Начали со спален. Удар лапкой по горлу или груди — и человек бьётся на кровати в тщетной попытке втянуть в себя воздух. Дети умирали мгновенно, судороги у взрослых длились дольше, но никто из них не смог криком позвать помощь. Слуг и стоявшую в коридорах охрану не трогали, пострадали только благородные обитатели дворца и те девушки, которые ублажали дворян. Даже перенесённый в звериную голову разум человека не в силах отличить в темноте спальни дворянку от шлюхи. Закончив работу, зверьки покинули дворец и, никем не замеченные, пробежали парк, выбрались за ограду и погрузились в две ожидавших их кареты.
Тревогу подняли только утром, когда рассвело, но никто из хозяев не вышел из своих комнат. Это настолько выбивалось из их привычного поведения, что офицер охраны позволил себе разбудить одного из сыновей герцога. На стук никто не отозвался, а за незапертой дверью лежал труп. Охваченные ужасом стражники стучали в двери спален, а потом ломали замки, находя мёртвых. Послали гонцов в столичный магистрат и к канцлеру. Прошло немного времени, и среди благородного населения столицы поползли панические слухи. Первым из членов Совета во дворец примчался один из герцогов Дальгов.
— Несомненно, какой-то яд, — сказал ему старший дознаватель магистрата. — У всех на открытых частях тел есть небольшие царапины, через которые и произошло отравление. Время зимнее, поэтому окна были закрыты. Закрытыми оказались почти все двери, которые страже пришлось ломать. Я предполагаю, что здесь могли побывать какие-то ядовитые существа, но таких не знаю. Ещё непонятно, как неразумные твари могли отличить благородных от слуг, никто из которых не пострадал.
— А эта? — герцог махнув рукой в сторону разметавшегося на кровати женского тела.
— Она была в постели герцога. Не знаю, как для вас, а для меня все женщины в постели одинаковы, шлюхи они или герцогини. А для зверей и подавно нет разницы.
— Вы думайте, что говорите! — вскипел герцог. — Так что, убили всё семейство герцога Детлер, а вы только пожимаете плечами? А если завтра то же случится с кем-нибудь из нас?
— Мы только начали работать. Может, что-нибудь выясним. Не скажете, кто мог желать вреда этому семейству?
— У меня не хватит бумаги писать имена, — мрачно сказал герцог. — Учтите, что о результатах придётся отчитываться перед Советом! А вот и канцлер пожаловал!
— Здравствуйте, Карл, — поздоровался с ним Зиман. — Разобрались в том, что здесь произошло?
— Я, как и вы, Маркус, только что приехал, — неприязненно сказал герцог. — Разбирались люди магистрата, только пока не могут ничего сказать.
— Магии не обнаружено? — спросил канцлер.
— В спальнях ничего нет, — ответил дознаватель. — Маги почувствовали повышенный фон в коридорах, но никто не может сказать, что там было и связано ли это с преступлением.
— Ищите, Эрих! Уничтожен весь род герцога Криса Детлер и его гости, а это больше сотни дворян! Вы представляете, какой поднимется шум?
— Вас волнует шум, а меня то, что эти убийства могут быть не последними! — взорвался герцог Дальгов.
— Меня это тоже волнует, — возразил канцлер, — но уже сегодня в Совете начнётся шум, и шуметь будете вы, Карл, и ваши друзья! Понятно, что я услышу в свой адрес немало неприятного, хоть сам в таком же положении, как и вы! Если не верите моим работникам или дознавателям магистрата, пришлите своих людей. Я не знаю, кто и как сводил здесь счёты, но явно применили что-то новое, поэтому расследование будет трудным и потребует времени.
— Конечно, мы соберёмся сегодня! — сказал герцог. — Я скажу о вашем предложении.
— Сработали чисто, — сказал Маркус Грасу после возвращения из дворца герцогов Детлер. — Шум будет до небес, но нас не смогут обвинить. Пошумят и начнут свару из-за земель покойных. Мы не будем в это лезть. Пусть делят: в конечном итоге всё достанется императору, а верхушка Совета на время успокоится. Но проверок больше не будет. Если повторим такое ещё раз, вызовем дикий страх и никто не скажет, на что он может толкнуть. Если будем бить, то сразу всех по списку. Вы уже всё приготовили по южанам?
— Мне нужна декада, — ответил маг. — Такие вещи не делаются в спешке.
— Если разделаемся с Югом, можно будет бросить все силы на Север. От нас не ждут наступления, а внезапность — это уже половина успеха.
— Сначала нужно провести чистку и реформировать армию, — не согласился Грас. — Кому нужна спешка? Армия северян сильна, и сейчас мы понесём большие потери.
— Разделайтесь с Югом, а там посмотрим. Если мы с тобой не договоримся, пусть решает Орген.
Не успел главный маг дойти до своих комнат, как был перехвачен Колином.
— Что тебе? — не останавливаясь, спросил Грас.
"Учитель, можно задать вопрос?" — перешёл на мысленный разговор юноша.
"Что-то серьёзное? Ну задавай".
"Не скажете, почему старших учат заклинанию портала, а Алине его не дали?"
"А она обиделась и прислала тебя? — усмехнулся Грас. — Я что о нём говорил?"
"Государственный секрет, не предназначенный для распространения, — ответил Колин. — Но почему его можно знать мне и нельзя ей? Мы оба ваши ученики и всецело вам преданы!"
"Даже так? — сказал Грас, останавливаясь. — И готовы принести клятву верности?"
"Если хотите, принесём! — упрямо сказал Колин. — Плох тот ученик, который не доверяет учителю!"
"Будете служить императору, — предупредил старик. — Со службы вас уже не отпустят".
"Мы готовы служить вам, а только потом — императору".
"Опасаешься того, что клятва перейдёт на наследника? — спросил Грас. — Ладно, меня устроит и то, что ты предложил. Можешь учить её порталу, но завтра оба принесёте мне клятву. И учти, что я тебя за язык не тянул, сам предложил. Это всё?"
"Есть ещё одна новость, — нерешительно сказал Колин. — Клод каждый день сбрасывает силы, а для этого приходится ездить к морю и долго использовать разные заклинания. И силы разных потоков убывают неодинаково".
"Да, я знаю. И что ты предлагаешь?"
"Я ничего не предлагаю, это Клод предложил спросить у лафрея, как можно проще уменьшить силы. Я сегодня и спросил".
"Он что-нибудь ответил?" — заинтересовался Грас.
"Лафрей только что выдул настойку. В таком состоянии он может послать, а может выдать что-нибудь ценное. Сегодня мне повезло".
"И что же он тебе выдал? Говори быстрее, а то я и так потерял с тобой много времени".
"Он показал заклинание, которым можно лишить силы мага".
"И ты так спокойно об этом говоришь? Как это действует?"
"Я не могу мысленно орать, — ответил Колин. — Действует просто. Если у мага нет защиты, у него можно уменьшить силы сразу всех потоков, хоть до полного исчезновения. Силы исчезают без какого-то видимого действия. К магу под защитой может применить только тот, кто сильнее и может её продавить. Учитель, у меня к вам просьба. Можно я сегодня схожу порталом в особняк? Нужно передать заклинание Клоду, а вы никуда не пускаете из-за лафрея. Это займёт немного времени и не узнает никто, кроме Клода и Хельги".
"Такое нельзя никому давать!" — сказал Грас.
"Клод верно служит вам и императору! — возразил Колин. — И он мой друг! Если скрывать от мага императора то, что может помочь овладеть силой и выполнять ваши же поручения, то зачем вообще эти знания?"
"Ладно, убедил, — нехотя согласился Грас. — Сходишь в их комнаты, покажешь и сразу назад. И предупреди, что это только для личного пользования, чтобы не смел никого учить".
"А Алину?"
"Только после клятвы. А сейчас исчезни!"
Колин понял его буквально и исчез. Появился он в гостиной Клода.
— Если ты у нас, значит, получил разрешение? — спросил вышедший из спальни Клод. — Как это старик расщедрился?
— Я взял его измором, — улыбнулся Колин. — Снимай защиту, а то мне так тяжело показывать. Запомнил? Легко тебе жить! Я запомнил с третьего раза. Ещё немного, и лафрей послал бы меня куда подальше. Старик сказал, чтобы ты никому его не показывал. Ладно, я побежал, а то будет нагоняй.
Друг исчез, а Клод вернулся в спальню. Жена дремала и проснулась от звука шагов.
— Извини, что разбудил, — сказал он. — Приходил порталом Колин и принёс мне одно заклинание. Я думал, что оно поможет и не надо будет мотаться на пляж. Увы, в нём три потока, в том числе и красный, поэтому пока всё остается по-прежнему.
— Жаль, я думала, что ты больше времени проведёшь со мной. От твоего лечения слезятся глаза. Не успеваю менять платки, но хоть начала видеть какие-то пятна.
— Так и должно быть, — успокоил муж. — Я связывался с главным магом, и он подтвердил. И у тебя уже немного просвечивается радужка. Дней через пять сможешь ходить, не держась за стену, а через десять будешь всё видеть. Ради этого можно поплакать.
— Когда ты сегодня уезжал, ко мне приходила Сента, — сказала Хельга. — Жаловалась на отца.
— Это что-то новое, — улыбнулся Клод. — И что же такого натворил Кай?
— Он рвётся на службу. Робер договорился о том, что завтра повезёт нашего барона на смотрины к самому графу Бекеру.
— Могли сказать мне, я сделал бы через Анри. Думаю, что вы зря боитесь. Сколько уже прошло времени с их приезда? Я понимаю Кая. Он мужчина и глава семьи, а вынужден сидеть взаперти, да ещё жить за чужой счёт. Может, кому-то такое понравится, только не ему. За ужином можно об этом поговорить.
На ужин собрались через четыре часа, но тема для разговора была другая. Робер вернулся позже обычного и рассказал о бойне во дворце герцогов Детлер.
— Во всём этом ужасе для нас есть одна польза, — сказал он под конец. — Среди погибших родственников герцога есть граф Анри Беккель. Теперь, когда вам не грозит его месть, нет никаких препятствий для службы Кая. Только нужно немного подождать, потому что завтра нашему графу будет не до бесед.
— Немного — это сколько? — спросил барон. — Один день? Столько я подожду. А что со свадьбой, дочь? Долго ты будешь мучить своего лейтенанта?
— Как только выздоровеет Хельга, так и сыграем, — сказала Сента. — Ладно, раз уж этот граф убит, я не буду возражать против твоей службы.
Глава 16
— Открывай, дед!
— Ты, что ли, Рошан? — спросил Гнешь. — Где тебя только носило целых три дня!
Старик открыл калитку и упал, убитый ударом кинжала. Слугу, который просил открыть, тоже убили и бросили рядом с Гнешем. Закрыв калитку и надев на лица платки, убийцы побежали к особняку. Каждый из девяти мужчин был вооружён короткой саблей, кинжалом и пистолями. Планам тёмных помешал Влас, который вышел из дома, когда они уже подбегали к главному входу. Увидев вооружённых людей с повязками на лицах, он отпрянул назад и успел захлопнуть входную дверь и закрыть засов, после чего бросился на второй этаж к комнатам Сенты. Убийцы разделились. Один побежал к конюшне, ещё один остался сторожить главный вход, а остальные устремились ко второму входу в особняк.
Сента читала книгу, когда без стука распахнулась дверь и на пороге появился Влас с искажённым страхом лицом.
— Убийцы! — крикнул он. — Собирайте девушек и бегите к госпоже, а я постараюсь их задержать!
— Возьми оружие! — крикнула она и бросилась к столику за пистолями.
Забрав их, Влас умчался в коридор. Сента вооружилась шпагой и побежала следом. Первой на её пути была комната Софи. Сестра хозяйки лежала с книгой в руках.
— Бросай всё и беги к Хельге! — закричала Сента. — В доме враги!
Видя, что Софи растерялась и продолжает лежать, выругалась и, схватив девушку за руку, сдёрнула с кровати.
— Убьют, дура! — закричала она. — И тебя убьют, и мы из-за тебя погибнем!
Слов опять оказалась мало, поэтому Сента выпихнула девушку в коридор, отвесила затрещину и, больше на неё не отвлекаясь, свернула к комнате сестры. Карин тоже читала, но ей не пришлось ничего объяснять. Увидев сестру со шпагой в руках, она бросила книгу и спрыгнула с кровати.
— Быстро за мной! — крикнула Сента и выбежала из комнаты.
Когда они подбегали к дверям в комнаты Клода, на первом этаже один за другим раздались три выстрела, а потом кто-то протяжно закричал от муки. Возле дверей топталась так и не вошедшая в них Софи. Сента распахнула дверь, впихнула в гостиную обеих девушек и вбежала сама. Она успела закрыть дверь на ключ, а потом ещё на засов, когда её кто-то сильно дёрнул за ручку.
— Отойдите от двери! — приказала она девушкам, а сама подбежала к спальне и постучала.
— Кто стучит? — настороженно спросила Хельга.
— Это я! — сказала Сента. — В доме убийцы, а у меня нет ничего, кроме шпаги! У вас есть хоть какое-то оружие?
Хельга отперла замок и открыла дверь. В гостиную она вышла с двумя небольшими пистолями в руках.
— Возьми, — сказала она девушке, протягивая оружие. — Я услышала выстрелы и закрылась в спальне. Извини за то, что не побежала на помощь. Я еле различаю контуры предметов, поэтому ничем не смогу помочь. Сколько этих убийц?
— Не знаю, — ответила Сента, — я их не видела. Прибежал Влас и предупредил, а потом взял мои пистоли и сказал, что попробует задержать. Наверное, это у него получилось, иначе я не успела бы привести сюда Софи и свою сестру.
— Это хорошо, что они здесь! — довольно сказала Хельга. — Заложила засов? Значит, быстро к нам не пройдут. Веди девушек в спальню. Я думаю, что полезут через окна, а в спальне оно одно. Ты связалась с Колином?
— Я не подумала! Сейчас свяжусь!
Она крикнула девушкам, чтобы бежали в спальню, но Софи и сейчас отличилась, оставшись стоять посереди гостиной. Пришлось подбежать и подтолкнуть в нужном направлении. Во входную дверь стали бить чем-то тяжёлым, поэтому они поспешили закрыться на замок и щеколду. К сожалению, на двери в спальню не было засова.
— Рубят топором, — сказала Хельга. — Долго она не продержится.
В гостиной зазвенело разбитое окно, и это заставило Сенту поторопиться.
"Колин! — связалась она с Гросвером. — На нас напали убийцы, а в доме никого нет, кроме слуг и одного охранника! Клод уехал к морю, а отец отправился с Робером на его службу. Мы закрылись в спальне Хельги, но долго не продержимся. Не знаю, сколько их, но у меня только два пистоля! Если полезут через окно, да ещё вынесут дверь, нам конец! Скажи кому-нибудь, чтобы прислали стражу!"
"Что у вас в гостиной? — спросил он. — Говори быстрее!"
"Рубят входную дверь, — ответила она. — Кажется, перестали. Колин, они уже там! Наверное, забрались через окно!"
"Держитесь! — сказал он. — Сейчас буду!"
Лезть в дом было слишком рискованно, а в спальне Клода Колин никогда не был, поэтому вышел порталом возле парадных дверей особняка. Стоявший в десяти шагах мужчина вскинул пистоль и упал мёртвым. Подобрав выпавшее из его рук оружие, юноша попытался открыть дверь, но она оказалась запертой изнутри. Пришлось пробежаться ко второй двери. За порогом лежали сразу два тела. Обежав их, он бросился к лестнице на второй этаж. В доме стояла тишина, только откуда-то сверху слышались тяжёлые удары. На втором этаже Колин увидел лежавшего лицом вниз Власа. У него был размозжён затылок. В коридоре никого не было, и, применив магию, он узнал, что в комнатах Клода находятся десять человек. Других живых в особняке не было. Пробежка до входных дверей заняла полминуты, ещё меньше времени ушло на то, чтобы подчинить шесть мужчин.
