— Как не было подходов? — изобразил я удивление. — Когда мы летели в Испанию вслед за вами, то наш самолет сбили во Франции, и я со своим специальным удостоверением попал в руки Сопротивления и даже содержался в замке Иф как граф Монте-Кристо. Спасибо украинским националистам, которые помогли бежать и сотрудникам абвер-заграница, спрятавшим меня у бедуинов. Так что, мне пришлось помыкаться достаточно. Сейчас я гражданин Аргентины и могу свободно перемещаться вне пределов социалистического лагеря.
— А зачем вы все время двигаетесь вслед за нами? — спросил Мюллер. — Ведь мы же вас не приглашали с собой.
— Как это не приглашали? — изобразил я удивление. — А кто меня оторвал от моей практики в Мадриде и поручил восстановить психическое состояние брата Алоиза? Я за вами бегал? Вы меня чуть ли не выкрали. Да и сейчас я за вами не собирался ехать, просто мы приехали по месту выдачи наших паспортов, чтобы еще раз ознакомиться с обстановкой здесь. Задай нам кто-нибудь вопрос о нашей "родине", а мы знать ничего не знаем. И, кроме того, вам нужно был сказать мне спасибо за то, что я оказался здесь и не дал разрезать для исследования оболочку нашего фюрера.
Мюллер ничего не ответил. Встал и пошел к выходу, кивнув мне головой.
Глава 25
Три дня тянулись час за часом. Фюрер, вернее его тело, лежал в часовне. Доктор через каждые два часа проверял температуру тела. Значения стабильные, около тридцати шести градусов по Цельсию. Как американцы измеряют температуру по Фаренгейту? У цельсевиков волосы дыбом встают от температуры фаренгейтистов.
Прошло долгих три дня. Заволновались монахи, заволновались и врачи, которые были допущены до этого дела. Во врачах мы были уверены — специалисты высшего класса, работали в концлагерях с человеческим материалом и были нарасхват во всех странах антигитлеровской коалиции. Здесь же находились те, кто слишком усердно работал на благо Рейха, и могло найтись много людей, которые выдвинули бы судебные иски к этим людям за уничтожение их родственников. Двойственная мораль стран послевоенной демократии была просто отвратительна. Это китайская демократия — все, что в интересах страны, то полезно; все, что против СССР, полезно им тоже. Вот и получается, что нацистские преступники нашли себе другую хаймат-матерь, потому что только послевоенная Германия и СССР боролись с фашизмом. Германия — это понятно, если она не будет бороться с фашизмом, то у большинства людей будет справедливое право требовать уничтожения этой Германии за то, что фашисты натворили в мире. Кровь за кровь.
Труднее было с монахами. Эти хотя и поддерживали фашистские идеи, перемешанные с божественными откровениями, но они были уверены, что нетленное тело неизвестного человека, почитаемого собравшимися здесь влиятельными людьми, это свидетельство святости и признак божьей благодати, снизошедшей на этот храм. С маркетинговой точки зрения, это бренд, который в течение тысяч лет будет приносить стабильный высокий доход за счет паломников, спешащих прикоснуться к телу святого и получить от него благодать.
Вопрос божьей благодати достаточно сложный. Ею отмечаются люди, замечательные своим героизмом и подвижничеством, а также и злодейством. С этой точки зрения фюрер как раз относился к тем, кто был отмечен печатью злодейства. Если слух о живом трупе выйдет за пределы монастыря, то получится такая сенсация, сопоставимая разве что с первым полетом человека в космос.
На третий день Мюллер зашел ко мне.
— Что будем делать, коллега Казен? — устало спросил он. — Я не знаю, сколько времени мне удастся удерживать в тайне этот факт. В случае его огласки нам придется делать отсюда ноги, как говорят ваши любимые русские, и бежать быстро, потому что если нас догонят, то вряд ли мне удастся отделаться только пожизненным заключением. А брата Алоиза уложат в стеклянный саркофаг и поместят рядом со Сталиным и Лениным как образец того, насколько сильны эти двое, что даже труп своего врага держат при себе как показатель силы.
— Я даже и не знаю, что мне предлагать вам, группенфюрер, — сказал я, — вы вылили в мой бокал содержимое своей капсулы. С ее помощью мы могли бы отправиться на поиски, а так...
— Ну, думайте же, господин Казен, — стукнул кулаком по столу всегда выдержанный Мюллер, — мы все-таки с вами в одной тележке.
— Так ли это? — усомнился я. — С вашей стороны я не вижу никакого доверия к своей особе. Вы вряд ли будете делать то же самое, что буду делать я, и нам придется оказаться в разных временах. Джентльменство никогда не было в чести в СС. Так же, как и в НКВД. Кажется, что так поступают все партийные люди. Верность партии выше всех моральных принципов.
— Что вы мне читаете морали, коллега Казен? — вспылил мой шеф. — Мы с вами союзники и партнеры по важному делу. Говорите, что нужно делать, и мы будем это делать.
— Хорошо, — сказал я, — распорядитесь, чтобы мне принесли мой кортик, и чтобы никто не уничтожил никаких следов.
Мюллер вызвал одного из своих людей. Через десять минут принесли кортик в деревянном ящичке и хорошую цейссовскую лупу.
Я внимательно осмотрел кортик под различными углами освещения и нашел место поцелуя Гитлера. Как бы то ни было, но следы губ остаются как отпечатки пальцев. След я отметил восковой свечой. Клинок обработан очень тщательно. Нельзя сказать, что концентрация раствора в одной части клинка больше или меньше, чем в другой части. Но и утверждать обратное тоже можно с большой долей уверенности. Хотя, что я теряю? Ничего. Если мое тело будет в сохранности, то я в любое время могу вернуться назад.
— Смотрите, группенфюрер, — сказал я Мюллеру, — вот здесь клинок целовал фюрер. Вот в этих секторах мы должны лизнуть клинок. Но и это не все. Надо организовать надежную охрану наших тел. В тот раз, в конце войны, мы сами создали условия, что нас никто не должен был тревожить в течение длительного времени. Сейчас все будет зависеть от надежности тех людей, кто вас окружает. Умный человек, который метит на ваше место, постарается убрать наши тела. Советский лидер Сталин говорил: есть тело — есть проблемы, нет тела — нет проблем. Нужно учесть и то, что будет здесь лет через десять и все перенести в самое укромное место.
— Да, они с братом Алоизом могли бы спеться, и тогда мы были бы на коне, — сказал Мюллер, — а все западные плутократии были бы под пятой наших сапог. Подождите меня, я тут переговорю кое с кем, а потом мы с вами будем принимать окончательное решение.
Глава 26
Мюллер вернулся после обеда. Было видно, что ему было не до еды. Вместе с ним пришли четыре монаха. Что-то мне кажется, что этих мужиков я еще молодыми видел в охране внутренней тюрьмы в гестапо.
Мы вышли из церкви и отправились в маленький флигелек в западной части монастыря. Это была сторожка, состоявшая из маленькой спальни и комнаты, в которой стоял небольшой стол и два грубо сколоченных стула. Мы сели.
— Я слушаю вас, коллега Казен, — сказал Мюллер, — что мы будем делать?
— Вот, смотрите, — сказал я и взял в руки кинжал. Я не брал кинжал руками, а использовал для этого носовой платок. Береженого Бог бережет. Никто не знает, что может случиться, где и каких руках будет кортик, но было бы лучше, если бы на нем не было моих отпечатков пальцев. — Место поцелуя брата Алоиза отмечено полосками. Еще двумя полосками я отметил места для наших поцелуев. Будем лизать эти места, как я вам уже говорил, но вы будете первый лизать клинок.
— Я? — сделал удивленные глаза Мюллер.
— Да, вы, — твердо сказал я, — с меня хватит бокала вина в Испании.
Мюллер взял в руки клинок, посмотрел на него, посмотрел на меня, посмотрел на своих подчиненных, кивнул им и лизнул клинок у крайней отметки, оставив мне место между ним и фюрером. Мой бывший шеф вдруг закрыл глаза и упал на стол. Один из охранников достал из-под рясы пистолет. Все понятно, если не лизну клинок, то пуля лизнет меня в последний раз в жизни. И я тоже лизнул клинок.
— Сколько вас можно ждать, коллега Казен? — услышал я знакомый голос. Я лежал на газоне у автомобильной стоянки. Вокруг было много шикарных автомобилей, в основном американских, огромных, словно только что сошедших с каталога "Дженерал Моторс" 1959 года. Кадиллаки с четырьмя и шестью фарами, с закрылками и крыльями сзади, бьюики. Рядом со мной стоял Мюллер и тряс меня за плечо. — Я жду вас уже третий день. У меня совершенно нет денег, и я ни к кому не могу обратиться. Пришлось просить милостыню, а монахи из монастыря говорят, что я пришлый и гонят меня. То, что вы говорили в отношении мощей, свершилось. Посмотрите, как разросся монастырь и посмотрите, что происходит вокруг. И я не знаю, куда подевались наши тела и не стал выяснять, есть ли еще тела, на которые снизошла Божья благодать.
— Какой сейчас год? — спросил я.
— Судя по брошенным газетам, 15 мая 1967 года, — сказал Мюллер.
— Понятно, — сказал я, — у вас есть фотография брата Алоиза?
— Да, вот она, — сказал мой бывший шеф, протягивая мне фото Гитлера без челки и усов. Да, в таком виднее очень трудно узнать главного Ирода двадцатого столетия.
С помощью фотографии мы стали опрашивать всех, кто видел такого человека. Судя по всему, мы вышли почти в то же время, в какое попал и наш преподобный брат Алоиз. Один из дворников узнал его и радостно сообщил нам:
— Точно, был такой. На одну ногу босой, в нательной рубашке, глаза выпученные и ничего понять не может. Ты чего, — говорю я ему, — с неба свалился? А он головой мотает, и рука у него левая трясется. Отвел я его к себе домой. Налил ему водки кукурузной, он выпил и заплакал. По-испански говорил плохо. Все чего-то про Бога поминал, плакал, говорил, что он самый большой грешник. Мы его в миссионерскую общину отвели. А уж те его, говорят, отправили на Святую землю грехи замаливать.
— А где эта Святая земля? — спросил я у дворника.
— Как где, — удивился он, — в Иерусалиме, в Палестине.
— Я в Палестину не поеду, — заупрямился Мюллер.
— Чего так? — я изобразил непонимание его нежелания ехать.
— Там у них сейчас еврейское государство Израиль и у нас с ними неоплаченные счета, — сказал бывший шеф гестапо.
— Кто же является неплательщиком по этим счетам? — съязвил я.
Мюллер ничего не ответил.
— Ну, что же, — сказал я, — тогда нужно возвращаться. Фюрер где-то на границе Израиля и Палестины. Мне, честно говоря, он не нужен, вам, вероятно, тоже.
— Ладно, я поеду, — сказал со злобой Мюллер, — а вдруг меня там арестуют как военного преступника?
— Так вас в любом месте могут арестовать как военного преступника, — сказал я, — но если вы предъявите списки вашей секретной агентуры, то вам простят все ваши грехи. Даже в Израиле. Только не кричите везде, что вы бывший начальник гестапо, тогда вас никто не арестует.
С помощью счетов на предъявителя, которые мы открывали с дедом Сашкой на партийные деньги, мы неплохо приоделись с герром Мюллером. Он был мужчина с пышными усами. Я тоже отрастил себе шкиперскую бородку, которая меня молодила. Бывают же такие метаморфозы. Борода как бы принадлежность пожилого человека, но в случае со мной она производила омолаживающее действие.
Торопиться нам было некуда. Если бы мы точно знали, что брат Алоиз поехал в Палестину, то можно было бы и поторопиться, но Святая земля это был один из возможных вариантов.
Мы выбрали морской путь из Латинской Америки в Африку, чтобы по ней добраться до Ближнего Востока и оттуда в Палестину, в места обетованные богом для всех евреев. Сейчас, в 1967 году, за эти места готовилась нешуточная схватка между арабским миром и поддерживающим его Советским Союзом и Израилем, имеющим какие-то шаткие симпатии Западного мира.
Глава 27
В пути я набросился на газеты. Читал все, как чичиковский Петрушка, чтобы знать, что же произошло в последнее десятилетие. Представьте себя на моем месте. Вы вдруг переноситесь на десять лет вперед, и вас совершенно не интересует то, что происходило до этого? То есть, до того времени, которое для вас является знакомым. Да я просто в это не поверю. Если человек не интересуется ничем, но имеет много денег, то тогда это не удивительно. Это несчастье элитных детей. Природа на них отдыхает. Я же был обыкновенным нормальным человеком, поэтому я даже делал для себя некоторые выписки тех событий, которые, как мне казалось, являются эпохальными.
В 1960 году в Советском Союзе распущено союзное министерство внутренних дел, функции которого полностью переданы МВД пятнадцати союзных республик. Неизвестно, то ли радоваться этому, то ли печалиться.
В этом же году над территорией СССР сбит американский высотный самолет-разведчик У-2, пилотируемый Гарри Пауэрсом. Одновременно смертная казнь распространена и на некоторые экономические преступления.
1961 год. Двенадцатое апреля. В СССР осуществлен успешный запуск в космос космического корабля "Восток"-1 с майором Юрием Гагариным. Я внутренне подпрыгиваю и кричу "ура".
В мае подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР о борьбе с "паразитическими элементами". Похоже, что оттепель пошла на убыль. "Лишь мы работники великой, всемирной армии труда, землей владеть имеем право, а паразиты — никогда". Все творческие работники, которых не приняли в профсоюз, автоматически становятся паразитами, если они не стоят у станка, а "занимаются мазней картинок и рифмоплетством".
Полет советского космонавта номер два — майора Германа Титова.
В октябре XXII съезд КПСС с новыми разоблачениями сталинизма и программой построения коммунизма к 1980 году. После съезда тело Сталина вынесено из мавзолея и перезахоронено в некрополе на Красной площади у Кремлевской стены, переименованы названные в его честь населенные пункты, улицы, предприятия, сняты его памятники и портреты с площадей и с общественных зданий.
В декабре партийной организацией Московского отделения НИИ гидролизной и сульфатно-спиртовой промышленности исключен из партии Лазарь Моисеевич Каганович. Верный сталинец, неутомимый поисковик врагов народа и Сталина. А затем СССР и Албания разорвали дипломатические отношения.
В июне 1962 года в Новочеркасске расстрел демонстрации рабочих, протестующих против снижения заработной платы.
В октябре "Карибский кризис". США разместила свои военные базы по периметру с СССР и задергалась, когда СССР создал себе военную базу на Кубе. В порядке взаимности. У Америки уже был опыт применения ядерного оружия. Хрущев побежал на попятную, не добившись ликвидации американских баз вблизи своих границ.