Прометей с востока

— На месте князя я взял бы тебя в советники, — вздохнул юноша. — Ладно, я всё напишу и передам князю, а он пусть решает. Но учеников в любом случае нужно набирать, в этом ты прав. Этим завтра и займусь.

Венди, как всегда, почувствовала, что он чем-то взволнован, но решила, что это связано с гонцом воеводы.

— Освободился? — сказала она, подталкивая мужа к кровати. — Сейчас начнёшь уделять мне внимание.

— Маленькая, а жадная, — пошутил он, освобождаясь от одежды. — Я тебе и так уделяю внимание каждую ночь.

— Мне мало ночи! — заявила жена. — С тобой я схожу с ума от счастья, жаль только, что твоё семя пропадает во мне зря! Знаешь, как хочется ребёнка? Я уже почти старуха, а до сих пор ни разу не рожала!

В спальне было жарко натоплено, поэтому она, хоть и была нагой, не спешила забраться под одеяло. Венди знала, как её вид действует на мужа, и это доставляло ей радость и дарило уверенность. Для эльфы она была очень красивой, но среди женщин маозов было много настоящих красавиц, и это помимо воли напрягало. До ужина они вволю наигрались, сделав три захода, а когда отдыхали, Глеб рассказал о разговоре с Корном. К его удивлению, Венди восприняла сказанное довольно спокойно.

— Он прав, — сказала она. — Здесь ты уже страдаешь от безделья, а до тепла ещё далеко. И верного человека среди пшеков нужно найти. Если пойдёшь с дружинниками и побережёшься, всё должно получиться. Интересно, каким ты будешь с новой внешностью? Мне дорог и твой нос, который напоминает наши клубни, но не откажусь и от более красивого. Хотя нос в мужчине не главное, а главное уже, кажется, отдохнуло. Тогда почему мы просто лежим? Если мы с тобой расстанемся, я должна всё получить вперёд!

Утром Глеб сел писать письмо князю. Оно получилось неожиданно большим. Он не только перечислил то, что предложил маг, многое добавил от себя. Закончив писать, юноша свернул лист бумаги в свиток, обвязал шнуром и опечатал. После этого надел шубу и вышел во двор. Там дежурили два дружинника из тех, кого воевода выделил для охраны хранившегося в слободе пороха. Поначалу всё оружие с корабля притащили в подвал княжеского дворца, но узнавший об этом Джон пришёл в ужас и смог убедить князя привезти порох сюда. Дома не успели достроить, но сухие погреба для пороха были готовы, в них и сгрузили бочонки.

— Онуфрий! — позвал он одного из дружинников. — Возьми свиток и этот камень и передай лично князю!

— А если его нет во дворце? — спросил дружинник. — Князь может быть занят, а мне нельзя надолго отлучаться. Можно отдать воеводе?

— Можно, — разрешил Глеб, у которого уже наладились отношения с Трифоном, — но лучше отдать князю. И заскочи в слободу, скажи там, чтобы тебя подменили. Так и скажешь воеводе, что есть замена, если поинтересуется.

Князь был во дворце и сразу впустил гонца. Внимательно прочитав свиток, он вызвал к себе воеводу и эльфа.

— Сможешь зимой разобрать свою машину? — спросил он у Джона.

— Сложнее, чем летом, но можно, — ответил эльф. — На корабле осталось немного угля, поэтому можно разжечь топки и прогреть машинное отделение. Почему-то я не подумал о такой возможности.

— Поедете на санях, — приказал князь. — Дашь ему, Трифон, надёжную охрану. Сколько саней нужно для машины?

— Может быть, всё войдёт в одни, — задумался Джон, — только вряд ли сани выдержат такой груз. Мы ведь поедем по льду? Наверное, лучше взять двое, а то и трое саней. На одни погрузим котёл, а на другие — всё остальное.

— Это то, что нужно? — спросил князь, отдав ему камень.

— Прекрасная сера! — обрадовался эльф. — И очень чистая.

— Поедешь за машиной, а мы пока разберёмся с твоими убийцами, — сказал Василий. — Что у нас по купцу?

— Промашка вышла, — потёр затылок воевода. — У меня мало свободных дружинников, да и место возле подворья Истомы открытое, поэтому многих не поставишь, враз приметят...

— Ты дело говори! — рассердился князь. — Оправдываться будешь потом!

— Я приказал следить за Истомой или кем-то незнакомым, кто может к нему прийти, а его дворня и приказчики ходили без всякого присмотра. Если что и передавали, то через них, потому что сам Истома никуда не выходил, и никого чужого у него не было.

— Правильно подсказал Корн! — с досадой сказал князь. — Не годна дружина для таких дел. Будем делать тайный приказ. Найди мне ловкого и верного человека. Когда вернётся Иван, он его проверит.

— А что он ещё подсказал? — ревниво спросил Трифон.

— Много чего, — сказал князь. — Найди двух дружинников, похожих видом на пшеков. Поедут вместе с Глебом в королевство. Делом займётся окольничий, а их задача — его охранять. Если не знают языка, пошлёшь их к Корну, он научит.

— Как ему можно доверять? — угрюмо спросил воевода. — Он им в головы может не только язык засунуть, но и что похуже!

— Магу нужно или доверять, или гнать его вон! — сердито сказал князь. — Я из-за тебя и Ивана его отдалил и лишил себя пользы! Это не только маг, который сильней и опытней моего, это человек, чьими советами тридцать лет пользовались короли пшеков. Раз не выгнали и сохранил голову на плечах, значит, не такие уж плохие советы давал. Глеб ему доверял и не получил ничего, кроме пользы. И мы не получили бы корабля с пушками, если бы не маг. Он ничего не попросил за свои услуги, а я сам не дал! И идти ему сейчас некуда. Одним словом, я сказал — ты услышал. Глеб сейчас подберёт парней для учёбы, а Корн сделает их грамотными. Джон, сможет твоя жена с ними заниматься, пока ты в отъезде?

— Я думаю, что сможет, — ответил эльф. — И время не потеряем, и ей дело.

— Значит, так и сделаем, — махнул рукой князь. — Пристроим их во дворце, здесь же будут заниматься. А ты завтра отправляйся. За женой приглядим, так что никакого вреда ей не учинят. Завтра прибудет Иван, тогда возьмём Истому. Корна не буду к этому привлекать. Не потому что не доверяю, но он у нас мало что знает. Вскоре должен приехать князь Дмитрий, так я с ним сам поговорю о земляном жире. Не будем пока обращаться к купцам. Сколько его надобно?

— На первое время хотя бы бочонков двадцать, — ответил Джон. — Там должен быть большой отход. И дело это не горящее.

Выйдя от князя, Джон поспешил к жене. Клэр, когда не была у княжны Евдокии, читала в спальне её книги или скучала. В последнее время она не рвалась общаться с княжной. Ей было неинтересно отвечать на бесконечные вопросы четырнадцатилетней девушки. Наверное, Евдокия это почувствовала, потому что стремилась проводить время не с ней, а с Венди, с которой нашла общий язык. Сейчас Клэр сидела в гостиной у окна и смотрела на падающий снег.

— Хорошо, что ты быстро пришёл, — сказала она мужу. — Сегодня почему-то особенно тоскливо. Посмотри, сколько снега! Я его раньше почти не видела. Мы приехали с юга, где снега отродясь не бывало, да и в Корине снег если и выпадал, то немного и ненадолго, а здесь его горы!

— Дело не в снеге, а в том, что тебе нечем себя занять, — обняв её за плечи, сказал Джон.

— Наверное, и это тоже, — согласилась она, прижавшись к нему. — Я ведь так и не смогла до сих пор поверить в смерть отца. Знаешь, как тяжело, когда рядом нет близких людей и ты совсем никому не нужна?

— Я это тоже пережил, хоть и не так остро, — сказал Джон. — У меня ведь тоже никого не осталось, кроме дальних родственников. Зато теперь есть ты — самая родная и любимая! Клэр, скажи, ты ещё помнишь то, чему тебя учили в школе?

— Ну вот, — засмеялась она. — Я только развесила уши, а ты от нежностей перешёл к школе. Почему тебя интересует, что я помню?

— Для тебя есть работа, — сказал Джон. — Глеб найдёт несколько смышлёных мальчишек, а Корн магией научит их читать и писать. Князь сказал, что их привезут сюда для учёбы. И учить буду я для своей работы. Но меня какое-то время не будет...

— Как это не будет? — вскинулась она. — А где ты будешь?

— Решили, чтобы не терять время, съездить сейчас в санях к кораблю. Поедем с охраной по реке, а пороги будем объезжать по волокам. Протоплю оставшимся углем одну топку и разберу машину. Тогда от неё можно брать силу для кузнечных молотов, пороховой мельницы и станков, когда они появятся. Я не думаю, что без угля используют вторую машину, поэтому со временем снимем и её. А ты, пока я в отъезде, припомнишь то, чему учили по естественным наукам и математике, и займёшься с учениками. И тебе занятие, и мне помощь. Согласна?

— Куда я денусь! — сказала Клэр, обняв мужа. — Все мужчины эгоисты! Вечно думаете только о себе и о своих делах! Я знаю, что это нужно, но ты подумал обо мне? Как мне тоскливо одной среди чужих людей. На сколько дней эта поездка?

— Я рассчитываю уложиться в пятнадцать дней, — ответил он. — Ну а плакать-то зачем?

— Когда уезжаете? — всхлипнув, спросила она.

— Завтра. Это нужно ещё и для того, чтобы меня здесь не убили. Вряд ли злоумышленники будут сводить счёты с тобой, а я у них первая цель. Но ты всё же будь осторожней. Пока меня не будет, воевода обещал переловить убийц.

— С этого и нужно было начинать, — сказала Клэр, вытерла рукавом слёзы и потянула мужа за руку. — Учти, что если ты завтра уезжаешь, то я с тебя сегодня не слезу!

На следующее утро, сразу после завтрака, Джону принесли меховые штаны, такую же куртку и просторные сапоги, сшитые из медвежьей шкуры мехом вовнутрь. Когда он во всё это нарядился и надел сверху шубу, стал походить на медведя.

— Теперь точно не замёрзну, — шутил он, прощаясь с женой.

Она молчала, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не разреветься. Эльф вместе с дружинниками забрался в сани, и обоз выехал с княжеского двора и двинулся к спуску к Славутичу. Всю зиму по реке регулярно возили грузы, поэтому снег хорошо укатали, и ехать было легко. Едва последние сани скрылись из вида, в возке прибыл маг, которого охраняли два конных дружинника. Услышав, что нужен князю, он поспешил во дворец.

— О поездке расскажешь потом, — после приветствий сказал Василий. — У нас есть дело, которое нужно быстрее закончить. Есть подозрение, что эльфа с Глебом должны были убить. Эльф с охраной только что уехал к кораблю, а Глеб сегодня тоже должен уехать. Злоумышленникам нетрудно вызнать о том, что их нет в Вельске. После этого они захотят уехать, а этого надо не допустить. Есть у нас одна зацепка. Трифон, рассказывай ты.

Воевода быстро рассказал то немногое, что было известно, и подозрения в отношении Истомы.

— Я уже послал за ним дружинников, — закончил он свой рассказ. — Сейчас должны привезти. Обойдёмся без пыток?

— Знаю Истому, — кивнул Иван. — Только самые сильные люди могут противиться магии, Истома не из таких. Он нам всё расскажет без всяких пыток.

Купца доставили через полчаса. Он старался не показать страх, но получалось плохо.

— Сам расскажешь, или магу на тебя тратиться? — спросил князь. — Шубу-то сними, а то взопреешь.

— О чём рассказывать, светлый князь? — подобострастно спросил Истома. — Ты только намекни, и я со всем усердием...

— Рассказывай о своём эльфийском госте, — вместо князя сказал Иван.

— О чём ты? — с недоумением спросил купец. — Я ни о каких эльфах ничего не знаю.

— Не врёт, — сказал маг, — видимо, сам не знает. Расскажи, что от тебя хотел приехавший из королевства пшеков человек, который назвался купцом Дэвидом Бетхером!

— Услугу, — ответил Истома. — Его нужно было свести с нужными людьми. Он сослался на человека, которому я многим обязан...

— Не соврал, но и не сказал всей правды, — сказал Иван. — Ладно, на эту тему поговорим потом, а сейчас скажи, где живёт твой гость.

— Я устроил его у вдовы княжьего дьяка Марфы, это...

— Я знаю, где это, — поднялся воевода. — Сейчас его доставят.

Он вышел, а князь с магом продолжили допрос.

— Какие люди ему требовались и для чего? — спросил Иван.

— Это не во вред тебе, князь! — купец упал перед князем на колени. — Если бы замышляли на тебя или твою сестру, разве бы я...

— Тебе задали вопрос, — сказал Василий. — Ответа на него я пока не слышал.

— У него были какие-то дела к твоему окольничему, — ответил Истома. — Он хотел с ним разобраться, а для этого нужны решительные люди...

— Сказал правду, но не всю, — констатировал маг. — Наверное, я применю силу, а то он ещё долго будет нам говорить ложь вперемешку с правдой.

— Давай, Иван, — разрешил князь. — Он сознался, поэтому мы в своём праве, а с купцами я это как-нибудь утрясу.

— Светлый князь! — заорал купец, но тут же успокоился и стал вялым и сонным.

— А теперь рассказывай без утайки, — приказал Иван. — Начни с вашей первой встречи.

Минут десять Истома в подробностях описывал всю историю знакомства с Дэвидом Бетхером.

— С ним надо поговорить, но позже, — сказал князь и махнул рукой пришедшим с купцом дружинникам. — Отведите в подвал, а потом найдите и приведите сюда истопника Угрима.

Минут через десять вернулся один из дружинников и сообщил, что Угрима нигде не могут найти.

— Демон! — выругался князь. — Не додумали. Открыто привезли купца на допрос, а истопник это, должно быть, видел и сбежал.

Прибывший воевода тоже никого не обрадовал.

— Ушёл, — сообщил он князю. — В доме лежат три тела каких-то бродяг и воняет порохом. Обе женщины убиты кинжалом, слуги нет, и конюшня пуста. Гнаться бесполезно. У лазутчика очень хороший конь, и он уже давно в пути. Судя по телам бродяг и женщин, их убили рано утром. Остаётся надеяться на то, что он один не доедет.

— Наверное, лихие люди решили не связываться с убийством твоих людей, князь, — предположил Иван. — Убить одного заказчика — это не драться с дружинниками. Этот "купец" наверняка предложил им большие деньги, вот они и не выдержали. А женщин он после этого убил сам, чтобы не подняли шум. Я не думаю, что он доедет. Дорога длинная, попутчиков ждать не сможет, в волков в лесу много. Что им его пистоли! В это время страшнее волка зверя нет. Одиночка не сможет отбиться даже от небольшой стаи.

Глава 19

Детей Глеб искал полдня. Он хотел набрать десять ребят для эльфа и пятерых для себя. В Берёзовке нашёл только четверых, поэтому пришлось с охраной съездить ещё в две соседние деревни. Вопреки его ожиданиям, никто не рвался отдавать сыновей в учёбу. Даже берёзовские мужики отдали своих не князю, а лично ему. Кое-кто предлагал дочерей, но Глеб каждый раз отказывался. В конце концов с горем пополам нужное число ребят было набрано, и он с облегчением передал их Корну. Возраст у учеников от двенадцати до пятнадцати лет, и младших было большинство. На следующий день приехали сани с двумя дружинниками. Воевода изловчился найти тех, кто прекрасно говорил на языке соседей, поэтому не пришлось обращаться к магу с их учёбой.

— Недаш, — представился тот из дружинников, кто был старшим, — а то Василий. Кучера можешь звать Богданом. Пустишь погреться, окольничий, или поедем прямо сейчас?

— Заходите, — пригласил Глеб. — Погреетесь да попьёте горячего, пока я соберусь. Меня тоже можете звать по имени.

Все трое приехавших мало уступали силой медведям и были вооружены мечами, а у Василия был ещё лук. Они вошли в дом и, пока он готовился к отъезду, выпили горячего сбитня. После этого забрались в сани и укрыли ноги медвежьей шкурой. Кучер взмахнул кнутом, и две крепкие лошади легко потянули сани по дороге в сторону тракта. Стоявшая на крыльце Венди махала рукой, пока её не скрыл поворот дороги.