— Сейчас я верну долг и заплачу вам за месяц вперёд, — сказала Хельга, переждала радостные крики и продолжила. — Юрген, пошлите кого-нибудь за Вельфом. Скажите, что я хочу сделать его управляющим. И заодно, когда поедут в деревню, пусть передадут, что хозяева ждут сбежавших слуг и готовы оплатить всё, что задолжали. Пусть пригонят сюда пару возов с продовольствием. Сейчас плачу я, а потом это будет заботой управляющего.
С час они рассчитывались сначала со стражей, а потом со слугами. После этого замок стал оживать. Заступили на службу стражники, разожгли печи на кухне, и повара начали готовить обед. Вскоре прибыл и будущий управляющий на одном из двух возов с продуктами.
— Рад, что замок остаётся в вашей семье, — поклонившись, сказал он Хельге. — Готов служить верой и правдой. Только к вам просьба, госпожа. Нужно снять копию с вашей грамоты и заверить её в магистрате. Без этого мне трудно на вас работать!
— Сделаю и с кем-нибудь пришлю, — пообещала она. — Возьми этот кошель. В нём двести золотых. На первое время должно хватить, а остальные расходы пойдут за счёт аренды. Пока я остановилась в столичном доме графов Ургель.
Они собрались уезжать, но пришлось немного задержаться из-за Софи. Она подстерегла сестру у выхода из замка и сказала со слезами на глазах:
— У тебя нашлись слова для матери, которая тебя оскорбила, и ни одного слова для меня, хотя я не сделала тебе ничего плохого! А я так обрадовалась твоему приезду! Скажи, в чём моя вина?
— Ну что ты, сестра! — сказала Хельга, обняв девушку. — Ты ни в чём не виновата. Знай, что я помогу тебе всем, что в моих силах. Тебе, но не ей. А она пусть доживает в этом замке. Я ещё приеду сюда и постараюсь взять тебя в столицу, пока я там толком не осмотрелась. Перестань реветь, а то появятся морщины!
— Ты правда умирала? — справившись с плачем, спросила Софи. — Барон, вы просто чудо! Извините нас за злые слова матери. Она сильно изменилась после ареста отца и брата. Вся доброта вдруг куда-то исчезла, а то, что у неё осталось, вы видели.
Девушка проводила их до ворот и махала рукой, пока стражники не закрыли створки.
— Поездка получилась не такой, как я думала, но сделала всё, что хотела, — сказала Хельга. — Мы рано приедем, не хочешь, чтобы я показала столицу? Это ночью я могу в ней заблудиться, а днём езжу нормально.
— Сегодня не получится, — с сожалением ответил Клод. — Мне нужно навестить графа Бекера. В какой-нибудь другой день можно съездить. Только лучше нанять экипаж, и пусть нас повсюду возит кучер, а ты будешь обо всём рассказывать. Когда приедем, нужно узнать, какие планы у Мануэлы. И ещё пошьём одежду полегче. Я в этой коже от жары уже начал вонять. Из всего вырос, с трудом могу надеть только наряд, который пошили в Альфере для приёмов. Лето только началось, а уже так жарко, как у нас никогда не было.
— Будет ещё жарче. Самая жара у нас в середине третьего месяца лета. Днём на улицу почти не выходят, и дела делают рано утром или после захода солнца. Мы часто с утра на весь день уезжали на море. Там тоже жарко, но можно не вылезать из воды, и почти всегда дует ветер.
— А я никогда не видел ни моря, ни кораблей, только о них читал. В школе один герцог мечтал о вашем юге. Там, говорил, тепло, корабли и много женщин! Как стану самостоятельным, сразу же туда сбегу! Его бы в это пекло.
— А сколько лет было твоему герцогу? — смеясь, спросила она. — Наверное, не больше, чем тебе?
— На два года меньше, — ответил Клод. — Обычно люди мечтают о том, чего у них нет. У севера своя прелесть, но тепла не хватает. Море есть, но не в Вирене, а у северных соседей. Говорят, что вода в нём круглый год такая холодная, что нет возможности терпеть. Если корабль идёт на дно, экипаж сразу тонет. Я часто думаю о друзьях. Смогут ли они сюда добраться и найти меня?
— Лишь бы добрались. Ты скоро заставишь говорить о себе всю столицу, так что найдут без труда.
— Граф Бекер уже узнал о крысе. Вы, говорит, тот самый барон, который разогнал гостей графа Баккена? И о твоём оживлении знает, хотя я здесь никому о нём не говорил, только в лагерях главному магу. Кстати, граф Баккен со своей дочерью должен быть в столице.
— Что за дочь? Ты мне о ней не рассказывал.
— Любительница ниш, — засмеялся Клод. — Схватила меня и тянет в коридор, где у них все занимались этим делом, а оттуда выходит крыса! Мартина заорала так, что я чуть не оглох и спряталась мне за спину. Вцепилась так, что до сих пор остались следы от ногтей. Я ей тогда брякнул, мол, не бойся, эта крыса — моя девушка, так она после этого хлопнулась в обморок.
— После таких слов я испугалась бы тебя сильнее крысы, — засмеялась Хельга. — Ты всегда сначала говоришь, а потом начинаешь думать?
За разговорами проехали булыжную дорогу и выехали на тракт. Всадников и повозок было больше, чем утром, и скорость движения резко упала. Они старались обгонять возы и экипажи, но ближе к городу пришлось ехать шагом.
— Кого я вижу! — услышал Клод чей-то насмешливый голос. — Графиня! Хотя вы, кажется, лишены этого титула?
— Это вам только кажется, герцог! — ответила Хельга. — Вы, как всегда, ничего не знаете. Император сохранил мне титул и вернул замок.
— Я сейчас сдам вас страже, тогда посмотрим, что вы скажете им! — уже не так весело сказал тот, кого графиня назвала герцогом.
Этот здоровяк с густыми чёрными усами и глазами навыкате сразу не понравился Клоду. Не понравилось и то, что следом за ним ехали дворяне свиты. Повинуясь его приказу, они начали протискиваться к Хельге.
— Вам ясно сказано, что графиня полностью оправдана! — сказал он усачу. — Осадите своих клевретов, пока это не сделал я.
— А кто вы такой, что так со мной разговариваете! — возмутился герцог. — Мальчишка!
— Я маг по найму и по договору должен защищать эту даму, — ответил Клод. — Вам знаком Кодекс имперских магов? Защищая клиента, я могу сделать с вами всё, что мне заблагорассудится. Потом со мной разберётся комиссия магов, которая решит, прав я был или нет, и нельзя ли было обойтись более мягкими средствами, но вам достанется здесь и сейчас!
— У нас самые лучшие амулеты, а огонь ты применить не посмеешь! — закричал герцог. — Сам напросился, сдадим страже и тебя!
Клод не стал действовать на людей, ограничившись лошадьми. Продавив амулеты, он заставил их кусать своих всадников. При желании конь может так укусить, что мало не покажется, а у лошадей герцога и его свиты такого желания было в избытке. Закончилось тем, что покусанные всадники спрыгнули со своих лошадей и пустились от них наутёк. Бескровную победу Клода видели многие, и не все они были крестьянами.
— Спасибо, — тихо сказала Хельга. — Нужно без приглашения сходить на пару приёмов, чтобы узнали о милости императора, иначе мне нельзя нигде появляться. Не буду же я повсюду ходить с грамотой в руках.
— Кто это? — спросил Клод. — Что он герцог, я уже слышал.
— Помнишь, слуга говорил о герцоге Радгере, которого лишили коня? Вот это он и есть. Ума у него гораздо меньше, чем спеси, поэтому постоянно попадает в переделки. Но шпагой владеет так, что мало кто может сойтись с ним на равных. За Радгером числится три десятка дуэлей, и во всех он убил своих противников, не получив ни царапины. Имей это в виду. Но, несмотря на вздорность и глупые выходки, герцог не отличается мстительностью или злобным нравом. У него даже есть друзья, за которых он готов отдать всё, включая собственную жизнь. Уже был случай это проверить.
— Интересный человек, — хмыкнул Клод. — А как на эти выходки реагирует его семья?
— Уже никак. Пока был молодым, с этим пытались бороться, а потом махнули рукой. Был бы он наследником, можно было пригрозить отлучением от наследства, а чем пригрозишь третьему сыну? Радгер уже лет пять является одной из достопримечательностей столицы. Он часто посещает приёмы, так что ты с ним ещё встретишься.
Больше в дороге не было встреч, и к Хельге при проверке на въезде в столицу никто не цеплялся. Определённо, стражников известили, что она в фаворе у императора. На улицах было много открытых экипажей, а вот в каретах из-за жары никто не ездил. Много было и всадников, потому что верхом можно было передвигаться в два раза быстрее, чем в экипажах. Они довольно быстро добрались до дома Мануэлы, нигде не заплутав и не спрашивая дороги. Днём на воротах стоял Гнеш, так что не пришлось ждать, пока их откроют. Слуг у графини было мало, поэтому лошадей на конюшню пришлось вести самим. Отдав их конюху, вернулись к дому и поднялись на второй этаж к комнатам Хельги. Эвальд занёс в неё сумки с золотом и ушёл отдыхать, а они заперли дверь и направились к покоям Мануэлы.
— Я только что узнала о том, что вы приехали, и хотела зайти сама, — сказала она, увидев пару на пороге своей гостиной. — Как съездили? Клод ничего не учудил?
— Хорошо съездили, — ответила Хельга. — Поругались с тем, кому канцлер подарил замок, но там были люди графа Бекера, которые поставили его на место. На обратном пути не повезло встретиться с герцогом Радгером. Он ко мне прицепился, а Клод взбесил их лошадей.
— И чем всё закончилось? — неодобрительно спросила Мануэла.
— Наверное, пешей прогулкой и испачканной в навозе обувью, — улыбнулся Клод. — Лошади их покусали, а этот герцог слишком горд, чтобы ехать в столицу на крестьянском возу. Не хмурьтесь, Маэл, там нельзя было разойтись по-хорошему.
— И этому были свидетели? Я имею в виду не крестьян.
— Дворяне были, — подтвердила Хельга. — Вряд ли герцог когда-нибудь удирал от своего коня, так что об этом скоро будут говорить. Мануэла, нам не понадобилось ваше золото, поэтому я его возвращаю.
— Нашли золото, припрятанное вашим отцом? И много?
— Достаточно, чтобы я теперь платила за себя сама, — уклончиво ответила Хельга. — Не скажете, какие у вас планы на ближайшее время? Спрашиваю, потому что нужно как-то известить дворянство о том, что немилость императора распространилась не на весь род графов Альтгард. Тогда не будет таких случаев, как с герцогом. Можно кому-нибудь рассказать. Слухи расходятся быстро.
— Мы возьмём вас на приём, — сказала Мануэла. — Есть у меня одна родственница, которой плевать на общественное мнение и условности. Муж умер, дети выросли, а знатность и богатство привлекают на её приёмы цвет столичного дворянства. А что это за приём, если на нём одни и те же лица? Вот вы вдвоём его и украсите!
— По описанию мне приходит на ум только одно имя, — сказала Хельга. — Графиня Хайке Тибур? Генеральша?
— Она самая, — улыбнулась Мануэла. — Я у неё сегодня была и рассказала о нашем путешествии из Альфера. Хайке была в восторге, так что мы все приглашены. Только никто не пойдёт на приёмы, пока не пошьём новую одежду. И сапоги давно пора сменить на сандалии. Виданное ли дело — так издеваться над ногами! И ещё одно... Клод, ты не забыл "Перечень"? Так вот, прежде чем куда-то идти, вам нужно ознакомиться с тем, какие в нём произошли изменения. В этом заговоре участвовало много дворян из влиятельных и знатных семей. К счастью для многих их родственников, они держали своё участие в тайне, поэтому никто не пострадал так сильно, как графы Альтгард. Этим займёмся завтра. Я пригласила знакомого шевалье, который работает дознавателем в городском магистрате. Он знает обо всех замешанных в заговор дворянах и поделится своими знаниями. Клод, ты когда поедешь к графу Бекеру?
— Я ещё с ним не связывался, — ответил юноша. — Если меня сейчас примут, сразу же и поеду. Только нужно взять с собой кого-нибудь из слуг. Мы ехали ночью, поэтому я не запомнил дорогу.
— Возьмёшь Власа, и по пути заедете к купцам обменять золото на серебро, а то будешь повсюду сорить золотом. Влас доведёт до места, а потом его отпустишь. Коня можно оставить в конюшне службы графа или конюху в трактире на другой стороне улицы. Вы обедали?
— Не стали задерживаться в замке. Нам что-нибудь оставили?
— Идите в трапезную, — сказала Мануэла. — Там должен обедать ещё один опоздавший.
Опоздавшим оказался Кирилл. Он сидел за столом и нехотя ел традиционное для обеда блюдо — мясо с кашей.
— Классный фингал, — одобрил Клод. — Где получил? И почему так поздно обедаешь?
Под левым глазом у мальчишки темнел здоровенный синяк, а сам глаз заплыл.
— Хотел посмотреть море, — буркнул он. — Вы бы лучше не смеялись, а вылечили.
— А где Джед? — спросила Хельга. — У него с лечением выйдет лучше, чем у барона.
— Никого нет, — ответил Кирилл. — С утра все разбежались. Отец ушёл устраиваться на службу, Джед тоже куда-то убежал, и графиня уехала. Уже перед обедом была такая жара... Я знал, что Ларсер стоит на берегу моря. Поговорил с конюхом, и тот сказал, что его сын каждый день бегает купаться. Ну я и пошёл. Собак уже могу разогнать, да и от тех, у кого есть амулеты, смогу отбиться. Огню меня Джед не учил, но я умею бить воздухом.
— Тогда почему у тебя это украшение?
— А я знал, что сразу будут бить? — разозлился мальчишка. — Мне сказали, в какой стороне море, но я заблудился. Это здесь улицы широкие, а есть такие, где и воз не проедет, да ещё кривые и с тупиками. Спросил дорогу у мальчишек, а они потребовали серебряную монету. У меня не было серебра, только два золотых. Я так и сказал, что если дадут сдачу... Вот мне и дали в глаз. Я их потом раскидал ветром, но какое море, когда видишь одним глазом!
— Я сделал универсальное заклинание, — сказал Клод, — а когда вернётся Джед, он долечит. Это заклинание я тебе покажу. Оно не очень сложное, так что быстро запомнишь. Не горюй: немного раскрутимся с делами и съездим на море. Я сам его не видел и хочу посмотреть.
— Я был на море два лета, — грустно сказал Кирилл. — Ездил вместе с родителями. А с вами пока не получится. Графиня наняла училку, чтобы она сделала из меня настоящего дворянина. Отец, говорит, тобой не занимается, так я займусь! Магия магией, но нужно учить этикет. У тебя до школы два месяца, вот и займёшься.
— Не всё же время учиться, — возразила Хельга. — Найдёшь его и для купания. Море действительно недалеко, только не везде можно купаться. И в твоём возрасте лучше не ходить одному по городу, да ещё с золотом. Вот появятся друзья...
— Откуда они у меня появятся? С детьми слуг дружить нельзя, и их здесь нет. До школы не познакомлюсь ни с кем из детей, да и там... Если учатся только сыновья графов и герцогов, какие они для меня друзья?
— Там не одни мальчишки, будут и девочки, — сказала Хельга. — И не все такие высокородные, есть дети дворян попроще, которых берут из-за их сил и способностей. Да и герцоги бывают разные. Барон рассказал сегодня об одном таком. А с этикетом я советую раскрутиться быстрее. Нет в нём ничего сложного. Не ленись и быстро всё выучишь. Клод, ты не говорил с графом?
— Уже, — ответил закончивший есть юноша. — Он ждёт, поэтому я вас оставляю.
— Будь с ним осторожней, — попросила она. — Это один из самых страшных людей в империи!
Граф принял Клода сразу же, как только он пристроил коня в конюшне трактира и зашёл в службу.
