— Вы никуда не поедете одна, — сердито сказал Клод. — Я не собираюсь держать вас при себе, но пока рано уезжать. В книгах написано, что должно пройти не меньше трёх месяцев, прежде чем мары смогут надолго покинуть своего гаранта. А ваш дядя... Нельзя же всё время бегать от родственников. Придумал! Как только приедем в этот Эшер, сразу же идём в местный Совет магов и заключаем такой же договор, какой со мной заключила Мануэла.
— И чем он вам поможет? В городе закон — это мой дядя. Ему на ваш договор...
— Империя не ограничивается Эшером, — возразил он, — а договор даёт мне много прав по вашей защите, ну и по своей, потому что я могу его выполнять до тех пор, пока жив. Защищая вас, я имею право сравнять город с землёй, и разбираться будут не со мной, а с вами. А графиня империи — это не какой-то барон из захолустья. Я, конечно, упростил... Ваш дядя не станет связываться со мной в городе, а если свяжется, даст законный повод ответить. Потом со мной хоть будут разбираться, а без договора сразу убьют.
— Вы правы, — подумав, согласилась она. — Это полезно сделать.
— А какой расклад сил в вашей семье? — спросил Баум. — Задаю вопрос, потому что немного знаком с семейством графов Ургелей и знаю, что они действуют сообща только в редких случаях. Как с этим у ваших родственников и какие у вас с ними отношения? Неужели все поголовно вас не любят?
— Многие из родичей обо мне давно забыли, — усмехнулась Хельга, — но вспомнят, если им кто-нибудь напомнит, а такие найдутся. Я наплевала на много семейных правил, чтобы меня любили, но нет и неприязни. Пока никому не мозолю глаза, делают вид, что меня нет. Поэтому, если вдруг сильно повезёт, забудут уже о том, что воротили от меня носы. Но везение для меня — это только удачный брак. Учитывая мой возраст и замашки, а также отношение родственников, на это не приходится рассчитывать.
— Посмотрим, — сказал Клод. — Если начнётся война с севером, она вызовет сильные потрясения. Многое может измениться. Да и я, если получится выбиться в люди, постараюсь вам помочь.
— Имейте в виду, барон, — опять усмехнулась Хельга, — если у вас ничего не выйдет с карьерой и не получится брака с любимой, я готова занять её место. И мне нужно не ваше высокое положение, достаточно вас самих. Я для вас старуха, но это только пока. Через несколько лет разница в возрасте не будет играть никакой роли. Что такое пять лет, если впереди две сотни?
— Я запомню, — ответил он. — Но учтите, что я ничего вам не обещаю. Ко мне может приехать ещё одна девушка, которой я не обещал ничего, кроме помощи. Но и у неё тоже надежды...
— Вы честны и надёжны, сильны и красивы, — грустно сказала Хельга. — Стоит ли удивляться тому, что к вам липнут женщины? Большинство из них ищет в мужчинах именно эти качества. А если добьётесь богатства и власти, возле вас будет не протолкнуться от поклонниц. Хотя я и тогда попытаюсь.
Глава 22
— Вы что-то ищите? — спросил Баум. — Не столько читаете, сколько перелистываете. Помощь не нужна?
— Ищу образ пострашнее, — ответил Клод, — но пока не нашёл ничего интересного. Наверное, придётся ограничиться демоном.
— Зачем вам страшилки? Кого вы собираетесь пугать?
— Кого получится, — засмеялся юноша. — У меня не очень хорошее положение, Джед. Силы больше, чем у других, а использовать её опасно. Помните, сколько у меня было огня?
— Ещё бы! — ответил Баум. — До сих пор завидно.
— Нечему завидовать. Для меня огонь — это последнее средство, когда уже нечего терять. Сожгу всех, до кого смогу дотянуться, и останусь без силы. Останется заморозка, но она хорошо действует, если вложить всю силу двух других потоков. Нанесу огромный ущерб, но если после этого не разбегутся...
— И вы хотите пугать, — понял маг. — Подействует ли?
— В Альфере подействовало, — улыбнулся Клод. — Больше ста человек так драпанули... А ведь среди них было много молодых мужчин. Ментальную магию не принимают всерьёз, из-за того что у всех есть от неё амулеты, а сильные маги, способные их продавить, встречаются редко. А если есть амулет и ты видишь крысу, значит, крыса настоящая.
— Вы говорите о той крысе, о которой мне рассказывали? — спросила Хельга. — Почему бы не использовать её образ ещё раз?
— По двум причинам, — ответил он. — В Альфере было много женщин, а мужчины пришли без оружия. Да и не было у них никакой необходимости собой рисковать, вот и убежали. А если будут приказ и оружие в руках, могут и не убежать. Тогда не понадобится много времени, чтобы понять, что крыса живёт только в их воображении. Кроме того, мы не сразу уехали из Альфера, а кто-то мог разнести эту историю. Нужно что-то такое, против чего бесполезно оружие. Страх должен лишать рассудка, тогда может что-то получиться.
— И вы выбрали демона.
— Больше ничего не приходит в голову. Воины не разбегутся от тигра. Мне несложно создать пентаграмму вызова, а потом поместить в неё образ демона. Это не будет работать, пока не вставлю координаты нужного мира, но их отсутствие сложно заметить, а демон будет у всех на виду.
— Тут я вам не помощник, — сказал Баум. — Листал когда-то "Демонологию" и смотрел картинки. Заклинания не помню, да и координаты миров... Зачем забивать себе голову ненужным? Дураков, желающих связываться с демонами, мало, а если они появляются, то долго не живут. Можете показать, какого демона выбрали?
Клод вызвал иллюзию мужчины в полтора человеческих роста, до невозможности мускулистого и краснокожего. Лицо походило на человеческое, только нос был широкий и плоский, под ним находились толстые губы, а нижняя челюсть сильно выдавалась вперёд. Довершали облик красные глаза, огненно-рыжие курчавые волосы и большие оттопыренные уши.
— Ничего себе! — потрясённо сказала Хельга, уставившаяся на вздыбленное мужское достоинство демона. — А зачем на конце шипы?
— Я воспроизвёл то, что было на картинке, — смутился Клод. — Эти демоны очень сильны, в том числе и магией, но их нельзя назвать свирепыми. Маленькие лафреи куда опаснее, но они могут напугать только тех, кто об этом знает. У остальных не вызовут ничего, кроме смеха.
— Это хорошо, если вы разгоните противников, не причиняя никому вреда, — одобрила Хельга. — Потом устроят разбирательство, и мне будет легче оправдаться. У нас ведь рубят головы и графиням. Хочу предупредить... Как только мои родичи или кто-нибудь из их чиновников узнают, откуда вы прибыли, они непременно вам нахамят. Вы должны быть к этому готовы и правильно ответить.
— И что считается правильным ответом? — спросил Клод. — Как маг, я не могу вызвать их на дуэль. Или могу?
— Формально не можете, хотя и маги дерутся, особенно молодые, но я говорила не о дуэли. Вам нужно ответить так, чтобы сохранить достоинство и никого не оскорбить.
Этот день прошёл спокойно. К шуму колёс притерпелись и почти всё время слушали рассказы профессора. Разговоры мешали Алине читать книгу, поэтому после остановки на обед она поменялась местами с Хельгой. Вечером, когда остановились на ночлег, Клод впервые с помощью Баума наложил на все двери сторожевые заклинания.
— Долго не продержатся, — сказал маг, — но полночи можно спать спокойно.
Спокойно спали всю ночь, потому что не сработала сигнализация и никто не побеспокоил после её исчезновения. Утром позавтракали и продолжили путь. Алине надоело чтение, и она опять перебралась в большую карету. К полудню стало так жарко, что многие не выдержали духоты и пересели на лошадей.
— Эшер! — сказала ехавшая бок о бок с Клодом Хельга, показав рукой в сторону от тракта. — Смотрите туда. За рощей дорога повернёт.
Когда обогнули рощу и проехали по тракту с полчаса, город стало хорошо видно.
— Какой он большой! — удивился юноша. — И почему нет стены?
— Потому и нет, что очень большой, — ответил ехавший рядом Баум. — Это типичный город империи. Он раз в пять больше Тулина. Огородить очень трудно, и в такой работе нет смысла. Контролируются только дороги, и проверяют не столько людей, сколько грузы. Скоро должны встретить караул.
Караул увидели в двух сотнях шагов от первых домов. Трое конных, один из которых был магом, перегородили дорогу.
— Представьтесь! — спешившись, сказал один из них.
Представляться не пришлось, потому что маг узнал Хельгу.
— Приветствую вас, графиня! — воскликнул он, склонившись к шее коня. — Эти люди с вами? Тогда проезжайте!
— Что я вам говорила? — сказала она Клоду. — Считайте, что дяде обо мне уже доложили. В службе только слабые маги, но для передачи сообщений их ставят цепочкой по двое или трое. Так что нас могут встретить ещё до заселения. Дядя предложит своё гостеприимство только мне, ну и Мануэле, когда узнает, что она с нами. Вас приглашать не будут, поэтому и я откажусь. Вряд ли дядя спокойно примет мой отказ, поэтому я и хотела объехать Эшер.
Хельга ошиблась, и за ней приехали, только когда они остановились на одном из постоялых дворов. Эшер поразил виренцев. Повсюду были широкие, мощёные тёсаным камнем улицы, застроенные двух и трёхэтажными домами с большим числом палисадников, садов и просто посаженных возле домов деревьев. Ближе к центру стали встречаться роскошные особняки и дворцы. На улице было много карет и всадников, но почти нигде не видели навоза. Видимо, его быстро убирали. Запаха нечистот тоже не было.
— Стоки расположены глубоко под землёй, — сказал Баум в ответ на вопрос Клода, — почему такой чистый воздух. — В Тулине это сделано только для центра, а здесь везде.
Где остановиться, Хельга решала на пару с Мануэлой. В результате, как обычно, выбрали самый лучший и дорогой постоялый двор. Сеновалов на нём не было, поэтому наёмникам дали деньги для устройства в заведении поскромнее. С собой взяли только Эвальда, Криса и профессора. Сначала вселились в комнаты, а потом спустились обедать в роскошный трапезный зал. В нём на застеленных белыми скатертями столах стояла посуда из серебра и цветного стекла! Когда принесли заказ, в зале появился молодой дворянин в сопровождении мага и двух дружинников.
— Кого я вижу! — воскликнул он, подходя к Хельге. — Вы ли это, кузина? И почему вы, прибыв в наш город, не появились во дворце, а приютились в этом заведении? Мы не давали поводов для такого отношения!
— У меня нет обид, кузен, — ответила она. — Только я путешествую в компании друзей. Их не примут в вашем дворце, а я не собираюсь разлучаться даже ненадолго.
— Опять связались демон знает с кем? — спросил кузен, неприязненно оглядев сидевших за столом.
— Вы изрядная свинья, Джеральд, — сказала Мануэла, — а росли вроде порядочным мальчиком. Надо при случае сказать Виктору, чтобы отодрал вас ремнём.
— Графиня?! — поразился он. — Простите великодушно, я вас не узнал!
— Ну и что с того? Есть основания хамить людям, которых вы видите в первый раз? А если они ответят так же? Ответите, барон?
— Пусть уходит, — сказал Клод, недовольный тем, что Мануэла пошла на обострение и по каким-то своим соображениям обратилась к нему. — Вам он не угрожает, а реагировать на слова... Обед важнее.
— Как вы со мной разговариваете? — взвился Джеральд. — Извольте встать и ответить за свои слова!
— Я уже сказал, что обедаю, а вы мне мешаете. А обратился к вам не хуже, чем вы ко мне. К сожалению, как нанятый маг, не имею права отвечать на чьи-то вызовы. К вашему сведению, у меня договор на охрану этой дамы.
Стоявший за спиной Джеральда маг что-то сказал ему на ухо.
— Ладно, я не буду с вами здесь разбираться, — зло сказал кузен Хельги. — Передам отцу, а он пусть решает. Но учтите, что без его ведома вас не выпустят из города!
— Зачем это было нужно? — спросил Клод Мануэлу, когда дворянин со своими людьми вышел из зала. — Разве нельзя было разойтись миром?
— Без потери лица вы с ним не разошлись бы. Я просто ускорила развязку, а к вам сейчас отнесутся с большим вниманием. Если выкрутитесь, об этом станет известно в столице. Слухи и сплетни распространяются очень быстро и часто играют не меньшую роль, чем золото или чья-то поддержка. Были дворяне, которые создали себе положение в обществе дуэлями и другим сумасбродством. Вспомните, как к вам стали относиться в Альфере после приёма у графа Баккена! Среди дворян известность — это уже успех, и не очень важно, чем она вызвана, главное, что о вас знают и говорят. Безвестность хуже.
— А если он не выкрутится? — возразила Алина.
— Ты слишком низкого мнения о своём брате, — улыбнулась Мануэла, — а я в него верю.
— Сейчас я с Хельгой иду в Совет магов, — сказал Клод. — Кто-нибудь знает, где он находится?
— Рядом, — ответила Хельга. — Вы правы, нужно поспешить.
С собой взяли Эвальда и Криса и уже через десять минут зашли в двухэтажное здание Совета, расположенное на одной площади с магистратом. В Эшере вход в Совет охранялся магом и двумя городскими стражниками. Увидев медальон Клода, они молча посторонились, освобождая проход. Для заключения договора пришлось подняться на второй этаж. Здесь Хельгу узнали.
Заведующий договорами маг вскочил из-за стола, пододвинул гостье кресло и рассыпался в комплиментах.
— Мне приятно слышать всё, что вы сказали, но давайте займёмся моим делом, — остановила его излияния Хельга. — Нужно срочно заключить договор на охрану с этим юношей.
— Виренец? — удивился маг, посмотрев на медальон Клода. — Зря вы с ним связались, госпожа! Какая магия в Вирене? Пусть он принял наше гражданство и вступил в Союз, это не прибавило ему знаний и опыта! Любой из нас почтет за честь...
— Никто из вас меня не интересует, — холодно сказала она. — Я многим ему обязана, а вы его оскорбили. В этом молодом человеке больше сил, чем их у вас всех. Быстро составляйте договор!
Маг прекратил увиваться вокруг графини и с обиженным видом принялся заполнять договор, задавая вопросы и бросая на Клода неприязненные взгляды. Это заняло несколько минут, после чего Хельга расплатилась и они поспешили вернуться. Когда подошли к постоялому двору, обратили внимание на трёх великолепных лошадей, которых не привязали к коновязи, а оставили под охраной дружинников.
— Это по мою душу, — сказала графиня и не ошиблась.
— Дорогая, кузина! — встретил Хельгу на лестнице высокий и статный дворянин, похожий на приезжавшего первым Джеральда, только лет на пять старше. — Сколько же лет я вас не видел?
— По-моему, пять, — с улыбкой ответила она. — Я рада вам, Тобиас. К сожалению, не могу сказать того же о вашем брате.
— Джеральд пожаловался, что вы неласково его встретили, и сказал, что причиной этого явились ваши спутники. Вы познакомите меня с ними? Хотелось бы знать, кто для вас предпочтительней родни.