— Из-за своих вещей убьёшь троих? — спросил Владимир. — Может, лучше забраться в конюшню и увести лошадей?
— Специально убивать не буду, — ответил Клод. — Не тяни время!
— Какая сука закрыла дверь? — пьяным голосом громко спросил Владимир, подёргав за ручку двери. — Откройте, или я за себя не отвечаю!
Лязгнул засов, распахнулась дверь, и Владимира втянули в комнату. Вместе с ним в неё проскользнул и Клод. На столе стоял зажжённый фонарь, поэтому его манёвр не остался незамеченным. К юноше шагнули сразу двое. Он ухватил протянутую руку, рванул на себя и ударил рукой в горло. Сместившись в сторону, пропустил лезвие кинжала и таким же ударом уложил второго противника рядом с первым. Тем, который схватил Владимира, заниматься не пришлось: он лежал на полу и громко стонал.
— Чем это ты его? — спросил Клод, быстро освобождая лежавших от амулетов.
— Коленом в пах. Получилось, потому что он не берёгся.
Подчинив корвов, юноша приказал им уснуть и немного подлечил того, кому досталось больше других. Удар в горло вышел сильнее, чем он хотел, и чуть не убил.
— Будут спать до завтрашнего вечера или пока я не разбужу, и мы с тобой сможем отдохнуть. Кровать только одна, но они взяли у хозяина тюфяки, поэтому можешь выспаться на них. Но прежде нужно закончить с делами.
Оставленной на кровати сумки нигде не было, но та, которую Клод спрятал на шкафу, на нём и лежала. Он проверил её и убедился, что всё осталось на месте.
— Зачем тебе бинокль? — спросил Владимир. — А это что? Похоже на солнцезащитные очки.
— Надень и нажми на выступ, — сказал Клод, — только не смотри на фонарь. Здесь предметы из разных миров, пара пистолей и золото.
— На Земле есть похожие устройства. Понятно, почему ты не хотел это оставлять.
— Дело не только в вещах. Нам нужно где-то отсидеться до утра. Утром нас хватятся не сразу, и будет время уйти из города.
— Да, с самого утра никто не придёт, — согласился Владимир. — Заключённым готовят в последнюю очередь, да и на допрос рано не поведут, сначала господа должны позавтракать.
— Теперь помолчим: мне нужно подумать, — сказал Клод и лёг на кровать.
Ему надо было поговорить с Грасом, но не хотелось раскрывать новому знакомому свои секреты. Грас откликнулся сразу:
"Слава богу, ты живой! Сегодня из-за тебя перепугались. В вашей конюшне появился Пауль, но от него не смогли ничего добиться. Стоит и ни на что не реагирует. Твоя жена связалась с Колином, а он передал об этом мне".
"Меня огрели кистенём по голове, — сообщил Клод. — Очнулся в тюремной камере. Залечил рану и смог уйти порталом, но для этого пришлось большую часть сил залить в другого заключённого. Он их отдаёт, но больно медленно, поэтому я могу строить только короткие порталы. Сейчас жду рассвета в трактире".
"Я советовал не связываться с герцогиней?" — напомнил Грас.
"Она к этому непричастна, — возразил юноша. — Ко мне с подозрением отнёсся маг герцога и, видимо, как-то подслушал разговор".
"Узнал что-нибудь полезное?"
"Узнал, но я рассчитывал на большее. Герцогиня сама почти не была при дворе и питается слухами и обрывками разговоров гостей мужа. Есть неприятная новость". — Он рассказал главному магу то, что узнал об амулетах от Владимира.
"Мы когда-то думали такое ввести, но так и не решились, — сказал Грас. — Плохо, это осложнит нам работу".
"Давайте решим, как мне отсюда уйти, — сказал Клод. — Об остальном можно поговорить потом. Если с Паулем что-то случилось, мне в голову приходит только вариант с Колином. Если у вас не получится вывести его до утра к трактиру, мне нужно удирать из города, а уже потом договариваться о встрече".
"До утра не успеем, — ответил маг. — Я не смогу ночью найти того, кто был в Гадире и посещал его трактиры. В лучшем случае это можно будет сделать завтра к обеду. Поэтому уходи из города и постарайся укрыться в безопасном месте".
"Сделаю, а вы свяжитесь с моей женой и сообщите ей, что я жив и в безопасности".
"Хорошо, сейчас передам", — сказал Грас и разорвал связь.
— Скоро четыре часа, — сказал Владимир, подсветив фонарём настенные часы. — Может, нам не спать, а заняться лошадьми? Через час начнёт светать, а через два откроют ворота. Главное — это выбраться из Гадира, а отдохнуть можно будет в любой деревне. Съедем с тракта и заночуем. Наверняка будут искать в первую очередь в городе и на тракте.
— Конюшня заперта, — возразил Клод. — Ворота тоже заперты, а коней через ограду не перебросим. Без шума от замков не избавимся, а в трактире полно офицеров. Ложись на тюфяки и отдыхай. К шести должен подойти конюх, тогда и начнём действовать.
— Тебе виднее, но я уже не усну. Не скажешь, где учат так драться? Ты двигался так быстро, что трудно было разглядеть движения.
— Учили, — нехотя ответил юноша. — Сказали, что нельзя полагаться на одну магию, и оказались правы. Но это очень неприятная наука. И не так уж быстро я двигался, просто было темно. А ты, хоть и превозносишь свой ум, сделал глупость, когда плюнул на магию. Даже слабый маг имеет много преимуществ перед обычным человеком. Он быстрее его, заметно дольше живёт и почти не болеет. Кроме того, есть возможность мысленно общаться, ну и многое другое.
— И кто бы меня учил? — возразил Владимир. — Школа отпадает, и остаётся только нанимать учителя. И чем за это платить? Открыли силы, и на остатки денег купил что-то вроде самоучителя по магии.
— А откуда деньги?
— Когда сюда выносит пришельцев, они приходят не с пустыми руками, может, не все, но большинство. Потом продают своё барахло и какое-то время могут жить на вырученные от продажи деньги.
— А для чего вы здесь? — спросил Клод. — Не может быть, чтобы ты об этом не думал.
— Я думал и продолжаю думать. Этот мир чей-то эксперимент. Есть миры технологий, есть магические и есть ваш, который ни то ни сё. Можно предположить, что ваш мир выбран в качестве мусорной свалки, куда выбрасывают ненужное. Кому-то не нужно, чтобы в мирах технологии родилась и развивалась магия, вот от её носителей и избавляются, выбрасывая их сюда. Но это очень поверхностный взгляд хотя бы потому, что чисто магических миров немного. В большинстве из них есть хоть какая-то техника, а в некоторых она довольно сложная. И всё-таки главное в них — это магия, а наука играет второстепенную роль.
— А что думаешь ты?
— Я думаю, что кто-то хотел получить настоящий сплав магии с техникой. Наверное, задумавшего это давно нет в живых или он разочаровался в своём замысле и занялся чем-то другим, а созданный им механизм продолжает вырывать из мира Земли и из некоторых других миров магически одарённых существ, питая ими магию вашего мира. Только это идёт через пень колоду. Магии не становится больше, а та, которая есть, тормозит развитие науки. Вы накопили много знаний, но почти ничего не используется на практике.
— И долго так будет продолжаться?
— Ну и вопрос ты задал! — засмеялся Владимир. — На него может ответить только бог. Может быть, вы передерётесь и будете отброшены в развитии, а может, сюда вторгнутся захватчики с других материков, которые заставят вас объединиться...
— Каких ещё материков? — не понял Клод. — Империя отправила на поиски много кораблей, но ни один не вернулся!
— С моей точки зрения, это только подтверждает мысль о других землях. Но если их нет, а вы не устроите бойню, будете потихоньку развиваться. Несмотря на магию, развитие идёт, хоть и очень медленно. Сто лет назад у вас было только гладкоствольное оружие, а сейчас начали делать нарезное. У нас всё тоже начиналось с оружия и развивалось даже медленнее, чем у вас. Но мы сами искали ответы на вопросы, а вам их приносят пришельцы. Смотри, светает.
— Да, не получилось отдыха, — сказал Клод. — Вот что, Владимир, постарайся держаться возле меня. Я уже накопил сил и, если не сможем уйти на лошадях, попробую пробить портал до Кариба. Это недалеко, поэтому может получиться. Подождём ещё полчаса, а потом выйдем и спрячемся за конюшней. Скоро проснутся слуги, поэтому из трактира лучше уйти до того, как это случится.
В комнате сидели до пяти часов и вышли во двор, когда совсем рассвело. Все спали, поэтому им никто не помешал дойти до конюшни и укрыться за большой поленницей дров. Теперь оставалось только ждать. В столице империи даже по ночам было уже тепло, а здесь Клод до прихода конюха успел замёрзнуть. Тот открыл калитку и сразу ушёл в конюшню заниматься лошадьми клиентов. В ней было темновато, поэтому мужик не узнал Клода.
— Что вам надобно, господин? — спросил он. — Хотите сдать коня?
— Я тебе вчера уже сдал коня, — перегородив ему дорогу к выходу, сказал юноша, — но его почему-то здесь не видно.
— Я не виноват! — закричал конюх. — Пришёл офицер с солдатами и сказал, что вы теперь гость самого герцога, поэтому и вашего коня нужно отдать в дворцовую конюшню! Кто я такой, чтобы спорить с корвами? Я только взял упряжь, а конь исчез! Все перепугались, а мне приказали держать язык за зубами. Сюда потом приходил маг герцога, но, видимо, ничего не нашёл, потому что был недовольный.
— Не ори! — с угрозой сказал Клод. — Быстро седлай двух самых лучших лошадей!
— Смилуйтесь! — взмолился конюх и упал перед ними на колени. — В трактире одни офицеры, которые сразу кончат меня из-за своих лошадей! Ударьте так, чтобы был в беспамятстве, а потом берите что хотите!
— Стукну я тебя, — успокоил его юноша, — но сначала приготовь лошадей. И быстрее, если не хочешь, чтобы удар был слишком сильный!
Когда трясущийся от страха мужик оседлал им двух прекрасных жеребцов, Клод сильно ударил его по голове, надолго выбив сознание. Ворота были заперты, и, чтобы с ними не возиться, коней вывели через калитку. На улицах ещё не было экипажей и почти отсутствовали прохожие, поэтому до ворот добрались галопом, а когда их проехали, перевели коней на рысь.
— Нас будут искать раньше! — крикнул Владимир. — Конюха быстро найдут и приведут в чувство, а он не станет ничего скрывать.
— Я подчистил ему память, — ответил Клод. — Теперь эту кражу свяжут со мной только после того, как спустятся в подвал. Но нам в любом случае нужно уйти подальше от города.
Они двигались по тракту около часа, пропустив два съезда в деревни. Когда увидели третий, свернули и по узкой дороге добрались до небольшой деревеньки в полсотни дворов. Остановились в доме старосты и заплатили ему за постой золотую монету. Дорого, но кошель с серебром у Клода срезали во дворце. Старший сын старосты занялся лошадьми, а господ накормили вкусным завтраком и отвели отдыхать в лучшую комнату.
— Если нас не найдут на тракте, начнут проверять деревни, — сказал улёгшийся на кровать Владимир. — Добраться до Кариба будет трудно. Сейчас ни на кого не обращают внимания, а потом у стражи будут наши приметы.
— Нужно до обеда отдохнуть, — сказал Клод. — Заодно здесь и поедим. Наверное, оставим лошадей и уйдём порталом. До Кариба отсюда только десять лиг, так что мне придётся сбрасывать тебе избыток сил. А пока давай немного поспим, а то я за эту ночь спал только три часа.
Когда к обеду проснулись, спать больше не хотелось, но Клод после плотной еды и дневного сна чувствовал себя разбитым. Он успел умыться холодной водой, когда пришёл вызов от Граса.
"Как твои дела? — спросил маг. — Выбрался из Гадира?"
"Укрылись в деревне на полпути между Гадиром и Карибом, — ответил юноша. — Ждал, пока вы выйдете на связь".
"Укрылись? — сказал Грас. — Ты не один?"
"Забрал из соседней камеры того пришельца, в которого сбрасывал силу, — объяснил Клод. — Он мне интересен и нужен для портала в Кариб. На лошадях мы туда уже не проедем".
"Вам не нужно ехать в Кариб, — сказал Грас. — Мы дали Колину образ приметного места на тракте, в лиге от города. Но ты его не знаешь, поэтому обойдётесь без порталов. Поедете по тракту, а Колин спрячется в лесу. Как только вас увидит, сразу отправит порталом домой. Да, твоей жене я вчера передал".
— Сейчас пообедаем и выезжаем, — сказал Клод. — Нас будут ждать на подъезде к Карибу.
— Интересно, как ты связываешься со своими, — спросил Владимир. — Что смотришь? Не так уж трудно догадаться, что ты не столько отдыхал, сколько ждал, пока передадут инструкции. Но по сравнению с порталом связь — это ерунда. В нашем мире она давно есть, а мгновенная передача тел — это до сих пор чистая фантастика.
Клод не стал отвечать и поторопил старосту с обедом. Когда закончили с едой, забрали осёдланных лошадей и выехали из деревни. На дороге никто не встретился, и на тракте не увидели всадников или экипажей.
— Позади конский топот! — после получасовой скачки крикнул Владимир.
Клод обострил слух магией и услышал топот десятков копыт, звяканье железа и невнятные крики людей.
— За нами или нет, но нужно удирать! — крикнул он спутнику. — Нам осталось не больше двух лиг! Если пропустим их вперёд, потом можем не пройти.
Они шли галопом, с тревогой прислушиваясь к шуму за спиной, который быстро приближался.
— Меняют лошадей! — крикнул Клод. — Если так гонят, да ещё толпой, то это точно за нами! И они наверняка уже нас слышат, поэтому в лес не уйдём! Если не успеем, попробую ударить огнём. Сил у меня не очень много, но на два десятка кавалеристов должно хватить!
Глава 24
— Обязательно было уходить порталом от дороги? — сердито спросил Грас. — Нельзя было сделать это в лесу?
— Я и так едва успел, — возразил Колин. — Как бы мы добежали до леса, если они были рядом и открыли огонь? Нас бы положили до зарослей!
— Зато теперь они знают о порталах! Несомненно, меры безопасности будут усилены. Как его теперь отправлять в Вирену?
— Пока во всём разберутся и примут меры, можно многое сделать, — сказал Клод. — Мой пришелец считает, что от демонстрации портала будет одна польза. Наш побег и исчезновение Пауля и так наводят на мысль о портале, мы это лишь подтвердили.
— И в чём же эта польза? — скептически спросил Грас.
— В страхе. Для всех порталы — это легенда. Понятно, что пришельцы приходят к нам не ногами, да и демонов вызываем порталами, поэтому они должны существовать. Но, кроме слухов о вас, никаких других сведений об их применении не было. А теперь их даже для животных стала использовать империя. Я поставил себя на место короля и испугался. Сейчас никто из наших врагов не может чувствовать себя в безопасности даже с усиленной охраной. А когда Аделрику доложат, что он лишился союзников... За две декады уже должны были прийти вести с юга. Король умён и поймёт, что в одиночку не выдержит натиск империи. Может, через десять лет, когда его разросшееся королевство станет единым, он сможет удержать Крамору, а то и захватить ещё что-нибудь, но не сейчас. Для него единственный выход — это переговоры.
