительно на моей руке стала вырезаться надпись "Я не должен лгать". Вроде бы, Поттер то же самое писал. У нее что, на другое фантазии не хватает?
Боль оказалась меньше, чем я думал, но все равно чувствительно. За всю экзекуцию я не проронил ни звука, даже дыхание не сбил. Стиснул зубы и терпел. Продолжалась эта пытка часа три. Удовлетворенная Амбридж отпустила меня восвояси, правда еще раз попытавшись склонить меня к сотрудничеству. Безуспешно.
В коридоре я осмотрел руку. Рана не затянулась и сейчас по ней текла кровь. МОЯ кровь. Читал еще в приюте, что раньше, в древности, кровь считалась священной. За ее пролитие пострадавший имел полное право пустить кровь обидчика, при этом хоть убив его.
Раньше я хотел убить Амбридж за то, что она стерва, которая меня бесит. Но теперь все изменилось.
Теперь это личное.
Неудачи преследовали старую жабу одна за другой. За все время отработки я так и не сказал ей ни слова. Большинство слизеринцев, узнав о моем наказании, объявили Амбридж бойкот, демонстративно ее игнорируя. Это не добавляло ей хорошего настроения.
Вылилось это все в увольнение профессора Треллони, ставшее настоящим театром. Сначала довольная Амбридж с пьяной Треллони, заламывающей руки. Потом на сцене появилась МакГонагалл. А потом и Дамблдор, со своей неизменной улыбкой доброго дедушки. Я при этом, к сожалению, не присутствовал. Как мне рассказали, директор осадил зарвавшуюся Амбридж, разрешив Треллони остаться в школе. А потом и представил нового учителя по Прорицаниям — кентавра Флоренца. Вот это я не ожидал. Забавный выбор преподавателя. Полувеликан есть, оборотень был, теперь кентавр. Я не расист, но что дальше? Вампир? Или, может, нежить какая?
Однако, Флоренц оказался хорошим учителем. Его уроки, как минимум, были необычны. Проходили они в кабинете, заколдованном под Запретный лес. Необычно и интересно. Да и рассказывал о разных способах предсказания Флоренц умело и интересно. Мне понравилось, да и другим ученикам тоже. Поляна Запретного леса — это не душный кабинет с благовониями.
А на занятиях по АД мы перешли к Патронусам, как Поттер и обещал. То, чего я больше всего опасался. Как и думал, ничего с Патронусом у меня не получалось. Я даже воспоминания со Святочного Бала подключил — результата ноль. К счастью, я был не одинок, а то со стыда сгорел бы. Впрочем, терпеть неудачи все равно было противно.
Ну не дается мне заклинание Патронуса почему-то, ничего не поделаешь. Но все равно обидно. Почему у Поттера получается, а у меня нет?
Урок прервал с шумом появившийся домовик.
— Гарри Поттер сэр! Гарри Поттер сэр! — заверещал он, — Добби пришел предупредить вас, но домовым эльфам запрещено об этом говорить...
— Что случилось, Добби? — мгновенно напрягся Поттер.
— Гарри Поттер, она.... она.... — эльф явно переступал через себя, пытаясь выговорить то, что хотел сказать.
— Кто она, Добби? Амбридж? — севшим голосом просил Гарри.
Эльф кивнул. Это ПЛОХО!
— Что она, Добби? Она... она знает об АД? — продолжал спрашивать Поттер, — Она... идет сюда?
— Да, Гарри Поттер, да! — закричал домовик.
"Так вот ты какой, северный лис".
Члены АД испуганно смотрели на домовика и Поттера. А чего они ожидали, когда вступал в запрещенную организацию? С Лордом хотят бороться, а какой-то Амбридж боятся! Да кто она такая?!
"Ты не храбрись, а думай, как сбежать наверняка!"
— Чего вы стоите? — заорал Поттер, — Бегите!
Какой здравый совет! С удовольствием ему последую. Правда, не один я таким умным оказался: студенты бросились к выходу, создав давку в нем.
Выйти удалось одним из последних. Да и не бежал я. Не смотря на "опасность" я не счел возможным бегать от какой-то жабы. Ну, поймает она меня, и что? Много чести ей — бегать из-за нее. После реальной опасности быть убитым, ее угрозы исключения не более чем пустой звук. За это я и поплатился. За очередным поворотом меня схватила за шиворот чья-то рука. Я уже хотел с разворота ударить наглеца в челюсть, но вовремя остановился, узнав Амбридж. Сломать Генеральному Инспектору челюсть — плохая идея.
— Попался! — торжествовала Амбридж, — Я так и знала, что ты в этом замешан!
— Не понимаю о чем Вы, — попытался выкрутиться я, — Я мимо проходил....
— Заткнись, — прошипела Амбридж, — Я все знаю!
— Профессор! Профессор! — заорали где-то, — Мы поймали его!
— Отлично, еще один — улыбнулась Амбридж, — Пошли со мной.
Не опуская меня, жаба потащила куда-то назад. Вскоре я увидел торжествующего Малфоя и Поттера перед ним, лежащего на полу.
— Отлично, Драко! — закричала Амбридж, — Пятьдесят баллов Слизерину! Я заберу их обоих, а вы продолжайте поиски, ловите тех, кто запыхался! Посмотрите у библиотеки!
Малфой убежал, кинув на меня озадаченный взгляд. Драко ждет серьезный разговор по поводу лакейства всякому мусору. А нас с Поттером Амбридж потащила в кабинет директора. Вот это было действительно плохо. Хотя директора, да и преподавателей, такая картина должна порадовать: пойманные слизеринец и гриффиндорец вместе, за одно и то же нарушение. Дружба факультетов, блин.
В кабинете, помимо Дамблдора, оказался Фадж, пара неизвестных мне авроров (судя по их виду) и Уизли-секретарь. Ну конечно, у министра ведь ни хрена дел нет, кроме как школьников ловить. Какая прелесть.
— Так, так, так, — удовлетворенно сказал он, вперив в нас с Поттером взгляд.
— Поймали их в коридоре, — сказала Амбридж, — когда они пытались убежать. Поттера поймал Малфой.
— Поймал, да? Я сообщу об этом Люциусу.
ОЧЕНЬ на это надеюсь — вопреки мнению Фаджа, Малфоя-страшего вряд ли обрадует то, что его сын и наследник бегает по школе, по указке этих недоумков.
— Итак, Поттер, вы знаете, почему вы здесь?
— Да... — сказал идиот, — нет, — поспешил он исправиться.
— Так да или нет?
— Нет.
— Вы не знаете, почему здесь?
— Нет, не знаю.
— Итак, вы понятия не имеете, за что вас привели сюда, — с сарказмом сказал Фадж, — И вы не участвовали ни в одном нарушении школьных правил? А вы... э-э-э...Стоун?
— Нет, не участвовали, — синхронно ответили мы.
Кажется, Дамблдор улыбнулся. Ему, похоже, было смешно. А вот мне не очень!
— Мне кажется, господин министр, что дело пойдет быстрее, если я приглашу сюда своего свидетеля, — вмешалась Амбридж.
— Что? Ах, да, конечно. Нет ничего лучше, чем хороший свидетель, верно, профессор Дамблдор?
— Абсолютно верно.
Амбридж ушла за стукачом.
Ну, кто так делает? Как же программа защиты свидетелей? Я же теперь не успокоюсь, пока этой сволочи не отомщу.
В кабинете повисла тишина. Поттер, судя по виду, лихорадочно соображал, что делать. Уверен, он думал, что это я всех сдал. А вот и нет, я чист. Фадж торжествовал, и даже не скрывал этого. А вот Дамблдор был демонстративно спокоен. И с каким-то удовольствием осматривал кабинет. Пару раз его взгляд упирался в меня. Может и хорошо, что я попался? Теперь Дамблдор не станет меня подозревать в причастности к Лорду.
Вскоре вернулась Амбридж с.... подругой Чанг, Мариеттой! Вот ведь сука. Сама девушка безостановочно плакала, прижимая ладони к лицу. Стыдно? Поздно!
— Ну-ну, успокойтесь, моя дорогая, — вещала Амбридж девушке, — И расскажите все то, что рассказали мне. Ты правильно поступила. Министр тобою доволен. Он расскажет твоей маме, какая ты хорошая девочка. Вы знаете, господин министр, мама Мариетты работает в Отделе Магического Транспорта. Она помогала нам следить за Каминной Сетью Хогвартса.
— Чудесно, чудесно! — обрадовался Фадж, — дочка вся в маму, да? Ну же, дорогая, расскажи нам все.
Как чудесно — старая жаба шантажировала девушку матерью. Угрожала, что уволит или доставит проблем — это точно. "Светлая" сторона, блин. Даже жаль бедную девушку, но отомстить надо — другим будет наука.
Когда Мариетта подняла голову, я чуть не рассмеялся: на ее лице цвели большие красные прыщи, составляя слово "ЯБЕДА". Жестоко со стороны Грейнджер накладывать такое заклинание. Оно ведь и с сюрпризом наверняка, чтобы снять было нельзя. Раз еще не сняли-то. С таким лицом даже волки в голодную зиму ей брезговать будут.
Добиться от девушки хоть какого-нибудь рассказа, ни Амбридж, ни Фадж не смогли. Она лишь еще сильнее ревела и прятала лицо. Собаке собачья жизнь. И смерть.
И стала рассказывать Амбридж, вместо нее. По ее словам выходило, что Мариетта сама, добровольно, решил во всем признать ей. Как же, держи карман шире — не та эта девушка, чтобы добровольно, без сильного принуждения, стучать на тех с кем столько тренировалась и общалась. Зато я узнал и кое-что интересное: тогда, в октябре нас сдал тот недоумок забинтованный, которого я согнал с места. Именно моё имя он и запомнил лучше всех, помимо Поттера. Поэтому Амбридж и выпытывала информацию у меня. Ну, кто бы мог подумать, какое совпадения. Теперь еще и ему надо отомстить. В моем списке уже столько людей! Если я их не запишу, то забуду о них!
В разговор Дамблдора с Амбридж и Фаджем я не встревал, хотя мог бы, ибо накопилось во мне много недовольства. Но видно было, что у директора есть какой-то план, как вытащить своего Поттера, и меня заодно с ним.
И Дамблдор это сделал! Каким-то образом он заставил Мариетту подтвердить тот факт, что мы не собирались группой после собрания в Кабаньей Голове, и сегодня должна была состояться первая встреча. Но у Амбридж был козырь в рукаве.
— Что вы скажете об этом, Дамблдор? — елейно проговорила она, доставая список АД, — Посмотрите, министр, я нашла это в комнате их сбора.
— Посмотрим, посмотрим, — сказал Фадж, принимая пергамент, — Ого, вы видели как они назвали? Армия Дамблдора.
Директор с озабоченным выражением лица, подошел к министру и взял у него из рук пергамент, погрузившись в чтение.
— Ну что ж, думаю игра закончена, — неожиданно с улыбкой сказал он, -Вы хотите получить от меня письменное признание или хватит уже имеющихся доказательств, Корнелиус?
— Доказательств? — не понял слов директора Фадж.
— Армия Дамблдора, — улыбнулся директор, махая списком перед носом Фаджа, — Не Поттера, Дамблдора.
Твою же ж мать за ногу через забор об асфальт да с коромыслом! Он что, на себя вину всю берет?!
— Вы? — внезапно понял Фадж, отступая от директора на несколько шагов.
— Все верно, — весело подтвердил Дамблдор.
— Вы организовали все это? Вы набирали студентов для вашей... армии?
— Вечером должна была состояться первая встреча. Просто чтобы посмотреть, хотят ли они присоединиться ко мне. Вижу, было ошибкой приглашать Мариетту.
— Но тогда... вы замышлял переворот!— закричал министр.
Ну, просто нереальный идиот!
— Все верно, — сказал Дамблдор.
И тут вмешался "благородный" Поттер, попытавшись сказать правду. Цирк уродов. К счастью, Дамблдор быстро его заткнул.
Фадж, разумеется, тут же приказал своему секретарю Уизли бежать отсылать сову в "Пророк", чтобы они написали о "страшном" замысле Дамблдора сместить Фаджа. И как "хитроумный" министр предотвратил это "злодейство".
— Ну что ж, — сказал довольный Фадж, — Сейчас мы доставим Вас в Министерство, где Вам будет предъявлено обвинение, а потом Вы отправитесь в Азкабан.
— Думаю, тут есть небольшая проблема, — ласково ответил Дамблдор.
— Не вижу никаких проблем, — улыбнулся Фадж.
— Видите ли, Корнелиус, у меня нет намерений сдаваться вам, как вы говорите, по-хорошему. Конечно, я мог бы сбежать и из Азкабана, но мне совершенно не хочется тратить свое время.
— Вы думаете справиться с нами четверыми, Дамблдор? — сузил глаза Фадж.
— О, нет, конечно. Разве что вы меня заставите.
— Ну, хватит! Долиш, Кингсли, взять его! — крикнул министр.
Не знаю, что произошло, в один момент я просто потерял сознание. Судя по всему, остальные тоже. Когда я очнулся, Дамблдора уже и след простыл. Фадж, упустив директора, бросился в "погоню". Глупо, Дамблдора уже нет в школе, я уверен. Хотя, мне-то что?
Главная цель была достигнута — интереса мы с Поттером более не представляли. Поэтому Фадж нас и отпустил. Однако, меня это почему-то не радовало.
Дамблдор сбежал и трудно сказать, что будет дальше.
Хотя, конечно, Лорду понравится, что Министерство начнет охоту за директором. Это еще сильнее упрочнит его позиции.
Но у меня было плохое предчувствие по поводу всего этого. Уверен, что теперь Фадж возьмет Хогвартс под полный контроль. И ничего хорошего это не принесет.
24.02.2011
Глава 31
Как я и ожидал, Фадж не замедлил воспользоваться ситуацией в свою пользу. Уже на следующий день после побега Дамблдора, Амбридж была назначена новым директором Хогвартса. Это старая жаба сидела на месте директора за столом преподавателей с таким самодовольным выражением лица, что я еле сдержался, чтобы не послать в нее Круцио. Кабинет директора она, к слову, заполучить не смогла — горгульи на входе ее просто не пускали. Еще бы, нового директора назначает из достойных кандидатов старый директор, и никак иначе. Так было на протяжении тысячелетия, и не какому-то придурку в мантии министра это менять.
Моя репутация, как я и опасался, была уничтожена. Малфой, спасибо ему, растрепал всему факультету, что меня поймали вместе с Поттером. И, что я ошивался в одной компании с такими типами как Логботтом, Грейнджер, Уизли, Лавгуд и прочие "магглолюбцы" и "грязнокровки". Урод белобрысый. Хотя он, наверное, и не ждал, к каким результатам приведет его длинный язык. А результат был таков, что на факультете я стал почти изгоем. На публике ко мне относились по-прежнему, незачем остальных посвящать в дела факультета. Однако без посторонних, другие слизеринцы меня просто игнорировали. Не пытались унизить или оскорбить — просто не замечали. Даже Дэвис объявила бойкот. Годами создаваемая репутация была уничтожена. Я не был Малфоем, которому из-за происхождения и влиятельности рода прощали все его провалы и неудачи. Было бы им известно, что я наследник еще более древнего и богатого рода, чем Малфои, никто бы и не обратил внимания на мою "ошибку". Но официально я был никем — простым полукровкой, в лучшем случае, сирота без гроша в кармане и без веса в обществе. Не самый лучший конец года.
