Клод угадал, когда говорил о пяти днях. Сента каждое утро внимательно осматривала себя перед зеркалом, но результаты увидела только на шестой день. Она торопливо оделась и бросилась сначала к комнате друга, а потом ему на грудь.
— Сумасшедшая! — сказал он, едва удержавшись на ногах. — Кто же так прыгает?
— Это я от радости! — смущённо сказала девушка. — Начала осматривать кисти рук, а на них мясо! Вот смотри!
Он не заметил изменений, но промолчал, чтобы не расстраивать подругу. Если говорит, что растёт мясо, значит, так и есть. Вот на десятый день заметил и он. К этому времени ученики обзавелись волосами, хоть пока и короче тех, которые сгорели по его вине. Но все заметили, что после магии волосы растут гуще и красиво блестят. В результате сильно поубавилось число бросаемых в сторону Клода неприязненных взглядов, а со многими старшеклассниками возникли приятельские отношения. Одним из таких стал пришелец Игорь из третьего класса. Он начал по вечерам наведываться к Клоду, а когда уходил к себе, зажигал для приятеля светляк.
Больших успехов в занятиях магией не было, наоборот, возникли трудности. После разрядки огнём он смог сводить до трёх потоков, только в результате частых разрядок начала расти сила красного потока.
— Это и хорошо, и плохо, — сказал ему Энгель. — Хорошо, потому что увеличивает твои силы, а плохо, потому что затрудняет управление остальными потоками. Наверное, нужно искать другой путь. Нельзя сильно увеличивать только один поток, ни к чему хорошему это не приведёт. У мага все семь потоков должны быть в гармонии. Ты знаешь язык империи?
— Учили, но я им ни разу не пользовался.
— Вспомнишь. Я дам работу, которая может принести пользу тебе и школе. Я недавно купил очень старые книги из империи. Они посвящены разным разделам магии и содержат немало любопытного. Беда в том, что ими трудно пользоваться из-за ветхости. Займёшься реставрацией, а заодно обновишь знания языка.
— Я никогда не занимался такой работой, — сказал юноша. — Могу сделать хуже.
— Алоис покажет, что и как делать, — успокоил его Энгель. — Обычно этим занимался он. Я думаю, что тебе полезно сдружиться с нашим педелем. Он немного прижимистый, но если освободишь от нелюбимой работы, на тебя не будет распространяться это свойство его натуры.
Работа с разваливающимися в руках книгами оказалась интересной, а их чтение — трудным. Мало того что он подзабыл сам язык, многие слова в магии означали не то, чему его учили. Поначалу приходилось беспокоить Энгеля, потом он начал справляться сам. Единственным уроком, на который ходил Клод, был урок фехтования. С Сентой он пока не занимался шпагой, но к учителю привёл, и тот показал девушке упражнения. Увидев, что начался рост мышц, она занималась ими всё свободное время. По её просьбе из комнаты убрали три лишние кровати и пододвинули стол к стене. Педель поворчал, но, поскольку за девушку попросил Клод, открыл им подвал и разрешил снести в него всю лишнюю мебель.
— Хватит тебе себя истязать, — сказал заглянувший к подруге Клод. — Ты и так уже мокрая. Во всём нужно знать меру. Так тебе не понадобятся занятия со шпагой.
— Оботрусь, — не прекращая отжиматься, ответила она. — Не хочешь со мной заниматься — и не надо. Я уже договорилась с Эггертом. У него почти каждый день есть свободное время для занятий!
— А откуда оно у тебя? — удивился юноша. — Ты же сама на занятиях, когда он свободен.
— Договорилась с директором. Он разрешил пропускать по уроку в день с условием, что не отстану.
— А ты не отстанешь?
— Ты мне друг? — спросила она, без сил ложась на пол.
— Зачем задавать глупые вопросы?
— А если друг, значит, должен делиться. Ты знаешь много заклинаний, вот и поделишься. Я слышала от Колина, что ты ему говорил, но не боюсь. Передашь только десяток заклинаний из тех, которые сложно запомнить. От этого не будет вреда, а мне сэкономишь уйму времени.
Он не стал спорить с настырной девушкой и выполнил то, что она просила. Теперь с Сентой занимался Эггерт, а Клода не отвлекали на её физические занятия.
— Твоя Сента славная, — сказал Игорь, когда навестил его после ужина. — Ещё худая, но уже видно, что фигурка будет — то что надо. Молодая только, но вам некуда спешить. Сколько ты её лечишь?
— Больше месяца, — ответил Клод. — И она не моя, мы просто дружим. Послушай, Игорь, почему ты не хочешь рассказывать о своём мире? Каждый раз, когда я завожу о нём разговор, ты уводишь его в сторону.
— У нас слишком разные миры, — недовольно сказал приятель. — Нет никакой магии, а вместо неё наука.
— У нас тоже есть наука, — возразил Клод. — Есть даже Университет.
— Много толку от вашего Университета! — отмахнулся Игорь. — Ваши учёные давно ничего не ищут сами, а только спрашивают у таких пришельцев, как я. А из-за магии нет никакой пользы и от того, что они узнали.
— Из-за магии? — не поверил Клод. — И кому она мешает?
— Не только из-за магии, но и из-за неё тоже. У вас здесь всё кустарное. Ты извини, Клод, но по сравнению с нами вы дикари. Очень мало знаете и почти ничего не можете, а из-за магии ещё и не хотите мочь.
— Можешь объяснить?
— Когда-то мы были такими, как вы, только без магии, — начал рассказывать Игорь. — Потом появился порох, и мы начали развиваться. Наше развитие началось с оружия и военного дела, а вам это не нужно, потому что магия во многих случаях сильнее оружия и обходится дешевле. Вы переняли у нас пистоли и мушкеты, но их немного. У вас до сих пор используют арбалеты, потому что мало пороха и он дорог. По этой же причине отказались от пушек. Это такие мушкеты, которые одним выстрелом убивают десятки вражеских солдат и разрушают крепостные стены. Зачем возиться с порохом, перелопачивая горы дерьма, если есть магия? И это при том, что императоры запретили вам огненную магию, а с ней вообще не нужна артиллерия. На самом деле нужна, но вашим этого не докажешь.
— А кому ты пытался доказать? — спросил Клод. — Своему профессору? Надо было пойти к кузнецам...
— Ходили люди умнее меня, — буркнул Игорь. — Я попал к вам после третьего класса, поэтому не знал ничего полезного. Мало того что в этом возрасте ничему толком не учат, так и я не столько учился, сколько валял дурака.
— А как ты попал к нам?
— А я знаю? Сидел дома один за компом и игрался... Объяснять не буду: всё равно не поймёшь. Потемнело в глазах, а когда пришёл в себя, увидел, что сижу на мостовой на окраине столицы. Хорошо, что удалось сразу прибиться к профессору, нашему Сергею пришлось хуже. Из моего мира в ваш попадает не так уж мало людей, а толку от этого чуть. Это ещё и потому, что у всех попавших есть способности к магии и они не столько учат вас, сколько учатся сами. Давай закончим? Не знаю, как другие, а я потерял слишком много такого, чего не заменит никакая магия, и говорить об этом...
Расстроенный Игорь ушёл, но Клод недолго сидел с одной из отреставрированных книг. Скоро прибежал Колин, а следом за ним пришла Сента.
— Я сегодня достала Эггерта! — похвасталась она.
— Врёшь! — не поверил Колин. — Он отобьётся от всего класса, что ему ты!
"Клод! — соединился с юношей Энгель. — Беги к воротам, только тепло оденься. Я уже собрался ехать домой, когда привратник передал, что к тебе гость. Это какой-то офицер. Я распорядился, чтобы его пропустили, а тебе нужно встретить. Когда решите свои дела, проводишь его обратно".
— Мне нужно идти! — сказал друзьям вскочивший Клод. — Приехал какой-то военный, наверное, с вестями от отца. Сейчас он возле ворот. Колин, если уйдёте, запри дверь. И смотри, не трогай книги.
— Беги, — сказала Сента. — Мы дождёмся тебя, а я за ним присмотрю. Только оденься, а то сегодня уже дважды срывался снег.
Офицера он увидел, когда выбежал на усыпанную щебнем дорогу, которая шла от ворот к зданию школы. Высокий военный неподвижно стоял сразу за будкой привратника, держа в руках большую сумку. Юноша невольно перешёл с бега на шаг. Тревога, охватившая после слов директора, становилась всё сильнее, превращаясь в панику. Увидев сочувствие в глазах мужчины, он всё понял и остановился. Офицер подошёл к нему сам.
— Ты правильно понял, — сказал он Клоду. — Я не любитель говорить красивые слова, но рад, что судьба свела меня с таким человеком, каким был твой отец. Мы познакомились десять лет назад ещё на той войне. Тогда он спас мне жизнь, а я так и не смог отдать этот долг. Может, я говорю это зря, но твой отец хотел, чтобы ты знал, как он умрёт. Так вот, его убила в спину какая-то сволочь. Завтра я должен вернуться в армию и, если уцелею, постараюсь найти убийцу. А тебе привёз вещи отца и деньги, которые собрали его товарищи. Возьми.
Офицер отдал ему сумку, потрепал ладонью по голове и пошёл к калитке. Когда Клод выплакался и сильно замёрз на ветру, пришлось возвращаться.
Он не помнил, как добрался до комнаты и что говорили друзья. Придя в себя, обнаружил, что лежит в кровати, а рядом сидит заплаканная Сента. Было темно, и комнату еле-еле освещал её слабый светляк. В памяти всплыла встреча с офицером и всё то, что он сказал. Значит, отца убили в спину. Клод ни минуты не сомневался в том, что это сделал кто-то из людей графа Роднея. Стоило пошевелиться, как девушка сразу же бросилась к нему.
— Слава богу, ты очнулся! — всхлипывая, говорила она, схватив его за руку. — Знаешь, как ты нас напугал? Пришёл, бросил сумку и упал на кровать. На слова не отвечал, а потом то ли заснул, то ли потерял сознание. Взрослые, кроме педеля и привратника, давно уехали, а от этих толку... Старшеклассники хотели помочь магией, но ты так закрылся защитой, что не пробьёшь!
— Сколько сейчас времени? — спросил он.
— Не знаю, — ответила Сента. — Часы есть в комнате Колина и у Алоиса, но оба спят. Наверное, уже ночь.
— Где сумка? — спросил Клод, садясь на кровати.
— Я положила в шкаф. Здесь побывали почти все ученики, и я не хотела...
— Спасибо, — поблагодарил он. — Я этого не забуду. А сейчас иди спать.
— Может быть, я...
— Твой отец и так узнает о тебе много нового, — сказал Клод. — Учитывая то, как ко мне здесь относятся, недостатка в стукачах не будет.
— Мне всё равно! — вздёрнула она подбородок. — Я тебя люблю и буду любить всегда! Я знаю, что тебе не нужна, но разреши хотя бы быть рядом!
— Твоя комната и так рядом с моей, — сказал он, развернул её за плечи и подтолкнул к выходу. — Сента, я знаю о твоих чувствах, но своих у меня пока нет! Иди, пожалуйста, со мной всё в порядке.
Она хотела что-то сказать, но передумала и вышла из комнаты. Оставшись один, Клод полез в шкаф за сумкой. В ней были: кинжал, смена одежды, пара трофейных кошелей с обрезанными ремешками и большой кошель, о котором говорил офицер. В трофейных было с полсотни серебряных монет и несколько золотых, а в большом лежало только золото. Друзья отца не поскупились для его сына, положив в него сотню монет. Деньги не обрадовали, но вселили чувство уверенности. Обыскав одежду, Клод ничего не нашёл. Отец не оставил ему подсказок, поэтому нужно было что-то решать самому. Для начала он решил не отдавать эти деньги казначею, а спрятать их в комнате. За кроватью в полу была выступавшая плашка, которую он, немного повозившись, достал кинжалом. Обрубив у неё низ, Клод положил в дырку в полу кошель с золотом, и прикрыл его сверху обрубком плашки. Не бог весть какой тайник, но вряд ли его кто-нибудь найдёт. Поставив на место кровать, он лёг и задумался о том, что делать дальше. Итогом этих раздумий стало решение ничего не менять. С силой не разобрался, с войной тоже не было ясности, поэтому рано уходить из школы. Если ничего не помешает, нужно задержится до лета, а потом вернуться домой и выполнить план отца по переезду в империю. Он не хотел оставаться в деревне таким же липовым бароном, каким был отец. В случае новой войны от него потребуют солдат, а денег на откуп может не хватить. И выхода, которым воспользовался отец, уже не будет. Демон бы побрал короля Франца с его баронством!
Досидеть до лета не получилось. С месяц школа жила обычной жизнью, а потом в одночасье всё изменилось. Пришло известие о разгроме сражавшейся с корвами армии, и учителей забрали в ту, которую король собирал уже два месяца.
— Школу закроют! — говорил растерянным ученикам приехавший офицер. — Её вновь откроют после нашей победы и каждого из вас об этом известят. Поэтому тем, кто платил за учёбу, не вернут деньги. Тех из вас, кто живёт в столице и её окрестностях, развезут по домам, остальным даётся месяц. Или вас забирают родители, или добираетесь до дома самостоятельно. Мы можем отправить к ним гонцов, но только за оплату. Ваши учителя сегодня освобождаются от занятий, а завтра они должны пополнить ряды армейских магов. Вопросы есть?
— А если мне некуда идти? — спросил Игорь. — Я пришелец.
— Могу предложить вступить в армию, — ответил офицер. — Ничего другого вы от меня не услышите. На время пребывания в школе вам обеспечат питание, а за порядком присмотрят сержант с солдатами. Да, учебники и свою форму вы обязаны сдать педелю. А сейчас можете разойтись!
"Клод, я отдаю тебе учебник имперской академии, — мысленно сказал Энгель. — Отреставрированные книги отдашь Алоису, а эта моя личная. Считай её подарком. Если мы уцелеем и будешь в столице, заходи".
"Спасибо, учитель, — поблагодарил он. — Пусть вам повезёт!"
— И что будем делать? — растерянно спросил Колин. — Деньги мне не вернут, а своих не хватит даже на гонца! Идти на городской рынок продавать барахло?
— Что тебе плакаться! — тоскливо сказал Игорь. — Сходишь в королевскую канцелярию — и всё. Уж сына герцога они доставят домой. Вот нам с Сергеем идти некуда! Можем отвезти тебя домой, если твой отец это оценит и пристроит двух недоучек. А если нет, так хоть действительно иди в армию. Судя по всему, с Аделриком сцепились всерьёз и надолго. Вряд ли многие уцелеют в этой бойне.
— А что собираешься делать ты? — спросила Клода Сента.
— Посижу положенный месяц и поеду домой, — ответил он. — А там продам всё к демонам и уеду с родными в империю. У меня трения с графом, а всё баронство — деревня в двадцать дворов. Если потребуют солдат, лишусь всего, включая титул.
— Возьми меня с собой, — попросила она. — У меня есть деньги, и я не буду обузой.
— Думай, что говоришь! — постучал по её лбу Колин, заработав при этом подзатыльник. — Чего дерёшься? Я правду говорю! Это будет похищением, а у твоего отца и так не всё в порядке с головой! Может, ты ему не очень нужна, но он из принципа постарается содрать с Клода шкуру. А империя выдаёт преступников, особенно если за это заплатить!