— Я достану, — обещала Луиза. — Клод, выйдем, мне нужно с тобой поговорить.
Они вышли из спальни в гостиную и сели на стоявшую в ней кушетку.
— Если любишь, рассказывай всё, что у вас было! — потребовала девушка. — Как тебя во всё это втянул брат, и что случилось после. Я должна это знать, иначе сойду с ума! Мать права в том, что мне не место на твоей кровати, но и ей там нечего делать!
— Твоя мать берёт у меня только силу, — ответил Клод. — Видела бы ты её вчера! Белая, иссохшая, с неживыми глазами! И ещё от Мануэлы пахло гнилью, хоть и несильно. Стыдно такое говорить, но когда она меня обняла, я, как девица, повалился в обморок.
— Представляю! — передёрнув плечами, сказала Луиза. — А для чего она полезла к тебе обниматься? Я читала о марах, но там не было ничего такого.
— Я думал, что на портрете изображена ты, а не она, — отведя взгляд, признался он, — и произнёс заклинание любви. Извини, но мне так хотелось, чтобы ты меня полюбила...
— Безглазый дурак! — счастливо сказала девушка. — Я в тебя и так почти сразу влюбилась. Значит, Крис подсунул этот портрет, а ты наколдовал ему любовь? Тогда понятно, почему она воскресла. Вот мелкий паршивец!
— Ты не рада? — спросил Клод. — Твой брат был уверен в том, что ты обрадуешься.
— Не знаю, — сказала Луиза. — Давай сейчас разберёмся не с моей радостью, а с её любовью.
— Когда Мануэла начала восстанавливаться, она сказала, что, если я тебя люблю, должен убрать заклинание, иначе... ну ты сама понимаешь.
— Ты не устоял бы, — мрачно сказала она. — С её красотой и опытом она вила бы из тебя верёвки, а мне осталось бы только перерезать себе горло! И что ты сделал?
Клод объяснил, что он вычитал в книгах и применил к графине.
— И ты, лёжа с ней в кровати, ничего такого не чувствуешь? — спросила Луиза.
— Я не каменный, — покраснев, ответил он, — хотя на твою мать отреагирует и камень. Но тебе нечего опасаться. Это последняя такая ночь, так что я как-нибудь потерплю, а во мне ей нужна только сила.
— Пока отец в городе, возьму у него халат для матери, — сказала девушка, — а потом мы с тобой ещё поговорим.
В тот вечер они долго говорили, пока не пришло время ужина. В трапезной граф заметил, что дочь почти ничего не ест. Мечтательная улыбка, с которой Луиза ковырялась в тарелке, вызвала у него подозрения. Клод вёл себя как обычно, но Ойген настоял на том, чтобы дочь после окончания трапезы отправилась в свои комнаты и до утра из них не выходила. Ночь прошла на удивление спокойно. Мануэла не прижималась и очень быстро заснула, а вслед за ней уснул и Клод. Утром первой проснулась графиня.
— Вставай, соня! — разбудила она юношу. — У меня нет служанки, поэтому поможешь ты. Как я выгляжу?
— Я немного полежу, — отвернувшись, сказал покрасневший Клод.
— Вы ещё лежите? — спросила приоткрывшая дверь Луиза. — Можно я войду?
— Плохо, что я умерла так рано, — сказала Мануэла, с осуждением глядя на дочь. — Видимо, Ойген не занимался твоим воспитанием! Что хочешь, то и делаешь, не считаясь с приличиями! Разве допустимо девушке ни свет ни заря вламываться в спальню к парню?
— А тебе прилично вертеться перед ним голой? — Луиза подошла к кровати и сбросила с Клода одеяло. — Видишь, до чего ты его довела! И это материнская любовь!
— Не нужно тебе его смущать, — сказала Мануэла, прикрыв юношу одеялом. — Выйди в гостиную и дай ему одеться. Потом поможешь мне привести себя в порядок.
Клод поспешно оделся и вышел в гостиную, освободив спальню для женщин. Мануэла с помощью дочери зашнуровала платье и расчесалась, после чего направились в трапезную. Клод предлагал сестре к ним присоединиться, но она отказалась и ушла на завтрак раньше. Когда пришли, за столами сидели только Алина с Леоной, Колин и Баум. При виде воскресшей графини маг проявил удивительное хладнокровие.
— Приветствую хозяйку дома! — встав, почтительно сказал он. — Госпожа, вы прекрасно выглядите! Великолепная работа! Ваша, барон?
— Это вышло случайно, — ответил Клод и поспешно сел на своё место.
— Удивительно! — сказал Баум. — Вопреки распространённому мнению, поднять мёртвых не так легко, и это не у всех получается, а у вас вышло случайно. Боюсь, что наш хозяин не поверит в такую случайность.
— Это я решу с ним сама, — улыбнулась магу Мануэла, — а вас, как домашнего мага, попрошу быть свидетелем нашего разговора. Вы знаете, что я имею на это право.
— Надеюсь, что здесь никто не нарушит ваших прав, — поклонился ей Баум. — Конечно, я засвидетельствую.
Вошедший в трапезную Робер коротко поклонился, не заметил графиню и сел. Гретта сегодня впервые вошла вместе с Ойгеном. Она была одета в одно из купленных вчера платьев и находилась в приподнятом настроении.
— А она милая, — сказала Мануэла, не вставшая со стула при появлении графа. — У тебя, Ойген, всегда был хороший вкус!
После её слов присутствующие могли полюбоваться на непривычную картину — растерянного графа Ургеля. Державшая его за руку Гретта с недоумением смотрела на красавицу, одетую в платье, которое она отдала Алине.
— Маэл? — выдавил из себя граф. — Тебя оживили?
— Как видишь, — ответила графиня. — Я уже живая и горячая. Могла бы тебе это доказать хоть сейчас, но не хочу огорчать эту женщину. По отзывам моих друзей, она просто чудо, так что я за тебя рада.
— И чья это работа? — спросил Ойген, недобро уставившись на Клода. — Твоя?
— Это я подстроил, отец, — признался Крис. — Мне мать нужна больше, чем всем вам!
— Не будем искать виновных, — сказала Мануэла, — тем более что виновный здесь один, и это ты! Прошло восемь лет, и ты так и не удосужился найти для меня мага! Меня это наводит на подозрения. Так ли случайна была моя смерть?
— Что ты такое говоришь! — возмутился граф. — Я был безутешен!
— Утешительниц у тебя было предостаточно, — насмешливо сказала Мануэла. — Если хочешь, могу перечислить их поимённо!
— На твоем месте я больше думал бы о своих словах и поступках! — зло сказал граф сыну. — Я не настолько стар, чтобы не иметь детей, так что может появиться и другой наследник! А тебя, щенок, я убью прямо сейчас!
— Прошу вас, господин Баум, засвидетельствовать попытку моего убийства, — обратилась Мануэла к магу. — Убийство моего мага равносильно моей смерти.
— Свидетельствую, — сказал Баум, стараясь не смотреть на взбешенного графа.
— Предлагаю соглашение, — продолжила графиня. — Я вижу, что ты не рад. Это печально, но я переживу. Мужчин много, а жизнь у меня впереди долгая. Я даже могу отсюда уехать и пообещать впредь не возвращаться. Но это не значит, что я откажусь от всех своих прав.
— Чего ты хочешь? — спросил взявший себя в руки Ойген.
— Давай я сначала скажу, что обещаю сделать, а потом то, что мне потребуется от тебя, — предложила Мануэла. — Я уеду в столицу и заберу с собой Клода и его сестру.
— Он мой маг, — возразил граф.
— Которого ты только что обещал убить, — язвительно сказала она. — Я узнала, что вы не заключали договора и ты не платил ему денег.
— Не за что было платить.
— Неважно, главное, что он может отсюда уехать. Я уже говорила, что у меня будет длинная жизнь? Наверняка будут и дети. Так вот, составим договор, в котором я откажусь от этого замка и доходов от графства. Естественно, что на них не станет претендовать и моё потомство. Место в Совете империи мне тоже не нужно.
— Меня это устраивает, — сказал Ойген, — теперь говори, что ты хочешь от меня.
— Наш особняк в Ларсере, — начала перечислять графиня. — Чеки на пятнадцать тысяч золотых в императорском банке, пять тысяч золотом здесь и свадьба Клода с Луизой!
— Ты долго думала? Дом и золото я отдам, а свадьбы дочери с этим мальчишкой не будет. Я ещё не сошёл с ума, чтобы так позориться! Честь семьи для меня дороже золота!
— Я так и думала, — кивнула Мануэла. — Между прочим, я остаюсь графиней Ургель, и честь семьи для меня тоже не пустой звук. Я не предлагаю свадьбу сейчас. За год я помогу Клоду добиться успеха в столице, тогда не будет никакого урона чести.
— Может, и добьётся, — задумался Ойген. — Если у вас получится, я не стану препятствовать браку, но в этот замок их не пущу!
— Договорились, — согласилась Мануэла. — Только учти, что мы здесь задержимся. Прежде чем уезжать в столицу, нужно поработать над мальчиком здесь и подготовиться к путешествию. У меня к тебе просьба. Пошли кого-нибудь с нашей каретой к лучшим портным. Вы сожгли мои наряды, а я не собираюсь покупать готовые вещи. Наших гостей тоже нужно приодеть. После портных привезите башмачника. И если в замке мало золота, позаботься, чтобы его было больше. А сейчас давайте есть, пока всё не остыло.
Этот завтрак прошёл в полном молчании и длился меньше обычного.
— Я подготовлю бумаги и золото и прикажу доставить мастеров, — сказал граф, закончив с едой, — Пойдём, дорогая!
Он подал руку Гретте и вместе с ней вышел из трапезной.
— Нам нужно поговорить, — сказала Мануэла, когда вслед за ними ушёл Баум. — Только говорить будем не здесь. Сын, мы пойдём в твои комнаты. В них не было слуховых трубок, и я не думаю, что их кто-то делал в моё отсутствие. А разговоры в гостевых покоях могут прослушиваться.
Они дошли до комнат Криса и сели в его гостиной на стулья и кушетку.
— Сегодня к нам приедут мастера, и вам нужно заказать нормальную одежду и обувь, — сказала Мануэла.
— А чем плоха та, что на нас? — спросила Алина. — По-моему, красивое платье.
— Ты не видела по-настоящему красивых нарядов. У тебя неплохая дорожная одежда, но она пошита не по имперской моде. При первом же взгляде любой опытный человек поймёт, что ты приехала откуда-то с севера, а вам нужно стать своими и сделать это как можно быстрее! Слушайте дальше. Как только я заключу договор с мужем и получу от него золото и бумаги, мы сразу же покидаем замок. Не настолько я доверяю Ойгену, чтобы после этого здесь оставаться. Так что соберите свои вещи и будьте готовы к отъезду. Пока снимем хороший дом в Альфере и займёмся вашими манерами. Сейчас вы в знании имперского этикета уступаете нашим провинциалам. Как только я вас немного выдрессирую, будем ходить на приёмы и балы.
— И я буду? — недоверчиво спросила Леона. — На балы?
— Ты будешь ходить в обязательном порядке, — пообещала графиня. — Клод оказал тебе большую услугу, украв у отца, но при этом сам подставился. Но дело можно повернуть так, что тебя никто не крал. Сама убежала и спряталась в возке, а у них не было возможности тебя вернуть. Если так скажешь сама, то его уже не смогут обвинить. Правда, если тебя найдут, вернут отцу. Но мы скоро отсюда уедем, а летом ты станешь самостоятельной. Столица империи — это самый величественный город мира, и там мы поможем тебе устроить судьбу. Если не согласишься, кого-нибудь наймём и отправим в Вирену.
— Я согласна! — поспешно сказала Леона.
— Как только получим золото, сразу займёмся тобой, Клод, — продолжила Мануэла. — Поедем в Союз магов и купим для тебя место. Тысячи золотых жалко, но это необходимо сделать. Вижу, что никто из вас меня не понял, поэтому объясню. Допустим, есть кто-то, кого я обидела. Если таких нет сейчас, они непременно появятся. Что помешает такому купить какого-нибудь бретёра, который устроит ссору с Клодом и проткнет его шпагой? Абсолютно ничего, если у него найдётся два десятка монет. Ты вряд ли часто занимаешься со шпагой, а они с ней встают с кровати и ложатся спать! Станешь ты тратить столько времени на фехтование?
— А что даст членство в этом Совете? — спросил Робер.
— Магов мало, и их защищает закон, — объяснила графиня. — Маг не должен принимать вызов, а вызывающий, если его задержат, заплатит крупный штраф. А если он не уймётся и нападёт сам, маг имеет право использовать свою силу. Правда, потом придётся ответить на вопросы комиссии магов. Магически одарённые дети могут так делать при любой угрозе жизни, а самостоятельные — только после вступления в Союз, когда их признают магами. Можно не платить и сдать экзамены, но это трудно. Когда станешь магом и получишь медальон, я заключу с тобой официальный договор об охране.
— А зачем он нужен? — с обидой спросил Клод. — Вы не доверяете мне без бумаги?
— Он нужен не мне, а тебе, — ответила Мануэла. — У мага при найме или государственной службе намного больше прав, чем у того, кто ничем не занят. Не перебивай, если чего-то не поймёшь, спросишь позже. Робер, вы поедете с нами?
— Конечно, — ответил шевалье. — Мне одному здесь нечего делать.
— Тогда к вам задание набрать для нас охрану. И она нужна не только на время пути, но и для жизни в столице. Основной упор сделаем на магию, но совсем без солдат не обойтись. Я думаю, что нам хватит пятерых или шестерых. Лучше, если это один небольшой отряд наёмников. Они знают друг друга, а новым людям нужно время на притирку. Боевого мага я найду сама.
— А что делать мне? — спросила Алина.
— Слушаться и учить магию, — улыбнулась Мануэла. — Извини, но я не собираюсь таскать тебя по балам. Будешь сидеть в доме под охраной. Ты дорога не только для нас, но и для того, от кого вы сбежали из королевства. Судя по рассказу твоего брата, он скорее оставит в наших руках свою дочь, чем тебя, поэтому не будем рисковать. Не нужно печалиться: время твоих балов ещё придёт. Сейчас тебе пришлось бы скромно стоять где-нибудь в уголке. Вопросы есть?
— А я? — в один голос сказали Луиза и Крис.
— Не мотайте мне душу, дети! — сказала Мануэла. — Видите же, что я сейчас ничего не в силах сделать. Тебе обещали свадьбу через год? Вот и терпи. И не делай такие жалобные глаза. Ты совершеннолетняя и могла бы распоряжаться собой сама, но в таком случае ничего не получишь от отца, ославишь семью и навредишь Клоду. Потерпи, может быть, мы управимся раньше. И учти, что, когда мы уедем из замка, вы уже не увидитесь. Я не могу давать волю сплетням, а о твоих чувствах не догадается только слепой. Тебе сказать, как отреагирует отец, когда об этом узнает? А с тобой, мой дорогой, ещё хуже. Я взяла бы тебя, но не имею права до твоей самостоятельности! Да и тогда, если пойдёшь против воли отца, лишишься наследства. Клод, есть ещё одно дело, которое нужно сделать. Тебе наверняка закроют доступ в библиотеку, но его имеет сын. Крису нужно вынести десятка два самых ценных книг по магии и передать тебе. Потом их вывезет из замка Робер. Книг много, а Ойген годами не бывает в библиотеке и ничего не заподозрит. А чтобы не поднял шум слуга, разложи книги свободней.