— У меня возникли две проблемы. Во-первых, мне нужны достойные кандидатуры в наместники, а вокруг одни мелкие душонки. Я надеялся, на Дровосека и Страшилу, Дина Гиора и Фараманта, но похоже в ближайшем будущем они не согласятся, а время идёт. Вся надежда на тебя. Ты лучше всех знаешь местных людей. А во-вторых, мне надоели постоянные интриги. Даже приятели Билана, Кабр Гвин и Энкин Флед, завидуют ему и хотят занять его место. А Билан и Гвин ещё и своих дочерей готовы мне подсунуть. Толстуха и Кобра мне уже надоели своими противными улыбками и постоянными жалобами. Они готовы вцепиться в волосы Флите и друг другу.

— Таковы издержки власти, — развёл руками Фальсио. — Впрочем, всё разрешимо. Нужно сделать Гвина и Фледа наместниками. Заодно и с Биланом пересекаться не будут. Вместе с Гвином можно и его семью отправить.

— Ты гений! — обрадовался Урфин. — Тогда Гвина отправим подальше к Жевунам, а Фледа в Фиолетовую страну и дадим им по взводу дуболомов.

— Осмелюсь, возразить, ваше магичество, — молвил Тайный советник. — Для Жевунов взвода вполне хватит. У них нет ни укреплений, ни боевого духа. А вот с Мигунами дело хуже. Они готовили восстание против самой Бастины, прекрасно могут делать оружие, а возглавляет их после ухода Дровосека председатель Совета Мастеров Лестар. Это смелый, решительный человек и очень опасный противник. По дошедшим до меня сведениям, он объявил мобилизацию и начал укреплять Фиолетовый дворец. Насколько я знаю, число дуболомов подходит к ста двадцати солдатам, не считая капралов и генерала. После завоевания можно оставить десяток. А сейчас нужно немедленно послать в Фиолетовую страну как минимум пятьдесят солдат во главе с самим Ланом Пиротом. А ещё нужно вооружить их каким-нибудь метательным оружием, иначе Мигуны смогут безнаказанно кидать в них со стен камни.

Джюс сразу помрачнел. Он не хотел человеческих жертв. Именно поэтому он не приказал дуболомам швырять в ответ камни при штурме Изумрудного города. Булыжник, брошенный мощной рукой деревянного солдата, мог не только покалечить, но и убить. Но теперь он не мог показать себя добреньким. Если его сочтут хлюпиком, свои же приспешники удавят ради власти. Единожды предавшие легко предадут снова. Они уважают лишь силу, а ценят только личную выгоду.

Урфин внял советам Фальсио. Он вооружил полицию и дуболомов рогатками и проводил постоянные тренировки.

В Голубую страну отправили Кабра Гвина вместе с семьёй и десятком дуболомов. А в Фиолетовую страну послали целых семь взводов с семью капралами и генералом.

Оставшиеся пять десятков составили с полицейскими совместные патрули и постоянно обходили Изумрудный город и его окрестности с дозором.

Кабр Гвин вместе с семьёй совершил во главе взвода дуболомов длинный и опасный поход из Изумрудного города в страну Жевунов. Они форсировали Большую реку на плоту, который сделал во время своего похода сам Урфин. Овраги преодолели по оставшимся от деревянной армии мостам. Самым опасным участком был Тигровый лес. Наученные горьким опытом своих сородичей, погибших в схватке с дуболомами, саблезубые тигры не посмели во второй раз напасть на колонну с деревянными солдатами, но страху Кабр Гвин и его семья натерпелись и запомнили это место надолго.

Зато Голубая страна была захвачена без боя. Кабр Гвин поселился в поместье Према Кокуса. Вместе со взводом дуболомов он ходил по домикам Жевунов и отбирал у них всё, что ему понравится. Он считал, что как наместник имеет на это полное право, ведь вся собственность во владениях Урфина Первого принадлежала королю. Гвин заслужил у Жевунов репутацию злого и жадного человека. Его жену и дочь ненавидели не меньше. Они постоянно хотели новых украшений, новых красивых платьев и туфель, и Жевунов ждали всё новые поборы.

Путь в Фиолетовую страну был менее сложным и опасным, чем в Голубую. Ни Большой реки, ни саблезубых тигров, разве что дорогу так и не достроили.

Мигуны не успели закончить и строительство укреплений. Лестар пожалел, что Дровосек приказал сломать прочную высокую стену с острыми гвоздями наверху и железные ворота, оставшиеся в наследство от Бастинды. К тому же боевого опыта у жителей Фиолетовой страны не было. Самый искусный мастер Волшебной страны помнил, как они разбежались, стоило лишь Льву разок зарычать.

Заместитель Кагги-Карр воробей Чик, командовавший в её отсутствие разведкой в Изумрудном городе, сообщил страшные вести. Надвигается огромная армия из семидесяти восьми деревянных солдат и офицеров, что даже больше войска осаждавшего Изумрудный город. К тому же на вооружении у них рогатки, ставшие в их руках весьма опасным оружием.

Лестар был смелым, но осмотрительным человеком. Он понимал, что без Железного Дровосека Мигуны не смогут открыто противостоять завоевателям, и это приведёт лишь к ненужным жертвам. В итоге Лестар решил поберечь человеческие жизни. Сопротивления Мигуны, как и Жевуны, не оказали.

Глава 16. Речь Страшилы

— Что происходит? — спросил летописец Фальсио у Главного государственного распорядителя Руфа Билана, встретив его в зелёном коридоре дворца.

Лицо его старого приятеля раскраснелось от волнения. Он был очень озабочен.

— Начальник полиции Проныра мне только что сообщил, что, как удалось подслушать его подчинённым, Страшила собирается произнести речь.

— Значит, дошедшие до меня слухи не врут, — молвил Фальсио. — И я не зря собрался к башне Аграната.

Летописец похлопал себя по ножнам с неразлучным пером. Главный государственный распорядитель вызвал двух дуболомов сопровождения, и они с Фальсио направились к подъёмному мосту, у которого торчал оранжевый солдат с уже облупившейся краской на груди и на спине.

— Ты хочешь занести его слова в летопись? — с тревогой спросил Билан.

— Я собираюсь записать его слова. Наш бывший правитель несдержан и в запале может рассказать много интересного. А как всё это использовать, решим потом. Ты же знаешь, что многое о войне с Бастиндой не вошло в официальную летопись. Ни к чему разрушать образ мудрого правителя, великого волшебника и основателя Изумрудного города. Кстати, наш город сейчас выглядит не очень. Ладно, отовсюду выковыряли изумруды и украшения и отправили их в казну. Но почему садовники и уборщики не выполняют свою работу? Фонтаны не бьют, клумбы завяли. Вот народ и затосковал по Страшиле.

— Ты прав, распустились людишки, кругом сплошной саботаж. На свободные выборы не ходят, праздникам не радуются, работать не хотят. Надо будет навести порядок и усилить контроль. Но до всего руки не доходят, а если слишком свирепствовать, ещё больше роптать начнут. На меня, между прочим, уже было покушение. Мне едва не разбили голову брошенным камнем.

У башни уже собралась большая толпа. На лицах горожан и фермеров, скучных и хмурых в последнее время, теперь читалась надежда.

Вдохновлённый этим Страшила произнёс пылкую речь. Он призвал жителей Изумрудной страны проявить мужество и всячески сопротивляться захватчикам. Вдобавок, забыв про данное слово, он объявил, что скоро его и Железного Дровосека выручит из неволи Элли, которая уже находится в стране Жевунов!

Напрасно старались удержать его Железный Дровосек и Кагги-Карр. Страшила продолжал яростно выкрикивать обидные слова и угрозы Урфину Джюсу.

— Будь я проклят! Он действительно наговорил много интересного, — пробормотал напуганный Руф Билан.

— Его можно обвинить в бунте против законно выбранных властей и содействии вторжению злых чужаков из-за гор, которые хотят разрушить нашу спокойную мирную жизнь, — предложил Фальсио.

— Ты умеешь всё правильно сформулировать, — восхитился толстяк, — пойду, доложу императору.

Билан приказал дуболомам разогнать толпу и рысцой побежал в город. Вскоре свергнутого правителя посадили в карцер.

Глава 17. Побег

Однажды утром перепуганный надзиратель доложил Руфу Билану об исчезновении из тюрьмы Дина Гиора и Фараманта. Нехорошее предчувствие охватило Главного государственного распорядителя. Он поручил проверить на месте ли Дровосек и Страшила, а сам вызвал начальника полиции Проныру и приказал ему расследовать преступление. Вездесущий Фальсио увязался за начальником полиции, чтобы не пропустить такое важное событие.

Проныра энергично принялся за дело. В ходе следствия выяснилось, что в камере, где содержались узники, перепилена решётка на окне. Тюремщик признался, что слышал подозрительные звуки, но тут его внимание отвлекла Первая Фрейлина. Проныра тут же заподозрил её в причастности к побегу. Поиски Флиты не дали результата. Дежуривший у дверей кухни жёлтый деревянный солдат сообщил, что мимо него проходили Первая Фрейлина и пожилая фермерша с корзинкой ягод. Очевидно, существовал целый заговор. Подозрения в этом только укрепились, когда стало известно, что Страшила и Дровосек тоже исчезли.

От известий о пропаже сразу четырёх пленников, да ещё и существовании целого заговора, в котором, по-видимому, участвовала столь ценимая Урфином главная фрейлина, Билан пришёл в ужас. Как докладывать о таком королю?

По его приказу свора полицейских во главе с самим начальником полиции Пронырой бросилась на поиски. Они рыскали по фермам вблизи города и допрашивали людей. Сверх ожиданий те оказались словоохотливыми и рассказали поимщикам, что беглецы рано утром прошли на северо-запад, очевидно рассчитывая найти убежище в Жёлтой стране у Виллины.

Два взвода дуболомов, да три десятка полицейских отправились в указанном направлении. Солдаты мчались по твёрдой дороге, громыхая ногами, налетая друг на друга, падая. Полицейские стреляли камнями из рогаток в придорожные кусты, едва замечали там малейшее движение.

Время от времени Проныра, который сам возглавлял погоню, забегал в придорожные домики и расспрашивал про беглецов. Заранее подученные гонцами Фараманта обитатели домиков отвечали:

— Они все прошли здесь три часа назад... два часа назад... час назад...

Рвение преследователей возрастало, им казалось, что добыча уже близко. Но они пробегали миля за милей, а дорога впереди по-прежнему оставалась пустынной.

Полицейские и дуболомы окончательно рассвирепели, впереди них со свистом неслась туча камней, выпущенных из рогаток.

А потом случилось вот что: Проныра, у которого были самые длинные ноги, вырвался далеко вперёд, и ошалелые подчинённые, приняв своего начальника за беглеца, осыпали его таким увесистым градом из осколков кирпича, что переломали ему руки-ноги и отбили голову.

Подбежав к упавшему с криками торжества, полицейские и дуболомы вдруг остановились. Что делать дальше? Они не знали, а приказывать было некому.

Командование принял на себя один из заместителей начальника полиции Реллем. Он решил прекратить погоню.

Собрав обломки своего командира, отряд вернулся в столицу. Реллем доложил Главному государственному распорядителю о том, что произошло. Руф Билан побледнел от ужаса. До того он ещё надеялся, что беглецов поймают, и тогда происшествие можно будет скрыть от короля. Теперь приходилось сознаваться, что пленники, которыми так дорожил Урфин Джюс, вырвались на свободу. Больше того: погиб начальник полиции, которого правитель ценил за усердие и ловкость.

Выслушав доклад Билана, Урфин угрюмо промолвил:

— Не сомневаюсь, что это штучки проклятой девчонки, маленькой феи Элли. И беглецы скрылись?

— Бесследно, могущественный король Изумрудного...

— Короче! — рявкнул обозлённый Джюс.

— Слушаюсь! Хуже всего то, что преследователей, как видно направили по ложному пути. Это был целый заговор. Похоже, в нём была замешана и Первая Фрейлина, она отвлекала тюремщика и исчезла вместе с беглецами.

Джюс заскрипел зубами от злости и больно ушиб руку, врезав со всей силы кулаком по подлокотнику трона.

Начальника полиции Урфин восстанавливать не стал. Упустив беглецов, он не оправдал его ожиданий, да и восстанавливать было особо нечего. В итоге повар Балуоль бросил его останки в плиту: они горели очень жарко. На место Проныры король назначил Реллема.

Глава 18. Разведка в Фиолетовой стране

Новый начальник полиции Реллем провёл тщательное расследование побега государственных преступников. В ходе него удалось выяснить, что следы беглецов ведут в Фиолетовую страну. Урфин отправил туда на разведку группу полицейских под руководством заместителя начальника полиции Вереса.

После бегства пленников прошло несколько недель. Быстроногие полицейские, посланные на разведку в Фиолетовую страну, вернулись с тревожными известиями. Прокрадываясь по ночам, затаиваясь за камнями и в оврагах, подслушивая разговоры, они узнали, что на Урфина Джюса скоро выступит войско из нескольких сот Мигунов под предводительством Страшилы, Железного Дровосека, Длиннобородого Солдата Дина Гиора и загадочного Великана — Деревянная Нога. Подготовка к походу идёт вовсю. Готовится какое-то особенное оружие, Мигуны учатся военному строю под руководством Дина Гиора.

Урфин Джюс был настолько измучен беспокойством, что ему показалось невозможным откладывать решение своей судьбы. Он призвал к себе Главного государственного распорядителя Руфа Билана, Тайного советника Фальсио и генерала Лана Пирота.

— Я решил повести мою армию в поход! — заявил он. — Пора показать этим мятежникам, кто правитель Волшебной страны!

Главный государственный распорядитель побледнел. Он первым расспрашивал разведчиков и знал о положении дел намного больше того, что счёл нужным сообщить королю. Руф Билан понимал, что выступать навстречу неприятелю было очень опасно, и осторожно начал:

— Могущественный король, повелитель...

— Без титулов.

— Слушаюсь! Противник очень силён и не лучше ли нам будет запереться в стенах города...

— Жалкий трус! — взревел Лан Пирот, свирепо вращая глазами. — Моя храбрая армия разгромит любого врага!

— Молодец! — одобрил Урфин. — Учитесь храбрости у генерала, Руф Билан!

— Но я узнал, что у Дина Гиора...

— Ма-ал-чать! Как вы ко мне обращаетесь? Где мои титулы? Или я уж больше не король?!

Окончательно сбитый с толку, Руф Билан замолчал. Урфин был настолько грозен, что даже Фальсио не нашёл, что возразить. И выступление было решено.

Дуболомов наскоро почистили щётками от пыли, генерал сказал им краткое воинственное слово, и армия в составе ста шестидесяти трёх солдат, семнадцати капралов и палисандрового генерала тронулась на восток. Солдаты громко топали деревянными ногами по кирпичам дороги, размахивали дубинками и корчили свирепые гримасы. Урфин Джюс ехал сбоку колонны на спине верного медведя Топотуна. Фальсио, заносившего в летопись отправление воинства, не покидало дурное предчувствие.

О лицах солдат и Добре

Как известно, по приказу Страшилы Мудрого дуболомам вместо 'зверских рож' сделали весёлые улыбающиеся лица, чтобы превратить из злых солдат в добрых мирных людей. Однако первым делом им поручили перебить всех саблезубых тигров, и добрые лица почему-то не помешали. Даже по приказу 'злого и жестокого диктатора Урфина' за всё время дуболомы убили лишь двух саблезубых тигров, когда те посмели броситься на их повелителя. Получается, Добро и Зло относительны, и дело не в лицах, а в том кто отдаёт приказы.