Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Личный поверенный товарища Дзержинского


Опубликован:
19.11.2026 — 19.11.2026
Аннотация:
Роман из пяти частей. В первой части "Комиссарша" рассказывается о начале секретной деятельности молодого выпускника технического университета, приглашенного на службу в военную контрразведку. Тюрьма ВЧК, Дзержинский, комиссарша с наганом и вынужденное сотрудничество с советской властью. Страстная любовь и трагедия. Во второй части "Враги" злобный карлик в чине генерального комиссара госбезопасности предлагает Сталину проект внедрения сорудников НКВД в ближайшее окружение лидеров противоборствующих стран. Единственным кандидатом мог быть только Дон Казанов, которого разыскивают в составе интербригад в Испании. По заданию НКВД Казанов переходит к фалангистам как этнический немец, попадает в поле зрения начальника гестапо Мюллера и принимается в состав СС под его командование. Нечаянная любовь и новая трагедия. В третьей части "Барбаросса" рассказывается в работе Дона Казанова в России по поиску ясновидящего, способного предсказать ход развития событий. Ясновидящий, дед Сашка, при помощи эликсира переместил Казанова и начальника гестапо Мюллера в 1955 год, где они узнали результаты войны. В четвертой части "Гром победы" в конце войны Казанов и ясновидящий улетают в Испанию, но случайная очередь из автомата убивает летчика и самолет разбивается во Франции. Казанова арестовывают как нацистского военного преступника. Сочувствующие фашизму люди помогают ему бежать из замка Ив в районе Марселя. В пятой части "Поцелуй креста" Дон Казанов по заданию КГБ ищет и находит место укрытия Гитлера и начальника гестапо Мюллера. Гитлера принимают в члены масонской ложи, он целует кинжал, смазанный эликсиром ясновидящего и перемещается в середину шестидесятых годов. Мюллер и Казанов находят его в таком месте, которое никто бы не стал рассматривать в качестве его убежища.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
 
 

  К этому времени, и я почувствовал сильное жжение в области лопатки и ягодицы. Пуля из пистолета сорвала кожу на лопатке и пронзила мягкие ткани, разорвав на мне пиджак и попортив брюки. Кровь лилась по моей левой ноге, вызывая головокружение и чувство тошноты.

 

 

  Глава 19

 

  В себя я пришел в больничной палате. Рядом с надрывом храпел Крюгер. Я лежал на животе с острой болью в пояснице. Каждое движение вызывало боль, а поменять положение я не мог. На тумбочке стоял колокольчик, но и до него я не мог добраться. Кое-как я высвободил из-под себя правую руку и стал ею двигать тумбочку. Вошла дежурная медсестра, спросившая по-немецки, как я себя чувствую и не нужно ли мне что. Мне многое было нужно. В частности, повернуться на правый бок, ну, и разное там.

  Через несколько дней нахождения в лазарете нас на самолете отправили в Берлин. У Крюгера был сквозное ранение в бок, он вылечивался быстро. Я тоже шел на поправку, испытывая некоторые неудобства при одевании и при вежливых предложениях: немен зи платц.

  В Берлине нас встретили как героев. У меня сразу при сравнении нас героями в памяти щелкнула солдатская поговорка еще времен Первой мировой войны: ерой, а у ероя еморрой. Это я про себя. Ранение уж больно неудобное, ни себе посмотреть, ни другим показать.

  Указом фюрера германской нации Адольфа Гитлера барон фон Крюгер и фон Казен унд Либенхалле награждены серебряными испанскими крестами. Крест примерно такой же, как и орден за Военные заслуги. Крест ласточкин хвост со свастикой в центральном медальоне и с перекрещенными по центру мечами с германскими орлами на лезвиях и рукоятях мечей. По ордену сразу видно, где был военнослужащий и за какие заслуги получен крест. Мне приказом оберкоммандовермахт было присвоено звание лейтенанта, и мы оба были награждены бронзовыми знаками за ранение. Вроде бы ничего особенного не произошло, а смотри ж ты какие почести. Мне становилось многое понятно о том, почему офицеры так добросовестно исполняют свой долг. Потому что добросовестное исполнение хорошо поощряется.

  Еще через несколько дней я был вызван к бригадефюреру Мюллеру.

  — Здравствуйте, дорогой Казен, — вежливо приветствовал он меня, — поздравляю вас гражданином и офицером Великой Германии, а также с первым орденом.

  — Благодарю вас, господин бригадефюрер, — отчеканил я по-военному.

  — Присаживаетесь, господин Казен, — предложил Мюллер, — будет у нас разговор. Первое. Мне нравится ваша смелость. В нашем деле она нужна. Второе. Вы не виляете, что тоже важно в нашей работе, хотя и приходится проявлять гибкость. Ваш аналитический доклад мне понравился. Согласен с многими положениями его, но у нас нет стремления как можно быстрее закончить конфликт в Испании. Пусть воюют. Мы готовы воевать до последнего испанца, шутка. Испания — это полигон, где мы отрабатываем новые элементы тактики, проверяем наше оружие, даем боевой опыт армейским офицерам и нашим сотрудникам. Ваш доклад приобщен к вашему делу. Третье. Мы вас достаточно хорошо проверили, но это не значит, что мы вас не будем проверять и дальше. Мюллер верит только самому себе. За вас уцепится разведка, но вы нужны мне для решения важных вопросов государственной тайной полиции Германии в заграничных вопросах. Я человек ревнивый и могу обидеться, если вы вдруг предпочтете работать в чистой разведке. Они уважают интеллектуалов. Что вы скажете по поводу моего предложения? Я могу вам дать время на раздумья. Вот вам три минуты, как раз принесут кофе.

  — Я буду рад служить с вами, господин бригадефюрер, — сказал я, встав со стула.

  — Иного ответа от вас я и не ожидал, — сказал мой новый шеф, скрывая чувство торжества. Мюллер всегда сам подбирал сотрудников, которые входили в его окружение, не беря тех, кто превосходил его по уровню образования и опыта. Он всегда любил быть первым. Образование не играло сильно большой роли, потому что у Мюллера было среднее образование, как и у большинства лидеров Третьего рейха. — Вот вам бумага, пишите рапорт на мое имя с просьбой ходатайствовать перед рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером о причислении вас к государственной тайной полиции Германии. Подпись. Число. Пока решаются все вопросы, вы немного отдохнете, долечите свои раны и поедете в центр подготовки СС, где пройдете ускоренный офицерский курс. В отношении вас будут сделаны особые распоряжения, чтобы на тело не наносились знаки о принадлежности к СС. И еще одно напутствие. Купите книгу нашего фюрера Адольфа Гитлера "Майн кампф" и проштудируйте ее как Библию. Хайль Гитлер!

  — Хайль Гитлер, — я тоже вскинул руку в нацистском приветствии и вышел из кабинета.

 

 

  Глава 20

 

  Пять месяцев я провел в центре СС. Изучал администрацию Германского государства, структуру национал-социалистической рабочей партии, СС, содержание книги "Майн Кампф", методику борьбы с врагами рейха, основы диверсионной борьбы, политические партии противостоящих стран Англии, Франции, Польши, СССР, Чехословакии, разведывательные органы этих стран, основы агентурно-оперативной работы в окружении и в условиях лагерей военнопленных и тюремных учреждений.

  Через две недели после начала учебы мне присвоили специальное звание унтерштурмфюрера СС, что соответствует пехотному лейтенанту, переодели в эсэсовскую форму и поставили на специальное довольствие. По окончании курса мне присвоили специальное звание оберштурмфюрера (оберлейтенанта) СС и на мои черные петлицы с серебряной окантовкой и тремя серебряными звездочками по диагонали добавилась поперечная двойная полоска, вышитая серебряной нитью. Я так понимаю, что это результат моего усердного отношения к изучению программы и учета моего возраста.

  Я не обольщался тем, что все складывается так хорошо в моем внедрении в государственную машину Германии. Это все стечение случайностей. Нужно зарекомендовать себя хорошим специалистом, вот тогда можно и будет говорить о том, что я стал настоящим винтиком этой машины.

  Еще через несколько дней я докладывал по всей форме о своем прибытии бригадефюреру Мюллеру.

  — Расскажите, господин оберштурмфюрер, что такое социализм, — устроил мне проверку шеф.

  — Социализм — это учение о том, как следует заботиться об общем благе. Коммунизм — это не социализм. Марксизм — это не социализм. Марксисты украли это понятие и исказили его смысл. Я вырву социализм из рук "социалистов". Социализм — древняя арийская, германская традиция. Адольф Гитлер, — отчеканил я.

  — Браво, господин Казен, — улыбнулся Мюллер, — вы далеко пойдете, если не будете забегать вперед своего шефа.

  — Так точно, господин бригадефюрер, — отчеканил я. Чему-чему, а четкости доклада в СС-центре уделяли особое внимание, да и мне, как представителю точных наук тоже были по душе краткие и емкие понятия, а не растекание по древу разновариантных мнений по одному и тому же вопросу.

  — А сейчас расскажите мне об организации Национал-социалистической немецкой рабочей партии, — сказал Мюллер. — Нам нужно будет вступать в эту партию, если мы храним преданность Рейху и ее фюреру.

  — НСДАП, — начал я перечислять, — состоит из партийной канцелярии и личной канцелярии фюрера, тридцати трех партийных областей, подразделений партии: Гитлерюгенд, Национал-социалистический союз преподавателей высшей школы, Национал-социалистический студенческий союз, Национал-социалистический женский союз, Национал-социалистический автомобильный корпус, охранные отряды СС, штурмовые отряды СА. Присоединенные союзы и организации...

  — Достаточно, дальше можно и не проверять, — сказал Мюллер, — а когда вы собираетесь подавать заявление о вступлении в партию?

  — Сразу после вас, господин бригадефюрер, — ответил я.

  — Резонно, — сказал начальник гестапо, — вы далеко пойдете, если не разочаруете меня. Как давно вы не были в Москве? — неожиданно спросил он.

  — С первой половины 1918 года, — ответил я.

  — И вас не тянуло туда? — спросил Мюллер.

  — Человека всегда тянет туда, где он родился, даже если он не принадлежит к большинству населения этой страны, — честно сказал я.

  — А не хотели бы вы поехать в Москву? — последовал следующий неожиданный вопрос.

  — В лапы к большевикам? — решил я уточнить суть вопроса. — Если это нужно для Рейха, то я, конечно, готов.

  — А вот просто так, в гости к кому-нибудь? — Мюллер явно не был удовлетворен моим ответом.

  — Знаете, господин бригадефюрер, как это говорят русские — и хочется, и колется, — сказал я, — вроде бы и хочу, а вроде бы и не хочу, потому что ранее родная для меня страна стала уже чужой. В ней сгинул в безвестность мой старший товарищ полковник Борисов, и от моих родителей нет никаких известий. Я бы хотел найти моих родителей и перевезти их в Рейх, чтобы они сами прочувствовали, во что превращается их историческая родина.

  — Я вынужден сообщить неприятные для вас известия, — сказал Мюллер, — ваш отец скончался на допросе в НКВД, а следом от сердечного приступа скончалась ваша мать. Нам даже не известно, где они захоронены.

  Я молчал. Моя проверка проводилась с помощью агентуры в России. Родителей моих не вернешь, а я по заданию их убийц внедряюсь в антипод НКВД — в ГЕСТАПО — гехайм стаатс полицай — государственную тайную полицию. Поистине, неисповедимы пути Господа нашего.

  — Я вас понимаю, — сказал Мюллер, — сейчас идите в подотдел Д3, он занимается иностранцами из враждебных государств, к начальнику отдела гауптштурмфюреру СС и криминальрату Эриху Шредеру. Он введет вас в курс дела. К затронутому мною вопросу мы еще вернемся и, кстати, когда никого нет, можете называть меня шеф. Я старый полицейский и мне это больше нравится.

  — Слушаюсь, шеф, — сказал я и вышел.

  А Москва в разговоре затронута была не случайно. Только вот к чему?

 

 

  Глава 21

 

  В подотделе Д3 отдела 4Д 4-го управления РСХА (Главного управления имперской безопасности) "Исследование и борьба с противником — управление тайной государственной полиции" меня уже ждали. Начальник подотдела гауптштурмфюрер Эрих Шредер был мой ровесник и встретил меня приветливо.

  — Рады приветствовать вас в нашем маленьком коллективе, — сказал он, представляя меня сотрудникам, — нас мало, но мы держим под контролем весь мир. Вам определяется направление работы Россия и США. Направления важные, находятся под личным контролем у нашего шефа, но вы справитесь. Пока ваша должность будет называться криминальинспектор. Она соответствует званию унтерштурмфюрера СС, но уверен, что скоро мы будем приветствовать нового криминалькомиссара. Еще год назад нас всего было пятьдесят человек в центральном аппарате, а сейчас наши подразделения увеличиваются и создаются региональные подразделения. Так что работы становится все больше и больше. Пойдемте, я провожу вас по службам для постановки на все виды довольствия.

  Что-то мне все это напомнило 1918 год и постановку на довольствие в ВЧК. Вероятно, все спецслужбы одинаковы во всем мире.

  В канцелярии управления нам дали выписки из приказа о моем назначении, выдали жетон сотрудника гестапо. Из канцелярии мы пошли взглянуть на внутреннюю тюрьму, которая была в ведении канцелярии, в хозяйственные отделы, куда мы отдали выписки. На складе я получил полицейский пистолет "вальтер". Пока мы ходили по кабинетам, в общем помещении отдела был установлен сейф и мой письменный стол, за получение которых мне пришлось расписаться в одном из журналов выдачи. Машина работала четко и быстро.

  Мне помогли снять квартиру недалеко от Принц-Альбертштрассе. Квартиру, это громко сказано. Две комнаты в четырехкомнатной квартире, которые сдавала пожилая дама, вдова полковника Генерального штаба. Приходящая кухарка готовила мне завтрак и ужин, а обедал я в кафе неподалеку от места работы. С хозяйкой квартиры у меня установились добрые отношения, так как постояльцем я был тихим, не приводил к себе компании или женщин. Вечера проводил у себя в комнате за чтением книг по истории США и советской периодики, получаемой одним от наших негласных сотрудников в одном из загранучреждений.

  Начальник подотдела постоянно опекал меня, помогая освоить должность. В принципе, я человек легко обучаемый, и вошел в курс дела быстро. Шредер помогал мне с некоторыми тонкостями жизни в новом германском обществе.

  — Дитмар, — говорил он мне, — постарайтесь пропускать мимо ушей ту информацию, которая будет попадаться вам в официальных документах. То, что знаем мы, не должны знать никто. Мы копаемся, извините за выражение, в дерьме, но мы обеспечиваем безопасность нашего рейха. Вы должны знать, что наш герой, штурмовик Хорст Вессель, погибший в схватке с коммунистами был не таким уж героем, а по полицейским материалам, он сидел за мошенничество и в 1930 году он погиб в схватке с сутенером из западного района Берлина. Соперник был на содержании компартии и помогал материально ей. Рука руку кормит. Лучше вам это знать сразу, чтобы никто сплетнями не поколебал вашу веру в чистоту помыслов национал-социалистического движения. Кстати, Хорст Вессель написал наш гимн на мотив старой морской песни.

  Я "мотал на ус" эти разъяснения, понимая, что в каждой партии есть столько скелетов в шкафах, что если их открыть, то люди будут шарахаться от политиков. Как говорил покойный Александр Васильевич, любителям колбасы и политики лучше не видеть, как делается то и другое.

  В один из дней на выходе из кафе я столкнулся с девушкой и нечаянно уронил партийную газету "Фелькишер Беобахтер". Я нагнулся за газетой, и то же самое сделала девушка. Мы стукнулись головами, и стукнулись достаточно больно. С девушки слетела маленькая шляпка и с моей головы тоже слетела шляпа. Я взял девушку за руку, чтобы она не вздумала нагибаться, и поднял наши головные уборы. Девушка стояла со слезами на глазах и потирала ушибленный лоб.

  — Сейчас я вас вылечу, — сказал я и подул ей на ушибленное место. Моя мама всегда так делала, когда я с разбегу налетал на стул или падал. Вероятно, и в Германии мамы так же делают своим детям, потому что девушка рассмеялась и сказала, что мама делала ей так же.

  — Извините, фроляйн, что я, не будучи представленным, вступаю с вами в разговор, — сказал я. — Приношу вам свои извинения за мою неловкость и прошу позволить мне загладить свою вину.

  — — Это вы меня извините, — сказала девушка, — это я шла быстро, не глядя на то, что люди могут выходить из магазинов или кафе.

  — Свидетельствую вам свое почтение, — сказал я, — меня зовут Дитмар, и я всегда к вашим услугам.

  — А меня зовут Элиза, — сказала девушка и в прямом смысле умчалась по своим делам.

 

 

123 ... 2324252627 ... 757677
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх