Прометей с востока

— Не может быть, чтобы у них была такая сила! — передёрнув плечами, сказал Александр. — Половина эльфов погибла, а армия не может ждать на границе. Её нужно или вести вперёд, или распускать. А второй раз собрать будет трудно! Если они так же сожгут и второй обоз...

Зибору было плохо и хотелось тишины, но вернувшийся Карол принялся рассказывать подробности побоища и о том, что капитан гвардейцев уже направил гонца к королю.

— Наверное, скоро приедут разбираться, — говорил он. — Побитый эльфийский обоз — это не шутка! Пусть в нём погибли только два эльфа, они и своих наёмников высоко ценят. Кому-то придётся за всё это ответить. А что с бароном? Почему он весь обмотан перевязкой?

Александр в двух словах рассказал, как было дело.

— Так он видел маозов? — воскликнул Карол и выбежал из комнаты.

Вскоре в комнату быстрым шагом вошёл капитан гвардейцев.

— Рассказывайте всё, что вы видели! — приказал он Зибору. — Ну же, барон, встряхнитесь! Вы же мужчина и воин!

— Мне сейчас только встряхиваться, — ответил юноша. — Что вы хотите узнать? Ну ехали на подводах три мужика с провизией, и не к эльфам, а к вам. Наёмник узнал о еде и завернул телеги к своим возам. А мужики пошли к лесу, как они сказали, отлить. Я уже тогда убежал за вещами, иначе мы с вами не разговаривали бы.

— Сейчас поедете в ставку короля! — приказал капитан. — Сломанные рёбра — это ерунда, а повод удержите и одной рукой. Мы всё равно здесь не останемся и до утра уедем. Хотите, чтобы вас здесь бросили? Не будете устраивать скачки, а в ставке вам поможет королевский врач, а не мой костоправ! А потом вас отправят в имение отца. Война для вас уже закончилась.

На споры у Зибора не было сил. Ему помогли выйти из дома и сесть на коня. Вместе с юношей капитан отправил двух своих гвардейцев.

— Не забудьте сказать, что наёмники сами завернули к себе те подводы, — напомнил он, — и спросите, что делать с бомбами. Передадите потом моим гвардейцам.

В ставку ехали рысью немногим больше часа, и юноша прибыл туда чуть живой. Его сняли с коня, подхватили под руки и понесли к шатру короля, причиняя при этом немалую боль поломанным рёбрам. Перед шатром их в очередной раз остановили охранявшие лагерь гвардейцы, заставив отчитаться. После этого старший караула ненадолго скрылся в шатре, а потом выглянул и поманил рукой. В шатре, помимо короля Доброслава и генерала Бориса, присутствовали король бошей Людвиг и двое каких-то незнакомых Зибору вельмож.

— Вы почему в таком виде, барон? — спросил Доброслав. — Отпустите его!

— Не могу, ваше величество, — осмелился возразить один из гвардейцев. — Барон весь побит, а тут ещё дорога. Если мы его отпустим, упадёт, а со сломанной рукой...

— Посадите его, — приказал король, вставая с табуретки. — И будьте неподалёку от шатра, вас позовут. Теперь вы, Зибор! Рассказывайте!

Очутившись на табуретке, юноша собрал остатки сил и подробно рассказал всё, что помнил.

— Какая глупость! — с акцентом воскликнул король Людвиг. — Никто даже не поинтересовался, откуда на них свалились продукты! Наёмники — ладно, но точно так же поступили ваши дворяне! Семьсот человек только убитыми, а сколько было раненых от этих пяти взрывов, никто не считал! Хорошо, что эти телеги не добрались до второго обоза эльфов и сохранились хоть пушки! Мои дворяне никогда такого не сделали бы! Нужно срочно навести порядок в армии и выступать. Скоро поползут панические слухи, что у маозов есть свой огненный бой, тогда воинов придётся гнать в бой силой!

— Никто такого не ожидал, — пожал плечами генерал Борис. — В следующий раз будем осторожней. Этот приём с телегами больше не сработает! А в поход выступим завтра.

Он замолчал и подбежал к юноше, который потерял сознание и начал валиться набок.

— Распорядитесь, чтобы ему оказал помощь мой врач, а потом отправьте домой, — приказал Доброслав. — И не верхом, а то хватит ума! Пусть положат на телегу больше сена, так он доедет.

— Ваше величество! — закричал ему ворвавшийся в шатёр гвардеец. — Прибыли сразу два гонца! Один — это единственный уцелевший гвардеец из того отряда, в котором уничтожен эльфийский обоз. Он сообщил, что их атаковали маозы, добили уцелевших, собрали оружие и эльфийские бомбы и ушли. Он забрался под телегу, а потом смог поймать убежавшего коня. Второй — один из дружинников барона Мнишеха. У них случилось то же самое. Вскоре после вспышки, от которой сгорели дружинники и другие воины, из леса вышли маозы. Они обстреляли наших из луков и арбалетов и добили тех, кому не удалось сбежать!

— Ваше величество! — в шатёр вбежал ещё один из охранников. — В лагерь прибыл барон Пузына с уцелевшими дружинниками. Он сообщил, что маозы заняли деревню и вырезали всех, кто не успел отступить. Их было в три раза больше, а у барона после вспышки огня половина людей калеченых и обожжённых. Маозы собрали оружие убитых и ушли, но барон не стал возвращаться.

— Пошлите гонца к эльфам! — зло сказал гвардейцу Доброслав. — Скажите, что мне нужен их старший! Если до утра не появится, я поверну армию!

Долго ждать не пришлось. Посланный к эльфам гонец натолкнулся на их старшего возле королевской ставки и повернул обратно. Оливер Росс быстрым шагом вошёл в королевский шатёр и сказал, что будет говорить только с королями.

— Всех прочих прошу удалиться! — потребовал он, и придворные вместе с генералом поспешно выбежали из шатра, не спрашивая разрешения своих повелителей.

— У нас большие неприятности, — начал Доброслав, но был прерван эльфом.

— Да, я знаю, — сказал Оливер. — К нам привезли пострадавшего эльфа. — Вашему гонцу я не поверил, а Майку пришлось поверить. Но он ничего не видел, кроме последствия применения оружия маозов.

— Вы не всё знаете, — с неприязнью глядя на эльфа, сказал до этого молчавший Людвиг. — Маозы не ограничились диверсиями, они атаковали и добили уцелевших, и забрали ваши бомбы. Их могут использовать против нас?

— Вообще-то, могут, — ответил побледневший Оливер. — но не сразу. Рукой бомбу далеко не бросишь из-за веса, а баллисты нужно переделывать. Вам надо не стоять у границы, а атаковать самим!

— Стояли из-за вас! — ответил ему Доброслав. — Теперь вы здесь, и мы можем наступать. Только сначала я хочу знать, что это за оружие у маозов и откуда!

— Я тоже хотел бы это знать! — сказал эльф. — Такого оружия не должно быть много, и оно, по-видимому, очень большое. Соблюдайте осторожность и досматривайте повозки, тогда не будет неприятностей. Я оставляю вам наших наёмников с пушками, а сам с остальными эльфами срочно уезжаю. Нужно обо всём доложить начальству, к тому же эльфам требуется лечение нервов...

— Вы не можете уехать! — закричал Людвиг. — Это подорвёт веру в нашу победу! С маозами и так не рвались воевать!

— Война не продлится долго, — успокоил его Оливер. — Князь Георгий не даст остальным никакой помощи, он ударит им в спину. Мы договорились, что после победы княжества соседей отойдут ему. Платой будет помощь в войне и введение наших денег.

— А как же наши договорённости? — удивился Людвиг. — Вы на них наплевали?

— Успокойтесь, никто не собирался вас обманывать, — ответил эльф. — Поделите Радомское княжество, а Георгию отдадите самую малость. Хватит с него и Рутени. Всё, я ушёл, а вы воюйте!

Он поклонился королям и почти выбежал из шатра.

— Сволочь! — высказался об эльфе Людвиг. — И все они сволочи! И ведь ничего не сделаешь...

— Пушки у нас есть, — примирительно сказал Доброслав, — а если ещё один из князей не приведёт войска, а то и ударит в спину остальным... Нужно срочно выступать, чтобы не давать маозам бить наши отряды в деревнях. Только впереди армии надо пустить разведку. Никаких телег к ней подпускать нельзя!

— На этот раз впереди пойдут мои полки! — заявил Людвиг. — Мы к себе вообще никого не подпустим!

Выйти в этот день не получилось, потому что к бошам не подошли все, кого ждал король. Поэтому вышли утром следующего дня, выпустив впереди себя три сотни кавалеристов. Главные силы шли основным и самым коротким трактом, и лишь часть баронских дружин пшеков пустили по более длинному и неудобному для марша южному пути. Войска двигались плотной колонной, заняв всю ширину дороги, поэтому вестовым приходилось скакать по обочинам. Вдоль колонны бошей в крайних рядах шли арбалетчики, готовые пресечь любую вылазку неприятеля из стоявшего по обе стороны тракта леса. Но беда пришла не оттуда. Маозы выкопали вдоль тракта на обочине три глубокие ямы и заложили в них огромные бомбы, на которые пошла вся наработанная за полгода горючая смесь. Такие громадины никто не испытывал, и Джон заложил в них пороховой заряд в десять раз больший, чем в остальных. Бомбы слегка забросали землёй и присыпали листьями и хвоей. У запалов оставили небольшое пространство для тех, кто должен был поджигать фитили. Чтобы они не задохнулись и хватило воздуха для углей, сделали незаметные с дороги отверстия. В ямах сидели три старых воина, вызвавшиеся на это дело сами. Их жизнь подошла к концу, и если можно было обменять её остатки на гибель вражеского войска, почему бы этого не сделать? Сидевший первым старик услышал приближающийся топот многих ног и начал считать удары сердца. Считать надо было до шестисот. Он считал до сотни, на каждом десятке загибая по одному пальцу рук. В левой руке у него было шесть камешков, которые по одному выбрасывались после каждой сотни счёта. Второй старик считал только до трёхсот, а сидевший самым дальним — только до пятидесяти. После этого каждый из них опустил в кувшин с углями лучину с намотанной на неё тряпочкой. Пропитка вспыхнула сразу, осветив земляные стены и ту часть бомбы, из которой выходили шнуры. Один из них был короче, другой — длиннее, но оба нужно было поджигать одновременно. Первой взорвалась та бомба, которая была положена напротив середины колонны бошей, а потом почти одновременно две другие. Людей смахнуло с дороги, и их обгорелые и изломанные тела усеяли землю. Мёртвых было больше тысячи, но тех, в ком ещё теплилась жизнь, насчитали в два раза больше. Одни дёргались, не в силах подняться на поломанных ногах, и издавали жуткие вопли, другие не могли даже кричать. Они тихо скулили, взывая к милосердию уцелевших.

— Я не поведу таких в королевство! — с ужасом сказал король дворянам свиты. — Тех, кого можно быстро поставить на ноги, нужно отправить к пшекам, остальных добить и закопать! Пока этого не сделаем, дальше не пойдём! И пошлите кого-нибудь проверять в подозрительных местах землю копьями.

Триста раненых не из самых тяжёлых увезли в тыл, остальных зарубили и наскоро забросали землёй. Такая спешка никому не понравилась, но воины промолчали. Треть войска бошей погибла, остальные были подавлены, а вскоре об успехе маозов узнали и пшеки.

— Если в первом же сражении не добьёмся успеха, они побегут, — глядя на своё воинство, сказал Доброслав. — Вряд ли тогда получится ещё раз собрать их против маозов!

— Многие мои воины в ярости и будут драться, — отозвался король Людвиг, — но есть и такие, кто в панике. Эти тоже в случае неудачи могут побежать.

— Значит, обойдёмся без неудач, — сказал королям генерал Борис. Нам ещё день идти по тракту и ночевать, а потом будет первый город. Места там для сражения много, наверное, возле города князь Василий перекроет нам дорогу. Надо заставить наёмников эльфов применить силу. Пусть сомнут передние ряды, а мы довершим разгром.

Поход выдался тяжёлым. Занимать деревни запретили, и отдыхать сходили с тракта на обочину, где разжигали костры и грелись. Ели только лепёшки и вяленое мясо, запивая такую еду водой из фляг. Ночевали здесь же, укрывшись плащами. Обозных лошадей не кормили, дали только воду, а кавалерийские получили овёс. После ночлега перекусили остатками взятого в поход продовольствия и к обеду вышли к городу Маршу. Провиант должны были везти вслед за армиями, но пока обозы их не догнали.

— На голодный живот будут злее драться! — сказал Доброслав. — Что сообщает разведка, генерал?

— Я опасался, что нас не выпустят с тракта, — ответил Борис. — Лес больно густой, а из-за подлеска даже одному человеку без лошади и клади трудно пройти, особенно в броне. Но пока не видели никаких препятствий для армии. Сейчас разведчики поскакали в сторону города. Не может быть, чтобы его бросили или оставили незащищённым. Даже такой небольшой город, как Марш, — это не деревня!

Через полчаса вернулись разведчики.

— Похоже, что вся армия маозов находится на городских стенах, — отрапортовал возглавлявший разведку офицер. — К городу можно нормально подойти только со стороны ворот. Вокруг него на большом расстоянии вырублен лес, но никто не корчевал пни. Там даже пешему тяжело ходить, а лошади переломают ноги.

— Дикари! — высказался о маозах Людвиг. — Всей их армии здесь быть не может, потому что чем-то должны были прикрыть дорогу к столице. Если этот заслон невелик, мы всё равно не можем уйти, не взяв город и оставив в своём тылу такие силы неприятеля. Надо поговорить с капитаном отряда эльфийских наёмников. Если они смогут своими пушками выбить ворота и разрушить часть стены, пусть занимаются. Заодно немного поднимут дух нашему войску.

Вызванный к королям наёмник был чем-то недоволен, но без пререканий отдал команду, и его обоз двинулся в сторону города. Генерал Борис послал для охраны пушек четыре сотни кавалеристов.

— Где нам лучше находиться? — спросил командовавший отрядом офицер.

— Где хотите, а лучше где-нибудь у нас за спиной, — с прорезавшейся злостью ответил наёмник. — Не поняли? Ваши лошади взбесятся при первых же выстрелах. От мечников было бы больше пользы, а ещё больше — от стрелков. Идиотская война! Никто ничего не знает и не умеет делать, и громоздят одну нелепость на другую! И наши ничем не лучше. Ведь знали же о захваченном корабле, а командовать прислали не боевого офицера, а дерьмо! Извините, я наорал на вас без дела. У меня нехорошее предчувствие, и пока непонятно, в чём подвох. Не могли наши противники забраться в эту мышеловку. До сих пор они действовали очень умно и, в отличие от нас, почти не имеют потерь.

— Не далеко вы встали? — спросил не обидевшийся на наёмника кавалерист. — Неужели отсюда достанете?

— Должны, — ответил тот. — Ближе подходить нельзя. У них где-то должны быть пушки с корабля, а мы не проводили земляных работ, да и вообще у меня мало людей...

— И вы их боитесь? — удивился офицер. — Это же дикари, почти орки!

— Оглянитесь на свою армию, — сказал наёмник. — Я называю эту толпу армией, потому что вы обидитесь на слово сброд! Собрали дружины вассалов и наёмников, да ещё из двух королевств, и получили плохо управляемую толпу. Вы даже не смогли накормить её в походе! Старшинство офицеров определяется не по уму и опыту, а по знатности и тому, сколько они привели дружинников. Хороших бойцов много, а управлять ими некому. Вы говорите о маозах, что они дикари, а я пока не увидел в их действиях ни одной ошибки! Если они не сделают их и сейчас, я могу лишиться орудий, а то и головы! А это значит, что пропадёт моя выслуга в пятнадцать лет. Выгонят к демонам, и придётся ехать забирать жену.