Прометей с востока

— Надеюсь, что вы знаете, что делаете, — вздохнула Касия. — То, о чём вы говорили, случится через годы, а сейчас меня беспокоит, что вас за морем, скорее всего, убьют. Я не проявила бы беспечность на месте эльфов и хорошо охраняла свои секреты, а они умнее меня. Я не собираюсь чинить вам препоны, наоборот, буду помогать, но на сердце тяжело...

— В последнее время у меня нет дел, — пожаловался Глеб вернувшейся графине. — Если не лежу в кровати с какой-нибудь женщиной, значит, маюсь от безделья или чего-нибудь жду. Но раньше хоть была цель — соединиться с любимой.

— Я поговорила с твоим Корном, — сказала Касия, садясь на кровать рядом с юношей. — Это бывший королевский маг. Имей в виду, если его поймают и станет известно, что вы сообщники, тебя не выпустят живым. Слишком много секретов в голове твоего спутника, и никто не станет допытываться, делился он ими с тобой или нет. Если он сказал о войне, это почти наверняка правда, но я уже направила слугу к нужному тебе человеку. Это бывший королевский советник, которого я пригласила на ужин.

— И он станет делиться со мной секретами? — с сомнением спросил Глеб. — Или опять используем мага?

— Я предложила ему развязать советнику язык, а потом стереть память о разговоре. Он не станет вмешиваться в сам разговор. До вечера много времени, а любовью не занимаются на полный желудок. Не хочешь прогуляться в парке?

В парке гуляли почти до обеда. Касия рассказывала о своей жизни и расспрашивала Глеба о жизни маозов.

— Я не смогу удовлетворить твоего любопытства, — сказал он в ответ на её расспросы. — Я ведь крестьянствовал и почти ничего не знаю о жизни князей и ближних к ним людей. Отец, когда ходил в ополчение, тёрся с ними спинами и мог бы что-нибудь рассказать, да и то... Во время войны совсем другая жизнь. Когда люди ходят под смертью, разница в происхождении часто стирается и в них начинают ценить не знатность, а мужество, верность и воинскую сноровку. Расскажи лучше ты о сестре.

— До смерти мужа я с ней почти не общалась, а потом встретилась только один раз. Жизнь не удалась, и хвастать ею не тянет, а плакаться не позволяет гордость. Это тебе почему-то выкладываю всё без утайки. Я ведь и Анджею рассказывала всё, даже о сыне конюха.

— Рано тебе себя хоронить... — неуверенно возразил Глеб.

— Да ладно, — махнула она рукой, — я уже с этим смирилась. Я ведь не пропускаю ни одного бала или званого вечера, толку-то! Молодым я не нужна, да и что я могу предложить, кроме себя? Графство-то отойдёт сыну. Дворяне постарше женаты, а старики мне самой не нужны. Перебиваюсь случайными любовниками, но это не жизнь. Хочется любви, может быть, даже родить ребёнка. Этот бы был моим. Дело ведь не только в постельных утехах. Вот мы с тобой гуляем и беседуем, и я счастлива!

— И больше ничего не хочешь? — не поверил он.

— Конечно, хочу, — она подошла к нему и прильнула с поцелуем. — И ты меня хочешь! Пошли быстрее, пока я не отдалась на этой скамейке. Знаешь, сколько слуг за нами подсматривают? Ты не думай, Глеб, что я такая жадная на любовь, просто чувствую, что ты скоро исчезнешь, и пытаюсь получить от тебя всё, что могу!

Обедали без эльфа, который куда-то уехал. После застолья Касия ушла со своим экономом решать какие-то денежные дела, и мужчины остались вдвоём.

— Не надоело сидеть без дела? — спросил юношу Корн. — Я не считаю делом ваши постельные развлечения. Учтите, что они тоже могут надоесть.

— Мне уже давно надоело безделье, и вы это прекрасно знаете! — сердито сказал Глеб. — Может, предложите чем заняться? Сегодня поговорим с вашим советником, а потом придётся говорить с Майком. Не вижу я у него желания плыть домой.

— Оно появится с моей помощью, — равнодушно сказал Корн. — И не нужно на меня так смотреть. Я никогда не действовал на вас принуждением и не собираюсь. В противном случае мы с вами уже давно плыли бы на корабле. А Майк мне не друг и не родственник, а представитель враждебного народа. Моя враждебность на него не распространяется, но и церемониться не собираюсь. Временно перейдёт с девушек на мальчишек. Я думаю, что это не очень большая жертва для спасения ваших княжеств.

— Сколько времени потребуется добраться до Данцига? — спросил Глеб. — К такому путешествию нужно как-то готовиться?

— Дней пять верхом, — ответил маг. — Трактиров хватает, поэтому в дороге не понадобится ничего, кроме денег, надо только нанять охранников. О путешествии на корабле ничего не скажу, об этом спрашивайте у эльфа, когда вернётся. Вы уже решили?

— Почти, — сказал Глеб, — но беседа с советником не помешает.

Такая беседа состоялась сразу после ужина, на который удивлённый неожиданным приглашением старик приехал в своей карете.

— Почти никуда не выбираюсь, но для вас, графиня, сделал исключение, — говорил барон встретившей его Касии. — После прошедшего бала все только и обсуждают вас и украденного вами шевалье. Вы, наверное, не знаете, но князь хотел предложить ему службу. Хотя, учитывая интерес, который к шевалье проявила младшая княжна, он недолго зажился бы на свете. Имейте в виду, что молодые дворяне возмущены и могут явиться сюда за сатисфакцией. Непонятно только, возмутил ли их интерес княжны к шевалье или то, что он от неё сбежал!

Барону было за восемьдесят лет, но он живо перебирал ногами, немного шаркая ими при ходьбе. Лицо покрывали морщины, волосы поредели и были белыми как снег, но глаза смотрели ясно и с любопытством. Хозяйка сама провела его в трапезную и представила гостей, включая вернувшегося эльфа.

— Не понял, почему не сказали ваш титул, — обратился старик к магу, — наверное, это от скромности. Да и имя у вас вроде было другое, барон. Рад, что вы уцелели, но боюсь, что моя радость ненадолго. Лицо вы себе поменяли, но всё равно можно узнать. Почему не уехали из королевства? Я считал вас умнее.

— Зря менял лицо, — с досадой сказал Корн. — Надо было ограничиться гримом. Уеду я, Михал, и очень скоро.

— Для чего меня позвали? — спросил старик. — Хочу предупредить, чтобы не вздумали влиять на меня своей магией. Секретов я знаю меньше вашего и не собираюсь ничего скрывать, а к эльфам у меня никогда не было склонности, вы должны это знать. Не побегу я с доносом.

— Расскажите этому молодому человеку, как эльфы любят восточные княжества и что они с нашей помощью собираются с ними сделать! На эльфа не смотрите, он не услышит нашего разговора.

— При моей службе пытались собрать нас, бошей и франков, — сказал барон. — Тогда из этой затеи ничего не вышло. Никому не захотелось драться с маозами, поэтому стали тянуть время и придумывать отговорки. Потом появились какие-то сложности у самих эльфов, и поход отложили. Я не знаю, как с этим сейчас, но маозы не изменились и не собираются прогибаться под эльфов, поэтому и эльфы не оставят своей затеи. Если наши станут упорствовать, на них надавят, да и сами примут участие, чтобы новый поход не окончился таким же разгромом, как пятьдесят лет назад.

Они некоторое время просидели за столом, разговаривая и пробуя всякие вкусности, приготовленные поварами графини, потом старик попрощался и уехал.

— Не беспокойтесь, — сказал маг Глебу. — Я не стал стирать память, только заморозил её дней на десять. Старик действительно никуда не побежит докладывать, но может случайно проговориться. Не так уж хорошо у него работает голова, как это может казаться. Когда он всё вспомнит, это нам не навредит. Майка я уговорил, и вы мне поверили, поэтому не вижу смысла затягивать отъезд. Лето идёт к концу, а нам надо вернуться до зимы. В зиму по морю лучше не плавать. Вы не против того, чтобы выехать завтра? Вот и прекрасно. И учтите, что поедем верхом, поэтому сегодня не слишком усердствуйте.

Легко ему было советовать! Когда Касия узнала, что они завтра уезжают, она не смогла сдержать слёз. Глеб целовал её солёное лицо, потом подхватил женщину на руки и унёс в спальню. Этим вечером он старался вовсю, вспомнив многое из того, чему его научила Берта.

— Это какое-то безумие, — сказала Касия, когда они закончили. — У меня никогда такого не было и уже не будет. Давай спать, а то ты завтра не сможешь сесть на коня.

Кася его любила, а он испытывал к ней благодарность и жалость. Конечно же, утром она не удержалась, но всё проделали быстро и один раз. Потом были завтрак и короткое прощание. Графиня удержалась от слёз и с улыбкой помахала ему рукой, а потом вернулась в спальню, прижалась к подушке, на которой он спал, и разрыдалась.

Дорога до портового города Данцига запомнилась только одной встречей. Каждый раз, когда ночевали на постоялых дворах, эльф брал отдельную комнату и запирался в ней с очередной девушкой. Глеб не испытывал ни малейшего желания следовать его примеру. Встреча в трактире небольшого городка на третий день пути едва не нарушила его воздержания. Они только что сняли комнаты и шли ужинать, когда Глеб увидел сестру одного из убитых им дворян.

— Зоя? — с удивлением спросил он. — Ты что делаешь так далеко от столицы?

К его удивлению, девушка бросилась бежать, но тут же безвольно застыла.

— Знакомая? — спросил маг. — Возвращаемся. Ужин никуда не убежит, а она может. Где вы её встречали?

Глеб коротко рассказал историю с сестрой.

— Воровка, — сказал маг. — Видела вашу дуэль и поняла, что на вас можно заработать. Но полторы сотни монет — это много. Надо заставить её отработать. Мы выйдем, а вы развлекайтесь.

— Ну и что мне теперь с тобой делать? — спросил он у пришедшей в себя девицы. — То, что мне посоветовали, — это не наказание, а большое удовольствие.

— Так я разве против? — сказала она. — Поможете расшнуровать платье? Не такое уж это большое удовольствие, но я отработаю.

— Говоришь не такое уж большое? — усмехнулся он, расстегнул пряжку пояса и приспустил штаны.

— Действительно большое, — с опаской сказала девица, пятясь от юноши. — Для меня так даже чересчур!

— Успокойся, ты мне не нужна, — сказал он, возвращая всё на место. — Наш пожилой спутник не интересуется женщинами, а эльф не пропустит такую милашку, с ним и будешь рассчитываться.

Майк с готовностью заперся в номере с девицей, а Глеб с Корном ушли ужинать. Когда они вернулись, в комнате ждал только мрачный эльф.

— Плохо отработала? — спросил маг.

— Слишком хорошо, — ответил он. — Пока я приходил в чувство, она открыла замок и удрала, а до этого сняла с моего пояса кошелёк. А там у меня было триста монет! На эти деньги можно на всю ночь снять двадцать девушек!

Глава 9

За день до приезда в Дацинг Майк заявил, что будет ночевать вместе с ними.

— Осталось мало денег, — объяснил он своё решение. — Когда плыли сюда, проезд оплачивал дядя, поэтому я не знаю, сколько за него сдерут. И мало переплыть море, мне потом ещё добираться до дома. Дядин сертификат сохранился, но по нему выдадут деньги только его наследникам. Лучше я сейчас сэкономлю, чем потом заниматься продажей вещей. У меня с собой только самое ценное, а такие вещи не продашь быстро за хорошую цену.

После встречи с Зоей не было других происшествий, и на пятый день пути они въехали в Дацинг и остановились на ночлег в портовом трактире. Эльф опять ночевал без девушек в компании своих спутников и по этой причине утром был хмурым и неразговорчивым. Приехали потемну, поэтому море Глеб увидел утром, когда позавтракали и направились к причалам договариваться о проезде. Бескрайний голубой простор привёл маоза в восторг.

— Не сильно радуйся, — буркнул Майк. — Покачаешься ещё на этих волнах. Некоторые неплохо переносят качку, а другие блюют свою еду в море. Наверное, для того и качает, чтобы подкармливали рыбу.

— А сколько плыть? — спросил Корн.

— Зависит от ветра, — ответил эльф. — При попутном доплывём быстрее, а если штиль или мешает ветер, тогда включают машины. С ними быстрее, но приходится дышать дымом. Сюда так и плыли. Дул встречный ветер, поэтому убрали паруса и шли на угле. Это такой чёрный камень, который жгут в топках. На парусах тоже шли, но недолго. В этот порт мы приплыли на пятнадцатый день. Смотрите, это один из наших кораблей.

Они подошли к огромному кораблю, у которого над палубой возвышались три мачты и две трубы. По перекинутым сходням с пирса загружали бочки и грузчики таскали мешки. Ближе к носу на борту золотыми буквами было выведено название корабля — "Царица моря".

— Готовятся к отплытию, — сказал Майк. — Сейчас узнаем, берут ли они пассажиров. Видите девицу? Она помогает капитану.

— В кровати? — спросил Глеб, посмотрев на крепкую девушку в мужской одежде.

— У тебя только одно на уме, — сказал Майк. — Она помогает ему управляться с командой. На каждом корабле помощник у капитана всегда женщина. Так наши женщины отстаивают свои права. Но если договорятся, то могут и спать вместе. Давайте подойдём ближе, чтобы не орать.

Они подошли к сходням, и эльф спросил у девушки о проезде.

— Места есть, — ответила она. — Если возьмёте каюту на троих, заплатите по тысяче на каждого, а если брать каюту на одного, то выйдет вдвое дороже.

— Нам одну на троих, — за всех ответил Майк.

— Тогда платите и занимайте свою каюту, — сказала девица. — Основной груз уже на борту, поэтому скоро закончим с погрузкой и отчалим. Учтите, что лошадей не берём.

— Жаль, что я ночевал с вами, — огорчился эльф. — Думал, что проезд будет дороже. Кому будем продавать лошадей?

— Продадим хозяину постоялого двора, — сказал Корн. — Если не захочет покупать, я его уговорю.

Магию применять не пришлось, потому что хозяин посмотрел трёх прекрасных жеребцов и назвал хорошую цену. Получив от него деньги, сразу же пошли на корабль. Когда расплачивались за каюту, познакомились с капитаном корабля. Высокий уже седой эльф принял у них деньги, назвался Джоном Купером и приказал одному из матросов проводить пассажиров в каюту. Она оказалась четырёхместной с двумя двухъярусными койками, занимавшими треть помещения.

— Понятно, — проворчал Майк. — Если в каюте есть стол и табуреты, значит, еду будут приносить сюда. Под каждой койкой по два сундука, можете складывать в них свои котомки.

— Господам не нужны бычьи пузыри? — спросил перед уходом матрос. — А то я мог бы дёшево продать.

— А для чего они нам нужны? — удивился Глеб.

— Если у вас есть письма или бумаги банка, их можно завязать в пузыре и сохранить от воды, если будем тонуть, — объяснил матрос. — Не всегда тонут посреди моря, чаще в шторм разбивает у берегов. Если повезёт уцелеть, сохраните ваши ценности.

— И сколько стоит твой пузырь? — спросил юноша.

— Свой я не продам ни за какие деньги, — засмеялся матрос, — а за бычий с вас три монеты.

Глеб купил у него пузырь и положил в него рекомендацию барона Венецкого, свою грамоту и бумаги гоблинского банка. Уложив вещи в сундуки, вышли на палубу. Других пассажиров пока не видели, а среди матросов эльфов не было, одни люди.

— Эльфы не возятся с парусами и не пачкаются углём, — ответил Майк на вопрос Глеба. — Из них на корабле только капитан, его помощница и машинист, а остальные — это люди, работающие по найму. Кочегарами обычно берут чёрных орков. Им и платят меньше, и долго на такой работе не живут, а заменить нетрудно.